Текст книги "Две консервы не желают нормально сдохнуть (СИ)"
Автор книги: Максим Бугаев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)
– Вампиры, а вы вообще местные? – заинтересованно спросил я, пытаясь докопаться до сути.
Те с непонимающими глазами уставились на меня, но всё же закивали головами в знак согласия.
– Подозреваю, что в школу вы не ходили и грамоте не обучены? Читать ведь не умеете, я правильно понял?
Ответа не последовало, но я и не настаивал, потому что и так было понятно. Ровно, как и то, отчего это место настолько не соответствует даже тем стандартам военной базы Союза, которая была в паре сотен километров от них.
Вот и ещё одна подсказка в копилку того, как дела обстоят на самом деле. Определённый процент местного населения находится в глубоком архаичном тупике. В стадии регресса. Факты налицо. А раз так, то следует учитывать: дыма без огня не бывает. Значит, это кому-то выгодно. И разговор в данном случае идёт совершенно не о местных бандах и прочих поверхностных опухолях цивилизации, а гораздо глубже.
Но как тогда быть с тем фактом, что у них при себе телефоны?
– Дай мне свой телефон, – попросил я девчонку, указывая на топорно торчавший из кармана корпус электронного устройства.
Естественно, отдавать его она не собиралась. Кто бы сомневался. Понимаю, вещь личная и довольно деликатная. Но, чтобы проверить свою догадку, мне пришлось прибегнуть к силе.
– Извини, пожалуйста, но я не из праздного любопытства позаимствую твою вещь на пару минут, – без особых усилий я отобрал её «сокровище», тут же схватив в свой адрес целый шквал сочных местных проклятий.
Разблокировав экран её же отпечатком пальца, я ужаснулся. В моём 2094 году такие экземпляры можно было увидеть разве что в музеях электроники. Обычный примитивный «кирпич» без малейшего намёка на нормальный интерфейс. Контакты в адресной книге были забиты исключительно фотографиями, картинками и смайликами. У некоторых адресатов красовались подписи из дикого нагромождения букв, чёрточек, скобок и прочей первобытной грамматики – судя по всему, они сохраняли имена так, как умели нажимать на кнопки, не имея ни малейшего понятия о правописании.
Правильно были подписаны только оператор связи и какие-то системные службы, которые вбивались туда автоматически при активации сим-карты. Полный амбец. Вернув владелице её вещь, я тихо спросил:
– Ребят, а много вообще таких вольных городов на Марсе, как Омонимия? Не знаете?
– Какое тебе дело, урод? Что за вопросы? Ты вообще не местный? – огрызнулась она, злобно сжимая в руках спасённый гаджет.
Глава 14
В общем, с этими вампирами всё понятно. В данном случае я имел в виду конкретно вот этих двоих. Никаких иллюзий я не строил, что остальные члены банды будут точно такими же. Сразу ведь понятно, что эти ребята находятся на дне иерархии.
Но даже они сейчас являются ценным источником информации для меня. Пора искать зацепки того места, которое мне нужно найти в первую очередь. Да, прекрасно осознаю, что полагаться на удачу не стоит, эти двое мне вряд ли что-то интересное расскажут, только с чего-то начинать всё же стоит. Никогда не знаешь, в каком месте «выстрелит».
– Слушайте. Раз уж так сложилось, что мы с вами разговорились, почти по-приятельски, не подскажите, товарищи кровососы, вы никогда не слышали в этих местах об экспрессе «Снежная Королева»? Возможно, от кого-то из…
– Пошёл в дюну, ушлёпок! Нам нет никакого резона болтать с тобой, – в который раз перебила меня девчонка.
Похоже, я ей совсем не нравился. Либо наоборот нравился даже очень, раз она постоянно переключала на себя моё внимание. Как в первом, так и во втором случае, мне это только на руку.
Потому что попадись ко мне два молчуна, было бы совершенно не интересно. Пытки и прочие прелести я не люблю, а поговорить с людьми иногда всё же хочется.
– И долго ты нас собираешься держать тут? – продолжила девчонка с русыми волосами.
