Текст книги "Одна звезда на двоих (СИ)"

Автор книги: Маришка Ко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 33 страниц)

– Что произошло? – донесся до Старга вопрос одного из военных.

– Разбираемся, товарищ лейтенант.

Кириан пытался вникнуть в происходящее, но, казалось, что каким-то непостижимым образом весь мир вокруг него вдруг оказался сосредоточен в глазах женщины, сидящей напротив него. Словно все остальное, став совершенно неважным, отошло на второй план: валяющийся невдалеке бессознательный Вилторс, адар, мигающий лампочками, техники, бросившиеся к роботу, военные, требующие отчетов – все, что замечал Старг – это искорки, вспыхивающие и тухнущие в изумрудных омутах.

– Эй, кадет, ты живой? – донесся до него хрипловатый женский голос.

– Вроде да, – и почему его голос был таким низким и скрипучим, словно по горлу кто-то прошелся наждачкой.

– Не вставай, сейчас медики прибудут, как в сознании до сих пор остаешься – загадка.

– Что произошло, полковник Рейтор? – мыслить удавалось с трудом, подбирать слова и того сложнее.

– Этот идиот, – Шайлар кивнула в сторону Вилторса, – полез сразу на четвертый уровень к сломанному адару, не удосужился проверить элементарные системы защиты и контроля. Адар не разобрал кто к нему подключается и послал информацию без ограничения, мозг кадета не справился. Кто допустил только его к работе с адарами… – полковник замолчала, нахмурив брови.

– А я… – начал Кириан и замолчал, не понимая, что должен спрашивать. В ушах гудело, перед глазами начали мелькать точки. Думать было сложно, словно голова оказалась набита ватой. Он из последних сил цеплялся за взгляд, сидящей напротив него Шайлар, словно только они могли удержать его в сознании. – Вы…

– А ты перехватил поток информации. У тебя уровень более высокий, адар почувствовал более подходящий приемник для информации и переключился на тебя. Тот парень, – еще один кивок на Стивена, – скорее всего покойник, а вот тебе повезло, смог справиться, а потом я перехватила поток. Но тебе прилично досталось, – Шайлар отвела взгляд, словно потеряв нить, за которую до этого держался, Кириан почувствовал, как начал погружаться во тьму. Последним, что он успел услышать, был приказ, отданный твердым женским голосом:

– Медиков сюда, твою же мать…

Глава 9

Кириан

Резкий, монотонный писк вырвал Кириана из липкой, тяжелой темноты. Он попытался открыть глаза – но веки, словно налитые чугуном, совершенно не хотели подниматься. А голова раскалывалась от тупой, пульсирующей боли, словно ее зажали в тиски. Запах антисептика ударил в нос. Госпиталь. Последнее, что Кириан помнил –крик Вилторса, падающего на колени перед адаром, странный, хаотичный поток данных, ворвавшийся в его собственный мозг, боль, сковавшая тело…

Он застонал, попытавшись пошевелить рукой.

– Тихо, Кириан, лежи спокойно, – голос Айлы, тихий, но настойчивый, прозвучал совсем рядом. Кириан с усилием сфокусировал взгляд. Лицо Айлы было бледным, в глазах застыли тревога и беспокойство. Ее пальцы легко сжимали его запястье. Рядом стоял Риман, хмурый, но напряжение в его позе чуть спало, когда он увидел, что Кириан открыл глаза.

– Что… Вилторс?.. – прохрипел Кириан, горло пересохло.

– Вилторс… не очень, – глухо ответил Риман. – Врачи говорят – шансов почти нет. Мозг не выдержал перегрузки. А ты… Кир, ты какого черта полез?!

– Он же… падал… я думал… – мысли путались. Голова снова взорвалась болью.

– Ты едва сам не сгорел! – вмешалась Айла. – Если бы не полковник Рейтор… она как-то смогла разорвать твой контакт с адаром или перехватить импульс… Никто толком не понял как, но она тебя вытащила буквально в последнюю секунду. Тебя сразу сюда доставили.

