Текст книги "Шпора на сердце (СИ)"

Автор книги: Лисавета Челищева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)

Урок 32.

Урок 32.

Урок 32.

Болезненная любовь – это не доказательство глубины чувств, а ловушка, где один постоянно теряет себя, чтобы удержать другого.

Утром в мою комнату ворвалась Стефания. Она не постучала, просто распахнула дверь и встала в проёме, скрестив руки на груди. Волосы у неё были растрёпаны, глаза злые.

Начинается.

– Ты мне ничего не хочешь рассказать? Про Олега, например? – спросила она, чеканя каждое слово.

Я сидела на кровати, собирала сумку в спортзал. Даже не повернула головы.

– Нет.

– Как это нет? Вы же вчера уехали вместе! Все видели! Ты что, думаешь, я дура?

– Я ничего не буду говорить.

Она топнула ногой, развернулась и выбежала, хлопнув дверью. Я слышала, как её шаги простучали по коридору. И всё. Я осталась одна.

Вечером я поехала в клуб. Антон встретил меня у входа, обнял, повёл в свой кабинет. Я села напротив него, посмотрела на его уставшее лицо.

– Я буду не только петь. Хочу разобраться с бухгалтерией, с финансами. Полностью.

Он удивлённо поднял бровь.

– Ты же вроде и так бухгалтером у нас работала?

– Работала. Теперь хочу углубиться. Ты мне покажешь все схемы, все потоки.

Антон помолчал, потом кивнул.

– Хорошо. Завтра начнём. Выглядишь уставшей, иди домой.

Я кивнула. Ушла.

Прошло два дня. Мы с Олегом переписывались каждый день. Утром он присылал фото с тренировки, вечером – голосовые сообщения. Я отвечала коротко, но не игнорировала.

Утро первого дня в универе.

Я встала рано. Выпрямила волосы, оделась в чёрное: брюки, водолазка, сверху кожаная куртка. Накрасилась – стрелки, бледная помада. Посмотрела на себя в зеркало. Другая. Совсем другая.

Телефон завибрировал на кровати. Олег.

«Жду у той остановки.»

Я схватила сумку, спустилась по лестнице. На кухне папа и Стефания пили кофе. Папа поднял голову.

– Я сейчас поеду, подвезу.

– Не надо. Меня друг довезёт.

Стефания нахмурилась.

– Друг?

Папа посмотрел на меня.

– Какой друг, Саша?

– Из универа. Олег.

Папа открыл рот, хотел что-то сказать, но я уже вышла.

Олег стоял у машины, скрестив руки на груди. Когда я подошла, он улыбнулся и открыл мне дверь. Я хотела сесть, но он притянул меня к себе и поцеловал. Губы тёплые, настойчивые. Я застыла.

Он отпустил меня, посмотрел в глаза.

– Прости. Не мог сдержаться.

Я взяла себя в руки.

– Мне надо ещё привыкнуть к этому.

Он кивнул, закрыл за мной дверь и сел за руль.

У универа было много людей. Осень, жёлтые листья на аллее у канала, все куда-то спешат. Когда Олег вышел и подал мне руку, я взяла её. На нас смотрели. Я чувствовала взгляды, но не оборачивалась.

Мы пошли по аллее. Олег был выше меня на голову, шагал широко. Я едва поспевала.

– За тобой сложно успеть, – сообщила я, пытаясь поспевать.

Он остановился. Подождал, пока я поравняюсь с ним. Потом неожиданно закинул руку мне на плечи, притянул к себе.

– Пойдём так. Тебе будет сложно отставать, а мне приятно. Все в плюсе. Ок?

Я смутилась, но кивнула.

Мы подошли к университету в обнимку, будто встречались уже несколько лет.

На скамейках сидели мои однокурсники. Алиса и Римма стояли чуть дальше, с ними Стас. Они смотрели на нас, выпучив глаза.

Алиса приподняла бровь, Римма открыла рот. Стас ухмыльнулся. Я прошла мимо, Олег всё ещё прижимал меня к своему телу.

Внутри холла он поцеловал меня в щёку.

– Встретимся за обедом. У нас разные пары.

Он ушёл. Я проводила его взглядом и поднялась на второй этаж.

Первая пара прошла нормально. Я сидела, слушала, записывала в ноутбук. Мысли были о другом, но я справлялась.

Следующая пара – математический анализ. Его лекция.