Каждый раз она ставила меня в тупик своими вопросами. Просто потому, что логически ответить на них было невозможно – налицо зияло полное отсутствие таких понятий, как причинно-следственные связи.
Я только покачал головой и развёл руки в стороны от недоумения.
– Трудно тебе видно живётся, – констатировал я вслух, – Вообще, если ты не заметила, вы сами ко мне сюда пришли. Это раз. Потом начали строить тут из себя крутых гангстеров. Набросились на меня и давай пузыри из носа пускать. Это два. Да и потом, вы оба сидите передо мной на полу этого грязного ангара-мастерской не связанные по своему желанию. Разве я вас держу, можете смело проваливать на все четыре стороны. Просто, когда вы на ногах, вы тут же начинаете буянить в мою сторону, вот и приходится мне садить вас на пятые точки. Не заметила, что я на агрессию ответил агрессией. Это ведь вы вдвоём со своим приятелем. Один начал распускать руки, ты в меня вообще электрошокером начала тыкать. Как, по-твоему, я должен был поступить в такой ситуации?
Разложив всё по полочкам, я добавил чуть холоднее:
– Нормальные люди для начала вообще-то представляются. Перевожу на доступный тебе язык: перед началом разговора они называют своё имя, ожидая услышать в ответ имя собеседника. Это первая ступень на пути к элементарному взаимоуважению, когда встречаются незнакомые люди – независимо от того, с какими намерениями они решили завязать беседу.
– Мы не к тебе пришли, стервятник, – подал голос парень, – Ты что-то перепутал. Это наша точка, товарищ-проходимец. И работают на этом СТО наши люди, которые находиться под нашей защитой.
Я даже мысленно хмыкнул. Надо же: «товарищ-проходимец» – любопытный оборот, судя по всему, местный новояз, прочно укоренившийся в их скудном лексиконе. Но куда больше зацепило другое слово – «стервятник». Любопытно, какой именно смысл они в него вкладывают? Именно его я слышал и от того дядьки, Кшиштофа, с которым некоторое время назад разговаривал в забегаловке. Надо всё же выяснить, что это за термин и какое значение он под собой несёт.
А главное – этот парень, похоже, совершенно не страдал полным отсутствием логики и вполне мог говорить аргументированно, сносно формулируя мысли. Неожиданно и даже приятно. На фоне моего первичного мнения о нём проблески интеллекта у гопника придавали ему веса. С этим парнем точно не всё потеряно.
– Тут я с тобой полностью согласен. Если бы не единственное, «но». Дело в том, что заглянул я в этот ангар не по собственной воле. Так уж случилось, как ты выразился – твои люди на этом СТО, решили, что им всё дозволено. Вот, к примеру машину решили у нас отобрать, обокрасть, ещё и с моим другом, – я кивнул в сторону стоящей в дальнем конце ангара Лидии, – как это сказать… Воплотить в жизнь свои мерзкие сексуальные фантазии. Поэтому мне и пришлось вмешаться.
– Ты о чём вообще говоришь? Стервятники – бесправный народ. Каждый житель свободного города вправе делать с ними то, что захочет, если сочтёт их законной своей добычей! – с презрением в мою сторону бросила девчонка.
Причём мне не понравилась даже не столько её интонация, с которой она это выпалила. Куда сильнее зацепило то, с каким пониманием законов этого мира она это произнесла. Словно она объясняла глупому ребёнку, как на самом деле устроена жизнь, подталкивая меня к неутешительному выводу: моральный кодекс в Омонимии изуродован до неузнаваемости, прогнив до самых фундаментальных аспектов. Из её слов получалось, что стервятники – это даже не люди вовсе, а какой-то сорный вид, с которым каждый волен делать всё, что заблагорассудится.
После этого я встал и отошёл в сторону к Лидии, тихо спросив, слышала ли она этот занимательный диалог. Девушка, повернувшись ко мне, молча кивнула, подтверждая услышанное, и по её напряжённому взгляду было очевидно: она сама в полном шоке от местных «правил» и порядков.
