Текст книги "Магл (СИ)"
Автор книги: Лилиан Катани
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 24 страниц)
Нечеловеческая боль накрыла меня. Хотелось умереть, чтобы не чувствовать её. Лишь бы всё прекратилось. Не знаю, сколько это продолжалось, но я очнулся лежащим на полу в луже своей крови, мочи и дерьма.
– Эскуро, – сказал кто-то надо мной, – посиди, подумай, потом мы придём.
Меня кто-то поднял и потащил в сторону подвала…
* * *
Удивительная штука – человеческое тело. Как бывает – ударишься рукой или ногой и целую неделю потом болит, бережёшь конечность, как можешь, ходишь с трудом. А в критической ситуации организм понимает, что поблажек не будет, и вся боль проходит за минуту. По лестнице я уже спускался своими ногами. Меня сопровождал один мужчина. Он открыл дверь в подвал.
– Руки! – раздался голос Гарри.
Брат держал в руках пистолет.
– Э-э, – сказал амбал, – положи игрушку.
– Я тебе щас в башку выстрелю, – решительно ответил он.
Мужчина поднял руки, а я, сообразив, что пистолету взяться неоткуда, быстро вытащил из расстегнутой кобуры на поясе амбала «Вальтер» с глушителем, который стал визитной карточкой агента 007, и, недолго думая, рукоятью ударил мужчину в висок. Он покачнулся и стал падать, а я ударил второй раз уже по голове. Тело с глухим стуком упало на пол. Это в кино и сериалах легко достать пистолет и выстрелить, а вот в жизни всё не так просто.
– Тащи его сюда, – Поттер довольно спокойно отреагировал, да и у меня отключились все эмоции. Либо мы сейчас смоемся, либо грохнут нас. Это в том подвале мы с Гарри были нужны живыми, а здесь требуют груз, спущенный кузеном в канализацию.
Кузен, как заправский мародёр, обыскал тело, забрал ещё один пистолет, деньги и снял украшения.
– А ты пушку откуда взял?
– Из пенопласта сделал и об полку обточил, краской покрасил. В полумраке-то не видно. Видишь, руки чёрные? – он перевернул левую руку ладонью вверх.
– Охренеть.
– Давай, нужно валить отсюда. А этого сейчас здесь запрём.
Мы взяли отобранное оружие наизготовку и направились на выход. Вход в подвал находился на кухне. Спиной к нам стоял ещё один похититель и размешивал кофе. Тихо подойдя к мужчине, я ударил его в затылок, а затем нанес ещё два удара рукоятью пистолета по голове. Не знаю – убил я его, или он просто рухнул без сознания. В большой комнате Гарри расстрелял главаря – того самого, с красным галстуком. Мужчина просто не успел среагировать. Нам очень крупно повезло. Вот теперь мне понятно, куда направлен мой Марти-Сью – на выживание! Это уже третий раз, и я пока ещё жив. Не думаю, что похитителей только трое. Где-то остальные сидят – либо в доме, либо наши вещи обыскивают, либо… (у меня внутри всё похолодело) Моника! В любом случае нужно быстро свалить, пока не нагрянули подельники этих жмуриков. Поттер забрал рюкзак, собрал все камни со стола, прихватил свой палец и обыскал труп. Не было никаких эмоций, только холодный расчёт. Он спустил в унитаз более килограмма порошка, в живых нас не оставили бы. Я забрал наши сумки.
– Надо уходить… – сказал Поттер.
– Следы?
– Папа отмажет. Нужно алиби…
В мою голову пришла неожиданная идея – я направился на кухню и выкрутил газовые горелки на полную, открыл духовку, выкрутил газораспределительный вентиль. В гостиной на каминной полке стояли свечи. Гарри быстро сообразил, что я хочу, и зажёг их. Всё, пора валить.
Мы вышли из дома, я завёл тот самый внедорожник, на котором нас привезли, и поехал по дороге. Когда машина удалилась метров на двести от дома, раздался взрыв. Не такой сильный, как в кино, а как удар битой по металлу – и звон стекла. Врут кинофильмы – всё гораздо прозаичнее и в меньших масштабах. Начался пожар. Остановив машину, я и кузен, пошатываясь, вышли и полюбовались на творение рук своих. Ни угрызений совести, ни тоски, ничего. Думаю, что отходняк нас всё же накроет. Потом.
– Что дальше делать? – спросил я.
– Ты меня спросил? Это ты старший брат! – ответил он, размахивая пистолетом.
– Гарри! – раздался мужской голос рядом с нами…
Родовой дом Ардвидссонов.
Лорд Ардвидссон находился у себя в кабинете, в родовом доме, подписывая кипу документов, когда его руки и шею обожгло болью. Мужчина практически потерял сознание и, если бы не старший сын, который приехал в гости, всё бы закончилось плачевно.
– Отец, – сказал бывший наследник, – вам плохо? Позвать матушку?
– Нет, не поможет. Дай мне красный браслет… – быстро проговорил он.
– Поттер? Из-за него?
– Да, что-то случилось. Он в смертельной опасности. На меня пришла первая волна отката.
Молодой человек по имени Бойко и его отец – Юхан Ардвидссон, в тот момент, когда Гарри Поттеру отрезали палец, взяв необходимые вещи, срочно покинули дом и направились к границе антиаппарационных чар, которые накрывали поместье.
Англия. Кроукворт. Паучий тупик.
Профессор зельеварения школы чародейства и волшебства Хогвартс доваривал очередное экспериментальное варево, когда его руку обожгло болью. Мужчина выругался сквозь зубы. В тот момент, когда Гарри Поттер вместе с братом хладнокровно уничтожали своих похитителей, Северус Снейп, сунув в мантию добрый десяток зелий и выйдя из дома, аппарировал по зову клятвы.
Франция.
Из воронок аппарации одновременно появилось трое людей. Один из них был в мрачной чёрной одежде, на втором была дорогая синяя мантия, а на третьем обычные джинсы и кеды. Маленькая загородная улочка была вымощена булыжником, а трехметровые заборы говори о состоятельности их владельцев. Волшебники уставились друг на друга.
– Поттер… – начал было мужчина в чёрном.
– У нас час, иначе получим откат, – ответил ему мужчина в синей мантии.
В это момент раздался звон стекла. Один из домов полыхал. Волшебники, не сговариваясь, переместились туда. Молодого парня в воронку затащил чародей в синей мантии.
Лорд Ардвидссон с сыном и профессор Снейп, увидели остановившуюся машину, из которой вышли двое подростков. Мальчишек шатало, но они держались на ногах.
– Гарри, – крикнул Лорд.
* * *
– Кто такой? – перебил его Поттер, направляя пистолет.
– Я лорд Ардвидссон…
– А я Дэвид Хэтвилд, – зло сказал Гарри.
– Пароль от зеркала «Азазель».
– А ты? – спросил я, наведя пистолет на другого мужчину.
– Северус Снейп. Перед моим отъездом ворон принёс мне несколько лукотрусов в обмен на печень дракона.
– Это они, – устало сказал Гарри.
В этот момент с палочки опекуна сорвался красный шарик и дом ярко заполыхал.
– А меня проверять не будешь? – сказал знакомый ехидный голос.
– А твою рожу, Бойко, даже проверять не надо, и так понятно, что только ты носишь белые кеды, – ответил я, а потом стало совсем плохо.
Последнее, что мне запомнилось, перед тем, как провалился в темноту, были руки Снейпа, которые поймали моё падающее тело.
* * *
Я очнулся в какой-то комнате, лёжа на кровати. Надо мной был грязный, давно небелёный потолок. Рядом, на этой же кровати, спал Гарри. К моему горлу подступил тяжёлый ком, и, понимая, что сейчас произойдёт, я перевернулся на бок и склонил голову над полом, но тут моё тело кто-то вновь попытался уложить на кровать. Пришлось оттолкнуть этого человека рукой. Меня вырвало. Всё, начался отходняк.
