Текст книги "Хозяйка волшебного дома. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Мартиша Риш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 19 страниц)

Мартиша Риш

Глава 1. Настя

Глава 2. Настя

Глава 3. Лео

Глава 4. Далет

Глава 5. Саша

Глава 6. Лео

Глава 7. Саша

Глава 8. Настя

Глава 9. Лео

Глава 10. Настя

Глава 11. Лео

Глава 12. Настя

Глава 13. Далет

Глава 14. Настя

Глава 15. Настя

Глава 16. Настя

Глава 17. Настя

Глава 18. Далет

Глава 19. Настя

Глава 20. Настя

Глава 21. Лео

Глава 22. Настя

Глава 23. Лео

Глава 24. Настя

Глава 25. Настя

Глава 26. Анджей

Глава 27. Саша

Глава 28. Настя

Глава 29. Лео

Глава 30. Настя

Глава 31. Настя

Глава 32. Настя

Глава 33. Дракон

Глава 34. Лео

Глава 35. Настя

Глава 36. Настя

Глава 37. Настя

Глава 38. Настя

Глава 39. Анджей

Глава 40. Настя

Глава 41. Саша

Глава 42. Настя

Глава 43. Антон

Глава 44. Настя

Глава 45. Настя

Глава 46. Настя

Глава 47. Настя

Глава 48. Настя

Глава 49. Чупокабр

Глава 50. Саша

Глава 51. Настя

Глава 52. Далет

Глава 53. Саша

Глава 54. Настя

Глава 55.Лео

Глава 56. Галина Николаевна

Глава 57. Антон

Глава 58.Настя

Глава 59. Настя

Глава 60. Саша

Глава 61. Настя

Глава 62. Саша

Глава 63. Далет

Глава 64. Настя

Глава 65. Лео

Глава 66. Настя

Глава 67. Лео

Глава 68. Настя

Глава 59. Настя

Эпилог

Мартиша Риш

Хозяйка волшебного дома. Книга 2

Глава 1. Настя

Немного не так я себе представляла перемещение по мирам. А впрочем, это же я! У меня вечно все идёт не так как нужно. Ещё и двери в другие миры взбесились. Начали меняться местами, даже чупокабр удивился их маневрам. Зато теперь я знаю, куда деваются все мои носки в доме. Зря грешила на стиральную машинку, она их не ест. Просто моя магия так действует на вещи, им становится скучно находиться на своих местах, вот и все.

– Шапку поправь, сползла с правого уха, шипы видно на голове, – Несчастье насупился, но поправил когтем свою модную шапку. И зачем он только сегодня ее нацепил? Боялся, что его мерзость продует на сквозняке! Мы даже до грифонов не добрались. Где здесь может продуть?

Нет, я все понимаю, но почему магическая дверь распахнулась не прямо на вокзал, а в какую-то каморку со швабрами? Вот как я сюда пропущу того путешественника по мирам, который мне рыбу принес? У него же в эту комнатку ни котомки, ни шляпа просто не влезут.

– Идём, уже можно. Нас не заметят, – проворно скользнул в чуть приоткрытую дверь мой фамильяр. Я вышла следом за ним и с наслаждением потянулась, распрямив спину.

Красиво тут. Просторная светлая комната, прямо по середине нее зелёный фонтан, выпиленный как будто из малахита. И даже узор камня обозначен так четко, будто на бортике и вправду распустились цветы.

Вдоль стен стоят красивые глубокие вазы, несколько узких дверей ведёт в другие комнаты. Несчастье тянет меня вслед за собой к широким воротам.

– Может быть, нам туда? – указала я на узкую дверцу.

– Хозяйка, прошу, быстрее, сюда могут войти. Позора не оберемся. Я – так точно! Тебе что, уже надо?

– Надо куда? Мы вообще где?

– На вокзале.

– А почему вазоны для цветов пустые? – заподозрила я неладное.

– Потому что это мужской сортир! Быстрее! Тебе здесь нельзя оставаться, эльфы могут войти! Скандал будет страшный!

– Какие эльфы? Почему мужской? – кинулась я к широким дверям на выход.

