Текст книги "Уроки стихотворной магии (СИ)"
Автор книги: Лина Каренина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
От Расколья мы отошли на приличное расстояние. Городок отсюда казался совсем крошечным, дорогу окружили берёзки, растущие по бокам, и поля за ними, а скоро должен был начаться лес.
– Устроим привал в лесу, – предложил Зевлар, – а то здесь мы как на ладони.
– Точно. Главное, чтобы какие-нибудь звери или разбойники на нас не набрели, – высказалась я.
– Даже если и набредут, с вами великий воин, способный защитить девушек… Ну и по совместительству великий менестрель, способный их зачаровать своим пением, – Арвигго хихикнул.
– О да, волкам наверняка понравятся твои песни, – Дарина усмехнулась.
Мы шли втроём примерно в одной линии, но вскоре дорога начала сужаться и вытеснила меня назад. Теперь наша компания напоминала сладкую парочку и третьего лишнего… И как всегда, третьим лишним оказалась я. Прелестно.
Не-ет, вы что, мне ведь совсе-ем не нужно внимание красивого мужчины – а Зевлара трудно было назвать некрасивым. Да в общем-то, этого внимания мне никогда и не доставалось. Но пусть я и кажусь равнодушной, в душе мне всё же было обидно. Деревенским девчонкам мальчики дарили полевые цветы, ради них дрались и петушились. А я… А что я? Одарить меня могли разве что презрительным взглядом. А когда мы подросли, пары для будущих семей уже сформировались. Я думала, что так и умру в одиночестве, без любви. Но тут появился Зевлар, который хоть какое-то внимание ко мне проявил, и я… Похоже, я теперь ревную его к Дарине. Господи, Энара, в какое же дерьмо ты вляпалась?
Девичий смех отвлёк меня от мыслей. Дарина смеялась, а Зевлар с увлечённым видом что-то рассказывал. Ну вот… То она истории его хочет слушать, то холодно относится и язвит, то опять над шутками его смеётся… Наверное, это метод "кнута и пряника" для того, чтобы привязать его к себе. А в общем, какое мне дело? Зевлар не глупый баран, которого можно легко повести за собой. Пусть сам решает, надо ему это или нет. А мне пора перестать испытывать эти глупые чувства. У меня важная миссия, и ничто не должно от неё отвлекать.
Пройдя немного вглубь леса, мы сошли с дороги и нашли небольшую опушку для привала. Зевлар отправился на поиски хвороста, а мы с Дариной должны были расчистить место для костра и ночлега.
– Вижу, вы снова мило воркуете, – заметила я, когда Арвигго отдалился на приличное расстояние.
– Воркуем? – переспросила дочь дьякона. – Мы всего лишь общаемся, чтобы скоротать дорогу.
– Понятно, – я вздохнула. И лишь спустя некоторое время спросила:
– Он ведь нравится тебе, так?
– Я же говорила, не нравится, – девушка посмотрела на меня, и взгляд её показался мне недобрым. – Зачем ты это спрашиваешь?
– Мне непонятно твоё поведение, – я пожала плечами. – Ты то добра к нему, то холодна. Это как-то… нелогично. В чём причина?
– Люди, Энара, не всегда следуют логике в своих поступках, – тон Дарины сочетал поучительные и злые интонации. – Все, даже ты. Так что хватит расспрашивать меня об этом. Лучше подумай о своих проблемах, чем о наших отношениях.
– О чём спорим, девчонки?
Это вернулся Зевлар. Отвечать Дарине я не стала и весь вечер старалась на неё не смотреть. Не по себе как-то стало от её слов…
После того, как Зевлар развёл костёр с помощью кремня, найденного в украденном мешке, мы уселись разглядывать, что же ещё он стащил.
– Это мой плащ, – Арвигго вытянул из мешка большой кусок тёмно-зелёной ткани, скреплённый брошью-полумесяцем. – Так, кошель. Вроде полный, – вслед за плащом на свет показался мешочек, в котором приятно звякнули монетки. – Оружие, гады, оставили самое плохое, – мужчина достал кинжал в ножнах, следом – короткий меч, ремень, к которому они и должны крепиться, затем конструкцию из тонких ремешков и штук пять маленьких ромбовидных лезвий – по всей видимости, это были метательные ножи.
