Текст книги "Системный тактик 5 (СИ)"
Автор книги: Макс Крынов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)
Вот теперь понятно, что именно меня смутило. Всё вокруг разваливается как придётся, а эту часть специально придержали. Анализ помог связать положение досок с тем, на чём они держатся; саму верёвку я, пожалуй, мог бы принять за ветку и больше к ней не присматриваться. Но определить, кто её привязал и когда, навык заодно не предлагает. Светлее старой ограды – ещё не значит, что появилась сегодня. Здесь могли ходить местные. Могли лазить любители чужого добра. Наконец, проход вполне могли освободить люди из оцепления.
Пока оставляю находку в покое и осматриваю остальное. Там, где камни переходят в землю, вода уже размывает углубления; расплющенная трава закрывает почву. Я не умею по двум примятым стеблям определять, кто здесь прошёл, сколько весил и давно ли завтракал. Попытка разглядеть следы заканчивается тем, что я замечаю всё новые лужи. Ни одну из них уверенно назвать отпечатком ноги не могу.
Под навесом ещё хуже. Из темноты выступает бок перевёрнутой бочки, рядом торчат обломки, на настиле лежит мокрый мусор. С ближайшей доступной точки не поймёшь, какие доски сгнили насквозь, а какие только потемнели. И не сидит ли за бочкой ещё один щелкун, тоже не поймёшь.
На открытой части двора живых тварей не видно. Только это не делает пустыми ни коровник, ни пространство под навесом, ни канаву.
Альден оборачивается ко мне, не опуская клинка.
– Корбин, что заметил? Есть причина менять порядок?
На тренировочных занятиях парень уверен в себе, а тут что-то оробел и через раз обращается ко мне. Даже мое ранение не разубедило его, что я знаю о происходящем не больше.
Но отказываться от роли лидера (или более компетентного заместителя) я точно не буду.
– Под навесом я пока толком ничего не разглядел, – отвечаю я и указываю на ограду. – А вот секцию у пролома кто-то подвязал. Видишь, угол отведён к столбу? Без верёвки доски завалились бы в проход. Наставник, это ваши люди освобождали дорогу со стороны сада?
Ренн смотрит туда, куда я показываю. На несколько секунд задерживает взгляд на ограде, затем напоминает:
– Я приехал вместе с вами, а за оцепление говорить не стану. Надо спросить.
Он поднимает руку, окликает ближайшего бойца из оцепления и объясняет, что нас заинтересовало. Тот разглядывает пролом, пожимает плечами и отправляется уточнять у старшего наряда.
Мы остаёмся на местах. Делла держит жезл опущенным, но от пролома глаз не отводит; я стараюсь не забывать, что с другой стороны всё ещё стоит коровник.
Боец возвращается довольно быстро. Верёвку никто из его людей не трогал, не вешал. Когда заняли участок, ограда уже стояла так; заходили они через главные ворота. О старых посетителях двора, разумеется, ему ничего не известно.
Ренн благодарит его и ещё раз смотрит на оттянутую секцию. Альден вопросительно приподнимает подбородок, ожидая разрешения. Наставник медлит, прикидывая расстояние, затем кивает:
– Осмотреть можете. До ограды, за неё не выходить: ваша группа работает здесь. Остальных ради одной верёвки к пролому не стаскивайте.
Глава 18
– Давай подойдём вдвоём, – предлагаю я Альдену. – Отсюда за досками ничего не разглядишь. Может, возле столба осталось что-нибудь, чего дождь ещё не смыл? Остальным незачем толпиться рядом, пусть смотрят за двором.
Мы подходим к ограде, держась сбоку от наклонённых досок. Шнур оказывается самым обыкновенным, грубым, с торчащими короткими волокнами. Петля натянута весом сломанной секции, узел крепко прижат к столбу. Зелёного налёта почти нет, а там, где верёвка сдвинулась и обтёрла дерево, видна светлая полоска. По сравнению с оградой крепление выглядит новым. Насколько новым – понятия не имею, я всё-таки не специалист по мокрым верёвкам.
