Текст книги "Лекарство Во Мраке (СИ)"

Автор книги: Максим Пурпурный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

– Просто используй её на карте, оно покажет примерное место, а когда будешь совсем близко, руна начнёт ярко светиться. И, конечно же, я смогу связываться с тобой, пытаясь как-то помочь, – с нежной улыбкой проговорила дама, но тут сменила лицо на серьёзное. – Путь будет долгим и опасным, милая, а мне не хотелось бы, чтобы ты умерла. Поэтому тщательно подготовься и используй все свои навыки. У тебя осталась неделя, а может и меньше. Но это в том случае, если принцессу не будут поить снадобьем из книги. Ты сразу найдёшь нужную страницу, язык которой станет тебе понятен, – радостно рассказывал дух, но в голосе звучало беспокойство.

– А раньше нельзя было так? – устало спросила девушка. – Спасибо и за это.

– Всегда рада помочь, а теперь уходи, у меня есть дела, – проговорила дама и резко отвернулась.

В глазах сразу же потемнело, тело начало сжимать, а жжение в руке разошлось по всему телу, задевая даже мозг, отчего голова загудела. Спустя долгую и мучительную минуту, словно смертельного падения, Лилит открыла глаза.

Тёплый солнечный свет освещал лицо Лилит, словно щекоча его, но глазам, привыкшим к темноте, было больно. Лилит лежала на кровати в небольшой комнате, пропитанной запахами сильных медицинских препаратов, мазей и настоек. Напротив неё было открыто окно, откуда раздавалось громкое щебетание птиц и дуновение лёгкого ветерка. Прислушавшись, она услышала марш стражи, разговоры поварих на кухне и ругань кого-то из-за дырявых панталон. Справа стоял небольшой стол, за которым сидел пожилой мужчина, сгорбившись над старинной книгой. Одетый в белый халат и круглые очки, он внимательно рассматривал пожелтевшие страницы, а затем быстро записывал что-то на листок бумаги.

Подняв руку вверх, Лилит увидела, что вся рука была обмотана окровавленными бинтами, покрытыми пахнущей мазью. Она была одета в чистое, но потрёпанное временем белое платье. Это слегка смутило её, но боль в руке и недомогание сразу отбросили эту мысль. В горле пересохло, словно она не пила уже несколько дней, а живот болезненно урчал. Собрав свои малые силы, Лилит тихим голосом обратилась к мужчине:

– Простите, но где я?

Тот сперва поднял голову от книги, осмысливая, не послышалось ли ему, но услышав тяжёлое дыхание позади, сразу повернулся к Лилит. Увидев, что девушка очнулась и была почти невредима, его рот расплылся в счастливой улыбке.

– Вы живы, слава Святым! – воскликнул лекарь, подскочив со стула. – Не переживайте, вы у меня в кабинете, я всего лишь старый лекарь. Казалось, вы не очнётесь, вы спали целый день, но вы крепче, чем кажетесь! Лучше скажите, как вы себя чувствуете сейчас? – настороженно спросил мужчина, медленно подходя к девушке.

– Целый день? Бля… – расстроенно пробурчала Лилит. – Чувствую себя вроде нормально, но хотелось бы воды.

– Конечно! Сейчас же будет! – воскликнул мужчина и поспешил в другой угол комнаты за кувшином с прохладной водой.

– А что вообще произошло? – поинтересовалась Лилит, поглощая спасительную жидкость.

– После ритуала вы упали в обморок и выглядели худо, но рука выглядела ещё хуже. Сэр Льюис перенёс вас ко мне, после чего я сшил ткани, намазал руку живучей мазью и перевязал бинтами. Заживет гораздо быстрее, но думаю, вам стоит посмотреть самой, слышал, вы разбираетесь, – с живостью рассказывал мужчина, доливая Лилит воды. – Думаю, вам стоит поблагодарить Льюиса, он приходил пару раз вас навестить. Хотел просидеть всё время, пока вы спали, но служба не позволяла.

– Обязательно… – холодно ответила Лилит, но ей стало приятно от услышанного. – А что с Вернером?

– С королём всё в порядке, ждёт, когда вы очнётесь, чтобы обсудить лечение Талисии. Скажите вот что, это ведь и не болезнь, а проклятие? – осторожно спросил лекарь, наклонившись к ведьме.

