Текст книги "Вечные Пески Том 10 (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

– Прошу прощения, господин…?

– Регой Ситранис из семьи Транаис, – произнёс Ситранис, вымученно улыбнувшись.

– В таком случае для вас отведены места в ложе для аристократов рядом с вашими родственниками, – распорядитель поклонился ниже. – Я провожу вас лично. А ваших спутников отведёт на их места слуга.

– Не нужно! – твёрдо отрезал Ситранис. – Я останусь с ними.

Распорядитель моргнул:

– Но… Это нарушило бы заведённый порядок. Гостям из семей положено…

– Мне плевать, что там положено! – перебил Ситранис. – Мне удобнее сидеть рядом с моими спутниками. Если это противоречит правилам, пусть главный распорядитель торгов вышлет мне штраф!..

– Нет, конечно, вряд ли кто-то будет возражать… – пробормотал распорядитель после долгой паузы. – И я могу засвидетельствовать, что вы сами пожелали остаться в общем зале… Слуга проводит вас всех к местам.

Он махнул рукой, и от стены отделилась девушка в скромном сером одеянии. Совсем молодая, лет семнадцати, с гладко зачёсанными волосами и серьёзным лицом. Подойдя, она коротко поклонилась:

– Идите за мной.

Мы двинулись через толпу. Девушка шла быстро, однако не терялась в суете, изящно лавируя между гостями и слугами.

Сначала, конечно, пришлось сдавать оружие, которое мы в возке не оставили, а амулеты отдавать на проверку. Шептуны на входе внимательно всё осмотрели, однако ни к чему не придрались. Удивительно, на мой защитный шёпот они тоже внимания не обратили. Или же сделали вид, что не обратили.

К слову, сразу в зал сразу мы не пошли. Зачем? Если можно ознакомиться с будущими лотами, то почему бы не использовать возможность.

На торги с утра выставлялся «всякий мусор», как назвал его Парв. Вот только в нынешних условиях даже этот «мусор» был дорогим удовольствием. Конечно, целиком партии товара никто не демонстрировал, но образцы были выставлены вдоль наружных стен амфитеатра.

Я думал, самыми «босяцкими» будут наши товары, но ошибся. Даже старшие семьи не брезговали при случае сбыть большие партии зерна, сушёных фруктов, кожи, керамики и дерева.

Нашу кожу я тоже на выставке увидел. А, осмотрев лоты конкурентов, понял, что кочевники заслуженно гордятся своим товаром. На мой взгляд, их кожа была лучшей выделки.

Тревожить нас разговорами никто не спешил. Хотя друг с другом купцы общались активно. Когда я негромко спросил у Парва, почему так, он ответил, что сначала распорядители соберут всю информацию, затем передадут слугам. А уже потом те будут, по обычаю, представлять друг другу гостей.

– В общем, пока общаются только старые знакомые… – пояснил он. – А о том, кто именно ты такой, официально ещё никто не знает.

Пожав плечами, я вернулся к разглядыванию чужих лотов. Откровенно говоря, я надеялся увидеть на торгах что-нибудь полезное, но ничего не приглянулось. Оставалась надежда, что во второй половине дня, наконец, покажут что-нибудь интересное, кроме нами же добытых «корон». Ещё пару чаш погуляв по выставке, мы, наконец, отправились в амфитеатр. Там давешняя девушка указала нужные места, но не ушла, встала рядом.

Видимо, покинуть она нас планировала, лишь когда торги начнутся. Её же руками нам переданы были две деревянных таблички с вырезанной цифрой «31» на каждой, ну и куски мела. На табличке под номером, как сказал Парв, нужно было писать мелком свою ставку.

Люди наполняли зал. Сначала по одному, а затем и группами. Можно было заметить представителей разных сословий: купцы в дорогих накидках, знатные дамы с папирусными веерами, суровые мужчины с золотыми перстнями, пара жриц в белых одеждах. Все они рассаживались, переговариваясь вполголоса. Воздух становился густым от запахов: благовония, ароматическое масло, едва уловимый пот, дорогое вино.

Но больше всего в зале пахло деньгами. Вот этот запах ни с чем не спутаешь. Он буквально наполнял весь амфитеатр целиком, с нижнего и до верхнего ряда. Каждый пришедший на торги был либо сам очень богат, либо за ним стояли большие организации и объединения.

