Текст книги "Женился по расчёту и попал (СИ)"

Автор книги: Линда Тарковская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

Глава 25.

Вступив под каменные своды храма я так разволновалась, что каждый шаг мне давался с огромным трудом.

Казалось, что на ноги кто-то повесил огромные гири.

Спасибо Легарту он шел неспешно, чинно отмеряя каждый шаг и оглядывая всех с высока.

Кто бы, что ни говорил, но ближайший друг и соратник барона Рейтана, с которым мы вот -вот принесем друг другу клятвы верности, вел меня под венец, уже только этим демонстрируя лояльность "старой деве".

Барон стоял впереди у самого алтаря, рядом с ним находился его легист и… Эдриан.

Оба юриста должны были удостовериться, что бракосочетание пройдет по всем канонам и будет считаться законным не только пред богами, но и перед людьми.

Аллан Легарт подвел меня к барону, тот скользя взглядом по густой вуали, подставил мне руку. Он не видел моего лица и хотя в его взгляде я заметила нотку безразличия, все телодвижения Рейтана выражали учтивость.

Подавая мне руку, он даже слегка улыбнулся.

Я улыбнулась в ответ, хотя мою улыбку никто не мог увидеть под несколькими слоями блестящего шёлка.

Рейтан подвел меня к алтарю. Мы стали к залу боком и спиной к мужчинам.

С другой стороны алтаря встал капеллан. Он был в золотистом балахоне и его голову венчал головной убор очень похожий на папскую митру из моего мира.

С обеих сторон от капеллана встали его помощники – молодые послушники. Один держал чашу с какой-то бардовой жидкостью, второй серебрянный поднос с перстнем.

Хор затих.

Церемония началась…

– Во имя богини Астарты и ее бесчисленного святого воинства! Мир тебе благочестивый воин, Рейтан Ривердейл, сын великого отца! Мир тебе, Сиенна Корсальская, чье родовое имя сегодня будет произнесено в последний раз, – торжественно произнес капеллан.

– Мир духу вашему! – отчеканил первый помощник, держащий чашу.

– Премудрость богини над всеми нами! – добавил второй помощник, держащий поднос с перстнем.

– Мир всем! На колени барон Ривердейл пред ликом богини!

Рейтан опустился на колени и склонил голову.

– Готова ли ты последовать за своим нареченным, графиня Корсальская, принять новое имя и войти в двери нового рода? – капеллан явно обращался ко мне.

Что? Мне надо отвечать? Но что? Я замешкалась.

– Если готова, опустись рядом на колени с бароном, – боле мягко добавил священник, если и не увидев, то явно почувствовав мое замешательство.

Я аккуратно стала на оба колена и склонила голову, следуя примеру Рейтана.

Хоть объяснил кто заранее, что мне тут надо делать!

С другой стороны, наверняка молодая графиня не раз присутствовала на подобных церемониях и все это видела и слышала раньше. Да и в книжках тех, что я так и не удосужилась прочитать скорее всего было описание всех этих деталей.

Далее капеллан со своими помощниками начали произносить звучными голосами длинную ритуальную речь.

Закончив, капеллан снова обратился к барону.

– Жена твоя, как виноградная лоза плодовитая по сторонам дома твоего. Наследники твои – как саженцы масличные вокруг трапезы твоей. Вот, так будешь благословенен ты, барон Рейтан Ривердейл, склонивший колено пред богиней и ее наместниками на этой благодатной земле – королем Фердинандом Вторым и королевой Сильвией Ливелией. Клянешься ли ты служить до конца дней своих и после богине Астарте?

– Клянусь, – ответил бархатистым твердым голосом барон.

Я впервые услышала слово из его уст и если бы сейчас стояла, то наверно от всего этого и его голоса у меня бы подогнулись ноги.

– Клянешься ли ты в верности своим сюзеренам – королю и королеве Астартании?

– Да, я клянусь!

– Согласен ли ты перед ликом богини и доверенными лицами короля взять в жены женщину, что стоит рядом с тобой преклонив колени – графиню Сиенну Корсальскую?