– Потому что прежний хозяин волшебных дверей был мужчиной! Он специально «мряю!» раскрыл двери в самое безопасное место. Ну, скажи мне на милость, кто полезет проверять дальнюю стенку кладовки? Кто догадается, что через нее можно пролезть в другой мир? Магический контроль? Ты видела того орка? Он ещё на подступах к двери застрянет. Карл все предусмотрел. Ну, почти. Он же не мог представить, что его наследницей станет девушка! Скорей! – дернул он меня наружу, ухватив зубами за рукав кофты. Вылетела я из сокровенного мужского места как пробка из бутылки и, похоже, вовремя.

Мимо нас, задрав подбородки, прошли сразу несколько мужчин. Тяжёлые латы, великолепные бархатные плащи, широкие спины и россыпь бриллиантов на кольцах. Их облик никак не вязался с видом просторной площади, на которой мы оказались.

Здесь кругом зелень, колоннада подпирает чистейшее небо, серебристые поезда устроились прямо на траве. Все дышит свободой и невероятным простором. Рельсов, правда, не видно, но, может быть, так и надо. Все же эльфийский вокзал.

– Кто они? – шепнула я зверю.

– Вот и я не понимаю, зачем драконы прибыли на вокзал? Им летающие поезда ни к чему, у них и у самих крылья имеются. Главное, теперь с ними не столкнуться в отхожем месте.

– Почему? Загрызут от смущения?

– Хуже. Жениться могут заставить. Никто из девиц не должен видеть их тел обнаженными до свадьбы.

– Не страшно, у меня уже есть и бывший муж, и даже жених.

– И что с того? Возьмёшь третьим мужем.

– Уж тогда первым. С Сашкой я развелась, а за Анджея замуж не собираюсь. И все равно не хочу.

– Никто и не спросит. Поруганная драконова честь это – уф!

– Может, сюда мою бывшую свекровь отправить? – мечтательно спросила я Несчастье, – Нет, это я так. Просто.

– Хорошая идея. Главное только, чтоб дракон не издох от свалившегося на него счастья. Не все могут выдержать напор этой стихии. А дракон – зверь ценный. Угробим такого красавца, ни за что не расплатимся.

– Да? Но они крепкие вроде бы с виду.

– Я тоже с виду крепкий. Но до сих пор заикаюсь, как вспомню Гадину Николаевну.

Один из стоящих совсем рядом с нами поездов подмигнул всем своим серебряным телом, залился радужным сиянием и растворился прямо в том месте, где стоял.

– Это как понимать? – открыла я рот словно последняя дурочка.

– Эльфийская магия, зачарованный поезд, он ушел на юг. Скорее всего, туда. К месторождениям самоцветов. Может, поэтому и драконы сейчас здесь появились? Не знаю. Ты выбрала, куда мы поедем?

– Не знаю. А куда можно? Нам на билетик хватит денег?

– Денег! Фи! Думаешь, зачем я обобрал не наш сад? Здесь принято платить семенами. Выбирай направление смело. И вагон обязательно лучший! Чтоб меня покормили как ручного котенка. Эльфы – жалостливый народ, скажешь, что я полысел, так обязательно выдадут двойную порцию моего скромного счастья!

– Дохлых ворон?

– Фи! Воробьев подкопченных и не только. Главное не забудь. Скажешь, что котёночек пострадал от рук вандала! – подвёл меня зверь к серебристому не то кусту, не то невысокому деревцу в кадке.

Листики на нем полупрозрачные, кажется, что сделаны из кальки и лишь по краям обработаны серебристой нитью. Прозрачный ствол как будто высечен из цельной глыбы хрусталя, и серебряная, грубоватая с виду кора, его почти не прикрывает.

– Искусственное? Разве у эльфов такие бывают?

– Конечно. А ты хотела, чтобы билеты росли на настоящем рогозе? Из него только бумагу для билетов делают. Все что ты видишь – магия! Дерево растет, но как бы не совсем существует. Выбирай, куда мы поедем, я расплачусь! – ковырнул он когтем манжет собачьего комбинезона, в который был одет и извлёк наружу пакетик семян. Целлофановый пакетик. Вот на таких мелочах мы и попадемся с контрабандой.

Я сунула руку в необычно пушистую крону. Листики-билеты один за другим норовят проскользнуть в раскрытые пальцы. Все они свёрнуты, только снаружи чуть виднеется эльфийская вязь. Благо ее я понимаю, вот только сами названия мне ни о чем не говорят. Чилиэй, Гориоль, Норисай, Мурэ. Как выбрать? Чупокабра спросить или положится на судьбу? Она обычно делает за меня правильный выбор.