Места у нас оказались неплохие, на самом деле: всё хорошо видно. Однако имелся и серьёзный, в моём случае, минус: меня тоже было хорошо видно. Если за сцену торгов проберётся убийца, снять меня стрелой будет проще простого. Потому что я нападения не увижу до самого последнего момента. Правда, с этим должен был справиться защитный диск под одеждой.

А люди, между тем, всё прибывали. Шум голосов стал сливаться в ровный гул. Иногда его прорезали громкие приветствия или раскатистый смех. Ложа аристократов отсюда, снизу, не просматривалась. С другой стороны… Знакомых у меня здесь до второй половины дня не ожидалось, поэтому я особо по сторонам не глазел.

Когда амфитеатр заполнился примерно на две трети, свет на сцене стал ярче. Из-за боковой кулисы вышел человек в длинном синем одеянии, с бритой головой и аккуратной седой бородкой. Поднявшись на сцену, он встал в центре и обвёл ряды спокойным взглядом.

– Приветствую вас, гости и участники торгов! – голос у него был низкий, привычный к большим пространствам. – Я распорядитель сегодняшнего дня. И я объявляю торги открытыми.

Он сделал паузу. Зал затих.

– Порядок будет следующим. Сейчас мы заканчиваем выставку лотов: когда прозвучит гонг, прошу всех, кто до сей поры не успел, занять свои места. Каждый лот будет представлен отдельно, с указанием стартовой цены и шага. Во время торгов прошу воздержаться от личных разговоров. Все вопросы – к надсмотрщикам. В перерывах вы сможете свободно перемещаться, общаться и осматривать товар.

Распорядитель поклонился. Зал ответил сдержанными аплодисментами. Я перевёл взгляд на Парва. Тот едва заметно кивнул, подтверждая: всё идёт так, как он и рассказывал.

Зал заполнялся людьми всё быстрее. Нельзя сказать, что каждое место было занято, но свободных оставалось не так уж много. Вскоре с улицы донеслись удары гонга, и на сцену вновь поднялся распорядитель. Какое-то время он стоял, дожидаясь, когда последние гости рассядутся, а потом поднял руку, призывая зал к тишине.

Торги начались.

Глава 234

Первая часть торгов прошла как отлаженное действо. Монотонный гул десятков голосов, хоть организаторы и просили не шуметь. Продажа ценных, но не слишком, лотов один за другим. Деловитые выкрики распорядителя. Редкие всплески эмоций, когда кто-то ввязывался в борьбу.

Я сидел, откинувшись на спинку, и наблюдал. Мне не было скучно. Мне было интересно. Я изучал, как устроена эта кухня, и получал новые впечатления. В прошлой жизни на аукционы меня как-то не заносило. В этой, тем более. А понаблюдать было за чем. Редко выдаётся увидеть, как за гонг из рук в руки перетекает столько добра, сколько иному городу и за год не снилось.

Сначала шли зерновые расписки. Три больших амбара где-то под Каридейей, несколько барж с зерном на Тихой, четыре зерновых обоза под Кафалой. Торг начался со смешных сумм, но в итоге дошло до неплохих стоимостей, даже при нынешних ценах. Те, кто выкупал такие лоты, явно понимали: к весне цены взлетят ещё выше.

Дальше выставили партию сушёных фруктов из Приозёрья. Парв шепнул, что такие лоты обычно разбирают некрупные торговые дома, которым нужен быстрый оборот. Я смотрел, как служащий на сцене монотонно выкрикивает ставки, а в зале одна за другой поднимаются таблички с мелом.

Со стороны могло показаться, что занятие скучное, но… Прикидывая в уме стоимости, пересчитывая их на своих людей, точнее, на те дни, на которые хватит припасов, я чувствовал себя весьма… Необычно. Будто наблюдал за чужой игрой, правила которой только начинал понимать.

Вслед за зерном пошли кожи. Их, как ни странно, разбирали живо. Сначала в торг пустили обозы и баржи с толстой кожей, которая многим требуется. Наши поделки от кочевников были не хуже, а то и лучше. Но эта была плотнее, и её охотно брали. Я сделал пометку в памяти: если уйдём к Новому Озеру, кожевенное дело станет одним из первых, что надо наладить. Помимо, конечно же, добычи металлов.

