355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Мари Фишер » Рожденная заново » Текст книги (страница 14)
Рожденная заново
  • Текст добавлен: 10 мая 2017, 21:00

Текст книги "Рожденная заново"


Автор книги: Мари Фишер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

32

На следующее утро Пьер должен был заняться последними приготовлениями к показу моделей. Юлия охотно поехала бы вместе с ним, так как ей не терпелось скорее увидеть коллекцию. Но Пьер быстро отговорил ее. Вместо этого он предложил ей совершить прекрасную прогулку по Парижу, дал ей план города и довез до Триумфальной арки.

Был чудесный осенний день, небо было покрыто легкой дымкой, сквозь которую светило солнце. Юлия прошла вдоль Елисейских полей, потом через Тюильри, наблюдая за прохожими и играющими детьми. Она жадно впитывала в себя все впечатления и с удовлетворением отметила, что женщины в Мюнхене одеваются с гораздо большим шиком по сравнению с парижанками, которых так превозносят всегда, если те, кого она видела на улицах были действительно настоящие парижанки, а не туристы. Во всяком случае, когда Юлия шла к Эйфелевой башне, она отметила для себя, что притягивает к себе многие внимательные и восхищенные взгляды. У нее уже не оставалось времени посетить знаменитые парижские музеи, но она поднялась на самый верх Эйфелевой башни, откуда можно было увидеть весь город вплоть до районов огромных новостроек.

Когда она проголодалась, она вошла в бистро и заказала себе тост с сыром и чашку кофе. У нее еще оставалось время до встречи с Пьером, но уже болели ноги от ходьбы и, выйдя из бистро, она остановила такси и поехала к собору Нотр-Дам де Пари, строгая красота которого произвела на нее сильное впечатление. Оттуда она спустилась к набережной Сены.

Оставалось совсем немного времени до начала показа. Юлия собиралась перед этим привести себя в порядок и переодеться, но сейчас это становилось уже невозможным, ей нужно было поспешить, чтобы найти «Отель Маршал Ней». Такси нигде не было видно, у нее не хватало терпения ждать и она побежала, заглядывая в карту. Запыхавшись она успела к отелю в последний момент.

Паж проводил ее в изящный зал с паркетным полом и прилегающим зимним садом, который был украшен великолепными букетами из осенних цветов, астр и гладиолусов, в напольных вазах. Поскольку это был закрытый показ, публики было мало, почти только одни журналисты. Для Юлии было оставлено место в первом ряду, между покупателями из Нидерландов и Испании, двумя очень солидными, хорошо одетыми господами.

Юлия села на свое место как раз в тот момент, когда начался показ, – она даже подумала, что ждали только ее – и решила потом извиниться перед Пьером. Но до этого дело не дошло. Впечатление, которое коллекция произвела на нее, и не только на нее, а на всех в зале, – было настолько потрясающим, что все другое сразу показалось второстепенным и не имеющим значения.

Одежда для пляжа, которую демонстрировали стройные, грациозные, сильно накрашенные молодые женщины, была настолько сногсшибательной и спортивно-элегантной одновременно, что у всех перехватило дыхание. Мини-юбки, пиджаки и жакеты, шорты, маленькие жакетики из ярких тканей и кроме этого пляжные платья и халаты, при помощи которых можно было в одну секунду одеться для прогулки по набережной или ланча в столовой. Затем последовали платья, брюки, брюки-юбки и так вплоть до изысканных, весьма просто сконструированных коротких коктейльных платьев, которые превзошли все, что Юлия когда-либо видела. Вечерние платья, которые были показаны в заключение, были также завораживающе прекрасны, а свадебное платье, которое завершало показ, было настоящей сказкой из шелка и кружев.

Последовали бурные овации. Граф Пьер де Шатонак, который не сопровождал показ никакими объяснениями, принял аплодисменты со скромной гордостью и слегка иронической улыбкой.

