Текст книги "Реставратор яблочного сада: детей и драконов не предлагать! (СИ)"

Автор книги: Лиззи Голден

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

46 глава

В тот же миг, когда я готова бежать и спасать весь мир, меня накрывает темнота. Причем такая удушающая, что я никак не могу из нее выбраться. Как сквозь подушки слышу шум, голоса, меня кто-то зовет… но не могу проснуться.

Что-то или кто-то вырывает меня из черноты, которая постепенно проясняется. Над собой вижу испуганное лицо Элис. Чуть поодаль стоит Мэй и… держит в руке мой кулон на золотой цепочке.

Ардин… ксаверы… Сознание полностью возвращается ко мне.

– Что… что произошло? ― бормочу я, озираясь и понимая, что все еще нахожусь в хозяйском кабинете. ― И почему вы сняли мой кулон?

– Объяснять некогда, ― отрезает Мэй своим привычным командирским тоном. ― Могу сказать только одно: ты была на волосок от смерти.

На волосок от смерти? Почему-то в последнее время это звучит так обыденно… Что ж, разберусь с этим позже. Или вообще не буду разбираться.

– Ардин ― где он? ― пытаюсь встать, но Элис придерживает меня за руку, обеспокоенно заглядывая в лицо.

– Папа внизу… пытается превратиться в дракона, ― шепчет она с таким испуганным лицом, как будто происходит конец света. ― У него ничего не получается… ― Она кривится, будто хочет заплакать.

– Ты видела только одну попытку, Элис, ― сухо перебивает ее Мэй.

Я все-таки встаю и подхожу к окну. Как-то все прежние наши разногласия в один миг отходят на второй план. Сейчас у нас одна цель ― помочь Ардину. И выжить.

За окном мятутся тени. Но ощущение, будто они не могут прорваться в дом.

– На доме тоже защита? ― то ли спрашиваю, то ли утверждаю я.

– Не такая мощная, к сожалению, ― отвечает Мэй, тоже подходя к окну. ― Она долго не продержится.

– Это нам еще повезло, что ксаверы ослаблены, ― подает голосок Элис. ― Так Ричард сказал. Они берегут силы, поэтому ищут лазейку вместо того, чтобы рушить защиту своей магией.

– Мы сейчас нужны Ардину, ― говорю решительно. ― Мэй ― вы идете со мной. Элис ― ты остаешься здесь…

– Еще чего! ― дуется та, привычно складывая руки на груди. ― Самое интересное пропущу!

– Нет, это ты остаешься здесь, вместе с Элис! ― говорит Мэй таким голосом, что с ней лучше не спорить. ― Твоих сил недостаточно, чтобы защитить себя, не говоря уже о том, чтобы сражаться…

Не дослушиваю и иду к двери. Пусть лучше Мэй присмотрит за Элис, а я должна помочь Ардину.

Я просто должна быть рядом с ним в эту минуту.

Выхожу в холл и… замираю.

Все объято дымом. В воздухе стоит такой туман, что руки не видно, если вытянуть ее.

Там и тут мелькают оранжевые сполохи. Среди них я вижу мечущиеся руки и ноги. Иногда мелькают головы. Ксаверы. Они здесь.

Значит, они все-таки пробрались внутрь и сейчас Ардин с ними один на один…

– Ардин! ― зову я, пытаясь разглядеть его в дыму. Медленно иду вперед, желая найти его и… что сделать? Разве я смогу ему помочь обратиться в белого громадного зверя, которой наводит страх одним только видом?

Все, что хочу ― просто быть рядом. Я ему нужна. Я так чувствую.

Натыкаюсь на что-то и чуть не падаю. Тут же меня хватают за горло. Я теряю способность здраво мыслить, вцепляясь в нечто… что тут же рассыпается под моими пальцами в пыль.