«Впрочем, почему „если“? – одёрнул я себя. – Когда»

«А если сорвётся?» – ехидно уточнил внутренний голос.

«Сам людей туда уведу! – отрезал я. – Ничего не сорвётся! Мне уже показали, где оно находится!»

«Ой, убьют тебя, дурень! Ой, убьют!» – во внутреннем голосе раздалось что-то, сходное со злорадным квохтаньем.

После кож в торг пустили керамику, обожжённый кирпич и камень для строительства. Тут, кстати, торг вышел вялым. Видимо, в столице и так хватало мастерских, а везти кирпич через полстраны – занятие так себе. Я поймал себя на том, что уже начинаю мыслить, как купец. Прикидываю, сколько чего стоит, где выгоднее купить, а где продать. Раньше я бы плевался от такой науки, а теперь она была нужна как воздух. Когда у тебя тридцать тысяч человек в подчинении, волей-неволей приходится в делах разбираться.

Амфитеатр, тем временем, наполнялся. За спиной всё чаще слышались тихие приветствия. Где-то в верхних рядах звенели браслеты, и пахло дорогими духами. Знатные гости начали подтягиваться ближе к полудню, как и предсказывал Парв.

Последним лотом перед перерывом был объявлен участок земли на юге Междуречья. Небольшой, почти бесплодный, но с выходом к оросительному каналу… И тут началось!

Торг вышел неожиданно жарким. Цена с одного миллиона золотых быстро подскочила сначала до трёх, затем до шести, а потом ещё за пару чаш доползла до одиннадцати миллионов. Ну а дальше включились представители семей с аристократического балкона. И добили, ни много ни мало, до пятнадцати миллионов золотых. Пятнадцать миллионов за участок со сторонами в сто и двадцать скачков!

Когда участок всё-таки купила одна из семей, по залу прокатился гул. Кто-то, видно, расстраивался, кто-то удивлялся, а кто-то обсуждал лот. Мы тоже в стороне не остались.

– Интересно, если все эти деньги высыпать слоем по одному золотому, выйдет накрыть всю площадь участка? – задумчиво проговорил Ситранис.

Остальные наши в ответ только усмехнулись. А я попытался прикинуть, во сколько бы нам обошлись земли в Нагорье… И понял, что даже мой подсчёт в уме отказывает. На такие деньги десять поколений моих будущих детей жили бы, ни в чём себе не отказывая…

С другой стороны, сейчас у людей лишь Междуречье и осталось. И так происходит раз в несколько сотен лет. Возможно, земля стоит не так уж и дорого для тех, кто думает хотя бы на пару столетий вперёд.

– На сегодня утренняя часть окончена! – объявил распорядитель, когда гул обсуждений стих. – Обеденный перерыв продлится два гонга. Столы с угощением накрыты в галерее. Прошу вас, не стесняйтесь. После перерыва мы продолжим. И начнём с лотов, которые, я уверен, вызовут у вас не меньший интерес.

Зал зашевелился. Люди поднимались с мест, разминали затёкшие ноги. Кто-то направлялся к выходу, кто-то останавливался переговорить со знакомыми. Воздух мгновенно наполнился голосами.

Я поднялся. Служанка, всё это время стоявшая поодаль, тотчас приблизилась:

– Прошу за мной. Я провожу вас к столам.

Мы вышли из амфитеатра. Галерея вокруг зала преобразилась. Ещё утром здесь были представлены товары на предстоящие торги, а теперь вдоль стен стояли длинные столы, накрытые белыми скатертями. Поверх них громоздились блюда с мясом, птицей, рыбой, горами лепёшек и фруктами. В кувшинах – вино, разбавленное и не очень. Слуги с опахалами отгоняли мух, другие разливали напитки.

Люди ходили по галерее, собирались в небольшие группы, разговаривали. Торговцы, знатные жители Междуречья, аристократы из семей – все перемешались, и вот тут-то начиналась настоящая охота.