В мешке ещё оказались какие-то бумаги, которые Зевлар отказался комментировать, пара серебряных колец и цепь с медальоном, которые мужчина нацепил на себя, несколько помятых дорожных хлебцов, почти пустой бурдюк для воды ну и какая-то книга.
– Замечательно. Теперь у нас есть оружие, – заметив печальное выражение на лице Зевлара, такое, как будто в мешке не оказалось того, чего бы он хотел там увидеть, я решила поддержать его.
– А ещё у нас есть лютня, которую отдал трактирщик, – заметила Дарина и, вытащив её из наших сумок, протянула спутнику: – Может, сыграешь что-нибудь?
В глазах мужчины вновь зажёгся огонёк. Похоже, игра и песня действительно были важны для него, раз могли развеселить в такой ситуации. Арвигго взял лютню, и зазвучал его задорный голос:
– Я спою вам, милые барышни, романтическую легенду о принцессе Любаве, любовь и чистота которой смогли спасти рыцаря Ронуэлда, её возлюбленного, от страшного оборотнического проклятия…
Костёр давно потух. Зевлар и Дарина спали, спали недалеко друг от друга. А я лежала на земле, завернувшись в свой дорожный плащ, и думала о том, как Господь в своём небесном дворце смотрит на нас и распоряжается нашими судьбами. Наделяет нас силой, мужеством, верой и магией, сводит наши дороги, заставляет делать мучительный выбор, любить и страдать. Лишает и даёт. Чтобы выполнить великий свой план. Всё это – ради великого плана… И что бы мы ни выбрали, мы всегда будем следовать Его замыслу.
Глава 22. Ловушка
Несколько дней пути, похожих друг на друга, по однообразной лесистой местности, тянулись долго и муторно. Нам приходилось часто останавливаться, чтобы Зевлар смог поохотиться и добыть пищу, обычно мелких зверей в виде кроликов, которых потом приходилось долго разделывать и жарить на костре. Этот путь сильно утомил меня.
– Так всё-таки, куда мы направляемся? – в один из вечеров у костра спросил нас Арвигго. Дарина многозначительно посмотрела на меня, как бы намекая на мою ведущую роль в этом путешествии. И мне пришлось пояснить:
– Мы держим путь к Цепям Великана.
– Зачем? – Зевлар пристально смотрел на меня. Кажется, его наш пункт назначения крайне заинтересовал.
– Это… паломничество, – уклончиво ответила я, словив непонимающий взгляд дочери дьякона.
– Паломничество? Серьёзно? – мужчина хохотнул. – Если вы обе – паломницы, то я – танцовщица Императора.
– Думаю, с твоими талантами ты мог бы ею стать, – хмыкнула я, стараясь увести диалог.
– Разве что танцовщиком, но насколько я знаю, Император "сладких мальчиков" на дух не переносит, – спутник улыбался, и нельзя было понять, врёт он или говорит правду.
– Откуда ты знаешь? – я перемешала угольки в костре и добавила ещё пару сухих веточек жадному пламени.
– Я бывал в столице и слышал всякое, – Зевлар наблюдал за моими движениями. – Но вообще во время моего первого посещения я близко познакомился с одной служанкой из дворца, которая с радостью выболтала мне несколько историй из обыденной жизни Его Величества.
– Ну просто герой-любовник, – я закатила глаза.
– Я пойду, немного прогуляюсь, – внезапно объявила Дарина, поднимаясь.
– Только не уходи далеко в лес, – предостерегла её на всякий случай.
– Не стоит волноваться, я буду твоим сопровождающим на вечер в этой очаровательной чаще, – мужчина тут же подскочил, выпячивая грудь, и обратился ко мне: – Обещаю, что верну эту милую барышню в целости и сохранности.
На лице Дарины я заметила мимолётную улыбку, поэтому махнула рукой:
– Идите куда хотите. Я буду здесь.
Вскоре голос Зевлара, увлечённо ведущего рассказ, затерялся среди деревьев, и я окончательно осталась в одиночестве. Костерок потрескивал, когда пламя пожирало очередную брошенную ему горсть веток, где-то кричала ночная птица. На небе уже высыпали звёзды. Они холодно мерцали, не в силах разогнать ночную тьму так, как это делает солнце, и молчаливо взирали на нас с огромной высоты.
