Текст книги "Я украла личность своей госпожи и стала женой принца (СИ)"

Автор книги: Лера Андерсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Глава 28

Ноги несут меня обратно в сад.

Этот мужчина… Есть в нём что-то неожиданно притягательное, манящее. Мои щёки впервые за долгое время горят от нахлынувшего возбуждения. Даже прохладный северный ветер, гуляющий по саду, не в силах сбить этот жар.

Погружённая в свои мысли, я наворачиваю круги вокруг фонтана. Слегка суетливо, пытаясь прогнать нахлынувшие эмоции. Кожа рук помнит его тёплое прикосновение, его аккуратное, мягкое поглаживание на пальцах. Я уже забыла, каково это, когда тебя трогают вот так. Более того, я и не знала…

Заходя на очередной круг, я вдруг замечаю неподалёку чью-то тень. Не сразу. Сначала я лишь слегка цепляюсь за неё краем глаза, а затем снова прохожу мимо, и тут же замираю от осознания.

Оборачиваюсь.

В паре метров от меня стоит Кас. Он словно возник из ниоткуда. Его не было в моей жизни сколько, четыре месяца? И вдруг он здесь, стоит в саду у одинокой колонны, рассматривая меня, но не решаясь приблизиться. Я тоже смотрю на него.

Повисшее между нами молчание словно заставляет время замереть. Оно вязкое, как мёд. Ветер стихает, шелест деревьев – тоже, редкие голоса вдалеке замолкают.

Несколько месяцев отсутствия изменили его. Его фигура стала стройнее, а в осанке появилась странная, звериная собранность. Аура барона тоже изменилась. В ней, как и в его взгляде, плескается сложная смесь усталости, настороженности и чего-то тёплого, светлого, едва уловимого…

Кас решается первым, делает несколько шагов мне навстречу. Я замираю в ожидании. С каждым шагом колебания его ауры учащаются. То самое тёплое и светлое чувство внутри него становится всё более уверенным, прорастая откуда-то из глубин Эфира. Он… рад меня видеть?

Теперь друг от друга нас отделяет всего два шага. Безопасное, приличное расстояние. В этих двух шагах всё: обида, боль, непонимание, но в то же время радость встречи и надежда на то, что всё ещё можно исправить.

– Ваше Высочество… – Его голос стал тише и грубее, чем я его помню. Взгляд аметистовых глаз плавно скользит по мне сверху вниз и обратно. Жилистая шея слегка подёргивается, когда он сглатывает, чтобы продолжить. – Вы выглядите… хорошо.

Лёгкое колебание в его ауре заставляет меня слегка улыбнуться.

– Барон, вы вернулись. – Тихо отвечаю я. Лёгкое дуновение ветра слегка колышет его каштановые локоны, освещённые редкими солнечными лучами. – Вы выглядите… уставшим.

Он осмеливается сделать шаг вперёд. На грани. Нарушение этикета не свойственно натуре Каса, и всё же…

– Аркенхольмские леса и дороги сильно утомляют. Но они неплохо… прочищают голову, укладывают мысли по местам. – Барон бросает беглый взгляд на фонтан, но затем снова возвращает его на моё лицо, заглядывая прямо в глаза. – Я был неправ. В тот день я перешёл все границы, оскорбил и ранил вас. Я не должен был так говорить, даже если цель оправдывает средства. Я искренне прошу вашего прощения.

Значит, я была права. Тогда он и вправду видел во мне инструмент. Это не просто извинение, это признание. И всё же… Он решился на него, невзирая на гордость.

Разорвав зрительный контакт, я повернулась к фонтану и устремила взгляд на водную рябь. Серая статуя богини смотрит на нас свысока, словно ожидая исхода этой сцены.

Я киваю.

– Мне совершенно ясно, что вы действовали в интересах своей страны. И отчасти я тоже виновата, что не подумала о последствиях. Это место… – Мой голос дрогнул. – Оно высасывает всё, оставляя лишь пустую оболочку. Я буду рада вновь обрести союзника. Того, кто знает правду…

Того, кто ещё помнит меня настоящую.

Поднимается ветер. Он проносится меж нами, заставляя подол моего летнего платья из агорконской ткани слегка разлететься в сторону. Нежная ткань касается ног Каса.

