Текст книги "Экзамен на выживание (СИ)"

Автор книги: Марк Блейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

– Доходчивее – сказал я спокойно.

Луций растерялся на секунду – видимо, ожидал, что я буду просить пощады или попытаюсь сбежать. Но быстро взял себя в руки.

– Ну что ж – протянул он. Парни, кажется, наш новый друг хочет получить урок хороших манер. Покажите ему.

Здоровяк справа двинулся первым. Медленно, неуклюжа, телеграфируя удар за километр. Я уклонился, поставил подножку и помог ему упасть, приложив ладонью по затылку. Грохнулся как мешок с картошкой.

Второй попытался схватить меня сзади, классическая ошибка неопытного бойца. Я присел, ухватил его за руку и перебросил через себя. Приземлился он неудачно на спину, со звуком, как будто мешок с мукой упал с высоты.

Третий оказался поумнее, не полез в драку, а попытался использовать магию. Но пока он концентрировался для заклинания, я успел подойти и вырубить его точным ударом в солнечное сплетение. Сложился пополам и рухнул на колени, хватая ртом воздух.

Все три приспешника лежали на полу, стонали и пытались понять, что произошло. А я стоял перед Луцием, даже не запыхавшись.

– Твоя очередь – сказал я.

Луций побледнел. Видимо, не ожидал такого развития событий. Попытался создать огненный шар, но руки у него дрожали от страха, и заклинание получилось кривым. Я легко уклонился от медленного снаряда и сделал шаг вперёд.

– Стой! – взвизгнул он. Я прима-маг! Ты не имеешь права!

– На что не имею права? —спросил я, продолжая приближаться. Защищаться от нападения?

Он попытался отступить, но споткнулся о собственную мантию и упал на задницу. Жалкое зрелище, надменный маг, который минуту назад угрожал, а теперь сидит на полу и дрожит от страха.

– Запомни – сказал я, наклонившись к нему. В следующий раз подумай дважды, прежде чем угрожать. И подбирай компанию поумнее – эти трое не стоят даже жалости.

Развернулся и пошёл к выходу. На пороге обернулся – Ах да. И не называй меня больше калекой. Это может плохо для тебя кончиться.

Слухи разносятся по форту быстрее чумы. Ещё не прошло и часа после инцидента в магической башне, как половина легиона уже знала о том, что новичок Логлайн как-то странно разобрался с четырьмя магами разом. Конечно, подробности обрастали небылицами, кто-то говорил, что я их всех одновременно поднял и швырнул о стену, кто-то утверждал, что использовал какую-то тайную боевую магию.

Истина, как обычно, оказалась гораздо прозаичнее, но от этого не менее впечатляющей.

К вечеру, когда легионеры собрались в столовой на ужин, атмосфера была напряжённой. Луций сидел за офицерским столом с синяком под глазом – видимо, когда падал, приложился головой обо что-то твёрдое. Его приспешники отсутствовали – наверное, зализывали раны в лазарете. Остальные маги поглядывали то на него, то на меня, не зная, как реагировать на произошедшее.

Обычные легионеры были настроены по-разному. Тибр и Марк смотрели с уважением, мол, наконец-то кто-то поставил на место зазнавшегося мага. Молодёжь вообще глядела как на героя, для них любой, кто может противостоять офицерам, автоматически становится авторитетом. Но были и недовольные особенно те, кто надеялся заслужить благосклонность Луция подхалимажем.

После ужина, когда стемнело, ко мне подошёл молодой центурион Квинт.

– Логлайн, могу поговорить с тобой?

Мы вышли за казармы, где никто не мог подслушать.

– Слушай – начал Квинт – не знаю, что там произошло с Луцием, но он требует официального разбирательства. Говорит, что ты напал на него без причины.

– А ты веришь?

– Я знаю Луция уже три года – вздохнул центурион. Мерзавец ещё тот, но формально он прав – нападение на старшего по званию это серьёзное нарушение дисциплины.

