Текст книги "Другая (СИ)"

Автор книги: Лика Вериор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

Глава 13

Мои глаза в тебя не влюблены,

Твои пороки они видят ясно,

Но сердце ни одной твоей вины

Не видит. И с глазами не согласно.

Уильям Шекспир

– Герцогиня, не знаю, насколько это уместно…

– Очень уместно, – сказала, как отрезала, разглядывая себя в зеркале.

Я выглядела… грозно. И чарующе обворожительно. Чёрная кожа плотно обхватывала тело, но всё это неприличие надёжно перекрывал чёрный же доспех с высокой горловиной, защищающей даже часть затылка.

– Это произведение искусства… – протянул Тор.

– Согласна, – провела пальцами по невероятной резьбе, украшенной драгоценными камнями – лишними на мой взгляд, но от этого не менее эффектными. – Под это великолепие мне нужно соответствующее оснащение для коня.

– Будет сделано.

– Ты действительно собираешься… воевать?

– А вы думали, я шучу? – посмотрела на королеву. – Вы сами сказали, что я могу стать очень ярким символом.

Развела руки в стороны, чтобы с меня сняли доспех, мужчины отвернулись. Ещё недавно королева настаивала на том, чтобы мужчина выходили, но, когда на очередной примерке свадебного платья одна из портних чуть не выколола мне глаз шилом… Короче говоря, без стражи я теперь не остаюсь, а сомнения по поводу моих тренировок отпали. То-то же!

– В наших реалиях…

– В ваших реалиях, матушка, война с Армиорой лишь разминка перед настоящим боем. И в стороне я стоять не собираюсь.

– Дело в моём сыне?

– Нет, – фыркнула, – ваш сын тут ни при чём. Мне, в общем-то, глубоко всё равно, как он там и где он там.

– Лукавишь.

– Есть немного, – вздохнула, наблюдая в зеркале, как крутятся вокруг меня служанки. – Мне сложно быть в стороне, в неизвестности. Вам ли не знать, как это мучительно.

– Понимаю.

– Деймиш, где сейчас принц Даран?

– Покинул дворец, – услышала тихое в ответ и побледнела.

– В каком смысле покинул? Ему же было запрещено… – перевела взгляд на королеву, но она была в таком же шоке, как и я. – И ты только сейчас об этом сказал!

– При всём уважении, но принцу сложно что-либо запретить. С ним отправился виконт.

– И мне не отчитался? – подняла бровь.

– Мальчики очень сдружились, – улыбнулась в раскрытую ладонь королева. Её забавляли мои попытки держать всё под контролем.

– Тор, придумаете с Градисом наказание. Что-нибудь обидное, но не очень.

Мужчина фыркнул, я не видела его лица, мои помощники всё ещё сверлили взглядами стену, но была уверенна, что он расплылся в предвкушающей улыбке.

Доиграется у меня с этим самоуправством Оулен. Они уже три недели как приехали, за это время было совершено несколько покушений как на меня, так и на младшего принца. И если я пыталась свести риски к минимуму, то принц всё чаще расстраивал меня, сбегая из дворца.

И вроде взрослый парень, генерал армии, так на секундочку, а ведёт себя как…

– Известно, куда они отправились?

Мужчина замялся.

– Говори! – какой раздражительной я стала.

– Он с сотней своих гвардейцев отправился встречать его высочество Арана.

– Ах так? – сжала кулаки. – И как давно это было?

– Где-то с час уже.

– Тор, зови Градиса и Забу, седлайте коней. Мы едем встречать моего женишка, – посмотрела на королеву, и та одобрительно кивнула. – Девочки, одеваемся обратно. Встретим принца во всей красе!

Догнать Дара было не сложно: нас ехало только четверо, а их целая сотня – всяко мы быстрее. Я была зла на обоих принцев – почему нельзя было сообщить? Что за ненужные тайны?

Когда небольшой подарок телепортировали наследнику, от него в ответ пришло лишь короткое сообщение: «Благодарен вам. Отличная работа.» Не мог взять пример со своего младшего брата и добавить чуть больше воды? Спросить, как я поживаю, рассказать что-нибудь?

