Текст книги "Третья Сила (СИ)"

Автор книги: Марина Чернышева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава восемнадцатая, в которой герой вместе с княжной и соратниками героически сбегают!

«Теперь моя очередь», – дал я себе мысленный посыл и еще раз прокрутил в голове незамысловатые инструкции, данные мне Лилли, а именно: как можно лучше воспроизвести в памяти место желаемого переноса, стать лицом к точке открытия портала, поднять перед лицом кинжал, держа его за лезвие так, чтобы лиловый камень в навершии оказался прямо напротив глаз и «струйкой» направить силу на кристалл…

Закрываться он должен был и того проще: после перемещения последнего из соратников, следовало пройти в портал самому и обернувшись к нему, перевернуть кинжал кристаллом вниз и мысленно пожелать порталу закрыться. В теории – никакого риска для пользователя с оторванными частями тела и прочими неприятностями. Если силы не хватает, то портал просто не открывается. Проще простого! Верно? Только: «Просто было на бумаге, да забыли про овраги!» Как-то оно случится на практике..?

Мысленно перекрестившись, пробую! Ну, что сказать? Вроде как все получилось? Небольшой такой, скромный порталчик, размером всего-то с футбольный мяч, позволил нам с княжной заглянуть в прихожую к нашим лошадкам и благополучно схлопнулся, едва кинжал оказался острием вверх.

– Мда… Направь взгляд ниже, что ли? – прокомментировала Лилли мои успехи, – как мы перелазить-то будем на такой высоте? Нет-нет, если не получится, то как-нибудь справимся, – поспешила она меня обнадежить, видя смущение на моем лице, – но времени это займет больше, а значит и сил у тебя… Постарайся, ладно?

Ну, что можно ответить на такую просьбу? Я только согласно кивнул головой и стал поднимать кинжал, но девушка придержала мне руку:

– Нет, что ты, не сейчас! Мы уже и так знаем, что у тебя вполне получается, так что манну экономь, а поправить фокус портала постараешься сразу вместе с главной попыткой. Все, иди мужиков собирай, а я пока за своим коконом сбегаю.

Первым делом, по лестнице через ступеньку, я буквально поскакал на второй этаж: разбуженная сила неудовлетворенно ворочалась в районе солнечного сплетения, будоражила кровь и не хило с намеком «стреляла» в руки. «Погоди немножко», – уговаривал я ее, – «сейчас соберемся быстренько и я тебя отпущу!» Но сначала я хотел лично убедиться, что у нас на все это есть время.

И оно явно имелось: неясные силуэты всадников маячили на дальнем краю поляны, но попыток к атаке не предпринимали. Если меня не обманывает зрение, так кое-кто из них еще и спешился. Ожидают подкрепление? Похоже на то. Предположение, что это всего лишь небольшая группа с каким-то отслеживающим артефактом, все больше казалось самым вероятным. Возможно, что наши недруги разослали по округе несколько таких отрядов, чтобы повысить вероятность обнаружения пропажи, а основные силы должны подойти позднее, после условного сигнала, например.

Никакая другая догадка на ум просто не шла: ведь догнали же, так чего не атакуют?! Эх, знать бы заранее, что их там мало, можно было бы попытаться дать бой! Впрочем, все может быть и совсем не так. Как там сказал Селим? «Мы просто чего-то не знаем!» Да и нет худа без добра: Аль Каюн – приобретение достойное и не такого риска! Только бы с порталом все получилось…

Теперь можно было и мое воинство собирать. Селима я попросил спуститься не раньше, чем я ему свистну, а пока все же не оставлять свой пост. Точно такую же просьбу озвучил и Нихиму: снимать наблюдение раньше времени – это прямо-таки самим напрашиваться на неприятности!

Самым трудным оказалось, убедить мужиков оставить лошадей в доме!

– Чудаки! Если доставим княжну в целости, ее отец столько заплатит, что на нескольких лошадей хватит, а если все здесь погибнем, то и лошади никому из нас не понадобятся! Да и не на смерть мы их покидаем, авось со скотиной-то никто воевать не станет. Может те даже так их здесь и оставят. Вернетесь – поглядите! – пытался я их убедить, но эти упертые только переминались с ноги на ногу и упрямо мотали головами.