– Понятно. Значит, Луций не намерен оставлять дело так. Ну что ж, посмотрим, кто кого переиграет.

– А что ты предлагаешь?

– У нас есть один обычай – сказал Квинт осторожно. Неофициальный спарринг. Если два человека не могут решить конфликт словами, они могут сразиться один на один. Без магии, только рукопашный бой. Победитель получает право забыть об обидах.

– Интересно. Значит, в этом мире тоже есть что-то вроде дуэлей.

– И Луций согласится на это?

– Он уже согласился – ухмыльнулся Квинт. Видимо, считает, что сможет тебя победить без магии. Парень он здоровый, тренировался в кулачном бою.

– А что, если я выиграю?

– Тогда инцидент считается исчерпанным. Луций не имеет права жаловаться командованию или мстить потом.

Звучало заманчиво. И честно говоря, мне самому хотелось поставить окончательную точку в этой истории. Пусть лучше всё решится открыто, при свидетелях, чем тлеть подспудно месяцами.

– Договорились – сказал я. Когда и где?

– Завтра вечером, за северными казармами. Будет много народу – все хотят посмотреть на поединок.

На следующий день весь форт только и говорил о предстоящем спарринге. Ставки принимались в огромном количестве, большинство ставило на Луция. Оно и понятно, он был на пятнадцать сантиметров выше меня, килограмм на двадцать тяжелее, да и репутация у него была соответствующая. Мало кто знал о моих реальных способностях.

Сам Луций ходил довольный и самоуверенный. Видимо, был уверен в победе. За день он несколько раз подходил ко мне с намёками на то, что я ещё могу извиниться и избежать неприятностей. Я вежливо отказывался.

Вечером, когда солнце начало клониться к закату, за северными казармами собралось человек двести. Легионеры, центурионы, даже несколько младших офицеров пришли поглядеть на зрелище. Образовался импровизированный круг диаметром метров в двадцать.

Луций появился в окружении своих сторонников. Он снял мантию и остался в простой тунике, мускулистое тело, уверенные движения. Размял плечи, покрутил кулаками. Толпа одобрительно загудела, многим нравится, когда сильный бьёт слабого.

Я тоже скинул верхнюю одежду. По сравнению с Луцием выглядел довольно невзрачно – среднего роста, не особенно массивный. Но зато без лишнего жира, мышцы сухие и жилистые. Шрамы на теле говорили о том, что драки для меня не в новинку.

– Правила простые! – объявил центурион Квинт, выполнявший роль судьи. Рукопашный бой, никакого оружия, никакой магии! Сдавшийся или потерявший сознание считается проигравшим!

Мы с Луцием встали друг напротив друга в центре круга. Он ухмылялся, явно предвкушая лёгкую победу. Я сохранял серьёзность – недооценивать противника никогда не стоит.

– Начали! – крикнул Квинт.

Луций немедленно пошёл в атаку, размашистые удары, попытка задавить массой и агрессией. Классическая тактика уличного бойца, быстро, грубо, эффектно. Толпа одобрительно заревела.

Но я не был уличным драчуном. Я был профессиональным солдатом, обученным десятком различных систем рукопашного боя. Уклонился от первого удара, второго, нырнул под третий. Луций раздражённо рыкнул и попытался схватить меня в захват.

Большая ошибка. Как только его руки коснулись моих плеч, я провёл классический бросок через бедро. Луций взлетел в воздух и грохнулся на землю спиной вниз. Толпа ахнула – это явно не входило в их ожидания.

Он быстро вскочил, но в глазах уже была не самоуверенность, а злость, смешанная с удивлением. Снова полез в атаку, но теперь осторожнее. Несколько ударов в корпус, попытка поймать на контратаке.

Я пропустил один удар в грудь, не смертельный, но чувствительный, и сразу же ответил быстрой комбинацией в печень. Луций согнулся от боли, и тут же получил апперкот в подбородок. Зашатался, потерял равновесие.

