Текст книги "Полуночная невеста (СИ)"

Автор книги: Лина Алфеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)

Мне было интересно, как далеко может зайти этот выкормыш лаару! Лживый, как сам зеленоглазый змей-искуситель!

– Бросаешь мне вызов, Лаори?

– Всего лишь прикидываю, куда ты можешь засунуть свои сольты.

Резко развернувшись, я направилась к ограде.

– Куда ты? – на этот раз мне удалось удивить Рейна.

– Исполняю твое желание и иду домой, – невозмутимо ответила я и едва сдержала улыбку, когда услышала позади напряженное сопение.

– Ты не перелезешь через ограду. Тут слишком высоко.

– Тут да. Но чуть дальше ограда мне по силам.

– Нет! Стой! Я тебе запрещаю! Не суйся в туман!

– И что же ты мне сделаешь? Зашвырнешь на макушку осины?

– Нет, Худышка, я сделаю вот так.

В руках Рейна раскрутился крошечный вихрь, но вместо того чтобы бросить его в меня, Рейн запустил его в сторону ограды. Магическая сигнализация сработала мгновенно, осветив парк. Я зажмурилась от слепящих глаза лучей магических стражей и внезапно осознала, что не могу пошевелиться. Одна из этих магических штуковин меня обездвижила, ноги замерли, как каменные. В сердцах я хлопнула себя по бедру и совершенно ничего не почувствовала! Следующий хлопок заставил меня в панике обшарить карман, потом другой. И только тогда я всхлипнула громко и не стесняясь, что меня кто-нибудь услышит.

Этот выкормыш лживого змея меня обокрал!

Небо полыхнуло зеленым, а ночную мглу прочертили зеленые молнии. Где-то совсем рядом произошел выброс силы, в такие моменты все ловцы выходят на охоту, а пустышки прячутся в подвалы своих домов и молятся, чтобы беда обошла их стороной. Халявная сила, разлитая в воздухе, изысканное лакомство для тварей из тумана. Мне следовало закричать и позвать на помощь, но вместо этого я стояла под проливным дождем, обхватив себя руками, и пыталась осознать, как же я до всего этого докатилась.

Глава 2

двумя неделями ранее

– Рини, деточка, ты точно справишься без меня?

Дядя в нерешительности замер на перроне, сжимая в руках саквояж. Длинный породистый нос с горбинкой слегка подрагивал от эмоций, а на морщинистом лбу блестели капельки пота. Я промокнула его платком, а потом ловко заправила платок в нагрудный карман модного полосатого жилета.

Дядя у меня красавец!

Высокий, широкоплечий, а то что живот выпирает, так это все от доброго нрава. Ведь всем известно, что толстяки самые добрые люди на свете. Но дядя у меня не тучный, просто в некоторых местах слегка округлился. После смерти тети он совсем себя запустил, но теперь понемногу возвращался к жизни и впервые собрался в гости, да не на соседнюю улицу, а в Дарипорт, находящийся в двух днях езды на поезде. Конечно, в городок на берегу моря можно было добраться и порталом, но это стоило раз в пять дороже.

Меня же, Айрин Лаори, особу восемнадцати лет и гордую обладательницу аттестата об общем немагическом образовании впервые оставляли за старшую и доверяли мне книжную лавку.

Сегодня я впервые сама отопру замок на двери, а потом переверну табличку "открыто".  Почти неделю я буду единственной хозяйкой, и, возможно, к нам заглянет какой-нибудь богатей, чтобы купить несколько рукописных книг, ведь дядя у меня самый известный каллиграф Низины.

– Рини, мечтательница, я еще не уехал. – Дядя шутливо щелкнул меня по носу, а потом посмотрел на небо и помрачнел.

Я тоже вскинула голову вверх и увидела сиреневую дымку, которую несведущий принял бы за странные и очень низкие облака. На самом деле это был туман, поднимающейся из кварталов Дар’Алана, города магов, расположенного на холме.

С приходом осени туман становился частым гостем в Низине. Самые патриотичные жители считали Низину полноправной соседкой могучего Дар’Алана, но на самом деле никакого равного соседства не было и в помине. Люди из Низины выполняли всю самую тяжелую и нудную работу для магов в обмен на защиту. Ведь с появлением магического тумана, появлялись и твари.