Когда-то давно, в прошлой жизни, мы с братом Димой и ещё двумя ребятами убили человека. Это был педофил, который изнасиловал нашу соседку – десятилетнюю девочку. Она умерла в больнице, а его отпустили. Блядь, трое свидетелей, экспертиза, которая показала, что это он, – и подписка о невыезде! Умом Россию не понять. Я помню, как мы забили его насмерть арматурными прутьями, а останки упокоили в бетонном растворе строящегося неподалеку дома. Тело этого урода так и не нашли. В бетоне вообще что-то найти нереально. Недаром в куче кинофильмов бандиты закатывают своих недругов в бетон. Вот там мне было очень плохо, а тут – мелочи. Подумаешь, опять человека грохнули. Больше реакция на непростительное заклинание. Круцио, как и два других, одинаково действуют: что на магов, что на магглов. Именно такими мыслями я успокаивал себя, а вот на краю сознания маленький противный червячок всё же грыз мою совесть или совесть меня…
Кто-то над моей головой выругался, что-то там сказал, а затем мне к губам поднесли что-то, сильно пахнущее мятой.
– Пей, – раздался голос Снейпа.
Я послушно выпил содержимое флакона. В голове прояснилось, желудок перестал скручиваться дугой. Мы находились, скорее всего, в гостинице. По видавшим более хорошие времена кроватям и отклеивающимся обоям можно сделать вывод, что гостиница дешёвенькая. В комнате горела только настольная лампа. А судя по задернутым шторам и темноте – всё ещё длилась ночь.
– Где мы? – спросил я, садясь на кровать.
– В одном очень интересном месте, – ответил Бойко.
– Не выделывайся, – ответил я. – Сильно всё плохо?
– Очень.
– Ваши охранники найдены убитыми у себя в номере, а вас и след простыл, – произнёс Лорд.
– Моника? – я испугался за агента.
– Напугана, но живая. Её пытались увести с мероприятия, чтобы поговорить, охрана убита. Её спасло то, что она была всё время на виду видеокамер и фотоаппаратов, – сказал Бойко.
– Что будем делать? – услышал я за спиной голос Гарри.
Пока мы перекидывались фразами, Снейп привел его в чувство и чем-то напоил – пустой флакон стоял на тумбочке.
– Чтобы вы понимали всю ситуацию, – спокойно проговорил Лорд, – Вернон попросил вас перевезти очередную партию драгоценностей. Вы, как любящие детки, согласились. В какой-то момент к вам в рюкзак с товаром попал наркотик и детали от станка для денежных знаков. Я прав?
– Пока да, но деталей от станка не было, – ответил я.
– Были, – сказал Гарри, – я, когда спускал в унитаз порошок, видел внутри пакета какие-то буквы и цифры металлические.
– Далее вы, испугавшись, спустили в канализацию всё, что нашли чужого в сумке, а затем попытались сбежать, – продолжил мужчина, – но не получилось, поймали.
– Да.
– Тебя и брата держали в подвале дома, а затем вы смогли бежать, предварительно уничтожив коттедж. Я прав?
– Да, – ответил Гарри.
У брата уже все пальцы были на месте и мочки ушей тоже. Хм, оперативно опекун сработал.
– Вас обоих били и пытали круциатусом.
– Меня били, отрезали палец и вырвали серьги, – хмуро сказал брат.
– А меня били и приложили непростительным. Как вы нас нашли? С него же всё сняли.
– По откату. Гарри грозила смертельная опасность…
– Это понятно, – перебил я, – а он что тут делает?
Я показал пальцем на Снейпа.
– Когда-то я дал клятву защищать Гарри Поттера…
– И где же ты, сука, был тогда? – злобно зашипел на него брат.
– Пять лет назад? – спокойно уточнил он. – Я прибыл по зову, но обнаружил пепелище и маггловских военных. Вас я не увидел. Арабелла Фигг сказала, что вы улетели в Европу. Тогда я получил очень сильный откат.
– И как же вас угораздило-то? – поинтересовался я.
Снейп только сжал кулаки и не ответил.
– Так, – слово взял Лорд, – слушаем внимательно. Сейчас нам нужен скандал, да такой, чтобы все газеты об этом трубили. Я не всесильный.
– Это отведет подозрения от вас в том, что вы причастны к смерти охранников и тех мафиози, – влез Бойко.
– Поэтому у вас сегодня, – злорадно ухмыльнулся лорд, – большая оргия.
– Чё? – спросил я.
– Оргия, мальчики, оргия. Знаете, что это такое?
– И как нам это поможет? – недоумевал Гарри.