К моему удивлению, эти двое продолжали сидеть на месте, словно были привязаны, хоть я и отошёл от них больше чем на десять метров. Я-то ожидал, что они сейчас дадут дёру, едва представится шанс, но нет – ничего подобного. Может, это какой-то местный принцип? Или извращённые правила поведения? Какое-то подобие их собственного «кодекса чести»? Чёрт его знает, что у них тут вообще в ходу, если все остальные понятия и моральные ориентиры оказались вывернуты наизнанку.
Вернувшись обратно к этой парочке и заложив руки на груди, я с искренним недоумением поинтересовался:
– Мы же только что выяснили, что я не держу вас в заложниках. Можете проваливать на все четыре стороны. В чём дело? Почему вы продолжаете греть задницами этот грязный пол?
На меня посмотрели так, словно я в очередной раз ляпнул какую-то несусветную глупость.
В общем, понятно – разговор у нас не ладится, и на то были вполне определенные причины. Поэтому решил поступить старым добрым проверенным способом – любой разговор идет куда лучше и приятнее, когда желудок занят.
Достав из кармана монеты, конфискованные у того толстяка из ломбарда, я внимательно посмотрел на парня с девушкой перед собой и спросил у последней:
– Можно тебя попросить об одной услуге? Через дорогу, в нескольких метрах от нас, находится забегаловка, “Колония”. Полагаю, они дают еду на вынос. Ты не могла бы сходить взять чего-нибудь на стол пожевать? Сядем все вместе и нормально поговорим. А то жрать так хочется, но не могу же я в одно рыло перед “дорогими гостями” хомячить за обе щеки.
Я огляделся, подхватил у стены ангара пару пустых пластиковых ящиков из-под деталей и поставил их перед пленниками.
– Садитесь, – кивнул я на импровизированные стулья. – Не дело это на полу рассиживаться, не по-людски. Сейчас столик нам сообразим и возможно кто-то с русыми волосами и в колготках сходит нам всем за едой.
На меня эти двое посмотрели так, словно у меня окончательно поехала крыша, но комплексовать по этому поводу я не собирался. Тем более перед ними. Пусть думают что хотят.
– Давайте начнём с азов, – решил я сменить подход. – Для начала представимся друг другу. Раз инициатива исходит с моей стороны, следовательно, мне и делать первый шаг. Меня зовут Ярослав Бочкин, погоняло – Бочка.
Я протянул руку для рукопожатия. Пожимать её, разумеется, никто не спешил. Я так и застыл с вытянутой ладонью, терпеливо дожидаясь реакции.
– Ты киборг? – неожиданно выпалила девчонка.
– Нет, – искренне ответил я.
– На вид тебе не дашь больше двадцати, – подметила она с неожиданной для неё проницательностью. – А ведёшь себя так, будто прожил втрое дольше.
Похоже, я всё-таки поспешил с выводами насчет этих двоих. Совсем уж дураками они не были – скорее, обладали той уличной смекалкой, которая вырабатывается у всех, кто выживает в подобных местах. Мозги у них работали, но видно были напрочь забиты местными понятиями и искаженной логикой Омонимии. На элементарную наблюдательность их, во всяком случае, хватало.
– Вариант, что я просто слишком умный, ты, я так понимаю, не рассматриваешь?
Девушка отрицательно покачала головой. Что ж, винить её было не в чем – по сути, она была права. Но выкладывать ей свою подноготную я, разумеется, не собирался. Ни к чему ей эти знания.
В общем, мою руку так никто и не пожал. Терпеть дальше эту застывшую позу смысла не было, и я спокойно убрал ладонь.
Тяжело выдохнув, пришлось признать, что «по-хорошему» в нашей дружной беседе не получится. Пора переходить на следующий уровень. Достав шокер, я убрал пистолет с предохранителя и выстрелил разрядом прямо в сидящую передо мной девушку.
Целился специально немного левее, чтобы не задеть.