Его восторженно поздравляли и на коктейле, который он устроил по окончании.

– Это самая практичная мода, которую я когда-либо видела, – выразила свое мнение элегантно одетая журналистка, и все согласились с ней.

– Прошли те времена, когда моду делали только ради моды, – сказал Пьер.

– Вы, на самом деле, пробудили во мне желание одеться по-новому с головы до ног.

– Так и сделайте! Я могу только поздравить вас с этим решением!

Журналистка говорила по-английски, поэтому Юлия могла в какой-то степени понять ее. Сама Юлия держалась в стороне, поскольку рядом с только что продемонстрированным великолепием казалась сама себе жалкой. Но ее глаза выражали все то восхищение, в которое ее привела эта коллекция.

После того как были выпиты все напитки и съедены все бутерброды, гости разошлись. Остались только Юлия, господин ван ден Бек и синьор Хуантос, и вместе с Пьером они направились за сцену. Манекенщицы уже ушли, большинство моделей было развешено вновь на передвижных стойках, таким образом у Юлии и ее коллег еще раз была прекрасная возможность убедиться в качестве тканей и тщательности обработки. Коллекция выглядела очень убедительно. Коллеги Юлии, несмотря на профессиональную сдержанность, были явно в восхищении.

Пьер повернулся к Юлии.

– Ну? А ты что скажешь?

– Меня даже не надо спрашивать! – ответила она, вся сияя от радости.

– Как бы ты все это назвала?

– Просто настоящая «охота за комплиментами».

Он засмеялся.

– Ты меня насквозь видишь. Мне всегда аплодисментов мало.

Они расположились в читальном зале отеля, который Пьер снял по этому поводу, там стояли столы, письменные столы, удобные кресла, лампы для чтения и большой стеллаж с книгами. Туда же был подан кофе.

Речь шла о том, чтобы определить точные сроки передачи коллекции. Это нужно было определить с точностью, подобной расписанию поездов, так как одну и ту же коллекцию нужно было провезти по всей Европе, и в довершение уже не в самом «свежем» состоянии, передать одному шведскому торговцу, который уже закупил ее. Поскольку, в основном, все даты были уже определены, выбор был ограничен. Пьер представил тщательно разработанный и графически оформленный план. Юлия должна была взять коллекцию на последние недели ноября: три дня в Мюнхене, три дня в Штуттгарте, три дня в Цюрихе и три дня в Женеве. Это было не очень удобно, так как приближалось рождество и, соответственно из-за погоды, время, сложное для поездок. Но она понимала, что ничего нельзя изменить. Впрочем, еще оставалось достаточно времени для того, чтобы подготовить своих клиентов к моде «Насель».

Господин Ван ден Бек поинтересовался прейскурантами, но они еще не были готовы.

– Само собой разумеется, – сказал Пьер по-английски, поскольку так было легче общаться, – модели будут не совсем дешевыми.

– Естественно, что за качество приходится платить, – сказала Юлия, – но ни в коем случае нельзя не обращать внимания на кошелек непосредственных покупательниц. Если цена недоступна, то не поможет и самое лучшее качество.

Пьер улыбнулся ей.

– Я постарался сделать очень точную калькуляцию, – обнадежил он.

– А как будет сделана реклама? – спросил испанец. – Что мы сможем сказать по этому поводу нашим клиентам?

– Объявления на всю полосу! – сразу же пояснил Пьер. – По крайней мере, во всех ведущих журналах для женщин. – Затем добавил: – Если получится. Во всяком случае, проекты уже есть. Я смогу показать их вам сегодня вечером. Надеюсь, что вы сможете оказать мне честь поужинать со мной?

Мужчины медлили с ответом на приглашение. Оба планировали, как они объяснили, в тот же день улететь домой, и Юлия надеялась, что они не изменят своего намерения, – но они согласились на приглашение. Она восприняла как иронию судьбы то, что они оставались не столько из-за ужина, сколько из-за нее.

