Текст книги "Второе рождение (СИ)"

Автор книги: Марк Блейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 19

Рассвет застал военный обоз уже в движении: длинную череду повозок с припасами, сопровождаемых отрядом кавалерии. Я шёл рядом с одной из телег, ощущая, как пыль от копыт лошадей оседает на форме. В воздухе стоял запах пота, кожи и металла – знакомые ароматы военной жизни.

Семь дней пути отделяли региональную столицу Валенхольм от форта Железных Ворот, где располагался XV Пограничный легион. Каждый день дорога вела нас всё дальше от цивилизации, в земли, где правил закон меча и магии.

Первые часы путешествия проходили по широкой мощёной дороге, окружённой ухоженными полями и процветающими деревушками. Крестьяне почтительно кланялись при виде военного обоза, дети выбегали посмотреть на солдат. Но с каждой милей пейзаж менялся: поля становились более запущенными, дома – более бедными, люди – более настороженными.

К полудню мы достигли первого указателя расстояний до форта. «Железные Ворота – 120 миль», – гласили выцветшие буквы на каменном столбе. Рядом кто-то нацарапал угольком: «Царство мёртвых начинается здесь».

– Весёлое местечко нам предстоит, – проворчал один из новобранцев, молодой парень по имени Квинт, которого направляли в мой легион.

Центурион Гай Максим, командовавший нашим эскортом, услышал это замечание.

– Эй, мальчишка! – окликнул он всадника. – Если у тебя проблемы с желудком от одних надписей, может, лучше домой к мамочке вернёшься? В легионе найдётся работа и посерьёзнее.

Квинт покраснел, но промолчал. Максим был из тех офицеров старой закалки, которые считали, что солдата нужно закаливать с первого дня службы. Лет под сорок, широкоплечий, с лицом, изрезанным шрамами – классический легионер-ветеран.

Я решил вмешаться:

– Центурион, юноша просто нервничает перед первой службой. Это нормально.

Максим повернулся ко мне, изучающе оглядел с ног до головы.

– А ты кто такой, чтобы учить меня, как обращаться с новобранцами?

– Логлайн, боевой маг третьей ступени, возвращаюсь в XV легион после ранения, – представился я. – Пятнадцать лет службы, если это что-то значит.

Выражение лица центуриона изменилось. Он внимательно всмотрелся в мои черты, словно пытаясь вспомнить что-то.

– Логлайн… – протянул он. – Тот самый центурион, что держал перевал Кровавого Волка против культистов три года назад?

– Тот самый.

– Чёрт побери! – Максим спрыгнул с коня и протянул мне руку. – Я тогда был в составе подкрепления. Мы прибыли как раз вовремя, чтобы видеть, как ты с полуротой прорываешься через окружение. Думали, не выживет никто.

Пожимая его руку, я ощутил странную смесь гордости и вины. Гордости за подвиг Логлайна и вины за то, что пожинаю плоды чужой славы.

Остаток дня прошёл в более дружелюбной атмосфере. Максим рассказывал истории о пограничной службе, а я делился воспоминаниями о прошлых походах. Новобранцы слушали с открытыми ртами – для них ветераны вроде нас были живыми легендами.

Дорога между тем становилась всё хуже. Мощёные участки сменились утоптанной землёй, а затем и вовсе колейной тропой. По сторонам тянулись холмы, поросшие низким кустарником и редкими рощами. Время от времени попадались заброшенные фермы: дома с выбитыми окнами, обрушившимися крышами, заросшие сорняками дворы.

– Что с ними случилось? – спросил другой новобранец, Марк, указывая на очередную руину.

– Обычная история для приграничья, – ответил Максим. – Разбойники, культисты, набеги из пустоши. Люди уходят в более безопасные места, а земля пустеет.

– А легионы? Разве не должны они защищать мирных жителей?

Центурион усмехнулся, но без веселья.

– Мальчик, территория у нас огромная, а легионеров не хватает. Не можем же мы к каждой ферме по центурии приставить.

