Текст книги "В голове только шоколад (СИ)"

Автор книги: Марина Рэй

Соавторы: Катена Спарк
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц)

ГЛАВА 12 (Илья)

Мот – “Капкан”

Паркет в спортивном зале блестел так, что резало глаза. Разминка перед матчем всегда выматывала не меньше самой игры, но сегодня я чувствовал какой-то особенный подъём. Может, потому что на трибунах собралось столько народу, а может, потому что я знал, что она здесь.

Мила.

Я видел, как она вошла в зал в обнимку с Аней. Черный спортивный костюм, который я уже сто раз видел на фотках в её инстаграме, волосы распущены, и эта её привычка оглядываться по сторонам, будто она ищет кого-то.

Меня? Вряд ли.

Она уселась на трибуне недалеко от сетки. Удобное место, даже слишком. Я поморщился, вспомнив её школьную репутацию.

– Орлов, ты чего кривишься? – Андрей ткнул меня локтем, одновременно наклоняясь, чтобы зашнуровать кроссовки.

– Мила там села, прямо в зону поражения.

Андрей поднял голову, посмотрел на сестру, потом на меня.

– А, ну да. Ты же помнишь ту историю?

– Какую?

– На физре, классе в седьмом. Она просто сидела на скамейке, читала книжку, а мы в баскетбол играли. Мяч отскочил от щита и прилетел ей прямо в затылок. Она тогда три дня ходила с шишкой и говорила, что у неё «особые отношения со спортивными снарядами».

Я улыбнулся. Конечно я все помнил. Я тогда чуть не убил того, кто кинул мяч, а Мила просто отмахнулась и попросила никому не рассказывать, потому что «неудобно перед классом».

– Она до сих пор такая же, – сказал я.

– Ага. – Андрей усмехнулся. – Надеюсь, сегодня обойдётся.

– И я надеюсь.

Судья свистнул, приглашая команды на площадку. Мы вышли. Я ловил себя на том, что смотрю на трибуны чаще, чем на мяч. На неё. Она разговаривала с Аней и улыбалась. Потом Аня убежала куда-то убежала и Мила осталась одна. Сидела, обхватив колени руками, и наблюдала за разминкой. Я специально встал так, чтобы она меня видела. Просто чтобы знала, что я здесь.

Свисток. Матч начался.

Соперник у нас был серьёзный – биологический факультет. Эти ребята на разминке так мячами жонглировали, что у любого бы руки опустились. Высоченные, жилистые, с идеальной координацией. Их капитан, парень под два метра, с первой же подачи зарядил так, что мяч просвистел над сеткой пулей.

Я еле успел в падении принять. Пас Андрею, тот скинул на удар. Двойной блок соперника – и мяч улетел в аут.

– Ничего, – тренер хлопнул в ладоши. – Раскачиваемся! Орлов, выше принимай!

Я кивнул, вытирая пот со лба. В зале было жарко, хотя за окном уже гулял прохладный сентябрьский ветерок.

Вторая подача – снова мощная, с кручёной траекторией. Я сместился влево, принял корпусом, мягко довёл до связующего. Андрей выпрыгнул из-за головы пасующего и вколотил мяч в чужую половину – точно в угол, где защитник не успел.

– Есть! – заорал я.

Трибуны взорвались. Аня скакала где-то наверху, размахивая плакатом, Мила рядом с ней улыбалась.

Я поймал её взгляд, всего на секунду. И снова в игру.

Первый сет шёл очко в очко. Соперники были сильны физически, но мы брали своё тактикой. Андрей – наш основной нападающий, я на приёме и защите. Связка работала как часы. Я читал их подачи, предугадывал направления атак, несколько раз вытащил сложнейшие мячи в падении.

– Орлов, красава! – крикнул кто-то с трибун.

Я даже не обернулся. Но краем глаза заметил: Мила смотрит именно на меня.

Второй сет мы проиграли. Соперник сменил тактику, начал бить с задней линии, и мы не сразу перестроились. Их игрок – здоровенный детина с фамилией Козловский – положил три мяча подряд практически с одной и той же позиции.

– Соберитесь! – тренер взял тайм–аут. – Орлов, страховать будешь! Андрей, блок ставь плотнее! Не давайте им разбегаться!

Я пил воду и смотрел на трибуны. Мила теперь сидела ближе – прямо напротив нашей половины. В опасной близости от линии атаки.

