Текст книги "Магл (СИ)"
Автор книги: Лилиан Катани
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 24 страниц)
– А распределение?
– Да что распределение? Бред сивой кобылы! Надел шапку на голову, и она говорит, на какой факультет тебе идти.
– Как ты её уговорил отправить тебя к хафам?
– Сказал, что мой друг там, и я хочу к нему. А на Слизерине холодно!
– Гриффиндор не предлагала?
– Нет. Сказала, что в такой душе благородства нет. Упорно к змеям отправляла. Знаешь, реакция на мою фамилию была бесценна – тишина гробовая! А когда меня к барсукам отправили… Таких оваций я никогда не слышал!
– Уизли куда попал?
– Ко львам, Малфой к змеям.
– А эта… Грейнджер?
– Ко львам. Жаль её.
– Почему?
– Умная, ей к Воронам надо было, а её в этот… хлев засунули! Хотя – сама виновата! Захотела быть самой умной на фоне дегенератов, так пусть расплачивается. Она заучка и всех поучает, как надо и как не надо делать.
– А чем тебе трансфигураторша не угодила?
– У неё на втором курсе учится парень – Эрнст Холлфейн. Он малообеспеченный. Так ей пофиг на то, что у него одежды толком нет, канцелярия тоже отсутствует. Близнецы Уизли над ним издеваются, а она даже палец об палец не ударит. Ну, я ему куртку и гриндерсы отдал, и рюкзак, и почти все перья.
– Короче, подобрал, как Воланда. Теперь присматриваешь…
– Да ну тебя! Доброе дело сделал, а ты!
– Не дуйся! Хорошо, что помог. Просто боюсь, что это войдет в привычку у него, либо он будет чувствовать себя обязанным тебе.
– И что ты предлагаешь?
– Работу ему на лето найти. Надо с Моникой переговорить. Может, на студии есть работа по типу «принеси-подай», какая-никакая денежка будет. Чем тебе ещё эта тетка не угодила?
– Всем! Оценки занижает, хотя у меня всё с первого-второго раза получается, баллы с факультета снимает. Я её вообще в ступор ввёл, когда сказал, что раз за эти баллы я ничего купить не могу, так и зарабатывать их не буду.
– И…
– Отправила меня на отработку к Филчу.
– Полы мыть?
– Полы пусть Уизли с Малфоем моют! А я с ним подружился – он мне замок показывает, истории разные рассказывает. У него такая кошка классная! Миссис Норрис. Я ей весь «Вискас» скормил.
– А Воланд?
– А Воланда на кухне кормят, и он всё-таки задавил крысу Уизли и ещё пару чьих-то жаб.
– Ты насчет крысы уверен?
– Уверен. Она на столе сидела в Большом зале. Так Воланд ей одним прыжком хребет переломил.
– Воплей было…
– Ага. Вот только нихрена у них не получилось. В письме было сказано про сову, кошку или жабу, а у него крыса. Так что он пролетел как Фаньер над Парижем!
– Кота не обижают?
– Кто?
– Уизли!
– Они, конечно, идиоты, но не до такой степени. Он с миссис Норрис сдружился и ещё с кошкой Булстроуд из Слизерина. Воланд – первый парень в замке. Попробуют тронуть – их вся женская половина кошачьего царства сожрет. Хотя они те ещё придурки.
– В смысле?
– В начале года Дамблдор сказал, что третий этаж закрыт. Не ходите туда, если не хотите умереть.
– И они пошли?
– Хуже! Эти дебилы выпустили трехголового пса! Хорошо, что я не пошёл в тот день…
– Та-а-а-к, с этого места поподробней!
– Ну… Малфой повздорил с Уизли, что-то там на мой счёт. Я-то понимаю, Драко всего лишь хотел его позлить. Так рыжий назначил дуэль от моего имени на третьем этаже.
– А ты?
– А я даже и не думал идти. Уизли надо, вот пусть и топает. Он там утром на весь зал орал, что я трус. Так потом, в туалете, я ему популярно объяснил, что трус и пиздабол именно он.
– Сам объяснял? Поймали? Синяки? – б-р-р-р, ну и монстра я воспитал!
– Нет. С Гойлом и Джастином объяснял. Твою науку, куда бить и как бить, я помню. Близнецы что-то там вякнули, но я намекнул, что если они не заткнутся, я скажу, кто собачку выпустил.
