Текст книги "Путь падшего (СИ)"

Автор книги: Максим Лагно

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц)

– Но ведь земли Капуа стали бесплодными? Зачем их завоёвывать? Не считая того, что, как я погляжу, внизу полно пустых земель. Зачем им драться вообще?

– Царь Сахаеро хочет убить царя Капуа и сделать всех его дочерей своими рабынями, а сыновей убить и закопать их в землю.

Что же, знание будущей человеческой истории подтверждало, что эти желания – легитимные цели для войны.

– Но ведь не просто так царь этого захотел?

– Да. Один шаман предсказал царю Сахаеро, что после победы над Капуа высшие боги, то есть – мы, сделаем его повелителем всего нижнего мира. Летающая твердь будет останавливаться над новым сильным царством, а после смерти царь переродится на Дивии.

Ясно. Слова шамана – ещё одна веская причина для того, чтобы одни нищие дикари пошли войной на других.

– Значит, в укреплении будут дикие нюхачи? – спросил я.

– Будут.

– Нам стоит их опасаться?

– Нет. Они выслеживают искателей и лазутчиков. А я слышал, что отныне небесное воинство только порхает, не касаясь ногами грязи?

Искатель сказал это с иронией, но я не стал сердиться. Спросил:

– А большое укрепление они построили?

– Для них большое. А так – нет.

Для разведчика весьма туманный ответ.

– Вы-то сами там давно были?

– Ну, были. Какое-то время назад. Мы же избегаем приближаться к низким лишний раз.

– Боитесь?

– Выполняем приказ старших сословия Защищающих Путь, – уклончиво ответил искатель. – Ведь узнай низкие, кто мы – непременно нападут и убьют, чтобы забрать наши вещи.

– Но тогда…

– И никакие наши послы не докажут, что нас убили именно сахаерцы, а не зверолюди.

– А зверолюди могут вас убить? – с ответной иронией спросил я.

Искатель не удостоил меня ответом и ушёл с балкончика.

На моих губах завяз вопрос: а чем все эти годы искатели занимались в этой глуши? Сахаерцев они сторонились, зверолюдей – избегали…

Неужели сидели внутри скалы?

Нет.

Скорее всего, они шатались по бескрайним просторам нижнего мира. Наслаждались возможностью шагать в любом направлении – роскошь, недоступная большинству прирождённых жителей. Как им недоступна отрада блуждать по лесной чаще, или охотиться на разнообразную дичь, или рыбачить в озере или, в конце концов, просто трогать траву, которая здесь тысячи видов, а не одна опостылевшая ман-га.

Искатели смаковали свободу.

То-то ни один из них не поинтересовался, что нового на летающей тверди? Те же небесные стражники, охранявшие послов, первым делом спрашивали – привезли мы новые «Игры Света»? И кто сейчас победитель на ристалище Дома Поединка?

Если бы в небесном воинстве существовала служба психологической помощи участникам военных операций в грязи, то они непременно отозвали бы троицу одичавших искателей на Дивию для реабилитации. Мне очевидно, что эти искатели – без пяти минут падшие. Высшие люди, готовые порвать с летающей твердью.

Теперь ясно, почему в сословии Защищающих Путь недолюбливали род Ситт. Они точно не от мира сего.

Кстати, у этого искателя под губой тоже висел едва заметный металлический шарик. У двух других искателей украшений не было. Ещё один признак, что они отказались даже от этой, до сих пор мне непонятной особенности своего рода.

✦ ✦ ✦

Через пять часов томительного ожидания на балкончике, я увидел далеко в темноте мигнувший огонёк «Огненного Смерча» – сигнал, что можно продолжать действовать, как запланировано.

Я спустился внутрь небесного дома и приказал экипажам занимать места в экипажах.

На эту вылазку я взял своим пилотом не Пендека, а Эхну. Она должна испытать в бою «коготки Эхны», так мы прозвали изобретённые ею крюкоподобные кили для протыкания низких.