Закрыла глаза и выдернула лист, что пожирнее, потолще. Вдруг мне сейчас как-то особенно повезет?

– Плачу?

– Ага.

– Что выбрала-то хоть?

– Не знаю.

– Понятно. Пла́чу и плачу́!

– Не каркай!

Шуршнули семена, зверь ссыпал их прямиком в кадку цветка. Листик сорвался с дерева и оказался в моей руке. Чупокабр тут же сунул свой нос, чтоб прочесть надпись.

– Дурная! Это же ужас! А, впрочем, я счастлив. Шапку хотя бы не зря надел. И комбинезон, впрочем, тоже…

– Погоди, а почему ты вообще взял с собой семена? Ты что, знал, что я не найду дверь к грифонам?

– Я просто запасливый! Мое ухо! Зачем ты так со мной? Не знал, а только предполагал!

Глава 2. Настя

Не могу вот так прямо сказать, что мне страшно садиться в поезд. Ездила не один раз. И на скоростных, и на простых электричках. Да и на самолёте летала.

Но вот это серебристое чудище, жертва буйной фантазии эльфийского мастера, вселяет в меня совершенно искренний ужас.

Нет, поехать, конечно, хочется, да и вагон вроде бы изнутри выглядит ничего, по крайней мере, если смотреть на него через окно, твердо стоя обеими ногами на перроне. Ну, то есть между двумя клумбами. Но внутрь залезать как-то не тянет. Может, ну его? Обратно вернёмся. Нет, такого я себе не прощу. Да и чупокабр, наверное, тоже. Вон как лапами перебирает от нетерпения, весь газон под ним изодран когтями. Уф!

Ещё раз придирчиво прошлась взглядом по серебряной чешуе. Вот если смотреть на промежуток между окнами отсюда, то внешняя стена вагона вполне сойдёт за рыбий бок. Крупные пластины чешуек выполнены на редкость тщательно и лежат одна плотно прижатая к следующей.

Главное только не поднимать глаза выше, туда, где торчат из стены полупрозрачные не то маленькие крылья, не то огромные плавники. Нет, вроде они пушистые, значит, скорее всего, крылья, и мы полетим.

Ну а что я, собственно, хотела, рельсов-то нет!

Впрочем, хвост поезда точно напоминает селедочный, там плавник торчит наружу, выходит, мы поплывём? Или нет? Кабина водителя вообще ни на что не похожа. Назвать машинистом тучного огра я никак не могу! На нем нет формы, только жилеточка застегнута на три медных пуговицы поверх зелёного меха.

– Как хочется жить! Может, ну ее, ту поездку?

– Ну уж нет! – буркнул чупокабр и подтолкнул меня носом к тому месту, где похоже, должна была бы быть дверь.

– Здесь не войти, лапочка.

– Шагай!

– Было б ещё куда? Давай вернёмся домой, Далет нажарит тебе котлеток, тебе ведь они понравились?

– Котлеты, конечно, вечная ценность, можно сказать, живой памятник кулинарному мастерству. Но чтоб чупокабр отказался по доброй воле от рыбы? Ни за что! – фыркнул зверь и зашёл мне за спину.

– Пупсик, что ты собираешься делать? Может, рыбу нам так выдадут?

– Ее ещё нужно поймать!

В жизни так не визжала! Даже когда в детдоме мальчишки подбросили мне паука на подушку.

Чупокабр увеличился в размерах, щёлкнул пастью, будто что-то проверяя, перехватил меня зубами посередине тела и поднял.

– Поставь где взял! Скотина!

– Не шкотиня, а фамильяр! – прошипел он и пихнул меня в стену вагона. Едва успела прикрыть руками голову.

Странно, но больно от удара мне не было. Просто стена поезда растворилась перед руками.

Чупокабр выплюнул меня на пол вагона прямо под ноги проводника. Красивый эльф, статный и в форме, жаль, что я не слишком хорошо выгляжу, и волосы дыбом торчат.

– Билетик! – улыбнулся мужчина. Несчастье слизнул влажным языком билет у меня из руки и припечатал ко лбу проводника.

– Ня! Лучший вагон! Двойная кормёжка! Скажи ему, что я много страдал! Окно самое широкое! Впрочем, с такой хозяйкой это и без слов понятно! – зверь уцепился когтями за края проема, подтянулся и грузно опустился рядом со мной. Шапочка теперь смотрится на его голове как розочка на вершине свадебного торта.