В этот момент дверь палаты бесшумно открылась, и вошел витарх Торн в сопровождении медсестры. Глава госпиталя выглядел как всегда – спокойным, собранным, в идеально сидящей на нем форме военного корпуса. Его внимательные глаза быстро оценили обстановку.

– Очнулся? Хорошо. Кадет Рива, доложите показатели, – спросил витарх Торн, поворачиваясь к Айле.

– Давление сто десять на семьдесят, пульс девяносто два, ровный. Температура тридцать семь и один. Нейроактивность… повышенная, но без хаотических пиков, стабилизируется, – отчиталась девушка, заглядывая в планшет.

Арис Торн подошел к кровати, посветил Кириану в глаза узким лучом диагностического сканера:

– Кадет Старг, слышите меня? Как себя чувствуете?"

– Голова… болит… – ответил Кириан, пытаясь сосредоточиться.

– Ожидаемо. Вы перенесли сильнейший нейро-резонансный шок, – отметил медик, просматривая данные на планшете, который ему подала медсестра. – Удивительная сопротивляемость организма. Большинство бы не выдержало и десятой доли того импульса, судя по отчетам из ангара. Вам очень повезло, что полковник Рейтор оказалась рядом и знала, что делать, – сухо продолжил Торн.

– Вилторс… что с ним? – с тревогой спросил Кириан.

Доктор Торн посмотрел на него спокойно:

– Состояние кадета Вилторса крайне тяжелое. Кома. Произошло обширное повреждение коры головного мозга из-за перегрузки нейронных каналов. Прогноз… неблагоприятный. Мы делаем все возможное, – он снова перевел взгляд на Кириана. – А вам сейчас нужен полный покой. Кадет Рива сделает вам инъекцию – болеутоляющее и седативное. И необходимо будет провести полное сканирование мозга, как только ваше состояние позволит. Интересный случай… очень интересный.

Витарх Торн кивнул Риману и Айле.

– Кадет Рива, проследите за выполнением назначений. Капитан Орет, вашему бойцу нужен отдых. Обсудите инцидент позже.

С этими словами доктор Торн и медсестра покинули палату. Риман проводил их тяжелым взглядом, а потом посмотрел на Кириана.

– Слышал, Старг? Отдыхай. И больше никаких геройств без приказа, понял?

Айла подошла ближе с уже подготовленным инъектором. Ее движения были плавными и уверенными, как всегда, когда дело касалось медицины.

– Сейчас станет легче, Кир. Это снимет боль и поможет тебе отдохнуть, – она прижала инъектор к плечу Кириана и ввела препарат. Кир почти не почувствовал укола, только легкое жжение. – Просто поспи немного.

Айла убрала инструмент, поправила другу подушку и проверила показания мониторов над кроватью. Риман все так же стоял рядом, скрестив руки на груди, но его взгляд немного смягчился, когда он увидел, что Кириан в сознании и относительно спокоен.

Кириан почувствовал, как боль в голове начала медленно отступать, сменяясь легкой слабостью и туманом от лекарства.

– Полковник Рейтор… она… она правда спасла меня? – ему все еще трудно было поверить в произошедшее.

Риман коротко кивнул, его голос был все еще строгим, но без прежнего гнева:

– Да. Вытащила тебя буквально с того света. Как – никто не понял. Говорят, она просто… разорвала твою связь с машиной силой своей воли. Не знаю, возможно ли такое. Но факт – ты здесь, а не там же, где Вилторс. Повезло тебе, Кир. Очень повезло. И больше без самодеятельности!

– Она действовала мгновенно, – раздался тихий голос Айлы. – Когда мы с медиками подбежали, все уже было кончено. Вилторс без сознания, а ты… ты смотришь на полковника так, будто призрака увидел, но уже свободен от воздействия адара.