Пьер, естественно, тоже заметил это и подтрунивал над ней, когда позже они остались одни. Она было уже хотела сознаться ему, что только что чувствовала себя совсем несчастной, но решила промолчать, чтобы не портить приподнятого настроения.

– Сейчас я закажу тебе такси, – сказал Пьер, – ты поедешь домой, отдохнешь и приготовишься к вечеру.

Юлия была разочарована.

– А ты?

– Я должен позаботиться о коллекции. Уже сегодня она должна быть отправлена в Лондон.

– Разреши мне помочь тебе!

– Нет, Юлия. Я знаю, что ты могла бы это сделать, но ведь ты мой гость.

– Несмотря на это, я все-таки могла бы…

– Нет. У меня есть для этого люди. Я не хочу, чтобы ты хлопотала здесь.

Юлия пыталась уговорить его, ведь ей так хотелось побыть с ним вместе, но он был непреклонен.

– Если уж тебе так хочется что-то делать, тогда пройдись по Парижу, и домой приезжай попозже.

Она согласилась и отправилась в путь. Но уже через несколько шагов поняла, что вела себя просто по-детски, остановила такси и поехала в «Отель Шатонак».

Там она приготовила себе ванну, долго лежала в большой мраморной ванне и расслаблялась.

У нее было такое чувство, как будто она дошла до вершины своего жизненного пути, нет, вернее, как будто она находилась на крутом подъеме и отчетливо видела перед собой вершину, такую близкую и доступную. Коллекция Пьера превзошла все ее ожидания. Все его модели, на ее взгляд были обречены на успех. Даже если то, что связывало их друг с другом, – взаимная страстная влюбленность, его шарм и ее красота, – было неоднозначно и очень хрупко, то его мастерство было стабильной основой для их общего будущего.

Его мастерство, подумала Юлия, и мои деловые способности. Даже если пройдет волшебство страсти, то это останется. Мы всегда будем необходимы друг другу.

Юлия вышла из ванны, вытерлась и намазала себя с головы до ног тонко пахнущим бальзамом, закрыла портьеры в спальне и легла. Она хотела лишь на минутку закрыть глаза, чтобы предаться своим мечтам о будущем. Но она заснула прежде, чем успела что-либо представить себе.

Когда спустя какое-то время она ощутила на губах поцелуй Пьера, она, не просыпаясь, обвила его шею руками и притянула к себе.

33

На следующий день Юлия вернулась в Мюнхен.

Пьер настаивал на том, чтобы Юлия осталась хотя бы на пару дней. Но ей не терпелось заняться делом.

Конечно, последний вечер в Париже был чудесен. Пьер выбрал для ужина ресторан, из окон которого открывался прекрасный вид на ночной сверкающий Париж. Пламя свечей, глянцевый дамаст скатертей, сверкающее серебро и она, рядом с графом де Шатонак, в центре внимания мужчин. Она чувствовала себя принцессой.

Юлия пыталась сосредоточиться на происходящем, но в уме у нее уже складывались целые фразы, которые она собиралась написать своим клиентам и которые смогли бы выразить достоинства коллекции «Насель».

Едва заметная отстраненность Юлии подействовала так, что мужчины вдвойне усилили свои старания, чтобы заинтересовать ее и произвести впечатление. Но она оставалась закрытой для них.

В самолете с ней также попытался флиртовать ее сосед, молодой человек в кожаной куртке, джинсах и майке. Но она настолько глубоко ушла в свои мысли, что почти не замечала его.

Он, так же как и она, не сдавал ничего в багаж и сразу же последовал за ней к выходу.

– У меня здесь недалеко машина, – сказал он. – Разрешите подвезти вас до дома?

Она покачала головой.

– За вами приедут?

Его старания были так трогательны, что она наконец повернулась к нему.

– Все дело в том, – сказала она, – что мне просто не хочется ни с кем разговаривать. – Она снова повернулась и пошла Дальше, оставив его стоять на месте.

