Текст книги "Чужая тень III (СИ)"

Автор книги: Макс Гудвин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

Глава 33
Серебряная петля

Богомол оттолкнулся от каменистого дна реки и устремился вверх, сопровождаемый поднявшимся, словно от взрыва, столбом воды. Существо имело около сорока шагов в длину и, казалось, просто невероятную ширину из-за расправленных за спиной крыльев-парусов. Голем стремительно возносился вверх, словно живой, прикрывая голову укрепленными железом лапами и готовясь к удару о защитное поле Куропатки. Оно могло легко отбить арбалетный болт или отклонить пушечное ядро, вызвав при этом маленький взрыв, но управляемая Ящером тварь весила много больше, чем даже нескольких повозок, доверху груженных ядрами

Аура огненной волшебницы сработала точно так, как и ожидалось. Богомол врезался в защиту на полном ходу, и поле, вспыхнув, создало взрыв. Пламя немного опалило голема, однако шар-транспорт потерял необходимый ему запас энергии Ци и перешёл на экономный полёт, а точнее, спасение жизни волшебника от падения.

От удара Элизабет Хазле на мгновение потеряла сознание. Когда же она пришла в себя, то поняла, что шар медленно опускается. Заклинание защиты было соткано так, чтобы в случае потери сил не дать магу убиться о камни, а медленно спустить его на землю. Побледнев от осознания неминуемого конца, Куропатка нервно начала рыться в полах своего пышного платья, пока её пальцы не нашарили нужный ей шар из черного камня.

– Он здесь! Я задерживаю и ослабляю его! Они оба тут! – закричала она кому-то в слабо светящейся артефакт.

Богомол приземлился на все лапы, вызвав снопы искр и придавив несколько огненных големов и зверей сфер. Те бросились было на него, но насекомое крутанулось на пузе, заливая плотными струями воды из обломанных пушек место сражения и остававшихся на нем существ. Элементали побольше отскакивали и уходили в свои миры, те, что поменьше, просто гибли. Оба варианта вполне устраивали Яза. Маг посмотрел вверх из каменной головы голема и увидел по-прежнему снижавшийся шар Куропатки. Магичка тоже была лишена сил, но отнюдь не становилась от этого отнюдь беззащитной.

Богомол замер в ожидании лакомого куска. «Сейчас бы сухого пороха да дать по ней залп из шести стволов…» – мечтательно подумал маг.

– Яз, – произнесла Элизабет, явно изображая нелепое смущение, – ты же не убьешь своего давнего друга? Это ж не просто бесчеловечно, но и бессмысленно, ты и сам это знаешь! Ты же не сможешь пожрать мои артефакты, потому что не прошел испытание в золотую лигу!

В ее медленном парении таилось спасение и отдых для восстановления сил. Но даже спустись Куропатка совсем обессиленной, у неё все равно имелась пара козырей в рукавах её дорогого пышного зеленого платья, входившего в контраст с её рыжими, собранными в косы волосами. И Яз об этом знал.

«Ци могло остаться и в её косах, точнее, в тех драгоценных камнях, что вплетают в волосы все маги-стихийники », – рассуждал он, пока его визави изображала смирение и покорность. Внешне же Яз улыбнулся, прекрасно понимая, что Элизабет не видит его улыбки, и произнес:

– Конечно же, нет. Я просто слегка напрягся, когда ты пошла войной на мою страну.

– Она готовит удар и собирает силы. Не верь ей, – тут же отреагировал бес-привратник.

– Я что, похож на Райса? – хмыкнул Ящер. – Кстати, как будет возможность, разрешаю жрать всё, до чего дотянешься! Естественно, кроме меня и моих артефактов.

– Благодарю за доверие, а то голод – не тетка, а судя по имени, так целый дядька! – усмехнулось облако таким тоном, будто никаких разрешений ему не требовалось вовсе.