– Ты на неё не отвлекайся, – тихо сказал Андрей.

– Я и не отвлекаюсь.

– Врёшь.

Я промолчал.

Третий сет начался с мощнейшей подачи Козловского. Мяч летел с такой скоростью, что я еле успел уйти в сторону – принял предплечьем, но приём вышел неточным. Мяч улетел высоко над сеткой, и биофаковцы этим воспользовались – скидка с перевода, и очко ушло сопернику.

– Ничего, – тренер кричал с бровки. – Давим!

Мы давили. Я поймал кураж. Подача – эйс, ещё подача – снова эйс, блок – в касание. Андрей забивал один мяч за другим. Разница в счёте росла.

– Пять очков! – крикнул капитан. – Держим!

И тут случилось это.

Козловский снова вышел на подачу. Я приготовился к приёму, сместился вправо, потому что по статистике он чаще бил в эту зону. Мяч взлетел в воздух, и в этот момент я краем глаза заметил движение слева.

Влад.

Он вдруг рванул вперёд, перекрывая мне траекторию. Наверное, решил, что я не успеваю, и хотел принять сам. Но он вышел слишком рано, сбил мне позицию, и когда мяч пошёл на нашу сторону, мы оба оказались не в тех зонах.

– Я беру! – крикнул Влад.

– Отойди! – рявкнул я, но было поздно.

Влад прыгнул под мяч, но корпус у него ушёл в сторону – он явно не рассчитал траекторию. Руки поставил криво, мяч ударился в предплечья и полетел совсем не туда, куда нужно. Не в сторону сетки, не пасующему, а вверх и вбок.

Прямо в трибуны. Прямо в неё.

Я обернулся как раз в тот момент, когда мяч врезался Миле в голову.

Время будто застыло.

Удар. Визг. Суета.

Она схватилась за лоб.

Я рванул с места, даже не думая. Бросил всё – игру, команду, тренера. Мне было плевать. Я должен был быть рядом.

– Орлов! Стоять! – тренер перегородил мне дорогу. – Ты куда?

– Там...

– Там уже Андрей побежал. Твоё дело – играть. У нас матч, между прочим.

– Да какая игра, если...

– Стоять, я сказал! – тренер схватил меня за плечо и развернул обратно к площадке. – С ней всё нормально. Успокойся и давай играй.

Я стоял и смотрел, как Андрей склонился над сестрой. Как подбежал этот Влад – весь красный, растерянный, явно понимающий, что натворил. Он что-то говорил Миле, помогал встать, аккуратно придерживал за локоть. А она смотрела на него и... улыбалась?

Нет, не улыбалась. Просто говорила. Спокойно, без боли.

Но он касался её, он стоял рядом. Он…

Я сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.

– Орлов, мать твою, на площадку! – снова рявкнул тренер.

Я вернулся механически, как робот.

Подача. Приём. Пас. Удар. Очко. Ещё очко. Ещё.

Козловский пытался пробить мой блок – я выпрыгивал выше, чем обычно, ставил руки жёстче, злее. Он не проходил, ни разу.

– Да что с тобой сегодня? – зло спросил он меня после очередного розыгрыша.

– А что такое?

– Бешеный какой-то.

Я не ответил.

Мы выиграли третий сет с разгромным счётом, четвёртый – еще легче. Матч закончился нашей победой. Но я не чувствовал ничего, кроме пустоты.

Когда судья дал финальный свисток, я первым делом рванул с площадки.

– Эй, Орлов! – окликнул Андрей. – Ты куда?

– К Миле.

– Не парься, с ней всё ок. Влад в медпункт повёл, и Аня туда побежала.

Я остановился.

– Влад?

– Ну да. Наш, с эконома. Он в неё мячом попал, теперь отрабатывает.

– Он... попал?

– Случайно,– Андрей хлопнул меня по плечу. – Расслабься, она живучая, ты же знаешь.

Я-то знал, но легче не становилось.

Мы пошли в раздевалку. Я молча переодевался, когда в коридоре раздался визгливый женский голос:

– Илюша!

Я вздохнул. Только этого сейчас не хватало.

В раздевалку влетела Света. Я знал её по поточным лекциям – она вечно крутилась рядом, задавала дурацкие вопросы, делала селфи и отмечала всех подряд. Казалось, она вообще не умеет говорить тихо.

– Илья! Вы такие молодцы! – она бросилась ко мне и повисла на шее, чуть не сбив с ног. – Я так за вас переживала! Так переживала!

