Текст книги "Шпора на сердце (СИ)"

Автор книги: Лисавета Челищева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

Когда я иссякаю, я замедляю движения и наконец останавливаюсь. Я вижу, как двигается её горло. Она облизывает губы, вытирает слёзы и улыбается мне. Эта улыбка бьёт прямо в солнечное сплетение.

– Блядь, – выдыхаю я.

Наклоняюсь, хватаю её за руки и поднимаю на ноги. Саша восхитительно хихикает, пока я стаскиваю с неё остатки одежды, отчаянно желая видеть её голой. Я всё ещё полувозбуждён. Я хочу довести её до оргазма, пока член восстанавливается.

Я бросаю её обнажённую на стол, и утыкаюсь лицом между её ног. Она вскрикивает, когда я проталкиваю язык внутрь, чувствуя, насколько она мокрая из-за меня.

Её руки сжимают мои волосы, пока я вылизываю её. Я знаю, что ей нравится, и мне легко довести её до пика. Проходит немного времени, и она уже дрожит и шепчет моё имя снова и снова, как молитву. Первый оргазм взрывной, а за ним я вызываю у неё ещё три.

Я сажусь, лицо влажное, рука в её соках, и оглядываю поле боя. Саша моргает, глядя на меня из-под полуприкрытых век, зрачки расширены. Волосы разметались по столу, губы приоткрыты, она тяжело дышит. Грудь розовая, покрыта лёгкой испариной.

– Боже, – медленно говорит она, сглатывая. – Кажется, я чуть не потеряла сознание.

Я усмехаюсь.

– Рад, что не потеряла, потому что я с тобой ещё не закончил.

Я не даю ей времени на отдых. Хватаю её за бёдра и вхожу в неё. Из-за того, какая она мокрая, она принимает мой член без сопротивления. Она сладко стонет, когда я заполняю её.

– Ты всё ещё хочешь расстаться со мной? – говорю я, глядя, как мой член скользит по ней. Она уже вся мокрая, почти на грани.

– Я… н-нет. Прости… – выдыхает она, когда я толкаюсь бёдрами.

– Не извиняйся, – отвечаю я и наклоняюсь, чтобы взять в рот её сосок. – Я знал, что ты не всерьез.

– Вообще-то… Боже, только не останавливайся.

Я не спрашиваю, что она хотела сказать. Хватаю её за ногу, поднимаю колено, чтобы войти глубже. Она стонет, когда я двигаюсь ровными толчками. Её тело сейчас, несомненно, чувствительно, и на этот раз я буду нежнее. Медленные толчки бёдер и нежный темп приводят к тому, что мы кончаем вместе, не сводя друг с друга глаз, всего через несколько минут.

Я падаю на стол рядом с ней, забавляясь тем, как она выглядит обессиленной и удовлетворённой. На этот раз у неё, кажется, нет сил уйти – ноги всё ещё дрожат. Я притягиваю её к себе, на случай если ей холодно. Сначала она напряжена, но потом прижимается ко мне.

Чёрт, я кажется влюбляюсь.

Впервые в жизни.

Но это не кажется страшным. Что-то изменилось во мне, когда я стал общаться Сашей.

Я не хочу, чтобы она думала, будто это ничего не значит, будто мы просто встречаемся.

И, как ни странно, мне не хочется отпускать её.

Никогда.

Урок 41.

Урок 41.

Урок 41.

Уроков больше не будет.

Собирать вещи в доме, где ты живёшь с детства – это странное занятие. Каждая вещь тянет за собой шлейф из воспоминаний. Старая футболка, которую я носила в десятом классе. Книга по математике с загнутыми страницами. Всё это было когда-то нужным, а теперь – просто хлам.

Я думала, что буду чувствовать облегчение. Что наконец-то сбегу из этой клетки. Но, честно говоря, я просто устала. Даже не от родителей. Просто устала.

Ключи от новой квартиры лежали в кармане. Однокомнатная, с видом на старинный центр. Я ещё ни разу не была там. Но уже представляла, как войду и выдохну.

Ко мне заглянула Стефания и напомнила, что родители уехали на дачу, а Алиса придет к ней на ночёвку. Я не придала этому значения. Ну придет, и что? Мне уже было всё равно.

Я продолжила собирать вещи. Сборы оказались очень долгими, и я не заметила, как прилегла на кровать. Тяжелые веки закрылись сами. Заснула быстро, потому что сильно устала за день.