За мной, между прочим. Пока я добирался со спутниками до стола, к нам подходил то один человек, то другой. Как их зовут, и кто они такие, мне успевала сообщить девушка-слуга, а если не она, то Парв.

Я не всегда сразу понимал, чего от меня хотят, но разговор поддерживал. Вежливо кивал, скалил зубы и даже не грубил, когда не успевал взять еду… А я долго не успевал. Мне её в итоге Ситранис притащил, предложив найти уголок потише.

Едва мы отошли от стола шагов на десять, как подошёл невысокий плотный человек в добротном, но неброском халате. На вид – лет пятидесяти, с обветренным лицом и коротко стриженной седой бородой. Следом за ним поспевали двое: молодой писец с глиняной табличкой и приставленный слуга.

– Господин Ишер, – тихо произнесла наша служанка, – позвольте представить вам уважаемого Кариса, заместителя главы Гильдии Ремесленников Наговора.

– Уважаемый Карис, да не оставит вас Арахамана своей милостью, – я коротко ему кивнул.

– И я рад, воевода, да найдётся для вас тень в самый жаркий полдень! – голос Кариса был с хрипотцой, а ещё низким и плотным, как он сам. – Слышал о вашем вчерашнем приключении. Примите моё сочувствие… И поздравления.

– Спасибо. И то, и другое в точку, – кивнул я.

Карис усмехнулся и пожевал губу. Видимо, раздумывал над будущими словами.

– Я не отниму много времени, – наконец, сказал он. – Хотел лишь выразить сожаление, что Гильдия не смогла договориться с вами о покупке хотя бы малой части короны. Мы очень рассчитывали на это.

Я развёл руками и ответил:

– Понимаю ваше сожаление. Но если бы я продал вам часть короны ещё до торгов, это испортило бы мне отношения с семьями. Они восприняли бы это как попытку обойти их интересы. А мне сейчас с ними ссориться не с руки.

– Политика, – Карис скривился, словно от кислого вина. – Всё упирается в неё. Обидно. Ремесленники – народ простой. Нам бы только материал для работы.

– Скажите, а вы собираетесь участвовать в торгах на корону? – спросил я прямо.

Карис покачал головой:

– Нет, что вы. Против семей у нашей Гильдии и шанса нет. Они выложат столько, сколько мы не соберём за три года. Разве что, если они вдруг передерутся между собой до смерти… Но это вряд ли. Когда доходит до дела, они своей выгоды не забывают, – он усмехнулся.

Я помолчал, делая вид, что размышляю. Хотя, как себя вести с ремесленниками, уже давно придумал. И даже притащил с собой кусочек того, что может их заинтересовать.

– А если я предложу вам нечто другое? – негромко произнёс я. – Не материал «демонической короны», а кое-что, ему подобное?

Карис поднял брови и удивлённо посмотрел на меня:

– Простите, не очень понимаю, о чём вы…

– На западе нам довелось столкнуться с сильным высшим демоном, – пояснил я. – Вероятно, это был один из тотемов. К счастью, нам удалось его убить. У него на голове уже начала появляться «демоническая корона». Однако до конца она не сформировалась. Видимо, орда пыталась вырастить себе нового вождя…

– Неожиданно, о таком я не слышал! – оживившись, заметил Карис.

– Ну так мы об этой победе и не сообщали, – признался я. – Я подумал, тогда бы добытое тоже пришлось выставлять на торги… А мне хотелось оставить пространство для своих решений.

– Можно взглянуть? – коротко спросил представитель гильдии.

Я достал из поясного кошеля небольшой осколок, завёрнутый в тряпицу. Как бы невзначай встав к гостям торгов, кроме Кариса, спиной, развернул и показал на ладони. Кристалл выглядел бледнее, чем тот, что в «демонической короне», но и он мог впитать немало жизненных сил – это я проверял. Карис уставился на него, как ювелир на редкий изумруд. Его писец за спиной тоже вытянул шею, привстав на цыпочки.

– Любопытно… – пробормотал Карис. – Вы позволите?

– Конечно, – великодушно разрешил я. – Только постарайтесь «не светить»…

Карис понимающе кивнул и осторожно взял кусочек кристалла. Он долго его разглядывал под прикрытием нашей компании, а потом, осторожно вернув на тряпицу, сообщил:

– Этот материал Гильдии и впрямь интересен. Особенно если он обладает теми же свойствами… Ну вы понимаете.

– Я в этом уверен. Но вам, конечно, надо проверить его… Хм… Вместимость! – кивнул я, пряча осколок. – Предлагаю обсудить это позже. Либо в перерыве, либо после торгов. Что скажете?

– Что ж… – Карис задумчиво почесал бороду. – Я поищу подходящий кабинет и приглашу шептуна из нашей гильдии. Если позволите, как всё будет готово, я пришлю к вам слугу с запиской.

– Договорились, – кивнул я.

Карис поклонился, уже собираясь отойти, но задержался.

– Надеюсь, вы не запросите непомерно дорого, воевода! – заметил он.

– Платить можно не только деньгами, – отозвался я, внимательно посмотрев на него. – Я заинтересован, в числе прочего, и в услугах вашей гильдии, Карис.

Тот хмыкнул и растворился в толпе.

Не успел я перевести дух, как Парв, стоявший рядом, едва заметно кивнул в сторону.

– Осторожнее, воевода. К нам направляется Игнорис из семьи Хендерис. Держи лицо.

Я скосил взгляд, посмотрев туда, куда показывал сотрудник тайной службы. Через галерею, небрежно обмахиваясь веером, шёл высокий, худощавый мужчина в дорогом плаще цвета тёмного вина. На поясе – золотая цепь с медальоном, на пальцах – перстни. Лет ему было около сорока, но двигался он с ленивой грацией человека, который никуда не спешит, потому что весь мир подождёт. А если не станет ждать, так этот человек позовёт слуг и всё-таки заставит мир остановиться.

– И кто это? – тихо спросил я у Парва.

– Игнорис из старшей семьи Хендерис, – повторил тот. – У них сильное влияние среди ремесленных гильдий. И они возглавляют… Назовём такие семьи нейтральными. Они не выступают за власть семей, не примут, скорее всего, сторону Аравантис, но и царя защищать не будут… К слову, с Эрегихоном у Игнориса отношения так себе… Для тебя это может стать хорошей защитой и аргументом в будущем.

– Понял. Спасибо, – отозвался я.

Игнорис приблизился, и на его лице появилась вежливая, но чуть снисходительная улыбка.

– Пусть вода всегда плещется в твоей фляге! Воевода Ишер, я полагаю? – а вот голос у него оказался мягким, почти вкрадчивым. – Мне сказали, сегодня ты в центре внимания.

Я изобразил головой лёгкий поклон:

– Благодарю. И тебе тени в знойный полдень. Уважаемый Игнорис, полагаю?

– Игнорис из семьи Хендерис, – представился он, слегка наклонив голову. – Я наслышан о твоих делах. Воевода, шептун, герой недавних сражений… Поговаривают, ещё и богами избранный… И, как говорят, человек, у которого есть то, что очень интересует половину столицы.

– Если ты о моей славе, то, боюсь¸ не знаю, как её можно продать, – усмехнулся я. – Впрочем, броню, подаренную богами, тоже продать не получится…

Игнорис рассмеялся. Коротко, сдержанно, но внезапно искренне.

– Мне нравится твоё чувство юмора, воевода. Редкий товар в наше время, – уже чуть по-другому отозвался он. – Я наслышан и о тебе, и твоей броне… Но я сейчас, конечно, про «демоническую корону» говорил.

– Есть желание её купить? – я решил не ходить вокруг да около.

Игнорис сделал неопределённый жест рукой:

– Торги покажут. Я, знаешь ли, человек осторожный. Люблю сначала посмотреть, потрогать и только затем – платить. Но всё же… Всё же я сомневаюсь, что смогу приобрести хотя бы кусочек. Я прибыл сюда за другим товаром. А того, что останется у меня на руках, после второго круга торгов, боюсь, не хватит, чтобы побороться за такой редкий товар.

– Твоя семья ведь занимается ремёслами, – заметил я. – Жаль, что вам не достанется даже кусочка моего трофея.