– И я. – Тихо отвечает он, поворачиваясь к фонтану вместе со мной.

В саду снова воцаряется молчание, прерываемое лишь редкими порывами ветра. Но в этом молчании больше нет неловкости, в нём чувствуется спокойная аура примирения.

– У меня есть кое-что. – Я не поворачиваю головы. Взгляд всё так же сосредоточен на прекрасной статуе. – Я была в покоях супруга. Мне почти ничего не удалось найти, кроме переписки. Кронпринц общается с первосвященником о каком-то магическом амулете. Подозреваю, этот амулет он носит на шее, я видела его. Они говорят о том, что амулет якобы что-то подавляет и контролирует. И что никто из Велмара не должен знать об этом.

– Любопытно. – Аура барона вновь обретает привычный фиолетовый оттенок, поглощая те крупицы света, что впервые проявились в ней. Точно грозовая туча, закрывающая плотной завесой солнечные лучи. – Я тоже нашёл пару зацепок. И одна из них свидетельствует о том, что убийц было двое. Это была засада, они знали, где мы проедем. Я прочёсывал лес несколько раз и обнаружил то место, из которого они вели наблюдение. Нападение и вправду было спланировано и кто-то хотел, чтобы мы стали свидетелями. Чтобы мы обвинили Арканию.

– Вот как…

– Да.

Осознание того, что мне и вправду повезло выжить лишь по воле убийцы, заставляет желудок сократиться в болезненном спазме. Я прижимаю руку к животу. Мы – просто пешки в чьей-то грязной игре. Кас бросает на меня взгляд, полный понимания и сочувствия. Он уже и сам дошёл до этой мысли.

– Мы должны собрать этот пазл. – В моём голосе появляется холодная уверенность.

– Да.

Глава 29

Пробивающийся сквозь окна бального зала свет кажется холодным и отстранённым. Как и лицо Его Высочества Статуи. Но я должна стоять подле него, быть идеальным дополнением к его каменной фигуре.

Банкет в честь приёма посольства из Кастории – отличная возможность, чтобы реализовать наш план. Для его осуществления я должна втереться в доверие к кронпринцу. Узнать тайну его амулета иначе будет проблематично.

Я подозреваю, что именно из-за этого амулета я не чувствую его ауру. Это лишь одна из догадок, но Кас подтвердил, что такие артефакты существуют. Пусть и редки. Хотя для наследного принца крупнейшей страны Тэнрейна это наверняка не проблема.

Сегодня я одета в цвета Аркании. Мне не слишком к лицу бордовый цвет, но изящное платье из тонкого бархата вполне неплохо сидит на мне. Королева с королём отсутствуют на приёме, и мы с дражайшим супругом – хозяева вечера. Молодая монаршая пара. Кас объяснил, что королевская семья не слишком симпатизирует касторийцам из-за прошлых конфликтов, кронпринц же в этом вопросе более лоялен. Именно поэтому все соглашения были заключены ещё вчера.

Не люблю политику.

Мне нужно держаться, как подобает будущей королеве. Быть идеальной женой принца, наследника арканийского престола. Я вежливо улыбаюсь гостям. Каждое моё движение, каждый жест – часть спектакля.

Вокруг всё те же привычные жёлтые и оранжевые ауры. За исключением некоторых.

Неподалёку стоит барон в своём фиолетовом фраке. Голубой и фиолетовый – официальные цвета велмарского двора, и он не изменяет себе в этом. Забавно, что даже его Эфир соответствует этой цветовой гамме. Истинная преданность стране.

Он в своей официозно-вежливой манере беседует с сухой пожилой дамой, леди Хейлайн, герцогиней Вальдерской. Насколько я знаю, она тоже важная фигура в сделке по добыче руд. Её Эфир абсолютно серый. Но иногда, когда Кас улыбается в ходе разговора, в ауре дамы появляются алые кляксы.

Фу. Он же годится ей в сыновья, если не во внуки.

Ещё одна аура выбивается из общей картины. Сильная, светлая. Она появляется в дверях зала вместе с хозяином. Мужчина, одетый в неброский, но элегантный чёрный костюм, выделяется в толпе подобно экзотическому зверю. Лёгкая хромота присутствует в его походке лишь в одном, финальном движении, когда нога выпрямляется после каждого шага.