– Теперь понимаешь? Неприятно, скажи, когда целятся и стреляют в тебя? Второй раз я не промажу. Считай, что это был предупредительный выстрел, – заметив, как дернулся парень, я перевел пистолет на него. – А тебе не советую сейчас трепыхаться. Время приятных разговоров законченно. Ещё одна выходка и я сломаю тебе что-то, а вслед и твоей подружке. Мне надоело, что вы строите тут из себя крутых мафиози, которые не способны даже себя обеспечить. Думаете по вашему виду не заметно, что вы обычные шестёрки на дне? Но тем не менее, я пытаюсь с вами разговаривать уважительно, признавая вас как личность. Вы же ответ только хамите. Это утомляет, честно вам скажу.
– А сам то ты кто? – тихо проворчал парень, исподлобья глядя на меня.
– В смысле кто? Я же вам представился, как меня звать, – спокойно я ответил ему, рассуждая над тем, как же до них достучаться, одновременно раздумывая и над тем вопросом: «а нужно ли это мне вообще»?
Что толку искать взаимопонимание с рядовыми исполнителями, чья компания мне уже начинает приедаться.
– Не об этом спросил. Кто по жизни ты? – перешёл на конкретику здоровяк, показывая своё раздражение.
– Просто человек, – прямо я ответил ему, – У которого есть свои интересы и ценности. Тот, кто не хочет подстраиваться под других и гнуть спину ради чужих амбиций. Я два века полежал в холодильнике и только недавно меня разморозили. Достаточно откровений для тебя?
– Так ты «консерва», – понимающе кивнул он, – Тогда понятно.
– Что именно тебе понятно? – начал заводиться я, больше не в силах терпеть это пренебрежительное обращение к себе.
– То, что надо! Откуда ты такой борзый заявился.
Палец вдавил кнопку активатора. Здоровяк дёрнулся в типичном спазме от удара током и, судорожно замирая, сполз на пол. Девчонка от неожиданности вскрикнула, глядя на него, и тут же с ненавистью уставилась на меня.
– Имя своё назови, – холодно потребовал я, мысленно нажав на спусковой крючок в очередной раз.
Но этого не понадобилось. Похоже она осознала, что мне надоели их кривляния.
– Роза, – покосившись на здоровяка ответила она.
– Роза, кто такие «стервятники»? Попробуй мне объяснить.
– Так это… ну… это вольные, отрекшиеся от всего, кого можно встретить в пустыне.
– Ты нормально объяснить способна? Что это за люди, почему их так называют, какой образ жизни у них, чем они занимаются и так далее, – понимая с кем имею дело, попытался я её направить в нужное русло.
Судя по её мимике и тому, как она принялась заламывать руки, задачку я ей подкинул непростую. Запустив пальцы в короткие волосы и почесывая затылок, она попыталась выдавить из себя хоть что-то членораздельное и информативное.
– Стервятники – это те, кто под едином флагом пустыни.
Услышав столь странное высказывание, я тут же перебил её:
– Для начала объясни, что за «единый флаг пустыни» такой?
– Единый флаг пустыни – это… вольница. Ты ни к кому не привязан и никому не должен. У тебя нет ни дома, ни гражданства… и тебе всё равно, кто и что вокруг творится. Стервятники – как бродячие собаки: что найдут, тем и харчуются.
Из её сбивчивых объяснений вырисовывалась простая картина: стервятники были классическим перекати-поле. Люди вне закона и системы – без документов, без прав, без привязанности к какому-либо городу. Скорее всего, банда маргиналов, промышляющих разбоем.
Роза ответила сразу на два вопроса – как умела. Я мысленно резюмировал: «единый флаг пустыни» был не чем иным, как махровой анархией, только под другим названием.
– А почему ты решила, что мы стервятники?
Роза только усмехнулась:
– Так у вас ни флага, ни штандарта, никаких других опознавательных знаков нет. Всё как у стервятников.
Я качнулся в сторону, пытаясь взглядом отыскать Лидию, но на том месте, где видел её в последний раз, было пусто. А затем, почувствовав чей-то взгляд за спиной, я резко обернулся. В полуметре от меня стояла Скворцова.
