Текст книги "После развода. В его плену (СИ)"
Автор книги: Мария Устинова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 20 страниц)
Глава 22
– … Лука разгромил вчера клуб, похитил сотрудника, сегодня видел с утра запись, где угрожает его шлепнуть, Дик…
Меня будят незнакомые мужские голоса.
В окна льется свет.
Накануне вернулись поздно – я уснула в машине. Набрасываю халат и выхожу из спальни.
– Доброе утро, – при моем появлении все замолкают.
В холле Спартак и пара крепких парней. Влад одет, выбрит и пахнет парфюмом, словно давно встал.
– Ты уходишь?
– Иди сюда, – Влад отводит меня на кухню.
Я еще теплая, разморенная сном и солнечным светом. Без мыслей в голове, без боли. Так не хочется просыпаться.
– Я уезжаю по делам, с тобой останется Спартак.
– Можно с тобой? – запускаю руки под лацканы пиджака, как будто это его остановит.
– Нет.
– Что-то изменилось?
Я все еще надеюсь, что имя «Лука» было просто бредом на грани сна и реальности. Что мужчины не о нем говорили.
– Тебе лучше остаться, я еду по делам.
– Влад… – выдыхаю я.
Не знаю, что хочу сказать: не бросай меня?
– Чем быстрее я разберусь с землей и Сабуровым, тем будет лучше, – Влад целует меня в висок на прощание. – Тебе рисковать нельзя. Один раз покушались, попробуют еще. Ты дома.
Он выходит, а я прячусь обратно в спальню. Слушаю, как Спартак хозяйничает на кухне, потом стучит в дверь:
– Эй, ты есть хочешь?
Дик еще и своих приучил, что меня нужно кормить, тормошить, присматривать.
Но я уже не скована.
Думала, будет хуже.
Но то ли солнечный утренний свет вернул меня, то ли Влад.
Сумка из дома лежит на столе.
Я забрала только ноутбук, и тот не включала. Ни одного платья не взяла, ни одной вещи. Да они и так были выброшены из гардероба и валялись на кровати, полу, комками.
Лучшие платья Мелания забрала.
Забрала все украшения.
Рылась в моей косметике, белье, в моей жизни.
Видела, как меня…
Закрываю лицо со вздохом.
И раз…
Почти сразу я замолкаю.
Думаю о Владе, о том, как вчера он успокаивал меня. Когда за тебя угрожают – не так тошно жить.
Не знаю, что буду делать, если Мелания выполнит угрозу. Мои знакомые, поклонники, коллеги – все увидят, как меня насилуют вшестером…
Это все равно, что умереть заживо. Умереть социально, как минимум.
Но с другой стороны…
Здесь я в безопасности. Здесь все и так знают о моем падении, а дорога назад закрыта.
Даже если Мелания из мести разбросает запись, разве она добьется цели?
Я уже не Инга Сабурова и больше никогда ею не стану.
И из квартиры Дика не выхожу, пальцем показывать некому.
Тяжело встаю с кровати, запахнув халат. Лучше бы Влад остался. В ванной умываюсь, даже наношу на лицо крем, убираю в пучок пышные волосы.
Что они говорили про Луку?
Это имя грызет.
От него внутри все леденеет.
И раз…
Снова вспоминаю Дика.
Как целовала его в машине за слова – «моя Инга».
Да, я хочу быть его.
Понимаю, что ему не слова нужны, совсем не слова…
– Все нормально? – интересует Спартак, когда появляюсь на кухне.
С посторонним мужиком в квартире неуютно.
Он уже сварил кофе – для меня.
Сделал бутерброд с сыром и яйцом. Даже лист салата добавил. В этом было что-то женское, мужчины так не готовят. Наверное, у него девушка, которой он делал завтрак в постель и по тому же подобию Спартак приготовил его и мне.
Отвожу глаза.
Дело не в том, что стыжусь.
Просто мне неловко, что обо мне заботятся люди, которые не должны этого делать.
Он, наверное, тоже знает, что Влад вчера смотрел. Он и сам меня видел на той кровати и даже лицо потом неправильно срослось.
– У нас плохие новости, Инга. У Павла инфаркт. Он сейчас в больнице. Понимаешь, что это для нас значит?
– Что?
Про инфаркт я не знала!
– Лука возглавил группировку. Минимум, пока Павел не встанет на ноги. А если что случится – это навсегда.
Сердце начинает щемить.
За себя… За Влада.
Он же отомстит Владу! Они же ненавидят друг друга!