Наши взгляды сталкиваются. На лице гостя появляется ослепительная улыбка, столь редкая здесь, на севере. Он направляется к нам.

– Его Превосходительство первый посол Стальной Республики Кастории, Аргес Каррас. – Объявляет обер-гофмаршал, когда мужчина оказывается рядом с нами. Посол с необъяснимой статью и сквозящим в каждом жесте изяществом делает поясной поклон.

Он обращается к кронпринцу:

– Ваше Высочество, благодарю за радушный приём. Приятно вновь оценить великолепие арканийского двора, колыбели нашей цивилизации.

– Посол, рад приветствовать вас. – Морвин сухо кивает в ответ. Это просто формальность, но неизвестно, что за ней скрывается. – Надеюсь, ваше пребывание здесь будет плодотворным.

Холодный взгляд оранжевых глаз касается моего профиля, и тело инстинктивно напрягается.

– Позвольте представить мою супругу, принцессу Эллен Эйзергард.

В зелёных глазах Аргеса Карраса вспыхивает едва заметный огонёк узнавания. Его сияющая аура словно улыбается мне, и я чувствую, как к щекам приливает жар.

– Ваше Высочество, я уже имел мимолётное удовольствие встретиться с вами в коридорах замка. – Бархатистый голос посла становится мягче, когда он обращается ко мне.

Я ощущаю на себе взгляд кронпринца. Но он абсолютно ничего не выражает, просто следит за мной. Я снова вижу в нём немую статую. Статую, что смотрит на всех с парапета своей вечности.

Мне нужно добиться расположения супруга, потому нельзя обращать внимание на флирт посла. Я здесь не для этого.

– И всё же, позвольте официально поприветствовать вас при нашем дворе. – Моя улыбка ровно такая, какой должна быть в рамках этикета.

Для демонстрации лояльности семье Эйзергардов я аккуратно беру супруга за руку. Легко и естественно. Будто мы с ним действительно пара, а не просто фикция для усмирения политической ситуации. Даже через перчатку я чувствую холод его кожи.

Кажется, кронпринц этого не ожидал. Его большая ладонь едва уловимо вздрагивает, но пару секунд спустя вдруг сжимает мои пальцы. Неожиданно мягко.

От этого прикосновения моё сердце пропускает удар. Будто собственный Эфир начал колебаться.

Я поднимаю взгляд на Его Высочество Статую и слегка улыбаюсь, чтобы показать свою благосклонность. Лицо кронпринца всё так же подобно мраморной маске, но в улыбке, которую он надевает на себя, словно появилось чуть больше искренности. Или нет.

Посол, кажется, понял намёк. Аура касторийца осталась неизменной, он удалился, затерявшись среди гостей.

Я замечаю, что моя кисть всё ещё лежит в руке кронпринца.

Между нами повисает неловкая пауза. Я медленно убираю руку, чувствуя лёгкое, едва уловимое тепло в ту секунду, когда последняя частица меня отстраняется от его кожи.

Наши взгляды тоже разъединяются. Теперь мы стоим рядом, но каждый смотрит перед собой, наблюдая за гостями.

– Вы сегодня прекрасно держитесь, миледи. – Тихий голос кронпринца разливается рядом со мной. В нём словно стало чуть меньше той свойственной ему ледяной формальности. – А этот ваш жест. Очень тонкий ход.

– Королевский двор – это театр, Ваше Высочество. И чтобы зрители верили в то, что происходит на сцене, нужно играть виртуозно. – Я сама удивляюсь тому спокойному и твёрдому тону, с которым звучат мои слова.

– Вы считаете это спектаклем?

Слышно, как на его лице появляется лёгкая усмешка. Чёрт, как же жаль, что я не могу читать его ауру!

– Всё, что происходит на публике – спектакль. – Я ловлю себя на мысли, что впервые за долгое время говорю с Его Высочеством Статуей вот так открыто. Это не рядовой разговор о погоде и вкусе блюд за столом, а диалог более личный, прямолинейный. Надо этим воспользоваться. – И качество этого спектакля зависит от того, насколько актёры на сцене… доверяют друг другу.

Мой голос чуть не спотыкается о слово «доверяют», но я сохраняю невозмутимый вид. Его взгляд вновь скользит по мне. Каждой крупицей своей души я ощущаю, как он изучает меня, точно хищник, затаившийся в кустах. Кажется, будто он видит меня насквозь.