В этот момент Юлия осознала, что у нее на лице постоянно блуждала счастливая улыбка. Поэтому молодой человек и был так настойчив. Она должна была изменить выражение лица, причем немедленно. Она не хотела давать повод Хайди для любопытных вопросов или бестактных замечаний.

Юлия доехала до города на автобусе. Даже толкотня в толпе пассажиров не отрезвила ее. Правда, она пыталась изобразить соответствующее выражение лица: опускала вниз утолки рта, но было невозможно «выключить» ее сияющие глаза.

– Ты потрясающе выглядишь! – все же воскликнула Хайди, приветствуя ее, – как после отпуска. Хорошо было в Париже?

– Коллекция «Насель» – просто сногсшибательна, – ответила Юлия, уходя от ответа. – Мы сегодня же должны написать нашим клиентам.

– Текст как обычно?

– Нет, этого недостаточно. Нам нужно сочинить что-то совершенно новое.

– Вот так, на ходу?

Юлия внимательно посмотрела на Хайди.

– Ты спокойно можешь идти домой. Я знаю, тебя ждут дети. А я сразу же возьмусь за работу.

– Может быть, мне все-таки следует остаться? Я могла бы позвонить…

– Нет, Хайди. Я полагаю, что ты мне сегодня уже не понадобишься.

Когда Юлия заметила, что Хайди обиделась, она быстро добавила.

– Я сделаю несколько предварительных текстов, завтра мы их вместе просмотрим и сделаем окончательный вариант, хорошо?

– Я согласна, однако я…

– Я ведь знаю, я знаю, что ты меня никогда не оставишь в беде.

Она буквально вытолкала Хайди и, даже не помыв руки с дороги и не распаковав вещи, села к компьютеру…

34

Юлия была убеждена, что коллекция «Насель» будет продаваться великолепно, если она сможет добиться присутствия на просмотрах деловых людей. Но в этом-то и была загвоздка. Она разослала факсы и зазывающие рекламные письма, затем обзвонила всех, но большого интереса к неизвестной пока фирме не было. Тогда Юлия решилась объехать всех своих клиентов, причем еще до того, как поступила коллекция, и использовала все свое обаяние, чтобы, по крайней мере, был полный сбор на показах коллекции. Для достижения этой цели она использовала даже личные связи.

Успех подтвердил, что она все сделала правильно. Когда в конце ноября она смогла показать коллекцию, на всех просмотрах было оживленно, хотя до этого заказчики высказывались довольно скептически. Они отделывались пустыми фразами, типа – «к сожалению, у меня нет времени!» или – «я просто загляну к вам на минутку»! – или же – «только ради вас, госпожа Пальмер!». Но потом, когда начались показы моделей, все были захвачены качеством и неповторимостью моделей коллекции. Еще никогда Юлия так тщательно не подбирала манекенщиц и не платила им так много. По манекенщицам было видно, как хорошо они себя чувствовали в платьях изысканного покроя и обработки. То, что Юлия сама была искренне восхищена коллекцией, дало ей ощущение сопричастности успеху. Заказов было сделано больше, чем она предполагала.

Она вернулась в Мюнхен с папкой, полной заказов, и позвонила Пьеру, чтобы рассказать об успехе. Ей очень хотелось полететь к нему в Париж, но она понимала, что у него не будет времени для нее. Ведь он должен был уже сейчас начинать работать для того, чтобы осуществить поставки в конце марта – начале апреля.

– Очень жалко, что мы не можем увидеться, – сказал он, как будто догадавшись о ее мыслях. – А может быть, мы встретимся в праздничные дни? У тебя уже есть какие-нибудь планы на Рождество и Новый год?

– Я еще не думала об этом.

– Значит, договорились! У одного из моих друзей есть небольшой дом в Швейцарии. Я думаю, это было бы то, что нам надо. Я позвоню тебе, когда окончательно договорюсь обо всем.

