Текст книги "Путь падшего (СИ)"

Автор книги: Максим Лагно

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)

– Как думаешь, Самиран, Молниеносные Соколы пролетели бы здесь?

Ручонки дяди Шоодо тряслись от каждого взрыва, но он не хотел освобождать порабощённых Те-Танга, поэтому первым смело ступил на узкую ступеньку лесенки, круто уходящей вниз по обрыву.

5. Вдохи и выдохи

Спуск на нижний уровень занял минут тридцать. Шагать пришлось по каменной лестнице с настолько узкими ступеньками, что закралось подозрение: не специально ли труженики выстроили эту неудобную лесенку? Чтобы собрания изучающих лишний раз не таскались в Нутро с проверками.

Как ни странно, на нижнем уровне грохот был тише. Мне сквозь шлем слышно, как наш провожатый предостерёг кого-то:

– Не вступите в желчь, уважаемый. Левее, левее! Да нет же, не туда левее. Ох, ради всех Создателей, стойте на месте, я вас спасу.

Где там желчь и кто в неё чуть не вступил, я не увидел. На нас вдруг налетело плотное облако жёлтого дыма. Плотность его была такая, что я ощутил как дым навалился на защитный кокон. Вместе с ним опустилась гнетущая тишина, нас отрезало от остальных звуков Нутра.

– Создатели, как же тут страшно, – прошептала Сана Нугвари, ещё сильнее прижавшись ко мне потным халатом. Страх оказался сильнее табу на прикосновение без спроса. Я и раньше не особо соблюдал эту традицию, поэтому без колебаний положил руки на талию девушки.

– Эй, – приободрил я, – ты священница отряда славных воинов. Если пугаешься какого-то дыма, то что с тобой станет, когда вокруг будут носиться призрачные буйволы или разрываться молнии?

– Я хотя бы буду знать, что происходит. И найду в себе силы и знания, как от этого защититься. А тут, в Нутре, всё непонятно.

Действительно, от смертельных выхлопов колоссального мотора Дивии нас предохранял только едва заметный пузырь «Смотрителя Нутра». Мовах ведает, что с нами станет, если это озарение вдруг потухнет.

Кажется, не только меня посетила эта мысль. Все члены собрания изучающих судорожно схватились за пояса. Проверили – не потерялись ли кристаллы «Смотрителя Нутра»? На всякий случай все, включая меня, обновили озарение.

Я перехватил хитрый взгляд Маяда Буруха. Он доволен нашим страхом.

Мгновенно, как налетел, дым утянулся вверх, во вращающиеся окружности печени.

Мы стояли на равнине, составленной из шестиугольных плит мрачного камня. Кое-где между стыками блестели врезки из какого-то металла. Врезки собирались в пучки и расходились под углами, словно разводка на печатных платах.

Вокруг нас, насколько хватало глаз, расстилалось чёрная равнина. Слева грохотали окружности: стремительно уходили куда-то под пол и снова взлетали. Окружности удерживались на оси невидимой силой. Если предположить, что всё в Нутре работало на озарениях, то окружности печени скакали на «Отталкивании Вещества».

Маяд Бурух сказал:

– Уважаемые, пока не случился выдох, пройдёмте к почке. Следуйте за мной и не отклоняйтесь, дабы не вступить в желчь.

Я посмотрел под ноги, но не увидел разлития чего-либо похожего на желчь. Быть может, он имел в виду разводки из непонятного металла, врезанные в плиты?

Я не решился проверить, способен ли этот металл меня убить. Маяд Бурух преувеличивал опасности Нутра, но навряд ли он придумал их полностью. Один жёлтый дым достаточно доказывал, что Нутро – опасное место. Если меня не убьёт непонятная металлическая желчь, то вполне убьёт ещё более непонятный выдох или вдох неизвестно чего.

Не убирая руки с талии Саны Нугвари, я догнал Маяда Буруха, идущего впереди всего собрания.

– Простите, а что именно делают эти кольца, которые столь быстро взметаются вниз и вверх по печени?

– Держат высоту, уважаемый, – весьма холодно ответил Маяд Бурух.

– Высоту полёта Дивии?

– Просто высоту.

– Не понимаю.

– Высоту одного из бесчисленных пространств, сложенных внутри ощущаемого пространства.