А я всё понял. Наши голые тела снимут папарацци, и алиби о том, что мы всю ночь кувыркались с девочками, облетит всю планету. А учитывая наш возраст, нам ничего за это не будет. Ловко придумано. Ох, не так я хотел лишиться девственности в этом теле!
Дальнейшие события развивались быстро. Лорд и Снейп удалились, предварительно напоив нас еще успокоительными зельями. Мы разделись полностью и в комнату пришли три девушки. Я, Бойко и Поттер начали новый акт марлезонского балета.
* * *
Утром мировые таблоиды трубили о том, что мы устроили оргию со шлюхами в дешёвой гостинице. Наши фото в голом виде растиражировали все, кто мог. Это был колоссальный удар по репутации, можно смело ставить крест на карьере, но не говорить же о том, что ничего не было. Постановка. От пережитого и количества успокоительного ни у одного из нас даже не встал. И мне и Гарри просто хотелось спать. Небольшая заметка о том, что четверо охранников убиты, а на окраине Парижа сгорел коттедж и трое его постояльцев, на фоне скандала малолетних секс-символов выглядела бледно.
Рюкзак с камнями забрал Ардвидссон. У него намечается тяжёлый разговор с Верноном. А нас передали Монике. Та была бледная и нервная. На ногтях содранный лак, волосы уложены кое-как. Видно, и у неё была тяжелая ночь. В десять утра рейсом Париж-Лондон мы вылетели домой. Сил не было. Как и в случае нашего первого похищения, наступило сонное оцепенение. Хотелось спать, спать и ещё раз спать.
В аэропорту столицы Великобритании нас встречали журналисты. Их было столько, что глаза разбегались. Знаете, как у политиков – целая куча народу, что пройти невозможно?
Получив на таможне штамп в паспорте, мы вышли в зал. Нас сопровождали аж восемь охранников из людей Фабстера.
– Мистер Дурсль, мистер Дурсль, как вы прокомментируете эти фото?
– Фанаты требуют объяснений…
– Как вы можете…
И ещё много чего неслось нам вслед. Охрана просто никого не пускала к нам. У самой машины, я, взяв микрофон близстоящего журналюги, сказал:
– А завидовать надо молча, – и гордо удалился в авто.
Этим же вечером вышел сюжет про наше недостойное поведение и даже кадры с места события. Хорошо хоть не видно, что не стоит у меня. Снимали-то со спины. Гарри проще – он лежит, а девушка на нём, типа, прыгает. Голая задница Бойко была видна на каждом фото. Его имени не назвали, просто бывший «бас-гитарист», а этих гитаристов у меня было пруд-пруди. На фоне данного сюжета, который размусолили почти на полчаса, минутная заметка о происшествии в гостинице не привлекла внимания. Смещение акцентов налицо.
События во Франции не прошли для нас бесследно: толпы журналистов осаждали дом, мелькали сюжеты в новостях и статьи в газетах. Кто-то восхищался, кто-то осуждал, а кому-то было плевать. Предложения поучаствовать в различных ток-шоу сыпались как из рога изобилия. А вот предъявить нам что-то было нельзя – это произошло на территории другой страны, да плюс наш возраст. И Дурсль с Ардвидссоном подсуетились. Власти молчали, работали только журналисты.
Гарри стал очень плохо спать. Часто кричал во сне, а через три дня после всех этих событий он переселился в мою комнату, хорошо, что кровать большая. Нет, никаких намеков на однополые отношения. Просто ему было плохо. Да и я чувствовал себя паршиво. Воланд даже перестал задирать Капрала и всё время проводил с Гарри, тарахтя как трактор. Целую неделю нас не выпускали из дома – мы сидели с детьми, играли с собаками и котами, делали летнее задание и бренчали на гитарах.
Обслуживающий персонал косился, но молчал, и только Фрэнк высказался, мол, сиськи у девок маленькие. Петунья и Мардж были в курсе ситуации, по шее получил отец. Вернон Дурсль пропадал с утра до вечера, дома почти не появляясь. Я понимал, что где-то что-то происходит, смотря на банковские выписки – мой счёт уменьшался в геометрической прогрессии, так же, как и счёт Гарри. Моника поселилась у нас – она была хмурой и молчаливой.
Вечером двенадцатого июля Вернон и Уильям Фабстер пришли в комнату, где мы с Гарри бренчали очередной «хит».