– Замечательно! Я рада, Пьер!

– Тогда… всего хорошего… a bientot!

– Подожди! – воскликнула она.

– Да? – переспросил он. – Что-нибудь еще?

В его голосе ей послышалась ирония. Как если бы он был уверен, что сейчас последует объяснение в любви, подумала Юлия. Если она права, он сейчас будет очень разочарован.

– Как в целом обстоят дела с заказами? – поинтересовалась она.

– О, хорошо, – сказал он без особого энтузиазма, – вполне удовлетворительно. Во всяком случае, ты превзошла всех! Так можно сказать по-немецки?

Юлия засмеялась.

– Да, так можно! Можно сказать, что я постаралась для этого больше, чем кто-либо, тут ты прав.

35

Пока она была в отъезде, звонил Роберт, но она позвонила ему только после того, как поговорила с Пьером.

– Я думаю, нам надо встретиться, – сказал он. – Надо кое-что обсудить.

Юлия была удивлена, что не испытывала никакого гнева.

– Хорошо, давай встретимся.

– Я могу приехать к тебе, естественно, после работы или же в ближайший уик-энд.

Она подумала и сказала:

– Нет, лучше я приеду к тебе в Винкельхоф. Мне нужно взять кое-что из одежды.

– Может быть, днем в воскресенье?

Она медлила с ответом, и он поспешил добавить: – Это удобное время. Тогда ты могла бы вернуться в Мюнхен до того, как все начнут возвращаться в город.

– Уж не хочешь ли ты что-нибудь приготовить поесть для меня? – с издевкой спросила она.

– Почему бы нет? Но мы можем и пойти куда-нибудь.

– Я постараюсь быть у тебя в двенадцать часов.

Когда Юлия положила трубку, она почувствовала облегчение. За эти несколько месяцев после ее драматического ухода это был первый раз, когда она говорила со своим мужем. Тогда она была охвачена желанием никогда больше не видеть и не слышать его. Она не представляла себе, что они смогут так спокойно и по-деловому разговаривать друг с другом.

В этот момент у нее было только одно желание – отдохнуть и вытянуть ноги, но вдруг ей показалось, что она обрадовалась разговору с Робертом. Она уже не понимала сама себя.

Когда она ехала в Винкельхоф, выпал первый снег. Она ехала не торопясь и была рада, что машина «обута» в зимние шины с шипами. Она немного опаздывала и это злило ее, поскольку шло вразрез с ее твердым правилом – никуда не опаздывать.

Роберт открыл дверь почти сразу, как только она позвонила. Он был легко одет и выглядел похудевшим.

Когда она попыталась извиниться за свое опоздание, он прервал ее на полуслове.

– Я очень рад, что ты вообще приехала.

– Ты ведь достаточно хорошо меня знаешь, я очень точно соблюдаю договоренности.

– Даже при такой погоде? Я бы не обиделся на тебя, если бы ты передумала.

– Тогда бы я, по крайней мере, позвонила. Впрочем, снег начал идти, когда я уже выехала из Мюнхена.

Он помог ей снять пальто и заботливо повесил его на вешалку. Она сняла берет, на котором таяли снежные хлопья, стряхнула его и повесила на крючок.

Что за идиотский разговор, подумала она.

Оба чувствовали себя неловко.

Он взглянул на нее с тоской в глазах.

– Ты чудесно выглядишь!

– Хочу надеяться, – ответила она цинично. – Ведь косметическая операция была достаточно дорогой.

– Я не это имел в виду.

– Но все же. Между тем ты уже привык и считаешь, что это мой обычный вид.

– Это не так. По-моему, тебе совсем не надо было делать операцию.

– Тебе ведь было все равно, как я выгляжу.

– Юлия, когда ты уже, наконец, поймешь, что лицо – это не самое главное? Все дело в характере, внутренних качествах, в самой личности – и все это у тебя есть.

– И поэтому ты меня обманул.