Я снова поворошила угли. Интересно, о чём Зевлар сейчас рассказывает Дарине? Хотя наверняка им сейчас не до рассказов. Заманила-таки дочь дьякона его в свои сети. Наверное, они сейчас целуются… Интересно, каково это вообще – целоваться?
От мыслей меня отвлекли посторонние звуки. Они доносились со стороны дороги. Похоже, это стук копыт… Кто же ездит в столь поздний час?
Почуяв неладное, я осторожно поднялась и медленно, чтобы не создавать шума, прошла немного к дороге. Сквозь кусты мне удалось разглядеть четверых всадников на высоких и сильных скакунах. Лошади фыркали, водили ушами и принюхивались, будто бы что-то почуяли. Одна лошадь повернула голову в мою сторону, и я с ужасом заметила блеснувшие красноватым светом большие глаза.
– Думаете, девчонка где-то здесь? – спросил один из всадников басистым голосом.
– Не может быть, чтобы они шли так медленно, – возразил другой, уже более высоким и надменным тоном. – Местные сказали, что эти трое ушли пару дней назад. За такое время они должны были добраться до Перебро́дья.
Что? Это они о нас говорят?..
– Поступим так: разделимся. Вы поедете в Перебродье и обыщите всю дорогу. А я останусь здесь и осмотрюсь, – сказал один из них, тот, кто ранее молчал. Голос у него был глубокий, задумчивый и какой-то даже печальный.
– Ладно, Но́ртон. Встретимся в деревне, – согласился с ним первый. Троица поскакала дальше, а тот, чья лошадь посмотрела на меня, остался. Он спрыгнул с коня и погладил животное по холке:
– Ну что, красавица моя, ты её чуешь?
Лошадь заржала, помотав гривой. А я поняла, что, кажется, мне пора сваливать. Осторожно отступила и зашагала в сторону костра, постоянно оглядываясь. Собрала наш ужин, завернув жареную крольчатину в шматок ткани, собрала сумки, схватила свой и Зевларов плащ, затушила землёй костёр и поспешила в лес, туда, куда направилась сладкая парочка. Если этот всадник пойдёт в нашу сторону, то он точно обнаружит остатки костра и будет искать нас неподалёку, а это значит, что нужно скорее сматываться.
Мысленно я ругалась. Ругалась на то, что мы так медленно идём, что сейчас, в такой момент Зевлар и Дарина бросили меня одну, заставив испугаться ещё сильнее, чем если бы они были рядом… И тут в голову пришла мысль. А что, если они специально ушли, знали, что сейчас прибудут эти всадники? Из-за этой догадки сердце заколотилось быстрее. Что мне делать? Искать этих двоих или же бежать?..
Да к чёрту всё это! Я бы с радостью ринулась сейчас куда подальше, путешествуя с самой собой и надеясь только на себя. Вот только я не смогу выполнить завет Фермиллы сопроводить Дарину к Цепям Великана. А значит, остаётся только одно: найти эту змею и дурака Зевлара.
Я шла сквозь лес, беспомощно оглядываясь. Ну где же они? Вот только этого мне не хватало! На поисковое заклинание уйдёт слишком много времени, боюсь, к приходу всадника я не успею их найти. А мне уже мерещится ржание его лошади и шаги позади. Со страхом оглядываясь, я поспешила вперёд. Нет, он не должен меня найти! Не должен, иначе всё пропало!
В один момент я побежала. А спустя какое-то время остановилась отдышаться. Прислушалась: тишина. Даже птицы молчали. Казалось, самым громким звуком здесь был стук моего сердца. Ну что ж, хотя бы всадник далеко. Можно попытаться поколдовать…
Когда слабо сияющая магическая нить протянулась среди деревьев, я подняла сумки и зашагала по ней. Идти надо было быстро, но сил у меня оставалось не так много.
Нить вывела меня к тракту. Деревья расступились, и я застыла. От увиденной мной картины кровь похолодела, а на спине выступил пот. Зевлар безвольно валялся на песке с разбитым носом, рядом с ним стоял тот самый всадник, схвативший беззвучно рыдающую Дарину за волосы. К её нежной шее был плотно приставлен грубый длинный клинок. Я побоялась, что если сдвинусь с места, сдвинется и он…
– Не сопротивляйся. Брось сумки и подойди сюда. И тогда никто не пострадает, – проговорил всадник, надавив лезвием на шею девушки.
