Текст книги "Лекарство Во Мраке (СИ)"

Автор книги: Максим Пурпурный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

– Придётся прыгать с крыши на крышу, – решительно сказала Лилит, указывая на соседнее здание.

Льюис оценил расстояние и кивнул, соглашаясь с её планом. Он подошёл к Пьеру, обнял его за талию и поднял на ноги.

– Лилит, иди первой, я прикрою, – сказал рыцарь, тяжело дыша.

Девушка кивнула и, сделав глубокий вдох, бросилась вперёд. Она прыгнула, и, хотя её ноги на мгновение соскользнули по краю крыши, она сумела удержаться и быстро подняться. Она оглянулась, чтобы увидеть, как Льюис помогал Пьеру пересечь этот опасный путь. Бард, несмотря на свою слабость, держался изо всех сил, сжимая руку рыцаря. Льюис, держа Пьера одной рукой, аккуратно привёл его к краю крыши. Они оба выглядели усталыми, но решительными. С отчаянной решимостью рыцарь подтолкнул барда вперёд, и тот, сделав слабый прыжок, едва не сорвался, но Лилит успела подхватить его и помочь встать на ноги. Льюис, не теряя времени, сам перескочил на соседнюю крышу.

– Держись крепче, Пьер, мы почти на месте! – крикнула Лилит, оглядываясь и видя, как солдаты неуверенно начали преследовать их по крышам.

Они продолжали свой путь, прыгая с крыши на крышу. Каждый прыжок давался всё труднее, особенно Пьеру, которому явно не хватало сил. Лилит и Льюис поддерживали его, подталкивая и помогая сохранять равновесие. Когда они добрались до последней крыши, с которой был виден замок и конюшни, ведьма заметила, что одна из крыш была слегка наклонена, образуя своего рода спуск. Это был единственный путь вниз, который не требовал бы ещё одного прыжка.

– Льюис, мы сможем спуститься здесь! – крикнула она, указывая на склон.

– Ты с Пьером идите первыми! – скомандовал Льюис, подталкивая их к краю.

Лилит, держа Пьера за руку, осторожно начала спускаться, используя руки, чтобы держаться за края и выступы. Бард следовал за ней, спотыкаясь и тяжело дыша. Льюис последовал за ними, бросив последний взгляд на приближающихся солдат. Когда они, наконец, спустились на землю, девушка помогла барду встать, а рыцарь быстро огляделся, чтобы убедиться, что их путь свободен.

– Быстрее, к конюшне! – крикнул Льюис, и они, не оглядываясь, побежали в сторону замка.

Тёмные тучи сгущались, а ветер становился ещё холодней. Каждый шаг давался с трудом, но они не останавливались, зная, что за ними идут люди Мержинского. Впереди, в свете факелов, показались силуэты конюшен – их надежда на спасение.

Вбежав в конюшню, Льюис сразу же запер дверь, притянув к ней тяжёлый шкаф, чтобы укрепить преграду. Этот резкий звук и движения напугали спящих лошадей, которые начали нервно ржать и топтаться на месте, их глаза блестели в полумраке от страха.

– Причина тряски, лошадки? – с лёгкой улыбкой спросил Пьер, одной рукой прижимая рану, а второй поглаживая рыжую лошадь, пытаясь её успокоить.

Льюис настороженно взглянул на Пьера, затем на Лилит, которая подошла к статному чёрному коню, внимательно осматривая его.

– Мне кажется, его уже понесло? – с сомнением в голосе спросил Льюис, озираясь по сторонам в поисках способа открыть большие амбарные двери, ведущие наружу.

– Он просто много крови потерял, но должен справиться, – ответила Лилит, бросая на Пьера успокаивающий взгляд. Она знала, что сейчас им нужно сосредоточиться на выходе из города. – Эти лошади нас выручат, – продолжила она, подойдя к чёрному коню и ласково поглаживая его гриву. Лошадь встряхнула головой, успокаиваясь под её нежным прикосновением.

Льюис, наконец, найдя рычаг, управляющий амбарными дверями, с усилием его потянул. Двери медленно начали открываться, пропуская в конюшню холодный ночной воздух и капли начинающегося дождя. Лошади, почувствовав свободу, стали ещё беспокойнее.