– Джастин же магглорожденный! Как Малфой с ним общается?
– А он как сказал, что ему в волшебном мире делать нечего и он уже помолвлен, так Малфой перестал рожу кривить.
– А он помолвлен?
– Да.
– Бедный.
– У аристократов всегда так. Малфой с Паркинсон помолвлен. Гойл с Булстроуд. На Слизерине только итальянец Блейз свободный – ему невесту во Франции подбирать будут.
– А я с родственником Флинта учусь!
– Знаю. Он мне сказал. Малфой попросил не распространяться про их родственников.
– А Грейнджер чей потомок?
– Дагворта-Грейнджера. Его брат был сквибом и женился на маггле. У них родилась дочь – мать Гермионы. Её отец взял фамилию жены.
– А почему брак с такими нежелателен?
– Как мне Макмиллан объяснил – они тянут силы из родового камня. Потомки таких слабы магически и для своей магии вытягивают силу из алтаря. Поэтому брак с ними нежелателен.
– А твоя мама?
– Она обретённая. В роду никогда магов не было. За такими идет охота.
– Ты говорил, что Уизли – предатели крови. Это как?
– Малфой сказал, что их дед уничтожил свой замок, родовой алтарь и своего отца. Вот и получил клеймо.
– Они тоже тянут магию?
– Они её теряют. Такие рождаются нормальными магами, а к совершеннолетию становятся почти сквибами. Домашние чары – их предел. Сотворить что-то более энергоёмкое, чем «Репаро», они не могут.
– Но у него же братья…
– Один брат навоз у драконов выгребает, другого гоблины в рабство взяли в обмен на магию. Там один Перси только что-то пытается сделать. Брак с такими – позор.
– Грейнджер вроде сильная волшебница.
– Сильная волшебница или нет, можно узнать только после тринадцатилетия, ну, иногда раньше. Там что-то с созреванием. Я так и не понял.
– Ну и дела.
– Мне так объяснили.
– Как там твоего ворона приняли?
– Всем Райвенкло кормят. Флитвик от него в восторге. Разожрался и обнаглел. Только мясо требует. Он с деканом Слизерина дружит.
– Со Снейпом?
– Ага. Он ему каких-то мелких пауков и червяков таскает.
– А ты?
– А я не таскаю.
– А ты как со Снейпом?
– Нейтрально. Я не трогаю его, он не трогает меня. Он что-то там попытался на первом уроке сказать, но потом его Спраут к стенке припечатала. Больше не лезет.
– Спраут?
– Наш декан. Классная тетка. Мне её уроки очень нравятся. Ты же знаешь, я люблю с растениями возиться.
– И чем тебе в Хогвартсе не нравится? Я так и не понял.
– А что хорошего? Практических знаний только три предмета. Остальное мура мурой. Всё это можно за месяц пройти. Хорошо, что Флитвик мне рояль нашёл. Теперь каждое воскресенье Синистра под мой аккомпанемент танцам учит. Хоть играть не разучусь.
– Тебе Лорд говорил о планах на тебя?
– Говорил.
– И?
– Знаешь, до Хога я не понимал его.
– А сейчас?
– А сейчас считаю, что волшебники идиоты и сами загнали себя в эту ловушку.
– Мы договорились, что до ломки твоего голоса ничего менять не будем.
– Ох-хо-хо, как всё сложно!
– Не расстраивайся. Твоя задача – взять от школы максимум, а там будем думать.
– Эй, звёзды эстрады, ну-ка, спать! – в двёрном проеме показалась голова Мардж.
Пришлось разойтись по кроватям. А я всё думал… Если крыса – это Петтигрю, то ему наш кот хребет сломал, и канон идет лесом. А если нет? А как же тролль? Гарри ведь не в Хогвартсе. С этими мыслями я уснул.
* * *
Утро встретило нас звонким собачьим лаем. На часах было семь утра. Я, зевая и потягиваясь, спустился на кухню. Гарри уже завтракал яичницей с беконом.
– Доброе утро, Дад.
– Какое доброе? Семь утра!
– Я в шесть встаю. Мы зарядку делаем, бегаем, собираемся. В семь утра такая очередь в душ, так что приходится вставать рано!
– Душ один на всех?