Кириан закрыл глаза, пытаясь осмыслить. Шайлар Рейтор. Легенда. Спасла его. Силой воли? Он помнил ее взгляд, когда она склонилась над ним в ангаре – пронзительный, полный какой-то непонятной ему силы и… сочувствия? И еще он помнил другое – тот безумный поток данных от нитро перед тем, как все потемнело. Хаос? Нет… там было что-то еще. Схемы. Коды ошибок. Структура. Словно он на долю секунды увидел сломанную душу машины изнутри. Бред. Наверное, просто галлюцинации или еще какие-то выверты мозга, не выдержавшего нагрузки. Но почему тогда он жив? И почему доктор Торн говорил об уникальной сопротивляемости? Голова снова загудела, но уже не так сильно – лекарство действовало, погружая Кириана в дремоту.

***

Шайлар

Запах озона и горелого металла все еще висел в воздухе ангара. Зона вокруг поврежденного нитро была оцеплена службой безопасности. Кадета Вилторса уже увезли медики – без сознания, с минимальными шансами. Кадета Старга, который тоже потерял сознание после вмешательства Шайлар, только что забрал медицинский бот. Шайлар стояла возле своего ада, подключив к его внешнему порту свой личный планшет и просматривая логи последних минут – свои, Агилиса, и те обрывки данных, что успели считать с интерфейса Нитро до его аварийного отключения.

Адар молчал, его системы работали в фоновом режиме, анализируя произошедшее. Наконец, он монотонно произнес:

– Анализ завершен, пилот. Данные по кадету Вилторсу подтверждают несовместимость его нейронной структуры с интерфейсом четвертого уровня. Попытка прямого подключения к ядру поврежденного Адара без протоколов безопасности была… неоптимальной.

Шайлар мрачно усмехнулась:

– Неоптимальной? Это был идиотизм чистой воды, Агилис. Или приказ идиота. Его показатели допуска явно были фальшивкой, – она переключила данные на планшете. – А вот второй… Старг. Что скажешь по нему?

– Нейронная сигнатура кадета Кириана Старга представляет значительный интерес. Его реакция на неконтролируемый поток данных от нитро была аномальной. Вместо стандартного каскадного сбоя или полного ступора ЦНС, его мозг демонстрировал попытку… структурирования и анализа входящего хаотического сигнала.

Шайлар подняла бровь:

– Анализа? Потока данных, который чуть не сжег мозг Вилторсу?

– Именно. Зафиксирована кратковременная синхронизация с диагностическими протоколами нитро на низком уровне и активация зон коры, отвечающих за логический анализ и обработку системных ошибок. Это нестандартная, но высокоэффективная ментальная структура, ориентированная на анализ систем, а не на полное сенсорное слияние, характерное для пилотов. Его собственная тау-амплитуда высока, но ключевой фактор – именно структура отклика и устойчивость к информационному шуму.

– Техник… с инстинктами пилота? Или что-то новое? – произнесла Шайлар задумчиво.

– Требуется дальнейшее наблюдение. Однако, пилот, ваше прямое вмешательство и разрыв связи путем генерации контр-импульса через ваш интерфейс было сопряжено с риском для вашей собственной нейросистемы. Вероятность негативных последствий составляла 17.3%.

– Иногда приходится рисковать, Агилис. Пошли, нужно доложить Лисару.

Шай убрала планшет и провела рукой по волосам. Этот кадет Старг… он ее заинтриговал. Но сейчас раздумывать об этом не было времени, в академии творилось что-то непонятное и пугающее. Может быть даже фатальное и опасное для всех них. Как мог Вилторс с таким уровнем оказаться тут, возле адаров. Кто посмел допустить мальчишку сюда. Вопросов было больше, чем ответов. Шайлар все больше убеждалась, что Лисар не зря позвал ее сюда, в его подозрениях было зерно истины, и похоже довольно большое. Чтож… пора было идти к старому товарищу и разбираться с тем, что происходило в Военной Академии Сонары, а может и не только тут.