К вечеру мы добрались до первого постоялого двора на нашем маршруте. «Последняя надежда» – такое название красовалось на выцветшей вывеске. Здание выглядело основательно: толстые каменные стены, железные ставни на окнах, высокий забор вокруг двора. Больше походило на крепость, чем на гостиницу.

Хозяин, грузный мужчина с седой бородой, встретил нас настороженно. Но, завидев военную форму, сразу приободрился.

– Добро пожаловать, господа легионеры! Конюшни справа, комнаты на втором этаже. Ужин через час.

Пока солдаты размещались, я прогулялся по двору, изучая укрепления. Стены были довольно высокими, на углах стояли небольшие башни с бойницами. В центре двора – колодец, рядом кузница. Всё говорило о том, что здесь готовы к осаде.

– Предусмотрительный хозяин, – заметил подошедший Максим. – Видал ли ты такие укрепления у обычных постоялых дворов в столичных регионах?

– Не приходилось. Там в этом нет нужды.

– Значит, здесь есть. Вопрос – как часто приходится этими укреплениями пользоваться?

Максим задумчиво посмотрел на стены.

– Чаще, чем хотелось бы. Последний серьёзный набег был два месяца назад. Банда культистов – около сотни человек. Хорошо, что постоялый двор выдержал до прихода патруля.

За ужином я продолжил расспросы. Оказалось, что ситуация на границе серьёзно ухудшилась за последний год. Нападения стали более организованными, нападавшие – лучше вооружёнными и обученными. Особенно тревожили сообщения о тёмных магах среди разбойников, магах, использующих запрещённые школы некромантии и демонологии.

– А что говорит командование легионов? – спросил я.

– То же, что всегда: ресурсов не хватает, подкреплений нет, держитесь как можете, – ответил центурион. – Из столицы прислали нового трибуна полгода назад. Молокосос прямо из академии, который в реальном бою не был ни разу. Его главная забота – чтобы отчёты писались вовремя и в правильной форме.

Ночью меня разбудил тревожный звон колокола. Схватив меч, я выскочил во двор и увидел солдат, занимающих оборонительные позиции.

– Что происходит? – крикнул я Максиму.

– Сигнал опасности с дозорной башни. Кто-то движется в нашу сторону.

Напряжение длилось около часа. Наконец дозорный прокричал с башни:

– Ложная тревога! Это караван беженцев!

К воротам подошла группа людей – мужчины, женщины, дети, навьюченные скарбом. Их лица выражали усталость и страх.

– Откуда идёте? – спросил хозяин постоялого двора.

– Из Каменного Брода, – ответил пожилой мужчина, видимо, глава группы. – Культисты сожгли деревню позавчера. Мы единственные, кто смог спастись.

Каменный Брод… Я помнил это название из воспоминаний Логлайна. Небольшая деревушка в полудне пути от форта Железных Ворот. Если культисты дошли уже до неё…

– Сколько их было? – спросил Максим.

– Человек тридцать, может, сорок. Но не обычные разбойники. У них были чёрные знамёна, а предводитель творил такую магию… – мужчина содрогнулся. – Мёртвые поднимались и шли в бой.

Некромантия. Самая опасная из запрещённых магических школ. Если культисты действительно освоили искусство поднятия мёртвых, ситуация становилась критической.

Остаток ночи прошёл без сна. Максим отправил гонца в ближайший легион с сообщением о произошедшем, а сам составлял план действий на случай нападения на наш обоз.

Утром, за завтраком, я решил поближе познакомиться с новобранцами, которые ехали вместе со мной. Их было восемь человек, и все направлялись в разные пограничные части.

Квинт оказался сыном торговца из небольшого городка. Ему было девятнадцать лет, и он мечтал о военной славе и быстром продвижении по службе. Наивный парень, который пока не понимал реальности пограничной службы.

Марк был постарше – двадцать четыре года, сын кузнеца. Широкоплечий, с мозолистыми руками, он выглядел более практично настроенным. В разговоре выяснилось, что он умеет не только ковать, но и ремонтировать оружие и доспехи.

Самым интересным оказался Деций – молодой маг лет двадцати двух. Он окончил магическую академию в столице провинции, но его направили в пограничные войска из-за недостаточных оценок по боевой магии. Парень явно нервничал – академическое образование плохо готовило к реалиям военной службы.

