Текст книги "Ничего, кроме любви (СИ)"
Автор книги: Леока Хабарова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)
Глава 23
Он
Ненависть, омерзение и страх – вот что ощутил Серёга в первое мгновение. А потом под кожей разлилась кипящая лава. Пол исчез, и Серый рухнул вниз. он падал с огромной скоростью, летел камнем, кружился, и его непременно бы вырвало, не будь за плечами сотен прыжков, как тренировочных, так и боевых. ощущения оказались настолько реальными, что Сергей машинально дёрнулся искать кольцо парашюта, да толку – наручники сковывали затёкшие кисти. А потом падение прервалось, однако его не размазало лепёшкой, а наоборот – он начал парить в невесомости, качаясь на волнах эйфории. Горских оказался прав, это действительно походило на оргазм. На тот самый момент, когда кончаешь, изливая сперму в горячее мокрое лоно возлюбленной…
Ну очень похоже…
Только дольше и сильней раз в десять[18]18
Наркотики – зло! Описание прихода – не более чем литературный приём. Скажем вместе твёрдое нет наркотикам!
[Закрыть].
Серый не сдержался и глухо застонал.
– Что? – Насмешливый голос Чёрного звучал со всех сторон сразу и отдавался гулким эхом. – Кайфанул?
Ответить Серёга уже не смог: сознание рассыпалось на тысячи осколков.
– Молодчина. – Макс одобрительно хлопнул его по плечу. – Это называется – «приход». Осваивай лексикон, дружище, через месяцок за дозу будешь готов мне яйца вылизывать.
Отвечать не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Хотелось просто лететь, и Серый летел…
– Вован, сними-ка наручники с нашего обдолбавшегося десантника, – услышал сквозь вату, забившую уши, – он больше не опасен.
Кто-то подошёл, что-то щёлкнуло, и руки высвободились. Только вот, что с ними делать, Сергей теперь не знал.
– Это крышесносный герыч[19]19
Герыч – одно из жаргонных названий героина.
[Закрыть], дружок. – Горских склонился к нему. – Чистый, как свежевыпавший снег. Смотрю, тебя знатно вштрабило: аж слёзы на глазах.
Макс протянул руку и стёр слезу с заросшей щеки.
– Теперь ты будешь хорошим мальчиком, да?
– Когда его отпустит? – это, похоже, спросил тот, кого звали Вованом, но Серёга не был в это уверен. Он не был уверен даже в том, есть ли у него ноги. Или руки… Может, вместо рук у него теперь крылья, и поэтому он летит? Летит, как ангел… Летит туда, где нет боли и страха. Туда, где быть может, его давным-давно ждёт Лёха. Сидит, как бывало, на покрышке, покуривает и подмигивает, а солнце играет в его жёлтых волосах…
– Часов через шесть, не раньше, – отозвался Макс. – Если десантник не откинется, можно смело подключать дилеров и стартовать продажи.
Какой-то стук, шаги, хлопки, голоса… Чужие голоса. Незнакомые.
Пустая суета…
– Максим Игоревич, Кристина приехала.
Кристина… Кристина…
Имя вязнет в памяти. За него хочется ухватиться, как за спасательный круг, но сил нет.
Совсем.
Кристина…
– Кто бы сомневался. – Голос Горских становился то громче, то тише. – Хвоста нет, вы проверили?
– Нет. Мы проверили, Максим Игоревич.
– Проверьте еще раз. она хитра, как выхухоль.
– Сделаем.
– Сделайте, – Чёрный сказал это жёстко, но… какая разница? – Веди её сюда. Наша кошечка мне задолжала.
***
Она
Газон перед особняком превратился в одну сплошную рытвину. Казалось, будто здесь повторилась знаменитая битва под Прохоровкой[20]20
Сражение под Прохоровкой – крупнейшее танковое сражение в истории человечества. Произошло летом 1943 года и является частью Курской битвы.
