Текст книги "Я украла личность своей госпожи и стала женой принца (СИ)"

Автор книги: Лера Андерсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Глава 5

– Что?

– Тебе когда-нибудь говорили, что ты похожа на принцессу Эллен?

От упоминания имени госпожи я вздрагиваю. Взгляд тут же опускается на могилу под заснеженной высокой елью, где мы несколько минут назад похоронили девушку, с которой барон только что беспардонно меня сравнил. Этот его вопрос распаляет во мне подавленную ярость.

– Простите, господин, но вы забываетесь. Сейчас не время и не место для подобных странных комплиментов.

– Это не комплимент. Это факт. – Он подходит ближе и внимательно всматривается в моё лицо. – Мягкие черты лица, миндалевидные глаза. Линии правильные и аккуратные. По росту и телосложению вы с принцессой тоже были схожи. Принципиальная разница только в цвете волос и глаз. Волосы тоже светлые, но у принцессы они действительно выделялись… И у тебя тёмно-карие глаза, как это часто бывает у магов-менталистов.

– Я не понимаю, к чему вы клоните, лорд Тинрейт.

Барон делает шаг навстречу, но я пячусь назад.

– Послушай. Нам обоим очень жаль принцессу. Но теперь нужно решать, что делать дальше. Скорбь сейчас – непозволительная роскошь. Чем дольше мы откладываем решение насущных вопросов, тем хуже. – Аура барона становится более угрожающей. Он очень зол, я никогда не видела его таким. Инстинкт твердит мне, что сейчас стоит держаться подальше.

Кажется, лорд Тинрейт видит напряжение в моём теле и сбавляет тон, выдыхая и стараясь сдерживать свой гнев. К моему удивлению, у него это получается. Бьющий через край поток негативных эмоций начинает стремительно сужаться, успокаивая своё течение.

– Самое ужасное в сложившейся ситуации не то, что нас могут казнить. И даже не то, что погибла принцесса. – Аура становится тёмно-синей, ему сложно говорить об этом. – Куда хуже, если развяжется война.

– Убийца… он ведь арканиец? – Перед глазами возникает образ незнакомца, с которым барон столкнулся в лагере. Худощавый мужчина средних лет с ярко-синими глазами и шрамом, рассекающим лицо от брови до уголка губ на противоположной стороне.

Только арканийцы владеют ледяной магией элементализма. Трупы были пронизаны ледяными шипами, вряд ли они взялись там просто так, из ниоткуда.

– Арканиец. И принцесса погибла на земле Аркании. Это станет поводом для войны.

– Раз арканиец убил принцессу на их земле, то может война того стоит? Может, они действительно должны получить по заслугам? – Процеживаю я сквозь зубы, не веря в то, что говорю.

Барон опешил. Спокойствие, которое он вернул себе с трудом, тут же развеивается. Он стремительно сокращает расстояние и хватает меня за предплечье, притягивая ближе и заглядывая в глаза. В любой другой ситуации подобный жест можно было бы расценить противоречиво, но сейчас мне совершенно понятно, что ничего романтического в нём нет.

– Дура. Включи голову. – Два ярких аметиста смотрят на меня из-за грозовой тучи, окружающей пространство вокруг дипломата. От такого взгляда кровь приливает к ногам, а дыхание замирает. – Этот ублюдок вырезал весь лагерь. Но нас почему-то оставил в живых. Как думаешь, почему?

– Вам удалось его спугнуть? – Всерьёз отвечаю я, но тут же чувствую, что воздух вокруг начинает искриться. Барон злится ещё сильнее.

– Он даже не стал атаковать. Как думаешь, что это значит?

И тут до меня доходит.

– Почему-то ему было нужно оставить нас в живых.

Отпуская мою руку, лорд Тинрейт продолжает пристально смотреть мне в глаза. Слишком нагло. Даже учитывая разницу в наших социальных статусах.

– Именно. Не всё так однозначно, я почти уверен в этом. – Он отводит взгляд и немного отступает. – Ты притворишься принцессой.

Сердце пропускает удар. Что он только что сказал?

– Лорд Тинрейт, вы не в себе. – Мой голос звучит, как что-то потустороннее, мало знакомое мне. Я не помню, чтобы когда-то он звучал так холодно и твёрдо.