– Ещё больше не понимаю…

– Если вы, молодой господин, воистину хотели бы понять, высоту какого пространства держит печень Нутра Дивии, а какого – почки, то вы вошли бы в сословие Поддерживающих Твердь, как советовал многоуважаемый Похар Те-Танга, ваш бывший отец.

– Теперь всё ясненько, – кивнул я и отстал.

✦ ✦ ✦

Сопоставив вычитанное в скрижалях и увиденное своими глазами, я примерно представил устройство Нутра. Правда, не всё мне понятно, ведь дивианцы сравнивали Дивию с живым организмом, поэтому у неё было Сердце, силовые жилы, вены, какая-то желчь и многое другое, сходное с живыми организмами.

Многофункциональная область под названием Сердце Дивии, ко всему прочему, отвечала за генерацию энергии. Раньше я думал, что там находился ядерный реактор, теперь смеялся над своими устаревшими представлениями, искажёнными поверхностными знаниями Дениса Лаврова. Дивианцы ничего не ведали ни о ядерных реакциях, ни о реакторах для их проведения. Навряд ли они вообще понимали, что происходило в рождавшем энергию органе Дивии.

Обычные люди эпохи Дениса Лаврова тоже толком ничего не знали ни о реакторах, ни о процессах в них. Поэтому при упоминании радиации у них рождались самые простые ассоциации: атомная бомба, Чернобыль, катастрофа, аномалии, крышечки «Нюка-Колы» и хабар… Да и я подумал о реакторе только из-за того, что очаги высокой радиации зафиксировали узбекские исследователи развалин подземного города.

Я знал, что из Сердца Дивии исходило двенадцать энергетических жил. Труженики называли их «световодные пути». Эти громадные туннели, от которых постоянно отлетал «смертоносный ветер», простирались из Первого Кольца в Двенадцатое. На каждом Кольце от световодного пути отходили вены, которые в свою очередь измельчались до трубок, выходящих на поверхность.

Через эти выходы, как я понял, подавалась энергия для нужд жителей, типа освещения и работы дверей. На этой энергии работали некоторые печи для выплавки особых материалов. От этой же энергии, как я догадался, Дивия поросла мутировавшими растениями, которые когда-то были разными видами, но теперь все превратились в вариации ман-ги.

Доставка энергии на поверхность – третьестепенная задача световодных путей. Основное их предназначение – питать органы Дивии, расположенные строго вдоль путей. Опять же по аналогии с живым организмом эти компоненты носили название внутренних органов живых существ.

В нутре Дивии были печени – целых двенадцать штук. Это те самые башни вращающихся окружностей. Внутренний Голос напомнил мне, что я видел их изображение в скрижали «НАСТАВЛЕНИЕ ДЛЯ ПУТЕШЕСТВУЮЩЕГО ПО НУТРУ».

Были тут и почки, тоже двенадцать. Их башни, похожие на конденсаторы материнской платы компьютера, намного ниже и шире печени. В нижней части расположено множество световодных сухожилий, шевелящихся как лапки какой-то многоножки.

В самих почках ничего не шевелилось, но от них периодически исходили ослепительные вспышки, сопровождаемые смертоносным ветром, за мгновение убивающим человека, потерявшего защиту «Смотрителя Нутра». Так нам сказал Маяд Бурух. И даже скептически настроенный дядя Шоодо не усомнился в его словах.

Селезёнок было шесть штук. Они связаны между собой отдельными венами и к ним не подведены другие жилы и сухожилия. Как я понял, работа селезёнок регулировалась иным способом, который знали только труженики.

Печень, почки и другие органы связаны системой жил и сухожилий. С помощью особых озарений труженики эти жилы отсоединяли, перемещали и переплетали друг с другом, меняя узор связей между органами. Эти действия, видимо, меняли скорость и направление полёта Дивии.

Я уверен, что в недоступных скрижалях сословия Поддерживающих Твердь хранились подробные описания работы всего Нутра, а так же узоры скрытых озарений и модификации общедоступных озарений, с помощью которых всё это дело управлялось.

Названия органов и процессов Нутра не имели отношения к тому, что эти органы выполняли у живых существ. Просто дивианцам надо как-то назвать всё, из чего состояло Нутро, вот и назвали. Это как названия созвездий – бог ведает, где там древние люди увидели Большую Медведицу, а где Волосы Вероники. Так и с органами Дивии – названия не отражали внешнего вида.