– Да, это проклятие, которое принесла королева. Подробности я расскажу Вернеру, а вот он уже сам решит, нужно ли вам знать или нет, – сурово сказала Лилит. – А где мои вещи?

– Сейчас! – снова воскликнул мужчина и подбежал к шкафу, который стоял в противоположном от воды углу.

Порывшись в нём, он начал ругаться, что ничего не может найти, но тут же извинился. Наконец, найдя сумку, он отдал её Лилит.

– Вот. Там всё, что у вас было, и одежда! И если что, не я вас переодевал, а служанка, вдруг вы насторожены этим, – смущённо проговорил мужчина.

– Спасибо, – поблагодарила девушка и нырнула рукой в свою сумку, найдя старую книгу.

Дух не обманул, и вправду, на открытой странице со снадобьем вместо незнакомого языка теперь было всё написано на человеческом, но по-прежнему только эта страница.

– Перепишите себе этот рецепт и сделайте снадобье для принцессы, оно поможет продержаться ей ещё некоторое время, пока я буду разбираться с проблемой.

Лекарь поправил очки, внимательно разглядывая страницу, а затем в быстром темпе принялся всё переписывать на листок. Закончив за минуту, он вернул книгу Лилит и ещё раз её поблагодарил.

– Огромное спасибо, мисс Лилит, принцессе снова стало хуже, а постоянные боли не дают ей даже спокойно поспать. Хотя то заклинание, которое вы наложили, сделало ей немного лучше!

– Это хорошо. Надеюсь, снадобье поможет ещё лучше. А теперь мне бы хотелось переодеться.

– Конечно, конечно! От дырявая моя башка, простите, простите! – со смущением извинялся лекарь, мигом побежав к двери. – Я подожду за дверью, если что.

Мужчина ещё раз извинился и, выйдя из комнаты, резко захлопнул дверь, оставив Лилит наедине со своими мыслями. Сев на кровать, она пристально посмотрела на солнце, спрашивая у себя:

“Выдержу ли я? Впереди долгая дорога…”.

Беспокойство застряло на душе, а непонимание происходящего пугало ещё сильнее. Дорога и вправду будет долгой и сложной. Подготовлена ли к ней Лилит?

Глава Вторая

Как только Лилит надела свою рваную одежду, в нос тут же ударил резкий и неприятный запах крови и пота. Скривив лицо, девушка надела сумку на плечо, сразу ощутив её вес и свою нехватку сил. Плечо потянуло вниз, чуть не скинув сумку с плеча, но Лилит успела сдвинуть её назад. Выпив ещё одну кружку воды, ведьма вышла из комнаты. Как и сказал Михаил, он стоял, опершись на стену, и раз за разом нервно перечитывал рецепт снадобья. Руки тряслись, ноги едва держали, а глаза метались из стороны в сторону.

– Ну как? – обратилась ведьма к лекарю. – Будут какие-то проблемы с рецептом?

Михаил резко поднял голову и пристально посмотрел на девушку, словно боясь что-то ответить. Сухие губы дрожали, а лицо было удивлённым и испуганным. Снова взглянув на листок, он пару секунд смотрел в него, размышляя, но говорить не решался.

– Что с вами? – наконец задала вопрос Лилит, не понимая его испуга.

– Я н-не смогу сделать это с-с-снадобье, – заикаясь ответил доктор, и из рта вырвался нервный смешок.

Вырвав клочок бумаги из рук лекаря, Лилит прочитала список ингредиентов:

1. Ежевичный сок – добавит вкуса.2. Пыль с теневых грибов – придаст сил.3. Святой огонёк – уменьшит боли. 4. Костная мука – укрепляет кости.

5. Человеческая печень вырезанная у ещё живого человека – придаст сил внутренним органам.

– Какой странный рецепт… – удивилась девушка.

– Где я возьму человеческую печень? – испугано спросил лекарь.

Раздражённо потерев глаза, ведьма подумала и ответила:

– Мне кажется, это не проблема. Возьмите из темницы какого-то ублюдка и вырежьте её у него, а выживет он или нет, уже его проблема. Если же никого нет, то поищите на Кривой дороге разбойника. Разве жизнь преступника важнее жизни принцессы?