Больше информации даёт земля у столба. Под наклонной доской сохранился край вдавленного каблука. Там, куда попадает дождь, отпечаток уже расплылся, зато в укрытой части хорошо видна ровная дуга. Поперёк следа проходят две неглубокие борозды, дальше они уходят через пролом и теряются в траве. Возле основания ограды застряли щепки со светлыми угловатыми краями. С такого расстояния их уже не спутаешь с опавшими листьями.
– Что-то волокли, – говорит Альден, приседая рядом. След он старательно обходит. – Доски, скорее всего. Видишь, щепа застряла? Длинное тащили одним концом по земле, здесь зацепились за ограду. На этих дворах половину можно разобрать, никто и не заметит.
Вполне сходится. Навык указал мне отличительную деталь общей картины, но она никак не связана с появлением тварей. Вынули доски, потащили через сад, секцию привязали, чтобы не отодвигать при каждом проходе. Для заброшенного хозяйства обычное дело. Сухая древесина кому-нибудь пригодится, целые доски тем более.
А мне уже хотелось обнаружить здесь что-то поинтереснее. Следы, прорыв поблизости – воображению хватает, чтобы связать всё в одну историю.
Я выпрямляюсь и показываю Ренну, что удалось разглядеть. Спрашиваю, можно ли потом пройти вдоль борозд со стороны сада, если там всё проверят. Наставник выслушивает, смотрит на щепки и кивает в сторону навеса. Оттуда по-прежнему торчит разошедшаяся бочка, а за ней чернеют ящики. Пока мы рассматриваем чужие следы, укрытия во дворе никуда не делись.
– Сначала закончите порученную работу, потом будете играть в сыщиков, Корбин. О следах я сообщу старшему оцепления. За оградой работает другая группа, и разрешения ходить по её участку у вас пока нет.
Альден вопросительно смотрит на меня. Я киваю:
– К следам вернёмся, если останется время и Ренн разрешит.
Морланд собирает внимание остальных, указывает Оуэну на провалившийся водосток.
Подходим к краю крыши. Вода частыми струями срывается с прогнувшейся доски, выбивает в грязи ряд маленьких ямок. Под навесом дождь шумит глуше, чем снаружи. Бочка для воды лежит на боку, разошедшимися клёпками к нам; лопнувший обруч торчит над ней кривой дугой. За бочкой – обломки ящиков, у самой стенки скомкалась солома. Пахнет мокрым деревом и плесенью. Ничего не движется, только щепка у нижнего края вдруг медленно ползёт в сторону.
Я уже открываю рот, когда из-под бочки показывается тёмный крючок. Подтягивается обратно, цепляет ту же щепку. Следом различаю сгиб лапы и узкую полоску серых пластин в щели у задней стенки.
– Ещё один щелкун.
До него метров пять, почти всё тело закрыто деревом. Никто из нас пока не успел войти под крышу, и предупреждаю я вовремя: Альден поднимает ладонь, Лисса останавливается на краю кладки, Оуэн опускает наконечник копья.
– За бочкой, снизу, – поясняю негромко. – Делла, посмотри, можно ли попасть выстрелом через щель. Если полезем вытаскивать, придётся ступать на этот настил, а что под ним, мы не знаем. Лучше выманить сюда. После выстрела отходишь за щит, Оуэн встречает тварь. Если забьётся глубже, за ней не лезем, придумаем что-то другое.
Делла подходит к правому краю щита. Копейщик убирает оружие с её пути, пропуская девушку вперёд. Она немного меняет положение жезла, приседает, ловит угол между клёпками. Отсюда я вижу лишь часть панциря. Делле, судя по тому, как она перестаёт двигать кистью, этого достаточно.
Белая вспышка освещает стенку до самых балок. Бочку пробивает с таким треском, будто в неё с размаху вогнали громадный колун. Щепки брызгают наружу, обруч срывается и звенит о камень.
За деревом слышится резкий скрежет когтей. Часть заряда пришлась в клёпки, однако тварь он тоже достал: щелкун выскакивает из укрытия, и на его боку видно расколотую пластину. Из-под неё тянется пар. Бежит он при этом достаточно быстро.
Делла уже отступает за Лиссу. Оуэн возвращает копьё и бьёт. Увы, слишком рано!