***

Кабинет ректора Академии Санары дышал непривычной пустотой и аскетизмом. Лисар Дидакис распорядился убрать отсюда почти все следы пребывания его предшественника. Исчезли тяжелые портьеры, безвкусные статуэтки с инкрустацией, мягкие диваны с обивкой из редкой ксенокожи.

Стены теперь были зашиты простыми, матово-серыми панелями стандартного армейского образца. Они выглядели чужеродно в этом огромном помещении с высоким потолком, оставшимся от прежней эпохи. Лишь кое-где – у массивной дверной рамы или под потолком – виднелись фрагменты дорогой каменной облицовки, которую не стали или не успели скрыть полностью. На стенах, где раньше висели дорогие картины сомнительной художественной ценности, теперь остались лишь чуть более светлые прямоугольники, да и те частично закрывали большие тактические голокарты Семи Секторов. Вместо массивного стола из редкого дерева – стандартный функциональный терминал Ополчения. Единственными предметами роскоши, пожалуй, остались два кресла – массивное, на котором устроился Лисар, и глубокое кресло для посетителей, в котором сейчас сидела Шайлар Рейтор.

Она обвела кабинет насмешливым взглядом, небрежно закинув ногу на ногу и медленно покачивая кончиком армейского ботинка.

– Радикально ты тут все переделал, Лисар. Почти казарма. Нарзам бы, наверное, в гробу перевернулся от такого вопиющего минимализма. Где фонтанчик с альдебаранским вином? Где портреты славного тебя в золотых рамах? Решил полностью стереть память о предшественнике?

Лисар мрачно ответил, не отрывая взгляда от экрана своего терминала, где было открыто личное дело кадета Вилторса:

– Я предпочел бы стереть самого предшественника из истории Ополчения. А панели… – он пожал плечами – …просто панели. Функционально. Не отвлекают от работы. В отличие от того барахла, что здесь висело. Уж лучше видеть перед собой карты секторов, а не счета из антикварных лавок Галактики. Эта «роскошь» была оплачена предательством и кровью наших солдат. Я приказал вычистить отсюда все, что напоминало бы об этом выродке. Оставил только самое необходимое для работы. И эти кресла– они оказались на удивление удобными.

Шайлар хмыкнула:

– У Нарзама всегда был нюх на комфорт. Жаль, что на все остальное – совесть, честь, верность – обоняние его подвело.

Она устроилась поудобнее, ее поза выражала внешнюю расслабленность, но глаза внимательно следили за Лисаром. В ее облике, как всегда, сочетались усталость бывалого солдата и собранность хищника, готового к прыжку.

Лисар наконец оторвался от экрана, его взгляд был тяжелым.

– Вот именно. И его «наследие» продолжает нас догонять. Взгляни, – он кивнул на досье Вилторса. – Как я и думал, – Лисар провел рукой по лицу, откидываясь на спинку кресла. – Допуск четвертого уровня подписан лично Нарзамом, рекомендации – от нашего «друга» Андроса, который сейчас дает очень интересные показания в секторе Альфа. Баллы по стабильности и когерентности тау-сигнатуры завышены минимум втрое по сравнению с результатами трехлетней давности. Классика жанра. Они не просто продвигали своих, Шай, они целенаправленно готовили себе «своего» специалиста по адарам. Или пытались.

Шайлар задумчиво произнесла, постукивая пальцами по подлокотнику:

– Или просто расходный материал, Лисар. Пешку, которую не жалко сжечь при попытке получить доступ к ядру адара. Если Вилторс сунулся сразу на четвертый уровень к поврежденной машине… это либо приказ, либо полная профнепригодность, умело скрытая фальшивыми баллами. Не удивлюсь, если в этом адаре есть что-то ценное для них. Данные последнего боя? Или наоборот – какая-то программа, которую Вилторс должен был активировать?