– Быстрее, давайте выведем их наружу, – торопил Льюис, подгоняя Лилит и Пьера.

Лилит, умело управляя чёрным конём, повела его к выходу. Льюис следовал за ней, ведя белого жеребца, а Пьер, хоть и слабый, сумел забраться на спину рыжей лошади с помощью ведьмы.

– Держись крепче, Пьер, мы скоро выберемся отсюда, – подбодрила его Лилит, оглядываясь на Льюиса, который закрывал двери амбара после их выхода.

– Надеюсь, нас никто не заметил, – пробормотал Льюис, садясь в седло и направляя лошадь в сторону выхода из города.

Холодный дождь усилился, усложняя видимость и заглушая звуки. Впереди, в тумане и каплях дождя, появилась таинственная фигура, которая тут же вызвала мурашки у Лилит. Это был Вильям, с лёгкой улыбкой на лице, словно он наслаждался их новой встречей.

– Снова этот мудак! – выругался Льюис, вытаскивая из ножен меч.

– Пьер, ты сможешь сам уехать? – быстро спросила Лилит, вынимая меч, руны которого стали светиться ярче.

– Смогу, только вы аккуратней! – тихо проговорил бард, оборачиваясь на Льюиса и Лилит. Затем он помчался прочь, крича им вслед: – Спасибо! Спасибо!

Вильям, сняв плащ с капюшоном, выпрямился, демонстрируя свою грацию и силу. Он медленно подошёл ближе и встал в боевую стойку. Льюис, следуя его примеру, внимательно наблюдал за каждым движением упрыя.

– Мы справимся! – решительно сказала Лилит, вставая в боевую стойку. Она начала обходить Вильяма, стараясь найти лучший угол для атаки. Их взгляды встретились, и в воздухе повисло напряжение.

Вильям, с лёгкой усмешкой, поднял руку и сделал жест, приглашающий их атаковать. Лилит и Льюис обменялись быстрыми взглядами, понимая, что снова будет непросто.

Бой начался мгновенно. Вильям, двигаясь с невероятной скоростью, первым атаковал Льюиса. Их мечи столкнулись с оглушительным звоном, и рыцарь почувствовал силу удара, отдавшуюся в руках. инквизитор оказался невероятно силён и быстр, его движения были точны и смертоносны. Всё было куда сложнее, чем прошлый раз. Льюис, блокируя удары, едва успевал реагировать на атаки, его глаза были полны решимости, но он понимал, что противостоит врагу, который явно превосходит его. Лилит, воспользовавшись моментом, атаковала с другой стороны. Её меч, освещённый магическими рунами, с шипением рассекал воздух. Она старалась атаковать с тыла, пытаясь отвлечь Вильяма, но тот, словно предугадывая её движения, внезапно обернулся и отбил удар. Лилит едва успела отскочить назад, избежав мощного удара, который мог её убить.

– Любимая, я поговорю с тобой потом! А пока-что не мешай! – насмешливо произнёс Вильям, его голос был полон холодной уверенности. – Больше не позволю себя одурачить!

– Заткнись нахер! – выкрикнул, порядком уставший Льюис.

Лилит нанесла серию быстрых ударов, каждый из которых был направлен на уязвимые места, но Вильям с лёгкостью отражал их. Его движения были плавными и уверенными, он словно танцевал в этом бою, играя с противниками. Льюис, видя, что ведьма в опасности, попытался снова атаковать, но упырь с невероятной силой отбросил его в сторону, ударив об стену конюшни. Рыцарь упал на землю, но быстро поднялся, не собираясь сдаваться. Лилит, понимая, что стандартные атаки неэффективны, решила использовать магию. Она сосредоточилась, и руны на её мече засветились ярче. С громким криком она начала проговаривать заклинание, которое ей говорила София.

– Mae'n galw'r golau sy'n rhwygo'r tywyllwch ac yn datgelu'r gwir natur o fywyd i mi! – выкрикнула она, и из меча вырвался острый поток света, который словно разрезал само время и пространство.

Магическое лезвие обрушилось на Вильяма, заставив его отступить на несколько шагов. Но, к их ужасу, инквизитор лишь усмехнулся, отряхивая с себя поднявшуюся пыль.

– И это легендарный меч? Стоит потренироваться, милая! – прошипел он, приближаясь к Лилит.