– Вы что? Это же богохульство какое-то! – продолжал отказываться Михаил. – Вырезать у живого… Этот рецепт писал какой-то дикарь или сумасшедший! Как я смогу давать принцессе такое пить?

– Если вы хотите, чтобы она умерла раньше, то прошу. А если нет, но сами резать у живого не хотите, то наймите кого-нибудь или попросите у стражника. Пусть он найдёт человека, отрежет эту сраную печень и отдаст вам на приготовление! Льюис точно согласится, слишком он покорный пёс, – раздражённо говорила ведьма, порядком устав от трясущегося Михаила.

Отдав листок доктору, Лилит в последний раз приказала действовать и направилась в сторону тронного зала, оставив непонимающего мужчину позади. Тому ничего не оставалось, как выполнить указания девушки.

Рука всё ещё сильно болела, но времени на её лечение не было, нужно было скорее всё рассказать королю. Вернер, как и ожидалось, сидел в тронном зале и общался с каким-то мужчиной в броне, не похожим на стража. На незнакомце был кожаный доспех, весь чёрного цвета, как небо, когда солнце заходит за горизонт, и мир погружается в вечный мрак. Тщательно сшитые пластины покрывали его спину, плечи и грудь, защищая их от лёгких ударов. На нагруднике был нарисован череп с ползающей в нём змеёй. “Инквизиторы”, – сразу проскочило страшное понимание в голове у Лилит. Чтобы не пугать народ, его броню прикрывал тёмно-серый плащ с капюшоном. На руках были прочные перчатки, а ботинки, сделанные из специального материала, обеспечивали комфорт и надёжность на каждом шагу, будь то через густой лес или по каменистой тропе. На поясе висел длинный, и верный своему хозяину, меч из серебра, несколько флаконов, то ли с ядом, то ли с исцеляющим эликсиром, и маленький, довольно незаметный кинжал. Деваться было некуда, и девушка, вся трясущаяся от напряжения, стояла рядом, дожидаясь Вернера и подслушивая их диалог, который уже подходил к концу:

– Я вас уверяю, господин Вильям, у меня в королевстве нет таких тварей. Я также, как и вы, не приветствую магию и людей, связанных с колдовством, – напряжённо оправдывался король перед инквизитором. – От всего королевства я выражаю вам благодарность за проделанную вами работу!

Вильям с подозрением посмотрел на короля и вдруг резко обернулся к Лилит, что вызвало у неё холодные мурашки по коже, а его лицо теперь надолго не давало ей покоя. Одного глаза у мужчины не было, лишь большой и глубокий шрам, который тот не прятал за повязкой, а всем показывал, пугая этим своих врагов и заставляя людей говорить более честно из-за страха, а может, отвращения. Усеянные пеплом густые и чёрные, как смола, волосы закрывали часть его лица, которое было гладко выбрито, будто он сделал это недавно. Выраженные скулы и большой сильный подбородок, словно наковальня, по которой бьют молотком. А по всему лицу было заметно ещё множество шрамов, говорящих только об одном – он закалённый воин.

Злые и пугающие глаза инквизитора лишь ненадолго взглянули в испуганные зрачки Лилит и снова вернулись к королю. Было неясно, известно ли Вильяму, кто за ним стоит, или он всего лишь мог догадываться, а может, даже не обратил внимания. Как бы то ни было, Лилит продолжала держаться на расстоянии, напряжённо слушая слишком громкое и тяжёлое дыхание инквизитора. Через пару секунд напряжённой тишины, Вильям продолжил:

– Вы же понимаете, что если солгали мне, и я узнаю, что вы защищаете этих тварей, то последствия для вас будут слишком велики! Я понятно выражаюсь? – строго спросил инквизитор, будто ему было плевать, кто перед ним.

– Я понимаю, господин Вильям, если будет какая-то информация, немедленно сообщу! – дрожаще ответил Вернер, которого также пугал этот тип.

– Прекрасно! Спасибо вам за понимание. Больше не смею вас задерживать, – дружелюбно говорил инквизитор, словно чувствуя страх присутствующих.