Во сне мне было тепло. Ощущение было, что всё хорошо. А потом что-то холодное скользнуло по моему лицу. Что-то коснулось моей головы. Мне показалось, что это всё ещё сон. Но ощущение не прекратилось. По щекам что-то потекло, залилось в уши.

Я приоткрыла глаза. Сон ещё держал меня, но странное, мокрое ощущение на коже вытаскивало наружу.

Я медленно приподнялась на локтях, потянулась к ночнику. Щёлкнула выключателем. Тусклый свет залил комнату.

И я застыла.

Красное. Всё было красное. На руках, на груди, на одеяле. Я чувствовала запах – металлический, стойкий. Его не спутаешь ни с чем. И в одну секунду я поняла, что это.

Кровь была повсюду.

Язык онемел. Я не могла даже крикнуть. Глаза защипало, слёзы потекли сами, смешиваясь с красным на щеках. Я была в своём кошмаре. В том самом, который приходил ко мне каждую ночь после того дня. Но сейчас он был наяву.

Я закричала. Не знаю, сколько это длилось. Может, секунду, может, минуту. Но я перестала слышать себя. Я чувствовала только одно – ту же самую панику, что и два года назад, когда мама полоснула меня шприцом. Когда я стояла в крови, пытаясь остановить это. Когда мои волосы были в крови. Как сейчас.

Я не могла дышать. Я не понимала, где я. Всё смешалось. Я видела ту больничную палату, ту набережную, кровь на своих руках.

До меня донесся чей-то голос. Я повернула голову на звук. В дверях стояли Алиса и Римма. Римма держала телефон в руках и снимала меня. Рядом, скрестив руки, стояла Алиса и молча наблюдала. К ним подбежала Стеша, выхватила телефон из рук Риммы. Стеша посмотрела на меня, и её рот открылся в немом шоке.

Я не помню, как сорвалась с кровати. Не помню, как выхватила их телефон, бросила его на пол, пытаясь уничтожить. А потом я увидела ножницы на зеркальном столике. Я использовала их для отрезания скотча на коробках. А сейчас они будто светились сквозь весь этот хаос.

Не думая, я схватила их и бросилась на них. Алиса вскрикнула и отскочила назад. Её глаза были огромные. Римма попалась мне под руку первой. Я повалила её на пол в коридоре, сжала остриё ножниц в кулаке.

– Не трогай меня!! Боже! Пожалуйста! Девочки, помогите!!

Я не моргала. Быстро замахнулась. Она закрыла лицо руками, завопив от ужаса.

Я не контролировала себя в этот момент. Но вонзила ножницы в пол. Прямо рядом с её головой. Римма продолжала визжать, будто ножницы были уже в её голове.

Смотрю на неё, на её испуганное лицо, на её слезы. Какая же отвратительная душа…

Наклоняюсь к ней и шепчу:

– Сегодня я дарю тебе жизнь. Хотя ты этого не заслуживаешь.

Стеша хватает Римму за волосы и оттаскивает в сторону. Та визжит и сыплет проклятиями. Алиса помогает подруге подняться, и все трое в ужасе бросаются прочь, словно от дикого зверя.

Я еле поднялась и кинулась в ванную. Включила воду, намылила руки, но кровь не смывалась. Она была везде. На руках, на волосах, на моем лице. Я тёрла и тёрла, но она не смывалась.

– Уйди, уйди, уйди!...

Я кричала и плакала. А потом я увидела ножницы, которые всё ещё лежали на полу. И я поняла, что делать.

Я не помню, как резала. Я просто наблюдала, как окровавленные клочки волос падают на пол и как что-то во мне медленно умирает.

Теперь я смотрела на себя в зеркало. Короткая стрижка. Неровная. С красными пятнами на голове, которые не отмылись простой водой. Стрижка того, кто ненавидит себя больше всего на свете.

Это была уже не я.

Я схватила вещи – всё, что могла унести. Машина, которую мы делим со Стешей, стояла у дома, ключи были в моей куртке. Я не думала. Просто села за руль и поехала.

Передо мной был телефон. Я смотрела на него, и пальцы болезненно заныли. Кровь всё ещё была под ногтями. Но я написала ему.

«Олег, я не могу больше. Мы должны расстаться. Пожалуйста, просто отпусти».

Я не перечитывала. Просто нажала отправить и бросила телефон на соседнее сиденье.