– Нет. Честно говоря, Рита сексуально взволновала меня на какое-то время, во всяком случае. И все. Я ни разу ее не сравнивал с тобой. И когда я сейчас сказал, что ты хорошо выглядишь, я имел в виду не твое прекрасно скроенное лицо, а совсем другое – то, что ты излучаешь. Ты выглядишь счастливой, Юлия.

– Это видно по мне?

– Да. Но почему мы стоим здесь? Входи же! Выпьешь шерри? Придется немного подождать до обеда. Я должен еще бросить в воду клецки.

– Ты умеешь готовить клецки? Кто тебя этому научил?

– Поваренная книга, – ответил он.

Юлия не поверила ему и почувствовала легкий укол ревности, который она сразу же подавила в себе. Какое ей дело до того, что он бывает с другой, что она готовит ему еду и еще много всего для него делает.

Гостиная, как ей показалось, совсем не изменилась. На низком столике перед кожаным диваном лежал красиво украшенный, свежий веночек по случаю адвента.

– Ой, первый адвент! – сказала она. – Я совсем об этом не подумала. – Она села.

Он наполнил два стакана и поставил их на фарфоровые подставки.

– Чтобы ты не беспокоилась, я сразу скажу, что этот венок мне никто не дарил, я купил его сам, в твою честь.

– Я больше о тебе не беспокоюсь, – спокойно сказала она.

Они выпили по глотку. Роберт поднялся и сказал:

– Я скоро вернусь, – и исчез в кухне.

Юлия села поудобнее, положила ногу на ногу и сделала еще глоток. Собственно, она не собиралась пить. Обратная дорога в Мюнхен обещала быть нелегкой. Но она не хотела обижать Роберта.

– Так, все сделано! – Он сел напротив нее. – Расскажи мне о «Насель».

– Ты знаешь про это?

– Только не сердись, пожалуйста, на Хайди за то, что она проговорилась мне. Это же не тайна. Скоро пол-Европы будет знать, что ты представляешь «Насель».

– Да, это так, – подтвердила Юлия.

– Если эта фирма похожа на твою «Про Фобис»…

Юлия прервала его.

– Она лучше, намного лучше, чем ты можешь себе представить!

– Ну тогда ты скоро обгонишь эту Шнайдер, – сказал он.

– Это звучит несколько скептически, или мне показалось?

– Расскажи мне подробнее!

Она полностью описала ему коллекцию, рассказала о фасонах и ткани и сообщила об успехе при показах моделей. Он внимательно слушал ее. Он и раньше был в курсе событий относительно коллекций, интересовался этим и неплохо разбирался во всем этом.

– Ну? Убедился?

– Не сердись на меня, Юлия, но для меня все это звучит слишком красиво, чтобы оказаться правдой. Тебе не кажется, что этот молодой кутюрье несколько ослепил тебя? Он действительно граф?

Она засмеялась.

– Теперь ты еще и ревнуешь?

Он пожал плечами.

– Я беспокоюсь о тебе.

– Совершенно напрасно. Нет никаких причин для этого.

– Тогда я рад за тебя. – Он посмотрел на часы и вскочил. – Клецки!

– Я могу тебе помочь?

– Спасибо, сейчас все будет готово. – Скоро он вернулся из кухни с кастрюлькой и поднес ее к Юлии.

– Пахнет замечательно, – сказала она, встала и направилась к обеденному столу.

Стол был накрыт. Роберт поставил клецки на стол и принес из кухни гуляш. Затем он разлил по бокалам красное вино и тоже сел за стол.

Она попробовала клецки с соусом и воскликнула:

– Это действительно вкусно!

– Обычная еда, – сказал он с наигранной скромностью.

– Можешь мне не рассказывать! Я знаю, сколько труда вложено в это! – Во время обеда они, как будто сговорившись, не касались никаких серьезных тем или личных вопросов. Они болтали о всякой чепухе и посвятили все свое внимание гуляшу и клецкам.