Я зашла в аудиторию, села на первую парту. Студенты заходили, кто-то кивал мне, кто-то нет. Я смотрела в телефон.

Потом вошёл ОН.

Даниил Викторович. Я подняла глаза. Он шёл к кафедре, не глядя ни на кого. Поставил папку, открыл её. Начал говорить.

– Сегодня разберём тему численных методов. Откройте конспекты.

Он говорил ровно, спокойно. Я смотрела на него. Он не замечал меня. Не замечал никого.

Потом он отошёл к доске, поднял маркер. Повернулся, обвёл взглядом аудиторию. И наткнулся на меня, но не остановился, продолжил осмотр.

И тут его рука замерла. Он моргнул, метнулся взглядом ко мне. Нахмурился.

Отвернулся, начал писать на доске. Больше не оборачивался.

Мой телефон завибрировал в сумке. Звонил папа. Зачем-то.

Я вышла из аудитории, взяла трубку.

– Саша, Стефания мне всё рассказала. Про этого парня. Я против вашего общения.

Я помолчала.

– Хорошо, пап. Я тебя услышала. Это всё?

– Всё. Мы поговорим с тобой дома, а пока подальше держись от этого волейболиста. Хорошо?

– Как скажешь.

Честно говоря, мне было всё равно на запрет отца. У него не было права давать мне ограничения на общения с другими, когда всю жизнь он лишал меня отцовской заботы и настоящего общения с ним. Но спорить сил не было.

Я положила трубку. Вернулась в аудиторию, забрала сумку. Увидела, что Даниила уже нет за кафедрой, а студенты стали расходиться дружным потоком.

Я достала телефон, стала просматривать расписание, завернула за угол. Кто-то резко схватил меня за локоть и потянул за собой. Я даже не успела обернуться.

Даниил. Он быстро затащил меня в подсобку, захлопнул дверь. Схватил за шею, притянул к себе. Я забыла как дышать. Происходящее было таким быстрым и нереальным, что осознание пришло только сейчас.

– Где ты была? – его голос был низкий, злой.

Я отвернулась от его губ.

– Не твоё дело.

Он сжал челюсти, надавив большими пальцами на мою шею.

– Ты исчезла на полгода. Ни слова не сказала. А теперь возвращаешься как ни в чём не бывало?

– Я сказала, не твоё дело. Отпусти меня.

Он посмотрел на меня, его глаза потемнели. Вздернув руку, он выхватил прядь моих волос.

– Зачем ты это сделала?

Я усмехнулась, надменно оглядела его. Он был красив, но я больше не велась на это.

– Знаешь, наши чувства, наконец, стали взаимными. Теперь мне тоже плевать. Так что отпусти. Нас ничего не объединяет.

Я впилась ногтями в его грудь, оттолкнула и выбежала.

В оживленном коридоре я остановилась, перевела дыхание. Схватилась за своё запястье и сжала кожу до легкой боли. Я уничтожила ту Сашу. Я больше не увлекаюсь этой болью. И сейчас я напоминаю себе об этом.

Я достала телефон, написала Олегу: «Не приду на обед».

Он ответил: «Я в зале, заканчиваю. Заходи».

Я улыбнулась и пошла в спортзал. Это было одно из мест университета, куда я редко попадала, и теперь у меня была возможность рассмотреть его поближе.

Олег всё ещё тренировался с командой, когда я подошла. Я села на трибуны, наблюдая за игрой. Олег заметил меня, ухмыльнулся с мячом в руках.

Показал финальную подачу в прыжке – сильную, точную. Его команда выиграла. Он подбежал к перилам, где я сидела, перегнулся через них.

– Сейчас переоденусь, пойдём в кафе.

Я кивнула. Выйдя из зала, я стояла в коридоре, ждала его возвращения.

Сзади раздался голос.

– Саша!

Я обернулась. Ко мне шли Алиса, Стеша, Стас и Римма. Четверка выглядела зловеще.

Урок 33.

Урок 33.

Урок 33.

Сцена – единственное место, где я могу быть свободной, даже если эта свобода фальшива.

Ко мне подходили Алиса, Стеша, Стас и Римма. Они шли так, будто собирались меня судить. Я стояла, скрестив руки, и смотрела на них. Спокойно. Холодно.

Алиса подошла первой, улыбнулась, но улыбка была неживая.

– Мещерская, ты что, теперь с Князевым? Серьёзно? – она склонила голову, разглядывая меня.

– А тебе какое дело?

Римма фыркнула, закатила глаза.