– Да, согласен.

Капеллан махнул головой, словно утверждая слова барона и уставился на меня.

– Клянешься ли ты, Сиенна Корсальская, служить своему мужу до конца дней твоих, быть ему верной спутницей и матерью его детей?

– Клянусь.

Ну почему его голос так тверд, а мой весь вибрирует от волнения?

– Согласна ли ты взять в мужья мужчину, что стоит рядом с тобой преклонив колени?

– Да, согласна.

– Да благословит вас богиня Астарта в этом союзе! И узрите все блага во все дни вашей совместной жизни! Отпейте горького вина из чаши скорби и встаньте!

Мы с бароном сделали по глотку из чаши, что поднес нам один из послушников и поднялись с колен.

– Встаньте все!

Встали и все гости со своих мест.

– Объявляю вас мужем и женой! Отныне и во веки вечные!

Что? Все? Я замужем за бароном? Ноги начали предательски дрожать. Мне казалось, что меня трясет всю мелкой дрожью. Ведь теперь…

– Откройте вуаль вашей жены барон, наденьте перстень на руку вашей жены, и скрепите этот союз поцелуем, чья сладость сотрет с уст ваших всю горечь скорби.

Ну все! Сейчас я бахнусь в обморок!

Хорошо, что в руках у меня был букет. Я в него вцепилась так, словно это поручень в автобусе, который затормозил на полной скорости.

Рейтан повернулся ко мне. Он был высокий и широкоплечий. Взгляд карих глаз теперь был полностью обращен на меня.

Дождалась!

Барон взял перстень с круглым прозрачным камнем с подноса и приподняв мою ладонь легко его надел на безымянный палец.

Сильными ладонями он ловко ухватился за кончики фаты, что впереди свисали до пояса, и только сзади каскадом падали в пол, и потянул их вверх.

Он посмотрел на меня спокойным уверенным взглядом. Никакого презрения, ничего. Аккуратно откинул фату назад, обнажив мою голову. И тут его взгляд метнулся с лица сначала на мои волосы, а затем скользнул обратно вниз – на шею.

Глаза Рейтана сначала округлились от удивления, а затем я увидела колючий недобрый прищур.

Колье и тиара. Я решила не надевать комплект с неизвестным мне темно-зеленым камнем. Он мне показался каким-то … Хищным.

На мне была парюра дома Корсальских – из бриллиантов и жемчуга, которую на меня сегодня утром надели Антигона Мардюк с дочерями.

В воздухе повисла пауза.

Барон явно медлил с поцелуем. Он просто стоял и смотрел на меня, поняв, что я впервые ослушалась его, не выполнила просьбу надеть то, что он прислал мне накануне свадьбы.

А что ты хотел? Принес бы сам, познакомились поближе, поговорили. А так… Ну вот захотелось мне другие украшения надеть! Благо они ничуть не хуже! И история мне их досконально известна, спасибо Антигоне.

– Кхм-кхм… – послышалось легкое покашливание капеллана.

Барон теперь смотрел мне прямо в глаза. Он склонился и слегка коснулся меня губами.

Мммм… Я снова поплыла.

Хор запел.

Рейтан подставил локоть, я аккуратно положила сверху свою руку и мы под любопытные взгляды вельмож вышли их храма.

Снаружи нас ждали два коня, мой – Нарсиль и конь барона. Оба в праздничных попонах.

Обратно мы поехали верхом, все должны нас видеть бок о бок – красивых и счастливых господ этих земель.

Проехав по улочкам Натхоутона, мило улыбаясь направо и налево, мы выехали за пределы деревни. До замка верхом было около часа езды. За нами следовали воины барона, Алан Легарт и все остальные дворяне. Последними свадебную процессию завершали экипажи, где разместились барышни.

Дорога была широкой, солнце светило ярко, мы ехали неспеша, покачиваясь в седлах.

Я наконец-то почувствовала, как скованность покидает меня и подставила лицо навстречу солнечным лучам и легком ветерку.

