Текст книги "Вечные Пески Том 10 (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

– Дядя Эрегихон их ненавидит! – предупредила меня Меоли. – Лучше бы тебе с кем-то из наших союзников мосты наладить! Не боишься, что дядя не станет с тобой теперь даже разговаривать?

– Ваша семья с ними не воюет, – я пожал плечами. – А то, что он их не любит… Ну так охотнее будет договариваться, чтобы я не ушёл от вас к ним. В конце концов, это он упёрся и общаться не хотел.

– Дурак он, если честно! – проговорила девушка, насупившись. – Лучше бы сразу согласился на твой найм… Теперь неясно, когда всё получится организовать… О чём он вообще думает?

– Всё наладится, – заметил я. – Мор не будет длиться вечно… А теперь слушай, что тебе надо будет сделать, и что буду делать я.

Всё всегда упирается в людей. Нужных людей. Готовых работать и знающих свою область работы. Вот таких людей у нас не было. Кочевники – были. Крестьяне – были. Наёмники – были. А вот ремесленников по-прежнему не хватало. Гончары, строители, рудознатцы, плавильщики, столяры. Нам много людей требовалось.

А ещё нужны были припасы. Не только, чтобы добраться до места, но и для того, чтобы на месте закрепиться. Значит, понадобятся дополнительные телеги и гнуры. А, кроме того, переханы и скотина, которую мы будем на месте разводить.

Ну а чтобы всё это дождалось нас, нужны были места хранения: склады, стойла, площадки. И куда больше, чем я успел до морового поветрия найти и арендовать. В общем, дел было, как воды в Озере Тысячи Ключей. И часть этих дел я перекинул на Меоли с её отцом. У них были и связи, и возможности, чтобы оперативно начать подготовку.

При этом деньги я выделял и свои тоже. Меоли предлагала использовать деньги своей семьи, которые готов был добыть её отец, но я отказался. Нельзя быть должным Аравантис слишком много. На новом месте я собирался быть сам себе хозяином. А, как говорили в моей прошлой жизни, кто за девушку платит, тот её и танцует. Хочешь не хочешь, а вкладываться надо было самому.

За последующие дни пребывания в Ас-Арахамане я собирался уладить оставшиеся вопросы. А как только появится возможность – сбежать из города к своему отряду. Очень меня волновало, как у них там обстоят дела. В конце концов, именно бойцы и беженцы были той силой, которая могла меня уберечь от интриг семей, а вовсе не куча золота.

Глава 240

В Ас-Арахамане довелось пробыть ещё девятнадцать дней. Ровно столько понадобилось властям, чтобы очистить от мора столицу, а затем – и её окрестности. После этого начались осторожные внешние сношения с окрестными поселениями.

Само собой, торги после мора всё-таки состоялись, но, можно сказать, были провальными. В оставшиеся дни торговались все вяло, не понимая, чего ожидать от спроса и предложения. В Междуречье поветрие пока лишь набирало силу, поэтому никто не знал, что будет, когда всё уляжется.

Но после «демонической короны» было не так уж важно, как получится остальные товары сбыть. И то, что удалось остатки товаров распродать за двести тысяч, вместо ожидаемых четырёх сотен – ни на что не влияло.

Как только появилась возможность, я посетил Гильдию Ремесленников Наговора, чтобы выполнить наш договор. Передал им обещанные кристаллы из недозревшей «демонической короны», а заодно сделал заказ на амулеты.

Нужны были три вида. Амулеты ночного зрения, согревающие амулеты и осветительные. В общей сложности получилось двести пятьдесят заказов. Можно было бы и защитные заказать. Жаль, они стоили, как участок земли в Междуречье. А все деньги на них спускать не с руки было. Я и так на полсотни амулетов ночного зрения, а к ним по сотне согревающих и осветительных, выложил почти всё, что сама Гильдия мне заплатила за материалы.

Дороже всего были амулеты ночного зрения. Но тут ничего не поделаешь, их в наши времена умели делать всего два мастера. И да, их поделки были хуже того амулета, который был у меня. При этом на их работу имелась немаленькая очередь, поэтому я за скорость тоже переплачивал.