Наконец мое терпение лопнуло!

– Короче так! Я открываю портал и начинаю считать до тридцати: кто в течении этого времени в портал не пройдет, тот остается здесь, «с лошадками»! В конце концов, главное – это свобода выбора, и просьба потом не пенять товарищам, которые вернутся с наградой! Если, конечно, оставшихся погоня не перебьет…

Не знаю, какой аргумент из этой моей тирады возымел действие, но переглянувшись, мои спутники наконец изъявили желание составить нам компанию. Впрочем, вышло все равно по-ихнему…

Собрав свое воинство и свистнув Селиму с Нехимом, я предупредил их, чтобы шли первыми и с той стороны подстраховали княжну, которая пойдет третьей, ну а все остальные уже следом… Разумно, верно? Мало ли что может ожидать нас на выходе? Потом, как и планировал, встал напротив глухой стены, поднес к глазам кристалл, помня о просьбе Лилли, голову немного наклонил, чтобы взгляд проходил через него под некоторым углом к полу, а не в стену на высоте моего роста и отпустил силу, бурлящую у меня в подвздошье…

***

Нет, вообще-то порталы открываются беззвучно… В теории. Но на этот раз видимо сыграла роль разница в давлении, потому что «ш-ш-ш-ш-и-и-и-х-х-х» моего портала прозвучало довольно громко, при этом мне заложило уши и в открывшийся проем вынесло все шапки с мужиков и какой-то мелкий мусор, скопившийся в комнате по углам. Да и было бы странно, если бы ничего такого не случилось, потому что портал у меня получился… мягко говоря, изрядным: вся стена напротив которой я стоял, исчезла что вверх, что в стороны!

Мужики, однако, сориентировались мгновенно: с радостным гиком они тут же бросились в прихожую и уже через десяток секунд появились оттуда таща за собой лошадей. Я, забыв о своей угрозе считать до тридцати, пребывал в шоке и таращился на провал с отвисшей челюстью до тех пор, пока Селим не заскочил обратно и не выволок меня в проход, цепко ухватив под свободную от кинжала руку.

Только ощутив под ногами мягкую траву и получив в лицо порцию прохладного воздуха с сильным запахом стоялой воды, я пришел в себя в достаточной степени, чтобы закрыть проход, но еще не меньше минуты после этого, простоял тараща глаза на мрачноватые стены родового замка князей Нугварских. Вообще-то я планировал дотянуть нас «хотя бы» до той площади со столбом, что Лилли мне «показала», так как выходить на безлюдном берегу мне как-то не хотелось. Однако попасть под самые стены замка, скажу честно, на такое мое нахальство не замахивалось! Нет, где-то внутри я по-мальчишески хотел блеснуть, типа «вот все рты раскроют!», но рассудком все же не воспринимал этот вариант всерьез и вдруг – на тебе! Да и размеры портала…

Немного справившись с растерянностью я нашел глазами княжну и поразился странной смеси чувств, отразившихся на ее лице и в глазах, распахнутых чуть ли не на половину лица: откровенный страх был круто замешан на глубочайшем уважении, я бы даже сказал, почтении, и все это приправлено каким-то детским восторгом. Ну, будто ребенку пообещали чудо и он его ждал, но испугался масштаба, которого даже не представлял…

И я подумал, причем почему-то с интонациями Мерхаба: «Манипуляции чистой силой тебя когда-нибудь точно доведут до цугундера!» Причем, что такое «цугундер», я понятия не имею!

Глава девятнадцатая, в которой герой вкушает плоды удачи и узнает про свой кинжал подробнее…

Честно? После такого фокуса, который я провернул не от ума великого, я ожидал, как подобное описывают в книгах, физической слабости, подгибающихся ног и прочих «радостей» перерасхода энергии и крайне удивился, ничего подобного не ощутив. Воздержавшись от простецкого почесывания затылка, я с уверенной миной на лице обратился к княжне:

– Надеюсь, что стража вашего замка не пропустила нашего фееричного появления? Что-то никто не спешит ни только мост опускать, а хотя бы окликнуть.