Мало того, что до меня информации никакой не доходит, так он ещё и королю не пишет практически ничего. И с учётом того, что мой человек погиб, а Орэл вернулся вместе с младшем принцем, я сходила с ума от информационного голода.

И теперь этот наглец возвращается домой без единой весточки всего за неделю – неделю! – до свадьбы.

Чёрные одеяние прозийских гвардейцев я заметила издалека и пришпорила коня.

– Герцогиня?

Она самая!

Поравнялась с принцем и строго на него посмотрела.

– И как это понимать? – он побледнел, вместе с ним и Лен.

– Нэлая, что вы тут делаете?..

– Что я тут делаю? А что вы тут делаете?

– Герцогиня, при всём уважении… – попытался возмутиться принц, но на него цыкнул Оулен, стыдливо опустив взгляд.

– Мы просим прощения, что не доложили вам.

– Ах прощения? – ещё больше грозности образу, скрестить руки, посмотреть укоризненно. – Это кронпринц приказал скрыть всё от меня?

– Не то, что бы приказал, – Дар виновато улыбнулся, – но ты сама понимаешь, он очень скрытный… Кстати, красивый доспех.

– Ты мне зубы-то не заговаривай, – фыркнула, тоже переходя к привычному стилю общения.

– Ты пойми, я сам узнал буквально этим утром, брат до последнего скрывал факт своего возвращения, дабы избежать возможной слежки и нападения.

– И как? Избежал? – ох, что-то предчувствие у меня нехорошее.

– Нет, – вздохнул принц. – Потому мы и встречаем…

– И что случилось? – это что, мой голос? Что за хрип?

– Ты главное не волнуйся, герцогиня, – он замахал руками. – Всего-то ядовитый газ по лагерю распространили. Виновные пойманы, допрошены и казнены.

– Всего-то газ?

– Всего-то, – шепнул принц, стыдясь поднять на меня взгляд. Посмотрела на Оулена.

– Он медленного действия, ко всему прочему имеется антидот, – виконт показал на пристёгнутый к седлу ящик.

– И как же вы взяли столько всего в обход королевского лекаря и их величеств? – Уметь просто надо, – гордо сказал Дар, но вновь опустил взгляд.

– Сколько ехать до лагеря? И расскажи подробнее про этот яд…

До места остановки корпуса безмолвных мы добрались к вечеру. Честно, знала бы, что мужчины тут так корчатся – ехала бы быстрее.

Угрозу успели вовремя ликвидировать, пострадало не больше ста воинов, но зато как…

Какой урод мог такое сотворить? Это же не просто избавление от противника – это обречение на смерть в муках. Ядовитый газ, а точнее Пар Санхонских Болот, не имел ни аналогов, ни антидота. Ну, так все думали. Однако в сокровищницах Прозии можно было и не такое найти… Если Донния славилась своими магами, то Прозия – лекарями и зельеварами.

И всё же, если бы не обошлось? Если бы нападение произошло дальше от столицы? Тогда помощь бы не успела вовремя, целая сотня воинов в прямом смысле сгнила бы на глазах своих товарищей, что, безусловно, подорвало бы боевой дух. И самое страшное – кронпринц попал под действие яда. Точнее даже в самый эпицентр распространения.

– Ваше высочество! – щёлкнув каблуками, перед нами остановился один из гвардейцев.

– Как больные? – мы спешились, и Лен отстегнул спасительную коробку.

– Всё хуже, ваше высочество! Но вы прибыли вовремя!

– Как кронпринц? – спросила, не сдержавшись.

– Ему хуже всего. Бедная его невеста…

О да, бедная я! Больного жениха мне ещё не хватало! Скажут ещё, что доннийка прокляла… Ну уж нет, так дело не пойдёт!

– Лекарство развести в похлёбке. Ровно половину, – приказала. – Это должно поднять всех на ноги к завтрашнему утру. А насчёт принца…

– Думаю, тебе стоит присмотреть за ним, – предложил Дар.

