Текст книги "Второе рождение (СИ)"

Автор книги: Марк Блейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Глава 11

Деревянный стол передо мной завалили пожелтевшие от времени свитки, документы в кожаных переплётах и потёртые военные справочники. Наследие Логлайнаоказалось богаче, чем я ожидал. Осторожно развернув очередной документ, я увидел официальный устав императорской армии, переписанный каким-то прилежным писцом. Буквы были выведены старательно, хотя чернила кое-где выцвели, а на полях виднелись пометки рукой прежнего владельца тела.

Первое, что поразило меня – невероятная сложность бюрократической машины империи. Каждая провинция дробилась на округа, те – на графства, а графства состояли из отдельных городков и деревень. На каждом уровне существовала собственная администрация со строго определёнными полномочиями и обязанностями. Я пытался сопоставить эту систему с тем, что знал о Римской империи, но здесь всё оказалось ещё сложнее из-за магической составляющей.

Во главе провинции стоял наместник – обычно член императорской семьи или представитель высшей знати. Ему подчинялись префекты округов, которые координировали работу местных управляющих. Читая эти схемы, я понимал, что система создавала множество возможностей для конфликтов и злоупотреблений. Каждый чиновник тянул одеяло на себя, защищая собственные интересы.

Особенно меня заинтересовал раздел о взаимодействии гражданских и военных властей. Легионы формально подчинялись императору через военных трибунов, но на местах должны были сотрудничать с гражданской администрацией. Я сразу увидел здесь источник бесконечных проблем: военные жаловались на недостаточное снабжение, а чиновники обвиняли солдат в превышении полномочий.

– Знакомая песня, – пробормотал я, вспоминая взаимодействие российских силовых структур с местной властью.

Судебная система поражала своей запутанностью ещё больше административной: гражданские суды для обычных граждан, военные трибуналы для легионеров, магические советы для дел колдовства, религиозные суды для храмовых споров – и всё это с размытыми границами компетенции. Влиятельный человек мог выбирать суд по своему усмотрению, а простолюдины годами ждали решения, пока их дело перебрасывали между инстанциями.

Налоговая система оказалась ещё более изощрённой. Подушный налог, земельный налог, торговые пошлины, военный сбор, магический налог – и это только основные категории. Каждый регион добавлял местные сборы, а различные сословия пользовались льготами. Откупщики – частные лица, покупавшие право сбора в определённом регионе – старались выжать максимальную прибыль, что неизбежно приводило к злоупотреблениям.

Военный раздел содержал подробную информацию об армии империи. Тридцать два легиона различного назначения – от элитных преторианских когорт до вспомогательных частей на границах. Каждый легион теоретически насчитывал пять тысяч человек, но практически многие были недоукомплектованы. XV Пограничный легион, где служил Логлайн, относился ко второму эшелону – не самому престижному, но и не самому забытому.

Изучая схемы организации, я понимал, что основой легиона была центурия – сто человек под командованием центуриона. Шесть центурий составляли когорту, десять когорт – легион. Но это была теория. На практике численность подразделений колебалась в широких пределах в зависимости от потерь и пополнения. Система напоминала римскую, но с поправками на магические возможности.

Снабжение армии тоже было уязвимым местом. Квесторы – специальные чиновники – закупали необходимое у торговцев или реквизировали у населения. Коррупция процветала на каждом этапе: некачественные товары по завышенным ценам, откаты от поставщиков, присвоение части припасов. Жалованье легионеров часто задерживалось на месяцы, что подрывало дисциплину и боевой дух.

По мере чтения у меня складывалось впечатление упадка: империя Зерентарн напоминала позднюю Римскую империю со всеми её проблемами. Разбухшая бюрократия, коррупция, ослабление центральной власти. Но здесь добавлялся фактор магии, который кардинально менял баланс сил. Магические ресурсы были ограничены и дороги: кристаллы для фокусировки заклинаний, редкие травы для зелий, магические книги. Это создавало естественное ограничение для развития магии.

Элитные боевые маги были штучным товаром. Их обучение занимало десятилетия, а потери восполнялись крайне медленно. Командование берегло их и избегало рисковать в опасных операциях. Получался порочный круг: маги не получали боевого опыта, а их эффективность в реальных сражениях была ниже теоретической.