– Да ладно, Алис. Она же психопатка. Ты думаешь, он с ней всерьёз?

Стеша стояла в стороне, но смотрела на меня так, будто хотела что-то сказать. Стас просто хмыкнул.

Я не отвечала. Просто смотрела на них.

Алиса шагнула ближе.

– Ты вообще откуда такая взялась? Ходила по врачам и голову лечила, а теперь думаешь, всё твое будет автоматически?

– Лечилась, – признала я спокойно. – И знаешь что, Стеша тебе, наверное, не сказала, но я правда вылечилась.

Римма засмеялась.

– Слышали? Она ещё и шутит.

Я посмотрела на неё. Медленно моргнула.

– Я не шучу. Я была в клинике. И теперь я знаю, что во мне живёт настоящий псих. Я здорова сейчас, но бывают и срывы. И если вы продолжите меня злить, я могу показать вам, что значит настоящее безумие.

Римма перестала смеяться.

– Ты чего несёшь?

– Я могу сломать тебя, Римма. Или тебя, – я перевела взгляд на Алису, – или тебя, Стеша. Мне нечего терять, все уже знают мою репутацию. А вам есть.

Они замолчали. Стеша побледнела. Алиса сжала челюсти.

Но тут они все разом посмотрели за мою спину.

Рука обняла меня за плечи. Я почувствовала его мятный жвачки, ещё до того, как повернулась. Олег.

Он стоял за мной, высокий, в расстёгнутой куртке, и смотрел на них. Не злобно, но так, что их лица стали кислыми.

– Четверо на одну? Не многовато?

Алиса натянуто улыбнулась, поправив волосы.

– Олег, мы просто общались.

– Да ладно? – он посмотрел на Римму, на Стаса. – Вам нечем заняться, кроме как приставать к людям?

Римма открыла рот, но Олег перебил.

– Идите. У меня нет настроения разбираться с вами.

Они ушли. Стеша бросила на меня быстрый взгляд и догнала Алису.

Я повернулась к Олегу. Он смотрел на меня, его лицо было спокойным, но я поняла, что он всё слышал.

– Значит, всё-таки не отдыхала в санатории? – спросил он, смотря вслед удаляющейся группе.

Я помолчала, закусывая щеку.

– Лечилась. Ментально.

Он кивнул.

– Я догадывался.

– Откуда?

– Во-первых, кто едет в санаторий в твоем возрасте, так ещё и в одиночестве? Во-вторых, сложно не заметить перемены в тебе. Ты не просто перекрасилась. Ты стала другой. Взгляд, движения. Меньше страха.

Я посмотрела на него с тревогой.

– Как ты? – спросил он.

– Нормально.

Он взял меня за руку, потянул в сторону выхода.

– Пойдём в кафе. Расскажешь мне всё.

Мы пошли. В кафе было тихо, у окна. Он заказал нам кофе. Я рассказала ему всё. Про маму, про клинику, про то, что я хотела сбежать от всего, что не хотела быть той рыжей девочкой, которая сломалась.

Олег слушал. Не перебивал. Потом взял мою руку в свою.

– Чёрт, Саш… Ты точно стала сильнее. Это очень тяжелый путь.

Я почувствовала, как внутри что-то отпускает. Было приятно рассказать всё это кому-то.

Он довёз меня до дома, остановился у остановки.

– Завтра заберу тебя в универ. Договорились?

– Договорились.

Я вышла. Он подождал, пока я зайду в дом, и уехал.

Позже я написала ему: «Я буду съезжать из родительского дома. Мне повысили ставку, смогу арендовать своё жилье».

Олег: «Крутые новости! Помогу с переездом».

Я улыбнулась и выключила телефон. Пора было собираться на работу.

Я вошла через чёрный вход и увидела Антона – моего менеджера, разговаривающего с каким-то парнем. Он выкрикнул моё имя, но я даже не стала ждать его, надо было переодеться побыстрее. В прошлый раз я согласилась на его условия, и он меня принял обратно, теперь надо всё отработать. Он последовал за мной в раздевалку.

– Слушай, Сашок, у меня такое чувство, что сегодня я заработаю целое состояние. Поможешь? Твоя работа у кассы просто супер. Но сначала выступишь один номер?

Я киваю.

Мне так повезло, что у меня есть Антон. Он дал мне выход и спасал меня столько раз. Я должна показать ему лучшее шоу сегодня и доказать самой себе, что я ещё могу привлекать внимание.