– Наверное, – я была не уверена в своём решении. С одной стороны, Аран по головке меня не погладит за самоуправство и за то, что покинула дворец, так что лучше бы мне возвращаться обратно. Но с другой – не могу же я вот так всё бросить? Я же не усну!

– Господи, за что мне всё это? – посмотрела в темнеющее небо.

– Будут ещё какие-либо приказания? – гвардеец обращался ко мне. Смышлёный парень, может даже догадался, кто я.

– Нагрейте воду, каждого больного нужно будет искупать в тёплой воде. Здоровым тоже, но это может и подождать… Хотя лучше не ждать – если есть возможность, пусть прямо сегодня смоют с себя всю грязь: ядовитые пары могли осесть на одежде и коже.

– Будет сделано!

– Лен, Градис, решите всё с лекарствами. А вы проводите нас к шатру принца.

– Так точно!

– Фаст, проводи лордов и леди… леди Нэлаю, так понимаю, к его высочеству.

Парень кивнул, ничего не сказав, словно подтверждая свой статус «безмолвного».

– Кто написал принцу о нападении? – спросила его.

– Его высочество, когда ещё был в сознании.

– Понятно…

Аран лежал на толстом одеяле, с закрытыми глазами, сжатыми кулаками и зубами.

– Нужно максимально проветрить шатёр. Прикажите поменять простыни и разденьте принца, его нужно обмыть.

– Будет сделано!

Через полчаса к нам занесли бадью с водой, чистые вещи и бельё.

– Нужно привести его в чувство, – сказала Дару.

– Не получится, – заметил Фаст. – Он уже на той стадии, когда не разбудить, если сам не проснётся.

– Когда там было совершено нападение?

– Пять дней назад.

– И только сегодня утром он позвал на помощь?

– Письмо пришло позавчера, но сама понимаешь, пока добыли лекарства, пока то да сё…

Зло посмотрела на Дара.

– И стоило тогда всё скрывать? Могли сразу доложить королю. Ладно Аран, он тот ещё… никогда помощи не попросит, но ты-то мог и пораскинуть мозгами!

– Да кто ж знал, что всё так плохо… Брат писал, что дело подождёт, а родителей волновать не стоит.

– Принц держался на ногах дольше всех, слёг неожиданно вечером третьего дня, – наблюдая за тем, как несколько парней меняют постельное бельё, проговорил Фаст. Мужчины так аккуратно передвигали бессознательного принца, что я прямо-таки умилилась. Неосознанно потянулась к нему рукой, провела по взмокшему лбу, но быстро себя одёрнула себя.

– Раз сам не просыпается, вся надежда на вас.

– Не думаю, что это уместно…

– Брат не простит нас за такое! – возмутился Дар.

– За какое «такое»? Обмыть тело больного так стыдно? – вот у меня гораздо больше поводов возмущаться.

– Да нам-то ладно, но брат, если узнает, что его намывало несколько мужиков…

– Ты мне предлагаешь это сделать? Издеваешься?

– Да он твой почти уже муж! Рано или поздно всё равно…

– Лучше молчи, – закатила глаза. Поздно! Никак не рано! – Разденьте его и переложите в бадью. Надеюсь, не потонет в ней.

– Не потонет, – уверил Дар. – Что стоите? Выполняйте приказ герцогини!

– Забу, помоги им, – шепнула мужчине и отвернулась.

Я, конечно, видала многое, но прошлая Ая буквально заставила меня отвести взгляд. Какие мы нежные!

– Справились? – спросила, услышав всплеск воды.

– Почти… – пропыхтел один из безмолвных. – Можете приступать.

Повернулась к мужчинам. Дар был прав: кронпринц в этом тазике уж никак не потонет. И почему я раньше не замечала того, что мой будущий муж таких внушительных размеров? Выше меня чуть ли ни на голову, как мне помнится, широк в плечах и руки у него сильные.

Эти самые руки плетьми висели с двух сторон лохани, голова была откинута назад, закатанные глаза пугали чистыми белками, бледные колени торчали из воды.

Какой ужас, даже в состоянии не стояния этот мужчина очень даже хорош!