Я отскакиваю, давя возглас ужаса. Выходит, я только что… испепелила ксавера? Нет… нет, я не хочу так! Я не собиралась… как это… ужасно…

Дым немного рассеивается. Я вижу Ардина, который дерется посреди холла обычной деревянной палкой, которой раздвигают шторы. У него выходит мастерски ею орудовать, словно он всю жизнь учился управляться с подобным оружием… а может, и впрямь учился.

Чуть поодаль Ричард отбивается от ксаверов кочергой. Один из них подбирается слишком близко, гном бьет его и с абсолютно равнодушным выражением лица наблюдает, как тот распадается в прах.

– Ардин! ― пытаюсь привлечь к себе внимание который раз. И наверное, зря: ксаверы окружают меня и теснят к стене.

– Ардин, нам нужен дракон! Большой и страшный! Давай, ты сможешь! ― кричу я, даже не думая, что он хозяин, а я служанка, и не мне ему приказывать. Сейчас мы все равны.

Тот едва поворачивает голову в мою сторону: ему нужно быть начеку. К слову, такое ощущение, будто ксаверы и не нападают особо ― так, играются. Иначе нам всем бы уже пришел конец. Но когда они возьмутся за нас по-настоящему?

– Что ты здесь забыла? ― рычит он, правда, жаль, в человеческом обличии. Он защищается, но больше будто и не пытается превратиться. ― Ты должна быть с Элис, защищать ее!

– Она с Мэй… ― начинаю я тут же закашливаюсь: один из ксаверов бросает мне в лицо пыль, из-за чего не могу дышать, слезы градом.

– Габи! ― слышу детский голосок и обомлеваю. Элис бежит ко мне, отталкивая ксаверов с дороги, как будто они всего лишь большие живые куклы, а не существа с опасной магией.

– Элис, вернись немедленно! ― за ней спешит Мэй. Только этого еще не хватало. Еще бы Флинна сюда ― и мы будем в полном сборе.

Кстати, а почему эльф не помогает отбиваться? Никак спит крепким сном и не слышит, что тут происходит?

Тем временем Элис прорывает круг ксаверов, обступивших меня, и обхватывает за талию.

– Папа ничем здесь не поможет, но у тебя есть я, ― решительно проговаривает она, становится ко мне спиной и создает в руках огненный шар.

Первый сгусток летит мимо, напугав нескольких ксаверов, а второй попадает прямо в цель: ксавер падает, вспыхивает и превращается в пыль.

– Элис… не надо! ― шепчу в ужасе, не зная, что и делать. Мне не хочется уничтожать этот народ, но в то же время знаю, что из-за них Ардин лишился семьи, и что они владеют такой магией, которая способна разрушить все поместье до фундамента и следа не оставить…

– Элис! ― отчаянно зовет Мэй. Пытается пробиться сквозь толщу ксаверов, но один из них грубо отпихивает ее. Мэй падает и не встает, видимо, потеряв сознание от удара.

– Ардин! ― кричу я. ― Сделай что-нибудь!

Что-нибудь ― это дракон. Нам позарез нужен огромный белый дракон. Как он не понимает?

Неужели он ничего не чувствует, видя, что происходит, и что нас с Элис со всех сторон теснят ксаверы?

Пусть бы использовал злость, ярость ― да что угодно, чтобы пробудить в себе свой дар!

Пока я злюсь на Ардина, замечаю, что пятиться больше некуда. Мы упираемся в стену, а Элис после шестого огненного шара заметно сникает: это оказалось выше ее сил.

– Я больше не могу… ― шепчет она срывающимся голосом. Светящиеся крылья в воздухе за ее спиной, свидетельствующие о пробуждении драконицы, мерцают несколько раз и гаснут. Элис обессиленно прислоняется ко мне.

Ксаверы это просекают и начинают сужать круг. Вокруг дым и пыль, нечем дышать… Но тут круг внезапно расступается и передо мной появляются две фигуры.

– Флинн! ― не могу сдержать радость, несмотря на то, что он предал меня, и тут же закашливаюсь от пыли, взвившейся в воздухе. Правда, моя радость быстро проходит, потому что эльф не один. Его за шкирку ведет некто в мантии и звериных шкурах, с темной металлического цвета кожей, спутанной бородой и жуткими ярко-оранжевыми глазами.