Я переоделась в розовое сатиновое платье с открытыми плечами, которое подчёркивало мою грудь. Надела ожерелье, которое покоилось на моей шее. Нанесла макияж и дважды нанесла блеск на губы.

Наконец, через полчаса я была готова быть желанной, нужной и оценённой. Я набросила на плечи короткую чёрную меховую накидку и, проходя мимо, ловила на себе каждый взгляд.

Сцена была окутана тьмой, и когда я остановилась в центре, на меня упал белый луч софита. Я взяла микрофон в руки и встала на место. Заиграла музыка, и я уронила накидку на пол, открывая платье толпе. Крики были оглушительными. Я закрыла глаза и заворожила толпу, схватившись за волосы и проводя руками по всему телу так, как они того хотели.

Когда песня подходила к концу, я оглядела толпу. Что-то заставило меня посмотреть в сторону бара, и я чуть не упала от волны страха. Там сидел ОН и небрежно попивал напиток.

Даниил Викторович.

Его глаза поймали меня в напряжённой битве, в которой я никогда не хотела участвовать.

Я потеряла дыхание.

Даниил встал, и я мгновенно сбежала со сцены.

Урок 34.

Урок 34.

Урок 34.

Иногда самые сильные раны – те, которые мы наносим себе сами.

Я выбежала со сцены, расталкивая людей, которые попадались мне на пути. Всё вокруг слилось воедино. Два моих мира столкнулись, и я больше не могла видеть чётко. Из всех людей, которых я ожидала здесь увидеть, он был последним.

Я дрожащими руками достала телефон из сумки, набрала сообщение Олегу. Пальцы не слушались, буквы расплывались перед глазами.

«Забери меня. Пожалуйста. Скорее.»

Телефон упал обратно в сумку. Мои руки тряслись. Воздуха не хватало. Я знала это чувство – паническая атака накрывала меня.

Даниил. Он оказался триггером этой паники. Я хаотично думала, почему всё так. Почему меня вообще к нему так тянуло всегда? Может, потому что я выросла без отца, который был холодным, недоступным, выбирал другую семью. Даниил – та же фигура: недосягаемый, доминирующий, непредсказуемый.

Полгода назад я жаждала его одобрения. Как и с отцом – я пыталась заслужить его внимание, но получала лишь ледяные взгляды и жестокость. Даниил был моей попыткой «переиграть» сценарий с отцом, но уже с другим мужчиной. Он провалился, как и тогда. И теперь это мой кошмар.

Антон открыл дверь в мою гримёрку и бросил на меня взгляд. Он прикрыл за собой дверь. Он знал, через что я сейчас прохожу. Это не первый раз, когда у меня случается такая паника на его глазах.

– Давай, успокойся, дыши. Всё хорошо, просто делай маленькие вдохи. Дай себе расслабиться. Слушай, не буду больше тебя на сцену таскать. Будешь в моём офисе работать. Окей?

Я послушала его. Пара крупных слёз скатилась по моему лицу. Я грубо вытерла их рукой. Подняла на него взгляд – в его глазах была тревога.

Антон всегда защищал меня, и я любила его за это. Но это не было полностью безусловным – как и всё в этом мире. У всего есть цена, даже у любви. Люди врут, если говорят иначе. Как долго ты можешь любить кого-то, не желая ничего взамен? У него тоже был свой эгоистичный интерес. Я приводила толпу на каждое моё выступление, и он сколотил на этом состояние. Я продолжала работать с того момента, как он занял место моего отца. Я копила деньги на своё будущее. Я не жду, что отец магическим образом оплатит мне учёбу или оставит что-то на моё имя. Я лучше вообще не буду видеть его, как только съеду.

– Саша!

Голос Даниила потряс меня до глубины души. Я почувствовала его доминирующее присутствие в маленькой комнате. Обернулась – и внезапно я потеряла дыхание.

Он выглядел как мой сон, и если бы Антон не повернулся к нему, я бы подумала, что он мне привиделся. Мне до сих пор трудно доверять своей голове, но он реален.

– Мужик, вали отсюда. Эта комната только для персонала. Она не предлагает никаких сексуальных услуг, хотя за деньги можно найти кого-нибудь в другом месте. А теперь вали.

Антон отмахнулся от него, приняв за очередного клиента. Я продолжала смотреть на Даниила, чувствуя, как Антон берёт меня за лицо, проводит по моим волосам, убеждаясь, что я в порядке.

