Текст книги "Третья Сила (СИ)"

Автор книги: Марина Чернышева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Глава двадцать третья, в которой герой узнает цену своего возможного отказа

«Вот так так! Похоже я все-таки влип…» – какое-то время после окончания рассказа, эта мысль если и не была единственной, то доминирующей – точно! Я заложил с десяток кругов по своей спальне, прежде чем вернулась способность думать логически. В принципе, я мог послать все местные проблемы на х… и просто уехать – никто останавливать не станет, только вот натура противилась такому решению, похлеще перегруженного ишака, которому добавили новый тюк: вроде и не мое это дело, но отступиться совесть не велит!

***

Ну, во-первых: мне было жаль вампиров. Да-да и ничего тут удивительного, если опираться не на «бабушкины сказки» двух миров, а на реальное положение вещей. Да, они и впрямь кровопийцы и для нормального функционирования им требуется кровь других существ, желательно гуманоидов. Но! Будучи разумными, они уже бог весть сколько столетий не пьют ее насильно. Оказывается, что конкретно у клана фон Тирда был заключен договор с гномами и те выделяли какое-то количество членов своей общины для, так сказать, «отработки» в поселении вампиров. Потом – менялись.

Платили вампиры щедро и не только золотом: их «матки», при выкармливании потомства, выделяют особый экстракт, который является чуть ли не «Эликсиром жизни», поскольку лечит любые болезни и способен существенно продлевать жизнь представителям всех других видов разумных! Так что в желающих недостатка не было.

Когда Волюнд дошел до этой темы, я понял, что оказывается, его слова про «отдельный вид» надо воспринимать буквально. У них и правда, с людьми сходство чисто внешнее, хотя некоторые функции организма вполне интернациональны. В половую связь, например, они способны вступать почти со всеми разумными, только вот смешанного потомства у них никогда не бывает, потому что, внимание, вампиры яйцекладущие!!!

А еще их общество имеет градацию почти как у муравьев, то есть физиология особей обусловлена функциями, которые эта особь выполняет в обществе. Во как загнул! От шока, не иначе. Потому что шок, да, от такой информации у меня реально случился. Ну а «обращенные» – это вроде как бонус, который помогал вампирам увеличивать количество половозрелых воинов и работников. Так-то малыша пока выкормишь, пока вырастишь, да его еще и обучить требуется, а так – сразу готовенький!

Причем опять же: добровольцев было… Много, короче. Потому как неизлечимо больные и калеченные, а так же просто хилые, которым болеть надоело, охотно меняли свою жизнь на служение, поскольку после оборота, все их проблемы со здоровьем исчезали.

– Ну а те, кого люди «вампирюгами» величают..? – внес я долю скепсиса в благостную картину, нарисованную фон Тирдом.

– Хха! – выдавил из себя подобие смеха, мрачный вампир, – пропаганды наслушался, или это тебя крестьяне «просветили»?

Я пожал плечами:

– А если и крестьяне, то что? Скажешь, что все фигня и сказки?

– Не-е, не скажу, – мотнул тот головой, – только вот на нас, появление подобных особей, списывать не надо. Хотя доля… кхем-кхем… участия, в этом имеется. Ну, как «доля»? Если у тебя забрать часть крови и ее использовать в ритуале, это будет считаться твоим участием? Даже если ты ее продал? А если кровь вообще насильно взяли?

– Угу, значит вы все из себя белые и пушистые, а все безобразия – это против вашего желания и даже без участия?!

– А что тебя удивляет? Вот ситуация с княжной, например…

– Погоди про княжну. У меня и так в голове каша от всего, что ты мне рассказал! Давай по порядку: что ты от меня в качестве помощи хочешь?

И вот тут всплывает первая причина, из-за которой бросить все как есть у меня рука не поднимается!

***

– Погоди-погоди! Как «всех перебили»?! И женщин с детьми?! За что? А гномов? И что же, ты теперь один остался?! – вопросы посыпались из меня как горох из порванного мешка!