В любом случае, амулеты – штуки нужные. Если хотя бы часть командиров моего отряда сможет видеть в темноте, уже будет полегче воевать с демонами и бандитами. Те же лучники будут стрелять не когда враг вошёл в пятно света, а когда дистанция позволяет.

Помимо Гильдии, мне удалось дважды посетить поместье Хендерисов. Сначала преподнёс дар главе, затем стал договариваться о возможных заказах. И вот тут, можно сказать, повезло. Потому как после мора ожидался разгул преступности, а услуги охраны должны были стать очень востребованы.

Хендерисы пообещали, что будут хвастаться нашим сотрудничеством на каждом углу. Конечно, мы впрямую об этом не договаривались, но огласка была важным моментом. И я надеялся, что это сильно поможет в торге с Эрегихоном.

А через Сашия, который согласился на предложение, удалось выйти на столичных шептунов. Общался я, по большей части, с молодыми обладателями дара, но мне это и было нужно.

Зачем? А вся беда в просьбе Дарана, Повелителя Времени, боявшегося, чтобы люди не разучились шептать. Сначала я потратил несколько дней, чтобы обучить Сашия делать песчаные диски. Всё-таки, в зависимости от воли и силы шептуна, они могли нанести немалый вред противнику.

А потом, когда Саший показывал знакомым новые навыки, я объяснял шептунам, что приобрёл их мой лекарь с помощью нового метода обучения, при котором не надо смотреть на песчаные вихри, нередко возникающие в песках, но отсутствующие в Междуречье.

Позже, когда отправлюсь на восток, успею распространить эти новости среди шептунов. И – уверен – многие потянутся за мной, желая учиться и обучать. Пока достаточно было слухов. А уже затем можно озаботиться созданием училища для обладателей дара.

Может быть, получится создать систему знаний для изучения шёпота. И тогда люди научатся сами составлять новые заговоры. Так же, как это было во времена древних. Кто знает?

Храм Всех Богов в Ас-Арахамане мне, кстати, тоже пришлось посетить. Уж очень настойчиво начали преследовать местные жрецы. Не то чтобы местная религия обладала большим влиянием… Однако после мора люди как-то сами собой стали чаще молиться.

Собственно, много времени уделять жрецам не пришлось. Что-то им уже рассказал старичок из Танлавара в посланиях, а что-то добавил я сам: показал доспех и его преображение, заверил служителей богов, что не перестану защищать людей от демонов, и на этом – всё. Жрецы продолжили жить своей жизнью, а я своей. Но шкурой чуял, что людей, знающих про Защитника, в столице теперь прибавится.

С Меоли я тоже несколько раз встречался, обсуждая планы и дела. Обычно встречу девушка сама назначала. Она горела будущим походом и, в то же время, боялась задачи, которую на неё дополнительно может взвалить Эрегихон. Да и я опасался ему помогать в свете того, что узнал от царя.

Я бы и вовсе не поверил в то, что дядя Меоли метит в цари, но, к сожалению, общение со знатью, представителями семей и обычными горожанами показывало, что людям надоел бардак. Люди хотели порядка, понятной жизни и… Ещё люди хотели чуть-чуть прищемить хвосты семьям.

Молодые аристократы нередко безобразничали, а стража и местные власти лишь руками разводили. Судить аристократов мог только Суд Совета Семей. И всё чаще народ вспоминал времена, когда это право было и у царя.

Да, царская власть была чем-то вроде шутки в Ас-Арахамане. Однако горожане стали часто вспоминать рассказы, передававшиеся здесь от отца к сыну. О том, что были времена, когда всемогущим семьям нередко давали по рукам во время приступов жадности.

И причины были. Мор выкосил пятую часть столичного населения. И пока ещё вяло продолжался в пределах городских стен. Многие жилища стояли пустыми, а владельцы домов нередко повышали стоимость, желая восполнить потери – новых-то жителей никто не ждал. А владельцами были кто? Семьи.

Проблем добавлял растущий дефицит всего и вся из-за потери других краёв. Он даже продовольствия коснулся, потому что власти столицы старались ограничить потребление тех товаров, подвоз которых не ожидался в ближайшее время.

Да, мор должен был временно этот дефицит снизить. Позже, когда поветрие сойдёт на нет, и возобновится торговля. Но сейчас, пока болезнь закрывала города и торговые пути, дефицит ощущался, наоборот, острее.

Общество раскалывалось. Ещё не окончательно, но уверенно двигалось по этому пути. Песни и сказания, новости и слухи, шепотки по углам… Всё больше людей думало о том, что пора бы прекращать всю эту вольницу и безвластие. Иначе скоро совсем станет невыносимо.

Даже многие аристократы начинали склоняться к тому, что требуется единоначалие… А поскольку меня, как диковинную зверушку, иногда приглашали на приёмы, особенно прихожане Храма Всех Богов, то и я это заметил.

И когда со мной пару раз заводили разговоры, что неплохо бы нового царя выбрать… А тут я такой красивый избранник богов, мол, не желаю ли чуть-чуть поправить людьми… В общем, я всему этому не удивился.

И даже был соблазн ответить согласием. Однако я помнил предупреждения царя. Да и сам понимал, что не готово общество от традиций отказаться. А по традициям царём может стать лишь выходец из старших семей. В крайнем случае, из младших. Но это только когда старших не останется.

Никаких «народных» избранников люди не примут. Даже если сначала будут за тебя, даже если будут клятвы давать – нельзя этому верить. Пройдёт несколько лет, и нового царя из народа, если что-то случится – оно обязательно случится – будут ненавидеть больше, чем старого.

А семьи не примут выходца не из аристократии, потому что это приведёт к потере их монополии на власть. Они будут ставить палки в колёса всему, что делает выскочка. И хоть тысячу аристократов можешь казнить, но ведь ещё остаётся знать, которая за них, чиновники, которые ими поставлены…

Народ устанет от постоянной войны с семьями. Бардак будет такой, что и за сто лет не разгребёшь… А из меня правитель так себе, если честно. Одно дело – какая-нибудь местная власть и небольшое население, и совсем другое – Междуречье, где миллионы людей. Ну всё это к демонам.

Я отказался.

Но отчётливо видел, что чаще всего обсуждают двоих. Меня и «надежду человечества». И понимал, что если отказался я, то остаётся только Эрегихон.

Конечно, были и те, кто громко требовал не разводить пустых разговоров, а просто отдать власть старшим семьям, которые уж разберутся с тем, что вокруг творится, указывая, что и я, и Эрегихон – подчиняемся Совету Старших Семей. Но этих я не слушал. Все эти разговоры годами велись.

И не слушал тех, кто выступал за то, что царь – это царь. Мол, он уже есть, и стоит ему чуть больше власти дать, чтобы он себя показал. Эти просто были в меньшинстве, к сожалению. Поэтому меня и не интересовали.

Но всё заканчивается. Закончилось и время пребывания в Ас-Арахамане. Точнее, открылись ворота столицы, и можно было уйти обратно в изменившийся за последнюю десидолю мир.

Правда, через ворота пока уходить было рискованно, а вот через порт – можно.

Последние три дня перед отбытием потратили на сборы и улаживание вопросов. Я даже в Гильдию Наёмников заскочил, чтобы набрать заказов в окрестностях Эдель Арага. И там узнал о том, что Виссария свои долги, сверх мешочка с золотом, вернуть мне не сможет. Не пережила мор и сгорела за пару суток.

И это было очень печальной новостью. Бхан выжил, но он, в отличие от Виссарии, не рвался мне помогать, хотя и не отказывал. Просто делал всё спустя рукава. Отчего я понял, что с Гильдией Наёмников меня теперь мало что связывает. Благо заказов хватало и без того. Например, удалось взять заказ на сопровождение кораблика, идущего в сторону Этия. На нём требовался шептун и несколько охранников.

Переговорив с капитаном, я договорился и о сопровождении, и о своей помощи, показав, что умею наполнять паруса ветром, не разрывая ткань. Сошлись на том, что капитан заплатит меньше, зато возьмёт на борт возки и гнуров. А мы поможем с охраной по пути.