– Я это к тому, Инга, что тебе пока лучше дома посидеть. Я с тобой побуду.
Только в прошлый раз это не помогло. Лука увез меня силой. Вслух этого не говорю. Незачем, только Спартака колоть шпилькой, а я не привыкла так относиться к людям, которые пытаются помочь.
– Я слышала, вы говорили про Луку…
Спартак хмыкает.
– Помнишь клуб, где свадьбу праздновали? Лука его разнес вчера. Забрал сотрудника и увез.
Получается, сразу из подвала, где пытал Глеба он поехал в клуб?
Думала, он уехал с Кариной.
– Зачем?
– Ищет убийц. Думаю, поэтому. И продолжает искать. В интернете появилась запись, где он кого-то пытает.
– Даже после того, что случилось с Павлом? – не понимаю я. – Почему?
– Не знаю, – он пожимает плечами. – Так принято, Инга. У Дикановых принято мстить друг за друга. Вернее, так было.
Спартак замыкается, и я понимаю, что больше ничего не скажет.
– Когда Влад вернется?
– Ночью, может, к утру. Его скоро в полицию вызовут по делу о стрельбе, тебя скорее всего тоже…
– Он не говорил.
– Значит, еще скажет. До вызова ему нужно понять, что делать дальше, так что я бы его скоро не ждал. Дик город роет в поисках ответов. Ему нужно разобраться с этой землей и взять Сабурова и его подельника за жабры.
– Надеюсь, с ним все будет хорошо, – бормочу я, и ухожу в спальню.
Тревога не дает покоя.
Раньше я лежала, пялясь в пустоту, а теперь брожу и изнемогаю от беспокойства за Влада. Одна я бы хоть поплакала, а со Спартаком за стенкой не могу.
Нужно чем-то заняться. В постели я ничего не могу дать мужу, но быть хорошей женой в остальном должна.
В шкафу нахожу рубашки Влада, кто интересно, ухаживает за одеждой? Он одевается в классическом стиле: костюмы, белые рубашки, с ними много хлопот. Выворачиваю мятый воротник, расправляю рукава. В кладовке должен быть утюг…
Раньше я ухаживала за одеждой мужа.
Для Сабурова я делала это потому, что любила… У нас два года был практически сплошной медовый месяц.
Владу я хочу быть благодарна.
Пока отпариваю и глажу, в кухне начинает разрываться телефон.
Жду недолго, затем выглядываю.
Спартак курит на балконе и не слышит.
А на столе лежит не его – моя трубка! Наверное, Влад оставил.
Подхожу, несколько секунд смотрю на незнакомый номер, а затем отвечаю:
– Да?
– Инга, это ты? – хриплый голос Луки узнаю сразу, во рту пересыхает. – Ты одна?
Роняю трубку.
Рука разжалась непроизвольно, словно держу ядовитую змею.
Я не ждала его услышать!
– Что такое? – Спартак выходит с балкона. – Ты кому-то ответила⁈
Поднимает телефон и тут он звонит снова.
– Лука…
– Да? – отвечает Спартак. – Зачем звонишь?
Голос резкий, осторожный.
Я отступаю, похоже, Лука что-то ему говорит, потому что Спартак слушает.
– Я спрошу. Инга, Сабуров имел отношение к Дубаю?
– Что? – полузадушено спрашиваю я.
В висках стучит пульс.
– При чем здесь Дубай?..
– Просто ответь.
– Летал пару раз.
– Один?
Киваю.
– Сейчас он там?
– Я не знаю…
– Ты слышал, что она сказала, – Спартак сбрасывает звонок, а затем выключает телефон. – Падла. Продолжает рыть. Не отвечай больше, договорились?
Побледнев, возвращаюсь в спальню.
Развешиваю рубашки на плечики и убираю в шкаф. Руки дрожат. Я так испугалась звука его голоса…
А он звонил спросить про Дубай?
Зачем?
Бросаю взгляд на ноутбук.
Не включала с тех пор, как ушла из дома.
Сабуров иногда летал по делам за границу. В Дубай тоже. Без меня, не в отпуск. А сейчас думаю, точно ли был один?
Как выяснилось, в счастливую семью верила только я.
Включаю ноутбук.
Слегка дышу на замерзшие пальцы.
Не знаю, с чего начать.
И стоит ли.
Но захожу в свои соцсети.
Труднее всего смотреть на переписку с Меланией. Сердце екает, но я открываю последние сообщение.
Угрозы, жесткий ответ Влада.
Видео он удалил.
Руки дрожат, но вытерплю.
Перехожу на страничку Мелании.
Она вела ее с энтузиазмом. В основном фотки из злачных мест, с выступлений, из клубов. Листаю вниз, спонсоры, подруги. Часто мелькает девчонка с красной челкой и пирсингом в ноздре – подружка. Рестораны. Отдых, куда она ездила с мужчинами.
Последнее фото опубликовано пару дней назад.
Перед тем, как она написала.
Селфи на фоне бирюзового бассейна.
Мелания кокетливо прикрывает живот шляпкой, губы сложены буквой «о» и очки в пол-лица.
Смотрю в счастливое лицо подруги и мне больно.
– Сука, – произношу я. – Ты просто трусливая сука.
Так трясет, что отворачиваюсь от экрана. Как же причудливо жизнь тасует карты…
С ней все в порядке.
Она счастливая и красивая, позирует.
Не видно за шляпкой, что с ее животом. Но должен начать расти, разве нет? Или уже начал.
Сглатываю.
А затем поворачиваюсь к экрану.
Я так боялась лезть в прошлое. Но вот я здесь, даже смотрю ее фото и это меня не убило.
Перехожу на страницы клубов, где она работала. Листаю жизнь в поисках подсказок. Красная челка – ее подруга – мелькает то тут, то там. Девушка стриптизерша, выступает под псевдонимом Скарлетт. На одном из снимков она красиво выгнулась, упираясь затылком и ягодицами в шест, а на заднем плане…
– Эд, – выдыхаю, наклоняясь к экрану.
За сценой почти ничего не видно.
Снимали не из зала, а со стороны выхода на сцену. Слева силуэт Сабурова, на нем виснет Мелания и смотрит в кадр, зная, что их фотографируют.
Мы уже были женаты…
А он ходил по стриптиз-клубам.
– Вот, где вы сошлись, – бормочу я.
Продолжаю листать и вдруг действительно натыкаюсь на фото полугодовой давности.
«Мой сладкий отдых в Дубае!», пишет Мелания, посылая воздушный поцелуй.
Она там была.
Может, вместе летали?
Хоть убей не помню, когда Эд туда ездил.
Я была погружена в семейную жизнь и творчество. Доверяла ему, как себе.
Ну и дура же я была…
– Сука, – повторяю я, сжимая челюсти, а затем выключаю соцсети.
Сижу, пытаясь успокоиться и не могу.
Обида душит.
За свою доверчивость, за то, что такая невезучая. За то, что глажу рубашки убийце и бандиту вместо того, чтобы петь на сцене и быть женой бизнесмена…
А потом решаю поискать видео, о котором говорили мужчины.
Почти везде удалено.
Но все же удается найти записи.
На первой мало что понятно: банда громит клуб, где стреляли в нас с Владом. Ничего не разобрать.
Вторая интереснее… и страшнее.
На ней только двое… Лука и его жертва?
Я включаю.
Ночь.
Вокруг лес.
Парень в кадре стоит на коленях, задрав голову. Почему, я вижу, когда немного света падает на лезвие.
Лука держит нож у горла парнишки.
Даже слегка надрезал в области кадыка.
Но его самого почти не видно – только до пояса. На руке черная перчатка.
Парень дрожит, весь потный и белый, как полотно. Лицо исказилось, но я его узнала.
Официант, который обслуживал нас в тот вечер.
– Говори! – лезвие давит на горло. – Что ты сделал? Говори под запись!
– Мне заплатили, чтобы я проследил и сообщил, когда она выйдет… Это все!
Видео так резко обрывается, что я вздрагиваю.
Там явно была еще часть допроса, только ее обрезали.
– О, боже… – шепчу я. – Костя! Костя, посмотри!
Спартак появляется в спальне, машу рукой, чтобы подошел к ноутбуку.
Спартак смотрит молча.
– Я его узнал, – вдруг мрачно бросает он. – Этот хер обслуживал наш стол тем вечером. Он о тебе говорит, Инга. За тобой следил и сообщил киллеру, что ты выходишь. Ну логично, слушай, кто-то же дал сигнал стрелку. Лука пошел самым простым путем.
– И Влад говорил, стреляли в меня.
– Теперь Лука это тоже знает. Похоже, он считает, что тебя заказал бывший муж.
– Влад это видел?
– Да.
– Значит… – собираюсь с мыслями. – Теперь он бросит это дело.
– Кто, Лука? – зло бросает Спартак. – С чего бы.