Открыв глаза, я решила взглянуть на своего мужа. Теперь Рейтан смотрел на меня с нескрываемым интересом.

Он перехватил мой взгляд, но и не подумал отводить свой, опустив его в область декольте.

Барон рассматривал внимательно то, что только что стало его собственностью. Он оценивал меня.

С груди он перевел взгляд выше – на колье, потом опять на лицо и на тиару.

– Миледи не понравился мой подарок?

– Вы о колье? Оно великолепно.

– Так почему же я не вижу его на вас?

Голос… Его голос… Он такой глубокий и проникновенный. Интересно, как из его уст будут звучать слова любви?

– Мне показалось оно не слишком подходит к моему свадебному наряду. И потом, я не знаю истории вашего украшения. Вы не удосужились ее донести до меня.

– Судя по голосу вы чем-то недовольны, баронесса.

Ого! Он назвал меня своим титулом! Приятно!

В ответ я пожала плечами.

– Впредь прошу беспрекословно выполнять все мои пожелания, – в голосе почувствовались стальные нотки.

– Как скажете, мои дражайший супруг, – лукаво ответила я и прошлась взглядом по его величественному стану.

Рейтан перехватил мой взгляд и улыбнулся.

Что ж, день свадьбы начался неплохо. Знакомство наконец-то состоялось.

Посмотрим, что будет дальше.

Глава 26.

На вечер был запланирован свадебный пир. Прибыв торжественно верхом рука об руку в замок, мы с мужем снова разошлись по своим покоям.

– Сними с меня фату, – я дала команду Пипите.

Та подошла и открепила пышную многослойную длинную вуаль. Больше прятаться было не от кого. Теперь надо было действовать иначе.

– Вам поправить прическу, миледи? Некоторые локоны выбились из укладки.

– Нет, я не хочу быть прилизанной. Такие пряди добавляют женщине сексуальности, глупышка.

– Сексу… Чего?

Ах, да, здесь и слова-то такого не знают!

– Привлекательности. Или ты хочешь что бы я выглядела, как супруга Дерека де Лавьена? Ее словно вытесали из камня. И прическа уложена волосок к волоску.

– Леди Диана де Лавьен пользуется специальной помадой для укладки, которую делают из барсучьего жира и розовой воды. Миледи, желает такую же?

– Ни за что! И никогда! Я предпочитаю свежевымытые волосы всем этим… помадам… Но кое-что я бы все-таки сделала. Подай мне уголь и свежее перо.

– Вы хотите написать кому-то письмо?

– Не задавай глупых вопросов и делай, что я сказала!

Пипита достала из небольшого выдвижного шкафчика большое новое перо и затем принесла небольшой уголек. Я наслюнявила кончик пера и посребла об уголь, а потом обвела тонкой линией оба глаза. Затем я немного растушевала пальцем уголь на верхнем веке.

Не «смоки айс», но то же неплохо. В мерцающем свете свечей и жаровен должно смотрется эффектно.

Затем я окунула руку в кувшин с водой для умывания и намочила выбившееся пряди, намотав их поочередно на палец.

Пипита наблюдала за мной затаив дыхание.

Надо же! Даже слуги здесь преисполнены наигранной чопорности.

Странное общество! Гуляя направо и налево, строя друг против друга подлейшие козни, они выглядят при этом как истуканы.

В дверь громко постучали.

– Открой и спроси, что случилось?

Пипита подошла к двери и слегка приотворила ее.

– Передай баронессе, – услышала я голос дворецкого, – Барон через четверть часа желает ее видеть у парадного входа в залу. Господам необходимо совместно войти и начать свадебный пир.

– Все передам, господин.

– И пусть не опаздывает! Негоже заставлять ждать мужа!

Ишь раскомандовался! А если и опоздаю, то что?

Барон войдет без меня?

Навряд ли.

Он очень старается показать всем, что у нас с ним союз по взаимному согласию, хотя совсем недавно игнорировал меня. Но тогда я не была его женой.

Я решила не спешить.