– Неспокойное время для поездки я выбрал. Пожалуй, лучше-ка сдам я билет.

В этот момент над перроном разнесся свист паровоза. Этот мерзкий звук заставил меня расплыться в улыбке.

– Поздно! Билет обратно не примут. – Видя, что дядя продолжает хмурить густые седые брови, я привстала на цыпочки и зачастила: – Все будет хорошо. До Полуночного бала еще три недели, а до него твари из тумана не высовываются.

Я посмотрела на небо, привычно ощутив укол злости.

Вот и где справедливость?! Это же одаренные своей магией приманивают тварей из-за Завесы. А простые люди еще и должны платить им за защиту.

– Если что-то случится – немедленно шли телеграмму на почту Дарипорта. Я договорюсь, твое сообщение мне тотчас же передадут.

– Не волнуйтесь, дядя Ладар, ваша Рини уже выросла и способна сама о себе позаботиться. У меня даже бумага есть, – важно добавила я, намекая на школьный аттестат, в котором стояли одни отличные отметки.

***

Со станции я добиралась пешком. Утро выдалось погожее, теплое и мне хотелось сэкономить. Я даже не зашла в галантерею за продуктами. Дядя оставил мне мелкие монеты, чтобы в лавке была сдача, но я жаждала приумножить содержимое деревянного сундучка.

То-то дядя обрадуется!

Миссис Оридж я заметила, как только свернула в Сквозной переулок. Высокая худощавая брюнетка в идеально сидящем жакете и длинной накрахмаленной юбке прохаживалась перед витриной лавки, над дверями которой висела табличка в виде рулона ткани и ножниц. Миссис Оридж делала вид, что оценивает драпировки из образцов, однако стоило мне приблизиться, как она повернулась:

– Айрин, так это правда? Ладар в самом деле уехал?

От этого фамильярного “Ладар” мне всегда становилось не по себе. Вдова Оридж давно оказывала знаки внимания дяде, намекала, что одинокой женщине сложно воспитывать сына.

– Да, миссис Оридж. Он отбыл утренним поездом.

– В Дарипорт?

Осведомленность миссис Оридж поражала. Знала она и о внушительном долге дяди, но её это не останавливало.

– Вы правы. Дядя вернется через шесть дней.

– Бедняжка! Осталась одна на целую неделю! – Женщина всплеснула руками. – Пришлю к тебе сегодня своего Генри. Пусть поможет по хозяйству.

Только не это! Воодушевленная перспективами двойной свадьбы, миссис Оридж уже с полгода занималась сводничеством и регулярно отправляла к нам в лавку своего сына. Поначалу я с энтузиазмом подбирала для него книги, пыталась разгадать интересы. В ответ парень краснел, бледнел и запинался, а потом признался, что вообще не читает книг, просто миссис Оридж знает о нашем долге, вот и отправляет его купить что-нибудь для обновления книжного шкафа.

– Это лишнее. Сегодня я буду занята в лавке.

– Ты откроешь магазин для посетителей? Одна? Но это же немыслимо!

– Благодарю за беспокойство, миссис Оридж, но я справлюсь. А теперь прошу прощения, но мне нужно идти!

Я миновала лавку с тканями, приветливо махнула подруге Тааши, которая с утра пораньше протирала витрину аптеки. Наша книжная лавка находилась как раз напротив. Я медленно обернулась и окинула гордым взглядом двухэтажное здание из красного кирпича и рабочими часами на фасаде под самой крышей. Таких часов больше ни у кого в нашем переулке не было, как и высоких арочных окон на первом этаже. В одном виднелась книга в половину человеческого роста, а в другом – шкафчик с последними новинками, который, к сожалению, обновлялся не так часто, как хотелось бы.

– Доброе утро, соня, я дома! – объявила я, переступив порог лавки.

Дом отозвался скрипом половицы.

Я замерла на мгновение, вдыхая запах кожаных переплетов и пергаментных страниц, а потом зажгла лампы и побежала на кухню, чтобы поставить на огонь медный пузатый чайник. Пока он закипал, я успела переодеться в форменное темно-коричневое платье, насыпать в вазочку печенье, а в заварник – смесь из цветов и трав. Традицию предлагать чай всем клиентам завела еще тетя Клара, и, хотя ее не было с нами  уже пять лет, жители Низины знали, что в книжной лавке Ладара можно не только выбрать книгу по душе, но и выпить чашечку горячего чая.