Посмотрев ещё пару секунд в уставшие глаза Вернера, незнакомец резко поклонился ему и поспешил к выходу, однако, встретившись снова взглядом с Лилит, заговорил с ней:

– Здравствуйте, миледи, выглядите просто великолепно! – сделал внезапный комплимент Вильям.

Собрав всю свою волю в кулак, скрывая испуг, девушка ответила инквизитору с наигранной любезностью:

– Спасибо вам, господин!

– А вы ничего странного или кого-то странного не замечали часом? – серьёзным тоном задал он вопрос.

– Простите, ничего такого не могу вспомнить! – легко ответила девушка, но губы её тряслись, и постоянно казалось, что Вильям всё знает.

– Хорошо, спасибо, – широко улыбнувшись, сказал инквизитор и пристально посмотрел в глаза Лилит. Та сразу их отвела в сторону, пытаясь скрыть нервозность.

– Господин Вильям, с вами всё хорошо? – вдруг вмешался Вернер, когда и ему стало некомфортно от ситуации.

Инквизитор тут же пришёл в себя, почесав морщинистый лоб.

– Всё чудесно, простите, задумался немного. До свидания, миледи, – резко попрощался инквизитор и быстро ушёл, оставляя после себя непонимание.

У Лилит тут же остался неприятный осадок, это ощущение в душе надолго. Вдруг он узнает, кто она, и вернётся. Сможет ли она ему сопротивляться? Он выглядел опытным и сильным, а ей ещё никогда не приходилось сражаться с инквизиторами. Правда ли они настолько опасны, как говорят?

– Неприятный тип. Прости, что не смог сообщить заранее, – резко проговорил Вернер. – А ещё я хотел извиниться за оскорбления. Устал просто от всего… – искренно сказал король, пытаясь подобрать слова.

– Ничего страшного, – без интереса ответила ведьма, наплевав на его извинения. – А что конкретно здесь делал инквизитор? Они не заходят в эти края, да вы и сами их не особо жалуете.

– Не знаю, может, решили расширять территории, – предположил Вернер. – Не впустить его я всё равно не мог, он цепной пёс Мержинского, а значит противостоять ему – то же самое, что разрезать себе горло кинжалом. Как бы то ни было, я вижу, тебе стало лучше. Ничего смертельного?

– Всё будет хорошо. А где Льюис? Он должен пойти помочь вашему лекарю со снадобьем, которое уменьшит боли и даст нам ещё времени.

Как только Лилит спросила про Льюиса, где-то позади послышались тяжёлые шаги металлического доспеха. Сэр Льюис, хоть и выглядел устало, но на лице сверкала яркая и облегчённая улыбка. Подойдя ближе, рыцарь попытался пожать ведьме руку, но та никак не среагировала, отчего он смущённо её убрал. Почему-то этот парень стал бесить её ещё больше: он вечно был слишком дружелюбным, легковажно относился к ней, хоть и было приятно от его беспокойства.

– Спасибо за помощь, герой, – саркастично проговорила Лилит.

– Я очень рад, что ты жива! Не представляешь, как я переживал, – продолжал радоваться рыцарь. – Но то, что ты вытворяла! Ух…

– Представляю… – раздражённо выдохнула ведьма.

– Успокойся, Льюис! – пригрозил Вернер. – И прошу, Лилит, расскажи уже, что знаешь! Можно ли спасти Талиссию?

Тяжело выдохнув, Лилит думала, как бы лучше рассказать всю историю, чтобы у короля внезапно не схватило сердце. Но собрав всё в уме, ведьма начала рассказывать: про лесного духа, про проклятие королевы, про сделку с магом пустоты, про последующее изгнание проклятого духа Сиренны и про способ избавления Талисии от этой “болезни”.

Король сидел в недоумении, и было непонятно, хотел ли он кричать, плакать или радоваться от того, что известно, как избавиться от проклятия и закончить страдания его дочери.

– Я н-н-не понимаю… Как она могла всё это сделать, а потом скрывать? Неужели Сиренна всегда была такой, почему же я не заметил? – задавал вопросы в голос Вернер, пытаясь всё осмыслить и найти ответ.

– Не переживайте, Ваше Величество, главное, что мы теперь сможем помочь принцессе Талисии, – успокаивал Вернера решительный Льюис. – Лилит, сколько у нас дней на спасение?