– Разве этот спектакль… не утомителен? Наверняка вам непросто играть свою роль. – Продолжает кронпринц, отцепив от меня взгляд. Я про себя выдыхаю. Плечи немного расслабляются, когда хищник всё же решает пройти мимо меня.

– Всё, что ценно, требует усилий, Ваше Высочество. Даже если это всего лишь фикция.

– Тогда продолжайте в том же духе, миледи. – Говорит он, завидев в толпе министра. Тот направляется прямо к нам, одетый в богатую бордовую рясу.

Кронпринц начал обсуждать с ним готовность рудников, и я, как мне подобает, просто стояла рядом. Мне казалось, что время от времени взгляд супруга касался моей кожи. Но, наверное, лишь казалось.

Глава 30

Когда официальная часть приёма была завершена, в зале уже царил полумрак. Все разбрелись по кучкам и начали беседовать тет-а-тет. Кронпринца куда-то уволокли министры, и я решила, что надо бы тоже пройтись по залу в поиске интересных разговоров и полезной информации. Как меня учил Кас.

Мои глаза блуждают по залу, пока я совершаю медленное шествие. Не успеваю я найти для себя кружок, как вдруг снова натыкаюсь на посла.

– Миледи. – Его губы расплываются в обворожительной улыбке. – Судьба вновь решила столкнуть нас.

Я чувствую, как внутри меня зарождается неловкость. С этим мужчиной мне сложнее всего сохранять самообладание, ведь его аура манит меня подобно лунному свету в ночи. Но я – принцесса Аркании, супруга кронпринца.

– Касторийцы, кажется, обладают удивительной способностью превращать случайные встречи в поэзию. Или это исключительно ваш дар, мистер Каррас?

– Все касторийцы очень ценят красоту и изящество, Ваше Высочество. Уверен, вы бы пришли в восторг при виде наших дворцовых оазисов, нашего искусства и нарядов.

– Культура другого народа всегда кажется загадкой. Уверена, в Кастории можно найти много привлекательных вещей.

Взгляд посла стал мягче, а аура засияла более тёплыми оттенками. Я невольно улыбаюсь, точно подставляя лицо этому свету.

– Надо же. Немногие здесь согласятся с вами, миледи. Ваша улыбка здесь – точно свет, пробивающийся сквозь арканийские тучи. – В голосе мужчины появляется странная нежность, от которой по моему телу расходятся приятные мурашки.

За плечом мужчины я вдруг замечаю лицо Каса. Он смотрит прямо на нас. Его эфир приобрёл тёмно-фиолетовый цвет, и кажется, будто барон вот-вот направит в меня заряд молнии. Что происходит?

Нужно разузнать.

– Арканийские тучи защищают мир людей от бурь, мистер Каррас. И я являюсь частью этого мира, как и вы. – Я делаю вежливый поклон. – Спасибо за беседу. Надеюсь, вы не против, что мне придётся оставить вас.

Посол не возражает и не препятствует, лишь кланяется и деликатно провожает меня взглядом.

– Буду надеяться на продолжение нашей беседы в дальнейшем, Ваше Высочество.

Когда я отдаляюсь от его светлой ауры, направляясь в сторону назревающего шторма, мой Эфир начинает невольно тосковать по этому приятному чувству спокойствия и лёгкости.

И вот я оказываюсь рядом с Касом. Взгляд его фиолетовых глаз кажется сейчас слишком тяжёлым, опасным. Он… взбешён.

– Не окажете мне удовольствие прогуляться со мной, подышать воздухом, миледи?

Я коротко киваю. Мы выходим из зала, оказываясь на просторном каменном балконе. Прохладный ветерок обдаёт мои плечи. Подойдя к самому краю, я бросаю короткий взгляд на барона.

– Рядом с нами есть кто-нибудь? – Спрашивает он полушёпотом. Теперь барон спрашивает меня об этом всякий раз, когда нам нужно поговорить наедине. Из соображений безопасности.

Сосредоточившись, я пытаюсь распознать ближайшие к нам ауры. Лёгкое головокружение одолевает меня. Я отшатываюсь, но Кас слегка придерживает мой локоть, не давая мне упасть.