К появлению первого посетителя я была уже полностью готова. Миссис Дорин приезжала к нам раз в неделю и брала сразу много книг напрокат. В основном это были дамские романы, но сегодня она не спешила к стеллажу с любимыми книгами, а рассеянно кружила по залу.

– Миссис Дорин, я могу вам что-то подсказать?

Женщина на секунду замерла, а потом резко повернулась.

– У вас есть книга, в которой рассказывается о Завесе и Тьме, из которой она состоит?

Я вздрогнула и едва не поставила кляксу на листе.

После завершения учебы я пошла по стопам дяди, работала в лавке и гордо именовалась ученицей мастера каллиграфии, на самом же деле писала под диктовку и переписывала письма, помогала составлять прошения в магистрат Низины и расшифровать ответы из него же.

– Нет, миссис Дорин. У нас нет такой книги. А почему вы спрашиваете?

Женщина замерла, теребя манжет платья, а потом прошептала:

– Я боюсь. Пять лет назад я потеряла брата.

Миссис Дорин замолчала, замкнувшись в своем горьком воспоминании. Следовало что-то сказать, но я сама словно окаменела. Перед глазами встало серьезное лицо тети Клары:

– Ни шагу из дома, Рини. Я куплю нам хлеба и вернусь.

Булочная, в которую направлялась тетя Клара, находилась всего в нескольких минутах ходьбы от нашего дома, но, когда тетя шла по переулку, ледяные лаару пробили магический барьер и обрушили на Низину свое смертоносное дыхание. Тетя умерла не сразу, она почти месяц провела в госпитале Дар’Алана, а когда ее не стало, маги выставили нам счет за лечение.

Ненавижу магов!

Резкий хруст заставил меня подпрыгнуть на стуле. Я сломала перо, а на листе расползалось чернильное пятно. Мысленно помянув всех магов недобрым скверным словом, я поднялась на ноги и заставила себя улыбнуться:

– Нет, миссис Дорин у меня нет книг о Завесе. Зато у меня есть чудесный цветочный чай.

– Да, Клара знала толк в хорошем чае, – рассеянно пробормотала миссис Дорин, а потом, спохватившись, прижала пальцы к побледневшим губам: – Прости, солнышко, старую дуру! Совсем забыла, что та зима принесла горе не только в мой дом.

Я усадила миссис Дорин на уютный диванчик, налила ей чай и едва не разревелась, когда та поднесла чашку к губам и прошептала:

– За тебя, Клара. Надеюсь, твоя душа обрела покой.

***

Письмо всегда меня успокаивало. Мне нравилось выводить буквы на бумаге. Вот и сейчас рутинная работа помогла мне ощутить привычное душевное равновесие и избавиться от леденящего холода, вызванного горькими воспоминаниями.

Уже к обеду я покончила с письмами. Моими клиентами были рабочие ближайшей фабрики. Эти трудолюбивые и немного грубоватые мужчины не читали книг, да и писали с трудом и лишь крупными печатными буквами, поэтому самые важные письма они приносили мне. Поначалу мне было неловко заниматься переписыванием чужих любовных посланий, но потом я убедила себя, что всего лишь копирую строки из романов и робость отступила. Мои заказчики были хорошими людьми, и мне было приятно думать, что я помогаю им обрести семейное счастье.

Мелодичный звон колокольчика возвестил о прибытии нового посетителя. Я обернулась, и приветливая улыбка застыла на моих губах при виде господина в темно-зеленой униформе служащего банка. Следом за ним вошел тот, кого я бы хотела видеть как можно реже. Нет, купец и владелец галантерейных лавок мистер Ардж никогда меня не обижал, но при виде него мне всегда хотелось перейти на другую сторону улицы.

– Добрый день, господа! Я могу вам чем-то помочь?

Мистер Ардж снисходительно посмотрел на меня, а потом вытащил из кармана рулетку и начал замерять комнату.

– Простите, но что вы… – Я шагнула к мистеру Арджу, но служащий банка заступил мне дорогу.

– Не так быстро, мисс. Я могу увидеть вашего дядю?