Юлия была удивлена, что они могут так мирно проводить время друг с другом. Еще совсем недавно она не могла представить себе такого. И все же весь ее гнев прошел.

Может быть, все дело было в том, что теперь она ему изменила? Но разве можно было это вообще назвать неверностью, если она живет как свободная женщина, уйдя от мужа? Смогла ли бы она устоять против Пьера, если бы Роберт так не разочаровал ее?

Все эти вопросы крутились у нее в голове, и она не могла ни сформулировать их, ни высказать вслух. Она не хотела обижать Роберта, не хотела давать повод для объяснений, оправданий и извинений. Для нее было шагом вперед то, что они могли разговаривать друг с другом как разумные люди. Она боялась, что неосторожно сказанное слово может перевернуть все настроение и вызвать отчаяние, злость или разочарование.

Когда обед был закончен, Юлия не предложила ему своей помощи. Она сознательно постаралась избежать того, чтобы хоть на минуту войти в роль хозяйки дома. Пока Роберт варил кофе, она принесла чемодан из передней, убрала оставшиеся летние вещи в шкаф, вынула из шкафа свои вечерние и коктейльные платья и упаковала их. При этом она окончательно убедилась в том, что вся ее одежда была достаточно элегантна и даже, можно сказать, супермодна.

Затем они пили кофе, сидя на уютном диване. Роберт принес вазу с печеньем и зажег свечу.

– Я не могу сказать, что мне было неприятно снова пообедать с тобой вместе, Роберт, – начала Юлия, – но я до сих пор не знаю, о чем ты хотел со мной поговорить.

– Ну, на нашем общем счету еще есть деньги, кроме того, ценные бумаги, которые принадлежат нам в равных долях…

– Да, я знаю.

– Любая другая женщина в твоей ситуации уже давно потребовала бы деньги. Ты никогда об этом не думала?

– Нет, – сказала она быстро.

– Я думаю, что деньги тебе действительно сейчас нужны. Ты не можешь вечно жить в своем офисе.

– О, с этим все в порядке, – пока я могу хранить свою одежду у тебя.

– Но я считаю, что нельзя на длительный срок…

– На длительный срок – нельзя, ты прав. Естественно, я хочу подыскать для себя квартиру. Я смогу переехать, как только дела с «Насель» пойдут полным ходом.

– Наши сбережения составляют двадцать тысяч марок. Я охотно дал бы тебе взаймы мою долю, пока ты…

Она не дала ему договорить до конца.

– Ты хочешь быть уверен в том, что свободен от меня?

– Нет, ради бога, нет! Ты меня неправильно поняла!

– Почему же ты пытаешься навязать мне деньги, которых я у тебя не просила?

– Потому что я подумал, что они тебе нужны.

– Это Хайди тебе насоветовала?

– Нет, нет, действительно нет. Это моя собственная идея. Юлия, я ведь знаю твое бюро. Поэтому могу себе представить, как тесно и неудобно тебе там жить.

– За это время я успела провести там душ.

– Браво! – Он поднял кофейник. – Хочешь еще кофе?

– Да, пожалуйста!

Он налил кофе ей и себе.

– Ты только что обвинила меня в том, что я якобы хочу отделаться от тебя. Но это совсем не так. Разреши мне задать один вопрос: ты хочешь вернуться ко мне?

Юлия медлила с ответом.

– Смотря по обстоятельствам? При некоторых условиях?

– Нет, – заявила она, – не думаю. Нет.

– И как же будет дальше?

– Давай немного подождем. Если прожить один год раздельно, то развод может состояться без всяких трудностей.

– Словом, тебе нужен развод?

– Нет. Не обязательно. Я думаю, мы должны подождать с решением. Нас ведь никто не торопит. – Она внимательно посмотрела на него. – Или все-же?

– Нет.