– Сашок, воды принести?

Глаза Даниила стали цвета тьмы. Он сжал кулак так сильно, что мышцы вздулись на предплечьях, и я была уверена, что он ударит Антона. Я сразу взяла ситуацию под контроль и положила руки на плечи Антона.

– Антон, всё в порядке. Он мой знакомый. Я хотела бы уйти сейчас. Я заберу свой расчёт завтра.

Антон посмотрел на Даниила, изучая его, словно пытаясь понять, кто это. Даниил не был постоянным клиентом, если бы он им был, Антон бы узнал его.

– Ты уверена? Хочешь, чтобы я тебя подбросил домой?

Антон быстро обернулся ко мне. Он предлагает мне поездку каждую ночь, но я отказываюсь. Он заходит слишком далеко, когда дело касается меня и моего комфорта. Это специальное отношение вызывало у меня ненависть со стороны других коллег, и я не хочу никакой драмы.

– Нет. Ты знаешь правила. Я не хочу, чтобы кто-то видел нас вместе. Это приведёт только к большим проблемам для нас обоих.

Когда я начала приходить в себя, Антон воспринял это как признак того, что я нормальна. Он повернулся и посмотрел на Даниила, не сводя с него глаз. Антон почти задел его плечом, когда закрывал дверь за собой.

Я осталась наедине со своим кошмаром.

Я посмотрела на него и тут же пожалела. Он выглядел так, будто несёт в себе бурю. Каждая часть его тела была напряжена и настороже.

– Ты хочешь разговаривать здесь или у меня дома? Твой выбор. – цедит он.

– Нигде. Нет такого варианта?

– Мы не уйдём отсюда, пока ты не объяснишь мне всё, что происходит с тобой.

Я вздохнула от разочарования. У меня были свои вопросы. Во-первых, как он нашёл это место? Это было совпадением? Или он пришёл сюда за чем-то другим, и это привело его в ярость. Я лучше не буду рвать его на части на глазах у всех.

– Здесь. Я никуда с тобой не поеду.

– Ты так меня теперь боишься?

– Не боюсь. Я ненавижу. Это другое.

– Хорошо. – Даниил отрывает от меня взгляд, сжимая губы. – Но я бы хотел поговорить с тобой в другом месте.

– Чем тебя это не устраивает?

Даниил злобно сверкает глазами, оглядывая мою гримёрку.

– Собирайся. Мы поедем в кафе.

– Я никуда не поеду с тобой. Хватит мне указывать.

Даниил ядовито смотрит на меня, его скулы заостряются.

– Хорошо.

Он подходит к дивану и падает на него, вальяжно кладя руки на спинку.

Мой телефон издаёт вибрацию в сумке. Я тянусь посмотреть. На экране сообщение от Олега: «Буду через 20».

Я выдыхаю с облегчением.

– Какого чёрта ты делаешь в этом клубе, Александра? Это не место для такой девушки, как ты.

Его губы скривились, будто я вызывала в нём отвращение. Для такой девушки, как я?

– Что значит «для такой девушки, как я»? Это самое подходящее для меня место.

– Ты говоришь с такой ненавистью. Что с тобой стало за эти полгода?

– Я вылечилась. Ты, кстати, тоже был частью моего заболевания.

– Я?

– Ты играл с моим рассудком, Даниил: постоянно притягивал меня к себе, а затем отталкивал. Ты хотел знать обо мне всё, но не желал, чтобы кто-то знал, кто ты на самом деле. Я знаю, что это не твоё истинное лицо. Ты такой же безумный, какой и я была когда-то.

Он приподнял брови. Что-то изменилось. Это было так быстро, что я могла бы подумать, что мне показалось. На секунду мне почудилось, что я читаю его, как открытую книгу.

– Мы говорим о тебе, Саш, так что давай сосредоточимся на этом. Тебе нужны деньги? Поэтому ты этим занимаешься? Позволяешь незнакомым мужчинам смотреть на тебя, фантазировать о тебе и желать твоё тело. Или тебе нравится такое внимание? Расскажи мне всё, иначе это сразу же узнают твои родители.

Я рассмеялась, когда он сказал, что расскажет моим родителям. Я знаю, что он никогда этого не сделает, потому что тогда ему самому придётся отвечать на вопросы. Ему понадобится всего две минуты, чтобы всё обернулось против него.