– Э... спасибо, – я попытался аккуратно высвободиться. – Света, я мокрый весь, дай хоть в душ схожу.

– Ой, да ладно! – она наконец отцепилась, но осталась стоять вплотную, положив руку мне на плечо. – Ты просто космос сегодня играл! Особенно после того, как в ту девчонку мячом попали. Ты так побежал к ней! Это было так трогательно!

– Это моя... – я запнулся. – Мы знакомы.

– Ааа, понятно, – Света стрельнула глазами куда–то в сторону. – Ну ладно. Слушай, я же теперь за соцсети факультета отвечаю! Мне нужно интервью у победителей взять! У тебя и у Андрея!

– Сейчас? – я посмотрел на Андрея. Тот стоял в углу и еле сдерживал смех, наблюдая, как Света буквально вешается на меня.

– Ну не прям сейчас, конечно, – Света кокетливо поправила волосы и снова приблизилась ко мне, так, что я чувствовал запах её духов – приторно-сладкий, от которого сразу начала болеть голова. – Но на неделе надо бы встретиться. И обязательно сделать фотки для сайта. Ты же не против?

– Я...

– Я могу в любое время, ты только скажи! – она снова чмокнула меня в щёку, задержавшись на секунду дольше, чем нужно. – Я такая ответственная, ты даже не представляешь! Мы с тобой классные кадры сделаем, обязательно в форме, можно даже на улице, там свет красивее...

Она говорила и говорила, перескакивая с темы на тему. Я уже не слушал. Смотрел поверх её головы на дверь, за которой была Мила.

– ...и ещё подписи смешные придумаем, у меня куча идей, я тебе потом в мессенджере скину, ты только ответь обязательно, ладно? – Света тряхнула волосами и снова коснулась моей руки. – А то некоторые не отвечают, а я стараюсь, обидно же...

– Да, хорошо, – сказал я, чтобы она наконец замолчала.

– Отлично! Тогда я завтра напишу! – она чмокнула меня в другую щёку и наконец упорхнула, оставляя за собой шлейф тошнотворных духов.

Я выдохнул.

– Чего это она к тебе прицепилась? – Андрей подошёл ближе, всё ещё улыбаясь.

– Понятия не имею.

– А она ниче такая, если присмотреться. И какая настойчивая.

– Не интересует.

Андрей посмотрел на меня внимательно.

– Всё о моей сестре думаешь?

Я промолчал.

– Илья, – Андрей вдруг стал серьёзным. – Я, конечно, не лезу, но если ты что-то чувствуешь к Миле – ты делай хоть что-нибудь. А то так и будешь всю жизнь страдать молча.

– Я не страдаю.

– Врёшь.

Я вздохнул.

– Андрей, она меня ненавидит. После того случая...

– После какого?

– После экзамена. Когда мы...

– А, – Андрей кивнул. – Так я и думал. Вы тогда оба ходили как в воду опущенные. Она ещё месяц из комнаты не вылезала.

– Месяц?

– Ну, она отговаривалась, что устаёт в школе, но я-то знал, в чём дело.

Я опустил голову.

– Что мне делать?

– Не знаю, брат. – Андрей хлопнул меня по плечу. – Но если будешь вечно отмалчиваться, Влад её уведёт. Видел, как он на неё смотрел?

Я видел. И меня это бесило.

– Ладно, – сказал я. – Я пойду.

– Куда?

– В душ. А потом... потом придумаю.

Андрей улыбнулся.

– Давай. Только не наделай глупостей.

– Я постараюсь.

Я вышел из раздевалки и направился к душевым. Мысли в голове путались.

Мила в медпункте. С каким-то Владом? который на нее смотрит так, будто она для него уже не просто одногруппница… А я здесь. Стою в коридоре, мешкаюсь и даже подойти не могу.

Потому что два года назад я сам всё разрушил.

Потому что я трус. Потому что я боюсь, что она снова посмотрит на меня так, как тогда на крыльце. Как будто я убил в ней что–то живое.

– Илья! – снова этот голос.

Я обернулся, Света стояла в конце коридора и махала рукой.

– Я тебе потом напишу, хорошо? Не потеряй мой номер! И давай на неделе обязательно встретимся, я придумаю классный концепт для фотосессии, тебе понравится!

Я кивнул и быстро скрылся за дверью душевой.

Пусть пишет, пусть придумывает свои концепты, пусть делает хоть что угодно. Мне так всё равно.