– Послушай, Деций, – сказал я ему, когда мы отошли в сторону от остальных. – Какие школы магии ты изучал?

– Основы всех четырёх элементальных школ, плюс иллюзии и целительство, – ответил он. – Но лучше всего у меня получается магия воды и исцеление.

– Это хорошо. В легионе всегда нужны целители. А с боевой магией действительно проблемы?

Деций покраснел.

– Я не могу… То есть, теоретически я всё знаю, но на практике… Когда нужно быстро сотворить огненный шар или молнию, у меня не получается. Слишком долго концентрируюсь.

– Понятно. А ты пробовал сочетать магию с физическими действиями?

– Как это?

– Ну, например, вместо того чтобы метать огненные шары, зачаровывать своё оружие огнём. Или создавать защитные щиты во время движения, а не стоя на месте.

Деций задумался.

– В академии нас этому не учили. Говорили, что боевая магия – это искусство дистанционного поражения противника.

– Академические теории и реальность боя – разные вещи, – объяснил я. – В настоящем сражении у тебя не будет времени на долгие заклинания. Зато будет очень много хаоса, криков, крови и паники. Нужно учиться творить магию в таких условиях.

Я провёл с ним импровизированную тренировку прямо во время движения обоза. Показал, как можно поддерживать простые заклинания во время ходьбы, как быстро переключаться между разными школами магии, как использовать окружающую среду для усиления заклинаний.

– Попробуй создать светящийся шар, – предложил я.

Деций сосредоточился, и через несколько секунд над его ладонью появился слабый белый свет.

– Хорошо. Теперь продолжай поддерживать его и одновременно иди за мной.

Мы начали обходить повозки. Сначала шар магического света несколько раз мерцал и чуть не погас, но постепенно Деций научился поддерживать концентрацию во время движения.

– Отлично! – похвалил я. – Теперь попробуй что-нибудь сложнее. Создай ледяную стрелу, но не для атаки, а просто чтобы продемонстрировать контроль.

Эта задача оказалась труднее. Деций несколько раз пытался сформировать снаряд изо льда, но каждый раз концентрация рассеивалась из-за внешних факторов – окрика возницы, ржания лошади, скрипа колёс.

– У меня не получается, – расстроился он.

– Ничего страшного. Ты привык к тишине и покою академических аудиторий. В легионе будет шумно, грязно и страшно. Но это дело привычки.

К полудню к нам присоединились и другие новобранцы. Квинт оказался неплохим стрелком из лука, Марк продемонстрировал умение обращаться с различными видами оружия. Постепенно между нами сформировался неформальный круг общения.

– Послушайте. Я хочу дать вам несколько советов о том, что вас ждёт в легионе.

Все с интересом обернулись.

– Первое: забудьте всё, чему вас учили о чести и славе в романтическом смысле. Настоящая честь солдата – в том, чтобы защищать товарищей и выполнять приказы. Слава – это красивое слово для надгробий.

Квинт хотел что-то возразить, но я продолжил:

– Второе: в легионе есть своя иерархия, не всегда официальная. Ветераны знают больше, чем сержанты, а опытные солдаты – больше, чем молодые офицеры. Учитесь у всех, но особенно у тех, кто долго прослужил и остался жив.

Третье: всегда содержите снаряжение в порядке. Ваша жизнь зависит от состояния оружия, доспехов и амуниции. В критический момент у вас не будет времени на ремонт.

Четвёртое: изучайте местность. Знание тропинок, укрытий, источников воды может спасти жизнь вам и вашим товарищам.

И последнее: никогда не геройствуйте в одиночку. Легион силён своим единством. Один против многих – это не героизм, а самоубийство.

Следующие несколько часов мы провели в обсуждении этих принципов. Я рассказывал конкретные примеры из своего опыта, объяснял, как теоретические знания применяются на практике.

Особенно полезной оказалась беседа о взаимодействии магов и обычных воинов. В академиях этому почти не учили, считая магов элитой, которая сражается отдельно от пехоты. Но реальность пограничной службы была иной.