Поправила лиф, опустив пышные бретельки как можно ниже, что бы полностью оголить плечи.

Колье сияло и переливалось на слегка загоревшей коже. В волосах блестела тиара рода Корсальских.

Ущипнула щеки, что бы добавить румянца.

Эх жаль, здесь нет косметики из моего мира! Ну ничего, главное не вести себя, как мраморное изваяние.

– Вы опоздаете миледи. Ваш супруг будет на вас сердиться.

– Хорошо. Посмотрю на него в гневе!

Пипита снова вылупила глаза на меня, но промолчала.

Я вышла из своих покоев через тридцать минут – не раньше, и неспешно отправилась к главному залу.

Подойдя ко входу, я не увидела там никого, кроме двух лакеев, стоявших у высоких дубовых дверей.

Через несколько секунд откуда не возьмись материализовался дворецкий.

– Вы опоздали на торжество по поводу собственной свадьбы, – ехидно заметил Дерек, ядовито зыркнув на меня.

– Вот как? А где же мой дражайший супруг?

– Принимает поздравления за этими дверями! – теперь де Лавьен ликовал. Он даже расплылся в каком-то подобии улыбки впервые за все время, что я его знала.

Хочешь сказать, что свадьба пройдет без меня и никто не заметит?

Ну, что ж, посмотрим…

– Открывайте двери, – скомандовала я лакеям, а потом ледяным тоном, не терпящем возражений добавила, – А вы, господин де Лавьен, войдите первым и объявите меня. И если при этом будет звучать музыка, головы музыкантов и вашу то же я завтра прикажу снести с плеч!

Последние слова я буквально прошипела.

Дворецкий аж отпрыгнул от меня.

– Казнить могут только короли! – попытался огрызнуться дворецкий.

– Делай свою работу!

Двери распахнулись, первым в залу вошел дворецкий, прихватив с собой церемониймейстерский жезл.

Де Лавьен гулко три раза ударил по полу. Музыканты тут же умолкли. Все взоры обратились ко входу.

– Баронесса Сиенна Ривердейл! – громким звучным голосом объявил дворецкий и сделал шаг в сторону низко склонившись.

Я расправила плечи и неспешным плавным шагом вошла в зал, где все уже были в сборе.

Проходя мимо дворецкого я слегка скривила губы в надменной улыбке, давая тому понять, что я довольна им сегодня.

Десятки любопытных глаз приглашенных на торжество вельмож обратились на меня. Больше половины я никого из здесь присутствующих не знала. Вероятно Сиенна и знала, кто все эти люди, но для меня они были просто любопытными стервятниками, которые, если и не ненавидели графиню, то все равно ничего хорошего ей не желали.

Будь их отношение иным, не захотела бы она сбежать из замка с такими богатствами и слугами.

Но мне не было сегодня до всех них никакого дела. Меня интересовал только ОН. Мой муж.

Барон Рейтан сидел за столом на возвышении, огромное резное кресло по левую сторону от него – со стороны сердца – пустовало. Справа сидел Аллан Легарт.

Барон подпер пальцами подбородок и с интересом смотрел как я иду к нему. Уверена, мои подведенные глаза и мой взгляд он хорошо видел издалека. Я нарочито не сводила с него своих глаз.

Зал замер в ожидании. Что же будет дальше?

Нежеланная невеста посмела торжественно войти в зал, когда барон уже восседал на баронском кресле и делил трапезу с гостями.

Когда я почти дошла до главного стола, барон встал и быстро обошел его. Он подал мне руку и нежно склонился, поцеловав мою кисть с перстнем, что был надет им сегодня во время венчания.

По залу пролетел едва заметный гул. Кто-то выразил восторг, а кто-то, я уверена, недовольство.

Барон взял меня за руку и повел к столу. Он помог мне присесть на пустующий стул.

Рейтан сделал жест служке и тот наполнил мой кубок. Затем он поднял свой, встал и громко произнес:

– Поприветствуем мою жену! Баронессу Сиенну Ривердейл! Хозяйку Стоунхолла и Риверсхолла!