Как он так исхитряется увеличиваться в размерах? Может, он потому и вечно голодный, что настоящий размер немного побольше, чем тот, который я привыкла видеть рядом с собой?

– Мой зверь много страдал! – начала я пламенную речь во благо любимой зверушки. Эльф попытался изобразить гримасу сочувствия на своем прекрасном лице, – Он жил в клетке и был вынужден питаться одними воронами. Это было печально!

Чупокабр жалко вздохнул и стремительно уменьшился до размеров крупного кота. Проводник нервно дернулся и потёр глаза нашим билетом.

– Чупокабр? Живой?

– Пусть не надеется, я не жертва некроманта. Живой и вечно голодный! – оскалил все три ряда зубов зверь в улыбке. Как хорошо, что кроме меня его никто не понимает.

– Живой, хвала богам.

– И Великому Древу, – пролепетал эльф, – Впервые лично встречаю порождение тьмы.

– Нам лучший вагон, двойную кормёжку для зверя. Большое окно.

– Безусловно. А что у него с головой?

– Полысел от дурных привычек. Приходится прикрывать шапочкой.

– Боюсь, что меня продует во время охоты, – облизнулся зверь. Я надеюсь, он хотя бы не на пассажиров собирается устроить охоту? Очень надеюсь! И не на проводника.

– Прошу за мной, госпожа ведьма. Забота о таком редком звере требует невероятного терпения. Сочувствую вам всем сердцем. Можете смело рассчитывать на меня. Имейте в виду, если вам затруднительно его содержать, в Жристоре как раз освободилось одно место.

– Как он сказал? – благоговейно спросил чупокабр.

– Где простите?

– Жристор – особое место. Там мы содержим самых редких и самых убогих животных. Вашего примут без всяких сложностей. Взамен сможете получить другого, менее прихотливого фамильяра. Северную белку, к примеру. Милая кроха и ест не так много. Разговаривает, умеет работать по дому, обучена варить простые зелья из трав. Не хотите ли совершить обмен?

– Нет!

– Подумайте как следует. Вам это ничего не будет стоить.

Я лишь кивнула головой в ответ. Подумаю, как же! Расстаться с этим шипастым прохвостом? С главным мерзавцем всей жизни? С моей маленькой гадостью? Да ни за что! И все же на белочку очень хочется посмотреть. Вдруг продадут не за дорого?

Чупокабр немного нервно вошёл в купе поезда. Вот это окно! Во всю стену и видно то, что происходит перед поездом, а вовсе не сбоку, как я думала. Интересно, а где сидит машинист, если не в начале поезда?

– Ой!

– Ну и что ты решила, хозяйка? Я намного лучше, чем белка, межу прочим. Садовых гномов ловлю, приятности приношу в твою жизнь. Советы даю. А белка? Ну что с нее взять. Только орехи переводить. И потом, для хозяйственных нужд у тебя есть бесполезный Лео и очень полезный Далет. Нет, белка нам точно не нужна. Два каторжника и то принесут больше пользы, чем одна погрызуха.

– Тебе не нужна, а мне, может быть, и нужна.

– Зачем?!

– Посуду мыть, например!

– Фи! В приличных домах тарелки вылизывают. Честное слово! Сам видел. Можем купить артефакт. Или на Земле посудомоечную машину, – отерся он мягким боком о мои ноги, – Я пользительный!

– Даже не спорю, только жрешь много.

– Перейду на ворон!

Впереди на зелёном газоне вдруг проявились стеклянные рельсы. Вот только идут они не вперёд, а стремительно взлетают в самое небо. Сердце замерло, ухнуло вниз и взлетело вместе со мной. Нет ни моста, ни шпал, только рельсы, по которым поразительно быстро взбирается поезд. За окном что-то шуршит и изредка мелькает перед окном.

– Что это?

– В данную минуту крылья. Потом их сменят плавники, когда мы под воду нырнем.

Глава 3. Лео

Оставил Далета возиться с эльфийским младенцем в лесу. Мне и подойти-то к найденышу страшно, не то что на руки взять.

Благо козу удалось подоить, и берсерк приспособил к ней вместо веревки подобие поводка. Упирается всеми копытами, не идёт сквозь лес, а потом как рванула! Боевой конь и то не так тороплив.

Что я скажу Анестейше? Как объясню, зачем приобрел это чудо? Выходит, что средства хозяйки я, по сути, украл, взял без спроса на покупку ненужной скотины. И ещё не скоро смогу вернуть.