Да… Корабликам нынче тоже требовалось охрана. Не сказать, чтобы большая. Разбойничать на канале сложно из-за военных кораблей, которые его патрулируют. Однако по ночам всё-таки могли напасть. И тогда несколько умелых бойцов не помешали бы.

Утро отъезда выдалось ясным, но прохладным. Я стоял у окна в «Венценосном» и смотрел, как над Ас-Арахаманой поднимается солнце. Столица просыпалась: скрипели ставни, кричали разносчики, где-то звонил гонг. Мы уезжали. Наконец-то. Я устал от шума и пафоса, от аристократов и знати, от вони погребальных костров… Вот только последняя не перестала бы преследовать нас и в пути.

Сборы завершили загодя. Сообщения об отъезде я всем заинтересованным отправил. Даже с Меоли напоследок удалось обсудить текущие дела.

Ситранис, Гвел, Саший и Парв уже ждали у входа. Слуги выносили баулы. Возки стояли наготове. Попрощавшись с управляющим, мы оставили щедрую благодарность, раз уж не придётся платить за постой, и вышли на улицу.

Город провожал нас с траурным лицом. Ещё не до конца затихший мор был тому причиной. Многие заведения оставались закрыты, а многолюдные в прошлом рынки – наполовину пусты. Повсюду виднелись патрули стражи и «клювастых». Некоторые кварталы по-прежнему были огорожены частоколом и табличками о карантине.

До речного порта мы ехали недолго. К слову, при свете дня он оказался не таким мрачным, как ночью. А вот размерами впечатлял. И немудрено. Львиная доля снабжения Ас-Арахаманы шла через водные пути. И даже сейчас, когда это снабжение практически прервалось, в порту хватало и кораблей, и людей.

Нужный нам кораблик активно разгружали матросы. Рядом толкались карантинные команды, готовясь окуривать товары дымом серы. Да, в порту любую мелочь контролировали досконально. Зато мало-помалу торговля оживала.

Капитан собирался везти груз инструментов в Этий. Однако груз был не слишком большой, а вот обратно пришлось бы идти с набитым трюмом. Потому что в Этие команда планировала загрузиться зерном и отправиться обратно, в столицу. Однако это было уже не моё дело.

– По местам! – скомандовал капитан, невысокий жилистый мужчина с обветренным лицом.

– Удачи вам в пути! – попрощался с нами Парв.

– Береги себя! – пожелали мы ему.

На том прощание и закончилось. Парв возвращался на свою службу, а мы – к отряду. Дадут боги, и ещё встретимся. А нет – ну так жизнь сейчас опасная. Вон, была Виссария – и нет её больше. Я, хорошенько подумав, не стал об этом рассказывать Гвелу. Он её знал мало, зато относился к ней хорошо и всегда рад был видеть. Вряд ли мы вскорости заглянем в Гильдию Наёмников. Пусть парень и дальше верит, что «тётя Виса» живёт себе спокойно в столице.

Я поднялся на борт. Корабль качнуло, пахнуло речной водой и смолой. Мы отчалили. Ас-Арахамана медленно поплыла назад. Сначала бесконечные причалы и корабли, стоящие на рейде. Затем – портовые склады. За ними – белые стены вдоль берега, из-за которых выглядывали крыши и купола храмов.

Следом мимо проплыли предместья и поселения, расположенные вдоль берега. И вот тут нельзя было не заметить следы мора. Пепелища погребальных костров. Пустые дворы. Подозрительные личности на берегу. Вроде бы и горожане, но какие-то одичалые…

Страх, злоба и безысходность. Вот что витало в воздухе, и я это хорошо чувствовал. Окрестности столицы всё ещё страдали от поветрия. И конца этим страданиям видно не было.

Я смотрел и смотрел на берег. До тех пор, пока Ас-Арахамана и её окрестности не превратились в светлую полосу на горизонте.