[Закрыть]. Следы исполинских протекторов, комья грязи, россыпи щебня, выкорчеванные ошмётки некогда густого зелёного ковра…
– Что тут стряслось? – нахмурилась Крис. Макс относился к своему расчудесному газону с маниакальной щепетильностью. Один раз едва не покалечил садовника, который, на взгляд Горских, подстриг траву недостаточно ровно.
– Дружок твой постарался, – буркнул Вован, пропуская её вперёд.
Крис зашагала по плитке, звонко цокая каблуками и покачивая бёдрами: у образа клуши-библиотекарши сегодня был выходной.
– А с мордой твоей что? – спросила, вскинув бровь. Лицом громила походил на отбивную: левый глаз заплыл, нос распух и покраснел, точно свёкла.
– А ты догадайся. – Вован ухватился за челюсть, словно хотел половчее поставить её на место. – Всё он же, гад.
Они миновали беседку и фонтан. Прошли через заросшую виноградом арку. То, что телохранитель встретил её один, без напарника, не давало Крис покоя.
– А Фёдор где? – спросила она.
– Где, где… – буркнул Вован. – В реанимации.
Дружок твой постарался…
Кристина испытала мрачную гордость за Серого.
Устроил ты им тут, похоже, феерию до искр из глаз, Серёженька. Да и сам теперь огрёб по полной…
Рембо хренов.
Какое безумие толкнуло его отправиться сюда в одиночку, имея такие резервы, как Дыбенко? Непонятно. Совершенно непонятно.
Хотя…
«Его ведь контузило на войне, вы знали?»
Кристина вспомнила, как после очередного кошмара Серёга принялся искать свой автомат…
Бедный Сергей… Только бы Макс не сделал ещё хуже, чем есть сейчас!
«Обещайте отправить его в отпуск и найти хорошего врача!» – Потребовала Крис у Дыбенко после инструктажа. Майор дал слово, что выполнит просьбу.
Она кивнула охранникам на террасе. Они отсалютовали. В холле, рядом с исполинской китайской вазой, поджидал Антоша.
– Привет, Крис, – сказал он и сжал её ладошку могучей пятернёй. – Ты как?
– Лучше всех, – она выдавила улыбку и, не спеша, двинулась к широкой мраморной лестнице. – А ты тут зачем? Чего не в гараже?
– Шеф велел компанию Вовану составить. – Здоровяк потёр лысину ладонью и покосолапил следом. – Вместо Фёдора. Ему твой десантник башку проломил.
– Чем?
– В смысле, «Чем»? – Антоша как-то странно глянул на неё. – Кулаком.
Кулаком?
Крис едва сдержалась, чтобы не ахнуть: Серёга воевал тут голыми руками.
Ну зачем, зачем ты сунулся сюда один, глупый, глупый мой…
Любимый…
Лестница, коридор, галерея… и вот Крис, в сопровождении пары амбалов, стоит у дверейЕГОкабинета. Кабинет этот, к слову, занимал почти весь этаж, и при желании там можно было устраивать приёмы.
– Пусть зайдёт, – приказал Макс через Антонову рацию.
«Этот голос будет преследовать меня в кошмарах до самой смерти», – подумала Крис и шагнула за порог. Шагнула и замерла.
Горских стоял и лыбился. Выглядел он, как и всегда, сногсшибательно. Рубашка цвета сливок и брюки в тон, светлые мокасины и бежевый ремень. Улыбка на лице и скверна в сердце.
Чудовище.
Рядом, в углу, Крис увидела Серёгу.
А Серёга увидел её. Наверное…
Бледный, на губах и под носом запеклась кровь, на скуле цвёл здоровенный синяк, правая щека распухла до размеров хурмы, лоб перечеркнула багровая ссадина, будто Серого основательно приложили головой о край стола. Весь грязный, изорванная одежда покрыта бурыми пятнами…
Но хуже всего оказались глаза.