Функционирование Нутра Дивии необъяснимо сложное, но внешние проявления его работы – простецкие. Настраивать или ремонтировать Нутро можно без каких-то особых знаний. Главное владеть нужными озарениями. Труженики – сродни кочегарам на пароходах. Они следили за движком, закидывали в него уголь, заливали воду и следили, чтобы котёл не перегрелся или не взорвался, потопив судно. Но штурвал крутили только капитаны из Совета Правителей.

✦ ✦ ✦

Более часа мы шагали по чёрному полю за Маядом Бурухом гуськом, как детсадовцы за воспитательницей. Я проголодался. Понятно, почему труженики так много жрали, ведь им приходилось преодолевать огромное пространство, таскаясь от органа к органу. И в Нутре не взлетишь на «Крыльях Ветра» и не закажешь акраб.

По моим прикидкам, мы пересекли Пятое Кольцо и дошли до Четвёртого. Вращающиеся окружности печени остались позади, вдали возвышалась другая печень, с ровно такими же окружностями, окутанная то появляющимися, то исчезающими облаками льда и огня.

В дороге нас накрыл очередной выдох жёлтого дыма. На этот раз я разглядел его источник – объект под названием «лёгкое». В скрижалях не было его описания, только название и очень схематичный рисунок. Я с любопытством наблюдал титанический белый шар, покрытый наростами льда. Как ледяная планета, он быстро вращался вокруг своей оси и покачивался вверх-вниз между чёрным полом и скрытым под облаками льда сводом Нутра.

Жёлтый дым не вылетел из шара, а образовался вокруг него, после чего разлетелся, как кольцо ядерного взрыва. Поклубившись пару минут, дым всосался обратно в пустоту вокруг сферического «лёгкого».

Сана Нугвари перестала бояться, но от меня не отлипла. Остальные участники собрания изучающих тоже привыкли к индустриальному кошмару Нутра. Это вызвало тревогу у Маяда Буруха, ведь ему надо, чтобы мы всё время были в страхе и помнили, что отважные труженики находятся здесь каждый день по много часов.

Он принялся рассказывать нам о разных несчастных случаях в Нутре. Живописно поведал о людях, погибших от соприкосновения с разлившейся желчью. Якобы их ноги сгорели прямо до колен. А потом руки сгорели тоже.

– А «Смотритель Нутра» как же? – испугано спросил Карапу Карехи.

– Никакое озарение не защитит от длительного соприкосновения с желчью.

Маяд Бурух рассказал о труженике, который оказался слишком близко к лёгкому во время выдоха, а «Смотритель Нутра» не защитил на таком расстоянии.

– Я сам видел, как несчастного разнесло и превратило в жёлтый дым, – страшным голосом произнёс Маяд Бурух. – А в прошлые поколения, как вы знаете, летающая твердь уничтожила выдохами, огнищами и смертоносным ветром город непокорного низкого царства.

– Весь город превратился в жёлтый дым? – спросил я.

– От города осталась яма, полная песка, – кивнул Маяд Бурух.

В разных скрижалях я встречал упоминания, что когда-то давно Дивия поражала врагов выбросами Нутра. Но в скрижалях не говорилось, что города превращались в пыль. Упоминалось лишь, что от смертоносного ветра низкие покрывались язвами и умирали. Хм, быть может, это и объясняет, почему до времён Дениса Лаврова не дошли развалины этих доисторических городов? Никаких развалин и не осталось. Только ямы песка. Но тогда зачем Дивия превратила низкие города в пыль?

Маяд Бурух продолжил увлечённо рассказывать о смертях тружеников. Этими историями он снова напугал Сану, Карапу Карехи и некоторых других.

Даже Рабб Хатт досадливо крякнул:

– Но ведь, уважаемый, мы не будем подходить к лёгкому, не так ли? Мы ведь идём к почке, не так ли? А сей орган, как вы меня заверили, не склонен убивать тех, кто рядом с ним…

Забывшись в своём желании напугать, Маяд Бурух воскликнул:

– В Нутре Дивии – всё убивает, уважаемый! Тем более, когда твердь летит, а не висит на месте.