Копейщик пытается опустить остриё ниже, но тварь проскакивает под ним. Наконечник чертит по камню, древко вздрагивает в руках.
Пока парень возвращает оружие, щелкун оказывается у щита. Сухо щёлкают челюсти – и скрежещут по оковке. Лисса сгибает колени, встречает бросок нижней кромкой. Лапы скользят, тварь отбрасывает в сторону, прямо под копьё.
– Держу! – выдыхает Лисса.
Оуэн перехватывает древко, снова подаёт его вперёд. Теперь уже торопится исправить промах. Щелкун дёргается вдоль нижнего края щита, и остриё проходит сбоку, между лапами. Лисса доворачивает правую руку, пытаясь закрыться, но опаздывает. Голова на мгновение оказывается за краем защиты. Девушка вскрикивает сквозь зубы: судя по всему, ее тоже цапнули за ногу.
Щит она не бросает. Отступить тоже не успевает – перед ней уже Ренн. Он коротко велит Вайс отходить назад, входит сбоку и проводит клинок под край панциря. Без размаха, без попытки пробить верхнюю пластину. Тварь припадает к камню, ещё раз скребёт лапами и замирает.
Наставник остаётся между ней и нами, пока Лисса отходит. Все три атаки прошли очень быстро.
Под грудиной ощущается слабый приток тепла. Система сообщает о полученном опыте класса, но нового уровня нет. Да и «опыта» совсем немного. Если дальше будет приходить по столько же, набрать на повышение получится нескоро.
Сейчас, впрочем, мне не до подсчётов: Лисса осторожно переносит вес на повреждённую ногу, морщится, затем крепче сжимает рукоять короткого клинка.
Оуэн смотрит на кровь. Потом на своё копьё. Вид у него такой, будто он впервые сообразил, чем они всё это время занимались.
– Я это… ну… – начинает он, но Ренн останавливает: разбор полетов потом, сначала нужно заняться раной.
Альден сразу отправляет их двоих к целительнице и напоминает Тевену следить за проходом. Лисса убирает клинок в ножны, передает щит мне. Когда Оуэн тянется подхватить её под локоть, она чуть отводит руку. Девушка раздосадованна и зла.
– Просто шагай рядом! Я в состоянии идти. Если понадобится, сама тебя за локоть возьму.
Оуэн понуро кивает, отводит наконечник и идёт рядом, подстраиваясь под её шаг.
– Ждём здесь, на твердой поверхности, – распоряжается Ренн. – В сарай не лезем, там и без нас разберутся. Если услышите что-нибудь, сообщите мне.
Стоит потом спросить Ренна, почему нам не выдали ничего в качестве защиты для голени.
Из разбитой бочки понемногу осыпается труха. Вода прибивает щепки к настилу, со звоном стекает по сорванному обручу. Несколько минут мы только смотрим по сторонам и слушаем, как работают другие группы. Из-за сада доносятся команды, где-то отодвигают тяжёлую доску. Делла устраивается чуть левее, чтобы видеть пространство за бочкой; Альден время от времени проверяет дорогу к воротам. Ожидание тянется достаточно долго, чтобы я успел остыть и снова почувствовал сырость под воротником.
Потом за яблонями раздаётся совсем другой треск. Глубокий, протяжный, с хрустом лопающихся корней. Следом грохочет камень, кто-то кричит, чтобы отходили от канавы.
Удар.
Лязг металла.
Альден мгновенно смотрит на Ренна: там работает группа Фенвика.
Наставник поднимает руку, требуя тишины, и несколько секунд слушает. По голосам пока ничего не понять, кроме того, что к обычной проверке двора происходящее уже не относится.
– Может, подойдём по проезду? – предлагаю я. – От поворота будет видно, что случилось. Здесь мы всё равно стоим, а там, возможно, понадобятся люди.
Ренн собирается ответить, когда из-за деревьев доносится крик: некто требует вывести учеников к дороге. Голос взрослый, командный; на него тут же откликаются с другого участка.
Наставник велит Альдену собрать оставшихся. Идём вместе, за ним, по проверенному пути.
У выхода к проезду встречаем Лиссу и Оуэна. Девушка уже перевязана; вокруг разрезанного голенища затянут узкий ремешок, чтобы кожа сапога не расходилась при ходьбе.