– Моим родителям? Не смеши. Мы не в школе. Лучше держи свой язык за зубами обо мне, иначе я пущу слухи, которые полностью уничтожат твою карьеру и гарантированно приведут к тюремному сроку. Ты должен уже знать, что я не та девушка, с которой можно так шутить.

– …Ты так и не ответила на мои вопросы.

Он сидел на месте, не позволяя моей грязной угрозе повлиять на него. Может, он думает, что я шучу?

– И твой вопрос?

– Где ты была последние пять месяцев? И связано ли твоё исчезновение со мной?

– Ого, как много влияния ты себе выписал!

– Прекрати. Или я сделаю то, о чём мы оба пожалеем.

Даниил поднимается с места, наступая на меня. Я отступаю, оскалившись.

– Нет, это ты выметайся из моей гримёрной! Я не звала тебя. Той девчонки, что бегала за тобой, больше нет! Я её похоронила.

Даниил останавливается, брови сходятся на переносице.

– Из-за чего она умерла?

Я молчу, сглатывая горький ком в горле.

– …Из-за того, что её никто не любил.

– Мне жаль.

Я горько усмехаюсь, закатывая глаза к потолку.

– Некого больше жалеть, понятно? Мне твоё сожаление не нужно.

Даниил выдыхает. Он пересекает комнату, оказываясь рядом со мной. Я не смотрю на него.

– Посмотри на меня, Саш.

– Нет. Не смей… Знаешь, там, где я была, я много читала книг по психологии. И я поняла, почему меня так тянуло к тебе тогда.

Даниил молчит, глубоко дышит. Я продолжаю:

– В юнгианской психологии «тень» – это всё то, что человек отрицает в себе. Ты знал? Ты – моя тень. Ты воплощал мои собственные подавленные качества: холодность, расчётливость, контроль, жестокость. Я проецировала на тебя свою «тёмную сторону», потому что сама не могла её принять. Ты был зеркалом моего подавленного гнева и желания власти. Мне понадобилось время, чтобы понять это. – Я наконец поднимаю на него взгляд. – Я была в лечебнице, Даниил. Я лечила свою больную голову. Не из-за тебя. Из-за меня самой. Из-за моей тени. И я выздоравливаю сейчас. Мне не снятся больше кошмары, не мучают мигрени. Я хочу начать всё сначала.

Его рука касается моего локтя.

– Я тоже хочу начать всё сначала, Саш. Я хочу попытаться с тобой.

– Попытаться со мной? Очнись, Даниил. В этом мире нет больше «нас».

Он сжимает мою руку, притягивая меня ближе.

– Всё в наших руках.

Я наклоняюсь к нему.

– Я тоже так считаю. Поэтому убери свои руки от меня. Больше мы разговаривать не будем. Ты мой учитель, я студентка. Точка.

Я хватаю свою сумку и вылетаю из гримёрки. Слышу, как он вырывается за мной следом. Я молю бога, чтобы он не побежал за мной на улицу.

Я вылетаю на улицу и ищу машину Олега. Он светит фарами, и на секунду это меня слепит. Я останавливаюсь. И тут Даниил хватает меня за локоть, притягивая к себе, и прижимается к моим губам.

Я упираюсь руками в его грудь, пытаясь оттолкнуть.

Нет, нет, нет!

Неожиданно Даниил отлетает от меня и впечатывается плечом в кирпичную стену. Я моргаю, пытаясь осознать происходящее.

Олег возвышается рядом со мной, тяжело дыша. Глаза бешеные, руки сжаты в кулаки.

Даниил выпрямляется, проворачиваясь лицом к нам.

Я зажмуриваюсь. Сейчас Олег всё поймёт.

– Ты??… Какого чёрта ты здесь делаешь?! – цедит Олег.

Даниил ничего не отвечает, поправляет пальто и направляется мимо нас.

Олег ловит его за локоть.

– Урод. Если я ещё раз увижу тебя рядом с ней, – шипит он, нависая над ним. Олег выше Даниила, но не намного, зато в плечах Даниил чуть больше. Насчёт того, кто сильнее, я бы поспорила. Олег ведь профессиональный спортсмен, а Даниил… А он что? В спортзал точно ходит. Стоп! Я серьёзно сейчас думаю об этом всём? Я точно немного безумна.

– Не стоит мне угрожать. Зубы ещё не выросли, – ровно произносит Даниил, выдерживая его взгляд.

– Не выросли, думаешь? Зато знаешь, что выросло? Сейчас покажу.