Мне есть о ком думать.

ГЛАВА 13 (Влад)

Коридор после матча опустел. Только где-то вдалеке хлопали двери и слышались обрывки разговоров – студенты расходились, обсуждая игру. Пахло потом, резиной от кроссовок и дешёвым освежителем воздуха, который явно не справлялся с амбре раздевалки.

Я шёл медленно, сжимая в руках телефон. В голове прокручивалась сцена из медпункта: Мила сидит на кушетке, прижимает лёд ко лбу, хлопает своими глупыми глазами. Такая доверчивая. Такая наивная.

У неё даже мысли не возникло, что удар мог быть не случайным.

А я тренировал его две недели. Рассчитывал траекторию, силу, угол. Знал, что она сидит на трибунах – Аня выложила сторис с местами. Знал, что Андрей – её брат, значит, она будет смотреть именно на нашу половину.

Идеальная мишень.

Я усмехнулся и свернул в туалет. Вода в кране была ледяная, но я всё равно умылся – надо было смыть с лица эту дурацкую маску "милого заботливого парня".

Из зеркала на меня смотрел Влад Грокин. Светлые волосы, серые глаза, открытая улыбка. Никто бы не подумал, что этот парень способен на подлость.

Никто и не думает.

Я вытер лицо бумажным полотенцем, скомкал его и бросил в урну. Пора.

***

На втором этаже, у окна с видом на парковку, стояла Света. Она курила – точнее, парила. В руке у неё была светло розовая электронка, из которой валили густые клубы пара с приторно-сладким запахом. Что-то ягодное, с нотками карамели – такой аромат обычно бывает в дешёвых кальянных. Меня чуть не передёрнуло, но я сдержался.

Увидела меня – убрала электронку в карман куртки.

– Долго ты, – сказала она вместо приветствия.

– Отмывался от своей святости.

Света хмыкнула.

– Как она?

– В норме. Сидит в медпункте, лёд прикладывает. Аня с ней, – я прислонился к подоконнику. – Всё идёт по плану.

– Ага. – Света оглянулась по сторонам. – Только давай не здесь. Тут камеры.

Я удивился:

– Камеры?

– А ты не знал? – она повела бровью. – Везде висят. Служба безопасности универа следит, чтобы студенты не буянили. Так что если хочешь поговорить – пойдём на улицу.

Я кивнул. Мы спустились по лестнице, прошли мимо вахтёрши, которая даже не подняла головы от журнала с кроссвордами, и вышли на улицу.

Вечерело.Сентябрьское небо наливалось синевой, фонари уже горели, отбрасывая на мокрый асфальт оранжевые круги. Пахло сыростью и листвой. Где-то вдалеке сигналила машина.

Мы отошли подальше от входа, к скамейкам у небольшой парковой зоны. Света снова достала свою электронку, затянулась, выпустив в воздух густое сладкое облако. Запах клубничного сиропа смешался с осенней сыростью – мерзостное сочетание, но я промолчал.

– Рассказывай, – сказала она, глядя куда-то в сторону. – Что за план?

Я сел на скамейку, откинулся на спинку.

– Тебе Илья нравится, я прав?

Света замерла с электронкой в руке. Потом медленно повернулась ко мне. Облако пара медленно оседало в воздухе.

– С чего ты взял?

– Я видел, как ты на него смотрела на матче, – я усмехнулся. – И на лекциях тоже. Ты даже в буфете стараешься сесть поближе к нему.

– Неужели все настолько очевидно? – в её голосе послышались холодные нотки.

– Я просто внимательный, – поправил её. – Так что, я угадал?

Света молчала несколько секунд, глядя на огонёк электронки. Потом затянулась, выпустив очередное облако пара.

– Допустим. И что?

– А то, что я могу тебе помочь. – я подался вперёд. – Ты будешь заниматься Ильёй. Сближаться с ним, флиртовать, делать всё, чтобы он на тебя обратил внимание. А я возьму на себя Милу.

Света прищурилась:

– Ты хочешь, чтобы я отвлекла его, пока ты охмуряешь её?

– Умная, – кивнул я.

– А тебе-то это зачем? – она скептически посмотрела на меня. – Мила симпатичная, да. Но неужели нет других девчонок?

– Есть, – я пожал плечами. – Но мне нужна именно она.

– Почему?

Я задумался на секунду. Говорить правду было нельзя, но и молчать – значит, вызвать подозрения.