Военно-политическая обстановка на границах внушала тревогу. Постоянные стычки с враждебными соседями, набеги кочевников, конфликты с автономными городами. А за последние годы появилась новая угроза – организованные культы тёмной магии. Они действовали скоординированно и имели серьёзную поддержку, что превращало их из обычных разбойников в серьёзную военную силу.

Отложив устав, я потянулся: глаза устали от мелкого почерка. За окном садилось солнце, а я провёл весь день, изучая документы. Но время потратил не зря – теперь я понимал, в какой системе предстоит действовать и какие рычаги влияния существуют. Информация – это сила, а знание структуры империи открывало множество возможностей.

Следующее утро я посвятил изучению военных уставов: трёх толстых книг, исписанных комментариями Логлайна. «Основы легионной тактики», «Руководство по боевой магии» и «Устав караульной и гарнизонной службы» – каждая содержала практические знания, накопленные за века военной истории.

Тактические принципы во многом напоминали античные образцы. Легион строился линиями: тяжёлая пехота в центре, лёгкая – на флангах, кавалерия – для преследования. Но магия вносила кардинальные изменения в эти схемы. Боевые маги располагались в защищённых позициях и поражали противника на дальней дистанции. Я сразу увидел аналогии с современной артиллерией: та же роль огневой поддержки, те же проблемы с координацией.

Основной магической единицей была декурия – десять человек различных специализаций. Два элементалиста огня для атак, маг воздуха для поддержки стрелков, земляной маг для укреплений, иллюзионист, целитель и четыре универсала. Система выглядела логично на бумаге, но я понимал, насколько сложно координировать такую группу в реальном бою.

Взаимодействие магов и пехоты требовало идеальной синхронизации. Заклинания готовились долго, их эффективность зависела от множества факторов. Малейший сбой в координации приводил к поражению. Читая описания неудачных сражений, я видел знакомые проблемы: недостаток связи, взаимное непонимание, конфликт приоритетов.

«Руководство по боевой магии» оказалось настоящей энциклопедией. Заклинания делились на уровни сложности: от простейших бытовых чар до разрушительных заклинаний массового поражения. Первый уровень знал каждый солдат: огонь, очистка воды, лечение царапин. Второй требовал специальной подготовки: боевые заклинания, щиты, атакующие чары.

Высшие уровни магии были доступны единицам. Архимаги могли вызывать землетрясения, управлять погодой, призывать дождь или наслать болезни на вражескую армию. Но такие способности требовали десятилетий изучения и колоссальных затрат энергии. Одно мощное заклинание могло истощить мага на дни.

Изучая теоретические основы, я понимал принципы работы магии в этом мире. Энергетические потоки, лей-линии пронизывали всё пространство, но неравномерно. В узлах силы концентрация была высокой, в мёртвых зонах – почти отсутствовала. Маги учились чувствовать эти потоки и направлять их через своё тело.

Каждый человек рождался с определённым магическим потенциалом, который нельзя было существенно увеличить. Обучение позволяло лишь эффективнее использовать имеющиеся способности. Поэтому сильные маги были редкостью – их нельзя было произвести в нужном количестве, как обычных солдат.

Магическая энергия накапливалась постепенно и расходовалась при заклинаниях. Скорость восстановления зависела от индивидуальных особенностей и внешних условий. Перерасход приводил к истощению, которое могло длиться от часов до дней. Я на собственном опыте знал эти ощущения: каждая попытка магии отзывалась болью в груди.

Травмы магических центров были серьёзной проблемой. Именно такое повреждение получил Логлайн: магическое плетение культиста нарушило нервные связи, контролирующие энергию. Это объясняло мою боль при попытках колдовства и ограниченную мощность заклинаний. Полное излечение таких травм было крайне редким.

Существовали способы частичного восстановления: специальные зелья, кристаллы-усилители, медитативные техники. Но всё это требовало времени, денег и доступа к квалифицированным целителям. В отдалённых гарнизонах о таком лечении можно было только мечтать.

Боевое применение магии имело множество ограничений. Дальность большинства заклинаний не превышала сотни метров. Точность падала с расстоянием. Защитные барьеры требовали постоянной концентрации. Массовые заклинания были эффективны против скоплений, но бесполезны в рукопашной.

Противодействие магии было не менее важным. Опытные воины распознавали подготовку заклинаний по жестам и срывали их атаками. Специальные щиты и доспехи ослабляли магические удары. Амулеты и зелья обеспечивали частичный иммунитет. Я делал подробные заметки, сравнивая возможности магов с современным оружием.