– Да. Там десять кабинок на всех мальчиков курса. Бытовые неудобства форевер! Средневековье с вкраплением современности. Ты не представляешь, какое блаженство наша ванна! Привидения не залетают, дверь не исчезает, ручки не кусаются!
– Как мало тебе для счастья надо!
– Сам в шоке, – ответил Гарри и продолжил поглощать бекон.
– Гарри, я тут подумал. Хочу сингл написать. «Страшные сказки». Ты походи по Хогвартсу, узнай страшные истории, а я их на песню положу. Идёт?
– Вот тебе история. Злой волшебник был милым мальчиком, а затем взял себе кошачью кличку и начал убивать направо и налево. Подойдёт?
– Кошачья кличка – это Воланд?
– Ага. Все на неё поначалу неадекватно реагировали – вздрагивали, глаза большие делали. Потом привыкли. Слизерин оценил. Воланд так вообще частый гость у них в гостиной.
– Мне три истории нужно. Их должен хорошо знать волшебный мир.
– Хочешь сочинить такое, чтобы все волшебники себя узнали?
– Да. Хочу страшные истории.
– Может, проще обычные сказки переделать? Ну, типа «Красной шапочки»? На самом деле волк был оборотнем и родным сыном бабушки, отцом «Шапки». А её обратил. Охотники убили волка, но «Красная шапочка» осталась оборотнем. Ну как?
– Попробую. Но ты всё равно узнай в Хогвартсе страшилки.
– Хорошо.
– Я почти сингл закончил. Скоро начну запись.
– Потом покажешь и слова пришлёшь.
* * *
В семь часов мы выступаем на вечеринке в честь Хэллоуина. Не знаю, как Дэвид и Нэш это провернули, но теперь мы стали играть первыми на выступлениях со взрослыми рокерами. По-моему, неплохо. Гарри нервничал. Он давно не играл.
Три… Два… Один! Занавес сняли и… первой шла «Фейерверк»! Поттер «отрывался». Было видно, что он соскучился по сцене. Спел все мои партии, заводил толпу. Ну прям зайчик-энерджайзер. Получилось здорово! Мы уже потом узнали, что был прямой эфир с этого мероприятия, и наша «93 Million Miles» попала. Гарри умудрился переговорить с Нэшем насчет своего однокурсника. Не знаю, как, но у него получилось. Нэш согласен побеседовать с парнем на каникулах и взять его в студию на подработку. Ну хоть так. Перед отправлением кузена в Хогвартс появился Дэвид, поздравил с эфиром и сказал, что на рождественских каникулах у нас большой тур. Потребовал на выходных показать ему, что я насочинял. Наша идея со страшными сказками ему пришлась по вкусу. Дал добро, но попросил без крови. Эх, вот кто меня за язык тянул? Ладно, сочиним сингл «сказок» и сингл «обычных» песен.
Нагруженный покупками и подарками Гарри порт-ключом отбыл в Хогвартс. Мне же утром ехать в школу.
Глава 25 Рождественская...
Время до Рождества не прошло – оно пролетело со скоростью ракеты! Школа, запись, выступления, сюрприз от родственников… С одной стороны, я был жутко уставшим, но с другой – довольным. Доволен тем, что двигаюсь, работаю, совершенствуюсь. Наконец-то ушли «зажимы» из кисти, и играть стало намного проще.
Мои соседи по комнате «обрадовали» меня, что их родственники в полном составе смотрели трансляцию нашего выступления.
– И как? – спросил я Грега, с которым у меня были самые хорошие отношения.
– Не одобрили. Но Малфой сказал, что деньги не пахнут.
– Это чем-то грозит Гарри?
– Ну-у-у… Он не самый завидный жених у чистокровных.
– Так у него же денег…
– Дад, не в деньгах дело. Дело в дарах и магической силе. Твой брат растрачивает её на музыку, а что он передаст своим детям?
– Деньги.
– Деньги решают не всё.
– Не смеши! Деньги правят миром. Дай мне денег, я покажу, как решить проблему.
– Вот этим ты и отличаешься от волшебников и сквибов. Не заморачивайся, тебе не понять. Учитывая, что за Гарри стоит сам Ардвидссон, пытаться что-то сделать ему – это чистое самоубийство.