Плавание проходило спокойно. Ветер я с помощью шёпота держал ровно. А все остальные занимались своими делами. Я сидел на носу, подставив лицо солнцу. Жара стояла страшная. Стоило покинуть столицу, как последствия нашёптанных ветров сразу отступили. Вернулась обычная местная зима: днём запекало, как в печи, а ночью лютовал холод, пробирающий до костей.

Вечером мы пристали к берегу. Капитан не рисковал идти в темноте. Но и лагерь на берегу разбивать не стали. Я даже не стал спрашивать, почему не поищут гостевой дом – и так понятно, что мора боятся. Ещё не хватало подцепить поветрие. Поэтому ночевали всё равно на корабле. Мои охранники под командованием Гвела следили за берегом. Были готовы, если что, принять бой. Но, похоже, триосмия охраны уже своим видом отпугивала бандитов.

Следующие пять дней прошли сходным образом: монотонный ход корабля, редкие прибрежные селения с незажившей печатью мора и плеск воды. Кораблей и барж по каналу ходило раз в десять меньше, чем до начала поветрия. А на берегу чего только не довелось увидеть.

Трупы людей со следами как болезни, так и насильственной смерти. Ватаги вооружённых людей, провожавшие нас голодными взглядами. Лагеря беженцев, уже не только из других краёв, но и из самого Междуречья. Даже здесь, в краю меж двух великих рек, люди старались обосноваться, пусть и временно, у воды.

Возможно, поэтому и глухов у воды попадалось больше. Как и стай дичающих аусси, как и дикого зверья, которое осмелело из-за того, что людей стало меньше. А людей и вправду меньше стало, просто никто ещё не знал, насколько.

На шестой день, ближе к полудню, показался Этий. Мы высадились пораньше, до прибытия в город. Кораблику дальше охрана была не нужна, а нам не стоило заезжать в Этий. Нашли удобный берег, чтобы спустить сходни, выгрузили возки, свели переханов, перетащили добычу – и попрощались с капитаном и командой.

Запасы у нас были свои, а воды мы в дорогу накипятили, не рискуя пользоваться колодцами. Дорога на север, в сторону Эдель Арага, заняла полтора дня.

Я бы сказал, что окрестные виды не слишком радовали, но, на самом деле, уже привык. Здесь хотя бы почаще люди попадались. Да, в некоторых посёлках и по две трети домов пустовало. Зато в остальных-то люди жили.

В дороге по суше мы увидели многое. Торговые караваны, рискнувшие всем ради прибыли. Путники, бредущие, куда глаза глядят. Бездомные, беженцы… Ну и, естественно, подозрительные типы с оружием.

Ожидаемо, нас не трогали. Во-первых, отпугивала охрана. А во-вторых, по дорогам нередко ездили патрули стражи, военных и карантинных команд. Нас они, конечно, тоже останавливали, чтобы затребовать подорожную. Печать семьи Аравантис каждый раз снимала все вопросы. Поэтому ехали без приключений.

Вскоре впереди показались стены Эдель Арага и закрытые ворота. Я был уверен, что в город нас не пустят. Однако подорожная от семьи Аравантис и тут сделала своё дело. Мы, правда, даже ночевать не остались. Обмотали лица тряпками, смоченными в вине, отпустили возки и возниц, забрали переханов, нагрузив их поклажей, и сразу же отправились к своим. Поветрие в городе только началось, а значит, вскоре здесь будет опасно. А тащить мор в посёлок в Нагорье не хотелось.

На первом же привале я приказал сменить одежду и помыть переханов. Вещи, которые везли с собой, мы тоже почистили и окурили дымом. Хорошо, что я заранее додумался прикупить в столице запас серы. Не очень верил в то, что поможет, однако ничего эффективнее придумать не смог. Пришлось довольствоваться рекомендациями «клювастых».

Дальше мы не спешили, выжидая положенные дни. Поэтому, не торопясь, ехали ровно пять суток. К счастью, сопли, кашель и язвы нас всё-таки миновали. А вскоре впереди показался наш посёлок. Путь к нему преграждал отряд знакомых бойцов: триосмия пехотинцев и две осмии всадников-кочевников с луками.