– Можете идти, я позову, как закончу, – скорее приказала, чем предложила, я. – Одежду и заражённые вещи лучше сожгите где-нибудь подальше от лагеря. Кто знает, какие ещё сюрпризы нам может преподнести этот яд…

Оставшись наедине с бессознательным телом будущего мужа, я долго мяла в руках полотенце. Ой, да господи, девочка, что ты там не видела? Не слишком ли поздно твоя скромность проснулась? Давай ноги в руки – и вперёд! А то твой жених помрёт от воспаления лёгких раньше, чем от ядовитого газа.

Примерно с такими мыслями я преодолела то небольшое расстояние, что нас разделяло. И да, пора было признаться – я не стеснялась. Я боялась. Боялась, что сердце ёкнет, вот как сейчас, что руки будут дрожать, что волнение польётся из глаз слезами. И с чего бы?

Мы не любимые, не любовники, не друзья… Да даже знакомыми я бы нас не назвала! А всё равно волнуюсь за него больше, чем за себя.

Или это чувство ответственности перед Прозией и Доннией так выражается?

Закончив, приказала поменять воду, повторила всё ещё раз, находясь в той странной прострации, когда в голове абсолютно пусто.

Пальцы перебирали мужские волосы, и я не сразу заметила, что напеваю, или даже приговариваю что-то.

– Уходи, уходи, боль и слабость уходи.

Вода-вода-водица, свободная как птица,

Забери, забери, яд и гадость забери.

По волосам стекай, да по рукам стекай,

На землю падай и всё ей передавай.

Так и напевала, пока вода совсем не остыла. Вздохнув, позвала гвардейцев, удивляясь умениям Аи. Приговоры? Серьёзно? Насколько она была влюблена в Арана, что даже отголоски этой любви способны «забирать плохое, менять на иное». Или тут уже что-то из моих чувств? Или наши с ней вперемешку?

Вышла из шатра и посмотрела в звёздное небо.

Я что, влюбилась?

Глава 14

Милые бранятся – только тешатся

Русская пословица

Аран

Уж чего никто не ожидал, так это нападения на родных землях, да ещё и такого подлого. Телепортировать на территорию лагеря зараженные ткани не составило труда, защита не признала в них опасность. Что-то попало прямо в костёр, что-то в мой шатёр. Я спал, очень уставший, иначе бы сразу среагировал на появление стороннего предмета.

Нападавшим просто повезло. Ну, повезло напасть, а вот сбежать не повезло: разозлённые безмолвные довольно агрессивны в своих методах.

И не понять, с какой стороны нападение: семь магов из разных королевств, кто-то смесок, кто-то нет. Слабенькие, но с очень хорошими ментальными блоками: воздействовать на них не получилось. Поэтому пришлось довольствоваться «дедовским» способом. Пытками, проще говоря.

Но кто сказал, что всё сказанное – правдиво? Вот именно.

Просто студенты, просто недовольные властью, просто напали. Просто экстремисты, я бы сказал. На что они надеялись, напав всемером на тысячное войско?

Или целью было только убить меня? А может… задержать?

В сутках мерного пути от столицы – не особо умный ход.

И всё же с неделю мы потеряем…

Пока разбирались, чем же это нас отравили, пока решали, как действовать дальше, пока казнили этих малохольных (ведь наказание за нападение на члена королевской семьи только одно – смерть), пока обустраивали импровизированный лазарет, изолировали зараженную территорию, прошло пару дней. Я пришёл к неутешительным выводам, что сами мы тут не справимся и нужно срочно вызывать брата. И чтоб никто не знал, особенно мама и эта… ненормальная.

Вспомнив невесту, хмыкнул.

Ужасная женщина!

Её надзиратель писал, что она всюду со стражниками, даже когда спит, и для меня оправданием не служило даже то, что она постоянно впутывается в какие-то передряги. Здравый смысл говорил мне, что рядом с невестой должен быть кто-то, кто будет защищать её от рассвета до рассвета, и вообще эта роль на мне, но…

Сам дурак, как говорится.

Всегда считал, что это женщины придумывают проблемы, а на деле вот – проблемы придумываю я.

Или не придумываю?

Впрочем, какое мне дело до доннийки? Вот именно – никакого.