– Мы одни. – Отвечаю я, потирая щёки.

– Хорошо. – Он шумно выдыхает. – Прошу тебя, держись подальше от Аргеса Карраса.

Я смотрю на Кассиана с недоумением. Его аура бушует подобно шторму, но он всячески старается её успокоить.

– Аргес Каррас – один из самых опасных людей в Кастории. Мастер шантажа и манипуляций, который чешет языком так, что никто не посмеет усомниться в его словах.

Да быть того не может! Я же вижу его ауру. Она точно не соответствует образу, о котором говорит Кас.

– Мне кажется, ты преувеличиваешь. Мы просто перекинулись парой слов.

– Даже этого может быть достаточно, чтобы он нашёл в тебе слабость. Это он умеет. И вертит он слабостями людей так, как хочет. Каррас может казаться обаятельным, делать вид, что понимает тебя, заинтересован в тебе, – Кас снова делает усилие, чтобы усмирить свой пыл, – но это иллюзия. Ему это нужно лишь для того, чтобы воспользоваться тобой. Через тебя он захочет получить секреты арканийского и велмарского двора.

Барон смотрит на меня так, что становится не по себе. Интересно, откуда у него такая явная неприязнь к этому послу? Обычно Кас спокоен и сдержан, но здесь не может сдержать переполняющую его ледяную ярость.

– Да поняла я, поняла… – Отвечаю я, облокачиваясь о перила балкона. Ночной воздух наполняет лёгкие ароматом леса. Ветерок подхватывает жемчужные локоны, опрокидывая из с моих плеч за спину. – Я не велась на его уловки. Хотя пока что мне сложно распознать в нём то, о чём ты говоришь.

Взгляд Каса вдруг приобрёл оттенок удивления, как и его аура.

– То есть?

– Его аура… Она весьма светлая, приятная. – Отвечаю я, про себя невольно вспоминая то тёплое чувство, которое я испытывала при контакте с его аурой. – Сложно сказать, что он плохой человек.

Кас вдруг складывает руки на груди, тоже найдя спиной каменные перила. Он о чём-то сосредоточенно размышляет.

– Интересное замечание со стороны мага-менталиста. И тем не менее, помни… Он не видит в тебе принцессу. И уж тем более не видит в тебе женщину. Для него ты – ключ, и он будет поворачивать его в нужную сторону, пока не откроет дверь в комнату, ведущую к нашим тайнам. Не стоит заигрывать с ним.

Если это правда, то они с Касом весьма похожи. Может, потому у барона такая неприязнь к послу?

И тем не менее… В его ауре читается беспокойство. Он говорит мне всё это не просто так. Кас действительно верит в то, что мне стоит держаться подальше от Аргеса Карраса.

– Хорошо, я услышала тебя. Постараюсь по возможности избегать контактов с ним.

Тогда я ещё не знала, насколько тяжело мне будет сдержать данное обещание.

Глава 31

Комната для чаепитий всё такая же душная. Зелёные обои, картины в золотых рамах, герб королевской семьи, направленный на меня со всех сторон… Но в этот раз в комнате витает запах благовоний. Вероятно, их привезли восточные гости в качестве подарков. Пахнет чем-то пряным, изысканным, волнующим обоняние и даже Эфир. Этот аромат напоминает мне тот, что исходит от свежеиспечённого хлеба, но есть в нём нечто чужеродное, манящее. Я невольно вспоминаю посла из Кастории. Такие же нотки пропитывают и его загадочный образ. Кас предупредил меня, что он может быть опасен, но чем именно?

Сейчас это не имеет значения.

Я сижу, идеально выпрямив спину и держа в руках чашечку чая с блюдцем. Тонкий фарфор уже гораздо увереннее лежит в пальцах. Мне всё так же противно пить эту травянистую жижу. Хотя признаться честно, на вкус она не столь ужасна, сколь противна компания, в которой приходится делать это. Моя спокойная, практически естественная улыбка время от времени играет на маске лица.

Привычное облако аур окружает меня. Холодная отстранённость королевы, насмешки придворных дам, ядовитая неприязнь леди Ранхейм и чёрная зависть её дочери Дораны. Однако, к моему удивлению, в этот раз за столом гостиной оказывается парочка молодых фрейлин, явно симпатизирующих мне. Их светлые ауры с лёгким розоватым оттенком смущения – словно глоток свежего воздуха в этой душной комнате.