Альден замедляет шаг, даёт им встать рядом. Лисса держит щит опущенным, старается не слишком заметно беречь ногу. Оуэн то забегает на полшага вперёд, то отстаёт, оглядываясь на неё. Наконец выговаривает извинение – тихо, но я иду достаточно близко, чтобы услышать.
– Слушай, прости, а? Я должен был вторым ударом его достать. И достал бы, если бы опять не поспешил. Видел, куда надо, и всё равно дёрнул копьё раньше, чем он там оказался. Если бы дождался… В общем, прости. Надо было сделать как в первый раз, у корыта.
– Вот и делай, как тогда, – отвечает Лисса. – Ты ведь попал. Выдержи расстояние, не тянись за ним. А если копьём упрёшься в землю, сперва верни оружие нормально, не тыкай сразу второй раз – смысл бить слабо? Девушка снова выбирает место рядом с ним, словно само собой разумеется, что дальше они будут работать вместе. Оуэн наконец поднимает глаза от повязки и смотрит вперёд. Плечи у него немного расправляются.
За яблонями открывается перекрёсток старых хозяйственных дорог. Фенвик отводит свою пятёрку от низкой каменной стены: Лиам держит копьё поперёк прохода, Эйрин показывает товарищам путь между деревьями. С противоположной стороны подходят старшие лицеисты от дальних сараев; их наставник разводит стрелков, пока остальные освобождают дорогу.
В середине перекрёстка каменная кладка вздыбилась, из-под неё вываливается мокрая глина. Над провалом криво торчит обломок решётки.
И из этого провала выбирается тварь длиной с карету. Передняя лапа находит опору, крюк цепляется за край камня. Тварь подтягивает тело, и камень выворачивает вместе с куском старого раствора. Вторая лапа опускается уже на дорогу. Следом вылезают остальные, толстые, суставчатые, облепленные глиной. Задняя пара ещё шарит в провале, пока передние подтягивают массивное туловище на кладку.
– Скребень! – орет кто-то, – Панцирник!
Серые пластины заходят одна на другую, образуя низкую широкую спину. Голова клином выступает из-под переднего края, челюсти медленно расходятся. Когда панцирник доворачивается к людям, между боковыми пластинами открываются тёмные ребристые полосы.
Убитые нами твари рядом с ним показались бы муравьями.
Ещё одна мысль приходит совсем уж не ко времени: может, за такую громадину хватит опыта на новый уровень?
Двое взрослых бойцов держатся перед тварью, выставив щиты. Ближайший коротко ударяет клинком по оковке, привлекая внимание. Панцирник опускает голову, подбирает передние лапы и резко подаётся вперёд. Мужчина принимает толчок на щит, крякает от натуги и отступает на два тяжёлых шага; подошвы скребут по мокрому камню. Второй тут же смещается ближе. Его щит оказывается перед боковой челюстью, копьё преграждает твари путь к товарищу. Первый боец восстанавливает стойку, и расстояние между ними и панцирником снова увеличивается.
Лисса прижимает щит к себе. Оуэн держит копьё крепче. Никого не требуется просить сохранять дистанцию. Наши прежние противники кусали сапоги; этот, похоже, сумеет и туловище перекусить.
Ренн останавливает нас у края проезда, велит не сходить с камня и бежит к старшему оцепления. Тот смотрит на панцирника с непонятным выражением:
– Малого выгоняли из травы, он ушёл в водосток. А следом полезло это. Под дорогой, видимо, старая сборная яма, сверху всё затянуло землёй. Как он туда попал – не знаю, не скажу. Проверяли канаву, до неё не добрались. Сейчас держим здесь. Ещё двоих поставил смотреть сток, чтобы сзади ничего не вылезло.
– Ученики целы? – уточняет Ренн, а после ответа, что все в порядке, кричит: – Самостоятельную работу по участкам прекращаем! Всех вывести на проверенные дороги! Наставникам пересчитать людей!
Распоряжения уходят вдоль оцепления. Людей, не занятых возле панцирника, отводят дальше по проезду; к щитоносцам присоединяется ещё один взрослый с длинным клинком. Он становится сбоку, оставляя себе место для выпада.