И в ту же секунду Олег с размаху прижимает Даниила к стене, выбивая воздух из его лёгких. Я прикрываю рот ладонью, отступая. Даниил мгновенно реагирует, уходя из захвата и врезая Олегу по лицу кулаком. Голова Олега дёргается в сторону. Он поднимает её и набрасывается на Даниила. Они валятся на стену, нанося зверские удары друг другу.

Работники соседнего ресторана выбегают на звуки. Кто-то кричит, что в полицию позвонит. Олег и Даниил наконец отталкиваются друг от друга. Оба тяжело дышат, оба злые и с кровавыми губами.

Мы слышим сирену полиции. Я смотрю на Даниила. Он слизывает кровь с губы, испепеляя меня взглядом. Разворачивается и направляется в переулок.

Я подбегаю к Олегу, но он поднимает руки, останавливая меня.

– В моей гримёрке есть аптечка. – выдыхаю, с тревогой осматривая его.

Не дожидаясь ответа, хватаю его за запястье. Не смотря на его скривлённое лицо, упрямо тащу его к чёрному входу.

Мы вваливаемся в гримёрку. Я сажаю его на стул, достаю аптечку. Открываю коробочку, нахожу перекись и вату. Его подбородок разбит, на губе запёкшаяся кровь.

Я смачиваю ватку, подношу к его лицу. Он не отстраняется, что меня удивляет и радует. Молчит. Я тоже молчу. Аккуратно обрабатываю рану. Олег смотрит на меня, не отрываясь. Я чувствую его взгляд на своём лице, но стараюсь не поднимать глаза. Мне дико стыдно. Я не знаю, что говорить.

– Держи, – я протягиваю ему пластырь.

Он не берёт. Встаёт. Замирает надо мной. Испепеляет взглядом.

– Я ухожу.

Я хватаюсь за его запястье, дыхание учащается.

– Забери меня отсюда, – шепчу я. – Пожалуйста.

Олег выпрямляется, смотря на меня исподлобья.

– Ждать не буду.

Он толкнул дверь, почти вырвав её с корнем, и вышел из комнаты. Быстро схватив сумку, я закричала ему вслед, но мой голос утонул в грохоте музыки. На мне всё ещё было платье для выступлений. Я лихорадочно огляделась в поисках накидки, но её нигде не было, а он ясно дал понять, что ждать моего переодевания не станет.

Я быстро последовала за ним.

Местная консуматорша, сорокалетняя Элла, замерла в коридоре, прижав руку к груди, и ткнула пальцем в Олега, стоило ему остановиться у выхода. Я увидела, как она ощупывает его плечо, прижимаясь к нему почти обнажённым бюстом. В полубессознательном состоянии я буквально подлетела к ним.

– Эй, только потому, что ты любимица Антона, не думай, что ты тут главная. – прорычала Элла, вцепившись в меня взглядом. – Ты не единственная, кто его трахает. Думаешь, можешь своих клиентов сюда тягать? Да ты не вывезешь такого мужика. Глаза разуй. Не твой клиент.

Элла была противной женщиной. Она всегда была против того, чтобы Антон уделял мне внимание. Однажды подвыпившая, она перепихнулась с ним в туалете, а после этого решила, что это её место. Но намекать, что я не могу справиться с Олегом, было ударом между глаз. Может быть, потому что она была права. Он оказался слишком хорошим для меня.

– Элла, держись от меня подальше и убери от моего парня свои лапы. Твой ребёнок, как его там, Дима? Он знает, чем его мать зарабатывает на жизнь? Я вижу его иногда играющим в парке с отцом, который всё ещё считает, что у тебя есть стабильная работа и ночные дежурства в магазине. Не трогай меня. Сильно пожалеешь.

Она долго смотрела на меня. Я видела это на её искривившемся лице – она думала, что я сумасшедшая.

Элла быстро исчезла из поля зрения за секунды, не готовая рисковать всем ради спора, который она точно проиграет.

Я развернулась и потащила шокированного Олега за руку через коридор, пока не увидела чёрный выход. Я толкнула дверь и отпустила его руку.

Сделала пару шагов вперёд, но остановилась, когда он накинул свою куртку на меня. Я потянула куртку ближе, прикрывая грудь, и посмотрела на него из-под ресниц, чувствуя себя невероятно уязвимой сейчас.

– Моя машина там. Уходи отсюда, пока я кого-нибудь опять не ударил.

– А ты?