Я и не заморачивался. По сути, Гарри, для меня – обуза. Один я больше заработаю. Поттер связывает по рукам и ногам, но до ломки голоса мы друг от друга никуда не денемся. Нет, я не против, что Гарри со мной на сцене, что я за него заступаюсь. Просто сейчас я как никогда стал осознавать, что мы из разных миров, и Гарри вряд ли будет в моем мире. Скорее всего, он всё же выберет волшебный мир, а я… а я хочу на сцену. Сцена – это наркотик! Реально, наркотик. Выброс адреналина, особый ритм дыхания, чтобы правильно петь, энергия толпы. Это мой личный сорт героина!
Через день после Хэллоуина пришло письмо от Гарри. Мальчишки в комнате хмурились и переговаривались. На столе валялась газета «Ежедневный пророк». Я маггл, и не могу видеть, что в ней написано. Учитывая то, что парни постоянно брали её в руки и громко спорили – дела плохи в магическом мире.
Азазель поглощал печенье, Флинт спорил с Вектором, а я открыл письмо от Гарьки.
«Привет, Дад! Спасибо за автографы и подписи. Все в восторге. Ждут новый сингл и книжку об овчарках. Ты просил информировать тебя, если что-то серьёзное случится.
Короче, пока мы с тобой на сцене отрывались, в мою школу проник тролль. Это такие большие твари, у которых нет мозгов, но много силы. Так вот, он напал на Грейнджер, Уизли с Лонгботтомом отправились её спасать. Грейнджер и Уизли погибли, а Лонгботтом в больнице. Скандал очень знатный. Кресло под директором сильно шатается. Вот. Если что-то у тебя произойдёт – пиши мне.
P.S. Профессор Вектор просила, чтобы мальчик ей написал. Я так и не понял, что к чему, но она сказала – ты знаешь. Эй, что у тебя там за дела?»
– Грег, – сказал я, – напиши матери, она просила.
– Не понял…
– Гарри написал в письме, – ответил я, – твоя мама просила, чтобы ты ей написал.
– Что пишет твой кузен? – спросил Флинт.
– На, читай. Там ничего секретного.
Ребята вырвали письмо у меня из рук.
– Даже не наврала, – задумчиво сказал Макмиллан.
– Кто? – не понял я.
– Скитер, – это уже Райно говорит, племянник Боунс, – журналистка в волшебном мире. Написала, что из-за халатности администрации погибли два ученика – Уизли и грязнокровка, а наследник Лонгботтомов в больнице.
М-да-а. Заварил же я кашу. По сути, это ведь из-за меня Поттер оказался на сцене и не спасал Грейнджер. Это из-за меня погиб Уизли. Так, стоп! Совесть – заткнись. При чём здесь я? Разве не администрация школы должна обеспечивать безопасность учащихся? Дамблдор и Волди не знали, на что они идут? Всё, с меня взятки гладки – я даже в Косом ни разу не был. Пусть волшебный мир самостоятельно всё это расхлебывает.
Пока ребята обсуждали новость, я, взяв гитару, отправился в аудиторию. Тролль троллем, а сингл сам себя не напишет. В волшебный мир я не полезу, сами разбирайтесь.
Акустическая Yumahha со звукоснимателем была подарком компании и сделана на заказ. Эх, плагиатор я! Через три дня уже записывались черновые варианты песен. В сингл вошли четыре композиции:
1. Дима Билан – «Never Let You Go»
2. Кончита Вурст – «Rise Like a Phoenix»
3. Linkin Park – «My December»
4. Bon Jovi – «Beautiful World»
Опять же, капитальная переработка текста и музыки. Всё под Поп-Рок. Ради прикола напел куплет Руслана – Wild Dance. Долго ржал, когда Нэш захотел её купить и кому-то там отдать. Нет уж, ищи дурака! Указывай меня автором и дари кому хочешь, я её точно петь не буду. Спел «Дай мне силу» Димы Колдуна, сказали – записывай! Охота было блевануть.
На одну песню мы тратили почти неделю. Основная мелодия, аранжировка, вокал. Проблему составляло отсутствие Поттера. Моника злилась, а я просто хотел записать песни. Через месяц мои мучения закончились, началось сведение. Нэш будет издеваться над Гарри и записывать его партии, когда он приедет. Выпуск планируется ближе к февралю.