О Господи… неужели всё кончится так?..
Глава 23. Недобрый знак
Когда я очнулась, солнце слепило мои глаза. Зажмурилась, рефлекторно прикрыв их рукой, и поняла, что я лежу на земле… а рядом валяются сумки и Зевлар. Стоп, что? Что произошло?
Я осторожно села. Голова гудела, как после сильного удара. На виске обнаружила запёкшуюся кровь. Кажется, этот всадник вырубил меня после того, как я подошла, готовая сдаться. Теперь припоминаю.
Его, этого всадника, вместе с Дариной и след простыл. Ничего не понимаю… Разве ему не нужна была я? Наверное, из-за удара я плохо соображаю. Надо бы подлечиться.
После того, как моя рана затянулась, а гудение прошло, я наконец смогла подняться и глубоко вдохнуть. Тут под ногами зашевелился Зевлар.
– О-ох… – громко и протяжно застонал "защитник". – Что произошло?..
– Это я у тебя должна спросить, – зло проговорила я, присев перед ним на колени.
– Что ты?.. – он с непониманием и подозрением уставился на мою вытянутую руку.
– Заткнись, – я сосредоточилась на исцелении этого придурка. Когда в моей ладони возник слабый свет, Зевлар дёрнулся и воскликнул:
– Это магия! Ты колдунья?!
– Не ори так, – скрипнула зубами, чувствуя, что заклинание придётся читать заново. – Я всего лишь целительница. И ты должен быть мне благодарен. Láttu brotið gróa…
– Что ты там бормочешь? – мужчина всё никак не унимался.
– Тихо! – прикрикнула на него. – Я лечу тебя, дурень, так что будь добр заткнуться и не перебивать меня!
Зевлар наконец присмирел, и я смогла закончить заклинание:
– Láttu brotið gróa og nefið aftur á sínum stað*.
Нос Зевлара выровнялся и стал на место, а кровь исчезла. Мужчина с удивлением принялся трогать его и пытаться рассмотреть:
– Удивительно! Мне, конечно, вправляли раньше нос, но не так искусно!..
– Да-да, не благодари, – я закатила глаза. – Рассказывай лучше, что произошло. Во всех подробностях и деталях.
– Ну-у… – протянул мужчина, поднимаясь. – Как ты помнишь, Дарина хотела прогуляться, а я вызвался охранять её. Если честно, я не думал, что девушку реально придётся… охранять, поэтому и не взял с собой оружия. И когда напал этот мужик, я оказался не готов. Помню, мы остановились у дороги, повстречав его. Я застыл на месте, будто зачарованный, а этот тип схватил Дарину за руку и всё бормотал что-то про её отца. Я так и не понял, зачем отец послал на её поиски такого громилу, но суть в том, что оцепенение моё спало, и я ринулся было к похитителю, но меня лягнула его лошадь. Больше ничего не помню.
– Отец?.. – ко мне пришло болезненное осознание ситуации. – О Господи… Да он же перепутал Дарину со мной!
Теперь всё стало на свои места. Это люди Элнора, и они охотились за мной. У них было примерное описание, как и у тех церковников, что забрали нас из дома.
– О чём ты? – нахмурился наёмник.
– Неважно. Мы должны догнать его и спасти Дарину, – я принялась собирать вещи.
– Ну и как же мы найдём этого всадника? Он наверняка уже за пару десятков миль отсюда, – мужчина помогал мне.
– Нет. Всадников было несколько, и я подслушала их разговор. Они разделились и должны были встретиться в Перебродье, – ответила я, на что Зевлар лишь вздохнул:
– Тогда нам надо поспешить. До Перебродья день пешего пути.
– Надеюсь, мы успеем прежде, чем случится что-то плохое… – мрачно высказалась я.
И мы пошли. Шли, не останавливаясь, по дороге. Сейчас, когда каждое мгновение на счету, нельзя было сделать даже привал. Воду из бурдюка мы пили на ходу, перекусывали ягодами тоже. Всё это время я изучала Зевлара: он был напряжён, хмурился и поджимал губы. Кажется, он действительно чувствовал вину за то, что произошло. "Неужели в тебе проснулась совесть?" – так и хотелось съязвить, но я сдерживалась. Не хотелось портить отношения с единственным попутчиком. Если уж похитители Дарины оглушили его, то вряд ли Зевлар работает с ними заодно. А потому я не видела причин ему не верить.