Рабб Хатт замедлил шаг:

– Но погодите, вы уверяли, что нам ничего не грозит…

Маяд Бурух спохватился, что перестарался и напугал союзника:

– Нет, конечно, вам ничего не грозит. Особенно, если наше пожелание об освобождении тружеников рода Те-Танга будет удовлетворено.

Рабб Хатт с сомнением огляделся.

Маяд Бурух сказал:

– Поймите, уважаемые, Нутро существует не для того, чтобы убивать нас, но для того, чтобы летающая твердь жила и летала. И губит людей не печень или выдох лёгкого, а неосторожность.

Рабб Хатт согласился с объяснением.

– Небесные воины подвергаются опасности только во время битвы, – пафосно сказал Маяд Бурух, – тогда как труженики Нутра ведут битвы каждый день и ночь.

Почти все члены собрания изучающих согласно закивали.

Я понял, что они уже приняли решение в пользу сословия Поддерживающих Твердь.

Освобождение челядинцев расстроит дядю Шоодо, Шигеро, Таиту и других Саран, наслаждавшихся порабощением Те-Танга. Меня же это не волновало. Но я привык побеждать. Не желал проигрывать даже в мелочах.

✦ ✦ ✦

Наконец мы дошли до почки. Остановились в сотне метров от неё, так как дальше могли идти только труженики Нутра.

– А где колодец или кувшин с водой? – спросил Карапу Карехи, оглядываясь. – В горле пересохло.

– Сожалею, светлый господин, – с притворным сочувствием ответил Маяд Бурух, – но в пределах Нутра нет смысла хранить воду, ибо она пропитывается миазмами смертоносного ветра, превращаясь в яд. То же самое с едой.

– Могли бы предупредить, – сказала Сана Нугвари. – Мы бы заранее напились.

– Разве я не предупредил? – с деланным удивлением заметил Маяд Бурух. – Вы просто опять не услышали меня, молодая госпожа.

Вблизи почка ещё сильнее напоминала купол Дома Танца. Световодные жилы выходили из нижней части и, сделав несколько изгибов, уходили под пол. Плиты мрачного камня в местах прохода жил были убраны и лежали стопкой поодаль от почки.

Словно жук, стоящий на сотне ножек, почка медленно крутилась то вправо, то влево. Световодные жилы закручивались спиралью то в одну, то в другую сторону. После каждого полуоборота корпус почки вспыхивал красным светом, потом раскалялся до жёлтого, а затем до ослепляющего белого.

Пока почка совершала полуоборот, возле её «ножек» суетились труженики. Их дородные голые тела блестели от пота, а коконы «Смотрителя Нутра» соприкасались и искрились.

Используя какое-то озарение, труженик выдернул световодную жилу из шестиугольного отверстия в полу и, натужено кряхтя и ещё усиленнее потея, переместил её в другое отверстие. В то же время его товарищ переместил другую жилу в высвободившуюся дыру.

Таким манером труженики синхронно «переткнули» десяток световодных жил, словно какие-то абсурдные сисадмины в пропотевших набедренных повязках протянули оптоволокно для подключения ещё более абсурдного роутера. Завершив операцию, синхронно отбежали от почки, тряся животами и жирными грудями, и повернулись к ней спиной.

Бока почки покраснели, пожелтели и, наконец, побелели. Смотреть на вспышку больно глазам, мы тоже повернулись к почке спиной.

После вспышки, один из тружеников приказал:

– Поворачиваем на два!

Судя по тону, он был старшим среди остальных. Как командир в бою, он дважды повторил приказ.

Почка потухла и медленно пошла на новый полуоборот, труженики снова рассредоточились между световодными сухожилиями и начали выдёргивать их и переставлять.

Завершив эту операцию, старший труженик дождался вспышки и объявил:

– Отдыхаем один оборот.

Труженики послушно сели на пол. Кто-то улёгся, подложив под голову подушку, извлечённую из шестиугольной дыры в полу.

Старший труженик огляделся и якобы только сейчас «заметил» прибытие собрания изучающих. Прихрамывая, побрёл к нам, всем видом показывая, как он страшно устал на этой проклятой работе.

✦ ✦ ✦

Старший труженик наконец добрёл до нас и обратился к Маяду Буруху:

– Как видите, светлый господин, труженики устали. Мои Линии дрожат, а сам я едва стою на ногах.