Внезапно он рванул вперёд, намереваясь ударить Лилит, но Льюис, собрав последние силы, бросился на инквизитора, с криком нанося удар. Меч прошёл вскользь, едва ранив инквизитора, но этого хватило, чтобы остановить его атаку. Разъярённый вмешательством, Вильям пнул Льюиса в живот, а затем ударил его рукоятью меча по спине, бросив на землю. Кровожадно улыбнувшись, инквизитор повернулся к испуганной и тяжело дышащей Лилит. Осознавая, что шансы на победу малы, ведьма снова решила использовать меч, вложив в него все свои силы.

– Mae'n galw'r golau sy'n rhwygo'r tywyllwch ac yn datgelu'r gwir natur o fywyd i mi! Mae'n galw'r golau sy'n rhwygo'r tywyllwch ac yn datgelu'r gwir natur o fywyd i mi! Mae'n galw'r golau sy'n rhwygo'r tywyllwch ac yn datgelu'r gwir natur o fywyd i mi! – кричала она, вызывая магические лезвия, которые становились каждый раз всё слабее.

Отбивая без интереса магические лезвия, Вильям не заметил, как Лилит стремительно бросилась к нему. Поздно заметив, инквизитор также решил рвануть на неё, но внезапно его ноги оплели магические корни, удерживая его на месте. Ведьма, воспользовавшись моментом, рывком оказалась рядом и вонзила меч в грудь упыря, однако он успел остановить удар рукой и отбросить оружие в сторону.

– Грязная шлюха! – закричал инквизитор, пытаясь разрубить Лилит, но поток огня в лицо остановил его.

Придя в себя, Льюис стремительно подбежал к горящему инквизитору, и одним мощным ударом отрубил Вильяму голову. Та, словно горящий валун, покатилась по грязи, а тело замертво упало на землю. Лилит, тяжело дыша, отступила на несколько шагов, уставше опуская меч.

– Лилит, нужно ехать! – выкрикнул Льюис, запрыгивая на лошадь.

Девушка, ещё несколько секунд со страхом смотрела на бездыханное тело вампира и его горящую голову, но потом решила не медлить. Сев на лошадь, она помчалась за Льюисом. Позади раздавались крики солдат, прибывших слишком поздно, чтобы остановить их. Из-за дождя они не могли разглядеть беглецов, как и те их.

Сквозь дождь и узкие улочки они приблизились к выходу, но издалека уже было видно множество солдат и закрытые ворота. Спрятавшись за углом дома, Льюис пытался придумать план, но усталость и стресс мешали сосредоточиться.

– Хоть сил и мало, но я могла бы попытаться выбить ворота корнями, – предложила Лилит.

– Нет! Это слишком опасно, нужно что-то другое, – засомневался Льюис.

– У нас нет времени на раздумья, – решительно ответила Лилит. Она спрыгнула со своей лошади, приказав ей убежать, и подсела вперёд к Льюису. – На три начинай бежать прямо к воротам! – приказала ведьма.

– Ох, надеюсь, мы не умрём настолько глупо после такого жестокого боя, – проговорил рыцарь, крепче схватив поводья.

– Один… Два… Три! – резко крикнула Лилит, и Льюис помчался на лошади.

Чуть не сбив несколько солдат, Льюис и Лилит мчались к воротам. Охрана, несмотря на дождь, начала стрелять из арбалетов, но болты пролетали мимо, едва не задев головы беглецов. Внезапно Лилит вскрикнула, и из её носа потекла густая кровь, словно из фонтана.

– Блять! – выругалась ведьма, схватившись за нос.

Испуганная лошадь, почувствовав страх ведьмы, затряслась, и острый арбалетный болт попал ей прямо в ногу, пробив её насквозь. Лошадь болезненно заржала, но уже было поздно. Магические корни, вызванные Лилит, не пробили ворота, а подняли рыцаря и ведьму вверх, пронося их прямо над стенами замка. Удивленным и испуганным солдатам ничего не оставалось, как смириться с побегом предателей. Корни мягко опустили их на землю. Лошадь, несмотря на рану, понеслась вперёд, увозя напряжённого Льюиса и обессилевшую Лилит. Рыцарь одной рукой поддерживал ведьму, тихо успокаивая её. Восхищённый её силой и храбростью, он преисполнился ещё большей решимостью. Хоть и красивый, но такой чужой город остался позади, вместе с его жестоким правителем.