– Мало, по сравнению с опасностью. Недели или меньше, если, конечно, вашему лекарю хватит смелости вырезать печень у какого-то урода, а после сделать снадобье. Лучше, конечно, поторопиться.

– Так, так, так… – выдохнул король. – Слушайте мой приказ! Лилит, я выделю тебе комнату, еду, ванну и прислугу. Ты сможешь сегодня отдохнуть и залечить руку, а уже завтра утром отправишься на поиски мага, кем бы он ни был. А ты, Льюис, немедленно сходи к Михаилу и помоги ему с ингредиентами, потом приготовь всё для путешествия. Как всё сделаешь, сможешь отдохнуть или потренироваться. Поедешь с ведьмой, поможешь ей, – строго говорил Вернер.

– Но я могу и сама… – хотела было поспорить Лилит.

– Нет! – прервал девушку грозный голос короля. – Льюис поедет с тобой и поможет! Он один из опытных бойцов, и я не хочу, чтобы тебя убили, потому что врагов было больше. Хоть смогу от его вечной защиты передохнуть пару дней, – с облегчением сказал Вернер, пытаясь пошутить.

Льюис же никак не отреагировал, но Лилит была уверена, что внутри его распирало от радости.

– Свободны! А мне нужно ещё раз всё обдумать…

Следуя за служанкой, Лилит всё больше обращала внимание на интерьер замка; наконец, у неё было на это время. По стенам висели не только картины Вернера и его семьи, но и прошлых правителей и их семей. Все они выглядели по-разному, кто-то был старше, кто-то моложе. Кто-то не всегда отдавал всё лучшее народу, поэтому художнику, пишущему их портреты, пришлось очень постараться, чтобы вписать такую здоровую рожу, ещё и сделать это пропорционально. Все полотна были украшены золотой рамой и висели примерно полметра друг от друга. Лилит всё не могла понять, почему до сих пор висят портреты прошлых правителей, хотя, по большей части, ей было всё равно: на правителей, на их политику, на обустройство замка и всё, что с ними связано. Рассматривая портреты, она думала о том, как сильно их жизнь отличается от её собственной. Она никогда ни от кого не зависела, и ей это нравилось, и даже теперь её будущее зависело от неё самой. Мечта ведьмы стоила того, чтобы убить какого-то обезумевшего старика, который связался с пустотой.

Замок всё же был небольшим, как снаружи, так и внутри. Скорее, он был запутанным, как чёртов лабиринт. Родной лес с множеством деревьев, горбов, камней и кустов был не так извилист, как коридоры, комнаты и этажи в крепости, а ещё были скрытые комнаты. Весь замок был построен так, чтобы при нападении можно было спрятаться в нём. Несмотря на такое неудобное устройство, на Королевство Озруэль и его крепость нападали всего-то несколько раз. Шайка наглых наёмников, собиравшихся устроить переворот и захватить власть, какие-то безумные сектанты, считавшие, что весь остров – это место призыва какого-то демона. Однако самое страшное – это вторжение жестоких варваров с юга. Множество мерзких и кровожадных дикарей обрушились, как холодный ливень, на город и замок, убивая всех, кто попадётся на их пути, сжигая дома вместе с теми, кто был внутри. Без колебаний брали в плен женщин и детей, а потом подвергали их насилию, сразу после этого убивая. Это была не славная битва, а кровавая бойня. Половина стражи как всегда отбивалась от морских чудищ, пока вторая, почти полностью состоящая из новичков, пыталась что-то сделать с варварами. В конце концов, королевство смогло отбиться и уничтожить нападавших, не без помощи соседних государств и наёмников, конечно же.

За всеми раздумьями Лилит не заметила, как они со служанкой уже пришли к её новой комнате.

– Прошу, госпожа, располагайтесь. Если вам что-то нужно, зовите, – послушно сказала служанка, одетая в чёрное платье с белым фартуком и с косынкой на голове.

– Спасибо. А можете подготовить ванну? И одежда другая не помешала бы, а то моя совсем изношена уже, – тоскливо проговорила ведьма.

– Конечно! Как всё будет готово, я вам сообщу!