Новая квартира. Я нашла её без труда. Поднялась на третий этаж, открыла дверь. Запах свежего ремонта. Пустые стены. Хотя бы кровать есть. Я упала на матрас, не снимая одежды.

Протяжные гудки вывели меня из очередного кошмара. Не знаю, сколько прошло времени. Было темно. Могла я пролежать так неделю?

Я разлепила глаза. Тело болело, голова гудела. Я вспомнила. Всё вспомнила. Римму с телефоном и Алису. Их месть.

Я сжала простыню в кулак. Мне нужно было вонзить эти ножницы ей в лоб, чтобы её тёмная голова больше не придумывала такие планы. Это бы избавило мир от одной крупицы зла.

Но я не сделала этого. И сейчас мне казалось, что это просто слабость.

Телефон снова загудел. Я не хотела смотреть. Экран резал глаза. Я просто взяла трубку.

Молчание.

– Выйди. Я около твоего дома. – Уставший голос Олега. – У нового дома.

– Нет. Я не хочу тебя видеть.

– Закроешь глаза.

– Нет.

– Я жду. Выходи.

Я зажмурила глаза, чувствуя, как что-то тёплое стекает по щеке. Слёзы. Я не плакала, они сами текли.

Потом я заметила снег за окном. Первый снег.

Я надела толстовку, натянула капюшон. Волосы были под ним. Короткие, неровные, в засохшей крови. Я не смотрела на себя в зеркало. Это спровоцирует новый приступ.

Когда я вышла на улицу, Олег стоял в сквере. Никого больше не было. Снег кружил вокруг него. Он подошёл ко мне быстро.

– Что происходит, Саш? – Он напряженно смотрел на меня, вглядываясь в лицо. – Почему ты опять хочешь бросить меня? Мне это уже надоело. Каждый раз одно и то же.

Я подняла на него глаза. Снег падал на мой капюшон, холодил щеки.

– Потому что со мной всегда так будет. Я никогда не смогу быть нормальной. Понимаешь? Никогда. Ты должен бросить меня.

Олег сжал моё лицо в ладонях, заглянул в глаза.

– С какой стати я должен тебя бросать? – В его голосе был гнев. – Я наконец-то нашёл единственную девушку, от которой у меня снесло крышу. Я влюбился в тебя, Саш. Я уже не представляю, как жить без тебя. Я буду последним мудаком, если упущу тебя.

Я отстранилась от его рук, отступая на шаг назад. Медленно стянула капюшон, опустив глаза.

Он стоял и смотрел. На мои короткие волосы, на кровавые следы.

– Что ты сделала с собой?

Олег пошатнулся назад. Я поняла, что теряю его.

Урок 42.

Урок 42.

Урок 42.

Я подняла лицо вверх. Снег падал на мои щёки. Я не моргала. Просто смотрела в небо.

– Это не я.

Олег подскочил ко мне, схватил за плечи.

– Кто это сделал?! – Он встряхнул меня. – Саша, посмотри на меня. Я тебя не брошу, поняла? Даже не думай об этом! Кто с тобой это сделал?!

Я молчала. Смотрела на него невидящим взглядом.

– Молчишь? Ладно. Я сам узнаю. А пока – я тебя отмою. И ты мне расскажешь всё.

Он взял меня за руку и потянул к дому. Но я не двигалась. Ноги отказали.

– Идём.

Я не шла. Он дёрнул меня сильнее. И тогда мои ноги просто подкосились.

Олег вовремя подхватил меня. Поднял на руки. Я обвила его шею, ноги безвольно болтались. Он понёс меня через двор, и я показала на нужный подъезд.

Мы поднялись в квартиру. Он, кажется, сразу догадался, куда идти, потому что понёс меня прямо в ванную. Толкнул дверь плечом, занёс. Положил в чугунную ванну.

– Раздевайся.

Я не ответила. Смотрела в одну точку. Даже моргать было тяжело.

Он начал раздевать меня сам. Медленно, без спешки. Стянул футболку через голову, потом джинсы. Я стояла перед ним, обхватив себя руками, не в силах пошевелиться. Потом опустилась на дно ванны, поджала колени к груди.

Олег открыл кран. Тёплая вода полилась, наполняя ванну паром. Он набрал немного шампуня в ладони и начал мыть мне голову. Пальцы мягко массировали кожу, смывая засохшую кровь. Потом он взял мою руку и начал тереть её, смывая красные следы с запястий, пальцев.

Я смотрела, как вниз стекает вода с красными разводами. И в этот момент меня снова накрыло. Я отодвинулась в самый угол, вжалась в стену, чтобы не видеть этот цвет. Плечи задрожали.

Олег заметил. Он накрыл мою голову ладонью, закрывая мне глаза.

– Не смотри.

И паника отступила. Медленно, но отступила.

Я выдохнула.

– Ты боишься крови из-за мамы? – спросил он тихо.

Я не ответила. Он взял мою руку, поднёс к губам и поцеловал старый шрам. Я дёрнулась, вырвала руку, сжалась сильнее.

– Я не хочу, чтобы ты на меня смотрел. Не хочу, чтобы ты видел меня такой.

– Какой? Ты всегда такая. – он посмотрел мне в глаза. – Я вижу тебя такой всегда. Другой для меня нет.

– Ты не понимаешь. Во мне сидит что-то. Моя мама. Она ждёт. Ждёт, когда я сорвусь.

– Мне плевать, кто в тебе сидит, Саш. Я вижу тебя. Я не боюсь.

Я подняла на него глаза. Пустые. Криво усмехнулась.

– Я чуть не убила Римму ножницами.

Олег замолчал. Выключил воду, уставился на меня.

– Не верю.

– Зря… Она облила меня кровью, пока я спала. Я проснулась. Первое, что увидела – кровь. На руках, на груди, на ногах. Везде. И вспомнила всё. Тот день с мамой. Как будто это случилось только что. Я думала, что умру от паники. А потом поняла, что это она сделала. И я кинулась.

Олег сжал челюсти.

– …Я убью её.

– Не надо. Я сама едва не убила её. Ножницами. Она очень испугалась. Не знала, что я могу на такое пойти.

Олег провёл пальцами по моим щекам.

– Чья кровь была на тебе?

– Не Риммы, если ты об этом. Животного. Хотя, может, её кровь ничем не отличается.

– А волосы? Это она?

Я покачала головой.

– Это я.

– Зачем, Саш?

Я закрыла глаза.

– Не знаю. Я не смогла постоять за себя. Не смогла справиться с эмоциями. Так какая мне разница, как я уже выгляжу?

Олег посмотрел на меня. Подошёл ближе. Наклонился так, что его лицо оказалось почти на одном уровне с моим.

– Ты сейчас слышишь себя? Нет, не слышишь. Ты не видишь главного. Ты справилась. Ты выжила. Ты прошла через ад и осталась собой. И то, что ты сделала с волосами – это не слабость. Ты пережила то, что не каждый человек сможет выдержать. Ты хочешь знать, что я вижу? Я вижу девушку, которая сражается с тьмой каждый день. И она побеждает. Каждый раз.

Я молча встала из ванны. Он тоже приподнялся. Стоя напротив меня, мокрый, в одежде. Я медленно обвила его руками, прижалась к нему. Голое тело к его теплу.

– Спасибо. Ты спас меня.

– Я всего лишь помыл тебя. О чём ты г…

Я затыкаю его рот своим, жадно впиваясь в его губы.

– Я не хочу видеть эти кошмары, Олег… – шепчу я, прижимаясь к его лбу. – Я хочу думать только о тебе. Пожалуйста, займись со мной сексом. Сотри всё это.

– Саш, ты не представляешь, как я хочу этого. Но сейчас не лучшее время.

– Пожалуйста.

Я смотрю на него, вкладывая во взгляд всю свою мольбу.

– Эй, – мягко говорит он, притягивая меня. Его руки опускаются на мои плечи, большие пальцы вдавливаются в напряжённые мышцы. – Расслабься. Я не буду заниматься с тобой сексом, Саш.

Мне становится невыносимо. Хочется закрыться, спрятаться. Но потом он шепчет:

– Я займусь с тобой любовью.

Олег начинает массировать мои плечи. Невозможно не расслабиться, когда он так массирует меня. Моя голова откидывается назад, и он тихо смеётся, когда я кладу её на его плечо, моргая, глядя на него снизу.

– Ложись на кровать, – шепчет он. – Позволь мне сделать тебе приятно.

Желудок сжимается от ужаса сегодняшнего вечера, но его близость – единственное лекарство. Я веду его за руку в спальню. Забираюсь на его кровать, отбрасываю одеяло. Он встаёт в ногах кровати, хватает меня за лодыжки и широко раздвигает мои ноги. Моё лицо вспыхивает, и мне приходится бороться с желанием прикрыться, но его взгляд устремляется на блестящий центр между моих бёдер, и я вижу, как растёт его возбуждение.

Он хочет меня. Такую, какая я есть.

– Как можно каждый раз так выглядеть, – хрипло стонет Олег. – Саш…

Я боялась, что после сегодняшнего срыва я стала для него омерзительной, но его слова звучат так искренне. Я ему верю, хотя не понимаю, как можно любить меня.

Он наклоняется и зарывается лицом между моих ног. Я стону и выгибаю спину, когда его язык вонзается в меня. Он вылизывает каждую каплю сока, вытекающую из меня, и одобрительно гудит, прижавшись ко мне, вибрация проходит через мой таз. Я моментально забываю обо всём, скользя пальцами по его волосам.

Он вводит в меня один палец, затем второй. Сгибает пальцы и двигает ими в такт языку, прижимаясь к клитору. Я вижу яркие звёзды уже через минуту, оргазм накрывает меня сильно и быстро. Он добавляет третий палец, пока я прихожу в себя, и растяжение немного неприятно. Увидев его бугор в штанах, я понимаю, что его член будет растягивать меня ещё сильнее.

– Олег, – стону я его имя, когда он снова атакует мой клитор, практически вынуждая меня испытать ещё один оргазм.

У моего тела нет выбора, кроме как подчиниться и отдаться удовольствию. Меня трясёт к тому моменту, когда он доводит меня до третьего оргазма. Он садится на пятки и вытирает рот тыльной стороной ладони – это действие не должно быть таким горячим, но оно такое.

– Чего ты хочешь, Саш? – мягко спрашивает он.

Даже если бы его возбуждение не пыталось разорвать штаны, горящее желание в его глазах сказало всё за себя. Я хочу, чтобы он почувствовал то же самое, что и я. Он сделал для меня слишком много.

– Я хочу сделать тебе приятно, – признаюсь я немного застенчиво.

Олег слезает с кровати, стягивая футболку и штаны.

Я любуюсь им во всей его обнажённой красе. Его член изгибается вверх к телу, тяжёлый от веса, но невероятно эрегированный. Он забирается на кровать ко мне, и я с нетерпением тянусь к нему. Он шипит, когда я обхватываю его горячую длину руками и начинаю поглаживать.

Я позволяю себе сначала немного исследовать его. Я двигаю рукой вверх и вниз, наблюдая, как его крайняя плоть двигается вместе со мной. Я наклоняюсь вперёд и облизываю её. Мне так нравится доставлять ему удовольствие.

– …Саша, – стонет Олег.

Я продолжаю гладить его одной рукой, а другой скольжу по его прессу. У меня текут слюнки при мысли о том, чтобы снова попробовать его на вкус.

Я встаю в удобную позу на коленях и наклоняюсь, чтобы взять головку в рот. Обвожу её языком, покрывая слюной, а затем начинаю двигать ртом вниз. Я заглатываю несколько сантиметров его ствола. Он упирается в заднюю стенку горла на середине, и я знаю, что поперхнусь, пытаясь взять его целиком.

Его руки сразу тянутся к моим волосам. Моя короткая стрижка не смущает его – наоборот, он запутывается в моих прядях, притягивая меня ближе. Он не толкает мою голову вниз и не пытается контролировать мои движения. Он крепко сжимает мои пряди, словно пытаясь удержаться от того и другого.

Я делаю глубокий вдох через нос, расслабляю горло и продвигаю рот дальше вниз, пока кончик его члена не опускается в моё горло. Мне некомфортно брать его так глубоко, но стон, который он издаёт, того стоит.

– О, чёрт, Саш, – грубо цедит он. Его голос такой сексуальный, я становлюсь ещё мокрее, пока делаю это. – Умница. Продолжай. Чёрт. Ты берёшь меня так глубоко.

Его похвала полностью стирает тот ужас, когда я видела себя в зеркале с ножницами в руках.

– Боже, – стонет он и тянет меня за волосы, поднимая с его члена. – Остановись, или заставишь меня кончить.

Я смотрю на него мокрыми глазами и облизываю губы.

– Ты не хочешь?

– Я не хочу кончить в твой красивый рот. Я хочу быть внутри тебя.

Олег мягко толкает меня на спину и устраивается между моих ног. Он держит свой вес надо мной, глядя на меня сверху из-под тяжёлых век.

– Мы можем не использовать презерватив. Я начала пить таблетки.

Он ненадолго закрывает глаза, а затем наклоняется и целует меня в лоб.

– Ты просто мечта, Саш.