Яз не понял, о чем говорит и шутит бес, будучи сконцентрированным на снижающемся шаре Куропатки. Элизабет улыбалась, пытаясь казаться как можно дружелюбней. Магическое поле больше ее не защищало. По лицу волшебницы текли капельки пота, оставлявшие полосы свободной от макияжа розовой кожи. Расширенные зрачки пристально смотрели на монстра, созданного Язом. Благодаря своему обновленному зрению маг прекрасно видел все, что отражалось на лице Куропатки, и прекрасно понимал: что бы магичка ни говорила или ни пыталась показать, она всё ещё оставалась злобной агрессивной ведьмой. Хоть и загнанная в угол, она, проиграв бой культиваторов, стремилась закончить его поскорее и надеялась лишь на свои женские чары.

«Или не только?» – мелькнуло у Яза в голове, когда он заметил, как волшебница на мгновенье устремила взгляд ему через плечо.

Это могла быть детская уловка, которую использовали в поединках, кажется, чуть ли не во все времена и во всех мирах, и умом Яз понимал это как никто, но каменная голова богомола непроизвольно повернулась назад. В воздухе прямо над пляжем сиял открытый диск портала, откуда, словно барашки через загон, выпрыгивали люди в алых одеждах и смешных черных шляпах, украшенных загнутыми назад перьями. Они были вооружены мушкетами, пистолями и нечто, напоминающим четырехразрядные укороченные арбалеты – маг не знал, как оно называется. Нетрудно было догадаться, кто и зачем их сюда призвал…

Светломирцы, все как один, целились в него.

Язу понадобилась пара мгновений, чтобы оценить ситуацию и, убедившись, что среди пришедших нет культиваторов, ударить градом камней. Стремительный залп был способен пробить не только кожаный доспех, но и составной рыцарский, однако заминка со взглядом сквозь тени сыграла против мага. Мушкетёры выстрелили первыми, хоть и вразнобой.

Когда развеялся дым, из десятерых светломирцев осталось стоять семеро. Но Ящер этого уже не видел. Его магия снова куда-то исчезла, а его самого привалило камнями и досками своего же голема. Яза спасло лишь то, что голова богомола лежала сверху. В другое время маг наверняка бы задумался над природой своей счастливой звезды, которая в очередной раз уберегла его от смерти, но сейчас явно был неподходящий момент для таких размышлений.

– И этого человека, который второй раз попадается в одну и ту же сеть, когда-то назначили следить за Перекатом, – обратился Фалько Рольуна к своим подчиненным и, взглянув на спустившийся огненный шар, продолжал: – Элизабет Хазле, спасибо за своевременный сигнал. Вы, как всегда, безупречны и неотразимы в вашем мастерстве.

– Довольно болтовни, старший следователь! Вести Ящера на суд нельзя! Этот гадёныш должен умереть сегодня и сейчас! – прорычала она и шагнула на береговые камни.

– Как вам угодно, достопочтенная. Меньше бумагооборота, чище общество, – широко улыбнулся тот, убирая в набедренные кобуры еще дымящиеся пистоли.

– А как же друзья навек? – прохрипел из-под камней Яз.

– Сдохни, гниль! – бросила с презрением Элизабет и подняла руки.

Между пальцами засветилось множество искорок, похожих на маленькие живые существа. Это был «огненный рой» или, как его называли огневики, «рой» – заклинание, способное выслеживать и атаковать даже скрытые цели. Блику с его искраптицем было до него еще далеко…

Элизабет Хазле смотрела на беспорядочно обмотанные сетью камни, под которыми хрипел её бывший коллега. Рой не мог проникать под антимагическую сеть, но зато он вполне был способен раскалить докрасна валуны, тем самым зажарив надоедливого Ящера в собственном соку.