– Всех… – горько вздохнул вампир, – а к гномам просто тоннель завалили. Там работы теперь не на один год… А «за что»? Так ведь как иначе меня пленить смогли бы? За главу клана мои подданные дрались до последнего…

Я представил себе эту подземную бойню и поежился: крутые мужики на это дело подрядились… ну, или фанатики…

– А ты-то им зачем так сильно понадобился? Там ведь наверняка и тех, нападающих, положили до черта?

– А вот тут опять про княжну говорить придется! – «обрадовал» меня вампир, – а ты велел ее «на потом» оставить…

Я покивал и подтвердил свою позицию:

– И сейчас «велю»! Княжну, как причину и все с нею связанное, держим пока в уме, а ты про свою проблему продолжай излагать. – Волюнд пожал плечами, в смысле «как скажешь» и вернулся к предыдущему вопросу.

– Ну, так вот: по поводу «остался один», как раз и нужна твоя помощь…

Я поднял брови в недоуменной гримасе: чем я ему в увеличении поголовья помочь-то могу? Сам ведь говорил, что у них для этого «матки» имелись, которых от «Матерями» деликатно величал.

– Видишь ли… Есть один вариант… – Волюнд говорил нерешительно и явно подбирал слова, потом махнул рукой отчаянным жестом и заговорил решительнее, – осталась одна неразоренная кладка. Там шестьсот с небольшим яиц, помниться, самые из самых. Старшая Матерь как чувствовала, накануне той бойни, приказала их спрятать под самым потолком в дальней пещере, вот убийцы их и не нашли…

Я энергично принялся чесать затылок и опять попытался понять, в чем может заключаться мое участие, но ничего толкового в голову не приходило.

– Ну, и? От меня-то что нужно? По твоим же словам, за яйцами специальные няньки-кормилицы следят, сначала подпитывают их магией, потом они же и молодняк выкармливают, сначала молоком, а потом этим, как его, экстрактом. Вы ведь млекопитающие? Что в этой ситуации два мужика сделать могут?!

Оказалось, что могут, да еще как!

***

– Видишь ли, – лицо вампира начало медленно, но верно наливаться краской, – как Истинный и глава клана, я могу выкормить потомство и без участия самок…

Упс! Как говориться! Не даром он так разозлился, когда я заподозрил его в двуполости! Перед глазами так и встала картина, на которой Волюнд, с огроменным… гхем-гхем… выменем, одного за другим кормит шестьсот младенцев! И нет, смешно мне не стало, может даже и волосы на голове зашевелились…

Видимо что-то такое весьма красочно отразилось у меня и на лице, потому что вампир принялся энергично мотать головой и махать руками:

– Нет-нет, ничего похожего, на то, что ты там себе вообразил! Все проще: я могу выкормить потомство без молока, а только на субстрате, который у меня даже сильнее, чем у наших дам. Конечно это не очень хорошо для младенцев и потом скажется на их развитии, но на данный момент – для них это единственный шанс.

– Угу, а я тебе нужен для магической подпитки зародышей, верно? – наконец-то понял я суть своей миссии.

Фон Тирд только руками развел!

– Если этого не сделать, то в скором времени эмбрионы начнут мумифицироваться и тогда разбудить их станет практически невозможно. Ни в этих условиях, по крайней мере. Ну а потом процесс и вовсе станет необратимым…

Вот и скажите мне, как я должен поступить, если за мой отказ заплатят жизнью шестьсот младенцев? Да, не человеческих, но так ли уж это важно, когда речь идет о детях..?

Глава двадцать четвертая. Психотропное оружие средневековья.(продолжение)

– Так с этим разобрались… – подвел я черту под пунктом первым, после того, как в деталях разобрался что и как мне предстоит делать, для того, чтобы помочь фон Тирду восстановить свой клан.

В реальности, это оказалось далеко не так пугающе, как упорно рисовала моя фантазия. И времени требовалось меньше, чем можно было себе представить, учитывая объем работы.