– Сбежать вздумал, мерзавец? ― Он встряхивает Флинна несколько раз, а потом бросает на пол. ― Покажи свое настоящее лицо или… ты его уже потерял?

Эльф какое-то время смотрит на меня снизу вверх, не говоря ни слова. Потом… с ним что-то происходит. На моих глазах его кожа сереет, блекнет, глаза тускнут, меняются с ярко-зеленых на бледно-оранжевые.

Передо мной ― еще один ксавер.

– Прости, ― едва слышно говорит он.

– Флинн… нет, ― я мотаю головой, отказываясь верить. Хотя… теперь многое сходится. И его настоятельные просьбы разрушить якобы темную магию над садом, и уничтожение яблонь, а потом и всего урожая, и попытка подставить меня перед Ардином, отвести от себя взгляд… Я до конца его оправдывала, не хотела верить. Но все оказалось так, как есть ― крыть больше нечем.

– Это недостойный ксавер со смешанной кровью, который пытался сбежать, ― зычно объявляет посреди всей кутерьмы тот, кто притащил сюда Флинна, предположительно вождь. ― Он достоин смерти и мы его убьем. Но это после, ― останавливает он жестом тут же бросившихся к лежащему полу-ксаверу его слуг с копьями. ― Сначала нужно довершить начатое.

Он устремляет на меня ярко-оранжевые глаза, в которых я вижу свою смерть.

– Значит, вот ты какая, наполовину фея, наполовину ксавер ― единственная во всей Аэтерии, ― он подходит ближе, а я пытаюсь спрятать Элис у себя за спиной, да только она не дается, вцепившись в меня, как клещами.

– Хотел я на тебя посмотреть своими глазами, ― размеренно продолжает вождь. ― Интересный экземпляр. Спасибо, что впустила нас в поместье. Скоро ты сама увидишь, как последний из клана Грейнмор ― наш заклятый враг ― падет. И тогда… я приглашаю тебя в наши ряды.

47 глава

В этот момент сквозь дым и смрад я случайно встречаюсь взглядом с Ардином.

Он смотрит на меня и будто не видит. Словно я стала для него прозрачной.

А ведь и правда. Я ― ксавер. Если феи меня не примут ― слишком привередливые и гордые, то с ксаверами дела обстоят не лучше. Вон у Флинна тоже оказалось двойное наделение, но он впал в немилость. Может из-за того, что хотел сбежать?

– Но вождь Морграх, ― робко скрипит один из ксаверов, стоящих поодаль. ― Разве ты не ратуешь за чистоту ксаверской крови?

– Это ― особенный экземпляр. ― Вождь смотрит на меня с таким видом, будто оглядывает дорогой товар. ― Она будет нам полезна. Так что, ― спрашивает он меня, взяв копье у рядом стоящего телохранителя и поднеся к моей шее, ― ты согласна?

Как будто у меня есть выбор.

– Нет! ― отвечает за меня Элис, отпустив меня и став передо мной в боевую стойку. Вождь вздрагивает, будто не ожидал, что такая маленькая девочка решится выступить против него. ― Никуда она не пойдет, в ваше темное логово! Габи ― моя гувернантка и она останется здесь, со мной.

Может, с ее стороны это прозвучало несколько эгоистично, но я бы отдала сейчас все на свете, чтобы ксаверы исчезли и никогда больше не появлялись. Мы бы выплатили долг ― каким-то образом, ― и я спокойно бы жила здесь на должности гувернантки. Меня бы это вполне устроило.

Неподвижное лицо Морграха искажается злобной гримасой.

– Как это я мог упустить это из виду ― у нас, оказывается, не один, а два врага! Целых два заклятых врага. Но с малявкой я расправлюсь сам. Свяжите этого недоделанного дракона, пусть видит своими глазами и прочувствует все, что чувствовали наши предки, когда их детей убивали ни за что!