С мрачным лицом он выходит из спальни.
Ближе к полуночи, поняв, что Дика можно не ждать, прошу разрешения у Спартака написать ему.
Тот разрешает и даже не проверяет сообщение.
Может, думает, там что-то личное.
Какие-нибудь нежные, принятые между любовниками и влюбленными, слова: «Люблю, целую, жду…»
У нас не так.
«Я нашла подругу Мелании в соцесетях, – пишу, уточняя названия клубов, где та выступает. – Псевдоним Скарлетт, они много общались. Ты хотел проверить ее знакомых…»
Заодно сбрасываю фото «красной челки», и долго разглядываю экран.
Что-то еще написать?
Наверное, это было необязательно. Он бы сам нашел, кого нужно.
Просто я уже привыкла, что он рядом. Привыкла к рукам, его еде, заботе.
Я скучаю.
Не знаю, может быть, это стокгольмский синдром во мне развивается, но не по себе, когда Дика нет рядом.
Что еще добавить?
Люблю?
О, нет, только не это. Тем более и не люблю его вовсе.
Скучаю – а это так банально.
Возвращайся скорее – решит, что произошла неприятность и приедет, а у него дела. Про звонок его двоюродного брата вообще не хочу говорить.
Может быть, написать, что привела в порядок его одежду и на ужин сегодня лазанья, словно мы супруги со стажем.
Я просто пишу:
«Будь осторожен», и целую экран.
Глава 23
Влад Диканов
«Будь осторожен».
От Инги.
Очень своевременно.
Влад опускает телефон в карман и командует:
– Бросай падлу. Сейчас в одно место прокатимся.
Парни отпускают избитого охранника и тот падает на колени. Дик прижимает тыльную сторону к челюсти, по которой пришелся удар – у Сабурова охрана борзая, и направляется к машине.
Весь день выцепляли людей Сабурова и полный ноль.
Он был уверен: охрана должна знать, куда Сабуров таскался на встречи с бенефициаром. Но чтобы сохранить тайну, с собой брал ограниченный контингент и не исключено, что они сейчас с ним прячутся.
День и вечер впустую.
Голова гудит от усталости.
– В клуб, – он диктует адрес.
Долго смотрит на Ингино «будь осторожен».
Хоть бы поцелуй прислала.
Снежная королева.
В клубе битком. Не слишком популярный – он сюда не ходил, но на входе их узнают и пропускают группой, хотя остальные ждут на холоде.
Внутри на них обрушивается музыка.
Они идут к сценам.
Скарлетт.
Сверяясь с фото, он обходит толпу.
Мужики вокруг главной сцены вдруг взрываются воплями.
На сцену выходит девка с красной челкой в тугом огненно-алом бикини.
Приметная внешность.
Он даже тормозит, когда она начинает танцевать. Высоченные каблуки, сияющие серьги и копна волос с красными прядями…
Знакомо.
У Инги в их встречу такая же красная прядь была в волосах. Меланию копировала. Она ведь ее изображала.
Дик идет к сцене, пока Скарлетт работает с шестом.
В толпу слетает лифчик.
Она курсирует между мужчинами, облепившими сцену, собирая деньги.
– Куда прешь⁈ – рычат на него, когда он нагло проходит к сцене и достает крупную купюру.
Желающих много.
Увести ее должен он.
– Пошел на хер, – мрачно бросает Дик, на мгновение встречается взглядом с агрессором… и тот отваливает.
То ли узнал, то ли пушку с бригадой заметил.
Номер заканчивается.
Скарлетт, сообразив, кто больше платит, приседает перед ним.
– Спрыгивай в зал, – велит он. – Ты мне нужна, хорошо заплачу.
Она спускается.
В другое время к стриптизерше бы ломанулись озабоченные, но видят, что люди решительные подошли, не суются.
– Привет, красавчик, – девка нагло проводит пальчиком по подбородку и ногтем трогает пуговицу на сорочке. – Какие пожелания?
Последнюю, над ремнем.
Затем касается пряжки.
Проводит по ширинке.
Касание легкое, но приятное, сука.
Он держит руки в карманах, наблюдая за развязными движениями бедер. Она плавно танцует, слегка приседая.
Он облизывает губы.
Под одеждой не видно тугую повязку на плече. И пушку под пиджаком тоже.
Зато она видит заинтересованность.
Даже играть не нужно.
Трахаться хочется, хоть на стену лезь. И как иначе, если с женой живет, как с сестрой.
– За минет сколько?