– Теперь, пожалуйста, – я надавил интонацией, – максимально подробно обрисуй мне ситуацию с княжной. Кто? Как? За каким дьяволом? Почему не дали добраться до обитель? Хотя-я… О последнем я уже догадываюсь…

Фон Тирд поерзал в своем кресле, но почему-то мне показалось, что не из желания устроиться поудобнее. И верно, догадка подтвердилась почти немедленно.

– Утро уже… И потом, меня могут хватиться…

Я вздохнул и горестно покачал головой:

– Тебе надо опасаться совсем не этого…

Вампир так и вскинулся!

– А чего?!

– Что у меня закончится терпение!

Рявк мне удался! Вроде как не громкий, он заставил звякнуть подвески на фасонистом канделябре. Вообще-то у меня так бывает. Обычно я добродушный, покладистый и даже где-то лопух, но только если меня не довести до некой грани. Обычно, сделать это довольно непросто, но если уж кто-то был достаточно настойчив..! А вампир меня реально достал со своими играми, манипуляциями, попытками ускользнуть от обязательств! Да еще ночка выдалась паскудная, а отдых мне еще и не снился.

Ну и тревога за княжну давала о себе знать, ведь чем больше я общался с девушкой, тем о большем количестве ее проблем узнавал и в какой-то момент мне стало совершенно очевидно, что ничего хорошего в будущем Лилли не ждет. Юная, красивая, сексуальная, богатая, а как итог – смерть в лучшем случае! А тут этот красавчик на соседнем кресле, строит мне глазки, давит на жалость и думает, что я не вижу его манипулирования! И фиг бы с ним, пусть бы развлекался, но так ведь он, добившись своего, от собственных обязательств пытается отвертеться! И что особенно бесит – не особо-то и маскирует свои намерения! Неужели я произвожу впечатление полного лоха?!

Я чувствовал, как накопившееся раздражение перерастает в ярость, та начинает затапливать рассудок и сконцентрировался на том, чтобы удержать себя в руках и в бешенстве не разнести здесь все к ебе…м, а вампира не размазать по какой-нибудь особо понравившейся поверхности! Однако эта хитрая бестия вовремя просекла, что похоже допустила просчет и теперь шутки кончились! Его глаза распахнулись в каком-то детском изумлении, взгляд метнулся и, не долго думая, вампир грохнулся на колени, ссутулив спину и покаянно опустив голову.

«Силен, сволочуга!» – пришло в голову чуть ли не восхищенное, когда вся моя ярость будто мгновенно провалилась в преисподнюю, оставив после себя только порцию адреналина, – «вот как он ухитряется так точно находить потаенные струны?!» О чем я? Ну а кто из моих современников и соплеменников способен спокойно воспринять такое вот поведение?! Для нас это ведь как ведро воды на голову! (Извращенцы – ни в счет.) На этом и сыграл ушлый вампирюга! Очередной раз.

– Встань. Вернись в кресло. Рассказывай. – рубил я фразы, еле сдерживаясь, чтобы в сердцах не отвесить фон Тирду оплеуху и всеми силами старался «удержать лицо», однако, на удивление, в глазах вернувшегося на свое место вампира, я читал только огромное уважение, а еще… да, понимание и… толику страха? Что казалось совсем уже странным. Хотя, страх мог иметь другого адресата. Интересно, кого?

***

Впрочем, едва Волюнд начал свой рассказ, как все посторонние мысли у меня вылетели, как сдутые сквозняком! Афера вокруг Лилли закрутилась нешуточная. Впрочем, княжна была лишь пешкой. И если уж совсем переходить на шахматную терминологию, то ее собирались вывести в королевы. Причем – абсолютно в прямом смысле! Только ведь вот в чем беда – это звучит заманчиво, но если по сути ты остаешься только бесправной фигурой, которую по собственному усмотрению так и сяк двигает игрок, то понятие «королева», обесценивается до полного нуля! А в основе всего лежал банальный заговор против нынешнего короля, только вот к цели, заговорщики шли отнюдь не банальными путями.