В его глазах на миг вспыхивает адский огонь. Я притягиваю Элис к себе, но ее тут же вырывают из моих рук и тащат куда-то, забыв обо мне. Эльф-ксавер Флинн все так же лежит на полу.

Присматриваюсь к нему. Он как будто хочет подняться, но что-то его держит. На его шее висит… кулон. Точь-в-точь такой же, какой я носила все эти дни, и который Мэй с меня сняла, ограничившись непонятными общими фразами.

Не раздумывая, притрагиваюсь к кулону, изо всех сил желая его уничтожить, но тот поддается не сразу. Сначала я чувствую боль в мышцах по всей руке, меня начинает трясти, а потом резко все заканчивается. Кулон рассыпается в прах, а из него выходит красный дымок, превратившись в жутковатое лицо, которое тут же растворяется в воздухе.

Флинн встает, осматривается с таким видом, как будто не верит, что его освободили.

– Зачем… ― начинает он, а я хватаю его за руку.

– Затем, что ты должен нам помочь, ясно? Если не хочешь, чтобы дракон тебя убил за предательство. ― Я тащу его вперед, туда, куда ксаверы увели Элис. ― Сам реши, какая магия тебе сейчас нужнее ― эльфийская или ксаверская… кстати, а что умеют эльфы?

Как-то не задумывалась об этом до сих пор.

– До много чего, ― уклончиво говорит тот и… тут же превращается обратно в эльфа.

– Пообещай, что защитишь мою семью, ― тихо говорит он. Не дождавшись ответа, он закрывает глаза и весь начинает светиться.

Вокруг Ардина, который обессиленно отбивается и машет палкой наобум, образуется пропасть. Ксаверы с тихими вскриками отступают. Тут же пропасть исчезает и появляется стена ― то тут, то там, сбивая горе-вояк с толку.

Эльф умеет творить иллюзии? Так вот откуда появились те первые почерневшие яблони, которые через время исчезли! А вторые Флинн и правда уничтожил, используя ксаверскую магию.

Ардин тем временем тяжелым взглядом обводит развороченный холл с настоящими, не иллюзорными, ямами и рытвинами, как будто здесь пробежалось стадо бешеных бегемотов. Он задерживается на чем-то, и в его глазах загорается огонь.

Он бежит туда, ксаверы скопом набрасываются на него, обжигая магией и оставляя красные полосы у него на руках, на лице, на шее: дракона не так просто испепелить. Он падает под их весом, потеряв палку. А Флинн тем временем направляет яркие лучи, идущие из рук, прямо в глаза своим собратьям.

Те дезориентированы, мечутся, натыкаются друг на друга. Да только эти лучи не достают до тех самых воинов, которые схватили Элис, и этой орды, которая, как саранча, облепляет Ардина и тот, кажется, постепенно сдается под их натиском…

– Папа! ― раздается душераздирающий крик. Смотрю ― моя малышка держится молодцом. Ксаверы держат ее за руки, а она рвется что есть сил, брыкается и даже пытается кого-то укусить.

Ардин резко поднимает голову на крик. Тот огонь, который я уже сегодня видела ― настоящий, не ледяной ― вспыхивает снова. Словно в нем постепенно просыпается жизнь и… магия, от которой он некогда отказался.

– Смотри, Грейнмор, как погибает твое дитя! ― провозглашает подошедший к Элис вождь Морграх и направляет на нее свое копье.

Дальше происходит невообразимое. На том месте, где только что стоял Ардин, появляется нечто большое, ослепительно белое, чешуя которого блестит и отсвечивает разными цветами.

Мне кажется, что ничего более прекрасного я в своей жизни не видела.

48 глава

Огромный дракон ― совсем другой, не такой, какой был в видении, не только с чешуей, но и с шипами по всему мощному телу, с вытянутой свирепой мордой, из ноздрей которой валит дым. Он тяжело ступает так, что дом трясется, и идет к тому месту, где вождь нацелился на Элис. Одним взмахом мощной лапы он сбивает его с ног. Остальные ксаверы в ужасе разбегаются кто куда.