– Ты слышала её? – задал я напарнице скорее риторический вопрос. – Говорит, палимся мы безбожно, как фраера последние. Срочно нужны флаг, штандарт или опознавательные знаки.
Лидия кивнула мне, подошла ближе упираясь бедрами мне в спину. Пользуясь тем, что я сидел на ящике, положила мне на плечи руки и не отрывая взгляда от девушки задала той вопрос, который вертелся у меня на языке:
– Каков регламент официальной регистрации? Куда подаётся заявка, какова процедура и какие условия, требования и перечень обязательных условий?
Я немного опешил. В моей картине мира всё выглядело куда проще: взять какую-нибудь тряпку, намалевать на ней знак поприметнее – и дело с концом, прикрыться хотя бы видимостью легальности, чтобы не слыть совсем уж бесправной швалью. Но Лидия мыслила иначе.
Как я погляжу, она решила зайти с другой стороны – сыграть по местным правилам и официально заявить о себе. То ли пытаясь выбить для нас полноценный статус, то ли… чёрт её знает, что у неё вообще на уме.
Поднявшись с ящика, я взял Лидию под руку и извинился перед девчонкой – мол, мы ненадолго отлучимся.
Отойдя на несколько метров в сторону, я шепотом спросил:
– Эй, ты чего удумала вообще? Какое «официально зарегистрироваться»? Ты что, всерьёз собралась легализоваться в этой дыре или у тебя какой-то другой план?
Скворцова с абсолютно серьёзным выражением лица кивнула на мой вопрос,
– Бочкин, до меня только что дошло, как у них тут всё завязано. Послушай меня внимательно и не перебивай – мысль ещё сырая, в единый контур пока не сложилась, – чуть громче, чем следовало, ответила она. – Ты же слышал, как они тут живут и кое что видел. Тебе это ничего не напоминает? Чистой воды феодализм, причём в самой примитивной конфигурации.
Лидия хищно улыбнулась и легонько ткнула меня пальцем в грудь:
– А раз это система с чёткими правилами доступа, то глупо пытаться её ломать или обхитрить. В этом ноль смысла. Куда эффективнее внедриться в их кластер. Если нам нужны ресурсы, безопасность и стабильные каналы перемещения, мы не должны прятаться по углам. Нам нужно встроиться в иерархию на правах легальных игроков: получить статус, занять нишу и заставить их же правила работать на нас.
Честно сказать, я улавливал, куда клонит Скворцова, но рациональности в этом не видел – в моей голове никак не укладывалось, к чему такие сложности.
– Разве не проще купить липовые…
– Проще как раз наоборот, Бочкин! – не дослушав меня до конца, перебила она. – Ты абсолютно ничего не понял. Лучше послушай, что ответит девчонка, и поймёшь: куда проще официально зарегистрироваться авантюристами в местной гильдии, чем бегать по углам в поисках фальшивых бумаг.
А вот на этом моменте я просто замер.
– Что ты только что сказала? Каким авантюристам? Какой гильдии?
Лидия лишь весело улыбнулась на мой вопрос и спокойно пояснила:
– Пусть местный диалект звучит иначе, но суть от этого не меняется.
С этими словами девушка потянула меня за руку обратно к нашей «гостье», на ходу громко бросив:
– Так каковы условия приёма новых членов в Консорциум Песка? Как здесь становятся настоящими песчаниками?
Девчонка окинула нас недоверчивым взглядом и слегка нахмурилась:
– Вы что, вдвоём и впрямь надумали записаться в песчаники?
Я дёргано дёрнул Лидию за рукав и вопросительно уставился на неё, требуя хоть каких-то внятных объяснений.
– Чтобы тебе проще было сориентироваться, переведу на человеческий, – подмигнула она. – Гильдия авантюристов – это и есть Консорциум Песка, а «песчаник» – местный аналог вольного наёмника.