Меня обрадовали тетя Мардж и мать. Обе беременные. У тети будет двойня, а у Петуньи – один ребёнок. Сразу остро встал вопрос жилья. Понятно, что с пятью детьми мы в этом доме не поместимся при всем желании. Вернон начал поиск нового дома. Я настаивал на доме возле моря, Фабстер хотел коттедж в пригороде Лондона. А отец искал дом с большим участком и озером. Мы хотели много комнат и каминов. Женщинам было не до этого – они обсуждали пелёнки-распашонки. Жилье нужно было найти до Рождества и начать ремонт. Братики-сестрёнки должны появиться в июне-июле, поэтому Вернон спешил с покупкой. Было найдено три дома, ну, как дома – это целые замки! Первый находился в Девоншире. Старый замок с восемнадцатью комнатами, большим участком и множеством каминов. Второй дом в Нью-Хэмпшире. Большая вилла с бассейном и очень высоким забором. Третий дом – это Замок Турланд в долине реки Лун, Ланкашир. Вернон польстился на цену – он стоил меньше трех миллионов фунтов, в то время как другие два стоили от пяти. Интересно, в чем подвох-то?
Подвох я увидел, когда мы туда приехали. Замок огромен, его содержание будет обходиться в двести тысяч! Ну да, не спорю, много комнат, гараж на две машины, теннисный корт. Но вот мне оно нахрена?
Дом в Нью-Хэмпшире мне не понравился. Старый, холодный, мрачный. Фильмы ужасов в нём снимать – в самый раз.
Вилла. Ну-у-у, ничего так. Десять комнат, два кабинета, три гостиных, большая кухня, столовая. Опять же, обслуживание данной «прелести» – около ста тысяч.
Вернон мне объяснил, что уж лучше замок, чем такой современный дом. К замку прилагается земля, которой можно распорядиться по своему усмотрению, сам замок приносит доход как историческая единица, и можно получить налоговые льготы.
Путем долгих споров был куплен замок Ликлейхед в Абердиншире, чуть меньше четырёх миллионов фунтов. Он был более компактен, чем Турланд, но комнат было не меньше. Семь спален, четыре гостиных, домик садовника. Небольшая территория (двадцать гектар – это, типа, немного). Лорд Ардвидссон покупку одобрил (он был вызван для поиска проклятий и прочих волшебностей в доме). Ремонт замку… требовался. Хозяева использовали всего две спальни и столовую. Успеть до мая месяца – первая задача. Петунья и Мардж стали обсуждать – где они сделают детские, как обставят. Я дал добро Вернону на снятие наличности с моих счетов. Хорошо хоть денег достаточно. Мы решили пока не продавать квартиры и дома, которыми владею я и Гарри. Эх, надеюсь, это того стоит.
* * *
Очередная автограф-сессия должна была проходить в полюбившимся мне Селфриджисе в Рождество. Мне хотелось прибить Нэша. Изначально – интервью в пять утра, чтобы попасть в утренние эфиры, в девять начало раздачи автографов и – до трёх часов.
Двадцать первого декабря приехал Гарри, нагруженный впечатлениями и подарками. Я был почти на голову его выше и шире в плечах. Смотрелось это комично. Поттер выглядел на свои одиннадцать, мне можно было дать лет четырнадцать. Радоваться и сплетничать нам было немного некогда. Вернон потащил его смотреть замок и выбирать себе комнату и интерьер. Спальню вместо Гарри выбрал Воланд. Котяра нагло забрал себе угловую комнату с двумя окнами и потайной лестницей в кухню. Я поворчал для вида, но согласился. Мне нужна была комната рядом с кабинетом, который будет переделан в студию.
Запись вокала Гарри проводили в «темпе вальса», нужно было успеть до Рождества и отдать на сведение. Поттер не возмущался, но было понятно, что не успеем. Было решено, что до Нового года необходимо записать вокал. Эх, жизнь моя, жистянка. Песен стало пять, и сингл превратился в мини-альбом. Нэш хотел снять два клипа. Я считал, что и одного много. «Дикие Танцы» Моника всё-таки пристроила, то ли к Мадонне, то ли к какой-то группе. Я не вдавался в подробности. Песню очень быстро записали и сняли клип. Да не жалко!
Гарри «обрадовал», что Дамблдора отстранили на время от директорства, но потом вернули, правда, теперь он только директор школы. Уизли в трауре, Лонгботтом вроде как на домашнем обучении. А вот Грейнджерам поправили память, и они воспитывают девочку из приюта, считая её своей младшей дочерью, а старшая якобы погибла в лесу от лап зверя. Всё больше и больше убеждаюсь, что волшебники и магглы – абсолютно разные создания.