– Возможно. Прикажу техникам моей службы безопасности проверить нитро с полной диагностикой, каждый чип, каждую строку кода, как только его системы стабилизируют после вашего… вмешательства. Но есть еще кое-что, что меня беспокоит. Кадет Старг, – Лисар снова пристально посмотрел на Шайлар. – Ты вытащила его. Каким образом ты разорвала чужую нейронную связь, не поджарив при этом ни его мозги, ни свои?

Шайлар слегка пожала плечами, не вдаваясь в детали своей уникальной связи с Агилисом.

– Рефлексы. Плюс Агилис мгновенно рассчитал необходимый контр-импульс, чтобы дестабилизировать хаотичный поток от адара, не задев при этом основной канал Старга. Повезло, что структура его сигнала оказалась… необычной. Но дело даже не в моем вмешательстве. Его реакция до этого… она уникальна. Агилис провел экспресс-анализ того, что успел считать – мозг Старга не просто сопротивлялся потоку или впал в ступор, он инстинктивно пытался его анализировать, структурировать, искать паттерны в хаосе. Это… – она подбирала слова – …профиль техника высочайшего класса, возможно, с врожденным «чувством» машины на уровне нейросвязи. Но пилотский профиль – другой. Слияние, а не анализ.

Лисар заинтересованно приподнял бровь, открывая на планшете дело Кириана.

– Техник с таким потенциалом… Кириан Старг… – он провел пальцем по экрану. – Сын Валериуса и Изольды Старг. Хм… С Аркадии Прайм. Старая кровь, большие деньги, политика… Знаешь Валериуса? Министр Экономики и Ресурсов их планетарного правительства. Весьма влиятельная фигура в Первом Секторе, хоть и держится в стороне от общегалактических интриг Ополчения.

Шайлар кивнула.

– Знакомы. Валериус Старг – классический политик «золотой клетки». Аркадия Прайм не знала войны, они там строят свою идеальную республику, пока другие сектора кровью истекают. У Старгов, кажется, целая династия – все нацелены на сохранение и приумножение своего влияния. Сын, по их логике, должен продолжать «дело семьи» – политика, финансы, выгодный брак. Удивительно, как он вообще попал в Санару, да еще и рвется к адарам.

– Вот именно! Это не вяжется с позицией его семьи. И что интересно – Нарзам его не продвигал. Ни единой попытки за все годы. Обычные средние баллы, хотя потенциал, как ты говоришь, огромен, стандартный курс подготовки техников… Может, его просто проглядели? Слишком тихо сидел? Или Нарзам не добрался до его семьи – руки коротки?

Шайлар задумчиво произнесла:

– Судя по тому, что я видела – он держится своего отряда, предан им. И мечтает об Адарах с каким-то почти фанатичным блеском в глазах. Идеалист. Таких трудно завербовать или использовать втемную. Он сам по себе.

Шайлар откинулась в кресле, глядя на голограмму Семи Секторов, мерцающую над столом Лисара. Кадет Старг… Сын влиятельного министра с безопасной, процветающей планеты. Мальчик, который выбрал войну вместо политики, адары вместо дипломатических приемов. Какая ирония судьбы. Ее собственное детство прошло под грохот канонады и вой сирен. Дочь боевых офицеров, внучка той самой Рейтор, чье имя одновременно и открывало двери, и давило невыносимым грузом.

Шайлар не знала другой семьи, кроме своего отряда – таких же сирот войны, как Санни, с которым они вместе чудом выжили после гибели родителей на Ротроне и после поступили в эту самую Академию. У нее не было выбора пути – только вперед, в бой, доказывать свое право носить это имя, мстить за родителей, защищать то, что осталось. А Кириан… он выбрал этот путь добровольно, имея все возможности для спокойной, сытой жизни. Что им движет? Идеализм? Бунт против семьи? Или что-то еще? Шайлар видела его всего пару раз, но его реакция на нитро, его странный потенциал, его упрямый взгляд… он определенно был не так прост, как казался. Просто еще один кадет? Пожалуй. Но очень… любопытный кадет.