– Ну, вот видишь. Я себя чувствую очень хорошо в моем теперешнем положении, и думаю, ты тоже. Это, по крайней мере, ограждает тебя от соискательниц с видами на брак.

– Ты стала циничной, Юлия.

– Может быть. Во всяком случае, я приобрела опыт. Ведь наверняка кто-то есть у тебя?

– Да, – признал он.

Она удивилась, что его ответ не причинил ей боли.

– Рита?

– Это было много лет тому назад.

Юлия не хотела углубляться, не хотела точно знать, кто это, и не хотела никаких признаний.

– Как поживает твой ребенок? – спросила она, чтобы переменить тему разговора.

– Михаэла? Она такая милая и славная, у нее все в порядке. Немножко ревнует к своему маленькому брату и вместе с тем заботится о нем. Это, вероятно, хорошо, что она может жить со вторым отцом. Мужа Риты она называет папа, а меня – папуля.

– Да, я знаю. – Юлия помнила ту сцену, когда ребенок так властно звал своего отца, однако никто не среагировал на это, а ребенка постарались как можно скорее увести.

– Как часто ты ее видишь?

– Один раз в месяц.

Не очень-то часто, подумала Юлия, для мужчины, которому нравится роль отца.

– Мы не хотим, чтобы девочка была то тут, то там, – объяснил он.

Ее это не очень убедило.

– Это ты сам лучше должен знать.

– Я не могу один решать. Как у неженатого отца, у меня очень мало прав. Решающее слово имеют Рита и ее муж Тео.

Какое мне до всего это дело? – подумала Юлия.

– Значит, – сказала она, – насколько я могу оценить ситуацию, не существует никакой причины для того, чтобы срочно оформлять развод, что было бы непросто. Передай своей приятельнице, ведь она обязательно захочет узнать, чем закончился наш разговор, что мы решили подождать окончания года раздельного проживания.

– Я вообще не хочу разводиться, – вдруг произнес Роберт.

Она предпочла не обратить внимание на его слова.

– В случае, если дело дойдет до развода, я бы охотно взяла эти деньги. Я не настолько гордая, чтобы отказываться от них. Мне кажется, лучше я возьму двадцать тысяч, чем мы будем спорить из-за каждого стула. Ты так не считаешь?

– Обстановка в квартире стоит гораздо больше.

– Сейчас незачем это обсуждать. – Она встала. – Я думаю, мне следует возвращаться.

Роберт поднялся и подошел к окну, откуда открывался чудесный вид на сады и маленькие домики по соседству.

– Снег все еще идет.

Он подошел к ней.

– Юлия, пожалуйста, только пойми меня правильно. Может быть, будет лучше, если ты останешься сегодня здесь? Ты примешь горячую ванну, посидишь со мной и рано утром поедешь?

Она улыбнулась ему.

– Звучит заманчиво. Ты ведь знаешь, чем меня можно соблазнить.

– Ах, Юлия! – Он обнял ее и спрятал лицо в ее волосах.

С удивлением она отметила, что его прикосновение не было ей неприятно. Она стояла и размышляла, принимать ли ей его предложение. Это было странно, но ей очень хотелось остаться здесь. Ее удержала от этого не мысль о Пьере, а боязнь того, что она слишком воодушевит Роберта, а потом будет сама бороться со своими чувствами.

Ей понадобилась вся сила воли, чтобы оторваться от него.

– Давай будем разумными, Роберт. Поверь мне, так лучше.

Он начал энергично возражать ей.

– Нет, Юлия, это не так. Все эти годы, которые мы прожили вместе, вот так сразу больше ничего не значат?

Не мигая, она смотрела ему в глаза.

– Роберт, проблема в другом.

Он подавил глубокий вздох.

– Может быть, увидимся на Рождество?

– Я должна тебя разочаровать. У меня нет никакого желания изображать семью. – Она раздумывала, следует ли сказать ему всю правду, и затем сказала. – Я еду в Швейцарию на Рождество и Новый год.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю