Текст книги "Ataashi Asaara (СИ)"

Автор книги: Лиза Бронштейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Подбежав к нему, она дернула его за руку:

– Нельзя так! Надо их остановить!

Стэн перевел на нее взгляд – пустой и мертвый.

– Зачем? – только и спросил он. – Нам не нужен предатель.

– Нельзя! – Глаза Асаары наливались слезами. – Нельзя Стражу убивать Стража! Это не должно быть!

– Да пошла ты, в конце концов! – Она испуганно отшатнулась, услышав непривычную ярость в голосе Кейра. – Меня и Хелу только что пытались отдать на заклание – а если бы ты не спала с Калах, то она бы и тобой пожертвовала! Она безжалостная и циничная сука, которой плевать на все и всех! Ей не место среди Стражей – да и вообще среди живых. Сайлас был прав с первого дня, а мы, дураки, ему не верили…

Асаара задрожала. Стэн и авварка в ярости и не гнушаются убить товарища по отряду. Калах только что предала их, согласилась пожертвовать их жизнью, нимало в том не раскаиваясь.

От осознания, что она уберегла от жертвы Асаару, становилось только хуже.

Нужно было вмешаться.

Сконцентрировав магию, Асаара отшвырнула в разные стороны сражающихся Хелу и Калах. Обеих сила удара впечатала в стены, и лица обеих исказились в гримасе боли.

– Не сметь! – крикнула Асаара, слыша в своем голосе слезы. Это было плохо, но терять ей сейчас было уже нечего. – Мы – один отряд! Один антаам! Мы сражаемся против одного врага! Мы не убиваем своих! Никогда! Мы дойдем до Орзаммара, мы вернемся в Башню – и Командор решит, умирать Калах или нет. Она сделала ошибку, она повернулась против антаама – пусть Командор накажет ее.

Кейр сделал шаг к ней. Лицо его было искажено гневом.

– А это ничего, что я командир нашего отряда, и я хочу ее смерти? – крикнул он. – Она уже неоднократно пыталась обернуться против Стражей, она совершила покушение на Амелла, пыталась подставить Адвена, теперь вот собралась отдать на заклание нас… У нее более чем достаточно причин умереть. Ты защищаешь ее только потому, что не знаешь этого, потому что думаешь, что любишь ее…

– Да! – выкрикнула Асаара ему в лицо. – Я люблю ее! Люблю, хотя она предательница, хотя она жестока, хотя она не понимает, что нельзя жить прошлым. Она говорит, что все глупы, что ее надо бояться… но она сама боится правды. Она не видит того, что вокруг. Она слепа. Если бы она видела, если бы понимала, она бы не предала никого…

– Да заткнись ты уже! – крикнула Хела, наконец поднявшись с земли и разминая уставшую руку. – Иначе наброшусь и на тебя, когда прикончу эту гномью сучку!

Асаара всхлипнула. Она не была так же искусна в словах, как стэн, она не могла заставить остальных прислушаться. Ее речи звучали пусто и жалко, их наверняка считали предвзятыми…

– У меня нет основания остановить тебя, – сказала Асаара, посмотрев в глаза авварке. – Ты права. Но убивать Калах нельзя. Нельзя лишать жизни. Пусть это решит закон.

– Да плевала я на твое мнение!

– Нет, Хела.

Неожиданно Кейр остановил ее, подойдя поближе и положив ей руку на плечо. Авварка удивленно посмотрела на него.

– Было бы слишком милосердно дать ей умереть прямо сейчас, – он снова говорил с прежней холодностью. – Лучше дойдем до Орзаммара, войдем в Пыльный город и оставим ее там, среди неприкасаемых. Думаю, ей там понравится.

В глазах Калах отразился суеверный ужас – и, заметив это, Хела криво улыбнулась:

– Задергалась, значит. Ладно, уговорил. Мучительная пытка будет даже лучше.

Не выдержав, Асаара убежала от них в темный закуток и разрыдалась, закрыв лицо руками.

Они остались правы.

Она не смогла их убедить.

Она ничего не смогла.

Комментарий к Saar tallisa

Маленький кунарийский словарь № 21:

Saar tallisa – опасное решение.

========== Hissra kata ==========

Они молчали вплоть до следующего привала, общаясь друг с другом лишь жестами. Кейр и Хела, конечно, делали это вовсе не из солидарности с Калах, а из обуревающей их злости; Асаара же не знала, что еще сказать. Сама гномка и не пыталась как-то извиниться, даже написать что-то… но она выглядела подавленной. Она даже не протестовала, когда ей связали руки. Может, ее расстроило то, что сорвалась сделка с Имшэлем, может, она испытывала раскаяние – трудно было сказать. Она слишком сторонилась правды, чтобы можно было понимать ее без слов.

И все же на привале, когда решался вопрос о дозорных, стэн нехотя согласился оставить Асаару с Калах стеречь их покой. Впрочем, он обращался неприязненно даже к Асааре. Она не сердилась на него: поход измотал Кейра, и ему было уже не под силу сохранять обычное внутреннее спокойствие. Асаара давно заметила, что люди и эльфы намного эмоциональнее кунари (гномы, кажется, были где-то посередине), потому что не привыкли всю жизнь сдерживать себя в словах и поступках. Стэн хотя и был сдержаннее большинства сородичей, все же терял свое спокойное добродушие под давлением обстоятельств.

Кто угодно потерял бы.

Пристроившись рядом с Асаарой, Калах показала ей на свою кожаную тетрадь, торчащую из поясной сумки. Асаара, пожав плечами, достала тетрадь и перо и показала ей – может, гномка хотела что-то написать? Та кивнула в знак согласия. Подумав, Асаара все же решила развязать ей руки на время: если даже вдруг Калах решит напасть, отпор ей будет дать легко. Асаара развязала веревку, и гномка сразу начала писать что-то в тетради. Мягко пихнув соседку в бок, она показала ей страницу со следующими строками:

«Зачем ты встала на мою сторону? Теперь только хуже стало. Люди вынуждены меня терпеть в ожидании моей мучительной казни, да и тебя невзлюбили. Не надо было тебе их останавливать. Было бы проще, если бы авварка меня убила».

Асаара глянула на нее. Карие глаза гномки смотрели с тоской. Похоже, ей и правда нашли участь хуже смерти, раз она совсем не ценит данный ей шанс.

«Нельзя убивать друг друга. Ты полезна в бою, ты можешь пригодиться. Убивать неправильно и глупо».

На губах Калах появилась усмешка.

«До чего подкупающая честность. Ты меряешь всех полезностью… да, это намного лучше, чем сопливые признания в любви. Я надеюсь, ты наврала, что любишь меня».

«Я не лгу. Я любила тебя… раньше. До того, как ты предала антаам. Теперь между нами все кончено».

«Справедливо».

Гномка некоторое время собиралась с мыслями, задумчиво вертя перо в руках. Наконец она написала:

«Славная ты девочка, Асаара. Надеюсь, тебе перепадет кто-то получше меня».

Удивленно глянув на нее, Асаара попыталась понять, шутит Калах или нет. Та имела вид довольно мрачный – стало быть, не шутила. Значит, Асаара все-таки дорога ей… как кадан? Отгоняя эти мысли, Асаара написала:

«Ты еще не умерла. Твою судьбу должен решать Командор. Они не правы».

«Ой, не начинай. Мальчишка принял верное решение – предателя надо убить, причем сделать это жестоко. Я его недооценила, очень недооценила… не думала, что у него так хорошо с мозгами».

«Зачем ты предала антаам? Зачем ты сказала, что тебе все равно, кто погибнет? Неужели тебе на них наплевать?»

«Пойми, девочка, этот мерзавец знал, чем меня купить. Он и правда был могуществен, он даже вернул мне речь… Стражи все болтали, что демоны опасны, а мне казалось, что они просто трусят. Нет, они были правы – я понимаю теперь, почему демонов боятся. Они заставляют тебя согласиться, они знают, чем тебя купить, какими словами соблазнить тебя на что угодно… Он предложил мне вернуться домой. Отомстить. Начать жизнь заново. По-твоему, я не мечтала об этом? По-твоему, мне хотелось всю жизнь пробыть немой наемницей или солдатом? Я знатная леди, мое место – в Алмазных залах, а не в этой клоаке. Я не могла отказаться от такого предложения. Пока мальчишка не дал мне отповедь, у меня и в мыслях не было, что этот план не идеален».

«Ты и правда слепа. Ты думаешь только о прошлом. Ты даже не пытаешься строить настоящее и будущее. Но прошлое – иллюзия, его нельзя вернуть, оно прошло. Стражи дали тебе новую жизнь, дали шанс начать заново, а ты предала их в погоне за иллюзией. И теперь ты можешь умереть, ничего не добившись. Умереть предателем».

«Да. Глупо получилось. Я потому и не пытаюсь просить прощения – я бы на их месте не простила. Я бы, как авварка, сразу бросилась убивать. Я их понимаю и снисхождения не прошу. Жаль только, они не убили меня сразу… уж лучше умереть в бою, как воин, чем сдохнуть в трущобах этого проклятого Пыльного города».

«Там так плохо?»

«Я там не была, как и всякий уважающий себя гном. Но я слышала, что неприкасаемые живут в такой грязи, смраде и беззаконии, что протянуть там без оружия и защиты невозможно. А оружие и защиту мне, конечно, никто не даст. Так что, наверное, эта падаль просто растерзает меня. Наверняка они ненавидят благородных гномов…»

«Но ты там не была. Ты не знаешь наверняка».

«Не знаю. Но я точно знаю, что ты совершила ошибку. Спасать меня было глупо».

Прочтя эти слова, Асаара внимательно посмотрела на гномку. Неужели она настолько отчаялась, что не хочет даже получить второй шанс?

«И ты не хочешь искупить свою вину?»

«Во-первых, мне никто не даст этого сделать, во-вторых… Предки, да какой в этом смысл? В моем возрасте уже поздновато начинать новую жизнь, остается только цепляться за старую. А цепляться за нее сейчас уже нет смысла. Я могла бы умереть с достоинством, а теперь сдохну, как падаль. Может, конечно, в этом и есть какая-то справедливость, не знаю, но я бы предпочла хорошую смерть. Может, убьешь меня сейчас? – Она даже оживилась от этой мысли и начала писать быстрее и не так ровно. – Если хочешь, я даже почти не буду сопротивляться. Ты знаешь, куда бить так, чтобы прикончить одним ударом. Я могу глаза закрыть, чтобы не видеть и не уворачиваться –»

Нервно дыша, Асаара выхватила у нее тетрадь и захлопнула ее. Кажется, хлопок получился слишком громким, но сейчас это было не так важно.

– Ты не будешь умирать, – тихо, но отчетливо сказала Асаара. – Ни от моей руки, ни в Пыльном городе. Либо ты погибнешь в бою с порождениями тьмы, либо тебя казнит Командор – только это будет достойной смертью. Не от руки подобных тебе. Даже арвараад не должен убивать своих.

– Асаара, – сквозь сон недовольно пробурчал Кейр, – что происходит?

– Ничего, – смутившись, она резко обернулась. – Ничего.

Стэн не внял ее словам и, зевая, поднялся со своего места и направился к ним. Асаара еле успела набросить веревку на руки Калах и связать их. Кейр, продирая глаза, подозрительно осмотрел гномку – та ответила ему все тем же мрачным взглядом.

– Все в порядке, – подтвердила Асаара, понимая, что ее голос звучит нервно. Глянув на нее, стэн нахмурился:

– Она пыталась на тебя напасть?

– Нет.

– Она пыталась сбежать?

– Нет.

– Она к тебе приставала?

– Нет.

– Тогда в чем дело?

– Она не права. – Асаара очень спокойно посмотрела ему в глаза. – Я доказываю ей это. Она должна все понять.

– Пустая трата времени. – Кейр вздохнул, отмахнувшись. – Некоторых бесполезно убеждать.

– Нет. Каждый может понять, что ошибался.

Глаза стэна нехорошо сверкнули:

– Сейчас не время и не место для таких разговоров, Асаара.

– Для них никогда нет времени и места, но они нужны. – Она уверенно расправила плечи, понимая, что отступать и соглашаться ей сейчас нельзя. – Калах полезна, она хороший воин. Если она поймет, как важно быть частью антаама, она станет еще лучше. Мы не можем ее убивать.

– Можем! – чуть не выкрикнул Кейр, но, тут же осадив себя, беспокойно оглянулся на Хелу. К счастью, авварка почти всегда спала крепко и не просыпалась даже от такого шума. – Можем, – повторил он уже тише. – Ты цепляешься за нее только потому, что влюблена.

– Я любила ее, это правда. – Голос Асаары почти не дрогнул на этих словах. – Но теперь уже нет. Я не могу любить ее, как раньше. Но я должна ей помочь. Мы все должны. Нельзя… разбрасываться добром.

– Не такое уж это и добро, – стэн неприязненно покосился на Калах, безучастно наблюдавшую за их разговором. – У нас полно хороших воинов, не внушающих подозрения.

– Будет еще один. Она умная. Она должна понять.

Кейр вдруг посмотрел на Асаару очень задумчиво, словно пытаясь найти в ее лице ответ на какой-то свой вопрос. Ей даже стало неловко.

– Скажи, – как-то глухо спросил он, – а с чего ты взяла, что она должна понять? Ты ставишь себя выше всех? Ты даже ставишь себя выше Командора, который имеет полное право казнить ее после всего этого? По-твоему, он и не должен ее казнить, потому что она обязательно поймет и исправится?

Асаара изумленно замолчала. Стэн задал хороший вопрос. Она, стало быть, обязывает Калах вести себя как положено. Обязывает ее понять. Она решила этот вопрос за гномку, не спрашивая ее мнения. Она принуждала ее следовать нужному.

Как настоящий Кунари, который должен затолкать любого на правильный и истинный путь.

Асаара почувствовала, что ей становится неуютно, и неосознанно сжала себя за локти. Как же быть? Ведь Кейр был прав, она тоже не имеет права решать судьбу Калах, да еще таким способом… как же убедить их, что способ правильный? Как сделать так, чтобы они поняли, при этом не заставляя насильно?

Снова посмотрев стэну в глаза, Асаара произнесла:

– Воля Командора превыше всего. Поэтому мы не будем ее казнить. Ее участь решит Командор. Если он решит казнить ее, так и будет. Но это не наше решение.

– Вообще-то наше.

Вдруг Калах подошла к ним и похлопала связанными руками по лежащему рядом мечу, затем выразительно мотнула головой в его сторону.

– Тебе нельзя умирать, – повторила Асаара. – Тебя никто не будет убивать.

Нахмурившись, гномка посмотрела на Кейра и снова мотнула головой в сторону оружия.

– Это желание драться или умереть? – стэн наклонил голову набок. Гномка отчетливо произнесла одними губами:

«Умереть».

Кейр отчего-то помрачнел. Асаара думала, что он порадуется такому решению Калах, скажет: «Ну вот, она сама хочет умереть, значит, и тянуть с этим не будем». Но он отвернулся, скрестив руки на груди.

– Надо же, какая безответственность, – пробормотал стэн. – Предав остальных, не испытать ни малейшего раскаяния, не попытаться исправить содеянное, а надеяться на легкую и быструю смерть… И вот это чудовище я должен тащить обратно до Башни Бдения, чтобы ей вынесли очевидный приговор – казнь. В чем смысл этого, Асаара?

Асаара поникла. В такой формулировке ее слова действительно никакого смысла не имели. Но почему так? Почему они не хотят понять…

Внезапно ее осенило. Асаара подняла с каменных плит упавшую тетрадь, раскрыла ее на последней странице и протянула Кейру. Гномка, вздрогнув, дернулась было вырвать тетрадь, но Асаара остановила ее:

– Там сказано все, что ты могла сказать. Там правда. Пусть твою правду услышат.

Стэн быстро прочел последнюю страницу – и, к удивлению Асаары, принялся листать назад.

– Не надо, – возразила она, – там личное…

– Везде личное, – буркнул он в ответ, – но раз уж мне попали в руки эти записи, я хочу их прочесть. Возможно, это даже поможет принять решение.

«Он еще не решился. Он еще не хочет ее убить». Асаара радостно выдохнула при этой мысли. Может, еще не все потеряно…

Хмыкая, Кейр листал страницы все дальше и дальше. Калах злобно пихнула Асаару в бок, и он, заметив это, одной рукой оттолкнул гномку:

– Не смей. Асаара поступила правильно. В конце концов, уважай единственного, кто еще не возненавидел тебя.

Выражение его лица сменилось не раз. Асаара видела страницы краем глаза – и видела множество разных почерков. С Калах общалось много… Стражей? Гномов? Если с ней общались, то с какой целью? Асаара не могла заставить себя подойти и читать, это было бы неправильно – но ей было интересно, о чем писала гномка и кому…

Вдруг – Асаара даже не поняла, сколько времени прошло – тетрадь захлопнулась. Стэн протянул ее Асааре и, не говоря ни слова, принялся обследовать запасы еды. Проголодался он, что ли?

– Асаара, – спросил он, – ты хочешь спать?

– Нет.

– Хорошо. Тогда нам надо продолжать путь прямо сейчас.

Кейр разбудил Хелу и, когда все собрались вокруг него, объявил:

– Наши запасы провианта на исходе. Чем скорее мы доберемся до Орзаммара, тем лучше. Так что давайте делать поменьше остановок… и экономить еду. Может, нам тут подвернется стайка глубинных охотников…

– Говорят, их мясо дрянное на вкус, – оборвала его авварка. – Но смысл ясен. А что будем делать с этой тварью? Убьем ее уже?

Она ткнула пальцем в Калах. Стэн помолчал немного, словно все еще раздумывал над решением. Наконец он негромко произнес:

– Убивать ее сейчас бессмысленно. Она хочет умереть, а я не хочу дарить ей легкую и быструю смерть. Если она падет в бою с порождениями тьмы – прекрасно, нам же меньше проблем. Если она выживет – отведем ее в Пыльный город и бросим там.

– Так она ведь жрать просит! – возмутилась Хела. – Мы на нее запасы тратить будем, следить за ней постоянно, чтобы не бросилась ни на кого…

– Кормить не будем, – успокоил ее Кейр. Видя ужас на лице гномки, он уточнил: – Ну, или проверим на ней, вкусно ли мясо глубинных охотников. Собой рисковать как-то не хочется.

Асаара выдохнула с облегчением. По крайней мере, Калах дадут хоть какой-то шанс показать себя. Может, она поймет, что не все потеряно, может, она сможет захотеть жить дальше…

Авварка же покачала головой:

– А я бы ее убила. Но насчет глубинных охотников, пожалуй, твоя правда – пусть кто-нибудь другой их сперва попробует. Ладно, гномка, потащим тебя с собой. Надеюсь, недолго тащить придется. О! – Она вдруг радостно пихнула стэна в бок. – Давай ее продадим кому-нибудь. Не только ей мука, но и себе денег заработаем…

Асаара в ужасе воскликнула:

– Нельзя делать рабами!

– Да, – озадаченно согласился Кейр, – это как-то… немного чересчур. Мы же не в Тевинтере, в конце концов. Обойдемся более простыми средствами.

– Скучный ты, низинник.

Однако, когда они двинулись в путь, дышаться всему отряду стало как будто легче.

Комментарий к Hissra kata

Маленький кунарийский словарь № 22:

Hissra kata – иллюзия конца/смерти.

========== Say gaat ==========

Они подходили к Орзаммару все ближе, но каждый шаг давался труднее. Порождения тьмы пытались не дать им пройти дальше, отряд давал им отпор – каждый раз со все меньшей силой. Асаара понимала, что людям и Калах будет трудновато обходиться минимумом еды и сна – но она не ожидала, что и ее силы начнут иссякать. Все же ее аппетит вырос после Посвящения, и начала ощущаться накопившаяся во время похода усталость. А ведь кунари были намного выносливее прочих рас… Асаара могла только догадываться, как чувствуют себя ее товарищи по отряду.

Вдобавок, как ни печально было это признавать, без магической мощи Имшэля им приходилось трудновато. Хотя хитрый дух и рассорил их отряд навеки (ну или, как надеялась Асаара, до приказа Командора), но он серьезно помог их отряду – вряд ли они бы продвинулись так далеко без потерь, не приняв его помощи. Теперь, по крайней мере, до Орзаммара оставалось совсем немного…

– Тут получается вот столько, – Асаара показала на карте короткий отрезок от их местонахождения до ворот Орзаммара. По сравнению с пройденным путем это было совсем небольшое расстояние. – Если приложить усилия, можно дойти за день.

– Значит, надо дойти. – Кейр, бросив быстрый взгляд на карту, со вздохом сжал пальцы на рукояти щита. – Будем думать об орзаммарской таверне со вкусной едой и нормальными кроватями… кстати, интересно, есть ли у них кровати в человеческий рост…

– Не надо, – простонала Хела. – Последний глубинный охотник и так просится из меня наружу. Никаких разговоров о еде. Иначе я сожру порождение тьмы, которое на меня нападет. Кстати, а их можно есть?

– Не знаю, – озадаченно покачал головой стэн, – мне это сроду в голову не приходило… лучше уж сосредоточиться на глубинных охотниках.

– Все, решено, – уверенно заявила авварка, – возьму и съем кусок порождения тьмы. Все равно скверна уже не страшна.

Калах слушала их, странно усмехаясь. Она больше не пыталась ни с кем заговорить, даже с Асаарой; питалась одним лишь мясом глубинных охотников, которых убивала сама; когда ей развязывали руки для боя, она не пыталась напасть на Стражей, а просто убивала порождений тьмы – и глубинных охотников после того. Гномка будто бы решила смириться со своей судьбой, приняв решение Кейра, и не пыталась сделать ни лучше, ни хуже. Может, оно было и к лучшему: обращай она на себя внимание, люди бы злились и теряли еще больше сил.

– Твою мать, – вдруг услышала Асаара негромкий вздох стэна. – Тут неподалеку твари, и их много. Очень много.

– Не отобьемся? – спросила Хела.

– Отобьемся, наверное, но… Асаара, пойдем. Реализуем проверенную схему со взрывчаткой и огненной стеной.

– Хорошо.

Тварей, судя по настойчивому шепоту в голове Асаары, было и правда много. Размахнувшись, Кейр забросил взрывчатку подальше… и вдруг звук взрыва оказался намного громче, чем раньше. Что-то добавилось к нему, кроме воплей порождений тьмы и разрыва их тел.

Пойми они раньше, что это за звук, может, все было бы по-другому…

Но они ничего не поняли, и Асаара, как всегда, поставила огненную стену и приготовилась отбиваться от тварей. Их даже после взрыва выжило много, все новые и новые порождения тьмы неслись в атаку на Асаару, стэна и подбежавших к ним Хелу и Калах. Стражи уже начинали уставать отбиваться, а тварям все не было конца…

И вдруг раздался страшный грохот и треск. Авварка сориентировалась первой, видимо, узнав знакомый звук, глянула наверх и заорала:

– Разбегайтесь, живо, потолок сейчас рухнет!

– Налево! – скомандовал Кейр, оглядев окружающее пространство. – Быстро!

Проткнув острием посоха напавшего на нее гарлока, Асаара устремилась на его голос – и вдруг краем глаза успела заметить летящие на нее глыбы камня. Она едва успела закрыть руками голову…

…и перед ее глазами засияла чернота.

– Асаара! Хела! Да отзовитесь же!

Асаара слышала обеспокоенный голос стэна – но был приглушенным и казался очень далеким сквозь толщу камня. Она даже не могла сказать, с какой стороны доносился звук.

И она не могла объяснить, каким чудом ей вообще удалось выжить. Уже второй раз природная стихия легко могла убить ее – и второй раз пощадила… Впрочем, попытка пошевелить конечностями и выбраться успехом не увенчалась: двигать правой рукой было больно, а выползти наружу не удавалось, слишком узким было отверстие. По крайней мере, воздух внутрь еще поступал. Это было хорошо.

– Я здесь! – крикнула Асаара, надеясь, что ее слышно. – Я не могу выбраться!

– Хвала Создателю, ты жива! – В голосе Кейра слышалось искреннее облегчение. – Есть чем дышать? Кости сломаны?

– Дышать есть чем. Кости… не знаю. Мало места, не могу шевелиться.

– Это все ты виноват, – вдруг послышался неподалеку голос Хелы. Она, казалось, была ближе к Асааре, чем стэн. – Я же говорила, что с этой взрывчаткой штуки плохи!

– Заряд слишком сильный оказался, – виновато отозвался Кейр. – Если бы я не попал в колонну… Ты как, цела?

– Сейч… Ай! Кажется, я сломала руку. Опять. Ту же самую, блядь, руку, которую мне ломала кунари!

– Остальное цело? Можешь выбраться?

– Я… нет, – авварка испустила болезненный стон, – Корт могучий, похоже, я себе не только руку сломала. Может, ты меня подхватишь?

– Попробую…

Судя по всему, Кейр начал пытаться вытащить Хелу. Асаара тоже еще раз попыталась двинуться хоть в какую-то сторону, но тщетно. Тогда она начала прощупывать левой рукой камень перед собой, надеясь, что он окажется непрочным. На ощупь там было много мелких камней. Ни на что не надеясь, она с силой ударила по ним кулаком – и закричала. От боли, потому что от удара она содрала себе кожу даже сквозь перчатку, и от неожиданности, потому что ей действительно удалось пробить дыру.

– Да ладно, низинник, отпусти меня, это бесполезно… О! – Голос авварки стал различим немного лучше. – Вон рука торчит. Ку… Асаара, ты?

– Я, – вздохнула Асаара, тряся раненой кистью и почти наслаждаясь обдающим ее сквозь продранные дырки воздухом. Вдруг она почувствовала, как ее ладонь мягко сжимают чьи-то пальцы.

– Потерпи немного, ладно? – с беспокойством попросил ее стэн. – Я не смогу в одиночку разобрать этот завал, даже вместе с Калах… нам придется пройти чуть дальше и позвать на помощь. Думаю, около Орзаммара должен быть какой-то гномий патруль…

– И кто тебе дорогу будет показывать? Гномка? – фыркнула Хела.

– Больше некому. Карты все равно у Асаары… если, конечно, от них еще что-то осталось.

Прочный футляр впивался Асааре в ягодицы, поэтому она поспешила обнадежить остальных:

– Карты должны быть целы. Надо только выбраться.

– Нет, ты слышала? – Авварка, кажется, обратилась за поддержкой к ней. – Он собрался вместе с гномкой идти искать помощи! Орзаммар в сутках пути, тебе же сказали…

– Либо мы зовем на помощь, – отрезал Кейр, – либо умрем здесь же: вы под завалами, а мы – от изнеможения и голода. У нас нет выхода.

– Ох. – Вздохнув, Хела вдруг произнесла совсем другим тоном: – Не вздумай не вернуться, понял?

Еще раз сжав на прощание ладонь Асаары, стэн ответил:

– Понял. Асаара, держись, ладно?

– Буду держаться, – пообещала она.

– Молодец. Мы скоро.

Больше никто ничего не сказал, но Асаара почувствовала, как на ее ладони сжались другие пальцы – короткие и знакомые. Калах словно бы тоже просила ее держаться. Асаара сжала пальцы на ее ладони в ответ, хотя двигать ими было больно – и гномка ушла. Они с Хелой остались вдвоем под толщей камня.

– Ну что, – невесело усмехнулась авварка, – споем?

Асаара не знала, о чем в такой ситуации можно петь, поэтому ответила просто:

– Нет.

Помолчав, Хела произнесла:

– Отец Гор, должно быть, смеется над нами. Запер нас в самых недрах гор наедине с тварями… хотя их, наверное, камнями засыпало. Иначе в голове шумело бы.

– Тварей нет, – согласилась Асаара.

Повисла неловкая тишина. О чем им было говорить под толщей камня, запертым и обездвиженным? Асаара не знала, что ей вообще было делать: тело начинало неприятно неметь. Она пыталась пошевелиться в меру сил, но ей это едва удавалось.

Спустя неизвестно сколько времени Асаара услышала охрипший от молчания голос авварки:

– Слушай, а ты можешь как-то… нагреть эти камни, что ли? А то холодно так лежать, можно серьезно заболеть.

Асаара не чувствовала холода, но все же приложила левую руку к камню и попыталась передать ему магическое тепло.

– Лучше? – спросила она.

– Пока не очень.

Сбитые пальцы болели, но Асаара упорно продолжала пытаться нагреть камень. Хорошо, что Командор научил ее пользоваться своей силой, чтобы хватало даже на долгое колдовство…

– О, – вдруг воскликнула Хела, – кажется, чуть теплее стало. Спасибо.

– Попробую еще теплее.

– Смотри не выдохнись.

Отметив в ее голосе непривычное беспокойство, Асаара нагрела камень еще немного и остановилась. Она никакой разницы не замечала, ее куда больше беспокоила невозможность пошевелиться – но авварке от ее колдовства стало лучше, значит, все было правильно.