– Дадли…
– Папа, что-то случилось?
– Да, случилось, – вмешался полковник, – вы уезжаете из страны.
– Насовсем? – с надеждой в голосе начал было Поттер.
– Нет. До конца лета.
– Всё так плохо? – я не на шутку встревожился.
– Скажем так, – ответил Вернон, – мы задели интересы очень влиятельных людей. Переезд из этой страны я стал планировать после первого похищения в Рождество. А попытка убийства в «Селфриджисе» только подтвердила мои опасения.
– Может, расскажешь? – сказал Гарри.
– В Европе идет делёж власти между криминальными группировками. Груз предназначался для перепродажи. Стоит он… дорого стоит. Курьер, который перевозил пакеты, понял, что его собираются убить, и скинул их в первую попавшуюся сумку. То, что это попало в ваш рюкзак – чистая случайность. Курьера поймали, допросили. Под подозрением вы и группа, которая давала интервью до вас. Принялись за них – прошли в номер, перерыли вещи и ничего не нашли. Парней спасло то, что они были сильно пьяны и просто проспали обыск. Тогда отправились к вам. Начали с охраны – их пристрелили. Затем, по вашему стремительному бегству, поняли, что груз находится у вас. Вот так вы и попали.
– Я не понял, – начал Гарри, – наши лица знают все. И если с Дадли всё понятно, то за мной стоит Ардвидссон. Кто этот камикадзе, который решил пойти против него?
– Здесь замешаны и маги, и магглы. Наркотики во всех мирах популярны. Лорд взял на себя разборки с магической частью, а мы с маггловской. Ты ведь видел, сколько денег ушло с твоего счёта.
– С магического – две трети, с обычного – больше половины.
– Ты правильно сказал – камикадзе. Азиаты, очень… специфичный народ.
– То есть, – начал я, – японцы решили профинансировать кого-то из криминала с помощью героина и поддельных денег. Мы поломали им всю игру. Ты и Лорд, с помощью уже настоящих денег, откупился или уничтожил проблему.
– Примерно так, – Вернон поморщился. – В Англии я уже все дела закончил. Этот год – последний здесь. И у тебя в школе тоже. Мне пришлось отдать очень много денег, чтобы выкрутиться из этой истории и выйти из контрабандного пути. Одно из условий, которое мне поставили – никакого бизнеса и нашего присутствия на Альбионе. Хотя тебя можно и оставить, доучиться.
– То есть, это не бегство, а хорошо спланированная операция?
– Да.
– А я? Хогвартс? – начал Гарри.
– Увы, – Дурсль развёл руками, – тут я бессилен. Так что каникулы ты будешь проводить в другом государстве.
Пятнадцатого июля нас очень тихо и скрытно переправили в аэропорт. Вернон выкупил весь самолет, и теперь я, Гарри, Моника, Воланд, Капрал и Долли летели в неизвестность…
____________________________________________________________________________________________
*отсылка к песне группы Ария «Ангельская пыль»
Глава 32 Турнир Трех Волшебников. Часть первая.
Вы когда-нибудь летали в пустом самолёте с двумя котами и собакой? Рекомендую – впечатления незабываемые! Капрал и Воланд залезли в багажное отделение и не могли вылезти. Долли застряла своей собачьей задницей в полке для багажа (вот как она туда попала?). Кузен вечно терял свои вещи, которые я и стюард потом искали. Моника не вылезала из туалета (а нечего жрать столько морепродуктов!), двое охранников делали вид, что спали. Короче – дурдом!
Мы были очень рады, когда летающее судно приземлилось в аэропорту Монреаля. Нас тихо и быстро погрузили в машину и так же тихо увезли в Мотебелло. Наша охрана состояла из оборотней – шесть недочеловеков. Четверо мужчин и две женщины. Все очень быстрые, сильные и ловкие. Двое из них сопровождали нас ещё с Лондона. Фенрир Сивый и его команда считались лучшими европейцами-телохранителями и боевиками. Они могли оборачиваться вне зависимости от фаз луны.