– Боевой маг в легионе – не повелитель элементов, который в одиночку сметает полчища врагов, – объяснял я Децию. – Ты часть команды. Твоя задача – усилить товарищей, ослабить противников, обеспечить поддержку в критические моменты.

– Но ведь магия – это сила, – возразил Деций. – Разве маг не должен быть сильнее обычного воина?

– Сила без мудрости – это путь к быстрой смерти. Да, хороший боевой маг может справиться с несколькими противниками. Но что делать против двадцати? Против пятидесяти? Рано или поздно мана закончится, а враги продолжат наступать.

К вечеру, когда мы остановились на ночлег у небольшого ручья, между новобранцами уже установились товарищеские отношения. Они начали воспринимать меня не просто как попутчика, а как наставника.

Третий день нашего путешествия начался с тревожного открытия. Один из разведчиков, высланных вперёд центурионом Максимом, вернулся с мрачными новостями.

– Мост через Быструю реку разрушен, – доложил он. – Выглядит как дело рук диверсантов.

Максим выругался.

– Придётся делать обход через брод у Волчьих холмов. Это добавит полдня пути.

Разрушенный мост оказался первым из многих тревожных признаков. По мере продвижения на восток мы встречали всё больше свидетельств упадка региона.

Заброшенные фермы попадались теперь через каждые несколько миль. Некоторые выглядели покинутыми недавно – в садах ещё росли фруктовые деревья, хотя и одичавшие, в колодцах была вода. Другие стояли пустыми явно уже годами.

– Куда делись все люди? – спросил Квинт, глядя на очередную руину.

– Кто ушёл в более безопасные места, кто погиб, – ответил Максим. – А некоторые присоединились к разбойникам. Когда выбор между голодной смертью и жизнью вне закона, многие выбирают второе.

Это замечание заставило меня задуматься. В воспоминаниях Логлайна граница была беспокойным, но не безнадёжным местом. За три года ситуация явно ухудшилась кардинально.

Около полудня мы встретили группу торговцев, двигавшихся в обратном направлении. Их караван выглядел потрёпанным – повозки со следами ремонта, лошади хромые, люди усталые и нервные.

– Откуда путь держите? – окликнул их Максим.

– Из Серебряного Ручья, – ответил главный торговец. – И возвращаемся с пустыми руками.

– Как так?

– А так, что дороги перекрыты, заставы разбойничьи через каждые десять миль, а в самом городке такие поборы, что торговать невыгодно. Лучше убытки понести на обратной дороге, чем остаться там без головы.

Торговцы рассказали печальную картину. Серебряный Ручей – некогда процветающий шахтёрский городок – превратился в полукриминальное поселение. Официальные власти потеряли контроль, реальная власть перешла к главарям шахтёрских банд. Легионеры появляются там редко и предпочитают не связываться с местными авторитетами.

– А что с шахтами? – спросил я.

– Работают, но не для империи. Серебро идёт неизвестно куда, налоги не платятся. Говорят, новые хозяева поставляют металл в пустоши.

Это было тревожно. Серебро – стратегически важный ресурс, необходимый для изготовления оружия против нежити и демонов. Если культисты получили доступ к серебряным рудникам…

Вечером мы остановились в очередном укреплённом постоялом дворе. «Железный кубок» оказался ещё более похожим на крепость, чем предыдущий. Стены выше, башни массивнее, а ворота заперты на тяжёлые засовы.

Хозяйка – суровая женщина средних лет с седыми прядями в тёмных волосах – встретила нас настороженно.

– Военные? Покажите документы.

– С каких пор легионеры предъявляют документы в постоялых дворах империи? – удивился Максим.

– С тех пор, как разбойники стали переодеваться в военную форму, – сухо ответила женщина. – На прошлой неделе банда в легионерских доспехах ограбила караван в двух милях отсюда.

После проверки документов атмосфера стала более дружелюбной. За ужином хозяйка, которую звали Клавдия, рассказала нам свою историю.

– Мой муж был центурионом в XII легионе, – сказала она. – Погиб два года назад при обороне форта Орлиное Гнездо. После этого я продала дом в городе и купила этот постоялый двор.