– В самом деле, жаль, – кивнул Игнорис. – Но мы, Хендерис, всегда предпочитали надёжные способы вложения. Конечно, из демонического кристалла получаются отменные поделки… Но можно ведь его и запороть. Когда-то основателю нашей семьи предлагали сделать царский венец, но он отказался. Риск был слишком велик.

– Венец же был, в итоге, сделан, – заметил я.

– Да, верно… Только кристалл в нём – простое украшение, – пояснил Игнорис. – Ремесленники не смогли вложить в него нужных свойств. Им, к слову, за это руки по плечи отрубили.

– Вот оно что, – кивнул я.

– Хотя, не скрою, мне бы хотелось купить часть материала для наших семейных мастеров-наговорщиков… – обхватив себя пальцами за подбородок, признался аристократ. – Всё-таки такие материалы редко попадаются…

Я помолчал, обдумывая. Предложение Карису я уже сделал. Но Карису я не обязан отдавать весь материал.

– Возможно, мы найдём другой вариант, – осторожно подбирая слова, сказал я. – Деньги – это далеко не всё, что нужно для жизни.

Игнорис изогнул бровь и изучающе посмотрел на меня.

– Даже так? – отвечая, он постарался изобразить удивление. – А что ты, воевода, считаешь важным?

– Я человек молодой, но кое-что повидал, – сказал я, глядя ему прямо в глаза, – Мне доверились многие люди, которых я встречал на своём пути. И, мне кажется, в нашем положении очень важно не бояться за собственный тыл.

Игнорис слегка нахмурился, однако не перебил.

– Увы, пока что я сталкиваюсь с врагами даже там, где и не думал их встречать, – продолжил я. – Я человек простой и скажу прямо: защита семьи Хендерис, хотя бы чисто номинальная, стоила бы для меня больше, чем золото.

– Ты просишь о покровительстве? – уточнил Игнорис.

– Покровительство к многому обязывает. Нет… Я прошу о сотрудничестве и благожелательном отношении со стороны твоей семьи, – поправил его я.

Игнорис меня понял, кажется. В его взгляде что-то мелькнуло, а потом он медленно кивнул.

– Это можно обсудить, воевода. Но я не глава семьи… А в глазах главы не так-то просто заслужить хорошую оценку, – аристократ прищурился. – Возможно, какой-нибудь дар станет началом долгих и, надеюсь, взаимовыгодных отношений. Как думаешь?

– Дар, который был бы интересен твоей семье? – переспросил я с улыбкой.

– Из того, что ты можешь предложить, нам интересна лишь «демоническая корона»… – Игнорис усмехнулся. – Или деньги.

– А как насчёт части кристаллов, которые должны были стать «демонической короной» нового вождя орды, но не успели? – спросил я.

Игнорис прищурился.

– Интере-е-есно… – протянул он. – И такой кристалл обладает теми же свойствами?

– Если вас интересует, способен ли он принимать нашептания и собирать жизненную силу, то да, – ответил я честно. – Не так, как кристалл «демонической короны», но лучше, чем большинство используемых в ремесле материалов.

– И много ли у вас его? – спросил Игнорис.

– Достаточно, чтобы заинтересовать ваших мастеров. И достаточно, чтобы ваша семья получила преимущество перед теми, кто останется ни с чем, – ответил я.

Игнорис тихо рассмеялся:

– Умеешь заинтриговать, воевода. Хорошо. Я подумаю. И, возможно, мы ещё поговорим в будущем.

– Буду ждать.

Игнорис кивнул, бросил короткий взгляд на Парва, словно оценивая, кто перед ним, и удалился прочь таким же неспешным шагом, каким подошёл к нам. Толпа расступалась перед ним, как вода перед носом большой лодки.

– Ну как? – спросил я Парва.

– Клюнул, как рыба на червяка! – ответил за того Ситранис. – Поверь мне.

– Мне тоже так кажется, – более сдержанно кивнул Парв.

– Жаль только отдавать такую ценность… – поморщился Ситранис.

– Всего я ему отдавать не буду, – ответил я. – Что-то продам Гильдии, что-то пущу на амулеты для наших бойцов. Игнорису дам ровно столько, чтобы его семья подкинула нам заказов. Ну и растрезвонила на каждом углу о наших хороших отношениях.

– Посмотрим, – одобрительно покивал Ситранис.