На данный момент на троне был сильный, жесткий и рациональный правитель. Войнами не увлекался, развивал торговлю, знати особой воли не давал и, внимание, начал прижимать духовенство! Последний его указ вообще перешел все границы! Его Величество посмел урезать монастырские наделы!!! И наплевать, что «наделами» эти земли, уже давно не назвал бы даже самый склонный к приуменьшению человек: язык бы не повернулся!

Правдами, а чаще неправдами, монастыри подгребали под себя все больше и больше земель, крестьян при этом они с их участков не сгоняли, однако происходило то, что на Земле называлось «закрепощение». То есть крестьяне как бы переходили в собственность монастырей, на чьих землях жили и работали. Как результат: в казну переставали идти налоги, поскольку «Церковь» или иначе «Духовная власть» никому не подчинялась и соответственно никаких налогов не платила. Изначально монастырям выделялась государственная земля «в кормление», подразумевалось, что на ней станут работать монахи и послушники и, тем самым, кормить себя, а продавая излишки – содержать монастырь.

Надо ли говорить, что сейчас на землях монастырей трудились отнюдь не монахи? Крестьяне не только платили оброк продуктами, но находясь в полной зависимости от собственника земли, были обязаны продавать излишки продукции монастырю, по той цене, которую назначал игумен. Надо ли говорить, кому такая торговля была выгоднее? Как результат: в города продукты шли уже по той цене, какую «просили» монахи, что опять таки было выгодно отнюдь не горожанам. Постепенно сформировалась настолько сильная монополия духовенства, что Его Величество почувствовал угрозу своей власти. Только вот паровозы легко давить пока они чайники, а когда вырастут, то давят уже они!

Если «пастырь» слишком уж озабочивается набиванием карманов, то о какой духовности можно говорить? А если он перестает быть духовным лидером, то зачем тогда он нужен? На шее сидеть? Так на это место всегда полно желающих, только вот не все могут доказать на него свое право. «Отцы церкви» думали, что им ничего доказывать не надо, а король посчитал свое мнение важнее, вот и зашла коса на камень!

При чем здесь княжна? А просто: она была с рождения помолвлена с младшим принцем, тем, у кого шансов на престол… Да не имел почти никаких шансов! Брат был здоров, силен, умен, образован именно «под должность», более того – имел даже магический дар, не сильный правда, но достаточный, чтобы уберечь хозяина от разных мелких трагических случайностей. А от крупных, старшего принца вполне уберегали телохранители. Младшему нужно было какая-то уж совсем фантастическая удача, чтобы брат освободил для него трон.

И нет – наследный принц на троне церковную власть не устраивал. А вот младший… Мало того, что юноша пошел характером отнюдь не в отца, так еще был здорово внушаем. Пока он никто на политической арене, то вроде и пусть себе, но вот если бы он занял трон, да еще женился на подходящей, благонравной, кроткой и глубоко верующей, (в идеале – своему духовнику), девушке, которая стала бы при муже эдаким проводником воли духовенства, то королем он стал бы идеальным! Для узкого круга заинтересованных лиц, разумеется.

Вот тут как раз и возвращаемся к княжне. Мало того, что она повышенной религиозностью не страдала и не стала бы перед мужем защищать интересы церкви, так эта сумасбродка пошла вообще на неслыханное: после личного знакомства с женихом, собралась вернуть ему обручальные регалии королевского рода! Вот тогда и было решено пойти на экстренные меры. И были эти «меры» тем более предпочтительны, что попавшая в полное подчинения княжна становилась настолько легкой в управлении, что любой кукловод из балагана марионеток позавидовал бы! Но!

Для того, чтобы добиться такого эффекта, требовалось участие высшего вампира. Вот тут-то род Волюнда и попал под раздачу! До того, как падет последний член клана, пленить его главу практически невозможно, ибо сражаются вампиры в этом случае, не жалея ни противника, ни себя, в буквальном смысле – до последней капли крови. Ну а захватив такого пленника, провернуть порабощение княжны, уже становилось делом техники.