Искры сорвались с пальцев и устремились к груде камней и дерева. Чувствуя себя победительницей, Элизабет уже опустила руки и намеревалась сказать что-то приличествующее столь торжественному моменту, которому явно не хватало соответствующей музыки, как вдруг полы её зелёного платья окрасились красным, а вместо слов из горла вырвался почти звериный вой-крик. Она упала на спину и задергалась всем телом. Из-под подола фонтаном хлынула кровь. Элизабет каталась по щебню и хватала руками воздух, пытаясь нащупать под платьем то, чего уже не существовало. Вместо левой ноги между коленом и бедром, где по воле магического ремесла некогда нашёл своё место её бронзовый артефакт, теперь был просто бьющий кровавыми струями огрызок.

– Смотреть в монокли! Тут зверь сферы! – завопил Фалько, выхватывая свою шпагу.

Все засуетились. Кто-то перезаряжал мушкет, кто-то выхватывал шпагу, потеряв всякий интерес к убитым. Вот только Фалько больше не мог командовать. Его седовласая голова вместе с закрученными усами и шляпой мгновенно растворилась в воздухе. Кровь ударила вверх, а от падающего тела к груде камней, под которыми лежал Яз, метнулось зубастое облако.

Бес-привратник принял материальный облик и на лету подцепил антимагическую сеть, попутно зачерпывая в неё некоторое количество искорок. Богомол ожил и махнул в сторону мушкетёров правой лапой. Лезвия ножей и старых мечей, из которых состояли зубья передних конечностей голема, словно пущенные из баллисты, стремительно ударили по своим целям. В этот раз выжили трое со шпагами, бывшие наготове. Остальные, заряжавшие свое оружие, навсегда лежать на камнях. Один из живых бросился к убитому товарищу и, упав рядом, запустил руку в его подсумок.

Богомол вставал медленно, словно нехотя, однако Яз полностью контролировал положение дел. Оставшиеся двое пятились, а третий уже открывал портал с помощью какого-то артефакта.

«Ну уж нет», – прохрипел маг, и лапа богомола перерубила спрятавшегося пополам.

– Эти двое твои! – приказал он бесу.

– Вот спасибо, господин, без тебя-то я не поевши спать бы лёг! – съехидничал привратник.

Яз развернул богомола к бледной Куропатке. Взгляд сквозь тени не видел признаков жизни, зато находил заполненные до краёв артефакт серебряной лиги в виде фенечки на левой руке и наполовину заполненный золотой – диадему в форме птицы, расправившей крылья. Элизабет Хазле умерла от потери крови. Бес-привратник откусил ее ногу вместе с артефактом, когда та сняла и без того слабую магическую защиту для последнего удара по Ящеру.

Услышав крики, Яз обернулся. Бес действительно поглощал тени убитых.

Богомол осел на колени. Камни расползлись в во все стороны, и окровавленный маг вывалился, держась за бока. Свежевыращенная левая рука была неестественно выгнута в сторону, а в правом боку что-то свистело и булькало при дыхании. Ящер закашлялся и, приложив к ране целую руку, надавил, применяя магию лечения. Судя по всему, какой-то камень пробил грудную клетку и создал наполненный кровью мешок между костями и органами дыхания.

«Повезло, что голову не сдавило. Да и демон молодец. Вот, помог, а не сбежал. Даже не хочется думать, как бы без него сложилось», – размышлял Яз, вместе с тем понимая, что к теме оплаты этого долга привратник еще вернется.

Немного придя в себя, он выпрямился и, сделав пару шагов к мёртвой Элизабет, наклонился за серебряной фенечкой и положил ее в рот.

– Я вызываю испытание на право обретения золотого артефакта! – прохрипел он, закашлявшись кровью под конец фразы.

Глядя на себя сквозь тени, маг заметил, как на его левой руке появляется съеденная им вещица, которая теперь выглядела как множество переходящих друг в друга микропетель. Артефакт менялся и набухал до тех пор, пока не превратился в полноценную крупную удавку с обрубленным, немного свисающим концом. Яз глянул на переломанную в двух костях предплечья руку и висящую на ней петлю и мысленно выругался: «Хорошо, что не на шее…»

Сферы дали ему второй, доверху наполненный серебряный артефакт. С их стороны это явно был какой-то знак или послание, но что они хотели ему сказать? Может, то, что он теперь полностью во власти демонов или что его миссия в Тёмном мире идёт по кем-то задуманному плану?.. Гадать можно было долго.