К этому моменту Лилли тоже пришла в себя, но хотя ее глаза уже вернули себе прежние размеры, почтительности с некой опаской в них еще хватало, поэтому и ответила с совершенно не свойственными ей до этого интонациями:

– Уверена, что скоро опустят, гос… Ричард. В нашем гарнизоне железное правило: если происходит что-то странное или непонятное стражникам, об этом обязательно следует доложить хозяину и ни в коем случае, не принимать решение самостоятельно!

Я одобрительно покивал головой. Уверен, что это правило уберегло замок от множества неприятностей. А то некоторым простофилям только дай волю! Наконец, спустя еще минут пятнадцать, что дало некоторое представление о размерах замка, между зубцов «надвратной» появилось бледное мужское лицо без следов растительности, так любимой местными жителями и князь, а это был именно он, спросил приятным сильным голосом:

Если это действительно сиятельная княжна Лиллитиль Нугварская с сопровождением, то не будет ли она так любезна, чтобы ответить на несколько вопросов своему отцу?

Лилли вздохнула и прошла к самому краю не подъемной части моста, заканчивающейся метрах в трех от противоположного края рва, я двинулся следом и ненавязчиво пристроился чуть сзади, у нее за правым плечом: кто знает, как станут развиваться события и нет ли в замке кого-то, кто решится на провокацию? Береженого, знаете ли, Бог бережет, а когда вокруг столько неясностей…

– Конечно, отец, извольте спрашивать…

– Как я вас называл когда бывал недоволен?

– Как раз так, как изволили обратиться теперь и на «вы», даже когда я была совсем крошкой.

Мужчина удовлетворенно кивнул, но доверять не торопился.

– Это правильный ответ, но его знали многие… А скажите-ка, дочь моя, кто живет в самом нижнем ящике моего стола в кабинете?

Княжна коротко рассмеялась и погрозила отцу пальцем:

– Вы не должны спрашивать об этом прилюдно, дорогой отец, потому что это наша с вами тайна!

Мужчина на башне тоже рассмеялся с явным облегчением, чуть повернул голову и кивнул кому-то, кто стоял у него за спиной:

– Это моя Тиль, открывайте ворота! – донеслось до меня сказанное негромко: над водой звук слышится четче и разносится дальше.

Подтверждение услышанному долго ждать не пришлось, потому что уже спустя всего пару минут, цепи загремели и с натужным скрипом мост опустился, открыв вид на уже поднятую решетку и распахнутые створки. Я призывно махнул рукой своим людям, предложил ладонь Лилли и мы первыми шагнули на потемневшие брусья, следом двинулись мои напарники, ведя на поводу не только своих лошадей, но не забыв прихватить и мою, а уже за ними, так же с лошадками на поводе, скромно, чтобы не сказать «робко», пристроились остальные мужики…

***

Ну, что сказать? Гостеприимство князя не обмануло самых смелых ожиданий: моих парней разместили правда, все равно на этаже для слуг, но отдельно, в двух просторных, чистых комнатах с топчанами в качестве кроватей и овчиной вместо постелей. Подозреваю, что при необходимости их использовали как казарменные помещения, когда приходилось созывать ополчение. Мужики явно ничего подобного не ожидали и были польщены и смущены, а я, навестив их в этих «хоромах», попенял им укоризненно той самой, наибанальнейшей фразой, которую обычно говорят в подобной ситуации: «Я же говорил!»

На что, даже вечно отмалчивающийся Нихим, с неожиданным для него энтузиазмом, стукнул меня своей крепенькой ладонью чуть выше поясницы и заявил:

– А я всегда говорил Сулиму, что с княжичем мы не пропадем!

«Надо же, оказывается он меня с самого начала поддерживал, а я даже не догадывался», – поразился я открытию, – «думал, что у них Сулим принимает решение за обоих!» И повернувшись к молчуну, благодарно потрепал его по плечу.