Да и мне проще контролировать поведение глухонемой погонщицы. Она могла увлечься и попасть – залететь – в неприятности. На тренировках Эхна нарушала строй, отлетала куда-то не туда и путала направления полёта. И делала это не из-за строптивости, нет, она была очень исполнительной воительницей. И беспрекословно выполняла все приказы. Все, какие понимала. Но чаще всего она их не понимала, точнее – не слышала.

Ну и наконец – сидеть позади Эхны, обхватив её ногами, приятнее, чем тыкаться пахом в спину чернокожего парня.

✦ ✦ ✦

Даже во время тренировки вылеты юрких акрабов из врат небесного дома, величаво плывущего по небу, выглядели эпично. Как вылет космических кораблей повстанцев, атакующих Звезду Смерти. Вывалившись из ворот, экипаж пару секунд свободно падал днищем вниз. Потом погонщик врубал силовую жилу, посылая Сокола в молниеносный полёт.

Скорость была такова, что казалось, будто Соколы не отлетали, а пропадали в небесной пустоте, оставляя за собой тонкий след дрожащего воздуха. Приходилось напрягать зрение, чтобы отыскать еле видимое пятнышко умчавшегося акраба. Теперь все Соколы покрашены в небесно-голубой цвет, что помогало маскироваться в небе.

Эпичность сохранялась, если не смеяться над тем как выглядели сами небесные дома со своими многослойными крышами и бесполезными узорами, собиравшими грязь и дождевую воду. Да и Соколы всё так же похожи на аэродинамичные летающие гробы.

Впрочем, комичные сравнения находил только Денис Лавров, но не второй старший воинства Дивии. Для истинного дивианца выброс сразу двенадцати Молниеносных Соколов выглядел не менее величественно, чем для патриотичного американца взлёт с авианосца бомбардировщиков, несущих на своих крыльях демократию для босоногих чебуреков в пустыне.

Но в пробном бою, я приказал действовать в полном мраке, будто нас накрыло «Облаком Тьмы». Я запретил использовать «Зрение Ночи». Приказал погасить слабенькие синие фонарики, хотя они навряд ли выдали бы нас.

Если какой-то низкий воин, стоявший сейчас на крыше укрепления, увидел бы в небе синие огоньки, то принял бы их за звёзды. Но я не опасался встревожить низкого часового. Я просто выжимал из боевой вылазки максимум возможностей для тренировки.

Битва в ночи – одна из учебных задач. И мы с ней справились плохо.

В темноте слышно кряхтение, столкновение деревянных бортов, скрежет килей по полу, и ругань воинов. Между моим приказом и падением из врат первого экипажа прошла почти минута. О вылете первого экипажа я догадался только по возгласам товарищей, сам ничего не видел. Минута – не так уж много, но всё же медленнее, чем на тренировках в обычных условиях, когда первый экипаж вылетал раньше, чем я успевал договорить приказ.

Обычно командирский экипаж, то есть мой, уходил первым. Но из-за неразберихи получилось всё наоборот, мы оказались последними, ведь Эхна не видела моих губ в темноте.

Я сам пожалел о запрете на кристаллы «Зрения Ночи», когда толкал покачивающийся в воздухе Молниеносный Сокол к вратам. Ориентировался только по дуновению холодного воздуха, иных ориентиров нет. Эхна сопела на другой стороне Сокола. Время от времени она ощупывала моё плечо и руку, чтобы понять, чем я занят.

Наконец мы дошли до проёма врат. Глаза так привыкли к темноте, что теперь он выделялся во мраке чуть более светлым пятном. По покачиванию экипажа, я понял, что Эхна села на место водителя. Я последний раз толкнул Сокола и запрыгнул на своё место.

Молниеносный Сокол свалился в свободное падение.

Я подумал, что можно организовать на акрабоносцах что-то вроде пускового механизма для Соколов. Но смутно представлял, как бы оно выглядело.

Кажется, для постройки полноценного акрабоносца необходимо переосмыслить саму концепцию небесных домов. В первую очередь они должны перестать выглядеть как дворцы. Но к очередному кощунству не готовы ни дивианцы, помнившие мою кличку «Убийца Акрабов», ни я сам. Хватит с меня прогрессорства – чем я больше придумывал улучшений для Дивии, тем больше обязанностей по их осуществлению взваливали на меня благодарные дивианцы.