Флинн продолжает «работать» ― пускает ослепительные лучи во все стороны. Я вдруг обнаруживаю, что нахожусь внутри золотого защитного барьера, похожего на колбу ― тоже его рук дело.

Впрочем, в этом нет нужды. Атака отбита. Ксаверы продолжают натыкаться друг на друга и падать, везунчики уже во дворе и удирают со всех ног. Некоторые лежат на полу и не могут подняться. Вождь повержен. Дракон на своем месте ― возле дочери, которую обязан защищать не просто на словах. Что еще нужно?

Флинн тоже это понимает. Его руки перестают светиться, и он обессиленно опускается на колени.

Дом, в котором строго-настрого была запрещена магия, весь вибрирует от остатков волшебства.

Как в тумане бреду среди убитых, сломленных или рассыпанных в прах ксаверов. Наконец, мой взгляд выхватывает знакомое серое неприметное платье с белым передником, который до этого был исключительно белый, а сейчас весь запорошен пылью.

Мэй. Она все еще без сознания. Присаживаюсь к ней, поворачивая ее голову к себе и внимательно осматривая. Не вижу никаких следов ран или крови, но… она бледна и почти не дышит.

И крылья за ее спиной. Она попыталась превратиться в фею, собственно, превратилась, да только это ей ничего не дало.

Наверное, Мэй просто не знает, что новое не может вырасти, пока старое не уступит ему свое место. И чтобы прорасти, семя должно сначала разорвать свою оболочку. И что надо позволить случиться тому, что должно, а не страдать по чему-то прежнему, увядающему и почти засохшему, что уже не восстановить, не возродить в жизни.

Даже если у меня не получится возродить новое из пепла, я избавлю ее от следов позора. Даже если она мне не скажет за это спасибо. Даже если получу еще одну пощечину. Зачем носить крылья, которые не летают?

Пока пыль медленно оседает, дракон тяжело ворочает хвостом и тушей, позволяя Элис потрогать его и привыкнуть к тому, что ее отец теперь не бессильный слабак, боящийся одного слово «магия», я, не теряя времени, прикасаюсь к сухим обожженным крыльям Мэй.

Постепенно они начинают рассыпаться под моими руками, но медленно, как бы нехотя. Словно Мэй и в бессознательном состоянии продолжает держаться за свою боль и страдания прошлого, будто в жизни нет ничего другого, получше, за что можно бы ухватиться и не отпускать.

Чтобы прорасти, семя должно разорвать оболочку и позволить ей умереть.

Уничтожаю крылья вплоть до их корня, стараясь осторожно действовать возле спины Мэй, чтобы ее не травмировать. И… просто не верится. Красные ленты, неизменно торчащие из ее седых волос, кукожатся на глазах, чернеют и отсыхают, превращаясь в такой же пепел, как и крылья.

Когда последняя лента исчезает, все тело Мэй начинает светиться нежно-золотистым светом, который разгорается, становится все ярче и ярче. Этот свет отрывает ее от пола и приподнимает на метр. Строгая прическа распадается, седые волосы рассыпаются волнами по плечам. А за спиной появляются настоящие крылья, светящиеся таким же золотом, но не сотканные из воздуха, как у Элис, а настоящие, плотные, хотя и полупрозрачные.

Мэй мягко опускается на пол. Шумно вздыхает и… поднимает голову. Осматривается. Она выглядит такой ошеломленной, будто только родилась и впервые увидела этот мир.

Ах, на самом деле ее сразу сразил наповал белый дракон, который все еще не превратился обратно. Я и сама от него в восторге, какой он величественный и красивый. А еще ― страшный для врагов, которым нечего соваться на чужую территорию.

Вовсе не хочу выслушивать от Мэй, как я посмела влезть в ее жизнь и сделать все по-своему, подхожу к горстке пепла и… зачем-то прикладываю к нему руки.