В школе Хагвартс сняли запрет с коридора и убрали трёхголового пса. Собака разорвала преподавателя по ЗОТИ или как там это называется у них. Зачем Дамблдор вообще его поселил в школе – история умалчивает. Знаю, что про собаку и учителя Ардвидссонну сказал Гарри. Ещё выяснил, что каждые выходные Поттер занимается с репетиторами, которых нанял Лорд. Не то что бы это было для меня неожиданным, просто пропасть между нами становилась всё больше и больше. Всё-таки Гарри готовят для волшебного мира. А какие плюшки и оплеухи от этого получу я?
Все же мы с Гарри умудрились поговорить насчёт школы.
– Ты представляешь, так он ещё и заявил, что дети сами виноваты! Урод! – возмущался Гарри.
– Угу, а он типа такой злодей?
– Да, злодей! Он же… Эй, что ты имеешь в виду?
– Гарри, – начал злиться я, – смотри на ситуацию шире! Мы имеем факт – в школе особо опасное существо, погибли школьники, но директор остался в своём кресле. Что это значит?
– Что?
– А ты подумай! Вот возьми обычную школу. Как долго продержится директор, если в школу забредёт собака и покусает учеников?
– Ну-у-у, либо его уволят, либо уволят половину персонала.
– Правильно мыслишь. А теперь к твоей школе: системы безопасности нет, в школе большой бешеный тролль и ещё собака с тремя головами. Учителя, вместо того, чтобы пересчитать всех по головам и запереть, почему-то куда-то ведут детей. В процессе «эвакуации» двое учащихся сбегают. В итоге имеется два трупа и один инвалид. С чьего факультета они там были?
– Грифы. Постой, значит, МакГонагалл виновата во всём? Не директор?
– Да что же ты так узко мыслишь-то?
– Ты меня совсем запутал уже. То директор виноват, то не виноват. Расскажи уже толком!
– В школе отсутствует система безопасности – вина директора и деканов. Разгуливают опасные животные – вина директора и деканов. Погибают дети – вина директора и декана. Погиб учитель – вина директора, который не обеспечил безопасные условия труда. А теперь скажи, братец, кому-нибудь что-нибудь было за два трупа?
– Дамблдора сняли со всех постов, кроме школы.
– А тебе не кажется это странным?
– Что?
– Проблема произошла в школе, а директором он остался.
– Я опять тебя не понимаю…
– Думай! Он был председателем в Конфедерации магов и в Визенгамоте. Что он там плохого натворил?
– Вроде ничего.
– А в школе?
– Подожди, ты хочешь сказать, что его просто убрали как политика, и всем похрен на школу и то, что в ней происходит?
– Почти так. Тут два варианта. Первый – всем пофиг на школу. Маловероятно, потому что там дети учатся. Второй – не смогли его снять. У директора есть кто-то или что-то, что не даёт просто так от него избавиться.
– Лорд говорит, что это дело времени. Он найдет способ его отстранить.
– Хорошо, а кто тогда будет директором? Лорд? Ну так он просто конкурента устраняет.
– Не говори так! Лорд хороший.
– Ага, когда спит зубами к стенке. Гарри! Да пойми ты – он помогает тебе, пока ему выгодно. Как только ты помешаешь его планам, он тебя уничтожит и не посмотрит на то, что был твоим опекуном. Не доверяй ему.
– Дад, я совсем запутался. Лорд говорит, что я волшебник и мне надо развиваться, а не по сцене скакать. Ты говоришь, что он это делает ради выгоды. Дамблдор говорит, что ради общего блага я должен быть защитником. Я запутался уже. Всем я что-то там должен.
– Не в силах нас ни смех, ни грех
свернуть с пути отважного,
мы строим счастье сразу всех,
и нам плевать на каждого.
Процитировал я Губермана.
– Запомни раз и навсегда. Не существует общего блага.
– Как это? Общее благо, это когда всем хорошо.
– Ну, смотри. Ты любишь бекон?
– Спрашиваешь!
– То есть, бекон по утрам для тебя это благо. Да?
– Да.
– А для свиньи? Бекон – это благо?
– Не понял.