Дождь всё не прекращался, а казалось, становился всё сильнее и опаснее, стремясь помешать Льюису и Лилит добраться до безопасного места. Лошадь, на которой они ехали, начинала уставать; её копыта скользили по грязной тропе, словно она была красной ковровой дорожкой, ведущей через узкую и запутанную тропинку. Гром и прерывистое, тяжёлое дыхание ведьмы били по ушам рыцаря, усиливая его беспокойство. Боль, пронизывающая его тело, напоминала молнии, возникающие внезапно и пугающе. Льюис всё продолжал бороться с усталостью, но его руки начали слабеть, а сильный ветер сбивал с пути. В одно мгновение мир перевернулся. Кобыла, испустив болезненное ржание, поскользнулась и покатилась по обрыву, увлекая за собой всадников. Рыцарь, крепко схватив девушку, прижал её к себе, стараясь защитить её от ударов о каменистую землю и сломанные деревья. Их падение было долгим и мучительным. Льюису чудом удалось избежать серьёзных травм, но падение оставило на нём множество царапин и синяков, несмотря на доспехи. Лошадь, вскрикнув от боли, замертво упала. Слегка оглушённый падением, парень с трудом поднялся, удерживая Лилит на руках. Девушка по-прежнему была без сознания, а её дыхание было тяжёлым и прерывистым. Рыцарь осторожно уложив её на мягкий мох, принялся осматривать на предмет травм. Облегчённо выдохнув, он понял, что, несмотря на бессознательное состояние, ведьма была жива. Она тихо шептала неразборчивый бред, её лицо было бледным. Оглядевшись, Льюис понял, что они оказались в небольшой ложбине, окружённой высокими склонами, защищавшими их от ветра и проливного дождя. Это место казалось укромным и безопасным, идеальным для того, чтобы перевести дух и восстановить силы. Но ливень продолжал барабанить по деревьям, создавая угнетающую атмосферу, как будто сама природа выступала против них, не давая расслабиться.

Неприятный холод проникал до самых костей, усиливая боль и усталость. Льюис знал, что без тепла и укрытия их состояние быстро ухудшится. Собрав волю в кулак, он нашёл и срубил несколько сухих веток, соорудив небольшой костёр, окружив его камнями, чтобы защитить от ветра. Пальцы дрожали от холода, но он продолжал высекать искры из кремня. Наконец, спустя несколько долгих минут, костёр разгорелся, наполнив ложбину тёплым светом. Лилит по-прежнему лежала без сознания, её лицо оставалось бледным, дыхание – слабым, но ровным. Она казалась хрупкой и уязвимой, и Льюис чувствовал ответственность за её жизнь. Он снял свою накидку и укрыл её, стараясь согреть и защитить от холода. Сев рядом, он обхватил руками колени и смотрел на пламя, надеясь, что утро принесёт им облегчение и силы для продолжения пути. Однако каждое движение отдавалось невыносимой болью, которая усиливалась с каждым усилием. Он прижал палку к зубам, чтобы заглушить свои крики, и медленно снял часть нагрудника. С мерзким хлюпающим звуком с доспеха оторвалась часть плоти, пробитая сломанным ребром. Из раны хлынула кровь, оставляя тёмные пятна на его теле и земле. Всё туловище было покрыто ссадинами, ушибами и кровавыми пятнами, но всё это казалось мелочами по сравнению с торчащим из груди куском ребра. Обломанный кончик остался на нагруднике, а основная часть торчала прямо из тела. Льюис быстро схватил пузырёк с водкой и залил её в рану. Боль пронзила его тело, жидкость щипала и жгла, убивая бактерии и предотвращая возможное заражение. Он не смог сдержать крик, который разнёсся по округе, но был заглушён шумом дождя и громом. Лилит всё ещё не приходила в сознание, её тело было неподвижно, а лицо – спокойным. Понимая, что удалять обломок самостоятельно слишком опасно, Льюис решил зафиксировать его, чтобы предотвратить дальнейшие травмы. Он разорвал рубашку на полосы и аккуратно обмотал их вокруг груди, создавая повязку, которая плотно прилегала к телу и сразу пропиталась кровью. Это помогло удерживать обломок ребра на месте, предотвращая его движение и уменьшая боль. Закончив с перевязкой, Льюис снова посмотрел на Лилит, убеждаясь, что она всё ещё без сознания, но дышит ровно. Ему становилось спокойнее, зная, что она не пострадала при битве с Вильямом, но также было ясно, что она ещё не готова к серьёзным схваткам.