– Зачем? – спросил Деций. – Разве в городе не безопаснее?

Клавдия усмехнулась.

– Безопаснее? Мальчик, ты не знаешь, что происходит в городах. Коррупция, произвол чиновников, банды под покровительством знати. По крайней мере, здесь я знаю, кто мой враг.

Она рассказала нам о том, как изменилась жизнь на границе за последние годы. Регулярные патрули стали реже, подкрепления задерживаются, снабжение работает с перебоями. Многие посты и форты эвакуированы или оставлены на минимальных гарнизонах.

– А что говорит командование? – спросил я.

– То же, что всегда: денег нет, людей нет, держитесь как можете. Зато отчёты требуют исправно – сколько врагов убито, сколько территории зачищено, какие трофеи захвачены.

– Но ведь границу нужно охранять!

– Конечно, нужно. Только вот охранять некому. Половина легионов переведена в столичные регионы, где спокойнее и жалованье больше. А на границе остались только те, кому некуда деваться, или те, кто по-настоящему предан долгу.

Ночью я долго не мог заснуть, размышляя над услышанным. Картина складывалась удручающая. Империя явно теряла контроль над пограничными территориями. А это означало, что враги империи получают всё больше пространства для манёвра.

К тому же меня беспокоили рассказы о тёмных магах среди культистов. Некромантия и демонология – крайне опасные школы магии, требующие особых знаний и ресурсов. Откуда у разбойников и сектантов такие возможности?

Четвёртый день принёс новые тревожные открытия. Центурион Максим решил поделиться со мной информацией, которую не стал озвучивать при новобранцах.

– Логлайн, у меня есть к тебе разговор, – сказал он, когда мы отошли от обоза во время привала.

– Слушаю.

– Ты ведь будешь служить в XV легионе. Должен знать, с чем столкнёшься.

Максим достал карту региона и разложил её на плоском камне.

– Смотри. Год назад у нас было двенадцать активных постов вдоль границы, – он указал на отмеченные точки. – Сейчас действуют только семь. Остальные либо эвакуированы, либо… молчат.

– Молчат?

– Связь потеряна. Последние донесения приходили месяца два назад. Разведка не посылалась – нет людей.

Я изучил карту. Потерянные посты находились в ключевых точках – горных перевалах, речных переправах, пересечениях дорог. Их потеря означала, что враги могут свободно проникать в глубь имперских территорий.

– А что с подкреплениями?

– Обещают прислать дополнительную когорту к концу года. Но обещают уже полгода, – Максим сплюнул. – Зато требуют отчёты каждую неделю.

– Какие отчёты?

– О боевых действиях, потерях, трофеях, состоянии морального духа. Как будто мы не воюем, а пишем романы.

Максим рассказал мне о новых требованиях командования. Каждая стычка с противником должна документироваться в трёх экземплярах. Каждый трофей – оцениваться и регистрироваться. Каждый погибший солдат – описываться в подробном рапорте с указанием причин смерти и обстоятельств гибели.

– Понимаешь, на что это похоже? – спросил он. – На попытку представить войну как бухгалтерскую отчётность. Как будто можно измерить эффективность легиона количеством заполненных бумажек.

– А кто стоит за этими нововведениями?

– Новое поколение офицеров из столицы. Академики, теоретики. Они искренне верят, что война – это наука, которую можно просчитать и спланировать.

– И что, никто им не объясняет реальность?

– Объясняют. Но они думают, что проблема в неправильном подходе полевых командиров. Мол, если бы мы лучше планировали и отчитывались, то воевали бы эффективнее.

Максим показал мне ещё несколько документов из своего планшета. Новые инструкции по ведению боевых действий, требования к организации патрулей, правила взаимодействия с гражданским населением. Всё это выглядело разумно на бумаге, но совершенно оторванно от реальности.

– Вот, например, – указал он на один пункт. – При обнаружении вражеских сил численностью более тридцати человек немедленно отступить и вызвать подкрепления. А если подкрепления в трёх днях пути? А если отступать некуда? А если эти тридцать человек режут мирных жителей?