Увидев их, я впервые за последние дни расслабился и улыбнулся. Потому что понял: моё письмо, отправленное с птицей, дошло. А значит, скорее всего, болезнь обошла наш лагерь стороной.

Глава 241

На время мора мы, если уж говорить честно, хотели замкнуться в поселении. Однако надо было выполнять заказы Гильдии, семей Аравантис и Хендерис. Я, может, и сказочно богат, но не настолько, чтобы отказываться от денег. Да и мои люди тоже.

Я, кстати, раздал всем участникам сражения, где была добыта «демоническая корона», обязательства Царской Казны. Простым бойцам – по сотне золотых. Осмам – сто пятьдесят. Триосмам и их заместителям – двести пятьдесят и, соответственно, двести. Сотникам – четыреста. А Истору, Ситранису, Тадару, Гелаю, Севию и Угмону – по десять тысяч. И моё сказочное богатство мигом сократилось почти на миллион золотых. Зато люди снова убедились, что держаться под моим началом выгодно. Даже те, кто денег не получил, потому что присоединились позже.

Впрочем, были премии и для всех бойцов поголовно. Я их выписал по случаю прошедших торгов. Может, не такие большие, как за «корону», но существенные. Что изрядно порадовало и самих бойцов, и их родных. И, к слову, у некоторых, у кого раньше не было, эти родные уже стали появляться. Всё-таки среди присоединившихся беженцев хватало одиноких женщин.

Орда разрушила мир за пределами Междуречья, но жизнь продолжалась. И в отдельных новых парах даже ожидалось пополнение. Может, и не лучший момент, если учесть грядущий переезд, но не просить же подождать, да?

Впрочем, пока хватало забот и на старом месте. Бойцы уходили на заказы, возвращались, и далеко не все избегали участи заболеть. Правда, смертельных случаев в отряде было за зиму и начало весны немного. Всего пятнадцать. И за это я благодарил не только принятые меры, но и крепкое здоровье своих людей.

Благо, что в посёлке было всё для хорошего питания. Зерно, корнеплоды, овощи, молоко и мясо. Мы только фрукты не выращивали. Да и рыбу приходилось покупать. Однако всего этого запасы имелись, и до сих пор их нам хватало. Чистоту мы в посёлке поддерживали. И мылись, и парились, и дома убирали тщательно. А Саший и Алана были хорошими лекарями. Наверно, все эти факторы вкупе и позволили обойтись без большого числа жертв.

А мор, тем временем, распространялся по Междуречью. Людей от болезни умирать стало меньше, но сама болезнь изменилась и дольше не отпускала больных. Города закрыли ворота, по всему Междуречью бесчинствовали бандиты и бродили глухи. Мелкие поселения с трудом выживали посреди этой дикости. Многие вынуждены были собирать ополчение, чтобы вместе отбиваться от лихих людей.

Сложно сказать, сколько умерло за конец зимы и начало весны. Где-то половины населения не досчитались. Где-то – «всего» трети… Благо, хоть переболеть можно было только раз. А потом болезнь не возвращалась. Подозреваю, те, кто не заболел, просто легче пережили заразу. Что, называется, на ногах. Иначе сложно было объяснить, почему моровое поветрие начало отступать из Междуречья.

В любом случае, цветущий край за эти десидоли сильно одичал. Нет, торговля не прервалась, хотя дороги, конечно, стали опаснее. Да и караванов нынче ходило меньше. А вот семьи не прекращали свои дела. Поэтому заказов у моих людей хватало. И от Аравантис, и от Хендерисов. Мы не бедствовали, в общем.

Вначале, правда, едва-едва после моего возвращения, заказов почти не было. Бездельем бойцам приходилось маяться по несколько дней. И я воспользовался одним из таких случаев, чтобы собрать всех и обсудить один очень важный вопрос.

Собственно, меня интересовало, кто уйдёт со мной на новые земли. И, конечно, я хотел увести с собой всех, но при этом не мог им раскрыть настоящие причины. Пришлось сначала напомнить о том, что эти земли мы только арендуем. Затем сказать, что сам я могу в течении года уйти на восток, где надо основать поселение и наладить добычу металлов. Добавил, что на новом месте есть вода и можно разбить поля… В общем, много всего сказал, чтобы людей уговорить. И, может, даже зря настолько сильно старался. В итоге не было никого, кто отказался бы от предложения.