По сути, маги играли роль артиллерии: дальний бой, значительный урон, но ограниченный боекомплект и долгая перезарядка. При этом они были крайне уязвимы в ближнем бою. Эта особенность открывала интересные тактические возможности для тех, кто понимал ограничения магии.

К полудню я перешёл к изучению военной иерархии – сложной системы званий, должностей и привилегий. Документы содержали не только официальные схемы, но и рукописные пометки Логлайна о реальном положении различных категорий военных. Эта инсайдерская информация оказалась бесценной.

Основу легиона составляли рядовые – солдаты по двадцатилетнему контракту. Они получали стандартное жалованье, паёк, снаряжение, а после отставки – земельный участок или денежную компенсацию. Среди рядовых существовала неформальная иерархия. Ветераны пользовались уважением и часто становились неофициальными лидерами.

Принципалы – солдаты со специальными обязанностями – стояли ступенью выше. Сигналисты, знаменосцы, писари, оружейники получали повышенное жалованье и освобождались от части обычных обязанностей. Эти должности часто становились трамплином для дальнейшего продвижения.

Десятники командовали отделениями по десять человек. Опытные солдаты, выдвинутые за заслуги или способности. Им полагалось двойное жалованье и право применять дисциплинарные взыскания. Многие всю службу оставались в этом звании, так как дальше продвинуться было сложно без покровительства или исключительных заслуг.

Центурионы составляли костяк офицерского корпуса. Каждый командовал центурией – примерно сотней человек. Но центурионы различались по старшинству и влиянию: младшие – в задних когортах, старшие – в первой когорте с правом участвовать в военных советах.

Особое положение занимал примипил – старший центурион первой центурии. Это была высшая должность для выходцев из народа: участие в военных советах наравне с трибунами, право голоса при принятии решений, жалованье как у младшей знати. Логлайн дослужился до этого звания – серьёзное достижение для простолюдина.

Высший командный состав комплектовался из аристократии. Трибуны – молодые дворяне, проходящие военную службу как этап политической карьеры – формально командовали когортами, но редко имели реальный боевой опыт. Опытные центурионы фактически выполняли их функции.

Легат – командир легиона – назначался императором из сенаторов или членов семьи. Это была высокая политическая должность, сочетающая военное командование с административными функциями. В его обязанности входили: ответственность за боеготовность войск, отношения с властями, сбор налогов, поддержание порядка в регионе.

Параллельно существовала магическая иерархия. Младшие боевые маги (сеньоры) соответствовали принципалам: они исполняли базовые заклинания и поддерживали войска. Старшие маги (кардиналы) командовали магическими подразделениями на уровне центурионов. Высшие должности занимали понтифики – маги-офицеры, отвечающие за всю магическую составляющую легиона.

Особая категория – харуспики, специалисты по предсказательной магии и разведке. Они не имели фиксированного места в иерархии, но пользовались влиянием благодаря уникальным способностям. Могли быть как рядовыми, так и советниками легата – всё зависело от уровня таланта.

Система продвижения была жёсткой. Для простолюдинов это был долгий путь через доблестную службу: рядовой → принципал → десятник → центурион. Дальше продвинуться было практически невозможно – высшие должности резервировались за знатью. Аристократы начинали сразу с офицерских позиций и могли рассчитывать на легатство.

Жалованье кардинально различалось по рангам. Рядовой получал как квалифицированный ремесленник. Центурион – в пять-десять раз больше. Трибун – в двадцать раз больше базовой ставки. Легат имел оклад плюс долю от налогов региона. Неравенство было вопиющим, но таковы были правила игры.

К основному жалованью добавлялись надбавки и премии: донативы за победы, награды за заслуги, ветеранские доплаты. Торквесы, фалеры и другие знаки отличия давали право на дополнительные выплаты. Система мотивации работала, но порождала жёсткую конкуренцию.

Снабжение тоже зависело от ранга. Рядовые получали стандартный паёк из зерна, масла, вина и солёного мяса. Центурионы имели улучшенный рацион и возможность покупать деликатесы. Высшие офицеры располагали собственными поварами и аристократическим питанием.

Снаряжение различалось по качеству: массовое производство для рядовых, заказы у лучших мастеров для центурионов, фамильное зачарованное оружие для аристократов. Социальное расслоение проявлялось во всём.