– Беатрис, ты ведь и сама всё понимаешь. – Барон выдыхает, а его аура вдруг становится… Фиолетовой? Он испытывает целый коктейль негативных чувств. Злоба, ненависть, сожаление, обречённость, страх, неуверенность. Слишком сложно выцепить из этого непонятного месива что-то одно. – Тот, кто сделал это, возможно, хотел развязать войну. Представь, что будет, если столкнутся две крупнейшие страны Тэнрейна.

– Погибнет много людей…

От осознания по спине пробегают мурашки.

– Мыслишь в правильном направлении. А теперь представь лица тех людей, которые организовали убийство принцессы. Что если наследница вдруг окажется живой и здоровой? И исполнит своё предназначение.

– Они… начнут паниковать?

– Именно так. И начнут ошибаться. По крайней мере, мы сможем выиграть время.

– Но я же не принцесса. Я понятия не имею, как ей притвориться. Ни внешностью, ни поведением, я ни разу не соответствую ей.

– Вопросы с оболочкой оставь мне. А вот над содержимым, возможно, придётся поработать.

Я всё ещё не могу поверить в ту безумную идею, которую мы обсуждаем.

– У тебя есть бесспорное преимущество. Никто другой не знал принцессу так близко, как ты. – Добавил он.

Это правда, от которой становится больно. Только мне принцесса могла доверять, и лишь я знала её сокровенные тайны.

* * *

– Я думаю, что Кас очень милый. – Принцесса наклонилась к моему уху, когда я, заварив кофе, сидела вместе с ней и мирно отпивала из чашки свой напиток.

– Ваше Высочество, вы же не…

– Знаю, знаю. Я не могу вступать в отношения с кем-либо. Я принцесса, и наверняка уже скоро для меня выберут жениха. Мне ведь уже семнадцать. – Её аура вдруг поменяла цвет. Без спросу я старалась не влезать в её чувства и эмоции. Только если это напрямую не касалось моих обязанностей – заботы о принцессе.

– Уверена, Его Величество выберет для вас лучшего кандидата, госпожа.

Неподалёку от нас в беседке дворцового сада сидел лорд Тинрейт, статный молодой человек с очень притягательной внешностью. Конечно, любой девушке, у которой есть глаза, понравился бы молодой барон, недавно получивший титул. Почти всё своё время он проводил в ближайшем окружении Великого Герцога. Напряжённо о чём-то размышляя, мужчина играл в странную стратегическую игру, переставляя небольшие фигурки на деревянной доске.

– Надеюсь на это. Но могу ведь я просто любоваться Касом издалека. – Принцесса подмигнула мне, слегка подтолкнув в бок. – Как думаешь, Трис, я нравлюсь ему? Ты ведь можешь почувствовать это?

Любовь – наиболее сложное чувство для мага-менталиста. Если ты сам никогда не любил, то распознать его будет невероятно сложно. Разве что напрямую коснуться владельца и установить с ним эмоциональную связь. Затрудняет дело то, что все воспринимают любовь по-разному.

– Вы понравитесь кому угодно, Ваше Высочество. Но узнать его чувства наверняка я не могу. Для этого нужен прямой контакт. Лорд Тинрейт знает, что я маг-менталист, он вряд ли будет столь неосторожен.

Делая вид, будто пью кофе из чашки, я мельком посмотрела на барона. Его широкие плечи и твёрдая осанка пробуждали в моём теле странный трепет. Но если он понравился Её Высочеству, я должна была выбросить эти глупости из своей головы. Оно того не стоит. Беатрис – безродная служанка принцессы, её мысли и чувства не имеют никакого значения.

Глава 6

Холодно. Ноги сильно болят.

Уже несколько часов мы с лордом Тинрейтом идём через заснеженный лес. По солнцу и мху на деревьях барон определил, в каком направлении нам нужно идти.

Подол бархатного платья уже весь намок и покрылся ледяными корками от снега. Я стараюсь приподнимать его, но с каждым разом это даётся всё тяжелее. Отсутствие сна даёт о себе знать, и с самого утра мы безостановочно преодолеваем сугробы. Крутом только бесконечные одинаковые деревья. Желудок сводит от голода, но совсем нет моральных сил, чтобы поесть.

Я снова смотрю на спину барона. Видно, что он тоже устал, но явно ощущается его решимость. Пусть я и не давала прямого согласия на осуществление безумной затеи дипломата, но не согласиться с его доводами я тоже не могу. Он во многом прав.

Тот, кто сделал это с моей госпожой, должен понести наказание.

– Если немного поторопимся, доберёмся до Аркенхольма к утру.