Самому мне отвели покои из двух смежных комнат, из которых дальняя, с огромной кроватью под двойным балдахином не вызывала сомнений своим предназначением, а ближняя, наоборот, могла быть чем угодно, по желанию хозяина, поскольку ее наполняла самая разная мебель, начиная от вместительного сундука и заканчивая письменным столом и невесть как здесь оказавшимся, вышитым шелком пуфом! Эти покои располагались всего этажом выше, но из-за высоты потолков и длинного перехода с двумя лестницами, чтобы навестить парней и посмотреть, как их устроили, тащиться мне пришлось изрядно.

Второй сюрприз нас ожидал уже через час, за который лично я, едва-едва успел оглядеться и привести себя в порядок: умыться, расчесать отросшие по местной моде кудри, которые во время скачки свалялись чуть ли не до состояния войлока, почистить обувь и переодеть пропахшую лошадиным потом и пропыленную одежду. Эх, в баньку бы сейчас! Но увы – помыться может и получиться перед сном, а вот с банями здесь облом!

А вот здешняя поварская братия, за то же время, ухитрилась отгрохать целый праздничный стол, развив, на мой неискушенный взгляд, просто рекордную скорость! Ладно холодные закуски, их настругать из содержимого погребов недолго, то же и про всяческие соленья, но печеная вепрятина, жареные гуси и благоухающая, еще теплая сдоба у них откуда?! Причем мясо подавали все еще пышущее жаром! А вы знаете, к примеру, сколько времени жарится гусь? Про свинину вообще молчу! И не думаю, что в замке так едят каждый день, поскольку наплыва гостей сейчас явно не наблюдалось…

Впрочем, специалист по быту средневековых князей из меня тот еще, только и надежды, что при констатации данного факта, вполне применимо слово «пока» – ведь один шанс познать его изнутри мне уже представился? Ну вот – лиха беда начало! А пока, да – просто старался не сильно таращить глаза: нам, княжичам, все не в диковинку!

Вот, к стати о гостях. По некоторым фразам и оговоркам княжны, мне представлялась более оживленная жизнь в замке, а тут… да, именно, чувствовалось скрытое напряжение, будто в осаде или в ожидании неприятеля, хотя и совсем уж пустым обеденный зал не оказался. Кроме моих крестьян, которых (надо же!), посадили за «барский» стол, хоть и в самом его конце, по левую сторону от хозяина, видимо потому, что религиозные жесты тут принято «творить» левой рукой (правая для более низменных целей, хоть левшей здесь тоже хватает), устроились три типа в рясах под капюшонами.

Один из них, в темно-вишневых одеждах, ни на секунду не усомнившись и не промедлив, благословил подошедшую к нему Лилли и даже отеческим жестом погладил девушку по почтительно наклоненной головке и что-то тихо спросил ее, выслушал ответ и с сожалением покачав головой. Я, будь у меня такая возможность, все равно даже прислушиваться бы не стал, и без того вполне догадываясь, о чем могла идти речь между «пастырем» и нашей попорченной вампиром, зубастой «овечкой».

Справа от хозяина, через одно кресло, которое по-видимому оставалось за княжной, подбоченившись, сидел здоровенный, разряженный в парчу бугай с такой надменной рожей, что сразу же возникало желание хорошенько заехать по ней, и желательно с ноги! Продолжили правый ряд еще трое мужчин, в одежде поскромнее и с более приятным выражением на лицах. Тех, кто сидел еще дальше, сверху уже было толком не разглядеть.

Князь, пока его дочь общалась с представителем местной религии, перегнувшись через ее кресло, что-то сказал разряженному типу, на что тот фыркнул, как норовистый жеребец, но все же сказал что-то соседям и они дружно отсели на одно кресло.