– Здесь или в комнате? Здесь придется доплатить.
– Идем.
Стриптизерша, виляя задом, направляется следом.
За зашторенной дверью девушка деловито опускается на колени.
– Постой, – он перехватывает руки, которые уже расстегивает ширинку. – Меланию Алмаз знаешь?
Дик сглатывает.
Хриплое дыхание выдает: не хотел ее останавливать.
Но девка вдруг срывается с места, как ошпаренная. Если бы не взял за руки – сбежала бы!
– Отпусти! – визжит она. – Охрана! Охрана! На меня напали!
– Заткнись, сука, – рычит он. – Если не хочешь проблем!
Из-под полы выдергивает пистолет, притормозив охранника-шкафа, который появляется на крик стриптизерши.
– Пошел на хер, – говорит бугаю. – Моя фамилия Диканов. У меня вопросы к твоей шлюхе.
– Сперла что? Я приглашу администратора. У нас все вопросы в пользу гостя, но без оружия…
– Я сказал, пошел на хер! – повторяет Дик. – Ваша шлюха оскорбила мою жену. Ты знаешь, что бывает за женщин из семьи Дикановых?
– Понял, – «шкаф» показывает огромные ладони и отступает за дверь, где его забирают парни.
– Въехала? – продолжает Дик, пока Скарлетт ревет, закрываясь ладонями, словно ее бьют, хотя даже не начинал. – Знаешь ее? Или с моей братвой поедешь в лес?
– Я не знаю, где Лана, – давится слезами Скарлетт.
Без поддержки охраны она съеживается на полу в комок. Жалкая, а не соблазнительная.
Дик убирает оружие в кобуру и за подмышки пересаживает стриптизершу на кожаный диванчик.
– Вы подруги, – он листает фото, присланные Ингой. – Особенно меня интересует этот снимок. Смотри. Кто это с ней, ты знаешь?
Скарлетт поднимает глаза в черных кляксах из-за потекшей туши.
– Эдик, ее спонсор.
– Часто у вас зависали?
– Вы не злитесь, – хнычет она. – Я совсем-совсем ничего не знала… Они познакомились год назад у нас, постоянно ходил…
– Отвечай на вопросы, – возвращает ее в русло из истерики. – Он был один?
– Не всегда. С другом.
– Что за друг? – видя, как девка мнется, Дик добавляет. – Ты здесь горячая штучка, звезда, да? Думаешь, если я разрежу тебе лицо, еще сможешь выступать?
Она взрывается плачем.
– Был два-три раза…
– Ты обслуживала?
– Я… – симпатичная мордашка сморщивается. – Мы с Ланой вдвоем зажигали. Она с Эдом, а я с ним… Не каждый раз. Он живет за границей, прилетал несколько раз из Дубая, Эд платил за него… Не трогайте меня, пожалуйста! Я не знала, что Лана обидела вашу жену!
Ты не представляешь, сука, как.
– Из Дубая? – хмыкает Влад. – Иностранец?
– Русский.
– Фото, номер, что есть?
– Фото! – она лихорадочно роется в телефоне, сует экран в лицо. – Меня в крутой рестик здесь водил, а Лану так вообще в Дубай возили, она фотки сбрасывала! Вот!
Столик на четверых. Шлюхи в вечерних платьях, Сабуров и мужчина лет тридцати пяти в полумраке.
– Ближе есть?
– Вот, дубайские, смотрите… – девушка торопливо листает галерею.
Клуб. Ресторан. Похоже дорогой отель, прекрасный вид за окном, за столом компания – Сабуров, Мелания, и…
– Ах ты сука, – произносит он. – Не может этого быть!
Денис.
Обжимается с какой-то шлюхой. Сидит с краю, но за их столом. Еще один ракурс. Не слишком удачный, но младшего двоюродного брата узнал.
– Этого знаешь?
– Нет, меня не брали в Дубай…
– Сюда он приходил⁈ – рычит Влад, теряя терпение. – Когда снимок прислали⁈
– Нет, ни разу не видела! Не знаю! – она снова захлебывается слезами. – Месяцев семь, восемь назад, я не помню точно!
Влад копирует фото к себе.
Удаляет оригиналы и изучает переписку Скарлетт с подругами.
Ничего.
Про Дениса ни слова.
Но не просто же так он засветился на снимке с Сабуровым и этим хером, которого считает бенефициаром.
На дубайских фото его лучше видно.
Мужик лет тридцати пяти, смутно знакомый. Модная стрижка, в светлой одежде, производит впечатление обеспеченного, уверенного в себе человека.