– К утру… – Повторяю я конец фразы, пытаясь осознать, как долго нам ещё идти. Мой голос немного дрожит от холода. Лорд Тинрейт оборачивается и беглым взглядом оценивает меня. Его аура смягчается.

– Я понимаю, что идти тяжело. Но нам нельзя останавливаться. Иначе будет хуже, и можем вляпаться в неприятности.

Мужчина опускает глаза. Кажется, смотрит на моё платье. Вдруг лорд Тинрейт молча снимает своё шерстяное пальто и накидывает на мои плечи. Сам он остаётся в вельветовом сюртуке. Не говоря ни слова, дипломат отворачивается и продолжает идти. Немного шокированная таким жестом, я пытаюсь сосредоточиться на эмоциях барона, но без толку: его Эфир не шелохнулся. Ему на меня всё равно. Почему-то я чувствую облегчение от этого.

По мере приближения темноты идти становится всё труднее. Благодаря пальто лорда Тинрейта мне не столь холодно, но каменные икры уже начинают нестерпимо ныть. Накопилась усталость. Я то и дело начала пошатываться и спотыкаться. Каждый раз, оступаясь, я вызываю у барона новую волну раздражения.

– Ладно, мы сделаем очень короткий перерыв. Поужинаем и продолжим путь. – Его строгий голос заставляет меня вздрогнуть.

– Хорошо, лорд Тинрейт.

Мы устраиваемся под широким стволом ели. Где-то рядом свистит ветер, но колючие ветви защищают нас, согревая ближайшее пространство. Барон достаёт из кожаного мешка сухофрукты и протягивает мне горсть. Сидя в тишине, мы просто едим кусочек за кусочком. Руки трясутся от усталости. Я поджимаю ноги под себя и накрываю их подолом пальто, чтобы согреть. Откуда-то из глубины леса слышится протяжный вой. Вслушиваясь в него, я вздрагиваю.

– Волки. – Барон подаёт голос. – Потому-то нам и не стоит задерживаться. К тому же, костёр в таких условиях не развести, как ни старайся.

Ветер усиливается. Ели начинают покачиваться, шелест и скрип ветвей проносится меж крепких стволов. На меня снова накатывает ужас от осознания того, как мы оказались здесь. Плечи начинают дрожать. Хочется плакать, но не могу: от обезвоживания в теле нет лишней жидкости. Барон делает вид, будто не обращает внимания, но я чувствую, как меняется его аура. Она становится более мрачной, такой, что невольно хочется отодвинуться. Ему больно.

Наша небольшая трапеза закончилась, и мы снова пробираемся через сугробы посреди деревьев. Просвет меж елями стал шире. Ветер дует в лицо, мне почти ничего не видно. Я стараюсь держаться прямо за спиной лорда Тинрейта.

– Может, стоило переждать ночь там? – Мой голос едва слышен из-за свиста ветра.

– Нельзя. Мы либо замёрзли бы насмерть, либо нас бы нашли дикие животные. Останавливаться опасно. К тому же, так мы быстрее доберёмся до города. – Барон говорит громко, чтобы его было хорошо слышно.

Час, два, три. Не знаю, сколько прошло времени. Ветер немного стих, уступая сцену ухающим совам и лунному свету, который пробивается меж голубых елей, создавая причудливые тени. Ещё вчера я любовалась одной из таких елей, заворожённая великолепием векового дерева. Пока принцессу убивали. Её смерть для меня всегда будет пахнуть хвойным лесом, зимним мхом и смолой.

Несколько шагов и всё, деревьев впереди больше нет, только снежные поля, подсвеченные светом полной луны. На горизонте виднеются слабые огоньки. Мы вышли из леса. Сердце отчего-то забилось быстрее, а взгляд обрёл ясность. Ещё немного, и всё будет позади.

Не будет. Это только начало.

Я невольно ускоряю шаг. Видя это, Кассиан Тинрейт тоже начинает идти быстрее. Кажется, будто мы ни на метр не приближаемся к цели, но вот перед нами уже виднеется протоптанная дорога. Ступив на неё, я оборачиваюсь.

– Прощайте, принцесса. – Шепчу я себе под нос и до боли сжимаю кулак.

Нагнав барона, я продолжаю путь.

Проходит около часа, прежде чем мы наконец оказываемся перед каменными стенами.

– С какой целью вы прибыли в Аркенхольм? – Высокий голос стражника пробуждает во мне и радость, и тревогу одновременно. Я смотрю на барона, гадая, что же он ответит.