– Как думаешь, долго нам ещё идти? – спросила я, когда уже перевалило за полдень. До этого мы шагали молча.
– Я думаю, до деревни мы доберёмся до заката, – изрёк предположение Зевлар.
– Кстати, откуда ты так хорошо знаешь местность? – поинтересовалась, чтобы хоть как-то разбавить гнетущую обстановку. – Как ты вообще оказался в Расколье?
Мужчина усмехнулся:
– Это довольно долгая история. Я служил наёмником в гильдии, и меня наняли на одно дельце: выследить Барыгу Родека. Скажем, мне платили заинтересованные в его уничтожении стороны. Я долго выслеживал его людей, выяснял связи этого авторитета в преступном мире. И мои исследования привели меня в Расколье. Пока я прощупывал местность, один из тех, кто платил мне, видимо, переметнулся на сторону Родека и сдал меня Барыге. Потому что в один прекрасный день его громилы вломились в дом, где я жил, скрываясь от них, вытащили меня, избили и посадили в ту клетку. Если честно, я не надеялся, что когда-нибудь выберусь оттуда.
– Да. Тебе повезло, что я добрая душа, – я чуть усмехнулась. – И Дарина тоже… Зевлар, прости за такой прямой вопрос, но я не могу его не задать.
– М-м? – он удивлённо посмотрел на меня.
– Тебе нравится Дарина? – собравшись с мыслями, выпалила я. Арвигго, казалось, опешил от этого вопроса, и даже задумался на пару мгновений. Затем зазвучал его ровный голос:
– Она очень недурна собой, если ты об этом. Я думаю, любой нормальный мужчина облизнётся при виде неё.
– А конкретно ты? – я жутко стеснялась спрашивать, но хотела уж точно убедиться в своих догадках.
– Я нормальный мужчина, – он пожал плечами.
– Нет, я не… – осеклась и поспешила закрыть тему: – Ладно. Неважно.
– А почему ты спрашиваешь? – я уловила на себе его хитрый взгляд. Ещё бы… Похоже, мерзавцу было приятно такое отношение к нему.
– Хотела внести немного ясности, – я равнодушно пожала плечами в ответ. – Я же вижу, что между вами что-то происходит.
– О, ничего серьёзного, это не более чем флирт, – Зевлар неожиданно засмеялся. – Девушки меня любят, но лишь как партнера для мимолётной интрижки. Так что не бери в голову, Энара.
"Он что, оправдывается?" – не поняла я, а мы тем временем продолжали путь.
– И много у тебя было таких интрижек? – набралась храбрости и спросила.
– Ты знакома с трёхзначными числами? – усмехнулся Зевлар.
– Конечно знакома! – я чуть было не обиделась, что он посчитал меня невеждой, но потом до меня дошло: – Погоди… Ты хочешь сказать, у тебя их было больше ста?
– Гораздо больше ста, – поправил меня Зев с самодовольной, но мрачноватой ухмылкой.
– Как это… Нет, я не хочу знать, – помотала головой.
– А у тебя?
Его вопрос обескуражил меня.
– У меня? – переспросила неуверенно.
– Ну я ведь не с камнями общаюсь, – мужчина хмыкнул. – У тебя, Энара, у кого же ещё.
– Ну, – я немного смутилась. – В своей деревне я всегда была изгоем, в отличие от Дарины. Так что ни одной.
– Серьёзно? Ты девственница?
Разговор наш прервал внезапно грянувший гром. Солнце давно скрылось за хмурыми облаками, и теперь чёрные тучи сгустились впереди. Усилился ветер. Он поднимал придорожную пыль, срывал с деревьев чахлые листья, кружа их в причудливом вихре, и заставлял нас прикрывать лица руками. Внезапно гром грянул ещё раз, и прямо на наших глазах огромная молния разрезала небеса, устремившись к земле, к месту, куда вела нас дорога.
– Господь милосердный, – проговорил Зевлар, щуря глаза. – Кажется, у Перебродья проблемы…
─────
Láttu brotið gróa og nefið aftur á sínum stað* – "Пусть перелом лечится, и нос станет на место"
Глава 24. Дарина
Перебродье уже охватил огонь, когда мы приблизились к нему. Пламя распространялось из центра деревни к крайним домам. Всюду слышались крики, женские и мужские, детский плач, скулящий вой собак и блеяние скотины.