– Ну же, Луций! – кричали его болельщики. Размажи выскочку!

Но выскочка методично разбирал противника на составляющие. Ещё несколько обменов ударами, и стало ясно Луций умеет драться, но только на любительском уровне. Против профессионала у него нет никаких шансов.

Развязка наступила быстро. Луций попытался провести мощный хук справа, но я нырнул под удар, схватил его за руку и провёл болевой на локоть. Он завопил от боли и рухнул на колени.

– Сдаёшься? – спросил я, слегка усиливая давление.

– Сдаюсь! Сдаюсь! – взвизгнул Луций.

Я отпустил его и отошёл. Поединок длился меньше минуты, но впечатление произвёл сильное. Толпа молчала, не зная, как реагировать. Некоторые проигравшие ставки переглядывались с недоумением.

– Победитель – Логлайн! – объявил Квинт. Согласно правилам, конфликт считается исчерпанным!

Победа над Луцием изменила отношение ко мне в легионе кардинально. Если раньше я был просто ещё одним новобранцем-магом с сомнительными способностями, то теперь стал человеком, который смог поставить на место зазнавшегося прима-мага. В военной среде, где сила и умение постоять за себя ценятся превыше всего, такие вещи не забываются.

Утром следующего дня, когда я шёл в столовую на завтрак, легионеры здоровались со мной первыми. Тибр хлопнул по плечу и довольно ухмыльнулся: а ты не так прост, как казался, Логлайн. Молодец, что осадил этого напыщенного павлина. Марк, обычно болтливый, на этот раз был немногословен, но его взгляд выражал уважение.

Даже молодые рекруты, которые раньше смотрели на меня с любопытством, теперь подходили с конкретными вопросами. Гай, парнишка лет двадцати с горящими глазами, осмелился спросить: Логлайн, а ты правда можешь научить таким приёмам, как вчера показывал?

– Могу – ответил я коротко. Но это требует времени и постоянных тренировок.

– А можно попробовать? После службы?

Я посмотрел на него внимательнее. Худощавый парень, но жилистый, движения быстрые. Главное, горящие глаза. Такие либо быстро погибают в первом же бою, либо становятся отличными солдатами.

– Можно. Найди ещё пятерых желающих и приходите вечером за казармы.

К вечеру пришло не пять, а двенадцать человек. Все молодые, все с тем же огнём в глазах. Ветераны пока держались в стороне – привычки менять не хотели, да и скептически относились к новшествам. Но молодёжь была готова учиться.

Первое занятие провёл прямо на утоптанной земле за северными казармами. Там, где вчера проходил поединок. Начал с основ, правильная стойка, базовые удары, простейшие блоки. Ничего сложного, но выполненное технично и с пониманием принципов.

– Забудьте всё, что знали о драке раньше – сказал я. – Уличные потасовки и военное искусство, разные вещи. В бою важна не сила удара, а его точность и своевременность.

Показал, как правильно наносить прямой удар, используя не только руку, но и всё тело. Как уклоняться от атак, сохраняя равновесие. Как использовать силу противника против него самого.

Парни схватывали на лету. Гай оказался особенно способным, движения естественные, координация отличная. Ещё двое-трое проявили неплохие задатки. Остальные старались, но пока получалось коряво.

– Не расстраивайтесь – сказал я в конце тренировки. – Всё приходит с опытом. Главное, постоянная практика. Будем заниматься каждый вечер.

После того как парни разошлись, ко мне подошёл центурион Кассий. В темноте его лица не было видно, но тон голоса был задумчивым.

– Интересные методы – сказал он. – Откуда ты их знаешь?

– Изучал в свободное время – уклончиво ответил я. – В библиотеках столицы много трактатов по военному искусству.

– Хм. – Кассий помолчал. – Знаешь, Логлайн, мне нравится, что ты делаешь. Молодёжь нуждается в настоящем обучении, а не в формальной муштре.

– Благодарю за понимание.