Серёжа смотрел на неё мутным равнодушным взглядом. Словно и не узнавал вовсе…
Крис закусила губу.
Душа покинула тело. Покинула тело, рванулась вперёд и упала на колени рядом с ним, с родным, любимым, с единственным мужчиной, ради которого стоило жить и дышать. Душа принялась целовать бледные до синевы щёки, трясти могучие плечи, плакать навзрыд, зарывшись лицом в широкую грудь…
Прости меня, Серёжа. Прости. Прости! Прости!!!
Кристина проглотила подступившие слёзы. Душа её вырвалась из тела, однако сама Крис осталась на месте. Стояла ровно и смотрела холодно.
Ты больше не увидишь моей слабости, Макс. Никогда.
– Ты звал, и я пришла, – сказала сухо, взглянув на Горских, как на гавно. – Чего тебе надо?
Чёрный расхохотался так, что на глазах выступили слёзы.
– Браво! – выдал он, отсмеявшись. – Браво, Крис! Я в восторге от тебя, моя маленькая кошечка. Ты не такая херовая актриса, как я думал.
Кристина терпеливо ждала, когда чёртов психопат закончит ломаться. Серый по-прежнему сидел с видом овоща и даже не моргал. Из приоткрытого рта капала слюна. Кристину подмывало спросить, что Макс с ним сделал, но это бы моментально выдало с головой её волнение.
– Где Цыганёнок, Крис? – Горских скрестил руки на груди.
Кристина знала, что ответить. Дыбенко научил.
– Тело пока не нашли, – отчеканила уверенно. – Течение было сильное. Похоже, парня слишком далеко унесло.
Чёрный нахмурился.
– Ты знаешь, я этого не люблю, – скривился он, но даже гримаса не испортила красоты идеального лица. – Мне нужен труп, Крис. Труп даёт нужную степень уверенности. Нет трупа, нет уверенности, согласна?
– Согласна, – выцедила она.
– А куда ты хотела сбежать от меня, моя сладкая кошечка?
– Решила сменить обстановку. – она вскинула голову. – Мне необходим отпуск, и я его официально требую.
– Может, мне тебя и по ТК оформить? – ухмыльнулся Макс. – Больничный, полный соцпакет, а?
– Это не самая плохая твоя идея.
– Хамишь? – он выгнул бровь.
– Констатирую факт.
– Ну… так и быть, – улыбнулся Горских и развёл руками. – Поедешь ты в свой отпуск. Причём, бессрочный. Щедрые отпускные гарантирую. Только дело до конца доведи.
Кристина напряглась, как струна. она понимала, чего он от неё хочет.
Паскуда!
– Ты чего набычилась? – Чёрный приблизился к ней. – Или, забыла? Сама сказала, что проблем с последним заказом не будет. А ну держи!
Он принял у Антоши пистолет и вложил ей в руку.
Крис крепко сжала оружие. Её трясло.
– Чего чудишь, глупая? – хмыкнул Горских. – Убей его, и я освобожу маленькую принцессу, верну тебе брата, а саму отпущу на все четыре стороны – гуляй не хочу. Три жизни по цене одной.
Макс наклонил голову и глянул исподлобья.
– По-моему – вполне себе выгодное предложение. Как считаете, парни?
Вован и Антон дружно закивали.
Кристина глянула на Серёгу.
Пустой взгляд, как у живого мертвеца. Сидит, еле дышит, смотрит в пустоту…
Боже, что этот психопат с ним сотворил?
Прости меня… Прости меня, Серёжа. Прости меня, любимый. Родной мой, самый лучший…
Три жизни по цене одной…
Но разве может быть цена у жизни?
Правильных решений нет…
И всё ж таки решение надо принять.
Выбор есть всегда…
Однако сделать его ох как непросто…
– Ну и долго будешь сиськи мять? – рыкнул Горских. – Или мой урок забылся?