Дом недалеко от Монреаля, в Монтебелло, был небольшим для девяти человек – семь спален, две гостиных и три ванных с туалетом. Его окружал хвойный лес, а неподалёку было небольшое озеро. Здесь мы проживали уже почти два месяца. Это были самые спокойные и плодотворные каникулы за последнее время. Мы с кузеном поселились в одной комнате и сдвинули односпальные кровати друг к другу. Поттер до сих пор боялся спать один. А ещё в комнате поселились телевизор и игровая приставка. Эх, моё российское детство форевер! «Мортал Комбат», вперёд! Сивый грозился выкинуть «Сегу», если мы не будем вовремя ложиться спать.
Первое, что сделал Гарри, когда узнал имя руководителя наших охранников, так это бесцеремонно задал вопрос:
– А правда, что вы Люпина укусили? – спросил он за ужином.
– А он рассказывал, как отец принёс его к нам, умирающего от укусов обычного волка, и умолял спасти?
– Не-е-е, не говорил, – протянул кузен, – виноваты все, а он такой, весь… Дад, как ты там говоришь?
– Он такой весь в Дольчегабана. А он такой весь, на сердце рана! – ухмыльнувшись, пропел я.
Народ, сидящий с нами в столовой, дружно заржал.
– А почему он ушёл? – не унимался Поттер.
– Учиться не хотел, – ответила Джуди, девушка-оборотень.
– Быть оборотнем не так просто, – начал объяснять Роберт, – нужно обуздать зверя, пробудить в себе магию волка и прийти к гармонии с собой. Это сложно и очень больно. Гораздо проще обидеться на весь мир, пить антиликантропное зелье и учиться магии волшебников.
– А что значит: магия волка? – не утерпел я.
Клариссия вышла из-за стола и у нас на глазах превратилась в огромную рыжую волчицу – прямо как в «Сумерках»!
– Вау! – вырвалось у нас троих.
Воланд зашипел, Долли на брюхе подползла, а Капрал с интересом обнюхивал обратившуюся женщину. Затем она опять стала девушкой, накинула на голое тело халатик и гордо уселась ужинать дальше.
– Магия волка – это умение обращаться в любой момент. Такому оборотню не страшны зелья и заклинания в волчьем обличие, – начал Сивый.
– А Авада? – спросил Гарри.
– Авада потому и названа непростительным заклятием, что действует на всех, у кого в жилах тёплая кровь, – ответила Джуди.
– То есть, – начал Гарри, отпив какао из чашки, – на вампира не подействует?
– Если хочешь, можешь проверить, – хмыкнул Роберт.
– В смысле?
– За озером гнездо вампиров…
– Но они вегетарианцы и едят животных, – съехидничал я.
– Откуда знаешь? – удивилась Джуди.
Ох ты ж ёлки! Я ещё и в «Сумерки» попал? Оказалось, что почти – за озером действительно жили вампиры, правда, не совсем вегетарианцы. Кровь они пили донорскую. Сами работали в больнице – глава гнезда и его пара – в обычной, а трое птенцов – в ветеринарной. Довольно милые личности. И да, вампиров существует несколько разновидностей, так же, как и оборотней. Есть вампиры, боящиеся солнечного света, есть те, кто может употреблять только человеческую кровь, и те, кто пьет кровь только живых.
День рождения прошёл как-то скомкано. Наша охрана нас поздравила, подарила торт и принесла кучу подарков от друзей-родственников-поклонников. Всё, вот и весь праздник. Разительный контраст с пафосной вечеринкой в прошлом году. Но самое главное случалось ночью. В нашей компании было трое девушек – Клариссия, Джудит и Моника. Девушки принесли алкоголь и устроились в гостиной. Мужчины разбрелись по своим постам. Утром Гарри Поттер обнаружился в женской спальне, голый, в обнимку с двумя женщинами-оборотнями (тоже голыми). А я провёл ночь в объятиях Моники. Ни в прошлой жизни, ни в этой никогда у меня не было женщины старше на семнадцать лет. Мисс Мейбл оказалась страстной красавицей, и к утру я был выжат как лимон.
Эти полтора месяца отдыхать нам не пришлось – физическая подготовка наше всё! А Гарри ещё и с магической доставалось. Подъём, пробежка, зарядка, купание в чуть тёплом озере и уроки выживания. Вернон и Ардвидссон, видимо, сделали выводы, и нас учили выживанию на природе, в городе, стрельбе из оружия, метанию ножей, оказанию первой помощи.