– Его сейчас нет. Он… – Я бросила взгляд на мистера Арджа и решила соврать. – Он ненадолго отлучился по делам. Я могу ему что-то передать?

Мне в руку лег конверт, на котором было выведено красным: “Последнее предупреждение”. Затем мне любезно пояснили, что дядя уже полгода не выплачивал займ, взятый под залог нашей лавки. И если мы не рассчитаемся в ближайший месяц, то лавка уйдет с молотка, благо покупатель уже имеется.

Первый шок сменился растерянностью. Внутри стало пусто, словно все эмоции исчезли разом. Я смотрела на конверт и не понимала. Вот как же так? Как?! Это же невозможно!

– Вы отнимете нашу лавку? Но это же наш дом. – Я подняла взгляд на служащего банка.

– Мне жаль, мисс Лаори. Передайте письмо дяде, возможно, ему удастся занять у кого-то денег.

– Да у кого он займет-то! – отмахнулся мистер Ардж. – Если уж помесячно не мог выплачивать, то где ему всю сумму раздобыть? Хорошее место. Проходное.

Мистер Ардж одобрительно зачмокал губами при виде потока горожан, спешащих мимо магазина, а потом вдруг потянул на себя чайный столик, отпихнул диван и начал замерять ширину окна.

– Да что вы себе позволяете! Скажите ему, что он не имеет права! – Я с надеждой посмотрела на служащего.

– Ардж, ты полегче. – Мужчина тоже слегка опешил от такой наглости. – Только же через месяц станешь владельцем.

– Иди с миром, Генри. Я загляну в гости вечером, занесу бутылочку вина. Твоя женушка готовит изумительное жаркое.

– Ардж… ну что же ты. – Служащий банка нервно оттянул платок на шее.

Ему было неловко от бесцеремонности купца, но я уже все поняла. Обида всколыхнулась в груди и вырвалась гневным возгласом:

– Так вы родственники! И лавку вы не имели права ему показывать! – Я ухватила из угла метлу. – А ну живо выметайтесь отсюда! Живо!

– Вы, главное, дяде письмо передайте, мисс. А ты, Ардж, не задерживайся тут.

Кивнув мне напоследок, служащий банка вылетел из лавки с такой поспешностью, словно его приложили по спине метлой.

Я же повернулась к мистеру Арджу и с трудом подавила желание спрятаться в подсобку. От маслянистого, липкого взгляда сделалось неуютно. А еще я чувствовала себя невероятно глупо из-за мыслей, пришедших в голову. Ведь не может же мистер Ардж смотреть на меня как на женщину? Он же старше моего дяди!

– Угостите меня чаем, мисс Лаори? Ах да, для этого надо сначала купить книжку. Завернешь потом эту.

Он небрежно вытащил с полки томик стихов, достал из него закладку с указанием цены и бросил на письменный стол. Следом на него посыпались монеты, часть из них упала на пол и закатилась под книжный шкаф.

– Пересчитаете? – Одутловатое лицо мистера Арджа раскраснелось, а водянистые глаза влажно поблескивали, как у пучеглазой рыбы.

Я опустила взгляд на пол. Ползать перед ним на коленях, собирая монеты? Ещё чего! Я снова схватила метлу и начала активно елозить ею по полу, при этом словно невзначай тыкая черенком в пятящегося Арджа. Дотолкала до выхода, когда он вдруг ухватился за метлу и попытался вырвать ее из моих рук.

– Миссис Лаори, довольно! Не вынуждайте меня применить силу!

– Силу? Да как вы смеете? Вы явились сюда, прикрываясь представителем банка! Начали запугивать и уверять, что отнимете лавку! А теперь ведете себя совершенно неприлично! Мистер Ардж, я вынуждена попросить вас покинуть мой магазин прямо сейчас.

Я вручила метлу остолбеневшему мужчине, а потом вернулась к письменному столу, упаковала книгу в хрусткую оберточную бумагу и перевязала бечевкой.

– Вот ваша книга. Я верю, что вы оказались достаточно честны, чтобы рассчитаться за покупку.

В глазах мистера Арджа промелькнуло удивление.

Вот так! Не зря тетя Клара всегда говорила, что стойкость духа и безупречные манеры способны поставить на место любого.