Или скоро? Куда я подамся с эльфийским младенцем, даже если смогу вернуть себе имя? В замок? Исключено. На Далета можно положиться, он ребенка не тронет. А другие? Опасно. Да и здесь в доме зельеварки, неизвестно что меня ждёт.

Берсерку я обещал скоро вернуться, но сам не пойму, как это выйдет. Анестейша не должна узнать, что у нас появился младенец. Неизвестно, как она к нему отнесётся. Вдруг прикажет убить или вынести на порог дома в какой-то другой, неизведанный мир. Не хочу об этом сейчас даже думать. Покуда я раб, покуда живу под чужим именем, не смогу ослушаться приказа собственной госпожи. Будь проклят тот день, когда я выступил на дорогу из своего замка! Знал бы заранее, что все так сложится для меня… Все равно бы пошел. Даже с ещё большим азартом. Хотя бы ради одной только встречи с самой дивной женщиной нашего мира.

Мягкой едва слышной поступью подошёл к дому. Приподнялся на цыпочки, издали заглянул в окно. Чужак вольготно уселся перед камином, занят своею одеждой. Поставил на столик серебряный поднос и, торопливо орудуя вилкой, что-то неведомое сдирает с бархатного дорогого плаща. Молодой мужчина безусловно богат и к тому же красив. Быть может, у него даже есть титул.

Неужели пожаловал свататься? Или это любовник Анастасии пожаловал в дом? Кровь бросилась сразу в лицо. Ну уж нет, так точно не будет. Я ещё сам не решил, как мне поступить, но соперника не потерплю точно.

Герцог я или раб. Никаких помех к сердцу ведьмы у меня на пути точно не будет!

Едва подавил в себе порыв перелететь через подоконник. Нет уж. Манерам меня никому не придется учить, но и бить раболепных поклонов перед чужаком я не стану, будь он хоть король.

Обошел дом по кругу, нацепил на лицо приличное выражение и смело вошёл в гостиную.

– Доброго дня, господин, – поздоровался я тоном хозяина. Парень не остался в долгу, чуть привстал, поклонился, – или это его так скрючило? Пальцы вроде в крови. Неужели хозяйка притащила в дом очередную «недобитую птицу»? Лучше б котёночка подобрала или вон, как я сам, эльфийского младенца.

– Доброго, – кивнул парень, – Могу я узнать, как ваше имя? И кем вы приходитесь Анестейше?

– Мое имя Лео, – как же сложно сознаться в своем нынешнем положении, даже зная, что сам я ни капли не виноват, – Я раб госпожи, – произнес так, словно бы назвал титул.

– Вот как? – смерил меня мужчина взглядом с ног до головы, – Красив, умён, очевидно, хорошо воспитан и недавно обладал титулом? Или тоже бастард?

– Что значит, тоже? – вскипел я, – Моя мать сберегла себя для законного брака.

– Повезло. Моя немного поторопилась. Анджей, жених Анестейши, бастард одного из знатнейших родов.

– Есть чем гордиться?

– Полагаю, что так. Там в мешке к-хм мой трофей. Будь любезен приготовь из него борщ. Невеста так распорядилась. Я же, пожалуй, продолжу заниматься плащом снаружи дома, – передернул он плечами брезгливо. Неужели это ничтожество не считает возможным для себя находиться под одной крышей с каторжником?

– Я не приучен к готовке, Анджей.

– Жаль. Значит, посижу пока здесь. Столько колючек нацеплял по дороге. Можно было бы выбросить, но невеста так дорожит плодами растений. Быть может, и эти сочтет за подарок, – отковырнул он очередную пакость серебряной вилкой.

– Вас не учили обращаться с приборами, мать, очевидно, была занята чем-то другим в доме сиятельного?

– Что?! – подскочил жених.

Внезапно для нас обоих прогрохотали торопливые шаги на террасе. Первой в дом ворвалась эльфийка, торопливо дошла до двери кухни, даже не посмотрев по сторонам и, судя по звуку, выпрыгнула в окно. Признаться, я ничего не понял.

Следом за ней в дом ворвался молодой багровый мужчина. В глазах не то удивление, не то ярость, рот чуть приоткрыт. Коротко острижены волосы, тугой пояс штанов обвивает узкую талию. Но ни меча, ни другого оружия на нем не висит. И руки излишне холеные.