Чаепитие начинается со светских бесед. Женщины обсуждают моду, изредка обращаясь ко мне, дабы узнать, как принято одеваться в Велмаре летом. К счастью, я много времени проводила с принцессой, а она могла часами говорить на эти темы.

Внезапное чувство тревоги вдруг окутывает меня. Я отрываю взгляд от зеркальной глади чая и натыкаюсь на ауру леди Ранхейм. Её притворная улыбка, пробиваясь через чёрные тучи, заставляет мою руку едва заметно дрогнуть. Она готовится к нападению.

Приторно-сладкий голос герцогини стекает с её тонких губ.

– Ваше Высочество! – Она обращается ко мне нарочито вежливо. – Вы просто расцветаете в наших краях! Право, глядя на вас и не скажешь, что вы выросли в чужих землях. В стране, где боятся холода, а магия пропитывает все сферы жизни.

Повторяетесь, леди Ранхейм. Подобный выпад уже был. Я несколько месяцев посещала церковные мессы и старалась избегать любых разговоров о магии, чтобы укрепить свою репутацию и продемонстрировать веру в Стальную Деву.

Ауры придворных дам вспыхнули огоньком азарта и предвкушения новых сплетен.

Я сделала очередной глоток чая и поставила чашку на блюдце. Её донце ударилось об изящный фарфор с мягким звоном.

– Вы правы, леди Ранхейм. Аркания научила меня по-настоящему ценить тепло очага. – Мой голос, ровный и спокойный, заполняет пространство мелодичным, идеально выверенным звучанием. – Но вы преувеличиваете. В Велмаре тоже бывают зимы, иногда даже весьма суровые. И мы точно также разжигаем камин, с помощью самых обычных дров и огнива, ведь система отопления не всегда справляется. И тем не менее, каждая страна по-своему борется с непогодой. Но даже здесь важно искать не различия, а повод для сотрудничества и обмена опытом. Для того и нужен наш союз. Вы со мной согласны, леди Ранхейм?

Кас хорошо натаскал меня.

Улыбка леди Ранхейм расплывается ещё сильнее, становясь всё менее естественной. Даже жуть пробирает от того, насколько у некоторых людей могут тянуться губы. Тёмная пелена вокруг женщины сгущается, закрывая её тучное тело.

– Ваше Величество! Прошу прощения за беспокойство, к вам пришёл Его Величество Король.

– Вальд? Интересно, зачем он пожаловал. – Отставив чашку в сторону, королева изящно складывает руки перед собой. – Пусть войдёт.

Дверь гостиной распахивается, и через неё проскакивают два озорных зверька. Виляя хвостами, они пробегают вглубь гостиной и тут же окружают кресло королевы, а затем по очереди пытаются запрыгнуть к ней на руки.

На моих глазах аура королевы вдруг смягчается. Её обычно ледяное лицо без грамма мягкости озаряется нежной улыбкой. Откуда-то из-под корки толстого льда начинает литься приятный свет, согревающий её Эфир тёплыми лучами. От такой перемены я слегка опешила.

Король заходит следом. Когда он видит, как королева притягивает на свои колени одну из собак, уголки его губ, привычно опущенные, вдруг приподнимаются в лёгкой, едва заметной улыбке. Усталая аура озаряется проблесками ласкового благоговения.

Мне с самого начала было понятно: в их браке нет любви. Либо уже нет, либо никогда и не было. Но что-то их всё-таки объединяет. Однако я не могу читать любовь, это умение недоступно мне ни как магу, ни как человеку. Так может, я всё-таки ошибаюсь?

– Ваше Величество, – король обращается к жене, – они очень просились к вам. Надеюсь, я не прервал вашу беседу.

– Всё хорошо, Вальдерон. Фэри и Торос не могут нам помешать.

Даже голос королевы звучит иначе. Рукой она плавно поглаживает шёрстку сидящего на её коленях небольшого пса. Второй пёс, покрупнее, устраивается в её ногах и опускает мордочку на сложенные перед собой лапки.

Я смотрю на короля, и наши взгляды вдруг сталкиваются в немом приветствии. В его ауре на долю секунды мелькает лёгкая тревога, но она тут же растворяется.