– Я теперь я прошу вас…

Внезапно мистер Ардж схватил меня за руку и притянул к себе. Книга выпала из моих пальцев и шлепнулась на пол, но купец на нее даже не посмотрел.

– Решили поиграть, мисс Лаори? Думаете, что холодность и неприступность меня только раззадорят? Вы верно все рассчитали. – Купец резко выдохнул, а потом склонился к моему лицу и пропыхтел: – Будешь моей – выплачу долг за книжную лавку.

Теперь, когда мистер Ардж находился так близко, я чувствовала исходящий от него запах лука и пота. На раскрасневшемся лице мужчины виднелась сеточка сосудов, а еще мне безумно хотелось высвободить свою руку и вымыть ее с мылом. Три раза!

– Боюсь, я вас не понимаю.

– Не понимает она! Последняя недотрога Низины! – Коротко хохотнув, он причмокнул губами, а потом, взвыв, отпрыгнул назад.

На том месте, где только что стоял мистер Ардж, вырос колючий куст. Цепкие ветви ухватили мужчину за брюки и вырвали клок ткани с внутренней стороны бедра, расцарапав кожу в кровь.

– Самое мерзкое зрелище, которое я только видел. А повидал я немало.

Замечание, прилетевшее от входной двери, заставило меня вздрогнуть, словно от удара. У моего унижения был свидетель!

Я обернулась через плечо.

Он стоял в дверях лавки, привалившись к дверному косяку. Высокий, плечистый блондин в серой униформе подмастерья мага и с высокомерной миной на холеном лице и, казалось, смотрел сквозь меня.

– Проваливай. Чтобы я больше тебя здесь не видел.

Тихие слова сопровождались резким порывом ветра. Он ворвался внутрь с запахом свежескошенной травы и закружился вокруг колючего куста, в считанные секунды превратив его в труху.

От неожиданности мистер Ардж сперва попятился, но потом оценил прибывшего и испуганное выражение его лица сменилось злым.

– Мелкая сошка… – прошипел он. –  Серый мундир! У меня есть влиятельные друзья в Дар'Алане.

– И вы им обязательно пожалуетесь, – скучающе бросил маг.

– Непременно! – Купец раздулся от собственной важности. – Я доложу…

– Что у вас порвались штаны? Боюсь, в этом случае ваши влиятельные друзья сочтут, что магия здесь ни при чем.

Раскрасневшееся лицо мистера Арджа сделалось свекольного оттенка. Он сжал челюсти с такой силой, что двойной подбородок начал мелко подрагивать.

– Итак, вы настроены жаловаться, – тихо уронил маг, и дверь позади него захлопнулась с такой силой, что звякнули стекла витрины. – Но вы же знаете, что магов не стоит отвлекать по пустякам? Правда?

Мистер Ардж ничего не ответил, но блондин и не стал дожидаться его слов. Труха взметнулась ввысь, закручиваясь спиралью, а потом воздушная воронка подхватила мистера Арджа и ударила его о стену. Но и это было не все! Одежда купца старела, новенький, с иголочки, костюм буквально на глазах тускнел и превращался в обноски нищего.

– Вот теперь у вас есть достойная причина для жалобы. Наслаждайтесь. Но прежде чем вы уйдете, запомните: девчонка моя. Сунетесь – и ваша кожа превратится в лохмотья.

Мистер Ардж закивал, а потом бросился к выходу, едва не отдавив мне ногу. Когда за ним закрылась дверь, я вздохнула с облегчением. Увы, сама бы я не справилась, все-таки этикет и нормы приличия не всегда могут защитить.

– Спасибо! – с чувством выдохнула я. – Не знаю…

Я замолчала, потому что маг тяжелой походкой направился к дивану и буквально рухнул на него, а потом с ленивым интересом уставился на меня.

– Вот и я не знаю, как ты меня отблагодаришь, Худышка. Книги меня не интересуют. – И блондин похлопал по дивану рядом с собой. – Присаживайся. Поговорим.

– Спасибо, я и тут…

Ветер ударил меня в спину, я бы рухнула на колени, но он подхватил меня, крутанул в воздухе и бросил на диван.