Лисар прервал ее размышления, потирая подбородок:

– Хорошо. Этот Старг нам может быть полезен. Как минимум, как потенциально лояльный специалист с уникальными способностями. И за ним нужно присмотреть повнимательнее. Если он действительно что-то почувствовал от адара – какие-то данные, которые не должен был – заговорщики могут решить, что он опасен. Или наоборот – попытаются использовать его талант, – Лисар снова посмотрел на Шайлар. – Слушай, учитывая твой опыт, твою способность… чувствовать нейроимпульсы, и то, что ты его спасла… прошу тебя взять Старга под неформальное наблюдение. Присмотри за ним во время своего пребывания здесь. Оцени его потенциал, психологическую стабильность после шока. И докладывай мне. У тебя есть все основания интересоваться его состоянием.

Шайлар встретила его взгляд, в ее глазах не было эмоций – только профессионализм.

– Поняла, Лисар. Сделаю. Оценю кадета Старга.

– Отлично. А я пока займусь файлами остального персонала и кадетского состава. Нужно вычистить эту нарзамовскую гниль до основания. Этот инцидент с Вилторсом и Старгом показал – враг все еще здесь, он действует, и он очень опасен.

Шайлар молча кивнула, поднимаясь. Кадет Кириан Старг… Потомок влиятельных политиков с мирной планеты, мечтающий о войне и адарах, обладающий уникальным техническим потенциалом… Похоже, этот кадет, только что стал одной из пока неизвестных переменных в ее текущей миссии. И это ей не очень нравилось.

Глава 10

Кириан/Шайлар

Кириан проснулся от мягкого света, пробивающегося сквозь жалюзи окна палаты. Голова почти не болела, только легкая слабость напоминала о вчерашнем кошмаре. Он повернулся на бок. Рядом на стуле дремала Айла, положив голову на сложенные на краю кровати руки. Она, видимо, провела здесь всю ночь. Он осторожно коснулся ее плеча.

– Айла?

Она тут же подняла голову, испуганно моргнув. Увидев Кириана, облегченно улыбнулась:

– О, Кир, ты проснулся! Как ты себя чувствуешь? – Айла быстро проверила его пульс, посмотрела на мониторы. – Показатели намного лучше. Витарх Торн будет доволен.

Нормально. Голова прошла. Спасибо, что осталась, – с улыбкой произнес Кириан.

– Мы же команда, – Айла поправила ему одеяло. – Риман заходил утром, велел передать, чтобы ты отдыхал. Он сейчас на совещании у полковника Дидакиса по поводу… ну, вчерашнего.

Кириан помрачнел, вспомнив вчерашнее:

– Как Вилторс?

Айла покачала головой.

– Без изменений. Кома. Врачи… не дают надежды.

В этот момент дверь палаты открылась, и вошел витарх Торн – спокойный, собранный, с планшетом в руках. За ним следовала медсестра.

– Доброе утро, кадет Старг, кадет Рива. Рад видеть вас в сознании и с улучшением показателей, Старг, – Торн быстро просмотрел данные на мониторе, которые показала Айла. – Да, положительная динамика очевидна. Ваша сопротивляемость действительно впечатляет, – глава медицинского корпуса провел краткий осмотр – зрачки, рефлексы. – Боль в голове?

– Почти нет, Витарх.

– Отлично. Сегодня продолжим наблюдение, проведем еще одно сканирование для контроля. Если все будет стабильно – завтра сможете вернуться в расположение. Кадет Рива, можете быть свободны, ваш подопечный в надежных руках, – слегка улыбнулся Айле Торн.

Айла кивнула, бросив на Кириана ободряющий взгляд.