Зал взорвался одобрительными криками и смехом. Кто-то хлопал в ладоши, кто-то просто стучал по столу ладонью или кубком. Музыка вновь заиграла. Пир продолжился.

Барон сказал свое слово. Он признал меня, как свою жену. И не важно, что будет дальше, важно то, что я по-прежнему имею вес, по крайней мере в своем новом доме.

Я победоносно обвела взглядом зал. Мои глаза остановились на Эдриане. Он сидел за ближайшем к нашему с мужу столом и буравим меня своким взглядом.

Ох, и не добрым был этот взгляд!

Глава 27.

Пир был в самом разгаре. Весь вечер с дарами и тостами выступали вельможи, они желали процветания баронству, а моему мужу наследников.

Меня, если кто упоминал, то вскользь. Видимо для меня уготованных заранее речей не было.

Между тостами играла музыка, лорды и леди танцевали.

– Я бы вас пригласил, миледи, – обратился ко мне барон, когда в очередной раз заиграли нотки какого-то менуэта и мужчины и женщины вышли стройными рядами на танец, держа друг друга за руки, приседая и делая еще какие-то замысловатые "па". – Но я не умею танцевать!

– Представляете, милорд, я то же не умею!

Прекрасное герсальское вино уже начинало действовать, мне хотелось говорить, говорить, говорить. И смеяться!

– Вы? Не умеете? Но почему? Столько лет прожили с матушкой в столице. Наверняка в Джедриуме посетили не один бал.

Тут я почувствовала, что ляпнула лишнего.

– Ну если только самую малость…

Наш разговор услышал Аллан Легарт.

– Если милорд позволит, я хотел бы пригласить госпожу Сиенну на следующий танец. Уверена, что с кадрилью можно справится даже не умеючи танцевать.

При последних слова Аллан чуть нагнулся над столом и посмотрел на меня внимательным изучающим взглядом.

– Я не возражаю, мой друг! А вы, миледи? – откликнулся барон.

– Ну… Не знаю… – вот тут я серьезно замешкалась.

– Ну же смелее, баронесса! Вести буду я. Все что вам нужно будет – это периодически отрывать свои ножки от пола, когда вы будете парить надо всеми этими чопорными людьми. Уверен, это у вас получится превосходно!

Я засмеялась, сделав большой глоток из кубка. А потом одобрительно кивнула.

Ладно, барон наверно хочет меня рассмотреть со стороны, и его сенешаль собрался продемонстрировать меня во всей красе. Это даже не плохо.

Главное совсем не облажаться. Ведь я действительно не умею танцевать все эти аристократические бальные танцы.

Кадриль зазвучала веселыми нотками. Аллан Легарт уверена повел меня в центр зала, мы танцевали прям перед самым главным столом, из-за которого на нас взирал Рейтан.

Эдриан то же не сводил с меня взгляд.

– А теперь небольшой выпад в сторону, миледи, – шептал мне на ухо сенешаль моего мужа. – Вот так отлично иии… Прыжок!

Он схватил меня за талию и приподнял высоко-высоко, так, что у меня аж захватило дух.

– Ой, – сказала я, когда приземлилась. – Вы так высоко меня подняли. Остальных дам приподнимают только слегка.

– Вы не просто дама, Сиенна, вы жемчужина этого бала. Все должны видеть, как вы прекрасны. Это ваш праздник, наслаждайтесь.

Аллан еще несколько раз меня приподнимал во время танца, каждый раз, когда я взмывала вверх в его крепких объятиях, у меня захватывало дух, а потом, "приземлившись", я весело смеялась.

Барон не сводил с меня взгляд.

Рядом со мной то и дело мелькали пышные юбки Антигоны Мардюк, та похоже не пропускала ни одного танца. Графиня танцевала со всеми, кто ее приглашал. Сам же граф Дориан был занят тем, что напивался и набивал свой живот изысканными яствами.

– У вас необычный шрам на левой щеке. Откуда они? – Аллан вроде бы непринужденно задал мне каверзный вопрос.