– Благодарю, что согласилась выслушать. А теперь…

С улицы послышались крики. На мгновение мне показалось, что это мистер Ардж собрал толпу сочувствующих, но потом за окном потемнело, словно переулок накрыла тень, и что-то ударило по крыше дома.

– Дерьмо! Я думал, у меня есть хотя бы полчаса форы! – Всю ленивую расслабленность с мага как ветром сдуло. – Значит, так, Худышка. Буду краток. Здесь маги. Они ищут меня, тебе надо сделать так, чтобы они меня не нашли.

Да он в своем уме?!

– Мне принести одеяло?

– Чуть позже. Пока же тебе придется немного поколдовать.

Не успела я опомниться, как холодные цепкие пальцы ухватили меня за руку. Я попыталась ее выдернуть, но тщетно. Белобрысый вцепился в меня, точно клещ.

– Пусти! Ты головой стукнулся? Я же не маг!

– Зато я маг. Но сейчас у меня небольшие проблемы... с концентрацией.

Парень на мгновение запнулся, подбирая слово. Но я заметила эту паузу, она убедила меня, что от этого любителя колючих кустов нужно срочно избавляться.

На крыше послышался хруст, как если бы крошилась черепица, а потом рыжевато-коричневые куски посыпались на брусчатку перед лавкой.

– Эта тварь наверху сейчас всю крышу раскурочит!

– Боевая виверна, принадлежащая дознавателю, – глухо уронил белобрысый. – У меня проблемы с законом. Поймают, скажу, что ты моя сообщница.

Сообщница преступного мага?! Это его упекут в магически укрепленный форт в горах, а меня, простую девчонку, отправят на рудники. Да что же этот хмырь такого натворил, что по его следу направили виверну?!

– Я не смогу сплести достаточно прочный полог невидимости, но сумею передать тебе силу для его создания. Ротик прикрой, а то челюсть выпадет. – Зеленые глаза весело сверкнули, а потом затуманились, словно от боли.

Лицо парня исказила гримаса, он откинулся на спинку дивана и застонал. Интуиция не обманула, ему действительно было паршиво.

Резкий звериный вопль за окном заставил меня вздрогнуть. До этого мгновения я слышала крик виверны лишь однажды, но с легкостью его узнала. Наверное, тогда-то и пришло понимание, что все это не шутки.

А я, дура, ещё радовалась спасению. Все маги лгут, и этот лживый, как трехглавый змей лаару!

– Помоги мне, Худышка. Я же помог.

О да, с этим не поспоришь.

– Я не маг.

– Плевать. – Он сжал мои пальцы чуть сильнее, и я ощутила непривычное покалывание ладони. – Надо же. Так просто… – задумчиво обронил он, а потом, словно спохватившись, произнес: – Просто закрой глаза, расслабься и представь, как заворачиваешься в уютное теплое одеяло. Мягкое и пушистое, как радужная сахарная вата…

– Никогда не ела эту вату. Лакомство для богачей.

Парень отчетливо скрипнул зубами.

– Тогда представь то, что тебе близко. Пусть оно окутает тебя. Темно. Мягко. Безопасно.

Да, это я могла.

В детстве у меня было бархатное покрывало, самое обычное, но мне нравилось считать его волшебным. В грозу, когда небо грохотало, а уличный фонарь так раскачивался на цепи, что, казалось, вот-вот упадет на мостовую и разобьется вдребезги, я заворачивалась в бархат и представляла, что нахожусь в другом месте. В абсолютной темноте, где нет места страхам и тревогам, на сонной тропе, убегающей туда, где меня ждали только покой и безопасность.

Тепло, исходящее от пальцев мага, затопило меня всю, я чувствовала себя сосудом, который наполнили до краев, и это было очень странное и желанное ощущение, ведь именно оно удерживало меня на той темной тропе, помогло снова прикоснуться к мягкому бархату, позволило ему укутать меня с ног до головы.

Где-то вдалеке раздался тревожный звон дверного колокольчика, но тепло уже заполнило мою голову, лицо горело, но сейчас то, что я испытывала, нельзя было назвать приятным ощущением. Тропа под ногами рассыпалась зыбучим песком, и меня засасывало в пустоту, в абсолютную тьму.

Глава 3

Я очнулась от того, что дико хотелось пить, язык прилип к небу, а глаза пекло, словно в них насыпали песка. С трудом разлепив веки, сначала решила, что ослепла, и только потом поняла, что лежу на своей кровати, уткнувшись носом в стену.