Послушно поклонившись, служанка тут же вышла из комнаты. Снова оставив Лилит наедине со своими мыслями, по крайней мере, на какое-то время. По правде говоря, она привыкла к уединению в своём лесу. Девушка уже и не помнит, когда ей было тоскливо из-за этого, но её это нисколько не заботило. “Жить одному проще, не нужно ни за кого переживать, и мороки меньше”, – именно так всегда думала Лилит. Какая-то невыносимая усталость напала на ведьму. И это несмотря на то, что она проспала больше дня. Что делать, она не знала, время шло медленно, а мысли перескакивали с одной темы на другую, при этом не давая ни одного ответа. Думать было крайне тяжело, а опухшая рука, которую девушка не могла вылечить магией, делала всё хуже. Наконец-то, спустя долгое, по ощущениям, время служанка вошла в комнату, и всё мгновенно прошло. Помутнение рассудка слегка насторожило Лилит, но всё-таки она немало сил потратила на изгнание духа. Усталость и недостаток сил давали о себе знать.

– Госпожа, ванная и одежда готовы. Мне пришлось залезть в гардероб покойной королевы, надеюсь, вам подойдут её наряды! – радостно сказала служанка.

– Спасибо за помощь.

А Льюис же в это время помогал лекарю Михаилу, а если точнее, пытался помочь. Старый врач так разволновался из-за “специального” ингредиента, что у него самого закружилась голова и подскочило давление.

– Прошу, Сэр Льюис, я не смогу. Сделайте всё за меня, я бы правда с радостью помог принцессе Талисии, но вы же видите! – умолял рыцаря о помощи Михаил, лёжа на кровати и постоянно ахая.

– Успокойтесь, а то ещё помрёте, – успокаивал Льюис лекаря. – Я готов на всё ради принцессы, а убить какого-то подонка, тем более, не проблема! – решительно сказал рыцарь.

– Ох, Святые, простите его! Славно, что вы согласились взять всё на себя, но убивать его не надо! Просто нейтрализуйте, свяжите и принесёте мне в кабинет, всё будем делать там. А после обязательно сходите на исповедание к отцу Матвею! – строго сказал лекарь, но увидев подозревающий взгляд Льюиса, сразу болезненно простонал, схватившись за сердце.

Спустившись в темницу, Льюис первым делом поприветствовал сидевшего надзирателя и стал расспрашивать о заключённых. Страж рассказал, что почти все они безобидные. Один своровал козу у соседа среди ночи, но та не вовремя закричала и выдала неуспешного вора. После чего сосед догнал неудачника и сломал ногу. Второй же сделал костёр для того, чтобы погреться и случайно поджёг стойло с лошадьми, отчего одна убежала и сбила с ног стража. Третий пил с братом, разбил себе об голову бутылку и попытался задушить брата, но голова не выдержала, и он отключился, не закончив дело. А посадили его, чтобы защитить от рассерженного брата и чтобы протрезвел. Все эти истории звучали как анекдот, но это было даже к лучшему, говоря о слабой преступности. Однако всё же был подходящий тип, о котором страж говорил с омерзением в голосе.

– Мерзавец пытался устроить резню, бегая по улице и рубя всех ржавым топором. Несколько пострадавших, но к счастью, жить будут. Стража его быстро задержала и оказалось, что он обезумел из-за смерти своей собаки, которая была с ним с самого рождения. Мы его держим, чтобы потом показательно казнить, но думаю народ поймёт, если он подойдёт для чего-то получше, – рассказывал надзиратель удивлённому от историй Льюису.

– Народу бы только крови, пусть выдумает себе другие занятия. Ладно, давай вязать этого придурка, – устало скомандовал Льюис.

Только подойдя к нужной камере, к носу Льюиса тут же донёсся мерзкий смрад, от которого в носу закололо, а с глаз пошли горькие слёзы. Подойдя ближе, он снова поразился, но уже от увиденного. В помещении горела только одна приглушённая свеча, но даже этого было достаточно, чтобы раскрыть весь ужас маленького помещения. Все стены были покрыты фекалиями, бурого, серого и зеленоватого цвета, а на полу был сделан круг из мочи. Даже потолок не остался в стороне. Псих как-то смог дотянуться туда не только грязными руками, но и струёй мочи, сделав там странные надписи. Однако в камере имелся туалет, к которому он даже не дотрагивался, оставаясь самым чистым, что было в камере. Койку было и вовсе не узнать, матрас был весь чёрный, с пятнами зелёного, а сам заключённый сидел на нём и что-то ел из грязной миски. Как бы Льюис не хотел, но он смог рассмотреть наложенную кучу дерьма, покрытую мертвыми мухами и тараканами. Не обращая внимания, псих сладко поедал свои испражнения, словно это был дорогой деликатес.