Мышцы словно бы затвердевали, несмотря на слабые попытки Асаары пошевелить конечностями. Может, человек бы и смог двигаться или даже выползти из этого узкого пространства, но Асаара не могла. По крайней мере, она не застряла в камне рогами, иначе совсем нельзя было бы пошевелить головой. Асаара впервые обрадовалась тому, что ее рога еще толком не отросли: иначе застряли и сломались бы.

Она снова не обратила внимания, как долго они с Хелой молчали, но вдруг услышала ее голос:

– Слушай, можешь еще немного камень погреть? А то тут… херово становится.

– Хорошо.

На этот раз применение магии далось Асааре с куда большим трудом. Шевелить пальцами было больно, да и в целом силы иссякали, что отражалось и на магической энергии. Асаара изо всех сил старалась передать камню тепло, но вдруг почувствовала, что если поколдует еще хоть немного, то потеряет сознание. Она с неохотой остановилась.

– Извини, – виновато вздохнула она, – больше не могу. Нет сил.

– Ничего, и то хлеб.

И все же Асаара чувствовала свою вину. Она ведь сильнее и выносливее людей, она может выдерживать большие нагрузки и подолгу обходиться без пищи… так почему же ей не хватает сил? Она просто не имеет права быть слабой.

– Это не должно быть, – сказала она вслух, закусив губу от обиды на саму себя. – Я должна быть сильной, я должна быть выносливой…

– Ты серьезно, что ли? – удивилась авварка. – Нас тут завалило камнями, ты поддерживаешь в нас обеих жизнь – и еще собой недовольна?

– Я слишком слабая. Я должна быть сильнее, моя магия должна быть сильнее. Мне не должно быть больно…

– Вот чудеса! – Несмотря на всю мрачность их положения, Хела нервно усмехнулась. – Тебя в этом Куне так научили, что ли? Что надо быть каменным и вообще никакой боли и разочарований не испытывать?

Подумав, Асаара озадаченно признала:

– Наверное, так.

– Глупости. Хотя ты больше и сильнее нас, ты тоже живая, из таких же костей, мяса и крови. Значит, ты тоже чувствуешь боль, усталость, раздражение… даже если делаешь вид, что у тебя все хорошо.

– Ты тоже так делаешь?

– А как же. – Авварка снова усмехнулась, на этот раз уже по-доброму. – Нельзя же орать на каждом шагу о своей слабости, иначе засмеют и скажут, что тебе надо на кухне с детьми сидеть, а не сражаться подобно воину. И боль тоже надо уметь скрывать… если только ты себе кость не сломала. Тогда своим молчанием себе же хуже сделаешь.

– Извини, что сломала тебе руку, – виновато отозвалась Асаара, думая, что Хела снова винит ее в произошедшем. Авварка отозвалась удивленно:

– Да ладно. Надо же тебе было как-то сражаться и кого-то победить. Тем более что у меня эта рука, видно, все равно несчастливая. Вот сейчас я ее почти не чувствую. – Вздохнув, она тихо прибавила: – Надеюсь, Кейр там не заблудится и скоро приведет помощь…

Асаара с удивлением отметила, что Хела впервые назвала стэна по имени. Почему же она тогда всегда называла его «низинником», если прекрасно помнит, как его зовут? Впрочем, она и саму Асаару почти всегда называла «кунари», а не по имени…

Асаара очень хотела спросить, почему авварка так делает, но какое-то странное чувство подсказало ей, что делать этого не стоит. У людей вообще было все сложно с именами, они называли друг друга по-всякому (к примеру, она ни разу не слышала, чтобы Кейр назвал Натаниэля по имени, хотя к остальным обращался как положено)… видимо, поскольку их имена не таили в себе предназначений, они вертели ими как угодно. Асаара понимала это, но все же иногда путалась. Люди порой сами создавали себе лишние сложности…

– Он придет, – сказала она, чтобы немного подбодрить Хелу. – Он должен прийти.

– Должен-то должен, но всякое может случиться…

Поняв, что подбодрить авварку у нее не вышло, Асаара вздохнула. Ну почему она не умеет говорить хорошо? Почему ей никогда не удается сделать словами то, что делают другие…

– Веата! Ну и обвал. Они там живы еще?

Незнакомый низкий голос, кажется, принадлежал какому-то гному. Асаара вздрогнула от радости, что их наконец-то вытащат из-под груды камня.