Но как?..

Лавка! Я забыла запереть дверь!

Я приподнялась на локте и застыла, заметив очертания чьей-то фигуры. Рядом на одеяле кто-то лежал и, судя по тихому сопению, спал. Осторожно, стараясь не делать лишних движений, я схватила подушку и замерла.

Вот зараза! И почему в моей спальне настолько плотные шторы? Мне всегда нравилась темнота, она меня успокаивала, но сейчас во мне не было ничего от рассудительной Айрин Лаори. Сердце глухо стучало о ребра, руки дрожали, тело ломило от слабости, казалось, я удерживала на весу не легкую подушку, а корзину яблок.

– Либо уже начинай душить, либо ложись и спи. До рассвета мы все равно оба овощи.

Знакомый голос белобрысого придурка заставил меня ощутить иную гамму эмоций. На смену растерянности пришла злость.

– Ка-к-кие овощи? – прошипела я.

– Я – точно томат. – Парень зевнул, а потом кровать скрипнула, и я услышала, как он переворачивается. – А ты… Ты лирийский перец. Такой гладкий и нежный на ощупь. Держишь в руках и не знаешь, что ощутишь, попробовав: жгучую горечь или сочную сладость…

Я всё-таки стукнула нахала подушкой, а потом попыталась спихнуть с кровати, но не учла, с кем имела дело. Маг что-то процедил сквозь зубы, и в комнате стало светло как днем.

Проморгавшись, хотела заявить парню, чтобы выметался и из моей постели, и из дома, как вдруг мой взгляд скользнул по шее мага, по груди, и я поперхнулась воздухом:

– Не может быть…

На нем была белая рубашка на пуговицах, расстегнуты были только верхние, а вот с остальными пришлось повозиться. Пальцы не слушались, но я все же справилась и осторожно распахнула рубашку, обнажив грудь.

– Теперь-то не вышвырнешь меня на улицу?

Я закусила губу и покачала головой. Удивительно, как он вообще мог разговаривать! Ниже ключиц золотистая от загара кожа была полупрозрачной, точно лед, и сквозь нее просвечивали внутренние органы.

Этот маг попал под дыхание ледяного лаару!

Тетю Клару нашли в переулке. Змей, заливший своим ледяным огнем город, лишил ее рук, еще одна льдистая рана была на животе. Маги пытались ее спасти, но она так и не очнулась, а этот парень находился в сознании, разговаривал и даже каким-то образом затащил меня на второй этаж.

– Это… это больно?

Снисходительный смешок.

Конечно, больно. Сама же вижу. Порой парень словно застывал, его лицо становилось похоже на восковую маску, даже дышать он старался очень осторожно через крепко стиснутые зубы.

– Я могу чем-то помочь?

– Уже помогла, Худышка. Там внизу, – пояснил он, видя, что я не понимала. – Виверна не смогла взять след.

– И что теперь? Будешь валяться в моей постели?

– Вообще-то я рассчитывал, что ты сводишь меня в туалет, а потом приготовишь завтрак.

Судя по тому, что к блондину вернулась язвительность, очередной приступ боли миновал.

Завтрак. Это я могу. И в туалет доведу. Но пресветлый дух, что я буду делать, если ему станет хуже?!

– Разве тебе не нужно в лазарет Дар'Алана? Тамошние маги тебе помогли бы.

Пришлось прикусить щеку изнутри, чтобы удержать разрывающие грудь эмоции. Я в самом деле верила, что этого мага повелители Жизни и Тлена точно вытащили бы. Он же не бездарный, как тетя Клара.

Весть о ее смерти принес совсем молоденький маг стажер, он долго и сумбурно объяснял нам причину смерти, говорил о том, что лишенное собственной магии тело плохо усваивало чужую целебную силу. Маги Дар'Алана сделали все, что могли. Весь разговор я сидела тихо, а потом всё-таки не выдержала:

–  Не сделали. Они не удержали купол над городом.

От моих слов парень смутился. Не прошло и двух минут, как он покинул лавку.

А с этим мне что делать? Не на улицу же выгонять. Дядя вернется нескоро. Пусть отлежится до вечера, а там видно будет.