Наблюдать все происходящее в обеденном зале, как и наслаждаться ароматами подаваемых блюд, отчего мой желудок совсем было приуныл и затянул свою тоскливую песню, я мог пока шел по узкой длинной галерее, на две трети опоясывающей зал где-то под самым его потолком. Мы со служанкой, которую прислали ко мне в покои, чтобы пригласить на торжественный обед в честь счастливого возвращения княжны, спустились на нее откуда-то из бокового коридора и теперь нам еще предстояло топать чуть ли не над головами у пирующих, чтобы добраться до лестницы, ведущей отсюда вниз. Была, правда, здесь еще одна, винтовая, но она выходила прямо у князя за спиной, а появляться оттуда гостю… Как меня вообще занесло на эту галерею?

А просто. Еще почти в начале пути, когда мы вдруг оказались в каких-то узких переходах и я несколько раз поймал на себе странноватый, будто виноватый взгляд девушки, то сначала заподозрил неладное и даже передвинул кинжал под руку, но когда нам навстречу пару раз попались торопливо шагающие слуги с пустыми блюдами, меня осенило:

– Послушай, красавица, а теми ли ты меня коридорами ведешь? – с усмешкой прищурился я на девицу, отчего та ойкнула, а ее глаза сделались совсем как у шрековского кота!

– Ой, господин, простите глупую! Только не жальтесь на меня князю! Нашего дворецкого-то подагра скрутила, тяжко ему по лестницам ходить, вот он меня за вами и спроворил, а я по привычке в черный ход свернула… Если князю скажите, то и мне лихо будет, и дворецкому беда! Не жальтесь, а? А я уж отслужу… – и она горестно вздохнула.

Я снисходительно хмыкнул, радуясь своей догадливости:

– Да, что с тебя взять, золотая рыбка?! Плыви уж так…

– Агась… – кивнула мне девчонка ошарашено и с опаской на меня покосившись, покачала головой, – до чего же вы баре чудные все же, куды же мне тута плавать, в замке-то?! Может чего другого удумаешь?

Я расхохотался:

– Не обращай внимания, то присказка у моего народа такая, по сказке! Означает, что мне от тебя ничего не нужно и ты можешь не беспокоиться.

Вообще-то я на девчонку совсем не сердился. С чего бы? А где-то даже наоборот – был рад узнать, что параллельно с «господскими» коридорами, здесь куча ходов попроще, да и наверняка намного короче: слугам-то бегать больше приходится, да и ждать господа не любят. Не знаю, понадобиться мне это или нет, но знание все равно грело… А когда мы вышли на эту галерею, то я вообще порадовался, что не меня первого все разглядывать станут, а прежде я на всех погляжу, а может и какие расклады прикину, если в глаза кинутся.

Вот, например, уже сейчас вижу, что этот разряженный мне рад не будет! Или это я сильно себе льщу, раз решил будто князь для меня место приготовил?! А слуги, тем временем, споро поменяли блюда и приборы у освободившегося кресла и я отметил для себя, что вилок у гостей здесь нет, вместо них по два маленьких кинжала, один с плоским лезвием, как рондель, а другой вроде мизерикордии, но оба намного меньше. А вот салфеток положили аж две, одну из которых заправляют за ворот камзола, а второй вытирают руки.

Нет, про «аж» – это без иронии, в моем-то мире, помнится, в это время про салфетки вообще не знали, а пальцы облизывали или вытирали о волосы. Бе-е-е… Вообще-то, великое благо для меня, что в этом мире жители намного чистоплотнее. Конечно человек может привыкнуть ко всему, но как же здорово, когда к некоторым… э-э… особенностям культуры, привыкать не надо!

Вот так и вышло, что к моменту моего появления в зале, у меня в активе уже были, доброжелательно настроенная ко мне служанка и некоторое понимание раскладов в замке, не говоря уже про то, что на действительно освобожденное для меня, как для почетного гостя, место, я опустился уже с некоторым знанием местного столового этикета.