Девчонка привлекла наше внимание, заговорив неожиданно деловито, чеканя каждое слово – словно она уже сто раз прокручивала этот сценарий в голове и знала все условия наизусть:
– Нужна группа минимум из двух человек и двух машин класса «вездеход». Первичного взноса нет. Но вы должны понимать: поскольку вы новички – мелкая и никому не известная единица, – налог Консорциума составит тридцать процентов с чистой прибыли от каждой сделки.
Я вздохнул, помассировал виски, покосившись на наш единственный транспорт – на Громозеку, который, по словам Скворцовой, вдобавок ко всему ещё и требовал срочного ремонта.
– Ну вот, мы и пролетели, – буркнул я. – Второго автомобиля у нас нет.
Девочка с русыми волосами чуть заметно усмехнулась, глядя на моё разочарование:
– Зато у нас с братом есть.
* * *
Через две минуты внутри этого ангара стоял внедорожник с гордым именем – Чирик.
Глава 15
Как раз в тот момент, когда Роза загнала в ангар свой Чирик, с улицы донёсся тяжёлый рокот нескольких моторов. Не успела девушка попозировать на фоне своего авто, как машины остановились у ворот открытого ангара.
Нервно обернувшись назад, Роза заметно стушевалась, потеряв свой былой боевой настрой. Мне сразу стало понятно без слов, кто заявился. Похоже, это были те самые старшие, которых мы и дожидались.
Одинаково раскрашенные авто. Белые кузова с чёрными черепами на дверях. Настоящие монстры из прошлого, с допотопными двигателями внутреннего сгорания. Насколько я понял, здесь было правилом хорошего тона рычать своим двигателем, газовать, создавать шум и коптить воздух своими выхлопными трубами.
Когда первый акт этого спектакля крутизны был закончен, из машин наружу вывалились люди. Восемь человек. Пятеро парней и три девицы.
С этого момента, я так понял, начался новый акт устрашения. И в ход пошли не только их рожи с белым гримом и чёрными глазами, но и цепи, дубинки, кастеты и прочие прелести из детского отдела игрушек.
Я, конечно, хорохорюсь, но приятного в этом мало. Ребятки явно хотели показать, что заявились они сюда не для того, чтобы разноцветными мелками нарисовать солнышко на полу этого СТО. Да и мелков у меня для них не было.
Что мне сразу бросилось в глаза: одеты эти ребята были довольно интересно. Не могу сказать, что я прямо такой уж и специалист местной моды, но даже я могу сказать, что принарядиться они любили. Так сказать – выразиться. Показать в люди себя.
В мою сторону направили трое: здоровый крепыш в чёрных военных ботинках, зелёных камуфляжных штанах, в чёрной обтягивающей майке, золотой толстой цепью на шее и классический синий пиджак сверху. Его стиль завершал зализанные волосы назад, выбритые по вискам и металлическая бейсбольная бита в правой руке.
По правую руку от него шёл такой же амбал: лысый, в жёлтых берцах и рваной майке. Слева девица: в коротких шортах, с забитыми татуировками руками и тяжёлой цепью наперевес. Пятеро остальных остались стоять у машин. Они-то и были самые колоритные. И это меня сбило с толку.
Другими словами, я не понял, ко мне направился босс этого движа или шестёрка? По его габаритам и суровому лицу – если вообще уместно так выражаться насчёт его покер-фейса в гриме – вроде как он тут главный. Но вот по одежде… Пятеро оставшихся сзади были одеты куда богаче этой троицы, шагающей в мою сторону. Чёрные и красные плащи, шёлковые рубашки с острыми воротниками, широкие кожаные пояса с металлическими пряжками. Начищенные бляхи, перчатки без пальцев. Короче на фоне троицы они создавали больше впечатления.
Если в этом сборище вообще существовала хоть какая-то логика, то босс вряд ли бы первым выдвинулся ко мне. Первыми всегда отправляли шестёрок. А настоящий хозяин этого праздника жизни должен оставаться в тени.
Но вот какая интересная штука получилась. Я рассчитывал на какой-то вступительный диалог. Хотя бы на жалкое «привет, как дела». А вместо этого здоровяк сразу же, сходу, как только приблизился ко мне, попытался раскроить мне череп своей металлической битой. Вот так буднично, просто, без объявления войны.