– Звать-то тебя как? – спросила я.

– Рейн.

– Айрин… – Я вдруг поняла, что стараюсь смотреть куда угодно, но не его грудь. – Тебе рубашку застегнуть?

– Не нужно, пусть кожа дышит. Но я не против, если ты прогуляешься со мной в туалет. – Из его горла вырвался тихий смешок.

– Что тебя так развеселило?

– У меня было много девчонок, Лаори, но впервые я приглашаю кого-то на такую экзотичную прогулку. Что заслужили…

От возмущения я сперва не смогла найти слов, а потом выпалила:

– Это было мерзко.

– Знаю, Худышка. Но мы спали в одной постели, а теперь ты будешь обо мне заботиться. Не хочу, чтобы ты влюбилась. Или возомнила себе еще какую-то глупость.

Я лишь молча закатила глаза. На такого самовлюбленного идиота даже злиться невозможно.

– Единственное, о чем я сейчас могу думать, – о состоянии крыши, по которой потопталась виверна. И об открытии магазина. Вчера я потеряла торговый день. Опять же из-за тебя!

Я выбралась из кровати и сбегала в чулан. Из него я вернулась с рамкой на колесиках. Дядя сам ее сделал, пока ждал возвращения тети Клары. Нам говорили, что первое время ей будет сложно передвигаться.

– Вот! Пользуйся на здоровье. Все удобства в конце коридора.

– Что это? – опешил Рейн.

– Сам догадаешься. Ты же маг. Нас, жителей Низины, уверяют, что все маги умные. Не разочаруй меня.

И я вышла из комнаты. Удивительно, но даже дверью не хлопнула.

***

Я всё-таки открыла лавку. Не хотелось, чтобы соседи судачили, что я испугалась, или вообразили себе еще какую глупость. Вчера многие, как и я, закрылись раньше обычного. После того как в Сквозном переулке появились дознаватели на вивернах, владельцы лавок и магазинчиков предпочли затаиться. Каждый житель городской окраины знал, что от магов одни беды.

 Перед тем как перевернуть табличку с надписью "открыто", я сбегала в галантерею, купила яйца, молоко и свежие помидоры. Сама-то я до возвращения дяди собиралась обойтись кашей, но теперь мне на руки свалился раненый маг, которому для восстановления нужна была более питательная пища. Так что помимо каши я приготовила омлет с томатами и отнесла завтрак наверх.

Рейн спал на спине. Он лежал, вытянувшись на постели, и, судя по тихим стонам, боль не отпускала его даже в беспамятстве. Будить я его не стала, просто оставила поднос на табуретке и вернулась в лавку, где меня уже дожидалась Тааши.

– Вот я вчера испугалась! Когда эта чешуйчатая тварь уселась на вашей крыше, думала, у меня сердце остановится.

– Мне повезло больше. Я виверну так и не увидела. Зато с утра полюбовалась на проплешины в черепице.

– Вам нужно подать жалобу в магистрат Низины. Маги обязаны компенсировать ущерб.

– Ага. Держи карман шире, – буркнула я.

– Рина, а что они от тебя хотели?

– Так ты сама говорила, что они всех проверяли и кого-то искали, – осторожно напомнила я.

– Но только в вашу лавку зашли три всадника и долго не выходили. Я уже хотела к тебе бежать.

Ничего себе признание! Надо расспросить Рейна, когда он очнется. Что, если маги вернутся? А я же даже не знала, за что этого белобрысого разыскивали. И как он получил ту страшную рану.

– Холодает. Зима скоро. – Тааши задумчиво смотрела в окно. – А ведь нам обеим в этом году исполнилось восемнадцать.

Намек был понят. Каждый год восемнадцатилетние девушки из Низины допускались к Отбору, проводимым королевой моды Дар’Алана. Во время испытаний мадам Салис присматривала девушек, которые потом участвовали в  показе волшебных платьев.

Мое детство прошло в грезах о великолепном Полуночном бале, который я открыла бы вместе с другими счастливицами. Мы должны были скользить по Звездному залу, и сильнейшие и родовитейшие маги Дар'Алана стали бы восхищаться нами и великолепными нарядами, созданными Мадам. А потом начался бы сам бал, он обязательно стал бы для меня судьбоносным.