Урок… Тот самый урок…
Этот урок она хотела бы вырвать из памяти, да нельзя…
В тот раз Крис пожалела жертву и отказалась выполнить заказ. Именно поэтому Макс приказал Фёдору и Вовану жестоко изнасиловать её. Им пришлось избить и слегонца придушить Кристину, чтобы она стала сговорчивей, а Чёрный от души наслаждался зрелищем и то и дело давал громилам ценные советы. Руководил, так сказать, процессом наказания…
– Нет, не забылся, – глухо отозвалась она и на негнущихся ногах подошла к Серому.
Узнай меня, Серёжа. Очухайся. Выбей пистолет из руки. Ну же, родной! Пожалуйста!
Бесполезно.
«В непредвиденных обстоятельствах действуй по ситуации», – сказал Дыбенко во время инструктажа.
По ситуации…
И как, черт побери, по такой ситуации действовать?!
Кристина нервно сглотнула, а Серёга…
Серёга даже не вздрогнул, когда она вскинула руку. Не шевельнулся, когда приставила дуло ко лбу…
– Прости меня, – прошептала Крис.
Резко развернулась. Направила пистолет Максу промеж наглых глаз и нажала спусковой крючок…
Ствол клацнул, но выстрела не последовало.
Кристина машинально дала контрольный – безрезультатно: магазин был пуст, как Серёгин взгляд…
– Ах-ха-ха! – Чёрный разразился громовым хохотом. – Не могу, умираю! Браво!
Он чуть ли по полам не согнулся от смеха.
Скотина! Сволочь! Урод! Гад!
– Вован! Ты проспорил мне сотню баксов!
Телохранитель гыкнул.
Антон помрачнел. Он подошёл к застывшей истуканом Крис и без лишних слов забрал у неё пушку. Короткий взгляд водителя оказался красноречивее любых фраз.
Горских снова поимел её. Жёстко и основательно…
– Ну прямо-таки шекспировские страсти! – глумился Макс. Он обнял Крис за талию, привлёк к себе и понюхал волосы. – Ммм… Ты такая аппетитная. Хоть и предсказуемая, как старый башмак. Снимай своё платьишко, кошечка…
Горячие губы коснулись уха.
– Сейчас начнётся самое интересное…
Глава 24
Она
Сильные руки грубо тискали грудь. Пальцы захватывали соски. Дыхание обжигало.
Из одежды Макс оставил на ней чулки и туфли.
Крис видела, как на скулах Антоши заходили желваки, а шея побагровела. однако бритоголовый здоровяк ничего не предпринял, только взгляд отвёл, и всё…
«Ты мне нравишься, но против Макса я никогда не попру…», – вспомнила Кристина его слова и поняла, что помощи ждать неоткуда.
Серёга полулежал, привалившись к стене. Глаза его были открыты, но видел ли он, что происходит? осознавал ли, что сейчас сотворятс ней? С его женщиной?
«Лучше мне умереть», – думала Крис, до крови прикусив губу. – «Уж лучше умереть!»
– Я объясню тебе правила, моя кошечка. – Макс стиснул её ягодицы. Впился зубами в шею. – они достаточно просты, ты легко их усвоишь.
Рука спустилась вниз. Горских принялся теребить её клитор. Кристина едва не задохнулась от омерзения и дёрнулась.
– Слушай внимательно, маленькая сучка! – он ухватил её за волосы. – Твой обдолбанный десантник всё видит и, поверь, всё понимает. А вот сделать ничего не может. обидно, да? Сейчас ты покажешь ему, как сильно любишь меня. Ты будешь, кричать, стонать, подмахивать и звать меня по имени. Ты возьмёшь в рот и дашь в жопу. И всё это с огромной радостью и пионерским энтузиазмом, поняла? А он пусть смотрит. Если закроет глаза или отвернётся, я отдам тебя ребятам на неделю, а потом изувечу твоё прекрасное личико кислотой. А вот если ты не соизволишь любить меня как следует, наш богатырь станет кастратом. Кастратом, крепко сидящим на игле. Видишь, какой я добрый? Даже не грозил никого убить. Ну что, уяснила?