Наполнив сумку листьями, Льюис аккуратно положил её под голову Лилит и пододвинул её поближе к тёплому костру. Огонь, танцующий в такт треску сухих дров, освещал их лица мягким, мерцающим светом, создавая иллюзию уюта посреди дикой природы. Рыцарь, чувствуя усталость, сел рядом с девушкой и допил остатки водки, которая теперь служила ему и лекарством, и успокоением. Он старался оставаться неподвижным, чтобы не усугубить боль в боку, но лёгкое покалывание и пульсация в ране не давали ему полностью расслабиться. Осторожно поглаживал Лилит по голове, Льюис ощущал, как её волосы скользят между пальцев. Это простое действие помогало ему согреть озябшие руки и отвлечься от боли. Вдруг парень почувствовал, как его живот громко заурчал, требуя пищи. Это было неприятное напоминание о том, что они давно не ели и что их силы будут иссякать быстрее. Решив сначала немного отдохнуть, Льюис медленно прилёг рядом, погружаясь в недолгий сон, надеясь, что проснувшись, найдёт силы обеспечить их безопасность.

Лилит снова оказалась на знакомой поляне, окутанной загадочной и мистической атмосферой. Туманные деревья возвышались вокруг, создавая ощущение замкнутого пространства, а яркое солнце едва пробивалось сквозь плотный туман, придавая месту сюрреалистический вид. Всё вокруг дышало тайной, и Лилит сразу поняла, что её присутствие здесь не случайно. Усталость и тяжесть от происходящего накапливались, словно свинцовый груз, давя на её плечи. Из глубин тумана медленно появился силуэт Святой Мираны. Её светлая аура пронзила серую пелену, как свет маяка в ночи. Лилит, увидев её, вспыхнула гневом, её голос прорезал тишину:

– Что ты снова от меня хочешь, мать твою! – выкрикнула ведьма, сжав кулаки. Но как только попыталась сделать шаг вперёд, её пронзила резкая боль, сковавшая тело.

Мирана, с непоколебимым спокойствием и мягкой улыбкой, произнесла:

– Милая Лилит, не стоит на меня злиться, – её голос был мелодичным, но пронизанным силой. – На все твои вопросы я отвечу позже, когда придёт время. Однако сейчас… Сейчас тебе нужно собраться и подготовиться к бою. У Талисии осталось крайне мало времени. Если хочешь изменить судьбу, придётся отбросить всё лишнее и пожертвовать собой. Тогда твоя душа сможет возвыситься.

Лилит, изнемогая от боли и гнева, прошептала:

– Сраные загадки… Зачем? – её голос дрожал, глаза горели отчаянием. – Зачем ты всё это мне говоришь? Мало времени, я и так знаю! Кроме лжи и загадок, больше ничего не умеешь?

Мирана, слегка нахмурившись, сдержанно ответила:

– Успокойся, милая Лилит! – в её голосе прозвучала нотка укоризны. – Сейчас ты очнешься и пойдёшь к Асмодею, чтобы снять проклятие. Даже не пытайся с ним говорить, договориться или принять его сделку. Бой будет непростым, поэтому научись уже пользоваться этим мечом. Неужели я зря потратила на это свои силы и поглотила его душу…

Но внезапно её слова стали заглушаться, словно невидимая сила помешала их услышать. Лицо Мираны изменилось, выражая страх и напряжение, как будто она случайно раскрыла тайну. Лилит почувствовала, как её голова наполняется гулом, и затем погрузилась в темноту.