– Хорошо, Витарх. Я зайду позже, Кир, – с этими словами девушка вышла из палаты.

Торн задумчиво проводил ее взглядом, посмотрев вновь в планшет с последними данными, он собирался еще что-то сказать, когда дверь снова открылась и на пороге появилась Шайлар. Полковник Рейтор была в своей обычной летной форме, выглядела собранной и энергичной, словно вчерашний инцидент в ангаре ее никак не затронул.

– Витарх Торн, кадет Старг. Доброе утро. Не помешаю?

Торн ответил вежливо, хотя в его глазах промелькнуло удивление:

– Полковник Рейтор! Нисколько. Мы как раз заканчивали утренний осмотр. Состояние кадета Старга стабильное, он быстро идет на поправку.

– Рада это слышать, – она подошла ближе к кровати, ее зеленые глаза внимательно изучали Кириана. – Мне необходимо задать кадету несколько вопросов для служебного рапорта по вчерашнему инциденту. Вы не будете возражать, Витарх, если мы поговорим наедине? – ее тон не подразумевал отказа.

– Конечно, полковник. Я как раз закончил. Сестра Мирс, идемте, – он бросил на Кириана последний профессионально-любопытный взгляд и вышел вместе с медсестрой.

Кириан смотрел на Шайлар, чувствуя, как его пульс учащается. Командир первого отряда адаров стояла в его палате и явно хотела что-то обсудить. Он постарался сесть ровнее, приподнимаясь выше.

Шайлар обвела взглядом палату, а потом сосредоточилась на кадете, лежащем перед ней. Выглядел Кириан лучше, чем вчера – пропала бледность, движения более уверенные, а взгляд куда осмысленнее, чем после вчера. Лисар был прав – нужно понять, что из себя представлял этот мальчишка из богатой семьи с мирной планеты, рвущийся к адарам и выживающий там, где сломался другой, якобы подготовленный кадет. Аналитический отклик мозга… Кириан будил в ней интерес и желание понять, что в нем было такого особенного и мог ли Старг воевать на стороне врага.

– Как самочувствие, кадет Старг? – отстраненно спросила Шайлар.

– Значительно лучше, полковник. Спасибо. Голова почти не болит.

– Хорошо. Мне нужно уточнить для рапорта Лисару… полковнику Дидакису. Что именно вы помните о последних мгновениях перед потерей сознания? Ваши действия после падения Вилторса? И главное – ваши ощущения от контакта с нейроимпульсами адара. Постарайтесь быть максимально точным.

Кириан сосредоточился, вспоминая:

– Я увидел, как Вилторс упал… он кричал… я рванулся к нему инстинктивно, хотел помочь, оттащить… Схватил за плечи… И в этот момент – удар. Словно… словно открытый силовой кабель ударил прямо в мозг. Хаос, мэм. Чистый информационный хаос, боль, белый шум… Но… – он запнулся)

– Но? – Шайлар смотрела на него внимательно, с интересом.

– Но сквозь этот хаос… мне показалось… были какие-то… проблески. Обрывки схем адара. Коды ошибок. Словно я на долю секунды увидел его… поломку. Его агонию. А потом ваш голос… и темнота, – Кириан посмотрел на нее, пытаясь понять реакцию полковника.

Слова кадета удивили Шайлар. Анализ… Структурирование хаоса… Агилис был прав. Этот парень не просто выдержал – он инстинктивно пытался обработать информацию. Невероятно. Реакция нетипичная для пилотского профиля, но потенциал огромен. И опасно. Для него самого в первую очередь. И, возможно, для тех, кто стоял за Вилторсом.

– Это могла быть реакция вашего мозга на шок и остаточные импульсы поврежденной машины, Старг. Вы испытали колоссальную перегрузку, – Шайлар решила пока не акцентировать внимание на уникальности его восприятия. – То, что вы ее выдержали и быстро восстанавливаетесь, говорит о вашей незаурядной нейронной стабильности. Это хорошее качество для любого, кто хочет работать с адарами, – полковник на мгновение замолчала, задумавшись, а потом неожиданно спросила: – Этот инцидент… он не поколебал вашего желания стать пилотом?