На удивление, даже преступники, нанятые принудительно-добровольно в Танлаваре, не просили их отпустить. Наоборот, некоторые просили разрешения перевезти в посёлок своих близких, оставшихся в городе. Препятствовать им в этом я не стал. Сложно, конечно, было из Танлавара людей перевозить, но решить вопрос к весне удалось.

А ещё удалось за зиму и весну, благодаря шёпоту, собрать три урожая. Еды хватало, работы тоже. В общем, увеличение населения оказалось только на руку.

Сложнее было подготовиться к будущему походу на восток. Приходилось как-то связываться с Меоли, что в условиях мора было, прямо скажем, затруднительно. А ведь нам по-прежнему требовалось много всего.

И да, припасы – это понятно. Инструменты – тоже. Но всё это ещё везти на чём-то нужно. Можно было, конечно, приобрести привычные для Междуречья телеги. Вот только они заметно уступали поделкам тех же кочевников, особенно на бездорожье. В общем, пришлось делать телеги самим. Глядя на их «стоянку» за границей посёлка, я с тихим ужасом представлял себе караван из тридцати тысяч человек.

Эдакая колонна растянется на пару десятков сиханов. И как её охранять, очень большой вопрос. А охранять придётся. Демоны орды, может, и сосредоточились вдоль Тихой и Глубокой. Однако ведь оставались глухи и прочие твари, которых иногда порождал Дикий Шёпот. А были ещё и местные хищники, которые расплодились, оглодали и потеряли страх перед человеком. А, кроме того, прямо уверен, хватает там и разбойничьих шаек, которые собрались, едва орда ушла дальше. Не всех же удавалось демонам убить, кто-то и выживал.

Логистика – это для меня дело муторное и скучное. Жаль, перевалить подобные вопросы я ни на кого не мог. Надо было думать, как переместить всех своих, включая женщин и детей, к перевалу в Рудных горах. И думать надо было самостоятельно, соотнося действия лишь с Меоли. Было тяжело. А ещё напрягало, что Эрегихон так и не появился. Этот регой и подвисшие с ним отношения меня беспокоили.

Оказалось, волновался я зря. В один из весенних дней в посёлок прибыл дружинник из Эдель Арага и приказал явиться в поместье Аравантис, где меня ожидал Эрегихон. Вот именно что приказал. И вообще вёл себя очень надменно. Так что, я, конечно, с ним поехал, но сначала разбил ему нос и отходил ногами по рёбрам. После чего этот тип хотя бы за тоном следить стал.

В Эдель Араг уже сняли карантин, поэтому в город я попал без особых сложностей. В поместье, правда, было пустовато. Или так лишь казалось. Может быть, все обитатели предпочитали при появлении гостей укрыться в своих комнатах.

Что, впрочем, и неудивительно. Из города-то мор ещё не до конца ушёл. Во всяком случае, я видел на улицах свежие угли от погребальных костров. А значит, предосторожности были не лишними.

Регою о моём приезде доложили. Он ждал в одной из комнат поместья, где можно было поговорить. Дружинник довёл меня до двери и, кисло глянув напоследок, ушёл. Внутри, за дверью, я обнаружил стол, стулья и Эрегихона, который сидел и попивал что-то из кружки, рассматривая исписанные пергаменты.

– Я подумал о твоём предложении… И скажу так: я готов его принять, – сообщил Эрегихон, когда я сел напротив.

Хоть бы поприветствовал, как полагается… Но нет. Он и говорил-то так, будто делает большое одолжение. Однако я был готов сбить с него спесь.

– С того момента многое успело измениться, регой… – пожав плечами, заметил я. – То, на что я готов был пойти тогда, не очень устраивает меня сейчас.

– А в чём сложность? – хмыкнул мой оппонент.