– Ох, беда-то какая, – ответил Маяд Бурух. – Но если сия почка снова воспламенится ненужным жаром, нам придётся обрубать лишние световодные сухожилия?

– Ох, придётся, – горестно покачал потной головой старший труженик.

– А когда Совет Правителей потребует увеличить скорость, мы не сможем выполнить приказ?

– Ох, не сможем. Придётся восстанавливать обрубленные сухожилия.

Их фальшивые охи и ахи предназначались для собрания изучающих. Мы должно проникнуться тяжестью положения тружеников. Но так как мы ничего не понимали в их работе, то старшим сословия Поддерживающих Твердь пришлось разыгрывать трагедию, пугая нас огнём и взрывами.

Вмешался Рабб Хатт. С отрепетированным тревожным выражением лица спросил у старшего труженика:

– Скажите, уважаемый, а что спасло бы сию почку от обрубания световодных путей, да хранят их Создатели?

Старший труженик взялся за подбородок и усиленно зашевелил бровями и складками кожи на лбу, типа, задумался в поисках выхода из неприятного положения.

– Думаю, дополнительные труженики спасут.

Рабб Хатт притворно нахмурился:

– Но погодите-ка, ведь раньше вы не просили дополнительных тружеников? Что сейчас произошло? Дайте ответ собранию изучающих.

– Несколько причин, уважаемые. Младое поколение нашего времени избегает труда в Нутре Дивии. Отпрыски лучших родов сословия Поддерживающих Твердь, предпочитают работать на поверхности, а не спускаться в ледяное, раскалённое и дышащее отравой Нутро, дабы…

Кажется, он произнёс совсем не то, что от него хотел услышать Рабб Хатт.

– Гм, – прервал Рабб Хатт. – Это всё понятно. Молодёжь глупа и недальновидна. Всё как обычно. Но что сейчас облегчило бы ваш труд, уважаемый? Подскажите, что мы, собрание изучающих, должны принести в Совет Правителей? Какое решение им подсказать?

– Ну, я и говорю, вот бы Совет постановил, чтобы каждый старший ученик Дома Опыта хотя бы раз в своей жизни спускался в Нутро и работал там во славу Дивии. И не важно, из какого рода происходил бы ученик, будь он хоть воин, хоть варщик озарённого мяса. Вот такая помощь нам была бы кстати…

Рабб Хатт бесцеремонно прервал собеседника:

– Обязательно сообщим вашу мысль другим уполномоченным помощникам, уважаемый. Но мы пришли, чтобы услышать от вас о неполадках именно в этой части Нутра.

– А! Ну да, ну да… Это… Раньше над сей почкой трудились уважаемые мужчины и женщины рода Те-Танга. Но многие из них погибли, истреблённые злодеями из враждебного рода.

Маяд Бурух и Рабб Хатт с суровым презрением посмотрели на меня и дядю Шоодо.

– А те, что выжили, стали принуждёнными челядинцами. Злодеи перестали пускать сих тружеников в Нутро. Запретили исполнять им своё предназначение. Что, кстати, противоречит всем законам, ибо предназначение – это личный выбор каждого. Вот почка и это самое. Вспыхнула, то есть, проще говоря – беда, уважаемый, просто беда! Нам нужно срочно вернуть Те-Танга.

– Иначе что? – подсказал тугодуму Маяд Бурух.

– Что? – не понял тот.

– Если Те-Танга не вернутся, что случится?

– Ну, будем, как раньше.

По лицу Маяда Буруха пробежала гримаса злости на болвана. Труженик спохватился и поправился:

– Иначе вообще беда, уважаемое собрание. Почка взорвётся. Наверное…

– О, Создатели! – в притворном ужасе воскликнул Рабб Хатт. Некоторые из собрания тоже выразили испуг.

А Маяд Бурух добавил:

– Будет похуже, чем во время Смуты Надорванной Жилы. Без этой почки летающая твердь перекосится, многие дома обрушатся. И так будет, пока не отрастёт новая почка.

– Но и она взорвётся, если не озаботиться нужными мерами? – спросил Рабб Хатт у труженика.

– Зачем? То есть – да! И она взорвётся, если не это самое… Не озаботиться мерами.