– Что здесь происходит?.. – я остановилась и с паникой оглядела разбегающихся в стороны от деревни людей. В этот момент я еле соображала и не успела ничего понять: Зевлар вдруг схватил меня за руку и с силой оттянул на себя. А уже через мгновение в место, где я застыла ранее, ударила молния.
– Я не знаю, что происходит, но ясно одно: это явно дело рук какого-нибудь мага, – проговорил Зевлар у меня над ухом, всё ещё сжимая мою руку.
Я отстранилась:
– Как же мы найдём Дарину?
– Может, она вообще не здесь, – мужчина потёр лоб пальцами. – Слушай, а магией найти её ты можешь?
– Могу, но… не при людях, – я взглянула на тех, кто остановился на дороге и с бессилием наблюдал за горящим Перебродьем.
– Тогда… нам остаётся только войти в деревню, – хмуро предложил Арвигго. Мы осторожно направились по дороге, вперёд. Жар горящих домов опалил щёки, и я, щурясь, прикрыла рот, чтобы не закашляться от обилия дыма. Зевлар сделал то же самое. Однако как только мы прошли чуть вглубь, позади сомкнулось кольцо огня, отрезая нас от дороги назад. Я с ужасом взглянула на спутника:
– Что нам делать?..
– Идти вперёд, – твёрдо проговорил он. Меня даже напугала такая перемена в его настроении…
– Смотри, – проговорил Зев, указывая на пламя. – Оно просто стало поперёк дороги и не двигается, хотя у него там нет топливо. Это точно магия. Значит, есть кто-то, кто этот огонь колдует.
– Ты прав, – я кивнула, стараясь унять страх. Мы двинулись дальше по улице, старась держаться посерёдке. Похоже было на то, что самым первым здесь загорелся большой двухэтажный дом, потому что сейчас он полыхал огнём больше всех. Наверное, именно в него ударила та самая первая молния…
– Ай!..
Это я споткнулась об что-то и полетела лицом к дороге. И обязательно бы упала, если бы Зевлар не подхватил меня на руки:
– Осторожнее! Энара, смотри!
Я перевела взгляд на то, из-за чего я споткнулась, и внутри, несмотря на окружающий ад, похолодело. Это был шлем всадника, того самого, что нашёл нас и забрал Дарину. Огромный шлем со стилизованными орлиными крыльями, будто бы с силой отброшенный на дорогу. Мы с Зевларом переглянулись, но ничего не успели друг другу сказать: шлем внезапно загорелся, пламя выросло мгновенно выше наших голов и начала расползаться, норовя заключить нас в кольцо. Арвигго быстро поставил меня на землю, и мы понеслись прочь со всей дури.
У того самого двухэтажного дома в землю всё ещё били молнии с завидной частотой. И несмотря на тучи, сгустившиеся над деревней, дождь идти не собирался. Однако перед нами предстала страшная картина: истерзанные и горящие тела нескольких всадников и их лошадей, разбросанные у дома. А в центре – полулежащая на земле Дарина в луже крови. Её тело тело дрожало, одежда была изорвана, а волосы закрывали лицо.
– Дарина! – воскликнула я, и мы с Зевларом подбежали к ней. Девушка с трудом подняла голову. На окровавленном лице дочери дьякона был написан ужас. Она держалась рукой за бок, видимо, раненый, и смотрела на нас, открыв рот, не в силах произнести ни слова.
– Всё будет хорошо, – я села рядом и тут же принялась осматривать рану. Ей проткнули бок мечом чуть ли не насквозь; руки и ноги были мелко изрезаны, будто бы надрезы делали специально и аккуратно, а лицо уродовал шрам, наискось протянувшийся с переносицы до правого угла челюсти. Гнев и страх переполняли меня, давая подпитку для магической силы, а слова заклинания сами полились рекой…
– Энара, – проговорил Зевлар, и в голосе его играл страх. – Огонь… Он приближается.
Я не ответила, даже не повернулась, хотя спиной чувствовала, как жар усилился. Сейчас важнее всего была Дарина… Нужно остановить кровь. Потом Зевлар возьмёт её на руки, мы уйдём отсюда, и…
– Энара… – прохрипела вдруг девушка. – Я не хотела… Не хотела…
– Всё в порядке, – быстро шепнула и возобновила заклятие.