Примерно такими уговорами я заталкивал мысли о Нэлае куда подальше.

Ну а потом я слёг. Спал, чувствовал, что периодически мне что-то вливают в рот, слышал стоны соратников, иногда свои стоны, слышал голоса, кажется даже до нужника ползал…

Тело почувствовало воду, но организм всё ещё не просыпался. Ощущение такое, что с каждым касанием влажной ткани к моему телу болезнь отступала.

– Смените воду! – напряжённый голос. Меня подняли, но через какое-то время снова положили обратно. Ох, хорошо, а то становилось холодновато.

– Да за какие такие грехи?.. – по крайней мере это женщина. Голос приятный.

Знакомый голос.

Пальцы массируют кожу, хорошо-о… Я бы проснулся, но голова всё ещё ватная. Взгляд уже улавливает мелькание свечей, какие-то очертания.

– Уходи, уходи, боль и слабость уходи.

Вода-вода-водица, свободная как птица,

Забери, забери, яд и гадость забери.

По волосам стекай, да по рукам стекай,

На землю падай и всё ей передавай.

Кажется, я знаю, чей это голос. Хотя не уверен, так давно не слышал его. Но если всё же это она, то кто-то у меня получит.

В первую очередь – брат…

Резко сел и открыл глаза. Потёр лицо, волосы, которые оказались неожиданно мягкими. Отросли они, конечно, за эти месяцы… И зачем мужчине волосы на голове? Понимаю, женщинам – защита от ветра (хотя это им не помогает), но мужчинам? Рассадник пыли и живности, в полевых условиях так вообще наказание.

Так, это всё конечно интересно, но нужно собираться с мыслями.

Скинул одеяло, потянулся до хруста, осмотрелся. Интересно, это она меня раздевала? Хотя вряд ли, даже приподнять бы меня не смогла.

И что она вообще тут делает?

Натянул на босые ноги сапоги, осмотрелся в поисках рубашки, но таковой не имелось. Ну что же, не моя вина!

Кстати, а чего так тихо-то? Полог что ли?

Действительно, полог тишины, охватывающий только спальное место. Невестушка расстаралась? Парни бы никогда не догадались позаботиться о подобном.

Вот теперь шумно, даже очень. Вышел из шатра и сразу увидел невесту. На некоторое время завис, пораженный внешним видом девушки: обтянутые черной кожей ноги закинуты на ствол дерева, юбка, призванная скрыть это безобразие, разметалась по траве, длинная коса змеёй поползла в непонятном направлении, отчего я не смог отследить её конец. Герцогиня лежала, вытянув руку с рогаткой, и отстреливала яблоки с дерева, а её виконтишка ловил их в воздухе. Вот бы пропустил парочку, и что бы этой… по голове.

Что вообще за детский сад?

– Ваше высочество, – вдруг заорал кто-то сбоку и меня хлопнули по спине. По голой коже.

– Вот же! – поморщился и посмотрел на счастливого Фаста, краем глаза заметив, что виконт всё же упустил одно яблоко, отвлёкшись на нас, но Нэлая ловко словила его сама. – Что ж ты так орёшь?

– Да мы ж думали, что вы дольше всех лежать будете, а оно вона как – одним из первых на ноги встали! Точно всё невеста ваша: любящая женщина и мертвеца выходит!

Перевел взгляд на «любящую женщину», которая, проигнорировав руку Оулена и стараясь при это выглядеть величественно, вставала с земли. Молодец девочка, а вот этого блондина я когда-нибудь точно прибью. Руки лишние?

– Брат! – тут меня чуть не снёс Дар, но я всё же устоял. Вот это был бы конфуз, конечно.

– Да прекращайте же вы орать! – простонал, наблюдая за герцогиней. Вся в чёрном, с развивающейся юбкой, в высоких сапогах, в одном из которых явно спрятан кинжал, с мечом, пристёгнутым к поясу она выглядела восхитительно, слишком восхитительно, чтобы я это одобрил. – Ваше высочество, – реверанс, холодный взгляд. Играем в недотрогу, девочка моя? Так в эту игру можно играть и вдвоём.