– У меня свои причины, – сказал я. – Личные.

– Какие?

– Света, – я посмотрел ей прямо в глаза. – Ты получишь Илью. Я получу то, что хочу. Разве этого не достаточно?

Она изучала моё лицо с каким-то странным выражением. Будто пыталась прочитать мои мысли. Снова затянулась, и очередная порция приторного пара поплыла в мою сторону. Я еле сдержался, чтобы не закашляться.

– А если у меня не получится? – спросила она наконец. – Он на меня даже не смотрит.

– Это пока не смотрит, – я усмехнулся. – Но это потому, что он занят Милой. Ты же знаешь, что они с детства дружат?

– Знаю. Андрей его лучший друг, они постоянно вместе.

– Вот именно, – я кивнул. – И она на него тоже смотрит. По-особенному.

– Думаешь, у них что-то было?

– Не знаю, – я пожал плечами. – Но если даже не было – сейчас есть. И это нам очень мешает.

Света задумалась, обдумывая мои слова. Электронка в её руке тихо шипела, выпуская очередную порцию пара.

– Допустим, я соглашусь, – сказала она наконец. – Что именно ты хочешь, чтобы я делала?

– Ты уже позвала его на фотосессию?

– Откуда ты…

– Я же говорил, просто внимательный.Так вот, то, что ты отвечаешь за соцсети факультета нам на руку. Пусть он привыкает к твоему присутствию.

– А дальше?

– А дальше – встречи. Пригласи его в кафе, якобы выбрать фотки. Пусть это будет вечером, в романтичном месте, – я достал телефон, нашёл в заметках название. – Скину тебе геолокацию.Там гирлянды, свечи, всё такое.

– Откуда ты знаешь про это кафе?

– Гугл в помощь, – усмехнулся я. – Главное, чтобы ты была рядом и чтобы кто-нибудь сделал фото. С такого ракурса, чтобы выглядело... ну, ты понимаешь.

Света усмехнулась:

– Чтобы казалось, что мы целуемся?

– Именно.

– А если он не захочет? Если откажется?

– Захочет, – я был уверен. – Тренер скажет, что нужно поторопиться с фотками для сайта. А тренера он слушается. Ты просто будь настойчивой.

– А Мила?

– Что Мила?

– Как ты заставишь её поверить, что Илья со мной?

Я улыбнулся:

– А вот тут ты мне и поможешь: выложишь это фото в сторис. Пусть все видят, а особенно Мила.

– Она меня даже не знает.

– Зато знает Аня, а Аня ей 100% покажет, – я развёл руками. – Света, всё очень просто.

Света смотрела на меня с каким-то новым выражением. В её глазах читалось уважение, смешанное с опаской. Она затянулась, и я снова почувствовал этот приторный запах. Голова начала слегка побаливать, но я терпел.

– Ты всё продумал, да?

– Да.

– И давно ты это планируешь?

Я посмотрел в небо. Зажигались первые звёзды, а над нами, между крышами загорались ночные гирлянды. Где-то там, в одном из этих проезжающих мимо автобусов сейчас сидит Мила и думает, какой я милый.

Мой план идеален.

– Достаточно давно, – ответил я. – Чтобы учесть все детали.

Света убрала электронку в карман.

– Ладно, я согласна. Но если что-то пойдёт не так – я скажу, что ты меня заставил.

– Договорились.

Она протянула руку. Я пожал её – крепко, по-деловому. На её ногтях красовался ярко алый маникюр, который оставил вмятины на моей ладони.

– Только, Влад, – она задержала мою руку на секунду дольше, чем нужно. – Ты ведь не просто так это делаешь, да? Ты что-то скрываешь.

Я посмотрел на неё. Ветер растрепал её короткие черные волосы, а в глазах отражались огни фонарей.

– У всех есть секреты, Света.

– Ага, – она кивнула и отпустила мою руку. – Увидимся.

Она пошла в сторону автобусной остановки, а я остался сидеть на скамейке. Смотрел на окна, на людей, на дождь, который снова начал моросить. Вдохнул полной грудью – наконец-то свежий воздух без этой сладкой вони.

Вспомнил, как четыре года назад отец пришёл домой пьяный. В первый раз в жизни. Мать плакала на кухне, а я сидел в своей комнате и сжимал кулаки так, что ногти впивались в ладони.