– Только осторожнее. Не всем нравятся перемены. Особенно офицерам, которые привыкли, что солдаты умеют только маршировать и выполнять приказы.

Мудрый совет. Я и сам понимал, что рано или поздно мои нововведения привлекут внимание командования. Хорошо, если положительное.

На следующий день, во время магических занятий, атмосфера была совсем другой. Луций сидел в углу, мрачный и злой, но открыто не конфликтовал. Его приспешники держались от меня подальше. Зато другие маги проявляли интерес к моей персоне.

Молодой Деций подошёл после урока:

– Логлайн, а правда, что ты собираешься учить легионеров новым приёмам боя?

– Правда.

– А… а можно магам тоже присоединиться? Я имею в виду, физическая подготовка нам тоже не помешает.

Интересно. Значит, не все маги считают себя исключительно интеллектуалами.

– Конечно можно. Приходи вечером.

К концу недели моя неформальная группа выросла до двадцати пяти человек. Обычные легионеры, несколько магов, даже пара младших офицеров заглядывали посмотреть. Слухи о необычных тренировках расходились по форту, и реакция была разной.

Некоторые центурионы открыто высказывали недовольство: зачем нам эти цирковые номера? У нас есть проверенные методы подготовки. Но были и те, кто проявлял интерес. Центурион Авл даже попросил показать несколько приёмов его разведчикам.

Легат Валерий пока не высказывался, но я чувствовал, он наблюдает. Рано или поздно мне придётся отчитываться о своих нововведениях.

В конце второй недели произошёл случай, который окончательно утвердил мою репутацию. Группа пьяных легионеров из другой центурии решила проверить, действительно ли новичок так хорош, как о нём рассказывают. Пятеро против одного, в переулке между казармами, поздно вечером.

Разборка была короткой и показательной. Через три минуты все пятеро лежали на земле, а я даже не запыхался. Правда, теперь у меня были свидетели, несколько моих учеников видели всё с начала и до конца.

На следующее утро вся история уже была известна каждому легионеру. Разумеется, подробности были приукрашены, но суть оставалась той же, Логлайн не только умеет драться, но и может передавать свои знания другим.

К концу месяца я понял – задача первого этапа выполнена. Репутация создана, ученики найдены, авторитет завоёван. Правда, завоёван только среди рядовых легионеров и младших офицеров. С командованием ещё предстоит разбираться.

Но это уже следующий этап. А пока нужно было понять, что из себя представляет XV легион изнутри. Какие у него проблемы, кто реально принимает решения, где слабые места системы. Только разобравшись в структуре и внутренней кухне, можно планировать серьёзные изменения.

И первым делом стоило изучить центурионов, людей, которые фактически управляют легионом на тактическом уровне. Именно от них зависит, будут ли мои идеи внедряться или окажутся заблокированными бюрократией и саботажем.

Завтра я начну знакомиться с офицерским составом ближе. Посмотрим, кто из них союзник, кто противник, а кого можно переубедить или нейтрализовать. В конце концов, любая армия – это люди, а люди поддаются влиянию, если знать правильные методы.

Лёжа на своей койке в казарме, я подводил итоги первого месяца службы в XV легионе. Тело адаптировалось к новому распорядку, чужие воспоминания Логлайна больше не вызывали головной боли, а основные люди в легионе были определены и каталогизированы.

Но главное! Я понял масштаб проблем, с которыми столкнулся. XV Пограничный легион представлял собой не боевую единицу, а скорее имитацию армии. Коррупция, низкая дисциплина, отсутствие настоящей подготовки, раздрай среди офицеров. И это при том, что где-то в пустошах формируется реальная угроза под командованием загадочного Серого Командира.

Завтра начинается новый этап, изучение структуры легиона изнутри. Нужно понять, кто реально принимает решения, где находятся рычаги управления, какие ресурсы доступны. Только получив полную картину, можно будет планировать реальные изменения.