– Они хотели убить меня, и я… – она вся сжалась. – Молния… Она убила их, когда я… закричала. Я так долго кричала… Потом открыла глаза, а тут везде огонь… Энара, кажется… кажется, это я призвала её…
– Ты?.. Дарина, главное успокойся, я скоро закончу, – я продолжила лечить её.
– Девочки, ну вы там скоро? – Зевлар уже отступил к нам и теперь торопил. – Энара, кажется, огонь уже лижет твои пятки. Скорее!
– Дарина, – проговорила я, глядя в её глаза. – Я знаю, ты боишься магии и колдовства. Ты думаешь, что колдуньи – это дьявольские отродья, призванные разрушать этот мир. Но магия – это то, что наполняет наш мир, даёт ему жизнь, то, благодаря чему мы дышим, радуемся и смеёмся. Колдуньи – не зло, Дарина. Настоящее зло – это злые и чёрные душой люди. Магия – это твоя сила. Ты можешь её контролировать. Успокой огонь.
– Что?.. – прошептала она сухими губами, но глаза её были полны влаги, которая полилась с новой силой. Я осторожно вытерла её слёзы краем рукава:
– Ты чувствуешь, как всё внутри переполнено хаотичной силой, беспощадно бущующей. Успокой её, подчини себе. Ты сможешь сделать это…
– Энара! – рявкнул Зевлар. – Хватит! Огонь сейчас окружит нас! Бежим, пока есть возможность!
– Огонь убьёт нас, убьёт всех жителей деревни, – продолжала я, пока надежда в душе медленно таяла. – Только ты можешь его остановить. Давай, Дарина. Успокой его. Успокой его внутри себя.
Девушка сделала глубокий вдох и закрыла глаза. Я взглянула на Зевлара: его лицо исказили чувства гнева и сожаления. Он положил руку мне на плечо, не произнося ни слова, и поднял взгляд в небо. Я тоже взглянула туда: тучи, казалось, сгустились ещё сильнее, став чёрными, будто ночное небо. Дуновение ветерка принесло с собой свежие порывы, и пошёл дождь. Сначала редкие крупные капли срывались с неба и с громким стуком падали на дорогу, затем постепенно участились, и вот уже начался настоящий ливень, а мы сразу же вымокли. Пламя с шипением затухало, оставляя на месте домов почерневшие обглоданные деревяшки. Я прикрыла собой Дарину и с радостью взглянула на Зева. Он тоже улыбался, будто бы заново родился, и смотрел на нас.
Тело девушки охватил свет, сияя будто бы изнутри, затем усилился и взвился в небо тонким ослепительным лучом, величественно и молчаливо возвещая о прибытии новой Хранительницы Магии.
Глава 25. Изгои
Дарина открыла глаза, светлые и чистые. Казалось, они сияли серебром и натурально лучились силой. Я убрала руки от залеченной раны и устало осела на землю. Заклинание отняло много сил, мне надо было немного отдохнуть…
А дождь тем временем продолжал лить, но уже не так сильно. Небо немного посветлело у горизонта, поднялся небольшой свежий ветерок. В воздухе витало ощущение какого-то торжества, будто бы сама природа ликует, радуясь долгожданному появлению новой Хранительницы.
Зевлар присел рядом и потёр затылок:
– Да уж… Две попутчицы и две колдуньи…
– Аккуратнее с языком, Зевлар, – ответила я. – Дарина – новая Хранительница Магии, единственная из своего поколения, одна из самых могущественных колдуний. В ней сокрыта магия всего мира. А я – всего лишь целительница.
– Кто?.. – дочь дьякона подняла на меня взгляд. Я вздохнула:
– Помнишь Фермиллу? Она была одной из Хранительниц Магии прошлого поколения и передала тебе свою силу. Поэтому мы и направляемся к Цепям Великана. Там ты обучишься всему необходимому.
– Это… невозможно, – девушка покачала головой.
– Возможно, – я чуть улыбнулась. – Как я уже сказала, магия не является источником зла. Зло в душах людей.
– Я не могла даже подумать, что меня коснётся магическое проклятие… – она отвернулась, усиленно думая над чем-то.
– Давайте убираться отсюда, – проговорил Зевлар с задумчивыми оттенками в голосе. – Поговорим обо всём этом потом, в более спокойной обстановке.