– Я сопровождаю знатную особу с дипломатическим визитом. По пути на нас напали разбойники, мы остались без экипажа и охраны.

Стараясь не выдать волнения, я чуть отвожу взгляд. Стражник, кажется, оценивает наш внешний вид. Скрип ворот заставляет меня поморщиться.

– Проходите. Надеюсь, вы не сильно пострадали. Когда оклемаетесь, зайдите в казармы, чтобы мы могли составить рапорт.

– В этом нет необходимости. Важно доставить леди в столицу как можно скорее, мы не можем тратить время на это.

Я замираю в ожидании ответа стражника. Немного поразмыслив, мужчина хмыкает и пожимает плечами.

– Как знаете. – Жестом он приглашает нас войти. К счастью для нас, он не слишком ответственно относится к своим обязанностям – На центральной площади есть гостиный двор.

– Благодарю. Леди, прошу проследовать за мной.

Кассиан играет свою роль, в то время как я просто делаю то, что он говорит. Оказавшись в городе, я оглядываюсь: каменные дома с серой черепицей покрыты снегом, но улочки хорошо очищены и освещены железными фонарями. Всё кажется более цивилизованным, нежели я ожидала.

– Мы не пойдём в гостиный двор. – Отрезает лорд Тинрейт, кивая куда-то вбок. Мне на это абсолютно всё равно. Сил нет даже на вопросы, и я просто следую за дипломатом, свернувшим с главной аллеи куда-то в закоулки.

Глава 7

Открыв глаза, я вдруг замечаю, что солнце уже взошло. Чёрт, я проспала! Нужно помочь принцессе с утренним туалетом. Помочь… принцессе…

Воспоминания о недавних событиях накатывают на меня слишком внезапно. Слёзы сами по себе начали падать прямо на колючие бежевые простыни. Хотелось бы, чтобы всё произошедшее было сном, но я понимаю, что это не так. Эллен Лэстлайт мертва, и мне больше не о ком заботиться.

Вчерашний вечер я помню смутно. Само наличие тёплой постели уже обнадёживает. Я оглядываюсь вокруг: комнатка не сильно отличается от того, к чему я привыкла. Скромные обои, односпальная кровать с простым постельным бельём из плохо обработанного хлопка, деревянная тумбочка с кувшином и стаканом воды. Просто и без излишеств.

Отодвинув одеяло, я обнаруживаю, что всё ещё остаюсь в синем бархатном платье, принадлежавшем моей госпоже. Значит, у меня не было сил даже чтобы переодеться. Тогда провалы в памяти не удивительны.

Смотрю в небольшое зеркало. Оно выглядит потрёпанными, но достаточно чистым для того, чтобы понять – его регулярно протирают, ухаживают за ним. Отражение в нём чуть не заставило меня отшатнуться назад. Волосы лежат как попало, некоторые пряди слиплись между собой. Даже после сна на лице видна усталость. Под глазами синяки, щёки впалые от изнеможения. Выгляжу, мягко говоря, не очень.

Подойдя к порогу комнаты, я прислоняюсь ухом к двери. Где-то рядом слышатся незнакомые голоса. Какой-то мужчина о чём-то спорит с женщиной, явно пожилой. Даже через дверь я ощущаю её страх и сожаление. Она пытается избежать конфликта, но незнакомец слишком настойчиво хочет поругаться с ней, продолжая наседать. Подонок. С другой стороны слышатся чьи-то шаги, поднимающиеся по скрипучей лестнице. Они становятся всё громче. Кто-то держит путь сюда, в эту комнату. Отстранившись от двери, я поправляю платье и быстро расчесываю волосы пальцами, понимая, что это вряд ли хоть немного улучшит ситуацию.

Короткий стук.

Лучше немного подождать, будто я не подслушивала у двери только что. Спустя пару секунд я все же решаюсь и, повернув в замке ключ, тяну дверь на себя. Она кажется хлипкой, но поддаётся с трудом.

На пороге стоит лорд Тинрейт. Выглядит он, конечно, значительно лучше меня. В синей рубашке и жилете с вышивкой из золотой нити барон смотрится весьма свежо. Будто ничего не произошло. Но по его мрачной ауре я понимаю: как бы хорошо дипломат ни выглядел, он не в порядке.

– Как ты себя чувствуешь? – Коротко спрашивает мужчина, осматривая меня с головы до ног.

– Это не важно, лорд Тинрейт. В свете вчерашних событий. Весь этот ужас ведь не приснился мне?