Маг присел на камни возле мертвой Элизабет, наблюдая за тем, как угасают летающие над берегом искорки «роя» и затухает так и не использованный диск портального прохода. Он хотел что-то сказать, но ничего даже язвительного в голову не приходило. Тем временем золотой артефакт волшебницы постепенно терял свою плотность, готовясь перерасти в золотую сферу.

– Эй, бес! – окликнул Ящер парящего над трупами привратника. – Ты же мог просто улететь. Почему помог?

– Не в моих планах пока, господин, чтобы ты умер. Тем более у тебя такие вкусные враги, – улыбнулось черное облако.

– А что же тогда в твоих планах? – поморщился от боли Яз, выпрямляя о колено и сращивая сломанную кость.

– Тут будет сфера с сюжетом, в котором я ем огневичку. Каждый, кому она даст посвящение, получит артефакт демонического искусства.

– Ты у неё бронзовый артефакт сожрал. Сфера будет золотая, а начинать культивировать лучше с бронзовых, – возразил Яз.

Привратник крутанулся вокруг своей оси словно бы махнул на это рукой:

– Бронзовые… Это ж совсем новички. Их мелкие бесы пожирать будут. Золотые же – это совсем другой уровень. Кстати, не желаешь быть у неё первым?

– Нууу, – протянул Ящер, – мне тогда два золотых надо. У меня же теперь благодаря тебе два заполненных серебряных артефакта.

– Хоть десять! – кивнул привратник. – Ты же этого хотел в начале нашего знакомства, не так ли?

Маг промолчал. Даже если всё обстояло именно так, как говорил бес, ему точно не следовало торопиться. В данном случае спешка была даже опасна.

Глава 34
Он должен нам

Безумный спринт на добрый десяток миль почти весь прошёл в тенях. Я бежал с Филицией на плечах, Молчун и Дуклат, как бы смешно это ни выглядело, держались за руки – сейчас это было необходимо. Кто бы ни победил на оставшемся далеко позади берегу, я не сомневался, что он ринется в погоню. А в предстоящем столкновении нам будет совсем не до него.

Еще когда до армии, скованной боем на трест-лозингарском тракте, было далеко, до моих ушей доносились залпы, но потом, по мере нашего приближения, они постепенно прекратились. Вместо них неожиданно раздался мощный взрыв, сравнимый по силе грохота с залповым огнем, и все окончательно затихло. Впереди в и без того серые нависшие небеса поднялся огромный столб дыма.

Когда в тенях начали попадаться искореженные трупы, я понял, что мы наконец-то добрались. Некоторые из них еще двигались. В них я без особого труда угадывал зомби-культиваторов, над которыми все еще властвовали маяки, зазывавшие покалеченных первыми пушечными выстрелами куда-то вдаль. Зомби не добивали тех, у кого уже изливалась кровь – такая была установка моего маяка, – и я ожидал, что нас встретит толпа раненых солдат, но вокруг было тихо. Ни одного живого я не заметил. Сквозь серость жутковатых в своей тишине теней я наблюдал, как те, кого посекло ядрами, ползли на зов маяков. Основной ударный отряд андедов продвинулся намного дальше, оставив после себя картину остывающего поля боя.

– Куда они ползут? – вдруг спросила Филиция.

– Они ищут живых и не раненых людей без артефактов. Так я им приказал, – ответил я, удивляясь своему неожиданно осипшему голосу.

– Ты можешь приказывать зомби?

Я перешёл на шаг и, оглядываясь, двинулся по середине усыпанной трупами дороги.

– Там есть маяк. Он просто подсвечивает для них новые цели, – пояснил я, не особо вдаваясь в подробности магии.

– А что будет, когда цели кончатся? – снова спросила она.