– Понятно. А каковы реальные силы противника?

– Вот это самый страшный вопрос. Раньше мы имели дело с разрозненными бандами по десять-пятнадцать человек. Плохо вооружёнными, без магической поддержки. Сейчас появились организованные отряды по пятьдесят-сто человек с хорошим снаряжением и боевыми магами.

– Откуда у разбойников такие ресурсы?

– Если бы знать… Либо их кто-то снабжает, либо они захватили какой-то крупный склад оружия. А может, и то, и другое.

Максим свернул карту и спрятал документы.

– Ещё одна проблема – дезертирство. За последние полгода из пограничных легионов дезертировало больше людей, чем за предыдущие три года.

– Почему?

– Причин много. Задержки жалованья, плохое снабжение, высокие потери, низкий моральный дух. Плюс слухи о том, что дезертиры могут найти убежище в пустошах.

– Слухи?

– Больше, чем слухи. Несколько пленных рассказывали, что среди их отрядов есть бывшие легионеры. Со знанием тактики, сигналов, расположения постов.

Это было особенно тревожно. Дезертиры могли предоставить врагам ценную разведывательную информацию, а их военная подготовка делала разбойничьи банды гораздо опаснее.

Во второй половине дня мы встретили ещё одну группу беженцев – на этот раз из городка Каменный Мост. Их рассказ был ещё более мрачным, чем предыдущие.

– Они пришли ночью, – рассказывал пожилой ремесленник. – Около сотни человек в тёмных одеждах. Но не как обычные разбойники – у них была организация, план.

– Что они делали?

– Сначала перекрыли все дороги из города. Потом систематически обходили дома, выбирая людей. Кого убивали сразу, кого уводили с собой.

– По какому принципу выбирали?

– Убивали тех, кто мог оказать сопротивление – бывших солдат, магов, богатых торговцев. А уводили молодых и здоровых.

– Для чего?

– Не знаю. Может, как рабов. А может… – мужчина содрогнулся. – Говорят, что тёмные маги используют живых людей для своих ритуалов.

К вечеру у меня сложилась довольно полная картина происходящего. Империя теряла контроль над пограничными территориями. Враги становились сильнее и организованнее. А легионы, призванные защищать границу, были деморализованы, ослаблены и оставлены практически без поддержки.

Это означало, что моё возвращение в XV легион будет не триумфальным, а скорее попыткой выжить в ухудшающейся ситуации. Планы по быстрому продвижению по службе придётся пересмотреть – сначала нужно разобраться с текущими проблемами.

Форт Железных Ворот показался на горизонте на шестой день нашего путешествия. Массивное каменное сооружение, построенное в узком ущелье между двумя холмами, действительно напоминало гигантские ворота, перекрывающие дорогу на восток.

Первое впечатление было внушительным. Высокие стены из серого камня, мощные башни по углам, тяжёлые железные ворота. На стенах виднелись фигуры часовых, над главной башней развевался штандарт XV легиона – чёрный орёл на красном поле.

Но по мере приближения я начал замечать детали, которые не вселяли оптимизма. Некоторые участки стен были явно отремонтированы недавно – новые камни выделялись цветом среди старой кладки. На башнях не хватало нескольких зубцов. Ворота, хотя и выглядели прочными, покрывала ржавчина.

– Не самое лучшее состояние, – заметил Максим, следя за моим взглядом.

– Видал лучше, – согласился я.

– Три года назад здесь стоял полный легион – пять тысяч человек. Сейчас едва ли наберётся половина.

Около ворот нас встретил дежурный центурион – молодой человек лет тридцати с усталым лицом. Он проверил документы, переговорил с Максимом о доставке припасов и только потом обратил внимание на нас, новобранцев.

– Значит, пополнение? – спросил он без особого энтузиазма. – Логлайн, это ты?

– Я.

– Центурион Гай Фабриций, помощник начальника гарнизона. Помню тебя по рассказам. Добро пожаловать назад.

Рукопожатие было вялым, но в глазах Фабрицияпромелькнул интерес. Видимо, репутация Логлайна ещё что-то значила в легионе.