– Какой ужас, – удовлетворённо кивнул Рабб Хатт. – Идите же, уважаемый, делайте своё дело, а собрание изучающих будет думать, как предотвратить потерю ценного органа Нутра летающей тверди.

Старший труженик ушёл от нас, при этом забыл прихрамывать.

6. Самовольное решение и чужие слова

Бессвязная клоунада, разыгранная старшим тружеником и Рабб Хаттом, не впечатлила меня и дядю Шоодо. А вот остальные члены собрания изучающих замялись: от их решения зависело благополучие всего Нутра Дивии! Никто не осмеливался принять такую ответственность.

– Как-то боязно, – виновато сказала Сана Нугвари. – Не хочу, чтобы сия почка воспламенилась, перекосив всю твердь.

– Да не воспламенится она! – ответил дядя Шоодо. – Труженики врут. Это их рожи перекосились от вранья.

– А если не врут? – возразила Сана. – Вы, что ли, знаете, как работает почка и другие органы Нутра?

– Не знаю. Но знаю, что почка не воспламенялась всё время, пока Дивия стремительно летела по указке Совета Правителей. И вдруг воспламенилась сейчас, когда Совет решил снизить скорость.

Сану эти доводы не убедили.

Маяд Бурух уже праздновал победу. Он собрал всех вокруг себя и начал выездное заседание собрание изучающих:

– Совет Правителей недавно принял решение замедлить полёт Дивии, дабы твердь не приблизилась к границам Портового Царства раньше того, как будет готово наше воинство. Воплощая решение Совета в движение, труженики сословия вынуждены пригасить пыл почек Нутра, столь сильно разгоревшийся во время стремительного полёта.

Маяд Бурух обвёл нас встревоженным взором. Мы должны осознать, как важно, что он говорил.

– Розжиг и погашение пыла почек требует времени и могучих усилий тружеников, работающих на каждой почке.

– Так, так, – закивал Рабб Хатт.

– Каждая почка возгорается не менее двух дней, а вот погасить её так же быстро не получится. Чтобы выполнить замедление полёта Дивии, нам, старшим сословия Поддерживающих Твердь, пришлось не только перебросить всех тружеников на эту работу, но и самим спуститься в Нутро.

– Так вы погасили почку или нет? – выкрикнул дядя Шоодо. – Дивия замедлила полёт ровно настолько, насколько решил Совет. Какие же у вас сложности?

Маяд Бурух не посмотрел на дядю:

– Именно об этом я и хочу вам сказать, уважаемые. Задание Совета мы выполнили, но какою ценой? Поглядите на наших усталых тружеников: сменяя друг друга ночью и днём, они постоянно спускаются в Нутро и трудятся! На ваших глазах мы только что провели обыкновенное перетягивание жил, а таких перетягиваний приходится выполнять множество за одну смену. Иначе почка разгорится и ход Дивии снова ускорится.

Я не обольщался насчёт собрания изучающих: мало кто их них понял, что сказал Маяд Бурух. Я тоже не понял. На это он и рассчитывал.

– Дабы почка случайно не вспыхнула, мы вынуждены постоянно держать при ней тружеников. Даже когда их усилия нужны в других частях обширного Нутра Дивии.

– Вот теперь нам всё понятно, уважаемый, – взял слово Рабб Хатт. – Вам не хватает тружеников, не так ли?

– Вы всё мудро оценили, светлый господин Хатт. Невольные челядинцы из рода Те-Танга, которые сейчас тратят свои линии на прислуживание роду Саран, были опытными тружениками. И если сегодня же нам не вернут их, или не найдут им полноценную замену, то мы вынуждены будем переложить вину за перекос Дивии на род Саран.

– Позвольте, – вскинулся дядя Шоодо. – При чём тут мы? Может, это вам нужно осторожнее зажигать все эти почки и селезёнки, чтобы никого не перекосило?

Сана Нугвари поддержала:

– Разве прислуживание челядинца требует каких-то озарений? Я сама видела, что Те-Танга только носят еду и напитки, а так же метут залы во дворце Саран.

– Не в линиях дело, молодая госпожа, – спокойно сказал Рабб Хатт. – Саран не позволяют труженикам рода Те-Танга спускаться в Нутро.

– Да они сами не хотят, – заявил Шигеро. – Им больше нравится подметать и мыть наш дворец и копаться в саду, а не потеть в Нутре, где соприкосновение с желчью отжигает им ноги и руки.