Короче говоря, умели они неприятные сюрпризы преподносить. Только я увернулся от биты, как в мою сторону полетела цепь. Девушка оказалась тоже не промах. Ну а затем вмешался второй здоровяк со своими кулаками.
Как же я сейчас радовался, что у меня молодое тело. Уворачиваться от подобных выпадов довольно-таки проблематично, если вы скованны в движениях. Но когда у тебя ничего не болит и не беспокоят старые раны, эта задача становится вполне выполнимой при должной сноровке.
Только есть нюанс. Долго уворачиваться и метаться как белка в колесе из стороны в сторону не получится. Надо контратаковать, вот только с этим возникла проблема. По их слаженным и чётким движениям я понял, что нарвался не на дешёвых позёров, а на настоящих бойцов.
Холодный расчёт в их глазах не сулил мне ничего хорошего. Ни лишней болтовни, ни суеты: все удары наносились пристрелочно, со знанием дела.
В общем, дела наши плохи, хуже, чем я рассчитывал. Ещё полминуты, и они меня загонят в угол.
Черноволосая баба из этой тройки внезапно переключила своё внимание с меня на Скворцову. Лидия забилась в угол, где стоял металлопринтер, и пыталась не отсвечивать, но всё же привлекла к себе внимание.
Самый широкий в троице поймал взгляд своей подруги в джинсовых шортах и скупо кивнул той:
– Это его баба, разберись с ней.
Вот зря он раскрыл свой поганый рот. Не стоило этого делать. После его слов у меня словно открылось второе дыхание, и все пораженческие мысли уступили дорогу ярости.
Благо в этом ремонтном ангаре полно было разных инструментов, которые я решил использовать не по назначению. Раз эти ребята заявились сюда с кардинальным настроем покалечить нас, значит, выбора у меня больше не оставалось.
Хорошо было только одно. Они действовали, преследуя одну цель: повысить свою репутацию, демонстрируя силу. Напоказ. Не для нас, а для остальных. Как бы показать всем, что бывает с теми, кто попадает им в немилость. И теперь они совершили ту же самую ошибку, что вначале сделал я. Они недооценили своего противника.
Запрыгнув на лестницу галереи, я поднялся вверх, чем только обрадовал двух амбалов. Похоже, они решили, что подобным образом я сам себя загнал в угол и теперь моя песенка спета. Но мне нужно было несколько спокойных секунд. У меня оставался только один картридж для выстрела из шокера, и его надо было использовать с умом. Я видел, как Лидия вжалась в стенку, схватив в руки разводной ключ. Но также мне было известно, что у Скворцовой нет и шанса против той бесноватой девки с цепью.
Всё надо было сделать быстро и незаметно. Так, чтобы приятели черноволосой не успели предупредить её, когда я буду целиться. Иначе моя задумка и выеденного яйца не будет стоить.
В итоге, хоть я и исхитрился, довернув корпус, незаметно достал из кармана шокер, прицелился и… не попал. Брюнетка в самый последний момент увернулась, словно глаза на затылке имела. Можно было спрыгнуть вниз, поспешить к Лидии на помощь, только всё равно не успею. Слишком далеко.
Но ситуацию спас мой кореш, про которого мы все забыли. Чёрт показал себя с лучшей стороны. Он перехватил занесённую для удара цепь в воздухе и без малейших усилий вырвал оружие из рук карательницы.
* * *
Неспешно размешивая чайной ложкой сахар в кружке, Елизавета оторвалась от голографического экрана и посмотрела на отца.
– Судя по поступающим данным, она пытается перепрошить ремонтного дроида под себя. Залить кастомный софт. Как прикажешь поступить?
Бойко Роман Николаевич широко зевнул, прикрыл рот рукой и, пожёвывая губами, лениво ответил:
– Перенаправь шлюз передачи данных. Пусть пакеты идут не на её локальный носитель, а через наш ретранслятор. Подсунь им наш установочный образ из закрытой базы Комитета с подменой контрольных сумм. Пусть думают, что это обычное обновление, а в это время дроид получит наши алгоритмы подчинения.