Моя семья потеряла всё. Отец спивается до сих пор, а матери приходится работать на двух работах. Я сменил фамилию, взял девичью фамилию матери – Грокин. Завьяловых больше нет.

Есть только Влад. Обычный парень, который «случайно» поступил на тот же факультет, что и дочь человека, разрушившего жизнь нашей семьи, мою жизнь.

И вот теперь – игра началась.

Я встал со скамейки, засунул руки в карманы и медленно побрёл в сторону дома. Дождь усиливался, но я не торопился. Холод отрезвлял.

Скоро Мила будет моей. Скоро я войду в их семью, стану для них "почти своим". А потом...

Потом они узнают, что такое потерять всё.

Так же, как узнал мой отец. Так же, как узнала моя мать.

Я улыбнулся своим мыслям и поднял голову к небу. Дождь стекал по лицу, но мне было всё равно.

– Это только начало, – прошептал я.

ГЛАВА 14 (Мила)

Градусы – “Режиссёр”

Половина восьмого утра. За окном уже вовсю светит солнце, оно уже пробивается сквозь шторы, рисуя полосы на полу. В комнате пахнет чаем – Аня, как всегда, встала раньше и уже приготовила завтрак. Я лежу, уткнувшись в подушку, и оттягиваю момент, когда придётся вылезать из-под одеяла.

– Мила-а, подъём, – слышится её голос. – Нам выходить через полчаса.

– Я знаю, – мычу я. – Это преступление.

– Что?

– Ставить пары в восемь утра – это преступление против человечества.

Она смеётся, я наконец сажусь, тру глаза и смотрю на свои ноги. Придётся вставать.

Через десять минут я уже в ванной. На голове – розовая повязка с кошачьими ушками. Ее подарила мне одноклассница на тайного санту перед Новым годом в 11 классе, чтобы каждое утро я не сильно расстраивалась ранним подъемам. И правда, когда я смотрю в зеркало на эти уши, становится смешно и настроение немного улучшается. Я умываюсь, чищу зубы, заплетаю волосы в небрежную косу. Тут внезапно слышу как в дверь стучат.

– Открыто, – говорит Аня, не глядя.

Дверь распахивается, и на пороге появляется Илья. Он в джинсах и тёмной водолазке, волосы ещё влажные – видимо, только из душа. Илья заходит по-свойски к нам в блок, взгляд скользит по моему лицу, задерживается на розовых ушах.

– Это что такое? – он усмехается.

– А ты не видишь? – я складываю руки на груди. – Уши, кошачьи.

– Я вижу, вижу. Такой вопрос: тебе что, своих двух не хватает?

– А это чтобы лучше слышать твои шуточки, Илюшенька.

– Ооо, кажется наша Милка уже с самого утра не в настроении. Оно у тебя вообще когда-нибудь бывает?

– Было, пока ты не пришёл. И что ты вообще тут забыл?

– Вчера Андрюха у тебя брал зарядку? – спрашивает он, кивая на провод в своей руке.

– Ага, точно, положи на мой стол, – коротко отвечаю я, поправляя постель.

Он хмыкает, качает головой и выходит из блока со словами:

– Смотри на пары не опоздай, котёнок.

– Я тебе не котёнок! – кричу я, но дверь уже захлопнулась.

Аня улыбается в уголок губ, но ничего не говорит. Я снимаю повязку, бросаю её на кровать и начинаю собираться. Джинсы, свитер, кроссовки, сумка на предплечье.

– Всё, я готова.

– Отлично, – говорит Аня, обувая кроссовки.

***

Первая пара – стратегический менеджмент. Аудитория на четвёртом этаже, так что до нее еще дойти надо. Спустя какое-то время я зашла внутрь с потерянным взглядом и одышкой. Огляделась вокруг и заметила Влада, который сидел на третьем ряду и махал мне рукой, показывая на свободное место рядом. Я улыбнулась и присела.

– Привет, – шепнул он. – Готова к опросу?

– Какому опросу? – я округлила глаза, чувствую как сердце ушло в пятки и вернулось обратно

– Ты что не готовилась? – он усмехнулся. – Да ладно, я пошутил. Никакого опроса нет, просто хотел посмотреть на твою реакцию.

– Ну ты и дурак, – прошептала я, но улыбнулась.

– Кстати как твой лоб?

– Ну вроде как нормально, но по вечерам голова болеть начинает. Вроде бы ничего серьезного, уж точно без сотрясений.