Я задумался. Взгляд заскользил по перевернутым телегам, разорванным поперек хребтов лошадям, трупам закованных в броню рыцарей с торчащими из земли длинными копьями.

«А тут они, судя по всему, собрались в шеренгу, выставили щиты и пики… – подумал я, оглядывая убитых. – И шансов у них не было».

Культиватор и так существо почти не убиваемое при правильном использовании своего дара, а уж те, кому неведомы страх, жалость и боль, а еще и плевать на законы сфер – и подавно.

– Они перебьют войско и пойдут на ближайшую деревню или город, – наконец ответил я, непроизвольно сжав зубы.

– Но ведь ближайший Трест? – испуганно проговорила девочка.

– Выходим, – скомандовал я, опуская Филицию на землю.

Мир встретил нас гарью, вонью и сыростью. Дорога выглядела так, словно сама смерть шла на север и разбрасывала людей и животных.

– Дуклат, Молчун, на вас – зачистка колонны, если кто-то еще остался в живых. Вербуйте культиваторов – на них маяки не перескакивали, они должны были выжить – и уходите в Уловин. А я побегу на перехват зомби, пока они не добрались до города, – приказал я взглянув в сторону Треста.

Вообще-то по пути андедам должна была попасться пара маленьких деревень, но я понимал, что, пытаясь спасти всех, я в итоге не спасу никого, просто не догнав мертвецов.

– Не, мастер Райс, мы от тебя ни на шаг, – помотал Дуклат головой.

Может, это «Не» и стало переломной точкой во взаимоотношениях между мной как их лидером и им как командиром культиваторов-революционеров…

Повинуясь моей воле, групповая связь мгновенно распалась, а сам я развернулся «осенним листом» и положил руку ему на плечо. Дорогая ткань вспыхнула под моими пальцами, превращаясь в пепел. Концентрированный луч света замер и зациклился солнечным зайчиком между моими пальцами, вцепившимся, словно кузнечные клещи, в жарящееся плечо мага.

– А-а-а! – заорал Дуклат.

– Сожгу прямо тут, – прошипел я, замечая, как отшатнувшаяся Филиция переводит испуганный взгляд с него на меня и обратно.

– Я понял, понял… – простонал маг.

Я резко отдернул руку и произнес:

– Еще раз ослушаешься приказа – родишь серебряную сферу с поучительным сюжетом!

Маг кивнул. На его чернокожем лице проступил пот. Левое плечо дымило, словно на нём развели костёр. В и без того насыщенный вонью воздух добавился запах жареного мяса и жженого волоса.

– Встретимся в Уловине, когда придёт время! – бросил я, быстрым шагом уходя с тракта.

– Тут есть множество деревень. Мы еще можем нагнать культиваторов, – произнесла Филиция, семеня за мной.

– Будем догонять – не успеем сами, и тогда с Трестом можно попрощаться, – отрезал я, поворачиваясь к девочке.

– Ларри, усыпляй свою работу!

Голова воровки дёрнулась – это некромант перехватил управление их общим телом. Повернувшись к уничтоженной колонне, он простер ручки, высоко задрал подбородок, словно хотел заглянуть через забор, а потом сжал кулаки и дернул их на себя, будто срывая одеяло с невидимой кровати. По пространству пронесся облегченный хрип-вздох. Ползущие культиваторы замерли, наконец-то уйдя за смертную черту.

Я ускорил шаг и постепенно перешел на бег, совершенно забыв про Филицию. Однако вскоре воздух накалился, и в нем послышался треск, словно кто-то брызгал водой на раскаленную сковороду. Я невольно обернулся. Огненный шар с очертаниями находящейся внутри девочки догонял меня, паря невысоко над землёй.

– Сразу не понял, идти ли мне в Уловин или следовать за тобой. Только, чур, не жги светом: я света боюсь как огня, – скаламбурил Блик.

– У Куропатки карету подсмотрел? – улыбнулся молчавший до этого времени Зэр.