– Легат ждёт тебя завтра утром. Разместиться можешь в офицерских казармах, твоя старая комната пока свободна.

Новобранцев отправили в казармы для размещения, а я прошёл в офицерскую часть форта. Знакомые коридоры, знакомые двери – воспоминания Логлайна делали эти места почти родными.

Моя бывшая комната оказалась маленькой, но удобной: койка, стол, стул, шкаф для личных вещей. Окно выходило во внутренний двор, где новобранцы проходили строевую подготовку под руководством сержантов.

Разложив вещи, я решил прогуляться по форту и оценить его состояние. То, что я увидел, подтвердило худшие опасения.

Казармы были заполнены далеко не полностью. Во многих помещениях, рассчитанных на двадцать человек, размещались десять или меньше. Снаряжение выглядело изношенным: латы с вмятинами, мечи с зазубринами, щиты с трещинами. В арсенале не хватало стрел, копий, осадных машин.

Особенно удручающим было состояние лазарета. Он был переполнен ранеными, многие из которых лежали на полу из-за нехватки коек. Единственный лекарь, пожилой маг-целитель, выглядел измученным.

– Тяжёлая ситуация? – спросил я его.

– Последние две недели особенно, – ответил он. – Набег на пост Каменная Башня принёс двадцать раненых. Половина с магическими повреждениями, которые лечатся очень медленно.

– Магическими?

– Проклятия, некротические заражения, демонические ожоги. Противник явно использует запрещённые школы магии.

Вечером я ужинал в офицерской столовой вместе с другими центурионами и трибунами. Атмосфера была подавленной – люди ели молча, изредка перебрасываясь короткими фразами.

Однако несколько человек узнали меня и подошли поздороваться. Центурион Гай Фортис, с которым Логлайнслужил в одной когорте, тепло пожал руку.

– Рад видеть тебя снова, старина. Как здоровье?

– Восстанавливается потихоньку. А как дела в легионе?

Фортис оглянулся по сторонам и понизил голос.

– Скверно. Моральный дух на нуле, дисциплина падает, дезертирство растёт. Если так пойдёт дальше, через полгода легион развалится.

– Настолько плохо?

– Хуже. На прошлой неделе целое отделение ушло в самоволку. Не дезертировало – именно ушло, забрав оружие и припасы. Говорят, что собираются стать вольными охотниками.

– А командование?

– Легат Валерий – хороший человек, но он связан по рукам и ногам инструкциями из столицы. Трибун Кассий занят только отчётами. А старший центурион Брут пьёт.

К концу вечера у меня сложилось ясное представление о ситуации. XV легион находился в критическом состоянии. Людей не хватало, снаряжение было изношено, моральный дух подорван. Командование либо было связано бюрократическими ограничениями, либо просто не справлялось с обязанностями.

А между тем угроза с востока росла с каждым днём. Организованные отряды культистов и разбойников становились всё смелее, их налёты – всё разрушительнее. Империя рисковала потерять весь пограничный регион.

Засыпая в своей старой комнате, я думал о том, что ждёт меня завтра. Встреча с легатом Марком Валерием станет первым серьёзным шагом в новой жизни. От того, как она пройдёт, будет зависеть моё место в легионе и возможности для дальнейших действий.

Одно было ясно – ситуация требовала не просто возвращения к прежним обязанностям, а кардинальных изменений. И, возможно, мой опыт из двух жизней окажется именно тем, что нужно для спасения легиона и региона.

За окном завывал ветер, принося с востока запах дыма и что-то ещё – металлический привкус крови и магии. Где-то в пустошах готовилась новая угроза. И завтра мне предстояло стать частью обороны против неё.

Форт Железных Ворот засыпал, но сон его был тревожным. На стенах дежурили часовые, в лазарете стонали раненые, а в офицерских кабинетах горели свечи – командиры изучали карты и планировали операции, которые могли стать последними в истории XV легиона.

Новый день принесёт новые вызовы. И от того, насколько готов я буду их встретить, зависела не только моя судьба, но и судьба всех, кто призван защищать восточную границу империи от надвигающейся тьмы.