И первым делом предстоит разобраться с центурионами – людьми, от которых зависит, будут ли мои идеи воплощены в жизнь или похоронены под грудой бюрократических проволочек. Время покажет, кто из них союзник, а кто препятствие на пути к цели.

Одно было точно – скучать не придётся.

Глава 3

Утро застало меня в арсенале, изучал схемы организации XV Пограничного легиона, пытаясь понять, с чем именно мне предстоит работать. То, что я увидел в документах, слабо напоминало классическую структуру римского легиона из моих воспоминаний. Да, внешне всё выглядело привычно: центурии, когорты, штандарты и прочая атрибутика. Но за этим фасадом скрывалась печальная реальность.

По штатному расписанию легион должен был насчитывать пять тысяч человек, разбитых на десять когорт по пятьсот бойцов каждая. Первая когорта – элитная, четыреста отборных воинов и сто боевых магов. Остальные девять, по пятьсот легионеров, включая офицеров и вспомогательный персонал. Красиво выглядело на бумаге.

Реальность оказалась куда печальнее.

– Фактическая численность? – поинтересовался я у старшего писаря Октавия, сухонького человечка, который знал каждую цифру в отчётах.

– Две тысячи девятьсот тридцать семь человек на вчерашний день – мрачно ответил он, перелистывая потрёпанный журнал. – Это считая поваров, кузнецов и прочих, кто мечом не машет.

Почти сорок процентов некомплекта. В спецназе такое подразделение списали бы как небоеспособное.

– А боевые маги?

– Пятьдесят три человека вместо ста. – Октавий поджал губы. – Прима-маг Луций жалуется, что его люди перерабатывают, но набор идёт плохо. Желающих служить на границе немного.

Я кивнул и отправился знакомиться с командным составом, понимать людей важнее, чем изучать бумаги.

Первым встретил центуриона Авла – командира разведывательного подразделения. Жилистый мужчина лет сорока, с проницательными серыми глазами и лицом, которое словно высекли из гранита. Шрамы на руках и шее говорили о том, что он знает войну не понаслышке.

– Разведка у нас специфическая – объяснил Авл, показывая карту местности. – Не то, что в столичных легионах – элегантные донесения о перемещениях противника. Тут либо живым вернёшься с информацией, либо никак.

Его подразделение насчитывало восемьдесят человек вместо положенной сотни. Двадцать человек, потери последних трёх месяцев. Пополнение не присылают.

– А как с подготовкой новичков?

Авл усмехнулся – не весело, а горько.

– Какая подготовка? Бросают в пекло и смотрят, кто выплывет. Те, кто выживает первые два патруля, становятся нормальными разведчиками. Остальные… – Он пожал плечами.

Следующим оказался центурион Октавий, отвечавший за инженерные работы и осадную технику. Кряжистый мужчина с умными карими глазами и руками, испачканными маслом от механизмов. В его ведении находились катапульты, баллисты, осадные башни, весь арсенал для штурма крепостей и обороны форта.

– Техника старая – признался он, ведя меня между рядами боевых машин. – Эта баллиста ещё при покойном императоре сделана, а катапульту чинили раз двадцать. Запчастей нет, новое не присылают, приходится выкручиваться.

Я осмотрел оборудование глазами человека, который знал современную военную технику. Конструкции были примитивными, но не лишёнными смысла. Главная проблема – изношенность. Механизмы натяжения требовали замены, деревянные части гнили, металлические детали покрывались ржавчиной.

– А люди у тебя есть?

– Семьдесят два человека – Октавий вытер руки тряпкой. – Половина, бывшие плотники и кузнецы, понимают в механике. Остальные учатся на ходу. Неплохие ребята, но техники мало.

Инженерные части во все времена были узким местом любой армии. Тут ситуация типичная, недостаток оборудования и нехватка квалифицированных специалистов.

Центурион Децим, заведующий снабжением, встретил меня в складских помещениях – длинных приземистых зданиях, где хранились припасы, оружие и прочее имущество легиона. Сварливый мужчина лет пятидесяти, с вечно недовольным выражением лица и привычкой жаловаться на всё подряд.