Роуз и Райджел Блад, вампиры из гнезда, согласились давать нам с братом уроки по медицине. Если бы мне не сказали, что это кровососы, то ни за что не догадался бы! Очень интересные люди, то есть вампиры. И да, Авада на них не действует. По их словам, им стало скучно, а мы – довольно интересный повод разбавить длинную жизнь. Кстати, фильм «Сумерки» врёт. Вампиры – холодные, и в штанах у них ничего не встаёт. Сексом они занимаются исключительно в ментале, то есть в голове. Данный вид жизни владеет ментальной магией и умеет воздействовать на мозг.
Пока Гарри с нанятым репетитором отрабатывал очередные чары, мне вручали поводок и отправляли гулять с собакой и с Моникой (и парочка телохранителей в виде волков в кустах, а также один из вампиров). Животные были счастливы! Долли много бегала, Капрал нагло спал и ел, а Воланд таскал мелкую живность – белок, бурундучков, соек, кукушек. Котяры, похоже, спелись и жрали добычу вместе, а Капрал умудрялся подворовывать из закрытого холодильника еду, которую по-братски делил на троих.
Азазель прилетел сам на третьи сутки нашего пребывания. Умная птичка принесла письмо Гарри. Опекун настоятельно просил не высовываться и не искать приключений. Ну, а мы и не против.
Список магической лабуды к новому учебному году прилетел вместе с красивым филином и письмом от Кристиана Флинта. Наша «выходка» произвела фурор в магическом мире, и Гарри теперь антигерой номер один. Также Флинт сообщил о том, что в Хогвартсе в этом году пройдёт Турнир Трёх Волшебников.
– А что за штука, этот турнир? – опять пришлось косить под идиота.
– Три школы соревнуются между собой – чей ученик сильнее, умнее и быстрее, – ответил Сивый.
– Так школ же много, – сказал я.
– По очереди. Турнир проводится каждый год. В прошлом году были японцы, американцы и чилийцы. В этом Хогвартс, Дурмстранг и Шармбатон. Дурмстранг – русско-европейская школа магии. Шармбатон – французская.
– И что-то мне подсказывает, что мой брат будет втянут в этот турнир…
– Невозможно – ограничение на участие, – перебила меня Клариссия.
– Уверен, – хмуро отозвался я.
Гарри заинтересованно посмотрел в нашу сторону. Он точно слышал разговор, но предпочел промолчать.
Закупать волшебные принадлежности кузен отправился в волшебный квартал Монреаля. Хотел прихватить и меня с собой, но я настойчиво отказывался. Не хватало мне этого! Я маггл и влезать в мир волшебников не горю желанием – прибьют, и никто не узнает, где могила моя. Да, убить маггла Дадли Дурсля намного проще, чем маггла Дадли Дурсля рок-звезду, но всё равно было боязно.
Вот интересно получается – я маггл магглом, а так повлиял на историю. Если говорить прямо – свою прошлую жизнь я просрал. Матери сердце разбил, брату головную боль доставлял, был редкостной скотиной и эгоистом. Но именно мои увлечения и эгоизм позволяют мне выжить в этом мире.
Первого сентября Гарри Поттер и Воланд отбыли порт-ключом в свою магическую школу, а мой самолёт вылетает завтра утром. Пользоваться транспортом волшебников мне не хотелось – ощущения не очень приятные, плюс к этому – как объяснить моё перемещение таможне? В паспорте-то печать стоит. Если все дела Гарри решал Ардвидссон, то мне приходилось крутиться самому. Нет, я абсолютно не в обиде. Мы из разных миров, и жить нам по разные стороны барьера. Нелюбовь кузена к опекуну я абсолютно не понимаю – нормальный мужик, печётся только о себе и семье. У него поучиться надо. А то, что скотина полная – так кто же не без греха?!