Кто такой, сука?
Бизнес, криминал, окружение Дениса или Павла?
За три года в тюрьме он выпал из общества. Круг общения Дениса мог двадцать раз смениться. Молодой и тупой.
– Ну и куда ты влез, сука?.. – бормочет он.
Может, и завалили за дело.
Мотив убийства, который назвали, сразу показался неубедительным.
Если эти двое с Сабуровым увели общак и Денис засветился в их компании, то могли решить, что здесь замешан клан Дикановых.
За это и шлепнули, отцу тело сына привезли – чтобы отомстить.
Дениса уже не спросишь.
С Лукой он не общается.
Павел… Павел в больнице, даже если очнется, идти не хочется. Денис – Диканов. Это их проблемы.
Да и принести тяжелобольному Павлу такие новости о любимом младшем… Как бы хуже не стало.
И что теперь?
Он задумчиво убирает телефон.
Вернуться к убийству Дениса, чтобы разобраться? Понять, чем жил младший брат и как оказался за одном столом с этими аферистами?
Или пробивать приятеля Сабурова, который помог увести деньги?
– Как его зовут?
– Не знаю…
– Как ты его называла⁈ – зло орет Влад.
Сорвался.
После этих сраных новостей!
– Не кричите, пожалуйста… – Скарлетт снова заливается слезами, закрываясь руками. – Миша… Так просил называть.
– Вали отсюда!
Девка выбегает с визгом.
Жаль, отсосать не успела. Но уже и настроения нет.
На улице холодный ветер приводит мысли в порядок.
Внутри – отрешенная усталость.
След есть.
Многим он не понравится.
Нужно выяснить все об этом человеке.
Денис…
Это потом.
Ему уже не поможешь, а мстить за брата больше не его дело.
Главное, он получил направление.
Они решили, раз они в Дубае, то в зоне недосягаемости.
Ошибаются.
Бенефициар – скорее всего, на снимке он – прилетал периодически сделать дела и пообщаться с Сабуровым. В клубе был раза три. Значит, здесь и в Дубае они перетирали, как кинуть всех на общак…
Ну и умница же Инга, что нашла эту девку.
Голова раскалывается, Влад трет виски. Устроившись на заднем сиденье, расстегивает воротник, и перечитывает сообщение от Инги.
– Молодец, моя девочка, – бормочет он.
Кроткая, послушная… Такая притягательная.
Настоящая звезда.
Любой девке из клуба до нее далеко.
Хочется поговорить, Влад пишет:
«Что на ужин?»
Думал спит, но через несколько минут прилетает ответ:
«Лазанья».
«Скоро буду, что-нибудь купить?»
«Нет, спасибо».
Но он говорит водителю, заметив светящуюся вывеску супермаркета:
– Остановись.
Выбирает бутылку хорошего вина.
Запоздало понимает, что не знает вкусы Инги – сухое или сладкое, белое или красное? Может, вообще любит ликеры.
Но покупает бутылку красного и набор самых дорогих шоколадных конфет. А затем шикарный букет роз в круглосуточном цветочном.
Она заслужила.
Сегодня можно отдохнуть.
Не телом – Инга ничего делать не будет, о минете нет смысла даже мечтать, но душой отдохнуть можно.
Ласковая, как кошка…
А завтра…
Завтра найдет имя, адрес и узнает, как этот урод с фото связан с Денисом.
Инга настороженно отнеслась к букету. Но дала поцеловать в щеку и согласилась выпить вина за ужином.
Сидела, пока он ел.
Поправляла салфетку, приносила то чистый бокал, то приборы.
Хотела побыть рядом.
Стесняется просто взять за руку, прикасается, словно случайно.
С ней вечера уютнее.
Дело не в еде, не в заботе, приятно видеть ослепительную красавицу в своем доме, знать, что не случайная девушка на ночь, а жена. Его жена.
Даже в халате, без капли косметики красива, как чертовка.
Но пламя притихло.
Когда понял, что ничего не будет. Зато на душе хорошо, когда она рядом, вечером ужин, а утром чистая рубашка приятно пахнет и отлично отглажена…
Следующую неделю он собирает информацию по дубайскому бизнесмену.
Если бы не фото, он бы про Дениса и не узнал никогда. Судя по всему, не знал и дядя.
На автомате Влад прокручивает в голове похищение Дениса, разговор с похитителем. Тот мужик не хотел отдавать поиск общака Дикановым, значит, имел основания думать, что ему потом ничего не достанется.