***

То, что праздничный обед плавно перешел в ужин, меня совсем не удивило: даже в наше время такое зачастую случалось на крупных праздниках, таких как свадьба и новый год, ну или у очень уж хлебосольных хозяев. Нас с княжной несколько раз заставили пересказать наши приключения: сначала каждого его часть, а потом и то, что пережили вместе, но на мой вкус, как-то совсем мало уделили внимания героической смерти тех парней, которых мы с крестьянами хоронили в виде частей тела и мне стало обидно за них, а общество князя и прочих, сделалось неприятным.

Поэтому, после того, как Лилли рассказала, какой я сильный маг и как «потрясающе» открыл портал «аж до самого замка», я не стал признаваться, как в реальности обстояло дело, а напустил на себя неопределенно-многозначительный вид, и потупился с явно видимой, фальшивой скромностью, на всякий случай наводя «тень на плетень», что практиковал и раньше, в компании, которая не вызывала у меня доверия.

Не знаю, это ли сыграло роль, но двоюродный кузен князя, барон, с весьма претензионным именем Драго Грандерр, которое при желании можно было перевести как «Большой Дракон», тот самый, которому пришлось отсесть от князя в «мою честь», так сказать, сменил сдержано-агрессивный вид на приторно-любезный, отчего стал еще противнее на мой вкус. К счастью, долго терпеть мне его не пришлось: элементарно воспользовался тем же предлогом, что и княжна, которая на часок пораньше, скромно потупив глазки заявила, что хотела бы сегодня лечь пораньше.

Вот и я, правда без лишних гримас, объявил, что благодарен за роскошный стол и приятную компанию и отчаливаю в свои покои, дабы вкусить теперь радости комфортного сна. Мне благожелательно покивали все без исключения и, воздержавшись от плоских шуточек на тему о слишком ранней усталости, (кто же станет нарываться на недовольство сильного мага?), пожелали хороших сновидений.

***

Вопреки собственным словам, усталости я не чувствовал, поэтому вернувшись в свои покои, прежде всего попросил служанку с почти земным именем Даша (ударение на последнюю букву), ту самую скромняшку с выразительными глазами, что вела меня в обеденный зал «партизанскими тропами», организовать мне помывку. В девчонке я не ошибся и большая дубовая бочка с горячей водой, которые здесь использовались в качестве ванной, была мне организованна за какие-то считанные минуты, и я с благодарностью, смог оценить ее преимущества перед другими способами здешней помывки. В чем они заключаются? Поделюсь!

Во-первых, помимо лестниц, с двух сторон жилого здания были оборудованы скаты, вроде нашего пандуса и бочку легко было закатить на любой этаж, во-вторых – у нее в боку была затычка как раз на уровне ведра, через которую легко было слить грязную воду, ну и в-третьих – высокие борта бочки позволяли погружаться в воду целиком и мыться несильно расплескивая ее на пол. Наверное было и в-четвертых: вода в большом объеме остывала не так быстро, но это уже мое личное мнение, на котором не настаиваю!

Я чувствовал себя немного виноватым перед этой девушкой, потому что моя просьба закрепить ее за мной в качестве обслуги на все то время, что продлится гостеприимство князя, вызвала понимающие взгляды и сальные усмешки у пирующих, и я надеялся хотя бы материально компенсировать ей невольно нанесенный ущерб репутации. Однако, предложив малышке монету, получил еще один урок правил поведения, обычных для местной знати: вся прислуга в замке была из «кабальных»!

Переводя на доступный мне язык – они все были в своеобразной собственности у князя и никакая дополнительная оплата их услуг не подразумевалась. Да ладно бы это, но в спектр услуг входило удовлетворение всех желаний и потребностей хозяина и да, «тех самых» в том числе! Как раз тот случай, про который я упоминал ранее: рабства вроде как нет, но рабы имеются! Ибо как назвать иначе людей, которые не имеют права на отказ?!

В результате, в моем отношении еще один камешек упал на чашу неприязни…

***

Впрочем, лучше о приятном: пока мылся, исподволь все время прислушивался, не заявится ли ко мне в гости некая клыкастая особа. Однако, к моему разочарованию, «цокающих» шагов, говорящих о том, что идет знатная особа в туфельках, в коридоре слышно не было, только Даша время от времени громыхала своими сабо, принося и унося всякие нужные в процессе помывки предметы.