– Тогда не буду вам мешать. Когда вы закончите, слуга сообщит мне. – Лёгким кивком он прощается с нами. – Дамы, приятно вам провести время.

Красная мантия короля скрывается за дверью.

Насколько я могла понять за несколько месяцев наблюдения, он очень привязан к своим животным. Король любит проводить время с ними и лично контролирует все вопросы псарни. Вот у кого тут точно есть сердце. Жаль, оно бьётся слишком слабо.

Стараясь не спугнуть своих питомцев, королева разливает по чашкам новую порцию чая. С появлением короля я совсем забыла про леди Ранхейм. Её ядовитая аура всё так же сочится сквозь дружелюбную улыбку.

Пёс, что лежал в ногах у королевы, встаёт и потягивается. Вальяжной поступью он вдруг подходит ко мне и кладёт голову на мои колени. Я чувствую ауру пса. Светлая, немного ленивая, но спокойная и ласковая. Его голубые глаза смотрят прямо на меня, а серебристая шёрстка переливается шёлковым блеском. Кого-то он мне напоминает…

Я невольно улыбаюсь и подаюсь вперёд, чтобы погладить пса.

– Торосу вы, кажется, нравитесь, Ваше Высочество. – Королева обращается ко мне, и её тон впервые не звучит как ледяная усмешка.

– Значит, тебя зовут Торос? – Мои пальцы мягко чешут пса за ухом. Он довольно высовывает язык, подставляясь под мои прикосновения. Такой мягкий. – Хороший мальчик.

Наблюдающая за этой картиной леди Ранхейм, судя по всему, находит ещё один повод для ненависти ко мне.

– Ах, Ваше Величество! Ваши псы – сама суть благородства и знатности рода. Порода, столетиями сохраняющая чистоту крови, выведенная под чутким присмотром королевских псарей для служения династии. Это ведь так важно – чистота крови! Ни единой примеси. Только из этого рождается истинное изящество, род, чьи потомки сохраняют величие предков.

Её взгляд, полный острой ненависти, устремляется прямо на меня. Намёк на моё происхождение? Что ж…

– В ваших словах есть доля истины, леди Ранхейм. – Парирую я, чувствуя на себе взгляды придворных и королевы. – Но знали ли вы, что иногда, чтобы сделать потомство более сильным, породы скрещивают? Благодаря этому собаки становятся более устойчивыми к болезням, что продлевает существование рода. Это ведь происходит и с династическими браками. Мудрые правители во все века заключали союзы с другими странами именно таким образом.

– Похвально, что ты беспокоишься о родословной моих псов, Ирена. – Королева опускает взгляд на милый комок шерсти, устроившийся на её коленях. Рука, увешанная перстнями, плавным жестом приглаживает непослушную бордовую шёрстку. – Но ты, кажется, забываешь о родословной моей невестки. Её мать, светлая ей память, была родственницей моего супруга, Его Величества короля. А предки её отца правили Велмаром ещё во времена, когда твои пасли овец.

Голос королевы постепенно утрачивает мягкость, как и её аура. В нём снова слышится привычный холод железа.

Герцогиня вздрагивает под этим взглядом. Даже Торос, до этого радостно вилявший хвостом от моих поглаживаний, вдруг поджимает его и опускает уши. Атмосфера в гостиной меняется в мгновение ока.

– А ещё ты забываешь о моей родословной. – Продолжает она. – Ведь именно «примеси» три поколения назад спасли мой род от вымирания. Так что будь осторожна в своих намёках. Ты рискуешь задеть и моих личных предков.

В аурах остальных участниц чаепития появляется немой страх и паника. Судя по всему, они вдруг осознали, что леди Ранхейм, ближайшая подруга королевы, только что перешла черту.

Никто не решается заговорить.

– Моя невестка – принцесса Аркании. – Тон королевы смягчается, но в словах остаётся непоколебимая строгость. – Тебе надобно бы смириться с этим и научиться сдержанности. Надеюсь, что мне не придётся вновь слышать твои… суждения за этим столом.

Леденящий страх окутывает герцогиню. Она побледнела, а пухлые пальцы сжали ручку чашки так, что кажется, будто та вот-вот треснет.

– Прошу прощения, Ваше Величество. – Пробормотала леди Ранхейм, опуская взгляд.

Я победила.