– Мне надо пару минут.

Я кивнула и поспешно направилась в сторону улицы.

Всю дорогу я смотрела на Олега, пытаясь осмыслить, что происходит между нами. Он так многого обо мне не знает, и есть в нём что-то, что мешает мне полностью ему довериться. Это сводит с ума, потому что мой разум и сердце всегда бегут в противоположные стороны.

Тишина меня убивала. С тех пор как мы вышли из клуба, он не произнёс ни слова. Я почти ожидала, что он будет кричать на меня всю дорогу, но эта зловещая тишина была хуже. Я не могла его прочесть, поэтому просто откинулась назад и уставилась в окно.

Дороги были тёмными, а яркий свет фар вызывал у меня головокружение. Я отвела взгляд и уткнулась головой в сиденье. Глухой шум из радио действовал как колыбельная – я мгновенно провалилась в сон.

Я проснулась в дезориентации, когда чьи-то руки мягко взяли меня за плечи. Олег пытался взять меня на руки.

– Я могу идти сама. Не нужно меня нести.

Он сразу же отпустил меня. Думаю, он хотел вытащить меня из машины не из заботы, а просто чтобы я убралась из его авто. Он был очень зол на меня. Я не могла представить, что происходило у него в голове сейчас, но по лицу было видно, что ничего хорошего.

Я вылезла из машины, стараясь не чувствовать себя неловко.

– Заходи.

Я прошла мимо, пока он держал для меня дверь парадной. На этот раз я решила пропустить мимо ушей его приказной тон. Сама же попросила его увезти меня.

Мы поднялись на третий этаж. Он отпер дверь и впустил меня первой. Я сосредоточилась на том, чтобы разглядеть каждую деталь мебели, на которую только мог упасть мой взгляд. Здесь было много старинной, антикварной мебели. У каждой вещи была своя история и тайны.

– Очень красивый интерьер. Старинный. Я будто в музее, – прошептала я, проходя мимо гостиной. Я обращала внимание на детали даже на цветочных обоях, рассматривая всё.

Фотографии на стене в гостиной растопили моё сердце. Там был маленький Олег.

– Это квартира моей бабушки. Она меня растила, пока родители выясняли свои отношения.

Краем глаза я увидела, как он снял обувь и кинул телефон на столик в прихожей. На нём была серая футболка, которая так облегала его широкую грудь, что в голову лезли одни только грязные мысли.

Я прикусила губу и отвела взгляд, направившись в сторону коридора. Я заметила дверь, которая, несомненно, вела в спальню.

– А где сейчас бабушка? – рассеянно произнесла я, всё ещё глядя на дверь.

– На даче. Она здесь не живёт. Иногда приезжает. Квартира моя.

Олег проходит на кухню, ставя чайник. Сам берёт какую-то бутылку с верхней полки и наливает себе стакан чего-то тёмного. Осушает его залпом.

– Ты спала с ним?

Вопрос застает меня врасплох. Я сглатываю, садясь на край дивана.

– Нет. Между нами ничего не было.

– Тогда какого чёрта он там делал? Вы целовались.

– Это была его инициатива.

Олег громко ставит стакан на стол.

– Я видел. Что вас связывает?

Я решаюсь ему рассказать обо всём. Про то, как я встретила Даниила, как он стал моей одержимостью, как я сбежала, как вернулась. Олег слушает. Он не перебивает. Потом отворачивается к столешнице.

– Ясно.

В его голосе слышалась нотка злости. Я не понимаю: злится ли он на меня всё также сильно.

– Ты поэтому попросила меня встречать и забирать тебя из универа?

– …Да.

Олег качает головой. Разворачивается и направляется к дивану. Садится на небольшом расстоянии от меня.

– Зачем ты продолжаешь работать в том борделе? Тебе так нужны деньги? Ты можешь устроиться в любое место с такими мозгами. Почему остаёшься в этой грязи?

– Олег, это сложно объяснить.

– Постарайся.

– …Мне нужны деньги, но не потому, что я без них не выживу. Но было время, когда мне отчаянно нужны были деньги. И другие места меня просто не брали, потому что я была несовершеннолетняя. Моя мама была больна, и у меня разрывалось сердце, когда я смотрела, как она тает прямо на моих глазах. Я не узнавала её из-за болезни, а три года назад она просто сорвалась. Я жила в кошмарах так много дней, что уже не понимала, когда я не спала. Этот клуб всегда спасал меня. И материально, и морально.