– Да.
Сердце бешено колотилось в груди. Ладони вспотели. Ноги подкашивались.
Выбор есть всегда, вот только правильных решений не существует…
– Будет весело. – Горских развернул её к себе лицом и вынудил встать на колени. – Кто твой хозяин, сучка?
– Ты.
Макс расстегнул ширинку. Покрасневшая головка возбужденного члена ткнулась в губы.
– Хочешь пососать его, милая?
Кристина покорно открыла рот, и Чёрный вошёл на всю глубину. Тут же дал знать о себе рвотный рефлекс. На глазах выступили слёзы. она хотела отстраниться, но Горских крепко удерживал её за волосы и размеренно двигал тазом.
– Не жалей языка, – скомандовал мучитель, и Крис подчинилась. она уже рыдала вовсю, ненавидела себя и проклинала судьбу. Но… сомнений в том, что Макс, в случае её неповиновения, выполнит свои жуткие обещания, у неё не было.
Чёрный искалечит Сергея. И сделает это с превеликим удовольствием…
Он наконец оставил её рот в покое. Но только для того, чтобы продолжить в другой позе.
Горских уселся в белое кожаное кресло и жестом подозвал Кристину.
– Сядь сверху, – приказал, но тут же окликнул водителя. – Антон, он смотрит?
– Д-да… – хрипло отозвался бритоголовый громила. – Смотрит.
– Следи за ним, – строго напомнил Макс и вернул внимание Кристине. – Чего обмерла? Делай дело.
Крис подумалось, что она сейчас отключится. Потеряет сознание, а очнётся уже под кем-нибудь из Максовых ребят. А когда её от души отымеют, сообщат, что Сергея нет в живых…
Она осторожно опустилась на его ствол. Шумно выдохнула, когда он заполнил её до отказа и принялась медленно двигаться: вверх-вниз, вверх-вниз…
– Вот та-ак, – довольно протянул Макс. Надавил пальцем на анус, и в следующее мгновение фаланга оказалась внутри. Крис ахнула. – Вот так, моя умница. Сноровки ты, как я погляжу, не утратила. А теперь давай, скажи, что любишь меня.
Крис закусила губу. Всё происходящее казалось кошмарным сном.
Вот только как проснуться?
– Не тяни, или Вован отрежет твоему другу ухо.
Телохранитель тут же щёлкнул выкидной финкой. острое лезвие оставило на бледной коже красный след, однако Серый даже не вздрогнул.
Антоша хмурился, но молчал.
«Я никогда не попру против Макса…»
– Лю…бл-ю… – всхлипнула Кристина, давясь рыданиями.
Ненавижу! Ненавижу!!!
– Скажи так, чтобы я поверил, шлюха! – Горских стащил её с себя, швырнул на пол и взгромоздился сверху. – Говори! Ну!
«Не надо!» – хотела закричать она. Толчки становились всё мощнее и мощнее. – «Перестань! Прекрати! оставь меня в покое, тварь!».
И тут у Антоши пиликнула рация.
– Да, – коротко бросил он. – Точно? Сколько? Принято. Сейчас.
Водитель кашлянул и обратился к Горских, стараясь не смотреть на то, чем занят шеф.
– Максим Игоревич, там это… у ребят возникло…
– Чего ещё?
– Ну… это… кхм… – Антоша покосился на распластанную обнажённую Кристину. – Можно вас?
Чёрный выматерился, поднялся и натянул штаны. Крис сжалась в комок, обхватив колени руками, и тихонько заплакала.
Серый глухо замычал…
– Ну? – взгляд Горских потемнел. Антон склонился к уху шефа и пробубнил что-то скороговоркой. – Точно?