– Для свиньи, которую убьют, чтобы сделать бекон – это благо?
– Не… нет, – заикаясь сказал Гарри.
– Вот ты и ответил на вопрос. Для тебя свинья – это бекон. А ты для свиньи – палач, – грубо, конечно, но доходчиво.
– Значит, если счастлив я, кто-то другой несчастлив?
– Значит, то, что тебе необходимо выбрать людей, которых ты будешь поддерживать. Остальные – перебьются. И, Гарри, запомни – ты никому ничего не должен. Это Лорд должен помочь тебе с образованием. Это школа должна тебе это самое образование дать. Ты сам волен выбирать, чего хочешь.
– Дад, ну почему всё так сложно?
– Жизнь она такая, скотина, – невесело ухмыляясь, сказал я.
Двадцать четвертое декабря не задалось с самого утра, точнее с ночи. Мы поднялись в три часа. Завтрака не было – Петунья и Мардж у нас на особом положении. Яичница подгорела, бекон спёр Воланд. Пришлось давиться бутербродами. Злые как черти мы залезли в машину, где сидела очень бодрая Моника.
– Моника, – начал я, – а ты человек?
– Я не понимаю тебя.
– Ты человек или робот?
– Человек.
– А почему ты всегда такая бодрая до безобразия?!
– Поговори мне тут, – бам-с подзатыльник.
– Вот не надо меня лупить!
– Вот не надо умничать…
– Да умолкните уже оба! – вскипел Поттер.
Мы помолчали.
– Помним, что говорить и где вы учитесь?
– Да, о великий киборг! – с придыханием проговорил я.
– Дадли, не паясничай! Всё серьёзно. Сейчас будет проявлен интерес к вашей учебе, и твоя задача перетянуть внимание на себя, а Гарри должен рассказать про новые песни.
У наших ног завертелась Долли. Я пиарил её, как мог.
– И не забудьте рассказать про книгу с овчарками.
– Хорошо, как скажешь.
– Запись будет проходить в одном из павильонов, и через три часа её вставят в эфир.
Павильон не впечатлял. Небольшая комнатушка, белый фон, три стула и четыре камеры, софиты. Нас сразу усадили на места, гримёры поколдовали минут пять-семь и… все.
Три-два-один-запись!
– Здравствуйте, дорогие телезрители, – начала вещать миловидная блондиночка, – сегодня по вашим многочисленным просьбам у нас в гостях братья Дурсли – Гарольд и Даддерс. Здравствуйте, мальчики, вы так подросли с момента нашей последней встречи.
– Ну так три года прошло!
– С кем вы пришли сегодня?
– Сегодня мы с нашей собакой – Долли. Тетя пишет книгу по воспитанию овчарок. Надеюсь, скоро выйдет.
– Книга вашей тети про бульдогов разошлась рекордным тиражом. Я помню, что у вас дома обитает бульдог Злыдень и кот Воланд. Может, у вас ещё кто-то живёт?
– Конечно, живёт! – включился Гарри. – Мама, папа, тётя, дядя.
Дружный смех.
– Я имела в виду из животных.
– Бульдоги Злыдень и Зара. У них есть щенки. Кот Воланд, ворон Азазель и Долли.
– Необычные имена у кота и ворона.
– Это из романа «Мастер и Маргарита», – сказал Гарри, – русского писателя Булгакова.
– Интересуетесь русской литературой?
– Дадли подсунул. Он знает русский язык.
– Дадли, скажи, как возникла мысль сделать сингл на русском и откуда ты знаешь язык?
– Спонтанно в голову пришла идея. Были песни, которые не вошли в альбом. Я их перевёл на русский и записал сингл. А русский я в больнице выучил года так четыре назад.
– За пластинками идёт настоящая охота. Почему их не выпустили в Великобритании?
– Это уже не к нам, а к звукозаписывающей компании. Насколько я знаю, права на выпуск у русской компании «Мелодия».
– А что сейчас вы планируете?
– Сейчас выпуск мини-альбома, – Гарри взял инициативу в свои руки, – четыре или пять песен, как получится.
– А почему не десять или больше?
– Ну, мы же не роботы. Можно было бы подождать год-два и выпустить альбом. Но поклонники не захотели.
– Ваши поклонники интересуются, почему Дадли выступает один?