– До чего же мерзкий ублюдок… – пробурчал раздражённый надзиратель, чем привлёк внимание заключённого.

Положив миску на матрас, он медленно встал на худые ноги, которые едва его держали, но стремительно подошёл к клетке.

– Доброе утро, начальник! Доброе утро, Сэр Льюис! – дружелюбно улыбаясь, заключённый раскрыл гнилую пасть, в которой осталось лишь парочка почти чёрных зубов.

От увиденного Льюис и вовсе забыл, для чего сюда пришёл. Мозг отключился, пытаясь выбросить, спрятать и забыть увиденное. Место битвы, полностью покрытое мёртвыми телами и пахнущее кровью и гнилью, было не так отвратительно, как маленькая камера с одним безумцем внутри. Организм парня больше не стал терпеть, и благородный рыцарь, совсем не благородно, начал блевать, очищая свой желудок от вкусного завтрака. На что довольный заключённый громко засмеялся. Через рвотный позыв Льюис пытался извиниться перед надзирателем, но ничего не получалось. В конце концов, стражник просто вошёл в камеру, закрыв нос, и одним тяжёлым ударом оглушил больного заключённого, связав его. Льюис, едва сдерживая отвращение и другие позывы организма, понёс заключённого к лекарю Михаилу, перед этим вылив на него пару вёдер воды, чтобы хоть как-то очистить вонючее и грязное тело. А пока шёл к лекарю, раздумывал, кто же будет убирать ту страшную камеру, казавшуюся хуже, чем сама пустота.

Первым в кабинет Михаила вошёл разгневанный Льюис, от которого, несмотря на доспехи, ощущался легкий запах дерьма. За ним следом он закинул мокрого и связанного заключенного на пол. Лекарь, успокоившись и попивая горячий чай, заметил его.

– Вижу, что нашли нужного кандидата, – радостно проговорил Михаил, убирая книгу в сторону.

Однако злой взгляд рыцаря тут же устремился на него, и теперь Михаил не мог сделать даже маленький глоток. Кожа Льюиса позеленела от тошноты, из носа постоянно текли сопли, не давая нормально дышать. Михаил побледнел, понимая, что рискнул разозлить рыцаря.

– Нашел… – скрипя зубами ответил Льюис. – Надеюсь, с вырезанием Вы справитесь сами, доктор? – вены на голове рыцаря набухли от напряжения.

Михаил тут же похлебнулся чаем и тяжело охнул, схватившись за сердце. Льюис понимал, что тот блефует, но противоречить старому лекарю не хотел – вдруг и правда не выдержит.

– Я же говорил, что не смогу! – начал лекарь, сразу положив на себя тряпку, смоченную в холодной воде.

– К чёрту вас, говорите, что делать, – решился рыцарь, понимая, что это будет куда проще.

После увиденного ему уже было всё равно. Разрезать ещё живого человека, а после вырезать его печень теперь не казалось таким мерзким и богохульным делом. Привязав очнувшегося психа к столу, рыцарь закрепил ему руки, ноги, тело и шею, а также поглубже засунул кляп в вонючий рот. Сняв доспехи и надев халат, парень приготовился к операции. Держа в трясущейся руке тонкий нож, Льюис напряженно смотрел на Михаила, который лишь кивнул головой, приказывая начинать. Смотря в глаза заключенного, Льюис хотел увидеть хоть часть человеческого благоразумия, но видел лишь мрачную пустоту. Было ясно, что человек полностью потерял рассудок, и теперь резать его было не так тяжело.