Я расстраиваться не спешил, полагая, что сей визит откладывается как раз из-за присутствия служанки, но нет, мытье завершилось, бочку убрали, девушка, к некоторому ее удивлению, была спроважена, а княжна так и не появилась. Я еще полежал немного, давая ей некоторое время, чтобы добраться сюда из «хозяйских покоев», но чувствуя, что начинаю дремать, не рискнул оставлять двери открытыми и, постояв еще пяток минут у входа, прислушиваясь к тишине коридора, запер их со вздохом сожаления…

Каково же было мое удивление, когда я обнаружил «пропажу» уже у себя в постели! Только занавеска на окне, вздымаемая прохладным воздухом, давала подсказку о том, каким способом эта проказница проникла в мои покои!

– Э-э! Это что же получается, ко мне в комнату так легко попасть?! – делано возмутился я, целуя красотку в шею, где вопреки расхожему мнению, горячо билась артерия.

– Ну, не чуди, – мурлыкнула Лилли у меня под губами, – я же пока вампир! Нам ли не забраться на какие-то шесть-семь метров по голой стене… Да и окно – на взрослого мужчину оно не рассчитано!

А потом села и запустив пальцы мне в волосы, призналась с неожиданной грустью:

– Когда меня отмолят, я наверняка стану скучать об этом могуществе… Женщинам в этом мире так не хватает свободы…

– А остаться… – я заглянул в ее распахнутые на всю радужку, бездонные зрачки и сердце сжалось от сочувствия: пусть княжна, а не простолюдинка, но ей, такой маленькой и хрупкой, наверняка бывало страшно в этом мире крупных и грубых мужчин!

А теперь, когда она почувствовала силу и возможности вампира, ту свободу, которую они сулили, вернуться к прежнему существованию ей будет намного тяжелее.

– Не могу! – девушка так мотнула головой, что густые волосы окутали ее плечи как шелковое покрывало, – обряд делали с кучей подчиняющих оговорок. Вот если бы их снять! Ведь не обязательно же убивать, чтобы питаться?! Верно? Я могла бы покупать кровь…

Мне очень хотелось ее обнадежить, но говорить наобум в таких важных вопросах…

– Я не знаю, – честно ответил и погладил ее по кудрям, – говорят, что потом вампирам это становится неважно и они уже не ценят чужую жизнь. Понимаешь? Нет сострадания к пище!

У девушки на глаза навернулись слезы:

– Вот и я – не знаю. И не хочу становиться просто кровожадной тварью! А ты такой необычный, совсем непохож на других знакомых мужчин. Отец – он лучший из тех, кого я знаю, но даже он не может так сочувствовать, как ты!

Я смутился:

– Откуда ты знаешь, вдруг я просто хорошо притворяюсь?

Лилли засмеялась так, что ее груди соблазнительно заколыхались:

– Чудак! Я же чувствую, как стучит твое сердце, как ускоряется или затихает бег крови. Нет, меня не обманешь! – и она жадно припала к моим губам…

***

Спустя какое-то время, когда мы лежали утомленные ласками и положив головку мне на плечо, она уютно устроилась у меня подмышкой, девушка заговорила вновь:

– Я очень хочу тебя отблагодарить… – ее ладошка накрыла мои губы, – молчи! Я не о деньгах и тем более, не о постели. Я хочу дать тебе то, что ты хоть и сможешь получить при желании, но неизвестно когда и какими усилиями. Я расскажу тебе про твой Аль Каюн…

Спустя какое-то время, когда мы лежали утомленные ласками и положив головку мне на плечо, она уютно устроилась у меня подмышкой, девушка заговорила вновь:

– Я очень хочу тебя отблагодарить… – ее ладошка накрыла мои губы, – молчи! Я не о деньгах и тем более, не о постели. Я хочу дать тебе то, что ты хоть и сможешь получить при желании, но неизвестно когда и какими усилиями. Я расскажу тебе про твой Аль Каюн…