Водитель кивнул.
– Сколько? – нахмурился Макс.
Антон снова склонился к его уху.
– Вот ведь бл#дство! – Чёрный скрежетнул зубами и шумно выдохнул. – Так, Вован – идёшь со мной. Антоха – присмотри за нашими друзьями. Если хочешь, можешь пока трахнуть Крис, но только не в зад – там моя территория.
– Спасибо, учту, – сухо отозвался водитель.
***
Он подбежал к Кристине сразу, как только за Максом и Вованом закрылись двери. Подобрал с пола платье и протянул ей.
– Ты как? – Антоша старательно отводил взгляд в сторону, пока она одевалась.
– Лучше всех. – Крис утёрла слёзы и сопли тыльной стороной ладони. – Спасибо.
Водитель помог ей подняться: ноги то и дело норовили подогнуться.
– Эй, Крис, – сказал он, когда она сумела-таки принять вертикальное положение. – Не знаю, что ты задумала, но у тебя есть пятнадцать минут.
Она уставилась на Антошу во все глаза.
Издевается? Провоцирует? Или…
– Опоздаешь хоть на секунду, парень умрёт, поняла?
Нет, громила явно не шутил.
– Я не опоздаю, – прохрипела она. – Спасибо тебе.
Метнулась было к выходу, но тут же вернулась. Подбежала к Серёге, опустилась рядом, обняла. Она бы поцеловала его, но на губах до сих пор оставался вкус Макса.
– Я вернусь за тобой, Серый, – шепнула она. – Найду Верочку и сразу вернусь.
Он мазнул по ней мутным взглядом и с великим трудом выдавил:
– К-кри-ис…
Попытался поднять руку, да не вышло.
Так он и в самом деле всё соображает? Вот ведь… Кристина до последнего надеялась, что это не так. однако Горских, похоже, не соврал.
Бедный Серёжа…
– Я люблю тебя больше жизни, и вернусь за тобой. – Слёзы душили, словно удавка. – Верь мне.
***
Она бесшумно выскользнула в коридор, оставив часть сердца с Серым.
Особняк Крис знала, как свои пять пальцев, как знала и то, где Макс прячет Верочку. Ведь именно в той алой комнате держал он её, Кристину, пленницей целый год.
Бесконечно долгий, полный кошмарных издевательств, год…
И не было никакого папы-генерала, готового пойти на всё, лишь бы её вызволить.
Крис миновала галерею, добралась до лестницы и благополучно спустилась на цокольный этаж никем не замеченная. особняк словно вымер: ни охраны, ни прислуги, никого…
Ворсистые персидские ковры глушили шаги, и Кристина кралась в темноте бесшумно, словно кошка.
Вот она, нужная дверь.
Заперта, как и предполагалось, но Антоша снабдил её универсальным ключом. Такие имелись исключительно у внутренней охраны, но сегодня он работал за вышедшего из строя Фёдора.
«Не успеешь вернуть – мои похороны за твой счёт», – предупредил водитель. Крис не возражала.
Ключ с легким щелчком повернулся в замочной скважине, и Кристина шагнула в багряный полумрак бывшей тюрьмы.
Где же Верочка? Лежит, связанная, на кровати? Под кроватью? Или этот псих пристегнул невеличку к батарее? А может…
Хр-р-рясь!
она появилась из темноты угла и обрушила на Кристину стул. Благо, удалось увернуться.
– Это я! – Крис ухватила девушку за хрупкие плечи, но маленькая милиционерша брыкалась, дёргалась и норовила укусить. – Вера, это я! Кристина!
– К-кристина? – Верочка подняла на неё красные от слёз глаза. – А ну пусти!
Изловчилась и сбросила руки. Шарахнулась в сторону, неловко пытаясь прикрыть наготу.
– Ты… Ты… Ты с ним заодно!