Проблески черного и белого создавали фантастическое зрелище, напоминая великолепное звёздное небо. Среди этой небесной панорамы можно было различить загадочные фигуры, символы и падающие звёзды. Казалось, времени было достаточно, чтобы загадать заветное желание, пока космический огненный объект не растворился в воздухе. Всё вокруг выглядело настолько реальным, что Лилит почти чувствовала, как могла бы дотронуться до каждой звезды. Они казались мягкими, как будто сделаны из печенья с нежным ароматом, словно их с любовью испекла бабушка. Возникло непреодолимое желание откусить хотя бы маленький кусочек, но как только она протянула руку, стало ясно, что это невозможно. Внезапно всю эту космическую эйфорию прервала крупная грязная капля, чудом пробившаяся сквозь листву. Она с тяжёлым, почти болезненным ударом упала на лицо спящей Лилит, мгновенно возвращая её в реальность. Капля была ледяной, и от её прикосновения ведьма моментально проснулась, ощутив на себе всю тяжесть и холод неожиданного пробуждения.

– Льюис? – испуганно позвала Лилит, поднимаясь с земли и осматриваясь вокруг.

Она находилась в небольшой ложбине, укрытой от внешнего мира огромными деревьями с раскидистыми кронами. Ветви деревьев переплетались высоко над головой, создавая густой зелёный купол, сквозь который едва пробивался свет. Земля в ложбине была покрыта мягким ковром из мха и опавших листьев, а воздух был наполнен запахом влажной земли и лесной зелени. Рядом с ней тускло горел костёр, жар которого согревал небольшое укрытие. На костре жарился толстый кусок мяса, источая аппетитный аромат. В тишине леса слышались только тихие звуки дождя, попадающего на листья и камни, усиливая ощущение уюта и покоя. Тёплый свет костра отбрасывал танцующие тени на окружающие деревья, создавая иллюзию живого существа, охраняющего их покой.

Резкий топот и появившееся бледное лицо Льюиса нарушили спокойную атмосферу лагеря. Его впалые щеки, тёмные круги под глазами и сухие губы делали рыцаря похожим на призрака, а всё тело было перевязано окровавленными тряпками. Лилит застыла на месте, напряжённо вглядываясь в измученного парня.

– Льюис, что случилось? – резко спросила Лилит, приходя в себя.

Она быстро поднялась и подбежала к нему, собираясь обнять, но Льюис жестом остановил её.

– Прости, но мне будет больно, если ты это сделаешь, – с горечью в голосе сказал рыцарь, доставая кинжал и проверяя мясо на костре. – С тобой всё хорошо? Ты выглядела неважно после использования магических корней.

– Не уходи от вопроса! Что с тобой произошло? – настойчиво спросила Лилит, присаживаясь рядом.

– Лёгкая царапина после схватки с Вильямом. Всё будет в порядке, – попытался успокоить её Льюис, но в его голосе слышалась фальшь.

– Зачем ты лжёшь? Думаешь, я не смогу помочь? Я хорошо отдохнула, у меня достаточно сил для заклинаний! – возразила Лилит, сжав кулаки.

– Всё в порядке, Лилит. Я не хочу, чтобы ты тратила силы на меня, – отстранённо ответил Льюис, отрезав кусок мяса и положив его на плоский камень, устланный листьями. – Перекуси, и начнём тренировку.

Лилит, сдерживая эмоции, взяла кусок мяса, но не оставляла попыток убедить Льюиса позволить ей его вылечить.

– Льюис, почему ты не позволяешь мне помочь? Ты же понимаешь, что рана может оказаться смертельной? А может ты сильно ударился головой? – настаивала Лилит, пробуя мясо. – И что это вообще за мясо?

– Конина. Ничего другого не оставалось, а лошадь уже была мертва, – спокойно ответил он.

Лилит тяжело проглотила кусок мяса и на мгновение отложила его в сторону. Но понимание, что другого выбора нет, заставило её снова взять еду.

– Я понял, что слишком слаб для этой битвы, – мрачно сказал Льюис, затачивая меч, который был уже покрыт вмятинами и царапинами. – Теперь вся надежда на тебя. Я буду тренировать тебя, но не позволю тратить силы на мои раны.

– Ты дурак, Льюис! – возмутилась Лилит, крепко схватив его за лицо. – Может, я тебе глаза выдавлю или содру кожу, чтобы ты стал ещё более беспомощным и умер как можно быстрее? Как ты можешь рисковать своей жизнью ради моей мечты и спасения Талисии? Если ты умрёшь, всё потеряет смысл! Если не для тебя, то для меня, – её голос дрожал, но затем она решительно продолжила: – Сними эти тряпки и дай мне тебя вылечить, а иначе я вонжу свою руку тебе в живот и вытащу все кишки, чтобы ты понял, что иногда нужно быть эгоистом! – кричала Лилит, её глаза наполнились слезами паники и отчаяния.