– Герцогиня, – кивнул ей.

– Как ваше самочувствие?

– Вашими стараниями, – улыбнулся, наблюдая, как она краснеет.

– Я совсем ничего не сделала…

– Ваши руки были очень нежны, – о да, очень грубо с моей стороны, но этот её злой взгляд так забавляет.

– Вам привиделось, – она тонко улыбнулась. – Вы были в том состоянии, когда тело ни на что не способно, тем более – ощущать касания.

«Ни на что не способно», значит? Ну что же, лучшая защита – это нападение.

– Кстати, что вы тут делаете? – Нэлая явно не ожидала, что я так прямо спрошу.

– Мимо проезжала, – брякнула она, потом вытаращилась на меня, удивленная.

– Ах ми-имо, – заметил, как поспешно ретировался брат, прихватив с собой сопротивляющегося виконта и Фаста. По пути он ещё и капитана прихватил, который спешил поприветствовать меня.

– Я имею ввиду, что рада была бы проехать мимо, да вот не получилось, – наедине она почувствовала себя свободнее.

– Вам не разрешалось покидать дворец…

– И всё же я покинула! Принцу также запрещалось, но почему-то ему вы не выговариваете. Ах да, вы же сами ему приказали! Чтоб вы знали – не только ему интересно, что с вами там происходит!

– Любопытная жена – горе в семье.

– А что же мужчина? – явно намекнула она на своих соглядатаев. Но-но, девочка, тут я в своём праве! – Знаете, что на самом деле горе в семье? Равнодушный муж! – выпалила она и попыталась было уйти, но я схватил её за рукав и развернул к себе.

– Мы не договорили!

– Принесите его высочеству рубашку! – приказал она громко, а потом тише добавила: – А то у него уже мозги подмёрзли.

– Я тебе сейчас подмёрзну! – рыкнул. Вот же… бестия!

– Мне подмерзать не надо! Знаете что, ваше высочество? – спросила она и замолчала.

Я тоже молчал, ожидая, что она продолжит. Но герцогиня всё пыхтела, и тогда я догадался спросить:

– Что?

– Вам нужно хорошенько поработать с собой, прежде чем предъявлять какие-то требования. Для начала – избавьтесь от предрассудков.

– От каких же? – причём здесь это вообще?

– Связанных с женщинами!

– А конкретнее?

– Вы правда хотите, чтобы я перечислила?

– Уж извольте!

– Ох, с чего бы начать? Давайте-ка с самого наболевшего? – она выдернула свою руку, которую я всё ещё сжимал. – На моём примере! Вы считаете меня лживой, каждое моё слово воспринимаете в штыки, каждое моё действие пытаетесь подчинить какой-то понятной только вам логике. Вы не любите женщин? Не уважаете? Я не понимаю, откуда это в вас! Ваша мать – замечательная женщина, у вашего отца тоже с этим проблем нет, он относится ко мне гораздо лучше, чем вы!

А вот про ваши отношения с моим отцом мне совсем не хочется знать! Понимаю, отец бы не оскорбил так ни себя, ни меня, но всё же…

Возможно Нэлая, тяжело дышавшая из-за произнесённой тирады, что-то разглядела в моих глазах и потому продолжила:

– Вы параноик? Можете верить мне хоть на каплю больше? Не так предвзято относиться? Вы правда думаете, что каждый мужчина потенциально как-то близок со мной? Вы видите меня настолько привлекательной?

Вот же… Женщины! Умеют всё перевернуть!

– Знаете, Нэлая, вам нужно передохнуть, – всё, что смог ей ответить. И зачем только остановил её? Пусть бы шла куда подальше! Нет же – мне нужно было последнее слово за собой оставить! Ну-ну! Кажется, последнее слово всегда будет за ней.

– Если только от вас, – обиженно проговорила и быстрым шагом ушла.

И почему я чувствую себя так скверно?

Посмотрел на брата, который стоял невдалеке и мял в руках рубашку, не рискуя к нам подойти.

– Не женщина, а собака цепная! – сказал ему и отобрал одежду.

– От собаки слышу! – крикнули издалека.

– Ещё и слух звериный…