Дисциплинарная система была строгой, но справедливой. За мелкие нарушения полагались дополнительные наряды и штрафы. За серьёзные проступки – телесные наказания и понижение в звании. За предательство и дезертирство – смертная казнь. Но существовали и поощрения: досрочные повышения, ценные подарки, высшие награды с пожизненными привилегиями.

Особенно меня заинтересовало, что статус примипиласохранялся в отставке. Это давало льготы при возвращении на службу: ускоренное рассмотрение документов, возможность претендовать на офицерские должности без полной переподготовки. Хорошая стартовая позиция для реализации моих планов.

К полудню я перешёл к изучению военной иерархии – вопросу, который серьёзно озадачил меня ещё в годы изучения истории на военной кафедре. Тогда я часами копался в трудах по организации римских легионов после Траяновских реформ начала второго века, восхищаясь их структурой и эффективностью. То, что я обнаружил в документах империи Зерентарн, было пародией на боеспособную армию.

Местные легионы представляли собой аморфные формирования без чёткой структуры. Никого не заботила единая система подготовки, стандартизация вооружения или координация между подразделениями. Вместо железной дисциплины римских центурий здесь царили групповщина и протекционизм.

Формально существовали звания: рядовые, десятники, центурионы, трибуны, легаты. Но за красивыми названиями скрывался хаос. Центурион мог командовать как пятьюдесятью, так и двумястами людьми – в зависимости от настроения командования и наличия свободных кадров. Никто толком не знал, кому подчиняется и за что отвечает.

Система продвижения базировалась исключительно на связях и взятках. Аристократы покупали себе офицерские должности, не имея понятия о военном деле. Способные солдаты из народа могли десятилетиями гнить в рядовых, пока какой-нибудь молокосос с дворянским титулом получал центурионство за красивые глаза.

Снабжение было притчей во языцех. Каждое подразделение самостоятельно решало проблемы с провиантом, снаряжением и жалованьем. Результат был предсказуем: постоянное воровство, спекуляции, злоупотребления. Воинская дисциплина превратилась в фарс.

Особенно меня поразило отсутствие единых тактических принципов. Римские легионы действовали как отлаженный механизм благодаря стандартизированной подготовке и взаимозаменяемости подразделений. Здесь каждый командир изобретал велосипед, полагаясь на интуицию и случай.

Магическая составляющая только усугубляла проблемы. Боевые маги считали себя элитой и игнорировали обычных солдат. Никого не интересовала интеграция магии в общую тактику – каждый действовал сам по себе. Координация между магами и пехотой отсутствовала полностью.

Изучая эту информацию, я испытывал растущее недоумение. Как такое государство вообще ещё существует? При подобной организации армии любой серьёзный противник должен был раздавить империю за считанные месяцы. Очевидно, соседи находились в ещё худшем состоянии, или Зерентарну феноменально везло с врагами.

Единственное разумное объяснение: империя держалась на инерции прошлых побед и отсутствии организованной угрозы. Но когда появится серьёзный противник с современной военной организацией, этот карточный домик рухнет за неделю. И, судя по активизации культистов в пустошах, такой момент может наступить скорее, чем кто-то ожидает.

После изучения военной иерархии я перешёл к экономическим документам. Сухие цифры рассказывали тревожную историю о состоянии пограничных земель. Отчёты интендантов, налоговые сводки, торговая статистика – всё указывало на серьёзный кризис, объясняющий проблемы легионов.

Основой экономики была транзитная торговля. Караванные пути связывали внутренние провинции с городами пустошей и дальними королевствами. Шёлк, пряности, магические артефакты шли из столицы. Обратно везли сырьё, драгоценные металлы, редкие минералы, магические кристаллы. Регион жил за счёт пошлин и обслуживания караванов.

Но за пять лет торговые потоки сократились вдвое. Главная причина – растущая небезопасность дорог. Нападения разбойников из эпизодических превратились в системные. Их организованность и вооружённость качественно возросли. Путешествие без серьёзной охраны стало самоубийством.

Особенно пострадали мелкие торговцы. Они не могли позволить себе большие отряды охраны и либо разорились, либо сменили маршруты. Крупные дома объединяли караваны в колонны, но это замедляло торговлю и увеличивало расходы. Экономическая эффективность падала.

Сокращение торговли больно ударило по налогам. Пошлины составляли значительную часть доходов казны. За пять лет поступления упали почти вдвое. Как следствие – сокращение расходов на инфраструктуру, чиновников и, что критически важно, на снабжение легионов.