И вот тут всплыла одна… гхем-гхем… деталь, из-за которой я едва опять не впал в бешенство! Эти ублюдки пошли на изнасилование! Опоили девчонку и спровоцировали половой акт с обездвиженным фон Тирдом! Видите ли простого вампирского обращения для обряда «Полного Подчинения» не достаточно! Так что Лилли теперь все равно что вещь Волюнда, оттого и его пренебрежительное отношение к девушке. И да – после его смерти, заговорщики вполне могли перекинуть эту зависимость на кого-нибудь из своих «братьев», что наверняка и планировали сделать. Да и верно, зачем им вампир в посредниках? Внушит еще что-нибудь не то.

***

– А в замке за всей этой мерзостью стоит духовник Лилли, верно? – вспомнил я рожу священника, который мне еще при первой встрече здорово не понравился.

Фон Тирд хмыкнул как-то многозначительно и протянул каким-то провокационным тоном:

– Да-а ну-у-у, неужели ты поднял бы руку на священника? А как же вера? Бог ведь разгневается..?

– Ты – неисправим! – в утрированном отчаянии я уткнулся лбом в ладонь, – ну вот зачем тебе это?! Зачем нужно постоянно играть со мной?!

Вампир невинно захлопал ресницами в своем стиле:

– А что такого я сказал?! Ну, правда? Может я просто хочу разобраться?

Я с тоской взглянул в окно на совсем уже разгоревшийся восход, который теперь ощущался даже за этими мрачными стенами и пришел к выводу, что ложиться в постель уже нет никакого смысла, а значит можно скоротать время и за философской беседой с вампиром, раз уж он так на нее напрашивается.

– Уверен? – с ироничной усмешкой дал мужику последний шанс передумать, ведь это только российскому интеллигенту в хрен знает каком поколении, только повод дай потрепаться на философскую тему, а неподготовленному вампиру, с менталитетом средневековой Европы, такое может оказаться не по плечу.

Однако Волюнд с энтузиазмом кивнул несколько раз, глядя на меня честными глазами:

– Конечно уверен!

– Ню-ню, тогда пеняй на себя…

И в течении следующих двух часов, я ему подробно объяснял, почему разделяю понятия «религия» и «вера», «Господь Бог» и «Церковь». Почему глубоко верю в Бога, которого зову «Отец мой Небесный» и почитаю его, и почему не могу верить тем, кто называет себя «Его посредниками» на земле, но почему-то упорно считает нас «рабами Божьими», а себя нашими «пастырями», то есть пастухами! И почему не испытываю к ним почтения. Нет, ни ко всем. Я еще достаточно наивен, чтобы верить, будто среди… э-э… «работников церкви», то есть людей, которые живут за счет прихожан и делают на их духовной потребности деньги, есть глубоко и искренне верующие люди, но увы, с каждым годом эта моя вера тает, как снег весной.

Право же, сложно почитать людей, которые презрев догматы собственной религии, освящают однополые браки или благословляют на дальнейшее стяжательство олигархов и бывших воров в законе… И ладно бы, если бы все это осталось в моем мире, однако шагнув в «Зазеркалье» я столкнулся с теми же духовными язвами. Слава Богу, что моя вера не зависит от религии, а то ведь так можно и в Боге разочароваться!

Глава двадцать пятая, в которой герой открывает княжне глаза на подоплеку происходящего

Утро как таковое, в смысле пробуждения замка с его содержимым, началось с милого «колокольчика» под дверью моей спальни, который был бы еще милее, если бы только что-то не требовал от меня и при этом не колотил в нее, (в дверь, то есть), не исключено, что пяткой туфельки!

– Принцесса… Тьфу ты! Княжна! Что б черти взяли вас обоих! – невнятно сформулировал я адрес своих пожеланий с громадным трудом разлепляя непослушные веки.