✦ ✦ ✦

Черноту ночи разделила размытая полоса рассвета. Было примерно четыре часа утра – идеальное время для нападения.

Светло-голубые борта Молниеносных Соколов тоже виднелись во тьме. Из-за первоначальной неразберихи формация разрушилась. Вместо того чтобы разделиться на две группы и висеть на одной высоте, все болтались где попало и на разных высотах. При этом воины громко перекрикивались в темноте и мигали слабыми вспышками молний и огня, определяя, где чей экипаж.

Да уж, хорошо, что наш противник – сахаерцы, один из самых слабых низких народов. У них, вероятно, нет даже коломётов, чтобы посбивать беспечных воинов. По крайней мере, искатель заверил, что коломётов в укреплении не видел.

Наконец первая ударная группа, из четырёх экипажей собралась отдельно и вылетела в сторону укрепления.

Остальные, выждав пару минут, устремились за ними.

До укрепления около километра. Мы пролетели его за пять минут. Я разрешил погонщикам использовать кристаллы «Зрения Ночи», они не испытывали затруднений с ориентацией.

Я тоже использовал мерцающий кристалл ночного зрения. Стало светлее, будто кто-то выкрутил у мира настройки яркости. Все объекты стали детальными и объёмными, как в старинных фильмах, когда «ночь» снимали на студии с театральным освещением. Я различил каждый листик и веточку на дереве под нами, каждый волосок, трепещущий под кожаным шлемом Эхны.

Укрепление низких располагалось на холме, окружённом рвами с деревянными кольями на дне. Среди кольев лежали трупы людей в одежде из звериных шкур. Рядом валялись каменные топоры и палицы.

Видать, отношения сахаерцев и зверолюдей далеки от дружеских. Или, скорее всего, зверолюдям плевать на любые отношения, они просто время от времени пытались добраться до странного для них строения, но падали в замаскированные травой рвы, а сахаерцы добивали их дротиками.

Дикари не успевали понять, что вообще произошло и кто их убил.

Само укрепление не шло ни в какое сравнение с Лесной Крепостью или военными базами ач-чийцев. Это частично деревянное, частично земляное строение в виде неровного овала, высотой метра четыре. В стенах нет окон, только узкие вытянутые горизонтально бойницы. В центре овала торчала весьма высокая, метров двадцать, башня, сложенная из поставленных вертикально брёвен. Стены поросли густой травой, что придавало башне ещё более пасторальный вид. Плоская вершина башни венчалась пирамидальной крышей из деревянных жердей.

Теоретически, сахаерский воин мог метнуть с вершины башни дротик и ещё более теоретически попасть в погонщика или стрельца Молниеносного Сокола.

На башне должен стоять дозорный, но его нет. Настолько сахаерцы не готовы к нападению.

Это несколько обескуражило всех, включая меня. Мы уже три минуты тупо кружили над укреплением. Искатели заверяли нас, что в нём жило более двух сотен низких, половина из них – воины. По дыму, идущему из щелей между стенами и крышей видно, что укрепление обитаемо. Да и вокруг него разбросан свежий мусор, много ещё не размытых дождём кострищ. Белели горы костей животных. А если снизиться, то в нос бил крепкий запах испражнений.

По замыслу, группа из четырёх Соколов первой вступит в бой с защитниками укрепления, потом отойдёт для отдыха, лечения и обновления кристаллов. И сразу после них ударят шесть Молниеносных Соколов, несущие на борту Цветки Деррида.

Отсутствие на стенах защитников вынудило меня сменить план. Жестами я показал, что первыми будут бить носители дерридов. После этого – махнул я рукой – каждый волен тренироваться, как захочет.

Я тронул Эхну за плечо, призывая отвести наш экипаж подальше от крепости. Мы не будем участвовать в бою, а будем наблюдать.

11. Несчастный случай и низкие самоубийцы

Сколько не тренируйся на манекенах и макетах низких крепостей, выстроенных из камня в натуральную величину, реальный бой таил сюрпризы.