– Добрый день, господин, – поздоровался я первым.

– Где Настя?

– Анестейша? – уточнил Анджей.

– Допустим.

– Она отправилась на прогулку. Могу я узнать ваше имя, и кем вы приходитесь моей невесте?

– Я ее бывший муж, Александр. Что здесь вообще происходит?

Анджей благоразумно отступил за кресло с дороги разгневанного мертвеца. Да и сам я посторонился. Впервые вижу такую качественную работу некроманта. Мужчина выглядит совсем как живой и ничуть не похож на упыря. Может, я ошибся? Бывший муж. Это может означать только одно, он умер. По крайней мере, мне не известен ни один случай, когда бы ведьма с кем-нибудь развелась. Магички только вдовеют.

– Вам повезло с мастером, – попытался я завязать светскую беседу с мертвяком, покуда Анджей отступал к камину. Мне бы и самому хотелось сейчас оказаться рядом с ним. Огонь – надёжное средство против любой нежити. Что ж, будем считать, что мы с женихом заключили вынужденное перемирие. Я отвлекаю упыря, Анджей высекает огонь. Черт, он даже не маг!

– С каким мастером? С тем, который проломил стену?

– Ваш склеп был настолько надёжен? Я потрясен. Но и работа некроманта вызывает мое самое искренне уважение. Успели договориться при жизни?

– С кем? Я что, умер?

– Вам не сообщили? – перескочил я через стол, вдвоем высекать огонь точно надёжнее.

– А когда я того?

– Судя по отсутствию запаха, совершенно недавно.

– И Настёна что, тоже?

– Анестейша точно была жива пару часов назад.

– И куда тогда она подевалась?

– Вышла прогулять чупокабра, – учтиво улыбнулся Анджей и как следует чиркнул огнивом. Я только и успел, что поднести к щепочке кусочек пакли.

– Нет, умереть я не мог. Заметил бы.

– Может, вы упали с лошади? Тогда все могло произойти очень быстро.

– Там, в холщевой сумке, голова врага Анестейши, вы можете перекусить с дороги! Я лично ее добыл! И щедро делюсь с вами.

– Что? Кого ты убил? – хлопнул глазами зомби и, о чудо, посторонился. Вот что значит зажженный огонь, – Нет, надо рассуждать здраво. Не зря же я Политех в свое время закончил. Если я умер и стал зомби, то голова меня привлечет. Если я жив, то меня точно вырвет.

Мертвец подошёл ближе к холщевой сумке, одним рывком разорвал все тесемки на ней, охнул.

– Все шутите? Везде дебилы. Это, наверное, заразно. Познакомился с Настей, пиши, пропало, останешься без последних мозгов.

– Мои лучше не пробовать, кривые. Так отец говорил, – раздул свой кусочек пакли на щепке Анджей.

– Да и мой мозг давно закостенел, слишком много и долго учился.

– Учился? – вскинул голову на меня упырь, – Тоже Политех? – и безумно захохотал.

– Академия магии и морское дело. Первое закончил с отличаем. Морское дело постигал по трактатам и во время плаваний на бригантине. Мозги точно никуда не годятся, в них одна книжная пыль осела, они еще и морем просолились, – с тоской я посмотрел в каминную трубу. Захочу – не пролезу. Плечи точно застрянут.

– Я тоже ходил в море и много, правда, на своей шхуне. Морское братство выше регалий береговых. Предлагаю тебе дружбу, раб, – шепнул Анджей сквозь струю дыма.

– Будем дружны, бастрад, – ответил я на рукопожатие, – Во всем, что не касается женщин.

– Если ты действительно маг, то мог бы одолеть и этого упыря.

– На мне надет артефакт, он душит дар.

– Худо. Мне кажется, или снаружи камина стоит кочерга?

– От нее будет не много толка. Нужен осиновый кол или нож, чтобы обезглавить его.

– Будь по-твоему. Нападем вместе. Я сдерну со стола скатерть, скручу мертвеца, а ты обезглавишь. Держи мой нож, Лео. Этот трофей, его голову, Анестейше принесешь ты.

– Надеюсь, что все пройдет успешно, – на миг задумался я.

– Боишься?

– Оскорблений не прощу даже другу. Мой артефакт каторжника не даёт напасть на свободных. Но ведь этот бывший муж уже умер? Значит, он и не человек вовсе, так? Тролля я убить мог бы, значит, и умертвие извести тоже могу. Так выходит?