Льюис посмотрел на неё, сначала отрешённо, но затем, словно решившись, улыбнулся и сказал:

– Хорошо, ты права. Но будь готова, это зрелище не для слабонервных.

С этими словами он начал снимать прилипшие к телу окровавленные тряпки, показывая Лилит всю тяжесть своих ран. Рана выглядела ещё хуже, чем она могла себе представить: сломанное ребро торчало из туловища, окропляя землю кровью, а влажные части плоти, словно глина отклеивалось от бинтов. Ведьма испуганно ахнула, прикрыв рот рукой, её тут же начал подступать рвотный рефлекс.

– Всё настолько плохо? – с некой иронией в голосе спросил Льюис, опираясь локтями о землю.

– А то ты не знаешь? – закатив глаза, ответила Лилит, с трудом сдерживая тошноту. – Будет больно, поэтому постарайся не кричать, а то у меня голова ещё больше заболит, – с улыбкой сказала она, аккуратно прикасаясь к страшной ране. – Расскажи, что вообще случилось.

Сдерживая болезненные стоны и крики, Льюис начал рассказывать, что произошло после побега, пока Лилит тихо шептала заклинания, понемногу залечивая его рану. Ребро медленно затягивалось обратно, его закрывали новые мышцы, плоть и кожа, оставляя после себя большой шрам. Хотя рана ещё могла открыться при сильном напряжении, теперь она представляла меньшую опасность. Льюис начал чувствовать себя лучше, его лицо становилось румяней, он смотрел на Лилит с благодарностью.

Время проходило незаметно, и за лёгкими разговорами и планами на будущее настроение поднялось у обоих, давая надежду на новый день, если только он не станет для них последним. Когда исцеление завершилось, Лилит устало легла на землю, стараясь успокоить дыхание. Льюис, трогая новый шрам, удивлялся и благодарил её. Поднявшись, ведьма улыбнулась ему, отрезая кусочек мяса, уже не думая о его происхождении.

Проглотив кусок, она почувствовала прилив энергии и, вспомнив сон с Мираной, заговорила:

– Ко мне снова приходила Мирана, – тускло проговорила Лилит, пережовывая прожарившеся мясо. – Ко мне снова приходила Мирана, – тихо сказала Лилит, пережёвывая мясо. – Она говорила, что привела нас к мечу и что это стоило ей чего-то. Постоянно говорит о каком-то пари и о том, что я могу изменить судьбу. Я уже перестаю понимаю, о чём она всё время говорит.

– Кажется, я понял, – задумчиво ответил Льюис. – Отец рассказывал мне, что существует некое событие, когда Святым становится скучно просто править.

Лилит, перестав жевать, села ближе к рыцарю, который продолжал вспоминать рассказ.

– Создав наш мир, Святые миллионы лет строили и развивали его. Они наблюдали за людьми, ожидая от них чего-то интересного. А когда им становилось скучно, они начинали свою игру. Это так и называется – Игры Святых. Они выбирают человека или несколько и готовят всё, чтобы начать разыгрывать партию. Обычно это пари между несколькими Святыми, которые ставят условия и играют нами, как пешками. Судя по твоим рассказам, мы и попали в это пари. Хотя они и создают преграды, они напрямую не могут влияют на нас. Поэтому мы можем отказаться от их игры, – резко закончил Льюис, пристально глядя в огонь.

– Но тогда это будет стоить нам жизни? – спросила Лилит, приходя к такому выводу.

Рыцарь согласно кивнул, оставив её в раздумьях, как справиться с этой новой реальностью, где их жизнь и судьба стали лишь частью великой игры Святых.

Выйдя из уже ставшей родной ложбины, Лилит натянула капюшон, чтобы укрыться от мелкого, но пронизывающего дождя, который не прекращался. Вода капала с веток, скатываясь на землю и создавая ритмичный шум. Лилит, чувствуя усталость, подняла свой меч, казавшийся одновременно тяжёлым и лёгким, и начала выполнять несколько заученных движений, разминая мышцы. Лезвие мелькало в воздухе, оставляя едва заметный след. Несмотря на ненастную погоду, ведьма чувствовала себя довольно неплохо, наслаждаясь моментом уединения и покоя.