Пока щитоносцы отвлекают громадину, наставники совещаются. До меня долетают отдельные слова: удержат, проход свободен, только с места. По виду это всё ещё знакомая им тварь. По тому, как они следят за лапами, лёгкой прогулки никто не ждёт.
Панцирник снова поворачивается к ближайшему щиту, скребёт крючьями по кладке. Бойцы смещаются, заставляя его переступать следом.
Ренн возвращается к нам, оглядывает построение, задерживает взгляд на повязке Лиссы.
– Переднюю сторону держат бойцы оцепления, туда никто из вас не выходит. Морланд! Ваша задача – уерживать свою сторону, с левого бока твари. Фенвик получит сторону сада, старшие – правый фланг.
Он показывает, куда встать нашей передней паре. Оттуда виден бок панцирника, но между ним и учениками остаётся взрослый с клинком. Ренн следит, как мы занимаем позиции, затем обращается сразу к обеим ближайшим группам:
– Самостоятельная охота закончилась! Здесь вы можете работать только пока взрослые удерживают голову и передние лапы. Если тварь прорвётся за щиты или кто-нибудь перед ней упадёт, отходите, без попыток помочь нам ещё одним ударом. Услышали сигнал отхода – тоже отступаете. Даже если кажется, что осталось совсем немного. Раненые впереди остальных не бегают и товарищей догонять не должны.
Альден подтверждает, что понял. Оставляет Тевену проход назад, Деллу ставит так, чтобы ей было видно левый бок, Лиссу и Оуэна держит рядом с собой.
Я остаюсь внутри, откуда слышно и его, и Ренна.
Сайрус замечает нас и подходит на несколько шагов, не выходя из-за своего сопровождающего. Ни усмешки, ни желания что-нибудь припомнить. Он смотрит на жезл Деллы, потом на стрелков справа, прикидывает расстояния. Говорит Альдену достаточно громко, чтобы слышал и я:
– Лиам останется у нашей стороны, но если вы собираетесь стрелять, нужен общий сигнал. Из сада можно выйти вам прямо под заряд. Давайте хотя бы сообщать, когда у вас есть выстрел. Мы тогда придержим передних. Если цель закроем, не пытайтесь попасть между людьми – скажите, я их уберу.
– Согласен. То же самое с нашей стороны, – отвечает Альден. – Делла скажет, когда готова. Но начинаем всё равно по команде наставника. И если кто-то пойдёт вперёд, предупреждаем соседей, а не только своих.
Фенвик кивает и возвращается к пятёрке.
На другом фланге наставник уже раздвигает учеников, указывает одному стрелку сменить место: за его целью стоят люди. Я прослеживаю направление возможного выстрела из жезла и понимаю, насколько быстро здесь можно устроить беду даже без помощи твари. Она большая, попасть будто бы легко. А дальше заряд может пройти мимо, ударить в край пластины, уйти туда, где кто-то только что решил подойти ближе. В тесном проходе перед Деллой стояли двое наших. Здесь приходится учитывать сразу несколько групп.
Ренн подзывает Альдена и жестом приглашает меня слушать. Указывает на бок панцирника, где при каждом шаге расходятся пластины. Показывает не остриём, а ладонью, держа оружие возле бедра. Пока он говорит, бойцы спереди медленно смещаются, вынуждая тварь поворачиваться за ними.
– Панцирь крепкий, попадание в пластину ещё не означает, что вы ранили тварь. Смотрите под переднюю лапу. Когда вытянет её, здесь откроется сочленение, и сбоку до него можно достать. Один удерживает внимание, другой использует момент. Только не все сразу. Подождите, пока цель действительно откроется: копьё или заряд, выпущенные раньше, упрутся в панцирь. Убрать оружие после удара тоже нужно успеть.
Теперь я замечаю нужное место. Пока лапа подогнута, сочленение почти скрыто. Панцирник тянется за сместившимся щитом, и между пластинами появляется узкая тёмная полоса. Прикрывается, открывается снова – уже под другим углом. С нашей стороны её видно хорошо, с садовой, судя по тому, как переступает Лиам, приходится искать положение. Договориться о сигнале действительно стоило до первого выстрела.