Это были шрам полученный Сиенной во время моего паждения с лошади, именно в тот момент когда наши души обменялись телами.

– Это шрам от падения с лошади, милорд.

– Что удвительно он вас совсем не портит, баронесса. Напротив, придает вам загадочности...

Он взял меня за кисть и повел по кругу. Мы остановились там, откуда начали танец.

– И теперь завершающий поклон, миледи. Вот сюда, почетным гостям. И теперь склонитесь перед своим супругом.

С поклонами у меня то же было не очень. Ведь до сих пор все здесь кланялись мне. Но я постаралась поклонится максимально естественно.

По взгляду Эдриана я поняла, что поклоны удались. Когда я кланялось ему, он даже приподнял кубок, салютуя мне и лучезарно улыбаясь.

Неужели перестал дуться? Скорее всего просто пьян и играет свою роль более непринужденно.

Когда я села за стол рядом с бароном, тот развернулся ко мне, в его глазах играл живой интерес.

Я, выдвинув нижнюю губу вперед, дунула на выбившуюся прядь, что бы та "слетела" с глаз долгой.

– Вы неплохо справляетесь для того, кто не умеет танцевать.

– Это ваш сенешаль! Он давал мне команды. А я просто их выполняла.

Я засмеялась.

– Так это он диктовал вам, как танцевать? А я то думал он нашептывает вам что-то неприличное, заигрывает с вами.

– Я бы не посмел, барон! Только не с вашей супругой!

Теперь улыбался барон, демонстрируя свои белоснежные ровные зубы.

– По правде говоря ранее я был наслышан о вашей излишней... чопорности.

Я пожала плечами. Он тут же опустил взгляд на них. Его пальцы стучали по кубку, демонстрируя нетерпеливое любопытство.

Барон был пьян. Гости то же.

Пир набирал обороты.

Тосты становились откровеннее, танцы развязаннее.

– Я не почувствовал сладости поцелуя в храме, баронесса. А вы? – вдруг, не сводя с меня взгляд молвил барон. Теперь его взгляд переместился с моих обнаженных плеч на лицо… Губы…

– Согласна. Было кисло, горько и противно после того напитка.

– Это вино из дикой вишни. Его используют во время религиозных ритуалов.

– Мммм... – протянула я.

Откуда мне было знать, что это была за бурда. Меня никто не предупредил.

– Я предлагаю это исправить.

Барон склонился ко мне, перстень на его пальце играл, отражая свет сотен свечей и зажжённых огней в жаровнях.

– Как?

– Вот так.

Он коснулся моих губ своими хмельными губами. Сначала легко, потом настойчивее, а потом его язык ненадолго проник в мой рот, коснувшись моего языка.

Гул в зале на мгновение утих. Несмотря на всеобщее веселье и опьянение. Гости тут же заметили этот жест.

Я замерла. Он поцеловал меня при всех? На свадебном пиру? Разве у аристократов так принято?

Один из молодых вельмож, покачиваясь встал из-за стола и повернулся лицом к нашему столу. В руках у него был кубок, наполненный вином.

– За барона и баронессу! Пусть богиня скрепит сегодня ночью их союз перед иными богами и людьми!

Зал взорвался смехом, пьяными криками, стуком, всеобщим ликованием.

Даже не верится, что, по крайней мере часть, этих веселых людей, завтра продолжит меня ненавидеть.

А ведь именно так оно и будет.

Эдриан не поднял кубок, пока все пили за нас с мужем.

Если он решил сжечь прежнее письмо, то теперь точно напишет новое. И что будет в нем?

Скорее всего это покажет сегодняшняя ночь. А она вот-вот настанет.

В полдень состоялось венчание. Значит сразу после полуночи нас должны, согласно местным традициям, проводить в опочивальню мужа. Наверняка там все готово.

Время неумолимо приближалось. Что дальше?

Рейтан действительно проникся ко мне? Он выглядит заинтересованным.

Поцеловал меня. Достаточно откровенно...

Или это только игра на публику?