В аудиторию зашел преподаватель – пожилой мужчина в костюме и в очках с толстыми линзами. После того как он отметил отсутствующих, резко встал и начал ходить между рядами, задавая вопросы. Вот Влад, накаркал и теперь препод реально устроил опрос.

– Котова, – звучит голос преподавателя сзади прямо над моим ухом. – Что такое миссия компании?

Я выпрямляюсь, лихорадочно вспоминая конспект.

– Это... основная цель существования компании, её предназначение на рынке, – отвечаю я, стараясь звучать уверенно.

– Неплохо, – он кивает. – А теперь пример, возьмите любую известную компанию и сформулируйте её миссию.

Я замираю. Из головы вылетели абсолютно все мысли и кажется от стресса сюда ничего и не придет. Но Влад рядом тихо шепчет:

– «Айфон» – сделать технологии доступными и красивыми.

– Apple, – говорю я громче. – Их миссия – создавать высокотехнологичные продукты, которые меняют мир к лучшему.

– Принимается, – преподаватель идёт дальше. – Грокин, вам слово. Что такое стратегическое видение?

Влад встаёт, неспешно поправляет рукав свитера.

– Это образ будущего, к которому компания стремится. Долгосрочная цель, которая вдохновляет сотрудников и задаёт направление развития.

– Хорошо, садитесь.

Влад садится и шепчет мне:

– Спасибо, что подсказала.

– А я разве что-то говорила тебе? – удивляюсь я.

– Нет, но могла бы.

Я закатываю глаза.

После того, как преподаватель опросил каждого из нашей группы, он разбил нас на пары для практического задания. Мне достаётся Влад – неудивительно, он сам ко мне пододвинулся, когда преподаватель говорил «объединитесь с соседом».

– Так, – он разворачивает лист с заданием. – Нам нужно проанализировать компанию и написать её SWOT-анализ: сильные стороны, слабые, возможности, угрозы. Мы пишем список, Влад что-то предлагает, я записываю, я чувствую себя немного неловко – он слишком близко, слишком внимательно смотрит на меня.

Спустя 20 минут преподаватель проходит между рядами, заглядывает в наши листы, кивает.

– Хорошо, если все готовы, тогда перейдем к защите, – говорит он.

Мы с Владом первыми выходим к доске и начинаем отвечать. Когда мы заканчиваем, преподаватель говорит:

– Логично, структурированно, можете добавить цифры для убедительности, но в целом – все хорошо, ставлю вам девять.

Я выдыхаю.

После пары мы выходим в коридор. Влад идёт рядом, улыбается.

– Не так страшно, как казалось? – спрашивает он.

– Терпимо, – признаюсь я.

– Если хочешь, можем и дальше вместе сидеть. Вдвоём веселее отвечать.

– Посмотрим, – отвечаю я, но в душе понимаю, что не против. С ним и правда легче переносится стресс, еще и подсказать что-то может.

Вторая пара – высшая математика, а вот это уже серьёзно. Преподаватель – низкая женщина с пронзительным взглядом – пишет на доске формулы с такой скоростью, что я едва успеваю перерисовывать. Производные, интегралы, пределы – всё сливается в одно белое пятно.

Влад сидит рядом, тоже пытается записывать.

– Ты понимаешь? – шепчу я.

– Примерно, – отвечает он. – Давай после пары разберёмся, а то я не хочу выходить из фокуса?

– У нас ещё и контрольная на следующей неделе, я переживаю.

– Не бойся, я помогу, мы можем подготовиться к ней вместе.

Я киваю, хотя внутри сомневаюсь.

На середине пары я чувствую, что глаза слипаются, солнце светит прямо в лицо, в аудитории тепло, и формулы плывут перед глазами.

– Не спи, – шепчет Влад и пододвигает ко мне свой кофе. – Держи.

– Спасибо, – я делаю глоток. Горько, но бодрит.

– Ты сегодня какая-то сонная, – замечает он.

– Четыре пары подряд – это жесть, а мне ещё и физра потом в другом корпусе.

– Физра разве в другом корпусе?

– Я на спецмедгруппе, – объясняю я. – У нас отдельно занятия.

– А, понятно, ну, удачи тебе.

Третья пара – социология. Аудитория на первом этаже, прохладная, с большими окнами. Преподаватель – молодой парень, который разрешает сидеть в телефонах. Ну наконец-то можно дать отдых своему мозгу и немного расслабиться. Я листаю ленту, иногда поглядывая на Влада, пока он что-то читает.