Кириан замер на мгновение. Он уже подумал, что его отстранят от всех тестирований в связи с его непонятной реакцией на импульсы адара, но полковник спрашивала о его планах, словно все еще было впереди. Конечно, сцена, свидетелем и участником которой он был, оказалась пугающей, особенно вид Вилторса, оцепеневшего и неестественно выгнувшегося, но адар… даже неисправный, он ощущался как нечто невероятное. Глаза Кириана загорелись прежним огнем, несмотря на слабость.

– Нисколько, полковник! Наоборот! То, что случилось с Вилторсом – это ужасно, и я понимаю теперь опасность гораздо лучше. Но почувствовать адара… даже так… это только укрепило мое стремление. Я хочу научиться управлять такой машиной, стать ее частью, сражаться на ней за Ополчение. Я буду тренироваться еще упорнее, мэм! – он говорил искренне, с юношеским пылом.

Шайлар усмехнулась. Какой максимализм. Мальчишка рвется в пилоты… Не понимает еще своих истинных сильных сторон. Упрямый идеалист. Но эта решимость… она подкупает. И этот потенциал… нельзя его упускать. Лисар прав, за ним нужно присмотреть.

– Похвальное упорство, Старг. Адар требует именно такой полной отдачи, – пока Кириан был так восторжен и явно строил радужные планы, Шайлар решила внезапно затронуть еще одну тему. – Академия – серьезный выбор. Насколько я знаю, ваша семья на Аркадии Прайм не связана с военными?

Кириан чуть заметно напрягся, но ответил ровно, с легкой иронией:

– Вы хорошо осведомлены, полковник. Да, мой отец – министр Экономики и Ресурсов на Аркадии. А мать… больше интересуется светскими приемами и выгодными партиями для своих детей, – он криво усмехнулся. – Мое поступление сюда было… скажем так, моим личным решением, не вполне одобренным семьей. Они предпочли бы видеть меня в кресле чиновника или управляющего.

Шайлар вглядывалась в кадета перед ней, пытаясь заглянуть глубже и понять, что на самом деле двигало Старгом. Бунт против 'золотой клетки'. Классика. Но в его случае – с явным талантом и упорством. Это уже не просто бунт. Это выбор. И он его сделал. Похоже, он действительно поступил в академию по велению сердца, всей душой верный Ополчению.

– Что ж, кадет. Тем ценнее ваш выбор служить Ополчению здесь, – Шайлар повернулась к выходу, возле дверей она обернулась и добавила. – Рада, что вы идете на поправку. Витарх Торн дал вам рекомендации – следуйте им. Особенно по части нагрузок на интерфейсах, – ее голос снова был сухим и официальным. – Выздоравливайте.

– Спасибо, полковник Рейтор. За все.

Она кивнула и вышла. Кириан проводил Шайлар взглядом. Этот разговор… он был странным. Формальным, но с каким-то подтекстом. Полковник интересовалась им. Не просто как кадетом, пережившим инцидент. Почему? Он снова вспомнил ее взгляд тогда, в ангаре… Кириан лег обратно на подушку, пытаясь разобраться в своих мыслях и чувствах, но теперь к ним добавилась еще одна – настойчивое любопытство к загадочной полковнику Рейтор.

Физически Кириан чувствовал себя почти нормально. Но внутри что-то изменилось. Встреча со смертью, пусть и чужой. Прикосновение к мощи Адара – и к его хрупкости. И вмешательство Шайлар Рейтор. Старг смотрел в белый потолок палаты и понимал – прежним кадетом Кирианом Старгом он уже не будет, что-то неизменно стало иным в нем самом и в мире вокруг него.