Он оглядывается, делает резкий шаг вперёд и, зажав мне рот ладонью, толкает внутрь комнаты. Захлопнув дверь, барон отпихивает меня и резко впивается взглядом в моё лицо.

– То, что произошло в лесу, должно остаться между нами. Никому нельзя об этом знать. – Мужчина процеживает каждое слово сквозь зубы. – Не говори об этом вслух. Если возможно, то даже не думай о произошедшем. У стен бывают уши. А где уши, там и рот.

– Х-хорошо, лорд Т-тинрейт. – Испугавшись его бурной реакции, я слегка заикаюсь.

– Умница. И можешь не обращаться ко мне столь официозно с сегодняшнего дня.

Взяв в углу комнаты стул, он приставляет его к кровати. Я смотрю на барона, не понимая, чего он хочет.

– Присядь. – Говорит мне дипломат, кивком указывая на кровать. – Ты и с принцессой была такой деревянной? Не припомню.

Упоминание покойной госпожи вызвало волну мурашек по моей спине.

– Нет, л… – Я запинаюсь и пытаюсь подобрать верное обращение к нему. – Лорд…

– Просто зови меня Касом. – Отрезает он, явно раздражённый возникшей неловкостью.

Как я, простая служанка, могу называть барона Кассиана Тинрейта, придворного дипломата и доверенное лицо Его Величества, который к тому же старше меня почти на семь лет, «Касом»? В голове не укладывается.

– Это непросто.

– Придётся привыкнуть. Мы теперь сообщники. Если мы и наедине будем общаться с соблюдением всех формальностей, это будет контрпродуктивно.

– Котр…что?

Мне стыдно, но я не слишком хорошо понимаю заумную речь образованных господ. Совсем деревенщиной меня тоже не назовёшь, учитывая, как долго я была при дворе. И тем не менее, лорд Тинрейт хорошо образован и прекрасно владеет такими словечками. Их значение мне в жизни не понять.

– Не к месту это. Вот и всё. – Говорит он на выдохе.

Сев на кровать, я стараюсь держаться от него подальше. Барон, конечно, сдерживает эмоции, но ауру свою изменить слишком сложно. Всё равно ощущается тяжесть его внутреннего мира, состоящего из коктейля подавленных чувств и запертых на замок мыслей. От этого рядом с ним мне некомфортно.

– Нам надо решить, что делать. – Продолжает мужчина, потирая виски. – Пока мы живём в этом трактире, нельзя выдавать, что мы как-то связаны с государственными делами. Так что старайся ни с кем тут не разговаривать. Мы просто едем в столицу на приём и решили остановиться тут. Это ты поняла?

– Поняла. – Коротко отрезаю я. Мне не нравится, что он разговаривает со мной, будто я идиотка, но сейчас я и правда туго соображаю. – Что дальше?

– Придётся быстро подготовить тебя к роли принцессы. У нас максимум неделя, больше нет возможности тут быть. Эту задержку можно списать на сложности, возникшие в дороге. Больше – заподозрят неладное.

Дипломат встревожен, когда говорит об этом. Его аура то и дело колеблется.

– Но как мне притворяться принцессой? У них же наверняка есть представление о том, как выглядит Эллен Лэстлайт.

– У меня есть одна идея. Но сначала – этикет, знания о светском обществе и умение держаться при дворе. – Барон опускает голову и начинает потирать шею сзади. – Без этого тебя разоблачат, даже если ты будешь полной копией принцессы.

– Но я знаю этикет…

– Ты знаешь его как прислуга. – Мужчина тут же перебивает меня.

Рада, что мне всё же не приходилось общаться с лордом Тинрейтом ранее. Он не самый приятный собеседник.

– Не сочтите за наглость, но я даже не соглашалась на осуществление этой безумной затеи.

Мужчина громко выдыхает и прикладывает руку ко лбу. Его аура бушует всё сильнее, кажется, он вот-вот взорвётся.

– Мы оба понимаем необходимость этой, – следующее слово он явно выделяет голосом, – «безумной» затеи. Давай не будем делать из этого ещё одну проблему. Скажи, у тебя есть другие варианты, как нам выжить, найти виновников и сохранить мир между Арканией и Велмаром?

Мне нечего ответить барону. Потому я просто молча продолжаю слушать его.

– Рад, что мы нашли контакт. – Он откидывается на спинку стула. Разбушевавшаяся аура становится более ровной, колебания замедляются. Дипломат всё ещё напряжён, но держит себя в руках. – Так вот. Проблема в том, что ты знаешь этикет «снизу». Опускаешь взгляд, лебезишь, прислуживаешь.