Например, выяснилось, что стрельцы двух экипажей, метко метавшие дерриды в макеты, почему-то растерялись при стрельбе по настоящей сахаерской крепости. Один деррид угодил в ров и зарылся в землю, его бутон не успел распуститься и выпустить взрывающиеся копья.

Так я нашёл ещё одну нашу ошибку: на тренировках мы метали деррид издалека, чтобы он успел раскрыть в полёте бутон и накрыть цель стаей взрывающихся копий. Но убогая крепость была близко и невысокая. Поэтому и второй деррид ткнулся в деревянную стену, проломил её, увлекая часть крыши за собой, и пропал внутри укрепления.

Плечи Эхны мелко затряслись – девушка смеялась. Ситуация и впрямь забавная: могущественные воины неба атаковали деревянную лачугу оружием, ценою в тысячу таких лачуг вместе с их жителями. С другой стороны, в будущей истории человечества будет много ударов ракетами, стоимостью в миллионы долларов, по глиняным хижинам и свадьбам людей, живущих на пятьдесят центов в день.

Навряд ли Эхна смеялась над абсурдностью экономического аспекта войны богатой и сытой цивилизации с нищими дикарями царства Сахаеро. Она смеялась над криворукостью наших стрельцов.

Сложив руки рупором, я заорал:

– Отставить дерриды! Не тратьте зря.

Меня услышали. Дерриды вернулись в крепления на бортах.

Население сахаерского укрепления пробудилось. Благодаря «Зрению Ночи» я видел, как отодвинулись бревенчатые ворота и полуголые воины высыпали наружу. Часть побежала ко рву, полагая, что снова пришли зверолюди, часть побежала вдоль стены укрепления, отыскивая врагов. Они, конечно, не видели нас в ночном небе.

Только после этого кто-то внутри укрепления пронзительно задудел, оповещая всех о тревоге. В крыше открылся люк, вылезли десять («Одиннадцать» – поправил Внутренний Голос) сахаерцев. Двое из них странного низкого роста, и вооружены простыми палками, а не копьями и дротиками, как остальные. До меня дошло – это дети. Укрепление не просто военная база, а основа будущего поселения царства Сахаеро. Воины привезли с собой жён и детей.

Очередное испытание для недобитого во мне гуманиста.

При появлении низких на крыше один Молниеносный Сокол (водитель – старший из рода Поау, стрелец – Хаки Энгатти) спикировал на них.

Хаки расставил руки в перчатках громобойца в стороны, как боксёр, выбегающий на ринг.

К счастью, низкие дети послушались взрослых: побросав палки, спрыгнули обратно внутрь укрепления. Сахаерские воины разделились. Трое побежали к башне, остальные, вглядываясь в ночное небо, начали раскручивать кожаные ремни копьеметалок. Они ещё не догадались, кто напал на них. Полагали, что какие-то летающие животные, типа, вьевв. По словам искателя в этих лесах обитали крупные вьеввы.

Но когда на них резко опустился голубенький Молниеносный Сокол, сахаерцы всё поняли. Некоторые побросали оружие и встали на колени, моля высших о милосердии. Некоторые побежали. Лишь немногие выбросили вперёд руки с копьеметалками, посылая в акраб дротики. Это оружие оцарапало лакированное днище Молниеносного Сокола.

Хаки обрушил на противника «Удар Грома» – разметал их тела и обвалил половину крыши всего укрепления. И это одна атака одного Молниеносного Сокола!

Я снова сложил руки рупором и заорал:

– Убрать «Зрение Ночи», зажигай светильники!

И сам подал пример, вывесив за борт мощный синий фонарь. Все экипажи сделали то же самое. Чёрное небо озарилось множеством огней. Молниеносные Соколы стали хорошо видны с земли. Я надеялся, что иллюминация уравновесит силы атакующих и защищающихся. Иначе все низкие, не видя, куда метать дротики, просто разбегутся в ужасе.

Мы без особых усилий могли бы разнести крепость, но бойцы честно отрабатывали тактику молниеносного налёта: сделав заход на давно бросивших оружие противников, убивали парочку и сразу же отлетали, будто низкие могли ответить.