– Полагаю, ты прав. Навалимся вместе, а там будь, что будет.

– Парни, если у вас ничего не выходит с камином, я могу поделиться трофейной зажигалкой. У матери отобрал. Хотите? Или бензинчика могу принести. Мне до машины идти недалеко, – расхохотался мертвец особенно жутко и поднялся из кресла. Мы с Анджеем переглянулись. Оба разные внешне, но такие похожие по своей внутренней сути. Оба ходили в море, оба бились с пиратами, оба поднимали свой флаг на вражеских черных судах. Титул и вправду ничего не решает, когда души похожи и стремления совпадают. Оба мы знаем, как дорого порой стоит жизнь. Чуть заметное озорство, проскользнувшее в улыбках, предвкушение чудесной схватки, мелькнувшее на наших лицах, и бастард выпрыгнул из камина, решительно ухватился за скатерть и сдёрнул ее со стола. Я вскочил на упыря сзади, толкнул изо всех своих сил. Парень перекувырнул меня через себя, закрутился в скатерти, сцепился с Анджеем.

– Ножом его режь! Голову отсекай! – кричит бастард, стискивая умертвие в жилистых руках. Я бросаюсь мертвецу на белую бескровную шею, приставляю нож к голубоватой жиле под кожей. Тот вываливается из руки, по мне ударяет магия артефакта, отшвыривает на пол. Свободный! На такого нельзя напасть каторжнику, которым я стал. Боль затмевает глаза, рвется криком наружу, и нет сил сдержаться. Лишь украдкой могу наблюдать, как бьются посреди зала двое мужчин. Бастрад действует ловко, но и бывший муж ведьмы не лишён сил. Скрутил Анджея и тут же оказался опрокинутым на пол.

– Мужики, вы чё делаете-то, а? – узкая полоска стали касается снежно-белого горла мертвеца, Анджей достал узкий нож, спрятанный в голенище сапога. И вдруг я вижу алую кровь, сочащуюся из раны.

– Он не дохлятина! Смотри, кровь! Алая! Такой у мертвецов не бывает, – пытаюсь закричать я. Правда, Анджея это нисколько не останавливает. Рука все так же сжимает нож у горла чужака, называвшегося бывшим мужем Анестейши. Внезапно для нас в дом врывается коза. Пробегает всеми копытами по мужчинам. Следом за ней в дом влетает метла. Зачарованная Ильсидора с чуть погрызенными прутьями сыплет удары козе. Достается и всем нам. Боль в моем теле, к удивлению, отступает. Бастард подскочил на ноги, убрал нож. Коза мечется в доме, громит мебель, топчет ногами посуду, щедро сыплет удары во все стороны.

– Жесть! – прыгает на стол бывший муж, вооружившись кочергой. Ловкий парень. Я пытаюсь подняться с пола, мне помогает Анджей. Вдвоем нам удается забраться на кресло. Несколько внушительных ударов метлой по спине кажутся незначительными по сравнению с той дырой, которая осталась от козьих рогов в вазе.

– Простите, великодушно, господин, – кричит бастард, – Мы с другом приняли вас за восставшего из могилы. Но согласитесь, в нашей ошибке есть и ваша вина!

– С какого лешего?

– Вы назвались бывшим мужем Анестейши, – учтиво улыбаюсь я, – Но разве это возможно? Ведьмы никогда не расторгают браков, только становятся вдовами.

– Мы развелись! Но это ещё ничего не значит! Поженимся снова!

– Я против. Моя помолвка уже заключена, – ударил сапогом в лоб козы Анджей. Та не осталась в долгу, перешла в атаку. Что за демона в козьем обличии я приобрёл?

– Хватайте ее за рога! – командует бывший муж.

– Я запамятовал ваше имя? – перепрыгивает к нему на стол Анджей.

– Меня зовут Саша. Кто знает, как вырубить хотя бы метлу?

– Она подчиняется только Анестейше, – выкрикнул я, неимоверно радуясь тому факту, что могу называть хозяйку просто по имени.

– Если Настя сейчас вернется и все это увидит, мы трупы. Поверьте моему слову. Мы жили вместе несколько лет. Надо что-то решать.

– Так это вашего ребенка она носит под сердцем? Что ж. Я буду рад получить в довесок к супруге ещё и колдуна-сына, – улыбнулся Анджей.