Хотя силы после лечения Льюиса были на исходе, Лилит решила направить остаток энергии в меч, чтобы потренировать его магические способности. Встав напротив большого камня, она сделала глубокий вдох и выдох, принимая боевую стойку. Направив меч на камень, ведьма с решимостью произнесла заклинание:

– Mae'n galw'r golau sy'n rhwygo'r tywyllwch ac yn datgelu'r gwir natur o fywyd i mi

С меча вырвался острый магический поток, разрезая в полёте капли дождя. Он быстро достиг камня, но не оставил на нём даже царапины. Лилит нахмурилась, собираясь повторить попытку, но неуверенность помешала ей сосредоточиться, и слова заклинания смешались в бессмыслицу.

– Не расстраивайся! Даже Святые не всегда добиваются успеха с первого раза, особенно когда пытаются управлять миром, – сказал Льюис, выходя из укрытия и разминая онемевшие плечи. Он выглядел уже более бодрым. – У тебя получится, иначе я был прав, что тебе стоит беречь силы!

– Не начинай мне тут! – рассерженно ответила Лилит, снова делая глубокий вдох и выдох. – Сейчас всё получится!

– Ну тогда удиви меня, и, может быть, я покажу тебе приём, который научил меня старший брат. Считай, раскрою свой козырь в рукаве! – гордо сказал Льюис, присев на камень и с улыбкой наблюдая за Лилит, не вмешиваясь в её попытки справиться с заклинанием.

Лилит, не обращая внимания на его слова, повернулась к ненавистному камню и, глубоко дыша, вновь произнесла заклинание:

– Mae'n galw'r golau sy'n rhwygo'r tywyllwch ac yn datgelu'r gwir natur o fywyd i mi!

Из меча вновь вырвалось магическое лезвие, и хотя оно достигло цели быстрее, камень снова остался неповреждённым. Лилит взглянула на заинтересованного Льюиса, но прежде чем он успел что-то сказать, она решила попытаться снова. Тень сомнения мелькнула в её глазах, но она быстро взяла себя в руки, готовясь к следующей попытке.

– Mae'n galw'r golau sy'n rhwygo'r tywyllwch ac yn datgelu'r gwir natur o fywyd i mi!

Без остановки повторяя заклинание, Лилит пыталась нанести хоть какой-то ущерб, но силы иссякали, а рука болела так, будто вот-вот оторвётся. Вдруг Льюис, заметив её состояние, тихо подошёл к ней и положил руку на её плечо, шепча успокаивающие слова:

– Не стоит злиться, Лилит. Ты должна чувствовать поток, как с фехтованием, войти в него, следуя прозрачному пути. Представь, ради чего ты сражаешься, ради кого ты бьёшься. Прощение и слабость ничего не докажут. Ты хочешь изменить мир, не так ли? – мягко произнёс рыцарь, возвращаясь на своё место с лёгкой улыбкой.

Лилит, ободрённая его словами, глубоко вздохнула, готовясь снова произнести заклинание. Она сосредоточилась на своих чувствах, на ненависти и решимости, и проговорила:

– Mae'n galw'r golau sy'n rhwygo'r tywyllwch ac yn datgelu'r gwir natur o fywyd i mi!

Из меча вырвался мощный поток энергии, настолько сильный, что Льюису пришлось прикрыть глаза от летящих осколков камня. Пыльная туча закрыла вид, но когда она осела, Лилит увидела, что камень всё ещё стоит, но теперь через него проходила глубокая трещина. Радостно вскрикнув, она подбежала к Льюису и крепко его обняла. Лицо рыцаря скривилось от боли, но он ответил на объятие, тихо поздравляя её.

– Отлично, Лилит! Ты справилась! Теперь я покажу тебе один из самых мощных приёмов, который знаю, – сказал Льюис, отступив на несколько шагов назад и вынув меч. – Буду бить левой рукой, чтобы рана не открылась, и я не умер случайно. Так что удар может показать слабым.

Заняв боевую стойку, слегка согнув ноги и подняв меч над головой. Льюис принялся объяснять: