Текст книги "Вечные Пески Том 10 (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 235

После перерыва началась вторая часть торгов, и я сразу заметил изменения. Те, кто сидел в ложах, зашевелились, слуги забегали туда-сюда, а на сцену были вынесены первые лоты, от одного вида которых глаз невольно подёргивался. Антиквариат. Дорогие украшения. Предметы интерьера из старых домов.

Всего этого я до перерыва не видел. Ещё утром Парв говорил, что лоты второй части будут выставлены в отдельных комнатах, но у меня не нашлось времени туда сходить. Да и, честно говоря, я не большой ценитель старины. Топор, щит, хороший перехан, плотный полог шатра – вот привычная мне роскошь. Однако наблюдать было интересно. Тем более, наши трофеи среди лотов тоже имелись.

Первым продали бронзовое зеркало. Распорядитель не без труда поднял его с подставки, и по залу пронёсся тихий восхищённый вздох. Полированная бронза, ручка в виде змеи, обвивающей колонну. Торг начали с двухсот золотых. Через десять ударов сердца цена дошла до пятисот. Какая-то знатная дама в третьем ряду победно вскинула табличку, и лот ушёл.

Дальше выставили серебряный кувшин с гравировкой. Распорядитель клялся, что вещица ведёт историю из времён Первого Царства, однако почти не имеет следов использования. Очень сомнительное утверждение, как по мне. Серебро, конечно, несколько тысяч лет пережить может, но зачем? Зачем столько времени какой-то предмет хранить и не использовать?

За Первое Царство платили, к слову, немало. Доторговались до трёх тысяч золотых, причём забрал кувшин, в итоге, кто-то из представителей семей. Даже представить страшно, сколько у местных аристократов всяких древностей в семейных собраниях…

И ведь я понимал: это пока так, разминка. Три тысячи золотых сюда, две тысячи туда… Для тех же торговых домов – огромные суммы. А для аристократов – мелкая кучка золота на карманные расходы. Ещё недавно рабочему люду в Илосе было бы за счастье получать один золотой в десидолю. А тут его могли в порыве щедрости нищему кинуть.

Дальше пошли камни, драгоценные металлы, ожерелья, браслеты, кольца с редкими самоцветами. И тут уж в торг вступили ювелирные дома. Я слышал, как за спиной шелестели одежды, скрипели перья по пергаменту. Ситранис рядом тихо фыркнул:

– Смотри, – шепнул он, – сейчас кто-нибудь отвалит за блестяшку больше, чем за год прокорма нашего отряда!

Я не ответил, лишь качнул головой. У каждого своя война. Мы воюем с демонами, а знать – за уважение в свете. Им, наверно, кажется, что нет ничего важнее. А демоны – это всё далеко и неправда.

– Когда нечего жрать, золото не поможет, – многомудро отозвался я, наконец.

– Мне кажется, ты так себя успокаиваешь, – ехидно ответил регой.

– Нет, – я улыбнулся.

«Да!» – не дал мне утешиться самообманом внутренний голос.

Торги шли около трёх гонгов. Мне даже начало надоедать, но я всё-таки заставлял себя не спать. Хотя бы для того, чтобы, когда меня в очередной раз понесёт спасать кого-то очень богатого, я вот эту картину вспомнил. И сходу заломил цену за свои услуги.

Когда распорядитель объявил перерыв на вечернюю трапезу, я поднялся едва ли не первым. Ноги затекли, спина с непривычки ныла. В галерее снова накрыли столы, но я вначале хотел размяться.

– Не спеши, – сказал Парв, идя рядом. – Сейчас начнётся самое интересное.

– Ужин? – покосившись на него, осведомился я.

– Ужин, да. И много разговоров, – заметил Парв, указывая взглядом на пробирающегося через группки людей Кариса.

Заместитель главы Гильдии Ремесленников шёл целенаправленно к нам. И даже, как я понял, не очень вежливо отбился от разговора с каким-то купцом. Выглядел при этом Карис оживлённо, может, что и слишком.

– Воевода Ишер! – ремесленник приблизился, коротко поклонился. – Я нашёл подходящее место. Здесь, за галереей, есть ряд гостевых кабинетов. Один я вовремя успел занять. Пройдёмте?

– Сейчас? – уточнил я, выразительно покосившись на столы с едой.

– А чего тянуть? – он улыбнулся, но взгляд остался собранным, цепким. – Пока все ужинают, заключим соглашение. А слуги у входа придержат лишних.

Я переглянулся со спутниками. Ситранис пожал плечами, Гвел кивнул. Парв тоже был не против.

– Ведите, – сказал я.

Кабинет оказался небольшим, но уютным: стол, стулья, пара светильников, да узкое окно, занавешенное плотной тканью. На столе стоял кувшин с вином и несколько чаш. Карис закрыл дверь, жестом пригласил садиться. Пока мы располагались, в кабинет заглянул старенький шептун, бормотавший под нос что-то неразборчивое.

Он осмотрел комнату, задержал взгляд на мне… А затем посерьёзнел, подошёл к свободному стулу и с кряхтением сел. Я достал свой осколок, положил на стол. Шептун его внимательно осмотрел, повертел в сухих пальцах, поднёс к светильнику. Затем зашептал что-то, бдительно прислушиваясь.

Я даже понял, что именно шептун делал. Пытался направить в осколок свою жизненную силу. И у него, похоже, получалось. А у меня получилось запомнить отзвуки его заговора в Диком Шёпоте.

– Да… – наконец, протянул шептун, по-прежнему вертя камень в пальцах. – Хороший материал… Не такой, как «демоническая корона», конечно… Возьмёт меньше силы, но наговоры примет не хуже.

– Рад, что нравится. А что по цене? – сказал я. – Я могу предоставить триста ногтей этого материала.

Всего их было около шести сотен. Меньше, чем в демонической короне, где их под тысячу было… Однако отдавать всё я не собирался. Ещё сто отложил на подарок Хендерисам, а остальное – на амулеты для своих сотников.

Карис помолчал, пожевал губу, а потом обнаглел:

– Учитывая всё, что мы обсуждали, да и предложенный объём… Четыре тысячи золотых за ноготь несформировавшейся короны.

Я не удержался от короткого смешка:

– Карис, не обижайся, но это несерьёзно. В самом начале, ещё до всех этих торгов, ваша Гильдия предлагала десять тысяч за ноготь. Да, за кристаллы из настоящей демонической короны, но этого и тогда было откровенно мало. Что изменилось?

– Ну так вместимость шёпота у этих осколков меньше, – развёл руками Карис. – Они впитывают меньше, чем сформировавшиеся. Значит, и ценность ниже.

– Ну так и вам туда не жизненную силу закачивать. Вам ведь нужно наговоры на эти камешки ставить. А ваш шептун сам сказал: наговоры примет не хуже.

Карис покачал головой.

– Воевода, я не могу дать десять тысяч. Вот если бы вы согласились на четыре пятьсот…

– Восемь пятьсот, – я откинулся на стуле. – И крупный заказ на амулеты для моих командиров.

– Восемь пятьсот? – Карис даже подался вперёд. – Это слишком. У нас бюджет не бездонный. Даже если вы под сотню заказов нам дадите! Это же огромные деньги! Ну ладно, пять тысяч… Но не больше!..

– А я не требую всю сумму сразу, – напомнил я. – Можно частями. Но цена – восемь пятьсот. И мои заказы нужно выполнить в первую очередь.

Карис тяжело вздохнул и потёр переносицу. А затем, откинулся на спинку и, видимо, считая в уме, уставился в потолок.

– Всё-таки триста ногтей… Это же оптовая поставка! – наконец, изрёк он. – За оптовую нельзя такие суммы требовать.

– А какие можно? – осведомился я.

– Пять с половиной тысяч за ноготь – хорошая цена! – не моргнув глазом, соврал Карис. – Ну и, конечно, оплата частями, а ещё ваши заказы…

– Пять с половиной? – я усмехнулся. – Вы хотите, чтобы я уступил чуть ли не вдвое? Нет уж. Семь тысяч. Это справедливо.

– Шесть, – быстро ответил Карис.

– Шесть пятьсот, – я поднял руку, останавливая его. – И это с учётом того, что оплата частями. Первые три десидоли – половина, остальное – по мере выполнения моих заказов. И весь материал будет у вас сразу, как только подпишем соглашение.

Карис молчал долго. Потом кивнул.

– Хорошо. Шесть пятьсот. Но я должен внести это в договор и заверить у старшего казначея. И ещё, – он поднял палец, – наш разговор не должен покинуть этих стен. Гильдия не афиширует подобные сделки.

– Само собой, – согласился я. – Мне лишние уши тоже ни к чему.

Мы ударили по рукам, после чего Карис достал из сумки свиток, перо и чернильницу. Договор он составил быстро – явно привычное дело. Я прочитал, тщательно проверив, и мы подписали. Карису я сказал, что оставлю нужный объём в хранилище Царской Казны в Ас-Арахамане на имя Гильдии, как только бумаги будут заверены.

– С вами приятно иметь дело, воевода, – ремесленник поднялся, пряча свиток. – По поводу заказов приезжайте в здание Гильдии в любой удобный день. Знаете, где мы находимся?

– Найду, – я тоже встал.

Карис кивнул, и мы расстались. Когда я вернулся в галерею, ужин был в самом разгаре. Люди ели, пили, разговаривали. Слуги разносили горячие блюда, вино лилось рекой. На меня снова начали оглядываться, но я не спешил вступать в разговоры. Сначала хотелось бы утолить голод.

Долго скучать не пришлось. Подошли трое купцов из старших домов, поздоровались, перебросились парой фраз. Вслед за ними – какой-то чиновник, который спросил о вчерашнем нападении, а я отделался общими словами. А потом люди стали подходить один за другим: аристократы, знатные жители столицы, чиновники…

Наконец, улучив редкий момент, когда вокруг было свободно, приблизился Игнорис. На этот раз он был не один: рядом шёл немолодой слуга с деревянной шкатулкой. Ну а сам Игнорис из Хендерисов выглядел довольным.

– Господин Ишер, рад видеть вас снова, – он вкрадчиво, почти без снисходительности, улыбнулся. – Я поговорил с главой нашей семьи. Он согласен рассмотреть ваше предложение. Более того, оно показалось ему интересным.

– Рад это слышать, – я кивнул.

– Но есть нюанс, – Игнорис понизил голос. – Глава семьи – человек старых правил. Он считает, что добрые отношения начинаются с доброго дара. Вы же понимаете, о чём я?

– Понимаю. И мой подарок должен его порадовать.

– И? – Игнорис чуть подался вперёд.

Мне даже показалось, что его ноздри задрожали от нетерпения. Я сдержал усмешку и, не став тянуть, обрадовал потенциального союзника:

– Сто ногтей несформировавшейся демонической короны. В знак уважения к вашей семье, а также в надежде на долгое сотрудничество.

Игнорис замер, в его горле, кажется, что-то тихонько заклокотало. Видимо, радость от очень удачной, даже на его взгляд, сделки. Взяв себя в руки, аристократ выдохнул и подчёркнуто равнодушно заметил:

– Сто ногтей?.. Вы уверены? Это довольно… Неплохо.

– Возможно, так и есть, – усмехнулся я. – Но я верю, что хорошие союзники дороже золота. Тем более, уверен, у вашей семьи найдутся задания для моих людей…

Игнорис задумался.

– Сложно оценить ценность такого дара, – наконец, выдал он. – Вы говорите о несформировавшейся короне. А рынок сегодня покажет цену только на полноценную.

– Вот именно, – кивнул я. – И всё-таки несформированная демоническая корона – такой же уникальный товар, как и сформированная. Она вмещает вполовину меньше жизненной силы, зато наговоры принимает не хуже.

– Пожалуй, вы правы… – скрестив руки на груди, протянул Игнорис. – Это будет… Интересно.

– Передайте главе семьи: я почту за честь быть полезным, – добавил я. – И пусть он не сомневается, что со мной выгодно дружить.

Игнорис покивал с важным видом. После чего сказал, что даст знать о решении после окончания торгов. Ну и удалился так же плавно, как появился. Я переглянулся со спутниками. Парв едва заметно улыбнулся.

– Ты только что купил себе очень дорогого друга, – произнёс Ситранис, артистично подпустив в голос обиды. – Друг, конечно, он так себе, но цены на них нынче…

– Друзья обычно не продаются, – усмехнулся я. – Тебе, мой старый товарищ, он конкуренции не составит. А это, скажем, не друг, а союзник. Временный… Просто я уже понял, что такие выскочки, как я, без «дополнительных» друзей в Ас-Арахамане не выживают.

После ужина гостей снова позвали в амфитеатр. Свет внутри стал ярче, публика – ещё оживлённее. Все знали, что впереди главное событие вечера. Распорядитель, поднявшись на сцену, дождался тишины.

– А теперь, – объявил он, – мы приступаем к заключительной части сегодняшнего дня торгов. Лоты особой важности. Осколки «демонических корон», двух вождей орды, убитых доблестным воеводой Ишером и его людьми на западном берегу Тихой.

По залу прокатился шёпот. Кто-то заёрзал, кто-то подался вперёд. Я же смотрел прямо перед собой, стараясь сохранить спокойствие.

Все осколки разбили на неравные части. Продажи шли в несколько этапов, от меньших партий к большим. Сначала выставляли по одному крохотному осколку. И за каждый из них развернулась активная борьба в амфитеатре. А вот семьи пока интереса к торгу не выказывали.

Затем выставили несколько мелких партий: по десять-пятнадцать ногтей. Вот тут уже к торгу стали присоединяться гости с балкона. Если самые первые лоты уходили по цене десять-одиннадцать тысяч за ноготь, то чем крупнее оказывалась партия, тем больше была стоимость.

Я не записывал каждую цифру, но мысленно отмечал. К концу торгов цена поднялась до двадцати двух тысяч. А если учесть, что я продавал 1344 ногтя демонической короны, можно было считать меня сказочно богатым человеком. Вот только…

Пятая часть должна была уйти семьям, помогавшим организовать торги. А с оставшейся части мне ещё предстояло заплатить налог. Между прочим, три десятых от дохода. Это с мелкими сделками можно проскочить мимо мытарей, а торги вызывают повышенное внимание властей. Шансов укрыться от безжалостного налогообложения не было.

В общем, половина выручки с продажи уходила людям, которые никаких вождей не убивали, жизнью не рисковали, да и, в принципе, рядом не стояли.

Когда распорядитель ударил в гонг, ознаменовав продажу последнего лота, в зале повисла тишина. Затем – взрыв сдержанных аплодисментов. Люди вставали, поздравляли друг друга. Кто-то хмурился, кто-то сиял, как начищенный золотой.

– Итак, господа, – голос распорядителя перекрыл шум. – Сегодняшняя сессия торгов завершена. Общий итог по демонической короне: в общей сложности продана тысяча триста сорок четыре ногтя. Средняя стоимость за ноготь составила девятнадцать тысяч четыреста двадцать один золотой. Благодарю всех за участие

Насколько я знал, торги должны были продолжаться и в последующие дни. Благо товаров, выставленных на продажу, ещё хватало. Но главное событие состоялось, а я сидеть здесь в последующие дни не собирался.

Зал снова зашумел, но теперь уже по-другому. Люди покидали амфитеатр, обсуждая сделки. Я поднялся, чувствуя, как ноет спина, непривычная к стульям. День был длинным, однако он того стоил.

– Ну что, брат… – Ситранис хлопнул меня по плечу, – теперь ты не просто богат. Ты баснословно богат.

– Угу… – мрачно кивнул я. – Сейчас всё заработанное и спущу. На организацию похода Меоли…

– Так пусть она платит! – пожав плечами, заметил Ситранис.

– Нет, – я покачал головой. – Если я хочу в тех землях осесть, надо вложиться в их освоение больше всех. Чтобы потом никто не мог сказать, что я туда на чужом горбу въехал.

– Хочешь там и остаться? – уточнил регой.

– А ты? – вопросом на вопрос ответил я.

– Я, брат, лучше с тобой, чем с этим… Балконом! – Ситранис усмехнулся и кивнул на места для аристократов. – Но если хочешь, чтобы люди за тобой пошли, начинай раздавать обещания.

– Обещания? – уточнил я.

– Титулы, земли, возможности… – регой кивнул. – Если всерьёз нацелился там поселиться и править, собирай вокруг себя будущих лидеров. Вон, для начала Гвелу должность пообещай.

– А чего только должность? – обиделся сотник. – Я, может, землю хочу!

– Всё, тихо, – прервал я их. – Я тебя понял, брат.

Ситранис был прав: абстрактным светлым будущим людей не завлечь. Да и одного моего отряда маловато для освоения той земли. Я видел масштабы по карте. Можно было привести за собой сотни тысяч жителей, и ещё свободное место бы осталось. К тому же, уверен, и там ещё придётся повоевать…

К северу от Рудных гор люди жили. Не всегда это была, конечно, хорошая жизнь, а местами и вовсе… Скорее, существование. И, тем не менее, людей хватало. А демоны вряд ли всех подчистую перебили. Уж точно не жителей севера. Те умели справляться с отродьями Дикого Шёпота.

Кто-то просто обязан был обнаружить озеро. Значит, с теми, кто нас опередил, придётся либо договариваться, либо, чего не хотелось бы, воевать. А ведь, кроме того, есть остатки демонов, которые наверняка бродят по окрестностям. Мне нужно было больше людей. А значит, больше припасов, больше телег, больше вложений…

Я был богат и нищ. Золотом придётся платить по высоким ценам. А ещё налоги эти…

Подойдя к распорядителю, я узнал полную сумму, которую заработал. Всего кристаллов мы продали на сумму двадцать шесть миллионов, из которых шесть – уходили организаторам торгов. А ещё шесть должны были отправиться в Царскую Казну и Казначейство Семей, потому что двоевластие порождало и двойное налогообложение.

В итоге, я получал с продаж четырнадцать с половиной миллионов золотых водянок. Ещё на четыреста тысяч золотых водянок было продано другого нашего товара. И примерно на такую же сумму следовало рассчитывать в следующие дни.

Я – богат? Нет… Потому что я собирался бежать из того места, где могло пригодиться это богатство. А за Рудными Горами золото будет не самым ценным. Такое вот противоречие… Впрочем, унывать по этому поводу я не собирался.

Глава 236

В «Венценосный» мы вернулись затемно. Честно говоря, я даже устал: много всего произошло за день. Да ещё и пытался весь обратный путь осмыслить полученные суммы.

Нет, головой я понимал, сколько выручено за торги. А вот осмыслить сумму пока не мог. Не считал я в этой жизни миллионы золотых водянок. Сотня – вот это неплохое накопление. Тысяча или две – вообще отлично. А тут даже не сотни тысяч, а миллионы. В общем, с этой мыслью надо было смириться.

И хорошо, что Чёрное Братство не пыталось меня в этот момент убить. Я был несколько не в себе, и не факт, что смог бы дать серьёзный отпор.

Даже то, что ночью похолодало, я заметил лишь под конец пути. Возможно, это потому что меня ещё как-то спасал уникальный доспех. А вот Ситранису и Гвелу пришлось кутаться в плащи, чтобы согреться в возке. К счастью, внутри «Венценосного» было тепло. Когда вошли, мы на некоторое время задержались на первом этаже, чтобы согреться. В комнатах-то в наше отсутствие никто очаг не топил.

– Воевода Ишер, вам письмо, – управляющий протянул сложенный пергамент. – Принесли около двух гонгов назад. Просили передать. Завтра утром посыльный готов забрать ответ.

Я взял, развернул. Почерк был мелкий, аккуратный, явно женский. Пробежав глазами до конца письма, я увидел подпись Меоли. Девушка предлагала встретиться в Гильдии Наёмников послезавтра, чтобы обсудить наше общее дело и подготовку к нему.

Пока читал, заметил, что Парву тоже передали записку, но не управляющий, а один из царских стражников. Сотрудник тайной службы распечатал конверт и с сосредоточенным видом вчитался в текст. Закончив, он дошёл до горящего на первом этаже очага и бросил туда и само послание, и конверт.

Я попросил у служащих «Венценосного» писчие принадлежности. Быстро набросав ответ Меоли, запечатал письмо и велел утром отдать посыльному.

– Ишер, – произнёс тихо Парв, подойдя вплотную, – Сегодня ночью тебе надо ехать. Встреча, о которой ты просил у царя.

Я не сразу понял, о чём он. А затем память услужливо подкинула: да, я просил царя организовать встречу с главами Чёрного Братства.

«Медальоны их возьми! – тут же посоветовала Вечное Дитя. – Если будут артачиться, выложи их на стол, а дальше я сама разберусь».

«Понял, сделаю», – пообещал я мысленно, а вслух у Парва спросил:

– Когда? Где?

– Через пару гонгов подадут возок. Поедешь один, без спутников. Верховный будет на месте.

– Ты не поедешь? – уточнил я.

– Это дело тайной службы не касается, – ответил Парв. – Да и на встречу меня не пустят. Езжай один.

– Куда собрался? – спросил подошедший и услышавший конец фразы Ситранис.

– На встречу, о которой просил царя, – признался я.

– А-а-а… Понятно, – кивнул регой, но спорить, к счастью, не рискнул.

Вначале я поднялся в свою комнату. Воды в купальне не было, зато имелся большой горшок с водой, которого хватило, чтобы ополоснуться. Одежду я сменил: всё-таки на важные встречи стоит являться в чистом. Чёрные Братья меня волновали мало, а вот перед царём грязным не хотелось бы являться. Доспех я протёр от пыли тряпицей, чтобы блестел. Щит и топор тоже прихватил: кто знает, как оно всё на месте повернётся.

Пока ждал возка, успел во второй раз поужинать. И даже немного подремал, а затем ко мне поднялись царские стражники и пригласили следовать за ними.

Ситранис и Гвел ждали в холле. Я обещал вернуться утром и напомнил, что делать, если не вернусь. Собственно, мы с ними предварительно обговаривали план на случай, если меня убьют. Главным было вытащить моё золото до того, как в Царской Казне узнают про смерть. Что могло стать проблемой, с учётом присутствия царя на предстоявшей встрече.

Я умирать не собирался, конечно. Да и Вечное Дитя грозила меня не принять, пока дела не закончу. Однако лучше быть готовым к любому исходу.

Возок стоял у бокового выхода. Тёмный, без гербов, с плотными занавесями. Возница был под стать: угрюмый, в надвинутом капюшоне. Я молча забрался внутрь, и мы тронулись.

Ехали долго. Сначала по главным улицам, затем свернули и запетляли. В щели окна мелькали стены, заборы, тёмные вывески лавок. Раз я услышал окрик стражи, но возок не остановился. И, кстати, судя по тому, что я видел в окно, ехали мы в сторону порта.

Улицы здесь были более узкими и грязными. Из редких окон сочился мутный свет. Людей даже ночью на улицах хватало, и не то чтобы трезвых. Но мы, похоже, направлялись ещё дальше. В самую глушь. Как только царь сюда решил выбраться?

Наконец, возок замедлился, а потом и вовсе остановился. Я вышел. Вокруг уже стояло несколько таких же тёмных возков. Рядом с ними и по периметру – множество царских стражников. Мы находились в каком-то тёмном дворе, зажатом с трёх сторон портовыми складами. Прямо классическое место встречи с классическими же душегубами.

Загаритванис Первый выглядел здесь крайне неуместно. Царь стоял в окружении стражи и, подзывая, приветливо махал мне рукой. Облачён он был в простой тёмный плащ, но держался так, что и без короны угадывался статус.

– Верховный, – коротко поздоровался я.

– Ишер. Рад, что ты успел приехать, – царь говорил негромко, но отчётливо. – Нам удалось прижать Чёрное Братство через их торговые дома. Они согласились на встречу, чтобы обсудить мои требования.

– Мне сказали, внутрь пойдём я и ты, – я посмотрел ему в глаза. – Это правда?

– Да. Вначале они согласились на две триосмии охраны, но потом узнали про тебя… – царь усмехнулся. – Из-за тебя я не могу взять с собой больше пяти охранников.

– Не слишком ли рискованно? – спросил я.

– Слушай, ну только дурак будет меня сейчас убивать! – спокойно пояснил царь. – После такого их сожрут даже старшие семьи. За себя я особо не опасаюсь. Но в любом случае, моя безопасность, Ишер, сегодня на твоей совести.

– Сделаю всё, чтобы мы выбрались живыми, – пообещал я.

Царь кивнул. Ждать пришлось недолго. Меньше чаши спустя из темноты между складами появилась фигура. Обычный человек, в чёрном, без видимого оружия. Приблизившись, он встал на границе света от ближайшего фонаря.

– Следуйте за мной, – сказал он тихо и, тут же развернувшись, скользнул обратно.

Царь первым шагнул вперёд, в темноту, я – рядом с ним. А следом шли пятеро царских стражников. В былые времена царь бы на такую встречу регоев взял. А вот в нынешние, видимо, мало кому мог доверить спину.

Шли по темноте долго. Впереди покачивался, как маятник, единственный светильник, и тот в руке убийцы. Слабый круг света выхватывал из мрака то щербатую стену, то груду старых канатов, то матово блестящую лужу. Для меня с моим амулетом тьма быстро отступила, однако и мир стал чёрно-белым. Зато видел я, в итоге, куда больше, чем предполагалось.

И что могу сказать? Мы шли в окружении убийц, которых хватало, куда ни скоси взгляд. Как минимум, они контролировали всю местность вокруг, не подпуская чужаков к месту переговоров. Я успел насчитать несколько десятков членов Чёрного Братства. С учётом их навыков, можно было не сомневаться: здесь и две триосмии царской стражи не помогли бы.

Наконец, мы пришли к какому-то зданию. Отодвинув тяжёлую створку, провожатый пропустил нас внутрь. Сам зашёл следом. Судя по тому, что я увидел, мы попали в один из портовых складов.

Внутри было пусто. Никаких товаров, полок и ящиков. Одна лишь гулкая тишина и запах влажноватой пыли. Только в самом центре склада виднелся стол: грубо сколоченный, зато крепкий. С одной стороны – два стула. С другой – пять. На столе горела масляная лампа, дававшая немного света.

Провожатый указал на два стула с ближайшей стороны:

– Садитесь.

Мы сели. Царь держал спину прямо, руки сложив на столе. Выглядел он таким же спокойным и уверенным, как и в своём собственном дворце. Отличная выдержка, надо сказать.

Вскоре дверь снова открылась. Вошли пятеро. Все в тёмных плащах до пола, прятавших особенности фигуры, и в бронзовых масках, скрывавших лица. Они заняли пять стульев напротив меня и царя. Первым заговорил тот, что в центре. Судя по голосу, мужчина. А вот возраст определить было сложно. Бронзовая маска искажала звук.

– Итак, царь… – голос его был глухим, лишённым эмоций. – Зачем ты запретил торговым домам забирать золото?

– Вероятно, потому что эти торговые дома принадлежат преступникам, – пожал плечами царь. – А именно, убийцам.

– За всю историю существования наше Братство убило меньше людей, чем любая из старших семей, – заметил переговорщик, сидевший с правого края. – Но, тем не менее, что-то ты не спешишь лишить их золота…

– У нас есть своя казна, царь, – подтвердил убийца, сидевший слева от того, что заговорил первым. – А ты лишил денег мирных, ничего не подозревающих людей.

– Хотите сказать, главы торговых домов ничего не знали про вас? – спокойно усмехнулся царь.

– Они знали, – ответил центральный. – Или, по крайней мере, догадывались. Тем не менее, они не убийцы. Просто торговцы.

– Того, что знали, имели свою выгоду и молчали, достаточно. В том числе, чтобы забрать у них всё до последнего медяка, – возразил царь. – Однако я соглашусь… Так же, по справедливости, стоило поступить и с деньгами каждой старшей семьи. Но именно сейчас мне нужно было встретиться не со старшими семьями, а с вами.

– Зачем? – спросил центральный.

– Ответ сидит справа от меня, – царь кивнул в мою сторону. – Познакомьтесь, это воевода Ишер.

– Мы знаем в лицо заказы Братства, – покачал головой крайний слева. – Мы узнали воеводу.

– Ну раз узнали, то, вероятно, догадываетесь, чего я у вас попрошу, – поднял бровь царь.

– И мы откажемся, – ответил центральный переговорщик. – Выполнить эти заказы стало вопросом репутации, которая дороже денег.

– О-о-о-о… – царь покивал. – Значит, вы лишитесь не только золота. Вы лишитесь ещё пары деревенек под Кафалой. Как думаете, это стоит вашей репутации?

– Удивлён, что ты знаешь о них, – ответил спокойно центральный переговорщик. – Но кто успеет добраться до них раньше?

– Мне не надо до них добираться, – ответил царь. – Я просто сделаю так, что их жители будут скрываться всю оставшуюся жизнь. К слову, если вы думаете, что я знаю лишь про торговые дома и деревни, то ошибаетесь. Мои люди много интересного про вас накопали.

– Слишком громкие слова, царь, – заметил центральный. – Твоя власть меньше, чем у захудалой младшей семьи. Уничтожить нас тебе не под силу.

– Хочешь проверить, на что я способен со своими крохами власти? – царь усмехнулся. – Я ведь не начинал ещё. Только на связь с вами вышел.

– Да хоть бы и так… В любом случае, воеводе придётся умереть, – покачал головой центральный. – Слишком много наших провалов с ним связано.

– Забавно… Даже за то, что вы сейчас сидите и спорите, благодарить вам следует Ишера, – откинулся на спинку стула царь. – Если бы он со своим отрядом не закрыл прорыв демонов на левый берег Тихой в Келаане, сейчас бы Междуречье было заполнено тварями.

– Мы слышали об этом, – кивнул центральный.

– И у вас хватило совести на него заказы принять? – удивился царь, и снова его собеседники кивнули, на этот раз все пятеро. – Да вы же просто придурки…

– Наша цель – месть тем, кто вырезал семью основателей, – ответил центральный. – Мы служим только деньгам и не признаём других авторитетов. Если человечество будет уничтожено, мы будем только рады. Наша месть завершится.

Царь посмотрел на меня, а я – на него. К такому повороту оба не были готовы. Как-то привык я, что с людьми обычно есть шансы договориться. Плохо ли, хорошо ли, но можно найти точки соприкосновения.

Здесь же, похоже, говорить было не о чем. Однако царь, видно, не привык легко сдаваться. И предпринял очередную попытку:

– Я лишу вас денег, я устрою за вами охоту, я буду убивать каждого, кто связан с вами, – медленно проговорил он, обводя взглядом безразличные маски напротив.

– Не ты будешь первым, и не ты последним, – равнодушно парировал центральный. – Братство живёт под внешним гнётом тысячи лет. И каждый раз поднимается из тлена и праха. Ты не можешь нас уничтожить, царь. Да и твои слова… Это лишь слова.

– Что ж, значит, надо переходить от слов к делам, – кивнул царь. – Ишер, боюсь, придётся тебе ещё потерпеть…

– Нет, царь, воевода Ишер никуда не уйдёт, – проговорил центральный, покачав маской в капюшоне. – Он – наша цель. И будет убит.

– Вы обещали безопасность! – напомнил царь.

– Лишь тебе и твоим людям, – отозвался крайний правый. – Воеводы Ишера это обещание не касалось.

– Он сам просил о встрече, сам пришёл и поэтому умрёт, – кивнул центральный, соглашаясь со словами соратника.

– Он – мой человек! – отрезал царь, а пятеро его стражей положили руки на рукояти мечей.

– Будешь упрямиться, тоже умрёшь, – ответил центральный.

Я видел то, чего не видел Загаритванис и его люди. Я видел засевших под крышей склада стрелков с луками, видел скопившихся в тёмных углах убийц. Мы находились в окружении сразу нескольких десятков врагов, готовых по сигналу напасть. В такой ситуации даже я не вытяну, боюсь. Чёрные Братья были очень неудобными врагами. Однако был у нас шанс выбраться… Немаленький такой шанс…

Или маленький. Зато со звонким голосом…

– И что, вас не интересует, зачем я рвался на встречу? – я подал голос, одновременно натягивая на губы самую спокойную из своих улыбок.

– Просьбы и желания цели нам не интересны, – отрезал центральный.

– А если просьба не моя? – предположил я.

– Чужие тоже, – равнодушно подтвердил центральный.

– А если это просьба богини? – удивился я.

– Нам нет дела до богов, – прошелестел переговорщик слева от центрального. – Мы верим в силу золота и наши братские узы. Ни золото, ни узы никогда нас не подводили.