– Снабжение? Какое ещё снабжение? – начал он с порога. – Интендант Флавий обещает золотые горы, а по факту половину заказанного не привозят, а то, что привозят гнилое или некачественное.

Я прошёлся по складам, оценивая запасы. Картина удручающая, продовольствия хватит недели на три при нормальном пайке, оружия для замены сломанного почти нет, медикаментов кот наплакал.

– Сколько твоих людей?

– Сорок пять – Децим плюнул в сторону. – Грузчики, писари, повара. Работы на сотню, а людей меньше полусотни. Вот и крутимся как белки в колесе.

Постепенно картина структуры легиона начала проясняться. Формально всё выглядело солидно: центурии, когорты, чёткое разделение обязанностей. На деле получалась жалкая пародия на боевую единицу.

Возвращаясь в казармы, я встретил центуриона Кассия, того самого, что выдавал мне снаряжение в первый день. Мускулистый мужчина с печальными глазами командовал второй центурией третьей когорты, обычная пехота, костяк любого легиона.

– Как дела у твоих ребят? – поинтересовался я.

Кассий задумался, подбирая слова.

– Люди неплохие, воевать умеют. Проблема в другом, нет у них веры. Понимаешь? Дерутся, потому что приказано, а не потому, что верят в победу.

Это была суть проблемы. Деморализация хуже любого недостатка снаряжения или численности. Люди, не верящие в успех, проигрывают даже тогда, когда могли бы победить.

Кабинет интенданта Флавия находился в административном корпусе форта, отдельном здании, где размещались всякие штабные службы и управление хозяйством. Полный мужчина с хитрыми глазками встретил меня среди стопок документов, мешков с зерном и бочек с вином.

– А, боевой маг Логлайн! – радостно воскликнул он, поднимаясь из-за стола. – Слышал о твоих подвигах на тренировочном плацу. Луция на лопатки положил, говорят?

Я пожал плечами, не любил обсуждать такие вещи. Флавий между тем суетился, предлагая вино и закуску, явно желая произвести хорошее впечатление.

– Расскажи о снабжении – попросил я, усаживаясь на предложенный стул. – Центурионы жалуются на нехватку всего и вся.

Лицо интенданта мгновенно стало озабоченным.

– Ах, если бы всё зависело от меня! – Он развёл руками. – Но что поделать, когда из столицы денег приходит всё меньше, а требований всё больше? Приходится экономить на всём.

Флавий принялся объяснять сложности военного снабжения в приграничье. По его словам, основные проблемы заключались в дороговизне доставки, ненадёжности поставщиков и постоянных нападениях на обозы.

– Вот, например, мясо – он указал на небольшую кучку вяленых кусков в углу склада. – Заказывал триста фунтов свежей говядины, а привезли сто фунтов солонины, да ещё полуиспорченной. Что делать? Солдат кормить надо.

– А цены какие?

– Справедливые – быстро ответил Флавий. – Рыночные. Может, чуть выше из-за сложности доставки, но не критично.

Я попросил показать договоры с поставщиками. Интендант немного поколебался, но документы предоставил. Изучение бумаг заняло полчаса и результат меня не удивил.

Цены были завышены в полтора-два раза по сравнению с рыночными. Качество поставляемых товаров по описанию не соответствовало фактическому. А самое интересное, некоторые поставщики существовали только на бумаге, судя по адресам и именам.

– Интересная арифметика получается – заметил я, откладывая документы. – По твоим бумагам легион тратит на питание больше, чем получает жалованья весь офицерский состав.

Флавий покраснел и начал объяснять сложности военного бухгалтерского учёта, специфику приграничной торговли и прочие тонкости, которые простому боевому магу понять трудно.

– Давай проще – перебил я его. – Покажи, сколько денег получил легион на снабжение за последний квартал.

– Это… это секретная информация…

– Я же не посторонний. Служу в том же легионе, что и ты.