Мой отлёт и прилёт был тихими – ни журналистов, ни папарацци. Только несколько фанатов попросили автограф. Хорошо, что сейчас не двухтысячные с их мобильниками, можно быть лохматым и невыспавшимся. А когда начнется эра высоких технологий, так не получится – необходимо быть собранным, красивым, стильным, поскольку любое твоё действие окажется в интернете…
Дом встретил меня тишиной. Тетя, мама, братья и собаки ещё вчера отбыли в тот самый дом, в Канаде. Все газеты раструбили, что у Ричарда Дурсля какой-то хитромудрый порок сердца и, ах, только канадские врачи из Торонто согласны прооперировать ребенка! Какая, право, неожиданность. А лучшая подруга и родственница Марджори Фабстер решила поддержать несчастную женщину и бедного ребенка, который привык к своим братьям. Но вставала одна проблема – маггл Дадли Дурсль и его брат Гарри Поттер нафиг никому не сдались, а вот юные рокеры Даддерс и Гарольд Дурсли необходимы всем и каждому. И исчезнуть просто, потому что левая пятка зачесалась, не получится.
* * *
– Вы только посмотрите, что он творит? – надрывался комментатор Людо Бэгмэн. – Да-а-а, такого Турнир ещё не видывал!
Фигурка брата была просто крошечной по сравнению с драконом, которого ему необходимо обхитрить. Но вот только у кузена были другие планы. Гарри абсолютно флегматично выпустил в крылатую ящерицу пару заклинаний. Сделал вид, что он не может ничего поделать, и в небо взмыли красные искры – сигнал о помощи, означающий «Сдаюсь». К разъярённой хвостороге ринулись драконологи, а мой кузен со спокойным видом стоял возле выхода из загона. Он не выполнил задание – яйцо так и осталось лежать в кладке.
– Как же так?! – непонимающе говорил рыжий Персиваль Уизли.
– А он и не просил участия в этом соревновании, – сказал я, – его подставили. Номинально, Гарри явился на испытание, а вот про прохождение условий не было. Так что всё честно.
Я сидел на трибуне для ВИП-посетителей в Школе Чародейства и Волшебства «Хогвартс». Справа от меня лорд Ардвидссон – Гарькин опекун. А слева – Снейп. Мужчины «спелись» и теперь вдвоем муштруют кузена.
– А вы, юноша… – начал длинноволосый блондин рядом с профессором зельеварения.
– Даддерс Дурсль, – представился я, – рок-звезда и скандальная личность. А вы отец…
– Я отец Драко Малфоя. Мое имя – Люциус Малфой, – перебил меня тот, боясь, что я сболтну лишнее. Ну да, с его родной сестрой-сквибом и младшим сыном мы были знакомы лично – они приходили на концерты. А выставку картин Алисы Малфой посетил каждый уважающий себя лондонец.
– Вы считаете, что ваш брат верно поступает? – насмешливо спросил Снейп.
– Абсолютно, – ответил я. – По правилам Турнира он обязан явиться на испытания, а вот проходить их с честью и мужеством не обязательно. Да и к тому же, Гарри это не надо. Денег у него много, славы тоже. На кой ляд сдался ещё и этот турнир?
После слов «На кой ляд» в мою сторону с интересом посмотрел мужчина в бордовой мантии, под которую была пододета косоворотка.
– Но как-то же его имя оказалось в кубке! – возразил Малфой.
– Обычная подстава, – ответил я.
– Как с вашими фото? – не удержался Снейп.
– А что с фото? – я сделал невинное лицо. – Там всё красиво сфотографировано и является чистой правдой. Знал бы, что в газету попаду – снял бы номер пошикарнее и девок погрудастее.
Малфой закашлял, Уизли выпучил на меня глаза, леди Лонгботтом одобрительно кивнула, мужчина в косоворотке закашлял в кулак, а Снейп ухмыльнулся, и никто, кроме меня, не заметил, как со старенькой мантии Персиваля слетел маленький жук.
– Дадли, – покровительственно сказал опекун, – можешь пойти проведать брата, через десять минут отправляемся.
Я кивнул и направился на выход. Меня окружила охрана в количестве четырех боевых магов в тёмно-зелёных мантиях, и мы направились к палатке чемпионов.
Сегодня утром вместе с лордом Ардвидссоном я попал туда, куда меньше всего стремился – в Хогвартс. Почему? Потому что я статист в пьесе, а до финала доживают лишь главные герои. Предпочту жизнь на обочине канона, где выстрою трехэтажный особняк и обнесу его колючей проволокой под напряжением. А то вдруг какая волшебная пакость решит залезть в мою скучную маггловскую жизнь.