Похищение Дениса могло изначально быть спланировано из-за общака, а розововолосую проститутку использовали как приманку.
Чтобы точно узнать – нужен Сава.
Похищение Дениса организовал он.
Только где теперь эта падаль прячется…
Вечерами он обдумывает, что делать.
Пьет виски.
Голова раскалывается: вокруг слишком много врагов, и круг сужается. Общак нужен всем. Чтобы его выгрызть – у него не хватит ресурсов.
У клана Дикановых вместе – хватило бы.
А он один…
Влад с сожалением теребит пушку, рассматривая металл в полумраке.
Сабуров, дольщики общака…
Лука.
Тупо людей не хватит все держать под контролем.
Но уступать тоже нельзя.
На следующий день звонит Спартак с новостями: удалось выяснить имя человека с фото.
Михаил Шиловский.
Бизнесмен и инвестор, сын известного бизнесмена.
Влад изучает биографию – ничего подозрительного. Может, засветился в кругу знакомых дяди, вот и кажется знакомым.
– У него долги, Дик, – сообщает Спартак. – Серьезные. Неудачные инвестиции пару лет назад.
– При этом занимался недвижимостью…
– Ага, землю скупал, объекты.
Влад кивает.
Связей с криминалом нет.
Проблемы с бизнесом, долги, он может быть чьей-то ширмой…
– Похоже, я ошибся. Не он крышует аферу. Он подставное лицо. Покупает землю у Сабурова.
И не боится, что за долги могут изъять?
Влада поражает внезапная догадка.
– Кому должен Шиловский?
Бизнесмен не полез бы в дело с общаком. Его могут использовать втемную или заставили за долги.
Шиловский купит у Сабурова землю.
Затем кредитор отожмет ее по суду.
Законно и надежно.
Крайним остается Сабуров.
– Без понятия. А что?
– Похоже, его мы и ищем.
Три недели спустя он, наконец, выясняет, кто такой бенефициар.
Смотрит на фото.
Мужик взрослый – около шестидесяти, резкие крупные черты, взгляд исподлобья. Волчий какой-то.
Влад его не узнает.
Но видно, что из их среды.
О нем почти ничего не известно, кроме скупых данных биографии: приехал в столицу с периферии почти сорок лет назад, занимался бизнесом. Такое чувство, что все время в тени просидел.
Может, он организатор покушения?
Павел может его знать.
Даже должен.
Не просто так тот узнал об общаке, не просто так влез в него сейчас.
Имя, внешность.
Это уже что-то.
Скорее всего, сейчас за границей, как и остальные.
С этим уже можно идти и договариваться.
– Инга, – уже одетый в пальто, он садится на край кровати.
Она дремлет, накануне плохо себя чувствовала. Месяц уже из дома не выходит: он слишком за нее боится.
– Мне нужно по делам. С тобой Костя посидит.
Влад целует копну волос и выходит из дома.
Холодно.
По пути к авто, набирает номер.
Нужно узнать, что у Дикановых.
Он пока не решил – идти к дяде или нет.
– Привет, – хрипло здоровается Влад, позвонил старому знакомому из группировки Павла. – Нужна информация. Можешь помочь?
– Смотря, о чем попросишь.
Дик выдыхает.
Пар клубится в прохладном воздухе.
Без перчаток мерзнут руки, а это плохо – скоро они понадобятся.
– Какая информация у Луки? По покушению?
– Это лучше у Павла спрашивать. Лука записывает каждый шаг, чтобы отчитаться перед отцом. Но ни с кем особо не делится.
Дик медлит.
– Павел в сознании?
– Да, но еще плох.
Ему гадко от облегчения, которое испытывает.
Дядя не врал – заменил ему отца.
Видимо больше, чем казалось, если легче от хороших новостей.
– Что у Луки есть, в общих чертах.
– Нашел наводчика, пробил номер киллера и биллинг. Насколько я знаю, сейчас ищет организатора убийства и ликвидатора стрелка. Лука считает, он прибыл из-за границы специально для убийства твоей жены.
– Почему из-за границы?
– Вроде организатор сделал звонок в Дубай. Последний звонок с этого номера. Длился меньше минуты.
Дубай.
Опять этот Дубай.
– Отчитался, что покушение сорвалось, – догадывается Влад. – Это плохо.
– Это значит, что он еще здесь. Цель не достигнута.
– Спасибо, – Влад устраивается за рулем.
Проклятие!
Он так и не решил, что делать.