После некоторых колебаний Флавий показал финансовую сводку. Картина оказалась ещё хуже, чем я предполагал.

Легион получил на снабжение восемьсот золотых талантов за квартал. По документам потратил тысячу двести. Разница списывалась на дополнительные расходы военного времени и премиальные выплаты за особые заслуги.

– Кто эти премии получает? – поинтересовался я.

– Ну… командование, естественно. За риск, за ответственность…

Я пробежал глазами список премированных. Легат Валерий получил сто талантов за организацию обороны, прима-маг Луций – пятьдесят за магическую поддержку, сам Флавий – семьдесят пять за обеспечение снабжения в сложных условиях.

А обычные легионеры недоедали и донашивали сломанное снаряжение.

– Понятно – сказал я, возвращая бумаги. – Ещё вопрос – откуда берутся дополнительные четыреста талантов расходов?

Флавий замялся, явно подбирая слова.

– Это… сложно объяснить человеку, не знакомому с тонкостями интендантской службы. Транспортные расходы, страховка, комиссии посредников…

– Посредников?

– Ну да! Нельзя же покупать всё напрямую у производителей. Нужны надёжные люди, которые организуют поставки, проследят за качеством…

И получат за это солидный процент. Классическая схема, знакомая по любым армиям любых времён. Только здесь масштаб воровства впечатлял даже меня.

– А если попробовать договариваться с поставщиками напрямую? – предложил я. – Исключить посредников, сэкономить на комиссиях?

Лицо Флавия стало каменным.

– Это невозможно. У нас давно отработанная система, проверенные люди. Менять что-то сейчас – только навредить снабжению.

Понятно. Менять – значит лишать кормушки целую группу людей, включая самого интенданта. А он явно не собирался добровольно отказываться от доходов.

– Ладно – сказал я, поднимаясь. – Спасибо за разъяснения. Очень… познавательно.

Флавий проводил меня до дверей с видом человека, который хочет сказать что-то важное, но не решается. Наконец он всё же набрался смелости:

– Логлайн, ты человек разумный. Понимаешь, что в армии есть определённые… традиции. Не стоит пытаться всё сразу менять. Можно нажить врагов.

Я остановился и посмотрел на него внимательно.

– Это угроза?

– Что ты! – Флавий замахал руками. – Дружеский совет. От человека, который здесь давно служит и знает, как всё устроено.

– Учту – коротко ответил я и вышел.

Но в голове уже созревал план. Коррупция в снабжении – это не просто воровство денег. Это прямая угроза боеспособности легиона. А в условиях надвигающейся войны подобная роскошь недопустима.

Лазарет размещался в отдельном здании рядом с казармами, длинная приземистая постройка с множеством небольших окон для лучшего освещения. Запах лекарственных трав, перемешанный с менее приятными ароматами, встретил меня ещё на пороге.

Марцелл, легионный медик, оказался пожилым мужчиной лет шестидесяти с добрыми, но усталыми глазами и руками, покрытыми старыми шрамами от скальпелей и игл. За сорок лет службы он перевидал всё, что только может случиться с человеческим телом на войне.

– Заходи, заходи – пригласил он, не отрываясь от пациента – молодого легионера с перевязанной рукой. – Сейчас закончу и поговорим.

Я осмотрелся. В лазарете лежало человек тридцать, треть коек занята. Кто-то стонал от боли, кто-то тихо бредил в лихорадке, несколько человек просто лежали с отсутствующим взглядом.

– Много больных – заметил я, когда Марцелл освободился.

– Больных? – Медик горько усмехнулся. – Это ещё цветочки. Видишь того парня в углу? Дизентерия. А вон тот, лихорадка болотная. Третий ряд почти весь, незаживающие раны от старых сражений.

Он провёл меня между койками, рассказывая о каждом случае. Картина складывалась удручающая.

– Основная проблема, питание – объяснял Марцелл. – Люди недоедают, организм ослаблен, иммунитет на нуле. Любая царапина может превратиться в серьёзную инфекцию.