Судя по положению светила за окном, проспал я всего пару часов от силы, а это намного хуже, чем если бы не спал вообще. И ведь не собирался же! Однако чертов Волюнд, как видно все же не выдержав моих разглагольствований, применил что-то из своего арсенала, потому что, прежде чем отключиться, краем сознания я точно еще успел заметить голубой дымок над полом! А вот громадная летучая мышь, которая стартовала с моего подоконника, могла мне уже и присниться, так же как и принцесса, – голубоглазая блондинка с внушительными… э-э… достоинствами, на верхней части туловища, – которую я почему-то тоже должен был спасти! И да, это «тоже» мне очень не нравилось: когда это я успел обрасти столькими обязательствами?!

Зевая так, что едва не вывихивая челюсть и пошатываясь, я добрел до двери и отодвинул щеколду. Княжна, которая видимо здорово увлеклась процессом, так и ввалилась ко мне в комнату спиной вперед и наверняка бы шлепнулась на пол, если бы я чисто на рефлексах, не успел ее подхватить.

– Что бушуете… э-э… ваше сиятельство? Это же надо так ломиться в спальню к мужчине?! А как же ваша репутация?! – с изрядной долей иронии спросил я это прелестное создание в голубом утреннем платье, на котором, в отличии от меня, ночные похождения никак не отразились.

– Да пошел ты в ж…у! – с чувством заявило «прелестное создание», не в пример мне, намного точнее сформулировав адрес, – почему я проснулась в своей постели, если засыпала в твоей?! С чего это вдруг ты решил от меня избавиться?! – «на голубом глазу», выкатила мне претензию княжна, то ли реально оскорбленная в лучших чувствах, то ли просто играя в такую игру: малявка же, что с нее возьмешь?

Однако я уже знал по собственному печальному опыту, что к играм девчонок нужно относиться самым серьезным образом, иначе вполне реально нажить совсем не игрушечные неприятности, поэтому протянул с нарочито хмурым выражением на помятой физиономии:

– Мда-а-а… – я запустил обе руки в свою шевелюру и с силой ее растрепал еще сильнее, (если это вообще было возможно), – вообще-то сейчас не самое лучшее время для важного разговора, но видимо ничего не поделаешь, придется рассказать… – пробормотал как-будто размышляя, но так, чтобы девушка отчетливо слышала каждое слово.

А что? Разбудить любопытство – чем это не способ прекратить скандал или переключить тему? Пакостных признаний с моей стороны княжна не ждала, так что тут же светло уставилась на меня своими глазищами и даже ротик приоткрыла в ожидании разъяснений.

– Только давай я сначала позавтракаю и кофе выпью, – сделал я жалобные глазки, – а то разговор долгий, а мне всю ночь спать не пришлось, глаза просто как песком засыпаны…

Выражение лица княжны стало совсем уж растерянное: я жалуюсь на усталость и бессонную ночь, да и вид у меня… соответствующий, но при этом она проснулась в своей постели и вроде как ни при чем, так еще и на какой-то серьезный разговор намекаю…

– Нн-у ладно, – разом потеряв свой задор и воинственность, протянула девушка и, (вот же хитрюга!), выглянув за дверь махнула призывно рукой и тут же посторонилась, давая дорогу крупному парню в рубахе простолюдина и со стриженной «под горшок» головой, который прижав к животу, бережно нес вместительный поднос, буквально ломящийся от блюд, исходящих аппетитным паром.

Чтобы упаси Бог, не пострадал мой утренний кофе, я тут же предусмотрительно ухватил с подноса кофейник и гостеприимно пропустил его… вернее – слугу, к просторному столу в центре моих покоев. Дождался, когда парень переставит на него все блюда и облегченно вздохнув, скроется за дверью, я водрузил спасенный кофейник подальше от края и вежливо отодвинул стул для княжны. Кстати, а знаете откуда пошел этот обычай? А вот с этих самых времен, когда домашняя мебель была таких габаритов и такого веса, что хрупкая дама могла грыжу заработать, просто двигая свой стул туда-сюда при каждой трапезе!