– Ты что, уже готовишься к контрольной? – спрашиваю я.

– Ага, смотрю материал по интегралам, – он откладывает телефон. – А ты?

– Я пытаюсь отойти от пережитого стресса, так что просто смотрю видео.

– Смотри, – он забирает у меня телефон, быстро что-то вбивает в поиск и показывает экран, чем просто шокирует меня. – Вот этот сайт с интегралами, там всё понятно объясняют, по нему легче готовиться.

– Спасибо, конечно, – я забираю телефон. – Но я не хочу нагружать свой мозг этой противной математикой еще одну пару. Так что будь добр, отдай мой телефон. Ты сегодня слишком полезный.

– Я всегда полезный, – усмехается он. – Просто ты не всегда замечаешь.

Я смотрю на него и пытаюсь подавить раздражение. Влад улыбается, но в глазах у него что-то... не знаю, как описать.

Четвёртая пара – экономическая теория, это сущий ад. Преподаватель– строгая женщина в очках – рассказывает про факторы производства. Я записываю, но в голове уже каша. Влад сидит рядом и иногда шепчет подсказки:

– Смотри, факторы производства – земля, труд, капитал. Земля – это ресурсы, труд – мы с тобой, капитал – деньги.

– Влад, ты мешаешь, можешь помолчать, – уже не выдерживаю я.

– Я же тебе помочь хочу, но ладно, раз уж тебе это не нравится, то молчу-молчу.

Я вздыхаю.

Наконец, четвёртая пара заканчивается. Я хватаю рюкзак и вылетаю из аудитории. Влад что-то кричит вслед, но я не слушаю. Это была первая пара по физкультуре в семестре и как я поняла, она проходит не в нашем корпусе, а где-то в другой точке Минска. Об этом написали, в очередном,недавно созданном чате со студентами, у которых тоже специальная медицинская группа. Добираться туда нужно было на общественном транспорте, а я все ещё не ориентируюсь в городе. Ну вообще-то я живу тут меньше недели, так что все прощается. Но у меня есть секретное оружие – Аня.

– Так, я уже зашла в автобус, – выпалила я, залетая в салон и прижимая телефон плечом. – Мне нужно быть в 14:15 на остановке, чтобы к 14:30 успеть на физру.

– А напомни, на каком автобусе ты едешь? – спокойно спросила Аня.

– На одиннадцатом.

На том конце провода повисла пауза. Я уже догадывалась, что сейчас будет. Ну неет…

– Мда, подруга, – протянула Аня, – у меня для тебя не очень хорошие новости. Кажется, на этой тарантайке ты опоздаешь на целых пятнадцать минут. Я, конечно, ничего не обещаю, но сейчас гляну по картам, что можно сделать.

– Господи, – простонала я, прислонившись к поручню. – Ну кто делает физру в другом корпусе? После всех пар, а они, между прочим, с восьми утра, тащиться за тридевять земель. Какой кошмар…

Аня ничего не говорила, я только слышала её дыхание. Она старалась что-то найти в телефоне.

Минута прошла в напряжённом ожидании. Автобус был забит битком – я стояла в проходе, вжавшись между двумя пассажирами, как назло с огромными рюкзаками, и молилась, чтобы никто не наступил мне на ногу.

– Так, – наконец выдала Аня. – Слушай сюда. На следующей остановке ты выходишь и тут же пересаживаешься на двадцать пятый троллейбус. Так ты приедешь не в 14:45, а как раз в 14:15. Потому что твой одиннадцатый автобус таких кругов наворачивает – там же ещё и людей небось много.

– Ох, людей – да, очень много, – вздохнула я, оглядываясь. – Я сейчас стою, как огурец в банке.

– Терпи, – усмехнулась она. – Скоро выйдешь.

Пока ехали, мы обсуждали сегодняшнюю лекцию по экономической теории. Тема была объёмная и сложная, а на следующей неделе – контрольная. Хоть мы с Аней и учились в разных группах, в первом семестре многие дисциплины совпадали. И удобно, что живём в одной комнате – можно готовиться вместе. Это и не так скучно, и как будто бы быстрее, чем сидеть одной разбираться.

– Выходи, – скомандовала Аня, и я послушно двинулась к двери.

На остановке я вышла из автобуса и огляделась, дожидаясь обещанного троллейбуса. На улице было тепло, сентябрьское солнце припекало вполне по-летнему.