– Ты меня демаскируешь. Шар твой видно издалека, – произнёс я, переходя на шаг.

– Ну тогда не беги как угорелый, – насупился Блик. – Ларри, конечно, мог бы нам ездовых зомби поднять и запрячь в телегу, но мы подумали и решили, что ты не очень настроен видеть ходячих мертвецов… Да не беги ты так! Или возьми меня на плечи, если не хочешь, чтобы демаски… тьфу, слово-то какое… Чтобы меня видели.

– Моя родина вот-вот превратится во второй Лозингар или Ахворок. Я и так везде опаздываю, – бросил я не оборачиваясь.

– Это потому, – назидательно произнес шут, – что ты всегда догоняешь кого-то, а надо самому создавать цель. Я тут подумал… Может, всё дело в твоей королевской крови?

– А при чем здесь она? И что с ней не так? – остановился я и повернулся к Блику.

– При том, что не получается у тебя быть простым культиватором. Тебе постоянно мешают короли и их законы. Я к чему это: кто-то когда-то сказал, что подобное притягивается к подобному. Великий Зэр выбрал тебя не зря. Может, сначала он и хотел занять твоё тело, но теперь вы даже почти не спорите. Тебе мешал величайший маг Переката – и некросфера наградила тебя искусством, которым никто в нашем мире не владеет. С тобой договорились ползун лимба и хищная сфера. Это всё не может быть просто так.

Огнешар растаял, опуская Блика на пожелтевшую траву.

– Я всё еще не понимаю тебя, – выдохнул я, взглянув на горы, среди которых располагался мирно стоящий и ничего не подозревающий Трест.

– Ты спасёшь гораздо больше жизней, когда примешь себя и возглавишь единое войско Темного мира. Только ты можешь всё изменить, – закончил Блик.

– Ты либо помогай мне, либо не мешай, – отмахнулся я и, немного подумав, протянул в его сторону руку. В ней тут же оказалась рука Филиции.

– Посади меня на плечи, а то не успеем всех спасти, – произнесла она.

– А он и не собирается спасать всех, – пробасил в моей голове Зэр. – Он, как король, наконец-то начал принимать сложные, но нужные решения. То есть сейчас мы жертвуем парочкой деревень, но зато спасаем город.

Не вдумываясь в слова Блика и Зэра, я присел на корточки, посадил Филицию на плечи, встал, оперевшись о копье, и побежал вперед сквозь режущий и колющий холодный ветер.

От нелепой иронии сложившегося положения хотелось смеяться, хотя мне было совсем невесело. Все видели во мне какого-то короля, а я бежал с оружием наперевес, как обычный копейщик второго ряда, исправлять свою же ошибку и нес на плечах девочку, шутника и чёрного мага. Грудь сдавило от внезапного порыва ветра, и я, открыв рот, пару раз глубоко вдохнул. Язык кольнуло, и залетевшая снежинка поделилась со мной своим вкусом. В оставленной ею после себя чистой капельке воды, не воняющей гарью и не отравленной ядом, почудился лёгкий солёный привкус, но это было скорее осознание, что вместе с зимой на мою родную землю пришёл враг из солёной холодной страны, который даже не подозревал, что на самом деле является лишь марионеткой в руках правителей Светлого мира, истребивших всех людей моей крови. Не потому ли я оказался тут, в забытом настоящими богами Тёмном мире, где будут говорить и договариваться лишь с равным и где того, кто не пытается тебя убить, уже можно считать союзником? Этот мир всё еще должен был мне Лару и Эйвина и оставался должен всем рождённым здесь право на покой, свободу и на своё место на Тёмном материке и в его послесмертии. И об этих долгах ему кто-то должен был напомнить. Но, к сожалению, этот кто-то имел лишь копьё и щит.

– Настрой хороший, но старайся больше не совершать глупостей, – с улыбкой заметил Зэр.

КОНЕЦ

Продолжение следует:

/reader/149105/1217025