– Ваши слова оскорбляют всех тружеников, – кротко заметил Маяд Бурух. – Мы самоотверженно переплетаем жилы, чтобы ваш сад и дворец получали воду и жар. Мы никогда не отступали от нашего предназначения, каким бы леденящим или обжигающим ни был наш Путь. В отличие от некоторых, кто презрел своё предназначение.

– Это он обо мне, – насмешливо поклонился я собранию.

– А мы и не спорим, – включился Шоодо. – Мы уважаем ваш труд, как и труд любого сословия во славу Дивии. Но превращение тружеников Те-Танга в наших челядинцев было решением Прямого Пути. Так что…

Слова дяди потонули в заранее отрепетированных восклицаниях союзников Те-Танга:

– Неоднозначное решение.

– Весьма спорное.

– Решение, требующее пересмотра.

Карапу Карехи вспомнил, что он тоже союзник Те-Танга и стукнул палкой по полу:

– Дерьмовое решение вообще.

Рабб Хатт грозно сверкнул на него глазами, мол, заткнись, болван, не оскорбляй Прямой Путь.

Я впервые вмешался в спор:

– Если Те-Танга желают пересмотреть исход родовой войны, то род Саран готов его перепоказать.

Мои слова ошарашили Рабб Хатта и Маяда Буруха.

Карапу Карехи перестал колотить золотой палкой по полу и пробормотал:

– Обождите, мы же союзники Те-Танга. Мы не хотим воевать.

Даже дядя Шоодо дёрнулся: он тоже не хотел новой войны. Род Саран только оправился от предыдущей.

– Ладно, – сказал Маяд Бурух. – Завтра придём в Первое Кольцо и там проголосуем.

Рабб Хатт согласился:

– Я верю в ум собрания изучающих. Нас не запугать.

– Не запугать? – неуверенно переспросил Карапу Карехи. – А если…

– Не запугать, – твёрдо сказал Рабб Хатт.

– Не запугать, – кивнул Карапу и стукнул палкой по полу.

Я в очередной раз удостоверился, что родом Карехи правил не Убийца Травы, а советник рода Хатт. Интересно, сколько ещё родов и семей он сделал своими тайными вассалами, поставив в их главе болванов и идиотов?

Я восхитился Рабб Хаттом. Настоящий серый кардинал. Скорее всего, это он нанял наёмников, убивших Вакарангу Карехи. И он сделал всё, чтобы во главе славного рода мясников встал идиот с золотой палкой.

С таким человеком лучше дружить. Или хотя бы не враждовать.

✦ ✦ ✦

Обратный путь из Нутра дался тяжело. Мы устали, хотели пить и есть. Когда достигли комнаты, в которой ранее обедали труженики Нутра, выяснили, что она пуста. Ни еды, ни воды. Наверняка – ещё одна мелкая пакость от Маяда Буруха, чтобы собрание надолго запомнило посещение ужасного Нутра.

При этом Маяд Бурух, Рабб Хатт и остальные союзники Те-Танга выглядели менее усталыми. Они подкрепились перед посещением.

Мы вышли из Нутра поздним вечером. Электрические всполохи атмосферы и сияния сгустились в районе врат Нутра. Они словно синхронизировались с вспышками почек и бешеными оборотами окружностей печени. Вероятно, так и было. Создатели ведают, как это всё взаимосвязано.

Мы сильно устали и хотели есть. Еле-еле доползли до моего небесного дома. К счастью, челядинец Нефтер вышколен многолетней службой у Патунга: на небесном доме нас ждал накрытый стол, точнее – пол. Все, кто выбрал лететь со мной, расположились на подстилках, умыли руки в тазиках с ароматной водой и накинулись на еду, прославляя меня, как гостеприимного и предусмотрительного хозяина.

Я занял центральное место на подиуме. В ближний круг пригласил сесть Сану Нугвари, так как всегда приятно смотреть на её колени, и Нахераса Бату – необходимо оказать честь человеку из славного рода, решившего поддержать меня.

Итого за Саран следующие члены собрания изучающих: Сана Нугвари, дядя Шоодо, Шигеро Саран, космический мечтатель Нахерас Бату и я. Всего пятеро.