– Какого ребенка? – ошалело спросили мы с Сашей. Ладно он, но неужели мой собственный дар настолько зачах, что я не увидел ни морока на хозяйке, ни второй, младенческой, ауры рядом с ней. Ведьма беременна? Да ещё и от мужа. Законного мужа. Не от меня. И даже такую, носящую чужой плод, ее готов принять в свой род этот бастард. Так чем я хуже его? Неужели в сердце Анджея больше благородства, чем в моем собственном? Должно быть, Анестейша расторгла брак с мужем по веской причине. Быть может, он ее бил. И она, узнав, что беременна, заключила помолвку только для того, чтоб дать положение законнорожденного ребенку.

Чудесно! Такую помолвку разорвать будет не сложно!

Удар козы пришелся мне под колени, подлая тварь напала со спины. Улетел дальше, чем видел. Головой погнул совок для забора золы.

– Мужики, вот теперь нам точно конец. Настя очень ценит свои вещи. Предлагаю перемирие, если меня больше никто не собирается упокоить. Надо как-то поймать козу. Кстати, чья она?

И тут на пороге дома появился берсерк. Впервые я искренне рад, что он носит артефакт рабства. Быть может, убьет только меня.

– Демоновы отродья! Я всегда знал, что чем чище кровь течет в человеке, тем больше он создаёт проблем. Кто посмел разгромить дом хозяйки?

Ильсидора вылетела на кухню, коза сиганула в окно. Я попытался отцепить волосы от латунного зольника, они опутали ручку.

– Мы все приберем. Разрешите представиться, жених Анестейши.

– Ее бывший муж!

– Второй вопрос, почему умертвие ещё здесь? Мне самому за осиновым колом идти? Вас двое благородных! Хоть бы связали! Скоро ночь, до темноты нужно похоронить упыря. И принести шкаф стазиса, мясо скоро пропадет.

Со двора раздался плач младенца, я поспешил к двери. Саша навострил уши.

– Мой малыш?

– Спи спокойно, упырь! Прости, но идти за колом мне не ко времени. Отсеку голову и похороню частями, – подхватил с пола нож Далет и запрыгнул на стол к двоим мужчинам.

– Он живой! Ведьма с ним развелась! – закрыл спиной безоружного Анджей. Много же благородной крови течет в его жилах.

Вот только стол не выдержал боевой сцены, рухнул вместе со всеми, разломившись на две половины. Чувствую, мы сегодня не только шкаф понесем на своих спинах, но для начала ещё и стол отнесем в ремонт магу. Только сначала нужно унять младенца и покормить козу. Или наоборот.

Глава 4. Далет

Впервые держу новорожденного ребенка на руках. До этого приходилось только ягнят, да и то в самом моем детстве, а когда оно было.

Потом, уже позже, я точно так же встретил своего боевого коня. У нас существует поверье, что жеребёнка нужно поймать на руки, не дать самому ему первому коснуться копытами земли. Помню каждый миг того чуда, когда дотронулся до серебряной шкуры по-настоящему своего жеребёнка. Каким махоньким он тогда был, и каким потом вырос.

Как мой Михор теперь без меня по ту сторону моря? Дадут боги шанс, вернусь к нему с небывалой победой, привезу на родину дочь Морриган. Но это все будет еще так не скоро.

Теперь точно так же как когда-то мой жеребец у меня на ладонях нашел успокоение юный эльфенок. Как же он мал! И как крепко сжимаются в кулачки его пальцы. Беззащитный вид ребенка обманчив. Пройдет десяток лет, и он сам оседлает коня, возьмёт в руки лук, придет его время мщения обидчикам. Десять лет не так много, если подумать. Младенец здоров, насколько я смог понять, пуповина ещё не оторвалась от нежного пуза, щеки румяны, уши остры, орет громко, да и нежный пух колыбели намок. Да, по меркам ягнят, малыш совершенно здоров. Вон как крепко ухватил меня за мизинец, силясь высосать молоко. Голодный. Повезет, если герцог сможет украсть для него козу.

Ведь сейчас, именно сейчас, от молока зависит так много. Быть может судьбы мира, если не больше. Кто сможет накормить, убаюкать и вырастить юного короля, тот и станет ему истинным другом, если не больше. Место опекуна тому обеспечено вне всяких сомнений. Опекун к сердцу принца порой становится куда ближе, чем родной отец.