– Так бывает. Поверьте, – начал оправдываться брат, – если бы была возможность, я бы тоже выступал. Увы, я не так успешен в учебе, как мой брат.
Пора перехватывать инициативу в свои руки.
– Гарри ленивый до ужаса, а мне нравится учиться. Даже концерты в школе давал.
– А как у вас в школе? Как реагируют другие учащиеся.
– Первое время неадекватно, – слово взял Поттер, – потом привыкли.
– А у меня никак не реагируют. Я там не один такой. Много ребят, кто снимается, озвучивает фильмы. Детям аристократов воспитание не позволяет пальцем тыкать. Моя персона особого резонанса не вызвала. Подходили, брали автографы, но дальше «здрасти – до свидания» отношения не заходят.
– Ваши фанаты интересуются, когда вы приедете в их город? Да-да, так и звучит вопрос.
– Давайте мы расскажем, как происходит процесс формирования гастролей. В каком-то городе есть организаторы, которые привозят различных музыкантов, актёров и певцов. Если они хотят пригласить нас в город, то организатор связывается с нашим агентством. И они либо договариваются, либо не договариваются о проведении концерта. Зачастую мы даже не знаем, куда едем. Обычно нас за неделю-другую ставят в известность, где мы будем выступать, бывает, что за месяц. Хотите концерт в вашем городе или школе? Ищите организаторов!
– Ребята, расскажите о своем образе, об одежде. Многих интересует – зачем вам все эти шипы, браслеты?
Блядь, мне надо ей рассказать, что это контракт такой или как? Натянул улыбку до ушей и начал вещать:
– Все имеет практическое значение. Вот попробуйте в кроссовках на сцене с пиротехникой походить. Разлезутся же! Или браслеты с шипами на руках – не дают заваливать кисть, когда играешь.
– Дадли, ты играл с «Металликой» и «Аэросмитс», расскажи нам, какие впечатления?
– Шикарные! – нет, блин, я расскажу тебе, как мы матерились и орали друг на друга, что у нас нихуя не получается! – Довольно весёлые музыканты. Замечательно работали.
– Ну что же, наше время подходит к концу, что вы можете пожелать нашим телезрителям?
– Всегда верить в себя!
– Ложиться спать пораньше! – Поттер, как всегда, в своем репертуаре.
Софиты выключены, микрофоны сняты. Долли забрал Фабстер. У нас минут десять, чтобы перекусить, и пора в павильон.
Самое сложное не завоевать, а удержать. Вот и у нас в Гарькой ещё пока получалось удерживать зрительский интерес. Количество народа в Селфриджисе это подтверждало. Нас ждала толпа тысяч в пять. А время – только половина девятого утра. Что же будет дальше?
Дальше был конвейер. Схема отработана до автоматизма – улыбка, рукопожатие, автограф и фото. Мы подписывали всё – от простой бумажки до коллекционных пластинок. Очень много было «самопальных» кассет. Я был удивлен количеством синглов «Мелодии», которые нам протягивали для подписи. Нет, ну надо же! Все-таки это Англия, и как люди доставали из СССР пластинки, я понятия не имел.
Народ был разношёрстный. Первыми пришли охрана и работники универмага, потом уже все остальные. В большинстве своём это были подростки и их родители. Бородатых дядек и панков с ирокезами тоже хватало. Неожиданным стало появление в толпе людей в нелепой одежде. Как я понял – это волшебники, которые хотели получить автограф. Как же – знаменитый Поттер подписывает свои календари и тетрадки. На волшебников особо никто не пялился и пальцем не показывал – всё внимание на себя перетягивала молодежь с зелёными и розовыми ирокезами, шипами и прочей панк-атрибутикой. Так что мужчина в женской блузке, спортивных штанах и домашних тапочках смотрелся вполне органично. Маги подписывали календари, плакаты, обложки от тетрадей и куски пергамента только у Гарри (оно и понятно, я им нафиг не сдался). Были и те, кто брал автографы только у меня. В основном они несли газетные вырезки, где напечатано мое фото с другими рокерами.
Мероприятие прошло на редкость спокойно. Может, из-за присутствующих магов в охране (коих было штук восемь), может, из-за обычной охраны (которой нагнали около ста человек), а может – из-за присутствия самого Ардвидссона. Не знаю. Главное – всё прошло отлично. Устали как Злыдень на фотосессии. С нами остались менеджер и охранники.