Раскрыв грязную рубаху психопата, Льюис легко проткнул брюхо узника ножом. Лицо безумца скривилось в агонии, а из глаз пошли слёзы, смешавшиеся с дерьмом. Его зубы сильно сжали кляп, готовые прямо сейчас рассыпаться и залить кровью гнилой рот. Не став больше медлить, Льюис быстро разрезал живот, и на лицо брызнула алая кровь, запачкав глаза. Михаил, до этого сидевший на стуле и со страхом наблюдавший за происходящим, наконец-то решился на действие. Подбежав к рыцарю, он вытер кровь с его глаз, и парень смог продолжить операцию. Времени на промедление не было, ведь заключённый в любой момент мог умереть. Льюис закрепил разрезанную плоть крючками и запихнул руку во внутренности психа, пытаясь нащупать печень. Но найти её или схватить никак не получалось, даже несмотря на подсказки Михаила. В голове не оставалось ни одной мысли, кроме как найти нужный орган. В этот момент желудок Льюиса снова не выдержал, и новая струя рвоты моментально вышла, однако рыцарь успел отвернуться и вырвать в ведро, которое вовремя подставил Михаил. Но даже тогда руку из внутренностей заключённого он не убирал, всё ещё пытаясь нащупать печень.

– Льюис, прошу поторопитесь! Мне кажется, он сейчас погибнет! – торопил парня паникующий Михаил.

Сдерживая новые рвотные позывы, Льюис зло посмотрел на врача и тоже начал кричать:

– Прошу, заткнитесь нахер! Где, вашу мать, эта печень?

– Справа, справа! Прошу, поторопитесь! – продолжал нервничать лекарь.

“Твою мать, я ненавижу этот день!” – думал Льюис, когда, наконец, нащупал что-то похожее на нужный орган. Резко схватив печень, рыцарь моментально отрезал всё, что её соединяло с телом, запачкав себя кровью, и отдал её напряжённому Михаилу. Тот бросил внутренность на доску для разделки и принялся кромсать её, как капусту, после чего высыпал в котелок к остальным ингредиентам. Льюис, сидя рядом с ведром, чувствовал, что больше не может блевать. Только что умерший заключённый лежал с гримасой полной агонии, а из его рта и брюха медленно, но густыми струйками текла кровь.

– Сколько мне придется молиться и просить у Святых прощения за всё это дерьмо? – обдумывал, полностью разбитый сегодняшним днём, Льюис.

– Не переживайте, я думаю, Вы им нравитесь, а значит, вас не станут наказывать, – успокаивал рыцаря Михаил, добавляя последние ингредиенты к котелку и медленно перемешивая вонючее содержимое.

– Подождите, а разве мы не могли его просто вырубить, чтобы он не испытывал такую мучительную боль? – вдруг задумался Льюис, пристально глядя в лицо заключённого.

– Ну, это уже моя оплошность… – виновато сказал лекарь, почесав голову. – Лучше смойте с себя кровь и передохните, а как всё будет готово, я позову.

– Ну хоть что-то хорошее за сегодня, – выдохнул Льюис и направился на выход, стараясь не вдыхать дурной запах крови.

Сидя в бадье, полной теплой воды, Лилит размышляла о будущем. Вернер, как и большинство правителей, боялся инквизиторов. Их указ мог обезглавить любого в мгновение ока, независимо от статуса. Сможет ли он помочь девушке в сопротивлении им? Получится ли возглавить борьбу, набрав союзников и единомышленников? Скорее всего, нет. Но лучше было не думать об этом сейчас, ведь впереди и так ждали трудности. Еще был Льюис, добрый и славный парень, но слишком наивный и, казалось, глупый. Он мог только мешать и раздражать Лилит, но выбора не было. Хоть слово короля и не указ для ведьмы, для будущего нужно поддерживать с ним хорошие отношения. Он должен доверять Лилит, а для этого

Аккуратно омывая ещё не до конца затянувшуюся рану, Лилит пыталась исцелить её магией, но сил и энергии по-прежнему не хватало. Смыв пену с головы, девушка положила голову на край бадьи и продолжила размышлять о своей мечте. Если всё-таки удастся заручиться поддержкой Вернера, сможет ли он возглавить сопротивление? Не предаст ли её старый король, почувствовав слабость или большую угрозу? Инквизиторы и их деятельность ему не нравились, но они ему и не мешали. Зачем же ему рисковать, когда и так всё не особо гладко?