Да что он о себе возомнил? От недовольства я показушно фыркаю. Барон не обращает на это никакого внимания.

– Даже сейчас. Я дал тебе понять, что со мной не нужно больше вести себя как прислуга. Но ты всё равно обращаешься ко мне на «вы». Первый промах.

Конечно, мне сложно общаться с титулованной особой на равных. Моё детство прошло там, где жизнь ничего не стоила. В отличие от аристократов, родившихся с золотой ложкой во рту.

– С сегодняшнего дня учись держаться гордо и не опускать взгляд. Нужно, чтобы всё в тебе выдавало уверенность.

– Хорошо, Кас…

Когда мои губы произносят вслух короткое имя барона, перед глазами возникает образ принцессы. Только она называла его так. В груди что-то неприятно защемило.

– Умница. – Мужчина кивнул и встал со стула. – Приводи себя в порядок и спускайся к обеду. Потом я приду к тебе, будем разучивать этикет.

Следующие несколько дней прошли весьма странно. Они совсем не вписывалась в мой привычный образ жизни. От того, что не нужно присматривать за кем-то, помогать, сопровождать, поддерживать… было как-то не по себе.

Кассиан Тинрейт учит меня этикету. Как правильно приветствовать и разговаривать, различать титулы, делать реверансы, есть и пить. Признаться, обучение даётся мне с трудом. Барон прав, я привыкла служить и лебезить, что никак не вяжется с королевской статью принцессы, рождённой в аристократической среде. Особенно мне не достаёт мягкости и плавности, какой обладала Эллен. В движениях, жестах, взгляде.

– Ещё раз! – Командует дипломат, видя, как старый блокнот, который мы одолжили у хозяина трактира, начал сползать с моей головы во время ходьбы.

Я возвращаюсь на исходную позицию и кладу на голову тонкий переплёт. Сделав лёгкий реверанс, поднимаю взгляд на мужчину. Его аура уже более спокойная, нежели в начале обучения, когда каждое моё неловкое движение вызывало у него явное раздражение. Но нужно отдать должное – он неплохой учитель. Сдерживает эмоции дипломат тоже весьма неплохо, ведь несмотря на внутреннее напряжение, он ни разу на меня не сорвался.

Шаг, два, три. Чувствую, что блокнот снова соскальзывает. Стараюсь держать спину ровнее, но процесс необратим. Раздаётся шлепок. Кассиан шумно выдыхает.

– Что же с тобой делать?

Мужчина встаёт с края кровати и, обойдя меня, подходит почти вплотную сзади. Его ладонь ложится между моих лопаток. Слегка придерживая плечо второй рукой, он мягко давит на позвоночник.

– Осанка начинается здесь. – Ладонь мужчины скользит чуть ниже и нажимает на поясницу. – И здесь. Важно держать не только голову и плечи, всё твоё тело должно рисовать невидимую ось. Понимаешь?

От этих прикосновений я вздрагиваю, послушно выпрямляя спину в указанных точках. По рукам едва ощутимо ползут мурашки.

– Понимаю. – Коротко отвечаю я и, сделав шаг прочь от мужчины, поднимаю блокнот.

– Тогда повторяем снова. Если уронишь блокнот, я затяну на тебе корсет и заставлю ходить в нём весь день.

Раньше я и не думала, что барон Кассиан Тинрейт такой прямолинейный и в чём-то даже беспардонный. Со стороны он казался обходительным, настоящим джентльменом. Но, возможно, на меня его «джентльменское» поведение не распространяется, ведь я простая служанка, с которой ни к чему обращаться бережно. Пару раз за эти несколько дней наших упорных занятий мне показалось, что за его жестами может крыться что-то большее. Но нет. Когда я считывала его эмоции, там не было ничего, что выдавало бы симпатию или какой-либо романтический интерес.

Тем не менее, его угрозы подействовали хорошо. Мне наконец-то удаётся пройти заданную дистанцию, не уронив записную книжку.

– На сегодня закончим. Всё время старайся контролировать осанку.

Барон, стоявший в углу комнаты и наблюдавший за мной, отталкивается от стены и проходит мимо, на ходу снимая блокнот с моей головы.

– Завтра это будет книга по истории Тэнрейна. И если ты её уронишь, мало не покажется. Я накажу тебя самым неприятным образом.

Хочется спросить, каким же, но я не решаюсь. Не стоит лишний раз нарываться.