Гонит в клуб, где когда-о встречался с дольщиками общака по поручению Павла.
Там познакомился с Ингой.
И пропал к чертям собачьим.
Ниточки от покушения и общака ведут в одно место. И если он в ближайшее время не разрубит этот узел, то все может потерять.
С собой Влад намеренно никого не берет. Хочет поговорить с глазу на глаз.
Охрану оставляет в машине.
В клубе гудит музыка.
Но хозяин в кабинете с шумоизоляцией. Даже басы не проникают.
– Какими судьбами? – Ренат жмет руку.
– С деловым предложением, – сразу раскрывает карты Влад. – Я нашел человека, который организовал аферу. Знаю, кто он, какой будет схема, знаю, где общак.
Ренат наблюдает с серьезным взглядом.
Не торопится.
Человек взвешенный, знает цену деньгам.
– Из всех, кто способен вернуть общак, я ближе всего к деньгам.
– Я слышал, ты женился на бывшей жене Сабурова.
– На Инге. Певице, да.
– Поздравляю.
– Это по любви, – Влад усмехается. – Но и по делу тоже. Я обещал, что найду общак и верну долю. Я своих слов назад не беру.
– Но? – понимает Ренат.
– У меня возникли разногласия… С некоторыми из дольщиков, с семьей. Мне нужно усилить группировку. Я гарантирую, что ты получишь свою долю в обмен на помощь сейчас.
Ренат хмыкает.
– А что с остальными?
– Доли получат те, кто вложился в поиск, – прямо заявляет Влад.
– Ты рисковый человек, – замечает тот.
Ренат задумчиво смотрит в сторону.
– Я тебе помогу, – решает он. – Но мои люди не полезут в твои разборки с братом. С семьей решай вопросы сам. Мне нужны назад мои деньги, а не война.
– А мне нужна поддержка, – повторяет Влад. – Против Луки в том числе.
В этот раз пауза дольше.
Он должен понимать, что, если ответить нет – Влад выйдет и предложит эту сделку кому-то еще.
Но нежелание Рената лезть в семейные дела тоже понятно.
– Семья у человека – святое, – замечает тот. – Я выступлю против Луки, а затем родная кровь возьмет свое, и вы помиритесь.
Влад сжимает челюсти.
Деталей, почему это невозможно, Ренат не знает. И посвящать его – все равно что самого себя по асфальту размазать.
– Лука, я слышал, ищет убийцу брата, – продолжает Ренат. – Выслеживает Саву. Давай сделаем так, я знаю, где он сейчас находится и отдам его тебе, а не Луке, но вмешиваться в ваш конфликт с братом не стану. В остальном можешь рассчитывать на моих людей за возврат моих денег… и вознаграждение.
– Ты знаешь, где Сава?
– Мои люди знают. Я дам тебе адрес.
Влад гасит охотничий азарт.
Не совсем то, на что он рассчитывал.
Но это хорошая сделка.
Они жмут руки.
За Савой нужно ехать прямо сейчас, пока шансы на руках.
Но на выходе из клуба он сталкивается с одним из подручных Луки…
Застывает от шока.
Перед глазами появляются кадры из видео: он был пятым или шестым… Парень срывается с места, и Влад кидается следом.
Рефлекс.
Чистые инстинкты.
Он даже толком не помнит, что происходит дальше – за углом парень, сообразив, что ему не уйти, выхватывает нож. То ли припугнуть, то ли оборзел настолько.
От первого взмаха лезвием Влад уклоняется. Бьет ногой в корпус и начинает пинать тело, как только тот оказывается на земле.
К нему подбегают свои.
– Дик? Ты что, что случилось?
Он останавливается.
Только увидев, кто это, они перестают лезть с вопросами.
Влад вытаскивает пушку.
Его накрыло вспышкой ярости, до белого света в глазах.
Чувства борятся за противоположности: прикончить мразь прямо здесь или выбить информацию.
– Забирайте эту тварь, – бормочет он. – Сейчас адрес дам, выдвигайтесь туда. Кое-что сделаю и приеду. Будем гасить Саву.
Ногой отпинывает тварь от себя и отворачивается.
Сука.
Чуть на глазах у толпы не стрельнул, так накрыло…
Приезжает домой, обыскивает квартиру, забыв, куда сунул запасной чистый ствол…
Думал, Инга спит, но она, как привидение появляется на пороге, запахнув халат.
– Я шумел? Прости… – выдыхает, не отдавая себе отчет, как выглядит после драки, разгоряченный и на взводе.