Местное производство тоже страдало. Ремесленники лишились заказов, многие мастерские закрылись. Производители предметов роскоши пострадали особенно сильно: их клиентура состояла из богатых торговцев и путешественников. Квалифицированные мастера уезжали в более благополучные регионы.

Сельское хозяйство испытывало постоянное давление набегов. Отдалённые фермы регулярно подвергались нападениям: скот угонялся, урожай уничтожался, крестьяне либо погибали, либо бежали в города. Обрабатываемые площади сокращались, цены на продовольствие росли.

Демографическая ситуация была катастрофической. Наблюдалась массовая эмиграция в безопасные провинции. Особенно болезненной была утечка молодых мужчин: они уходили на службу в другие легионы или искали счастья в торговле. Города пустели, деревни забрасывались.

Уменьшение населения создавало порочный круг. Меньше людей – меньше налогов, потребителей, рабочих рук. Экономика сжималась, что создавало ещё больше проблем. Инфраструктура деградировала, что открывало дополнительные возможности для разбойников.

Финансовое положение XV Пограничного легиона было критическим. Задолженность по жалованью составляла четыре месяца. Снаряжение не обновлялось годами. Запасы оружия и припасов находились на грани. Боеспособность подразделения неуклонно снижалась.

Местные власти пытались компенсировать недофинансирование дополнительными налогами и реквизициями. Но это ухудшало ситуацию и вызывало недовольство населения. Некоторые города отказывались платить, что приводило к конфликтам с военными.

Коррупция процветала на всех уровнях. Чиновники завышали расходы и присваивали разницу. Торговцы покупали льготы взятками. Офицеры продавали солдатский паёк. Даже рядовые участвовали в контрабанде, используя служебное положение.

Особенно острой была проблема магических компонентов. Боевые заклинания требовали дорогих ингредиентов: кристаллов, редких трав, заговорённых металлов. В условиях нарушенной торговли цены выросли в разы. Многие маги экономили на заклинаниях или использовали некачественные заменители.

Снаряжение тоже было проблемой. Простые мечи и копья ковались местными кузнецами, но качественные доспехи, арбалеты, осадные орудия производились в столичных мастерских. Доставка через опасные территории стала рискованной и дорогой.

Медицинское обеспечение практически отсутствовало. Не хватало лекарей, медикаменты поступали нерегулярно. Большинство ранений лечили подручными средствами, что приводило к высокой смертности. Магическое лечение было доступно только офицерам.

Моральное состояние войск неизбежно страдало. Солдаты видели плохое питание, задержки жалованья, изношенное снаряжение. Многие думали о дезертирстве или переводе. Дисциплина падала, боеготовность снижалась.

Анализируя всю эту информацию, я понимал, что проблемы носят системный характер. Простое увеличение финансирования не поможет. Нужно восстанавливать торговлю, обеспечивать безопасность, привлекать население, бороться с коррупцией. А это требовало кардинальных изменений в тактике и управлении.

К вечеру, когда за окном зажглись огни в домах городка, я отложил последний документ и принялся обдумывать стратегию возвращения на военную службу. День интенсивного изучения дал мне ясное представление о ситуации, возможностях и препятствиях, которые предстояло преодолеть.

Сначала я честно оценил собственное положение. Преимущества были серьёзными: богатый боевой опыт Логлайна, знание армейской системы, связи среди ветеранов, документальные заслуги. Статус первого копья в отставке открывал многие двери и давал льготы при поступлении. Но магическая травма была серьёзным препятствием в мире, где боевая магия играла ключевую роль.

Я составил подробный план, записывая каждый шаг на отдельном листе. Первый этап – подача документов в военную комиссию регионального центра. Нужны: справка о здоровье, рекомендательные письма, документы об образовании и службе. Большая часть была в архиве нового тела и личности, но некоторые справки придётся получать заново.

Медицинское освидетельствование – ключевой момент. Надо честно сообщить о травме, но представить её в выгодном свете. Подчеркнуть, что она не влияет на способность командовать и обучать. А ослабленные магические способности можно компенсировать артефактами и помощниками.

Для рекомендательных писем стоило обратиться к влиятельным людям, знавшим Логлайна. В первую очередь – к отставным офицерам на гражданских должностях. Их поддержка могла ускорить рассмотрение и повлиять на решение комиссии.