– А лекарства есть?

Медик показал на полупустые полки с флаконами и баночками.

– Кое-что осталось от прошлых поставок. Базовые травы собираю сам в окрестностях. Но серьёзных медикаментов нет уже три месяца.

– Магические средства исцеления?

– А вот с этим совсем беда. – Марцелл вздохнул. – Зелья лечения закончились ещё в прошлом квартале. Исцеляющие кристаллы тоже на исходе, два-три штуки осталось, берегу для критических случаев.

Я подошёл к одному из больных, парню лет двадцати с воспалённой раной на ноге. В нормальных условиях такое лечится простым заклинанием исцеления за пять минут. Здесь же он мучается уже неделю.

– Почему боевые маги не помогают? – спросил я. – У нас же больше пятидесяти человек.

Марцелл поморщился.

– Прима-маг Луций считает, что тратить ману на лечение обычных солдат нерационально. Говорит, пусть их организм сам справляется, так закалка лучше.

Я промолчал, но внутри закипал. Классическая логика элиты, простые люди расходный материал, жалеть не стоит.

– А сам ты заклинаниями владеешь?

– Базовыми, да. Но у меня дар слабый, могу только лёгкие ссадины залечивать. Для серьёзных ран маны не хватает.

Мы прошли дальше. В дальнем углу лазарета лежали самые тяжёлые больные те, кому обычная медицина уже не помогала.

– Этот получил ранение в живот месяц назад – Марцелл указал на бледного юношу, который едва дышал. – Заражение пошло, но без сильного исцеляющего заклинания не поможешь. А где его взять?

– Этот?

– Горная лихорадка. Раньше лечили специальными зельями, а теперь только травками пробуем. Не помогает особо.

Третий больной привлёк моё внимание, ветеран с искалеченной ногой и пустым взглядом.

– А с ним что?

– Ранение старое, год назад было. Кость неправильно срослась, передвигается с трудом. Но главная проблема не в ноге, в голове. Часто такое бывает после тяжёлых боёв. Ночами кричит, от каждого шороха шарахается.

Посттравматическое стрессовое расстройство. В моё время это лечили годами работы с психологами. Здесь просто списывали как боевое помешательство и забывали.

– Сколько таких?

– Человек двадцать в легионе наберётся. Формально они годны к службе, но в бою толку мало. Могут в самый критический момент поддаться панике.

Марцелл провёл меня в свой небольшой кабинет, где на полках стояли книги по медицине и анатомии вперемешку с склянками снадобий.

– Расскажи честно – попросил я – какова реальная боеспособность легиона с медицинской точки зрения?

Старый медик долго молчал, подбирая слова.

– Если честно? Плохо дело. Треть людей хронически больна, дизентерия, лихорадки, кожные заболевания. Ещё треть ходит на грани болезни, недоедание сказывается. Полностью здоровых наберётся человек восемьсот, не больше.

– Из трёх тысяч?

– Именно. И это, ещё не считая психологических проблем. Моральный дух на нуле, многие спиваются от безысходности.

Картина становилась всё мрачнее. Легион разлагался не только организационно и финансово, но и физически.

– А что можно сделать при нынешних ресурсах?

Марцелл оживился, видно, над этим вопросом он думал не раз.

– Во-первых, наладить нормальное питание. Хотя бы минимум белков и витаминов. Во-вторых, улучшить санитарные условия в казармах, там антисанитария полная. В-третьих, организовать хотя бы базовую магическую помощь от боевых магов.

– Это реально?

– С питанием сложно, нет денег на качественную еду. С санитарией проще, нужна только организация и дисциплина. А вот магов заставить лечить солдат… – Он покачал головой. – Тут нужна воля командования.

Я поблагодарил Марцелла за откровенность и пообещал подумать над его предложениями. Выходя из лазарета, я думал о том, что медицинские проблемы легиона, прямое следствие общего развала дисциплины и морали.