– И смотрите на голову! Перед тяжёлым броском он опускает её и отводит передние лапы назад. В этот момент никаких попыток подбежать к боку. Дайте передним принять атаку. Развернётся к вам – отходите к сопровождающему, не пробуйте остановить его ученическим щитом.
Лисса слегка двигает локтем, проверяя, крепко ли держится щит.
Оуэн не суетится. Смотрит на лапу, о которой говорил наставник, затем на расстояние до неё. Пока это только подготовка, но разницу с тем, как он встретил тварь из-под бочки, уже видно.
Альден оглядывает пятёрку, проверяет, никто ли не загородил Тевену дорогу.
Панцирник переступает вслед за сместившимся щитоносцем; крючья царапают камень.
Краем глаза замечаю нашего серебряного. Он стоит чуть позади и справа, не заслоняя проход. Ладонь уже лежит на рукояти.
Ну, начали!
Глава 19
Панцирник подаётся за щитом, и ближайшая к нам пластина приподнимается. Толщиной она с мою ладонь. По краю тянется старый скол, забитый глиной; рядом торчит обломок древесины, который тварь даже не замечает. Под такой бронёй можно, наверное, через горящий дом пробежать или выдержать обстрел из пистолета. Короткая шея почти целиком убрана под передний щиток, лапы расставлены широко, и до мягкого брюха ещё попробуй доберись. Наши клинки на этом фоне выглядят весьма скромно. Особенно мой: дома казался вполне серьёзным оружием, а здесь вдруг перестал.
Лезть вперёд с ним я не собираюсь. Чтобы достать сочленение, придётся подойти почти вплотную, ударить, вытащить оружие и уйти до того, как эта туша повернётся. Со скоростью у меня всё ещё так себе, с силой – ещё хуже. Жезл позволил бы участвовать в бою с приличного расстояния, но его мне не дали, и забирать сейчас у Деллы будет дурным тоном.
Значит, остаётся заниматься тем, ради чего Система вообще выдала мне класс Тактика. В прошлый раз команд хватило, чтобы получить энергию развития. Здесь противник посерьёзнее, участников больше, и польза от согласованных действий должна быть заметнее.
Я остаюсь возле Альдена и снова применяю Анализ.
Фокус: 11 → 10.
Метка по-прежнему держится на мне; я отчётливо чувствую, как упираются в бедро ножны. А вот внимание уже занято тварью. Я анализирую, как она движется, оцениваю скорость. Вижу, что в каждом движении есть небольшая задержка. Боец успевает сместиться ещё на полшага, пока панцирник неуклюже заканчивает поворот.
Стоять перед ним неприятно, зато сбоку уже появляются возможности для атаки. Если щитоносец отойдёт наискось, тварь потянется за ним и откроется с нашей стороны. Делла сможет выстрелить под переднюю лапу, Оуэн – достать туда копьём. Возвращаться им будет куда: между нами и противником лежит полоса целой каменной дорожки, без провалов и торчащих досок. Только справа из стены выступает остаток кладки. Из-за него Делле придётся высунуться дальше, чем нужно. Шаг влево решит эту проблему.
– Альден, можно работать с двух сторон, по очереди, – говорю я и подзываю Фенвика, стоящего в нескольких шагах у края сада. – Бойцы спереди могут заставить его вытянуться в броске. Те, кому открылся бок, бьют и сразу отходят. Остальные не пытаются попасть «куда-нибудь туда»: за тварью могут оказаться наши. Если повернётся к нам, следующий удар будет с вашей стороны. Я отсюда вижу и вас, и бойцов у морды, смогу дать сигнал.
Сайрус смотрит на панцирника, затем на Лиама. Тот уже переставляет руки на копье, примеряясь к расстоянию. Взрослые пока удерживают тварь на перекрёстке: один щит отходит, другой приближается, перед мордой покачивается наконечник. Панцирник медленно разворачивается, не решаясь броситься сразу на обоих.
Ренн подходит ближе и выслушивает предложение.