Экзамены требовали серьёзной подготовки. Теоретическую часть я считал несложной – знания Логлайна были глубокими и актуальными. Но практические испытания могли стать проблемой. Магические тесты я наверняка провалю, зато демонстрация боевых навыков должна произвести впечатление.

Я решил делать ставку на нестандартные умения. Мои знания современных методов рукопашного боя, спецназовской тактики и психологических приёмов могли заинтересовать прогрессивных офицеров. В условиях растущих угроз армия нуждалась в новых подходах к обучению и ведению боя.

Выбор места службы требовал обдумывания. Возвращение в XV Пограничный легион было логичным: там знали Логлайна, а командир Марк Валерий славился справедливостью и открытостью к новому. Пограничные части нуждались в опытных кадрах и были менее придирчивы к формальностям.

Можно было попытаться устроиться в столичный легион или учебное подразделение. Это давало лучшие возможности для карьеры и доступ к ресурсам. Но конкуренция там была жёстче, а требования – выше. Травмированного мага туда вряд ли возьмут даже с отличными рекомендациями.

Я выбрал проверенный путь – возвращение в знакомый легион с постепенным наращиванием влияния. Начать придётся с низких должностей: инструктора, помощника командира, специалиста по отдельным вопросам. Но это даст возможность изучить современное состояние войск и найти применение уникальным знаниям.

Финансовый вопрос тоже требовал решения. Поездка в центр, проживание во время экзаменов, оформление документов – всё требовало денег. Сбережений Логлайнамогло не хватить. Стоило продать часть имущества или обратиться за помощью к благодарным жителям городка.

Особое внимание я уделил долгосрочной стратегии. Просто вернуться на службу было недостаточно. Нужно было думать о максимально эффективном использовании второго шанса. Цель заключалась не в том, чтобы дослужить до пенсии, а в том, чтобы внести реальный вклад в укрепление обороны империи.

Первоочередная задача – восстановление боеспособности легиона. XV Пограничный находился в плачевном состоянии: плохая подготовка, низкая дисциплина, устаревшая тактика, проблемы снабжения. Но именно это создавало возможности для быстрого продвижения – любые улучшения будут заметны и оценены.

Я планировал внедрить элементы современной военной подготовки, адаптированные к местным условиям. Физическая подготовка солдат была недостаточной – можно было разработать новые программы. Тактическая подготовка тоже требовала обновления. Многие приёмы партизанской войны и городских боёв были неизвестны местным военным.

Особенно перспективной была подготовка спецподразделений. Разведчики, снайперы, диверсанты, штурмовые группы – такие специалисты крайне нужны для борьбы с разбойниками и культистами. А их обучение требовало именно тех навыков, которые я получил в спецназе.

Работа с магическими подразделениями тоже открывала возможности. Несмотря на собственную травму, я понимал принципы боевой магии и мог предложить новые тактические схемы. Взаимодействие магов и обычных войск требовало улучшения. Здесь можно было применить принципы современной комбинированной тактики.

Не менее важной была работа с моральным духом. Солдаты должны были понимать, за что сражаются, и гордиться службой. Нужно было бороться с коррупцией, улучшать условия, справедливо решать дисциплинарные вопросы. Опыт работы с личным составом здесь был очень кстати.

Я понимал, что все планы требуют времени и благоприятных обстоятельств. Но именно наличие долгосрочной цели отличает серьёзного офицера от простого служаки. А ситуация в регионе была настолько критической, что любые улучшения найдут поддержку у разумного командования.

Закончив планирование, я аккуратно сложил документы в деревянный сундук. За день интенсивной работы я получил ясное представление о мире, в котором предстояло жить и служить. Завтра начнётся новый этап – подготовка к возвращению на действительную военную службу.

Выйдя на крыльцо, я посмотрел на тихие улицы, освещённые лунным светом. Где-то за горизонтом находился региональный центр с военными комиссиями, экзаменационными залами и казармами. А ещё дальше – форт XV Пограничного легиона, где мне предстояло начать новую главу жизни.

Странная смесь тревоги и предвкушения наполняла меня. Впереди ждали серьёзные испытания, но и уникальные возможности. Второй шанс выпадает не каждому, и я намеревался использовать его по максимуму. Тихая жизнь отставного мага закончилась. Начиналась история возвращения на службу человека, который знал секреты двух миров.