Я обвиваю руками его шею и приподнимаю колени.

– Тогда войди в меня.

Он усмехается и тянется вниз, чтобы выровняться. Мы оба смотрим, как он медленно входит в меня.

Олег отстраняется, когда входит наполовину, а затем снова скользит вперёд, погружаясь глубже. Он повторяет это снова и снова, пока наконец не входит до конца. Мы оба стонём, когда он полностью заполняет меня. Он дрожит и снова касается лбом моего лба.

– Чёрт, как же в тебе хорошо.

Я улыбаюсь ему снизу.

– Мне тоже от тебя.

– Держись крепче, – хрипло шепчет он. – Мне будет трудно быть нежным.

– Хорошо. Я этого и не хочу.

Мои слова словно снимают какую-то блокировку с него. Он выходит из меня и вонзается обратно. Я стону и чувствую, как становлюсь ещё мокрее, поскольку его толчки высвобождают больше соков. Он хмыкает, и я чувствую, как его член подрагивает внутри меня.

– Когда-нибудь я точно сойду от тебя с ума, Саш. Ты не представляешь, как мне с тобой хорошо.

Невозможно этого не знать, потому что моя киска издаёт самые откровенные хлюпающие звуки, когда он вонзается в меня. Удивлённый вскрик срывается с моих губ, когда Олег внезапно поднимает меня. Он садится на пятки и усаживает меня к себе на колени. Я могу только держаться за его плечи, пока он крепко сжимает мои бёдра и заставляет меня скакать на нём.

Он приподнимает меня и опускает вниз, каждый раз насаживая на свой член. Эта поза заставляет меня чувствовать его ещё глубже, и я не могу остановить стоны, которые продолжают срываться с моих губ.

Воспоминания о кошмаре тонут в каждом его движении.

Он выходит из меня, и я хнычу, мне не нравится это пустое ощущение. Олег снова кладёт меня на кровать, хватает за лодыжки и высоко поднимает мои ноги. Держа мои ноги вместе, он снова скользит в меня и начинает входить в меня быстрыми рывками бёдер.

Я не вижу его за своими ногами, но я слышу его сексуальные хмыканья, когда он вбивается в меня. Я чувствую себя ещё более тугой, потому что он держит мои ноги вместе.

Как только я привыкаю к этой позе, Олег выходит и переворачивает меня на живот. Мне даже нравится, как он командует мной. Он дёргает меня за бёдра, ставя на четвереньки. Начинает ласкать мои ягодицы в нежном жесте.

– Ты в порядке? – проверяет он.

– Да, – отвечаю я, задыхаясь.

Как только он понимает, что я в порядке, он снова начинает. Я чувствую давление его головки на моем центре, и затем он снова заталкивает её внутрь меня. В этой позе он чувствуется таким глубоким. Его пальцы впиваются в мои бедра, когда он притягивает меня навстречу своим толчкам.

– Трогай себя, – тихо приказывает он.

Я опускаюсь на локоть и другой рукой быстро растираю клитор маленькими кругами. Его толчки в сочетании с моими движениями в считанные секунды сбрасывают меня с края в пик наслаждения. Я вскрикиваю в подушку, зажмуриваюсь и позволяю блаженству накрыть меня.

Позади меня раздается стон Олега. Его толчки становятся менее ритмичными, более беспорядочными, когда он всё увереннее двигает бёдрами. Его член пульсирует внутри меня, и он стонет моё имя. Я сжимаю свою киску вокруг него, и он выдыхает, когда наполняет меня собой.

Я чувствую, как он наклоняется вперёд и упирается лбом в мою липкую спину. Я тянусь назад, нахожу его руку и сжимаю её. Он сжимает мои пальцы в ответ. Никто из нас не двигается. Мы остаёмся на месте, всё ещё соединённые, тяжело дыша.

– Это было просто невероятно, – задыхаясь, говорит Олег.

– Да, – соглашаюсь я, улыбаясь самой себе.

Он выходит. Я боюсь, что он сейчас встанет и уйдёт, оставив меня наедине с демонами. Но вместо этого он ложится рядом, притягивает меня к себе и крепко обнимает, укрывая одеялом.

– Я никуда от тебя не уйду, – шепчет он мне в макушку. – Буду здесь. Спи.

Я закрываю глаза, и тёмные воспоминания о крови, панике и отрезанных волосах окончательно тонут в его тепле. Я больше не слышу криков. Я думаю только о нём.