Елизавета улыбнулась, почесывая указательным пальцем кончик носа. Идея отца интегрировать им экспериментальную разработку ей очень понравилась. Идеальная возможность протестировать софт класса «Зима» в реальных условиях, прямо на живых объектах.
Пальцы заскользили по виртуальной клавиатуре, перенаправляя потоки данных и запуская протокол скрытой инъекции.
Недолго колеблясь между своим желанием и практичностью использования спецсредств, Елизавета решила, что для полной картины происходящего в ангар не помешает добавить ещё парочку своих «глаз». Девушка активировала в общем списке нужный сектор и вывела на позиции дополнительных дронов-разведчиков. Величиной чуть больше обычной мухи, незаметные шпионы поспешили в указанное место. Теперь можно с уверенностью сказать, что никто незамеченным не останется.
Бойко опёрся ладонями на край консоли, наблюдая за тем, как фигура Бочкина металась по ангару.
– Запусти биометрический анализ движений, – бросил он дочери, не отрывая глаз от экрана, внимательно следя за главным героем. – Посмотрим, сможем ли опознать мы этого молодого человека.
Елизавета в несколько касаний вывела на главный монитор сетку захвата движения. Программа мгновенно оцифровывала каждый выпад Ярослава, превращая живой бой в ломаные векторные линии и графики скоростей.
– Анализирую кинематический почерк, – бесстрастно отозвалась она, следя за тем, как система перебирает архивы. – Углы атаки, динамика сброса корпуса, фазы восстановления баланса. Сейчас сопоставим его моторику с закрытой базой данных Комитета. Посмотрим, какую именно школу закладывали в его рефлексы двести лет назад и кто скрывается за этим фальшивым досье.
В углу на экране высветилось предупреждение от системы: сопоставление биометрии выбранного субъекта в реальном времени с заархивированными досье. Биометрическая идентификация по кинематике движения…
Найдено совпадение: 87 %.
Роман Николаевич довольно улыбнулся. Процент совпадения не идеален, но он даёт базу, от которой уже можно отталкиваться.
– Лизонька, – донёсся голос справа, из тёмного угла кабинета, – надо нашим подопытным помочь немного. Отправь роботизированный патруль в этот сектор, пусть наведут суеты с этой распоясавшейся гопотой. В этот раз не лишним будет перестраховаться на их счёт.
* * *
Не ожидал, что всё может так обернуться. Чёрт оказался молодцом. Не знаю, как там ему мозги Лидия перепрошила, но сейчас его помощь пришлась как нельзя кстати. Лучшего момента было и не подобрать.
Черноволосую гадину он не вырубил, но и не давал девке приблизиться к Лидии как та ни старалась. Ремонтный дроид отбросил в сторону нападавшую и больше не давал ни единого шанса приблизится вампирше к Скворцовой ближе, чем на три метра. Все её уловки и хитрости машина считывала очень быстро и реагировала на них мгновенно.
Честно признаться, такая резкая смена расклада меня воодушевила. Теперь можно было не отвлекаться на защиту, а всецело сосредоточиться на этой парочке, что злобно ухмылялась в мою сторону.
Первым делом надо было избавить любителя классических пиджаков от его стальной биты. Задача, в принципе, несложная – если бы не второй здоровяк, маячивший за спиной.
И всё же, когда предположил, что «задача не сложная» я знатно ошибся. На самом деле задача оказалось неподъёмной для меня. Второй хмырь даже не вмешивался. Этого не потребовалось. Меня переиграл этот тип в пиджаке, ровно тогда, когда я лишил его биты.
Оказалось, что эта металлическая бита в его руке была лишь обманкой. В том плане, что мужику с зализанными волосами назад не нужно было оружие для того, чтобы справиться со мной. Это я понял слишком поздно. Будучи самоуверенно нацеленным на разоружение противника, я получил жесткий тактический урок от профессионала, который просто использовал громоздкую железку как приманку, для отвлечения внимания.