А сахаерцы отвечали в основном тем, что падали на колени и молили разгневанное небо пощадить их. Отход Молниеносных Соколов они воспринимали как результат того, что небо вняло их мольбе и отвело гнев свой. А когда Соколы возвращались, снова падали на колени.

Какой-то старейшина выполз из-под охапки жердей, бывшей когда-то крышей, и, размахивая позолоченным деревянным жезлом, показывал, что хочет поговорить. До меня донеслись слова на ломаном дивианском:

– Речь. Мол-вить. Сло-во! Сло-во!

Один из Соколов, ослепляя старца синими огнями, налетел на него и подцепил крючковатым килем. Мёртвый низкий повис на крюке, продолжая держать жезл. Стрельцу пришлось вылезти со своего места и несколько раз пнуть мёртвого, чтобы снять с крючка.

Страх перед высшими людьми, которых сахаерцы видели намного реже, чем ач-чийцы, мешал им до конца осознать происходящее. Они верили, что нас можно упросить не убивать их. Я видел как воины, бросившие оружие, подбирали его, а при приближении Молниеносного Сокола, снова бросали. Таким наивным способом они показывали высшим, что не смеют воевать с нами. Наивные, детские жесты сахаерцев не действовали на высших. Небесные воины неотвратимо обрушивались на них и убивали самыми разнообразными способами: от нанизывания на киль до изощрённого удара скрученным в спираль «Порывом Ветра», грозившим опрокинуть Молниеносный Сокол.

Очень немногие сахаерцы пытались поразить Соколов дротиками и копьями. Небесные воины не спешили убивать этих смельчаков: хоть кто-то оказал сопротивление. Они играли с ними, как кошки с придушенной мышью.

Среди обломков укрепления стояли на коленях десятки низких. А перед ними выстроились несколько («Пятеро» – подсказал Внутренний Голос) смелых воинов, которые посылали в Соколов дротик за дротиком. Целая корзина этого безвредного для нас оружия стояла рядом с ними.

По решительному выражению лиц, размалёванных красной глиной, можно понять, что смельчаки простились с жизнью и готовы биться с высшими, дабы заслужить перерождение на Дивии.

Их пример воодушевил остальных «защитников» крепости. Почти все встали с колен, включая женщин, и разобрали брошенное оружие.

Несколько особо сильно брошенных дротиков стукнулись в днище нашего акраба. Эхна наклонила Сокола, намереваясь атаковать врагов, мне пришлось шлёпнуть её по шее, совсем как Пендека.

– Мы только смотрим, – заорал я в её ухо, хотя девушка не слышала. Всё же она не нарушила приказ. Чтобы унять нетерпение, Эхна медленно повела акраб вокруг разгромленного укрепления.

Соколы сновали во всех направлениях. Постоянно то пикировали, то взлетали. Стрельцы экономили живые манекены, поэтому специально били молниями или огнём мимо защитников укрепления, продляя их безнадёжную битву с высшими. А когда кто-то из сахаерцев, потеряв от страха голову, бежал прямо на ров с кольями, его путь к смерти преграждали новыми ударами озарений.

Молодой небесный стражник (родственник Илиина Раттара – напомнил мне Голос) повторил трюк Инара. Его погонщик опустил Сокола как можно ниже к остаткам укрепления. Родственник Илиина, размахивая большой мочи-кой, десантировался в центр толпы смельчаков. Несколькими взмахами мочи-ки разрубил тех, кто был ближе к нему, а остальных разметал круговым «Порывом Ветра», выпущенном из кристалла оружия.

Тем временем, погонщик Молниеносного Сокола выполнил много раз отрепетированную на ристалище мёртвую петлю. В нижней её точке он должен слегка замедлиться, чтобы стрелец запрыгнул на своё место. На ристалище всё это происходило с чёткостью циркового представления, но реальная боевая обстановка внесла свои искажения. Погонщик не рассчитал траекторию и Молниеносный Сокол со всей скорости врезался в развалины укрепления.