Однако, на этот раз я спас княжну от такой участи и опустив собственное седалище на соседний стул, жадно набросился на пищу: бессонная и весьма активная ночь способствовала просто зверскому голоду! Лилли проследила задумчивым взглядом, как стремительно пустеют тарелки передо мной, сделала какие-то выводы и хмыкнув, принялась лениво колупать содержимое собственной тарелки. Сказать откровенно: к моменту, когда я опорожнил вторую чашку кофе, мне реально полегчало и я был готов к тому, чтобы в подробностях поделиться с княжной не только событиями прошлой ночи и своими выводами, но так же и уже родившимися планами на эту тему.

***

– Не может быть!!!

Тот самый «стульчик», от веса которого могла нажить грыжу не только среднестатистическая средневековая леди, но и кто-нибудь более крупный, «вспорхнул» испуганной птичкой и с грохотом отлетел на противоположный конец комнаты. И нет, естественно не сам по себе. Это хрупкая и миниатюрная Лилли, запустила его туда, когда я ей поведал, кто в действительности стоит за ее обращением.

– Падре меня новорожденной знал! Он меня крестил и к первому причастию привел!!! Он не мог так со мной поступить..!

– Видишь ли, девочка… – я осторожно придержал в конец расстроенную Лилли за плечико, – вампиры твари весьма хитрые, лживые и себе на уме… Вот чтобы не дать Волюнду морочить мне голову, я попросил его… Даже не знаю, как это назвать..? Ну, вроде как поделиться своими воспоминаниями. Дело сложное, энергозатратное и… очень болезненное для обоих… Поэтому он показал мне только ключевые моменты, но и их хватило, чтобы убедиться. Если хочешь… – я вопросительно заломил бровь и наклонившись, заглянул княжне в лицо.

– Да! – это короткое слово было сказано с таким выражением, что я предусмотрительно придержал себя за язык и больше ничего говорить не стал.

Потом усадил Лилли на то кресло, которое занимал во время схожей процедуры фон Тирд, а сам устроился напротив и…

***

Вообще-то, мысль, что неплохо бы посмотреть на все самому, пришла мне прошлой ночью в тот момент, когда я почувствовал, что этот тип, вполне имевший право на звание «мощнейшего психотропного оружия средневековья», (это я фон Тирда имею в виду, если кто-то не понял), опять начинает что-то мутить. За прошедшее время я успел заметить, что когда вампир генерирует свое воздействие, его лицо приобретает особенно вдохновенное и обольстительное выражение.

Но поскольку я был настороже и держал себя в руках, то вместо того, чтобы «поплыть», ухватил вампира за глотку, с силой встряхнув его, заглянул в мгновенно сменившие выражение глаза и спросил, надавливая интонацией:

– А не врешь ли ты мне, дружок?! Как я могу тебе верить?! Ты ведь не прочь столкнуть кого-нибудь лбами с местным духовенством? Так почему не меня? – а потом, на каком-то наитии добавил: – Вот если бы я смог увидеть это своими глазами…

Откровенно? Я рассчитывал, что Волюнд предложит устроить какую-нибудь провокацию, в духе земных криминальных сериалов, когда один персонаж провоцирует другого, в идеале – злодея, на откровенность, а сыщики все это пишут на пленку. Ну или главный герой подслушивает, спрятавшись за занавеской… Однако, магический мир неистощим на свои магические прибабахи, вот вампир мне и выдал…

И да – было больно! У меня аж скулы свело, так что я молчал как заинька, а фон Тирду такого блага не привалило, так что он подвывал и скрипел зубами. Подвергать такому испытанию нежную девушку у меня не было ни малейшего желания, но… Во-первых – ее неверие было смертельно опасным для нее же! А во-вторых: распиши я ей этот аргумент хоть в каких красочных деталях, упрямица все равно не отказалась бы от такого шанса прозреть, что и правильно, вообще-то…

***

А потом был смерч! Для другого названия тому порыву страсти, который случился с Лилли, у меня просто не хватает фантазии! Чего-чего, а такой реакции на увиденное я ну никак не ожидал! Едва продышавшись после сеанса, княжна набросилась на меня с такими улетными поцелуями, ее нежные ладошки так энергично забрались мне под рубашку и гхем… ниже, что я и опомниться не успел, как мы с ней оказались на моей постели!