Под моими пальцами пепел меняется, формируется в нечто узнаваемое, и вскоре передо мной стоит живой и невредимый ксавер. Да только не такой, как раньше. Не изможденный и серый, а с нормального цвета кожей и ярко-оранжевыми глазами, которые выдают его наделение.

Он так же изумленно осматривается вокруг, словно родился. И вовсе не выглядит воинственным или злым. Скорее ― растерянным.

Один за другим ксаверы поднимаются, обретая новое тело и новую жизнь. А я стараюсь никого не упустить, разве что… останавливаюсь перед мертвым вождем, на которого наступил дракон.

– Не стоит, ― слышу позади себя тихий голос. Флинн смотрит на меня одновременно со страхом и благоговением.

– Он грозился меня убить, ― продолжает он, опустив теперь глаза. ― Меня и мою жену с сыном… пожалуйста, не надо.

Жена и сын? Вот так поворот! Что ж, я рада за Флинна. И рада тому, что он вел себя со мной безупречно, благодаря чему я так и не влюбилась в него ― а ведь это почти произошло, ведь он вел себя так обходительно, как настоящий джентльмен.

– Не надо, ― слышатся теперь шепотки отвсюду. ― Вождь Морграх пригрозил, что если мы не выступим войной против дракона Грейнмора, он всех нас уничтожит!

– А у меня он забрал мужа, увел глубоко в рудники, и я больше его не видела, ― всхлипывает какая-то женщина. Женщина?

Признаться, все ксаверы настолько неопрятны и с длинными волосами, что сразу не различишь, кто есть кто.

– Зор! ― вдруг вскрикивает другая женщина, стоя в дверях с ребенком на руках, и бежит, спотыкаясь… к Флинну.

Никого более уродливее я не видела. Она явно не участвовала в битве, а ждала в саду или за ним, потому что обновленные ксаверы теперь выглядят красавцами по сравнению с теми, кто не погиб и кого мне не пришлось восстанавливать. Серая нездоровая кожа, спутанные темные, давно не мытые волосы, тряпье вместо нормальной одежды…

Тем не менее, Флинн подхватывает ее, когда она на всем лету бросается в его объятия, обнимает, нежно целует, а потом берет на руки младенца, завернутого в такое же тряпье.

Ловлю себя на том, что неприлично пялюсь на них, и отвожу глаза.

Тем временем ко мне подходит его величество дракон, уже превратившийся в красавца-мужчину, с таким гордым довольным видом, что хоть сразу на стену в рамочку вешай.

– У нас получилось, ― говорит он, глядя мне в глаза таким сияющим взглядом, что я на миг теряюсь. Передо мной Ардин… но в то же время не он.

– У тебя, ― поправляю его. ― Твой дракон изумителен…

– У нас, ― настойчиво повторяет он. ― Без тебя бы я не справился.

Он делает еще шаг, а я не знаю, стоит ли отступать? Ведь сейчас он меня просто раздавит. Чтобы не упасть назад, цепляюсь за него, а потом обхватываю за шею ― только из соображений безопасности. Потому что я не вижу здесь еще одну фею-ксаверку, которая будет лечить мою спину и по частям собирать, если я вдруг сломаюсь.

А потом ― ну все ради того же, чтобы не упасть, ― придвигаюсь еще ближе, радуясь тому, что этот невыносимый драконище догадался подхватить меня за талию. Теперь вроде все в порядке. И этот запах хвойного леса с корицей, идущий от его волос и кожи, мне просто приятен потому, что я люблю лес… ну и корицу тоже. Только и всего. Драконы здесь не при чем.

А когда он притягивает меня еще ближе и начинает неистово целовать, я радуюсь тому, что это видят все, а значит, дракон меня не съест и я, может быть, останусь жива…

Да только Ардина публика вокруг не особо беспокоит. Он продолжает меня обнимать и целовать с такой жаждой, будто я его любимая жена и только что вернулась из долгой поездки. Сколько он там меня не видел… лет семь?