Я собиралась уже кивнуть и подняться, но тут вдруг сзади послышался громкий негодующий старческий возглас:
– Колдунья! Эта колдунья сожгла наши дома!
Я быстро обернулась: за наши чуть поодаль стояла группка крестьян во главе с седовласым стариком. Кричал очевидно он, указывая на нас дрожащей рукой.
В глазах Дарины показался страх, и я поняла, что она снова может потерять контроль над собой.
– Сжечь колдунью! – гневно провозгласил старик, и по толпе идущих за ним пронеслись ответные возгласы:
– Сжечь! Сжечь!
Зевлар поднялся, стал у моей спины, отделяя нас от разъярённых крестьян, и произнёс так твёрдо и холодно, что мне показалось, его словно подменили:
– Если вы хоть на шаг подступитесь к этим девушкам, я не колебаясь перережу вас всех.
И в доказательство он вытащил меч.
Крестьяне тут же замолчали. Мне показалось, кто-то даже попятился. Старик опустил руку. На его лице отразились какие-то нечитаемые эмоции, затем он заговорил:
– Вы… Вы разрушили наши дома, а теперь грозитесь убить на всех? Господь покарает вас… Убирайтесь! Прочь из нашей деревни! Каратели найдут вас, и тогда справедливость восторжествует!
– Пойдём, – тихо сказала я Дарине, помогла ей подняться, и мы медленно направились по дороге. Зевлар шёл за нами, не опуская меча, а толпа крестьян оставалась неподвижной. Как только мы отошли на приличное расстояние, тела погибших всадников и их лошадей рассыпались в чёрный прах и ветер взметнул их в воздух. Но только никто из нас тогда не придал этому значения.
Остановились мы, когда солнце село и наступила тихая ночь. Сделали привал недалеко от дороги, в берёзовой роще. Никто не решался заговорить первым. Пока Зевлар разводил костёр, а Дарина сидела, поджав колени, я набрала целебных трав, которые помогли бы подлечить её раны.
– Тише, – присела рядом с ней и принялась растирать в руках листья. – Это поможет.
– Останутся шрамы? – с горечью спросила девушка, коснувшись разрезанной щеки. Врать не хотелось, поэтому я кивнула и приложила к её лицу растёртую кашицу. Дарина дёрнулась, но потом сидела неподвижно.
– Что они с тобой сделали? – спросила я, понимая, что это необходимо узнать.
– Они пытали меня. Искали какую-то Джессамину, – девушка покачала головой. – Сначала они думали, что я и есть она. Заставляли писать какие-то стихи. У меня было оцепенение, я даже пошевелиться не могла. Мне даже показалось, что они не люди… За шлемами я не видела их лиц – только тьму. Потом они поняли, что ошиблись. В момент, когда они отвлеклись, я решила сбежать. Они нагнали меня на улице, схватили… Один из них проткнул меня мечом. Я закричала, и… дальше ты знаешь.
Я молчала. Понимала: из-за меня пострадал невинный человек. На месте Дарины должна была быть я. И теперь я должна проследить за тем, чтобы такого не повторилось.
– Ну что ж… – я вздохнула. – Теперь на нас будут охотиться. Скорее всего, вместо этих придут другие.
– Почему? – Дарина непонимающе взглянула на меня. – Они ищут какую-то Джессамину и наверняка поняли, что я не она.
Я нахмурилась:
– Это были слуги герцога Элнора. Именно он убил большинство Хранительниц Магии. И он будет охотиться на тебя, Дарина. Поэтому тебе нужно научиться управлять своей силой как можно скорее, чтобы суметь дать отпор в следующий раз…
И тут до меня дошло. Дошло понимание того, что сила Дарины проявится в тот момент, когда Фермилла покинет этот мир. И если это уже произошло, значит, она…
Ужинали мы тоже молча. Зевлар раздобыл двух кроликов в лесу и теперь молча поедал жареное мясо. Наверное, он сейчас переваривает произошедшее и всю ту информацию, что раскрылась так внезапно. Я и сама всё ещё пребывала в лёгком ступоре. А уж каково Дарине, вообще промолчу. Тем не менее, эта ситуация как-то даже сблизила нас. Теперь мы все были изгоями в этом мире, гонимые теми, кто нас ненавидит и мечтает убить.