– Ну, и что это было?! – поинтересовался я у этой секс бомбы после секс взрыва, – с чего вдруг ты так воз… мнэ… вдохновилась от известия о предательстве собственного духовника?!

В ответ девушка расхохоталась:

– Да х… бы с ним! – и она выдала замысловатую «трехэтажную» руладу и таких слов, какие не то что княжне, а и трактирной девке знать бы не стоило!

Я присвистнул и вытаращил на Лилли глаза: «Да что с ней происходит?!»

– Ты правда не понимаешь?! – девушка выгнулась как кошка и со вкусом потянулась, – если все, что сказал Волюнд правда и он снимет с меня привязку на подчинение… – она рывком развернулась ко мне и требовательно уставилась в лицо своими глазищами, – ты ведь потребуешь, чтобы он ее снял?! Да?!

– Естественно, – я кивнул не видя причин для возражения: и сам собирался сделать это первым делом… И тут до меня дошло!

– Ты не хочешь, чтобы тебя «отмолили»?!

– Конечно, не хочу! Чему ты так удивляешься?! Кто я сейчас по твоему?! Думаешь, что княжна – это ух, как здорово?! А на самом деле, я всего лишь пешка в политической игре! За принца просватали еще ребенком, хорошо, что хоть характера хватило не делать последний шаг, а то сейчас не с тобой, а с этой жабой в постели… Ой, да что я говорю?! Под «подчинением» я бы этому еще и радовалась! Как же, выполнила «волю господина»! – на этих словах ее всю передернуло и выразительные глаза набухли слезами, – эти ведь тоже меня использовать собрались! Знал бы ты как не хочется видеть рыло духовника! «Святой отец», еб… – и она снова замысловато выругалась поминая некоторые части тела священника в сочетании с действиями обитателей княжеской псарни и конюшни!

– Ты где так ругаться научилась?! – не удержался я от вопросов не смотря на то, что и без них тем для обсуждения у нас с Лилли хватало.

– Нянюшка у меня была-а – мечтательно протянула девушка нежно улыбаясь, а я представил себе упитанную бабищу, развлекающую воспитанницу эдакими перлами! Однако поспешил…

– Вот кто меня на самом деле любил! Ну и баловала, не без этого… А муж у нее тогда в замке конюхом служил. Вот она к нему и бегала, а поскольку я страсть как любила на сене прыгать и со стога кататься, то и меня всегда с собой брала. Ее муж, бывало, его Славием звали, отведет меня в тот отсек, где сено хранится, вручит кусище колотого сахара и бежит в свою каморку, с супругой миловаться… Нда-а… особенность у него такая была: в самый пик материться начинал, а перегородки там тонкие…

Эти воспоминания видимо оказались очень яркими, потому что Лилли опять потянулась ко мне с вполне определенными намерениями, но на этот раз от продолжения я уклонился: дел предстояло много, а мы и так в постели задержались, как бы еще ее искать не принялись!

Не могу сказать, что решение княжны прямо так уж меня поразило, нет, что-то подобное проходило фоном и у меня в голове, тем более, что на эту тему мы с ней уже говорили, но я все же не верил до конца, что не просто «девушка», а именно «княжна», действительно захочет поменять быт знатной дамы на… э-э… скажем прямо: на довольно неопределенное будущее леди-вампирши. Путь в высшее общество окажется закрыт, а это ни нарядами и украшениями перед подругами не похвастаться, ни на балу потанцевать. Разве может это быть для девушек настолько неважно? Я чего-то не понимаю? Или княжна просто знает о вампирах больше моего?