– Сначала «открыт», потом имя командира, – предлагает Фенвик. – Названная группа атакует, остальные следят за своими направлениями. Внутри уже разберёмся. И кричи громче: если начнут стрелять, у тебя вполголоса ничего не услышим.
– Годится, – отвечает Альден. – Корбин, момент выбираешь ты, я слежу за построением. Если говорю, что мы не готовы, пропускаем. Лисса у нас быстро передвинуться с щитом не сможет, так что это учитываем.
Ренн одобряет порядок и передаёт щитоносцу, куда лучше отступить. Боец оглядывается через плечо, проверяет камни и коротко кивает. С сухощавым наставником старших, стоящим у сараев, тоже успевают договориться, пока панцирник все еще пытается достать лапами щитоносцев.
Я тем временем показываю Делле выступ стены и прошу сместиться левее. Оуэн становится так, чтобы не задеть её древком, Лисса остаётся у начала его пути назад. Тевену достаётся смотреть за тылом.
– После её выстрела входишь с копьём и возвращаешься, – уточняю я для Оуэна. – Попал, не попал – всё равно назад. Второй раз без команды не бей, мы не знаем, насколько шустрой будет тварь, когда ее ранят. Делла! Если я скажу ждать, держи жезл наготове, но не атакуй: отсюда тебе не всех видно. Мы попробуем дать тебе выстрел так, чтобы ты не попала в людей.
– После команды, один укол, – повторяет Оуэн и чуть сдвигает ладонь по мокрому древку.
Делла молча кивает. На её лице уже нет того осторожного оживления, с которым она вчера целилась в меня. Губы поджаты, взгляд неподвижен; большой палец лежит возле управляющей руны. Альден проверяет место за Лиссой и поднимает руку, показывая Ренну, что мы готовы.
Щитоносец отходит к противоположному краю проезда. Панцирник поворачивает голову, подтягивает передние лапы. Я успеваю предупредить о броске – и тварь срывается с места. Когти с грохотом проходят по кладке. Взрослый исследователь уходит наискось, щит поворачивается ребром, пропуская мимо тяжёлую челюсть. Между пластинами сбоку проступает ребристая полоса, мокрая и тёмная, совсем не похожая на серую броню.
– Открыт! Морланд! Делла, бей! – кричу я.
Почти сразу жезл вспыхивает. Заряд входит под поднятую пластину. На мгновение изнутри освещается весь сустав; передняя лапа дёргается, крючья срываются с камня. Тварь издаёт низкий скрежещущий звук, от которого у меня неприятно сводит зубы. Делла отводит руку, освобождая место Оуэну, и тот делает шаг вперёд.
Он подходит вовремя. Даже ноги ставит правильно, не тянется за остриём всем телом. Но в последний миг наконечник уходит чуть выше, чем нужно, цепляет край пластины и со скрипом соскальзывает наружу. Древко дёргается в ладонях. Я зову Оуэна назад раньше, чем он успевает замахнуться снова. Парень не играет в героя, отступает, а Лисса поворачивает щит, прикрывая его сбоку.
Всё занимает несколько секунд. Мы сработали чисто, атаковали и отошли.
С садовой стороны слышится голос Фенвика: его люди тоже удержались от выстрелов и ненужных выпадов.
Пластины сходятся, прикрывая обожжённую рану. Голова панцирника ме-е-едленно поворачивается к Делле. Ренн сразу смещается навстречу, отсекая прямой путь к нашей группе. Альден велит нам податься назад, к стене. Оуэн становится за Лиссой и проверяет, не повредился ли наконечник.
– Следующий удар ваш, Фенвик! – говорю я громко, пока тварь переступает вслед за Ренном. – Смотри, он уже подставляет вам бок!
– Принял. Лиам, со мной; Эйрин, оставь нам проход. Остальные на месте, – распоряжается Сайрус и коротко смотрит на меня. Сейчас ему явно не до воспоминаний о наших прежних разногласиях.
Ренн пятится вдоль свободной полосы камней. Под коротким камзолом заметно покачивается полноватенький живот, сапоги ступают неторопливо. Панцирник тянется за ним, опускает голову и рывком бросается вперёд.
Наставник уходит в сторону почти в последний миг; крюк передней лапы вспарывает шов между плитами.