От удара разлетелись все низкие – живые и мёртвые. Но сильнее всех пострадал родственник Илиина, готовившийся запрыгнуть в экипаж. Его отбросило прямиком в ров с кольями. Молниеносный Сокол, гремя треснувшим кузовом, покатился дальше, сметая на своём пути жалкие пожитки сахаерцев – кривые глиняные кувшины, жерди с натянутыми для просушки шкурами, корзины с травой и прочую чепуху. Остановился он только когда докатился до основания центральной башни. Остатки крыши укрепления, державшиеся неизвестно на чём, рухнули на обломки Сокола, вместе с ними упали и примитивные светильники – огонь моментально распространился по сухой траве и деревяшкам.

Эхна нетерпеливо дёрнулась телом, передавая своё возбуждение Молниеносному Соколу: ей хотелось участвовать в битве. Не зная, как ещё отдавать ей приказы, я схватил её двумя руками за шею и потряс, мол, мы наблюдаем, а не участвуем. Эхна согласно закивала.

На помощь к потерпевшим крушение метнулись несколько экипажей. Родственника Илиина извлекли изо рва. К счастью, он не угодил на колья, на которых висели полуразложившиеся трупы зверолюдей.

Экипаж «Скорой помощи» примчался к заваленному горящими брёвнами Молниеносному Соколу. Погонщик раскидал завал «Порывом Ветра», а целитель, ловко пользуясь «Крыльями Ветра», вытащил из-под обломков водителя.

Скорая помощь умчалась, унося раненого на небесный дом.

✦ ✦ ✦

Несчастный случай с неосторожным вождением Молниеносного Сокола как бы подвёл черту под битвой. Небесные воины перестали играть со своими жертвами, а быстро и методично принялись их уничтожать. Несчастных сахаерцев разрывали «Ударами Грома» и рвали призрачными орлами. Тех, кто пытался спрятаться за развалинами, поджигали «Огненным Смерчем» вместе с развалинами.

Боевые озарения изливались на землю со всех Молниеносных Соколов, круживших, как стая стервятников.

Через пять минут на месте укрепления дымилась и искрила ровно вспаханное поле из дымящейся земли, человеческих останков и измельчённой древесины, бывшей когда-то стенами укрепления.

Только центральная башня пока что уцелела, но ненадолго. Измельчив всё вокруг, небесные воины перенесли озарения на башню. «Удары Грома» и ловко пущенные «Порывы Ветра» сорвали с неё толстые брёвна и крышу из жердей. Башня покачнулась… и я увидел, что под брёвнами оказались ровные стены, сложенные из квадратных камней. Это же…

Каменная башня покосилась ещё сильнее, потом резко качнулась в обратную сторону, словно сбрасывая с себя остатки деревянной маскировки. Громыхая камнями, башня устремилась вверх, оставшиеся брёвна отваливались от неё, как ступени ракеты.

– Это же летающая башня, – крикнул кто-то из небесных воинов, будто мы сами не поняли.

Словно для того, чтобы удивить нас ещё сильнее, из узкого окна башни вырвался разряд «Удара Молнии». Ни в кого не попал, так как был слабенький и применил его кто-то крайне неопытный. Но использование озарений можно ожидать от грязных колдунов, но никак не от босяков из царства Сахаеро!

Без всякой команды небесные воины на Молниеносных Соколах ринулись на вихлявшую, как поплавок, башню.

Сложив руки рупором, я заорал:

– Не убивайте погонщиков. Они нужны для допроса.

Не знаю, услышали ли кто – все умчались за башней. Я тронул Эхну за плечо, разрешая принять участие в погоне.

✦ ✦ ✦

На учениях мы много раз отрабатывали высадку на башенные акрабы низких. Для этого на ристалищах выстроили макеты башен. За основу взяли башни, захваченные во время атаки на Скалистый Храм и обломки башни, захваченной мной. Внутри воспроизвели все ярусы и этажи, оставив место под гракка. В днища напихали старых брёвен летучего дерева, чтобы башни парили над твердью. Для полнейшего реализма запускали кристаллы «Игр Света», содержавшие осязаемое изображение гракка. Создатели этих игр – славные фантазёры из сословия Меняющих Смыслы – плохо представляли себе, как выглядело настоящее творение грязи, поэтому то приделывали ему много лап, то сразу три головы или рисовали пасть на животе. Артисты, что с них взять.

С реальной башней вышла неувязочка. Она меньше тех, на которых мы тренировались. В ней нет ворот для выпуска гракков, так как он там не поместился бы. Сами низкие протиснулись в неё через узкие дверцы, сейчас плотно заложенные брёвнами.

Не сказать, что башня оказалась неприступной. Мы в любой момент могли разрушить её озарениями или залпами дерридов, но тогда погибнут погонщики.

Башня то валилась вниз, то взлетала до приличной для её убогой конструкции высоты. При этом её отчаянно мотало и кружило, грохот камней разносился по утреннему небу. Судя по всему, погонщики башни нечасто поднимались в воздух, правили они неуклюже. Можно не беспокоиться – далеко не уйдут.

Я вывесил за борт синий фонарь и просигналил: «Смятение Духа». Через пару секунд с экипажа под управлением парнем и девушкой из рода Кохуру просигналили ответ, что есть такое озарение, готовы применить.

«Давай», – просигналил я.

Молниеносный Сокол взлетел на тот уровень башни, где предположительно находилась «кабина управления», то есть висели на верёвках погонщики. Воительница рода Кохуру встала на скамейке и наслал озарение на башню.

Акраб перестал набирать высоту и скорость. Просто повис, покачиваясь. В одном из заложенных брёвнами окон появилось движение – погонщики разбирали баррикаду. «Смятение Духа» вынудило погонщиков раскаяться в своём поведении и прекратить сопротивление.

Дождусь, когда окно откроется, перелечу туда и свяжу низких.

Я тронул Эхну за шею, понукая подлететь к окну. А сам встал в полный рост и снял с пояса вязку – это оружие стало обязательной частью моего военного снаряжения, отчего меня принимали за стражника.

Баррикада на окне развалилась. В проёме появился низкий в тоге из звериных шкур. Крикнув что-то на сахаерском языке, он залез на подоконник и начал биться головой о камень. Потом решительно шагнул вниз.

Погонщики так «смялись» духом, что решили поубивать себя!

Вслед за первым самоубийцей ринулся второй. Он шагнул с окна – я выбросил вязку. Перехватив низкого за ноги, кольца вязки сомкнулись.

Я не успел привязать свой конец вязки к скобе на борту Сокола, как в окно полез следующий низкий, обуянный жаждой собственной смерти. Его я упустил – вторая вязка не успела настичь падающее тело.

Третьего самоубийцу повязал сразу, как он подошёл к окну – так точно и метко я запустил петлю вязки. Вытянув корчащегося человека из окна, как рыбку из пруда, я привязал конец вязки к скобе на борту. Теперь под нашим Молниеносным Соколом болталось двое связанных низких. Под этой тяжестью Сокол стал опускаться.

Я погладил Эхну по шее. Поняв приказ, она развернула Сокола по направлению к затерянному в темноте акрабоносцу.

А я выпорхнул со своего места и влетел в узкое окно башни. Так как я считался экспертом по каменным акрабам, то мне и предстояло посадить его в целости и невредимости.

Там я обнаружил ещё одного погонщика. Он лежал у подножия деревянного алтаря, украшенного черепами, похожего на тот, на котором однажды грязные колдуны едва не принесли в жертву Эхну.

С помощью веры этот низкий противостоял воздействию «Смятением Духа». Обняв алтарь, погонщик отрывисто лопотал, ритмично вскрикивая что-то похожее на «Йо-хо-хо!».

– И бутылка рома, – сказал я, набросив вязку.

Связав погонщика, вспорхнул на верхний этаж, где висели верёвки управления.

Внутренний Голос напомнил, как работали эти своеобразные вожжи. Для управления требовалось два погонщика, но я справился в одиночку, применив «Отталкивание Вещества».

Я не просто посадил летающую башню, а сначала довёл её до нашего акрабоносца. Заодно оценил: в умелых руках каменная башня перемещалась не сильно медленнее небесных домов высших людей.

12. Люди из далеких краев и скрижаль Самирана

Пленных погонщиков мы собрали на захваченной мною каменной башне и устроили допрос.

Погонщики рассказали, что летающую башню подарили «неизвестные люди из далёких краёв», прилетевшие на множестве таких и других башен. Точное число погонщики не назвали, лишь повторяли, что небеса были покрыты каменными домами, как облаками. Хотя их допрашивали под «Правдивой Беседой», но низкие идиоты могли честно заблуждаться, посчитав десяток акрабов как «неисчислимое множество». Всё-таки они были дикарями, считавшими по пальцам. Да и то не по всем.

На вопрос, для чего люди из далёких краёв подарили им целую летающую башню, погонщики отвечали: «А вождь знает».

Как оказалось вождь укрепления вёл какие-то долгие переговоры с пришельцами. Он же получил от них несколько мешочков камней ярости.

– Но как вы смогли использовать кристаллы озарений, – спросил я. – Ведь у вас нет линий?

«А вождь знает» – было ответом.

Из шкатулки на поясе я вынул мерцающий кристалл «Призыва Зверя», подаренный мне Пендеком, который недавно начал изучать слияние граней. Протянул кристалл погонщику:

– Попробуй с этим камнем ярости.

Он с опаской схватил кристалл и потряс им в воздухе, выкрикивая:

– Йяа-айя! Йяа-айя!

Ничего не произошло.

По словам погонщиков, камни хранил вождь, получивший от пришельцев тайну их использования без линий. Когда началась битва с нами, он наделил лучших сахаерских воинов «даром высшей смерти». Так его научили люди из далёких краёв. Дальнейшие расспросы не дали ничего путного, на все погонщики искренне отвечали: «Вождь знает. Вождь ведает. Спросите у вождя».

К сожалению, вождём оказался тот старик с жезлом, которого наши воины насадили на крюк Молниеносного Сокола. Теперь он не поведает нам, как передавал воинам боевые озарения.

В заключение погонщик рассказал:

– Люди из далёких краёв провели в нашей крепости много дней и ночей. Они обучили нас таинству управления каменной башней. Показали какие верёвки дёргать, дабы небесный чертог двигался по воздуху, как лодка по воде.

– Но зачем людям из далёких краёв делать это? – спросил. – Что они получили взамен?

– Взамен люди из далёких краёв потребовали сахаерских девушек и сделали им детей. Люди из далёких краёв учили нас дёргать верёвки до тех пор, пока у девушек не вздулись животы из-за детей. Тогда люди из далёких краёв взошли на небесные чертоги и умчались прочь.

– А беременные девушки?

– Всех беременных забрали с собой в далёкие края.

– Что эти люди сказали на прощание? – спросил я погонщика.

– Сказали ждать и держать летающий чертог готовым взмыть в небо.

– Кого ждать?

– Время.

– Какое время?

– Которое наступит.

– А когда оно наступит?

– Во…

– Вождь знает?

– Да, он.

Тут действие «Правдивой Беседы» прекратилось. Последний погонщик не выдержал силы озарения и умер.

✦ ✦ ✦

После возвращения в Дивию состоялся подробный «разбор полётов».

Приземлённый мною каменный акраб низких тщательно изучили. Такой модификации мы ещё не встречали. В ней нет места для гракка или другого творения грязи. Если судить по внутреннему убранству предназначалась, скорее всего, для перевозки людей. По сути – аналог небесного дома для отряда небесных воинов.

Где низкие взяли столько летучего дерева для постройки? Его не могли насобирать из старых акрабов, проданных низким. Во-первых, их слишком мало, во-вторых, дерево в них старое, потерявшее большую часть летучей силы. Дерево в каркасе каменной башни обладало полноценной летучестью. И было той породы, которая росла в Дивии.

Не могли же низкие тайком нарубить столько дерева в Дивии? Одно дело насобирать у нас грибной муки, растущей в заброшенных клетках ветроломов. Совсем другое – вырубить часть дивианских лесов.