У противника – семеро. Голосование будет в их пользу.

Собрание изучающих – это совещательный орган. Я и другие старшие Саран не обязаны следовать его решению. В таком случае дело перейдёт в Прямой Путь.

Нельзя отдавать контроль над этим делом дяде Шоодо, его ненависть к Те-Танга уже принесла вред роду. Нужно выпутываться самому. Заодно извлечь хоть какую-то выгоду из неизбежного поражения.

– Как бы кто не проголосовал, мы не отпустим принуждённых челядинцев Те-Танга, – заявил дядя Шоодо, пожирая тонкий ломтик свинины, облепленной листьями деликатесной жёлтой ман-ги. – Не для того мы побеждали, чтобы отпустить врагов на волю.

– Пусть Прямой Путь решает, – согласился Шигеро. – А он решит, как в прошлый раз.

– Да, да, – закивал Нахерас Бату. – Старшие сословия Поддерживающих Твердь знают, что решение Прямого Пути повторится, для этого и устроили собрание изучающих, надеясь, что вы испугаетесь.

Насытившись, я вытер руки о полотенце и сказал:

– Отпускать челядинцев Те-Танга или нет – решу я.

Дядя Шоодо насупился:

– Почему ты?

– Я старший.

– И я старший.

– Второй старший.

Дядя кивнул на Шигеро:

– А он третий. Если мы двое не захотим их отпустить, то ты…

– Я за Самирана, – тут же ответил Шигеро.

– Да ну вас! – горестно промяукал дядя Шоодо.

Ему не хотелось отпускать челядинцев, которых он с наслаждением унижал.

✦ ✦ ✦

Наутро, до начала голосования по нашему делу, я пригласил Рабб Хатта прогуляться вдоль озера Сердца Дивии. Когда мы уединились, предложил сделку: я отпущу челядинцев, а взамен получу услугу от рода Хатт.

– Какую услугу? – осторожно спросил он.

– Готов обменять Те-Танга на землю в срединных Кольцах.

– Юноша, я не могу обменять каких-то жалких Те-Танга на землю в срединных Кольцах.

– А что так?

– Это неравноценный обмен. Земля вечна, а Те-Танга когда-нибудь умрут.

– Значит, пойдём в Прямой Путь? – притворно вздохнул я. – А там ещё неизвестно, как всё решится?

Рабб Хатт, опытный интриган, озвучил давно приготовленное для меня предложение:

– Прямой обмен людей на землю в любом Кольце невозможен. Но, быть может, обсудим скидку на покупку надела в Седьмом Кольце?

– Зачем мне Седьмое Кольцо, когда у меня уже есть дворец в Четвёртом?

Рабб Хатт хохотнул:

– Ох уж и дворец! Скромный клочок земли и строение с уродливой крышей. Я же предлагаю надел в три раза больше размером.

Видимо, это наибольшее, что я могу выбить из этого хитреца. Но что мне делать с землёй в том Кольце? Перепродать? Сдать в аренду? Или открыть машлычную?

А Рабб Хатт продолжал нахваливать товар:

– В надел входит часть реки, исходящей из Сердца Дивии, а в цену надела включено разрешение забирать из неё воду для обустройства озера или иного водоёма, размерами не превышающего разрешённый Советом для подобных участков, а именно – двести шагов в окружности, не считая узких притоков и прудиков в обхвате не более…

– Да зачем мне земля в Седьмом Кольце? – прервал я поток слов матёрого риелтора.

– Земля и вода! Озеро – двести шагов!

– Пусть и с озером на двести шагов. Я столько воды не выпью. Зачем мне этот надел?

– Как зачем? Для постройки становища. Для чего же ещё нужна земля первому в отряде? А в озере вы можете плавать и совершенствовать подводную драку на мочи-ках, дабы противостоять кораблям Портового Царства.

– Мочи-ками с кораблями не дерутся, – автоматически поправил я невоенного человека и задумался.

Прошедшие воинский смотр отряды, обзавелись отдельными казармами. В дивианской военной традиции они назывались «становища». Для Маджи и командира отряда Поау земли под становища давно выделены – очередной бонус принадлежности к славным родам. И только мой отряд ютился в общественной казарме, наравне с младшими учениками Дома Опыта и воинами мелких отрядов, которые не могли позволить себе собственную базу.