С моей стороны сустав тоже приоткрывается. Делла доворачивает жезл, и я поднимаю перед ней ладонь.
– Не стреляй! Ренн сейчас выйдет за лапу, прямо под твой заряд. Держи свой край, пусть работают с сада, – говорю я, уже поворачиваясь к Сайрусу. – Открыт – Фенвик!
Делла замирает. Через мгновение наставник действительно оказывается за узкой щелью между пластинами. Промахнись она или пробей заряд насквозь – дальше попал бы в его бедро. С её места Ренна до этого закрывал панцирь.
Лиам достаёт до противоположного сустава длинным уколом. Под пластиной выступает тёмная жидкость, но глубже наконечник не проходит: тварь резко поджимает лапу и недовольно верещит.
Копейщик выдёргивает оружие, освобождая место Сайрусу. Тот бьёт следом и промахивается. Клинок скользит по наклонной броне, срезая налипшую глину. Фенвик не пытается исправить дело ещё одним ударом, сразу командует отход, и оба возвращаются к своим.
Панцирник разворачивается за ними, и на секунду у нас появляется совсем удобный вид на раненую лапу. Оуэн подаётся вперёд, но я успеваю остановить его, поймав за локоть. Лисса ещё только переносит вес на здоровую ногу, собираясь повернуть щит. Если копейщик сейчас полезет, прикрыть его будет некому. До девушки всего два шага, но эти два шага потом придётся делать возле крюка толщиной с запястье.
– Пропускаем, Оуэн, – говорю я и убираю руку с чужого локтя. – Сейчас развернётся, тогда посмотрим.
Копейщик нехотя кивает. Мягкая полоса исчезает под пластиной, и почти сразу на том месте, где ему пришлось бы возвращаться, с тяжёлым стуком опускается задняя лапа. Оуэн провожает её взглядом и выдыхает сквозь зубы.
Строй снова готов, только удобного сустава перед нами больше нет. Но ничего страшного. Упущенный удар выглядит куда приятнее, чем ещё вспоротая нога или живот.
Но тварь не собирается бесконечно поворачиваться по нашему желанию. Голова задерживается на Лиаме, затем уходит дальше, к тёмному промежутку между стеной и сараями. Там никого нет: старшие стоят сбоку, под прикрытием своего наставника. Панцирник перестаёт щёлкать челюстями, медленно переставляет средние лапы. Корпус разворачивается уже без привычной погони за ближайшим щитом. Похоже, ему надоело выбирать, кого укусить, да и получать больше не хочется. Монстр решил уйти.
– На сараи смотрит! – предупреждает Фенвик.
Сухощавый наставник немедленно разводит своих людей подальше от середины дороги и приказывает стрелкам взять проход под прицел. Голос у него звонкий, хорошо слышный даже за лязгом панциря:
– Кто возле морды – приготовьтесь разойтись! Пропустите между вами, если бросится; спину он всё равно покажет. Щиты к ученикам! Передних прикрою я.
Тварь бросается раньше, чем последний из учеников старшего курса успевает отступить к стене. Наставник делает резкий шаг навстречу, на мгновение привлекая внимание, и тут же исчезает с её пути. Именно исчезает: только что стоял перед челюстями, а уже оказывается сбоку, возле каменной тумбы. Вода летит из-под крючьев широкими веерами. Один заряд разбивается о кладку позади панцирника, второй бьёт в спину и высекает серую крошку. Поверхность пластины темнеет, но тварь даже не сбивается с шага.
Теперь она проходит наискось перед нами, вытянув переднюю лапу. За ней пустая дорога, Ренн остаётся по другую сторону головы, выход Оуэна свободен.
Я командую бить, и ребята атакуют!
Правда, Делла стреляет слишком низко: белая вспышка взрывает воду под суставом. Копейщик успевает подойти, но броня уже начинает сходиться; остриё скользит по самому краю мягкой полосы и снова уходит наружу. На этот раз Оуэн возвращается без напоминания. Лисса прикрывает его, Тевен встречает у края прохода, и я проверяю, не задела ли кого задняя лапа. Нет. Панцирник протаскивает мимо нас тяжёлый бок и оказывается у начала дороги между сараями.