– Майор Дыбенко просил щёлкнуть тебя по носу и передать, что вы с Сергеем дебилы, дегенераты и нелюди.
Верочка напряглась и шмыгнула носом. Слова, похоже, достигли цели.
– Он тебя прислал? – пшеничные бровки нахмурились.
Крис кивнула. Время утекало, словно вода, а жизнь Серого висела на волоске.
– Но… как ты меня отыскала? – в голосе всё еще звучало сомнение.
Смотреть на Невеличку было больно. Такая она худенькая, хрупкая, белобрысенькая. Прямо ангелочек. А на руках, животе и бёдрах ангелочка – желтовато-зелёные синяки и бурые кровоподтёки…
Чёртов Макс. Проклятый извращенец!
«Она была целкой, эта твоя малышка…»
– Я знала, куда идти. – Крис вытащила из потайного кармашка и продемонстрировала Верочке ошейник. Точно такой же, какой красовался на шее самой маленькой милиционерши, только вместо буквы «V» на нём поблёскивала украшенная россыпью страз литера «К».
– Т-ты тоже? – девушка округлила васильковые глазищи. – Тоже была здесь в плену?
– Целый год, – ответила Крис. – И, если не хочешь повторить мой подвиг, надо рвать когти.
– Я… хочу к маме! – Верочка закрыла глаза ладошками и заплакала, громко всхлипывая.
Очень вовремя!
«У тебя хотя бы есть мама, к которой можно хотеть», – подумала Крис и сорвала с кровати алую простыню. Порвать её оказалось непросто, однако Кристина не могла допустить, чтобы девчушка разгуливала по особняку голышом.
– Держи. – она кое как приладила огрызок ткани на худенькое тельце. – Приматывай.
Невеличка ловко справилась с поставленной задачей. Одеяние выглядело странно, неуклюже и держалось на соплях, но наготу прикрывало. А большего и не требовалось.
– Он делал с тобой все эти… вещи? – спросила лейтенант, опуская взгляд. – Делал?
– Ты про Макса? – Крис зубами оторвала полоску красного шёлка, чтобы соорудить поясок.
Вера кивнула.
– Сама-то как думаешь?
Девушка стала пунцовой, словно гранат, а Кристина разозлилась.
– Если тебе станет легче, Горских изнасиловал меня только что. Буквально, десять минут назад. Причём на глазах у Серёги.
– Чудовище… – прошептала Верочка и помрачнела. – А Серёжа он… он…
– Жив, – бросила Крис.
Однако, если будем рассусоливать, долго не протянет.
– О! – просияла Невеличка. – Он вытащит нас отсюда!
Кристина скрипнула зубами.
Кому ещё кого вытаскивать придётся…
– Иди за мной след в след и не отставай ни на шаг, поняла? – спросила строго и осторожно выглянула за дверь.
Никого.
– Я выведу тебя отсюда. Не бойся ничего.
– Постой! – девчушка схватила её за руку.
«Не могу! Не могу я стоять! Жизнь Серого от меня зависит!» – подумала Крис и выпалила:
– Ну? Говори скорей!
– Тут еще парень был.
– Какой ещё парень? – Нервы натянулись до предела. До возвращения Макса осталось всего ничего. А тут какой-то парень!
Антон пристрелит Серёгу, если вовремя не вернусь!
– Он хороший. Добрый. он меня спасти хотел, – прошептала Вера и даже уши у неё стали красными. – Горских заставляет его перевозить наркотики, а чтобы слушался, угрожает убить сестру. Сестра тоже в заложниках, только Стас не знает, где Чёрный её держит.
– С-стас? – Кристина не поверила ушам. – Стас здесь?
– Вчера был. – Невеличка понурила голову. – Чёрный избил его за то, что он принёс мне булку… А ты что, знаешь его?
– Знаю. – Кристина с трудом выровняла дыхание. – Он мой брат.