– Сложность в Хендерисах, – ответив, я заметил, как дядя Меоли поморщился. – Они обеспечили моих людей немалым числом заказов. И, скажем так, тебя они не слишком любят. Да и ты их, кажется, тоже…

– Сотрудничество с ними придётся прекратить! – отрезал Эрегихон, нахмурившись.

– Во-о-от. Об этом я и говорю, – кивнул я. – Понимаешь, Эрегихон, сотрудничество с тобой и твоей племянницей не навсегда. Когда-нибудь оно закончится. Тем более, ты почему-то видишь во мне врага… А вот с Хендерисами у меня вполне деловые отношения.

– Сотрудничать с ними неприемлемо! – Эрегихон поджал губы. – Так надо, поверь…

Ну я-то как раз понимал, почему он хочет завязать всё исключительно на себя. А вот он не знал, что я понимаю. Так что мне сложно было не засмеяться. Но я постарался выглядеть посерьёзнее и отказал:

– Тогда мой ответ «нет»… Времена изменились, условия изменились. Я ценю, что ты решился, в итоге. Однако моё предложение имело смысл тогда, а не сейчас.

Я внимательно следил, как Эрегихон старается держать лицо. Не показать эмоции ему было сложно. Да и неудивительно. Я ведь ему при первой встрече, в свете его планов, сделал сказочное предложение.

– Чего ты хочешь? Денег? Титул? – поднял бровь Эрегихон. – Ты ведь осознаёшь, что мы сейчас не об обычном заказе говорим?

– Знаешь, в чём твоя беда? – вопросом на вопрос ответил я.

– Ну давай, удиви меня!.. – откинулся на спинку стула Эрегихон.

– Изначально я просто согласился помочь твоей племяннице, – ответил я. – То есть это меня надо было уговаривать, чтобы я согласился. Однако ты мало того, что не одобрил её выбор, но ещё и убийц ко мне подослал… А потом тихо умотал к Глубокой с проблемами в войсках разбираться. А теперь приезжаешь и, как ни в чём ни бывало, говоришь: ладно, я согласен… Тебя ничего не смущает?

– Нет, – Эрегихон с усмешкой посмотрел на меня. – Я всё ещё считаю, что делаю тебе одолжение. Сотрудничество со мной и Меоли принесёт немало выгоды. И если мы договоримся, мне будет, чем тебя наградить.

Наградить… Подозреваю, моей наградой станет кусок бронзы или стали под рёбра. Вот что мне принесёт, согласно планам Эрегихона, это сотрудничество. Даже если царь ошибся в целях регоя, я в любом случае представлял для Эрегихона проблему. Моя популярность, конечно, слегка поблекла за время мора, но и его – тоже. А значит, это не мне, а ему больше требовалось сотрудничество со мной.

– Пока оно мне приносило лишь убийц в чёрных костюмах посреди ночи, – заметил я. – К слову, я даже понятия не имею, висят ли на меня ещё заказы. Мор, знаешь ли, не вовремя начался.

– О Чёрном Братстве можешь не переживать! – дёрнул подбородком регой. – Не могу сказать всего, но… Им сейчас не до выполнения заказов.

Говорил так, будто сделал мне одолжение. А мне хотелось в голос хохотать, потому что я-то как раз знал, что случилось с убийцами. И это точно была не заслуга Эрегихона. Для него это, скорее, было стечение обстоятельств, слегка подпортившее ему планы.

– Выходит, заказы на мою голову по-прежнему у них? – медленно кивнув, я повторил жест регоя и откинулся на спинку стула. – Ну и смысл тогда в нашем сотрудничестве? Ты сам выставил условие, что мне нужно выжить.

– Как же с тобой сложно!.. – вздохнул регой, разглядывая меня с лёгким прищуром. – Ну вот чего ты артачишься? Ты ведь понимаешь, что живёшь на землях моей семьи. Если я надавлю на брата, он вышвырнет отсюда и тебя, и твоих людей.

– Нарушит договор, заплатит неустойку… А я отправлюсь к тем же Хендерисам и буду им хозяйство поднимать, – кивнул я, продолжив ему в тон. – У них, как я знаю, в Нагорье тоже земля имеется.