Текст книги "Блистательный рыцарь (ЛП)"

Автор книги: Лео Франковски

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

раз дешевле в своем изготовлении! Среди них также есть мастер по изготовлению фарфора.

Фарфор напоминает керамику, но он гораздо тоньше и расписывается гораздо большим

количеством цветов, чем сейчас есть у нас. Среди них есть и множество других мастеров.

Я разговаривал с их лидером, Золтаном, и он согласился остаться здесь со своими людьми.

Каждый из его мастеров примет, по крайней мере, одного польского ученика. В течение

нескольких дней будет размещен список доступных профессий и молодые люди, заинтересованные в возможном быстром продвижении и оплате могут подать заявление

через Наталью. Кандидаты будут утверждаться мною, Золтаном и участвующим мастером, но будет, по меньшей мере, тридцать мест сейчас и, возможно, больше позже. Эти люди

из другой культуры, отличной от нашей и у них другая религия. Они поклоняются тому же

Богу, что и мы, но они делают это по-другому. Пока что все, что мы можем делать –

это молиться тому, что однажды они станут истинными христианами, но у меня почти нет

надежды на то, что это случиться в ближайшее время. Поэтому, пока этого не произошло, я полностью запрещаю обсуждение с ними религии. Если вы хотите быть объявлены

нарушителями закона, то все, что вам нужно – это вступить в теологический спор с одним

из людей Золтана. Надеюсь, мне не придется вам доказывать, насколько серьезны мои слова.

Обращение этих людей в христианство является делом духовенства, а не вашим!

86

Тем не менее, я и Золтан понимаем различия и трения, которые могут возникать между

нашими людьми. Поэтому мы как можно быстрее будем стараться отселить их из Трех Стен.

Некоторые из вас знают о небольшой долине в полутора часах ходьбы на восток. Там есть

небольшой ручей, и она выглядит подходящей для группы такой численности. Если погода

продержится хорошей еще некоторое время, то мы сможем построить им подходящие дома

до того времени, пока земля не промерзнет, а также, мы передадим им несколько сотен овец.

До этого времени я буду очень жестко наказывать тех, кто будет с ними ссорится! Если повезет, то к Рождеству они уйдут отсюда. Киликия останется с моей семьей, чтобы посмотреть, возможно ли обратить одну из них в христианство.

При упоминании Киликии Илья с трудом проглотил смех.

Пан Конрад указал на него пальцем.

– Илья, это твое хихиканье будет стоить тебе недельного жалования! Наталья, отметьте это. Так вот, о деле. Бригадиры и мастера плотников и каменщиков должны в шесть

часов собраться в моем офисе, чтобы обсудить изменение расписания. Спасибо.

87

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ИЗ ДНЕВНИКА КОНРАДА ШВАРЦА

Киликия была самой красивой женщиной, которую я когда либо видел в своей жизни, включая кинозвезд и Национальный балет. В двадцатом веке, женщина, которая смогла бы

так танцевать, оказалась бы в Голливуде, если бы раньше ее не украл Большой театр.

Поймите, все польские девушки вокруг были прелестными, но всем им было по большей

части четырнадцать лет и, в этом возрасте, они все прелестны. Это был естественный для них

способ выйти замуж. Но две действительно выдающиеся женщины, которых я здесь встретил, обе были иностранки и я имел определенные соображения насчет этого.

В цивилизованной стране, люди выбирают своего спутника жизни по довольно таки

непрактичным причинам. Он остроумный? Если ли у нее хобби и интересы, совпадающие

с моими? Хорошо ли он танцует? И, самое главное, она красивая? Будут ли мои друзья

завидовать мне, потому что он такой высокий и красивый?

Во всех культурах, некоторые люди никогда не женятся и, часто те, кто не отвечает

местным стандартам привлекательности, остаются одни. На протяжении многих веков

это приводит к селективному воспроизводству привлекательных и социально адаптированных

людей, но не обязательно умных, находчивых или жестких.

В примитивной культуре люди вынуждены быть более практичными при своем

выборе жизненного партнера. Может ли он обеспечить меня и моих детей достаточным

количеством еды, чтобы выжить? Может ли она готовить и правильно разделывать животных?

Достаточно ли он хороший воин, чтобы защитить нас от наших врагов? Достаточно ли она

сильная, чтобы защитить нашу хижину, когда меня нет?

Это не вопросы персональных предпочтений или социального престижа – это вопрос

выживания. Если вы делаете ошибку при выборе, то это может ускорить вашу смерть.

Это настолько важно, что во многих культурах, людям не разрешается выбирать партнера

самим. Старые и якобы умные головы делают это для них, а родители договариваются

о женитьбе.

Результатом этого является селективное давление, сильно отличающееся от более

цивилизованных народов. Люди становятся более жесткими и уверенными в себе, но они

являются менее привлекательными. На самом деле, я подозреваю, что вы можете задать себе

хороший вопрос о том, насколько культурным предки того или иного человека просто

посмотрев на то, насколько он или она красивы.

В тринадцатом веке Польша лишь на два века отошла от примитивной, племенной

культуры. Потребуется гораздо больше времени, чтобы преобразовать их в более

привлекательных и менее жестких людей. Но Франция и Ближний Восток были цивилизованы

гораздо раньше и это были те места, откуда пришли пани Францин и Киликия.

Я не говорю, что это абсолютная правда, но я бы поговорил об этом за кружкой пива.

88

Таланты Киликии в постели были такими же выдающимися, как и ее способности

в танце и я был рад, что я не взял ее как рабыню, потому что мне действительно хотелось быть

с нею.

Также, она была очень смышленая. За две короткие недели она освоила польский

в достаточной степени, чтобы общаться и ее акцент был не настолько выражен, как у ее отца.

Признаюсь, что это она уговорила меня дать возможность остаться ее людям, несмотря на то, что мы оба знали, что будут постоянно возникать различные проблемы.

Одним из ее способом было исследовать вещи, а затем, сказать мне имя человека

в ее группе, который мог показать, как сделать их лучше.

Она изучила лезвие прекрасного кинжала, который пан Владимир и его браться

подарили мне на прошлое Рождество и сказала, что он сделан из фиговой стали. Мой меч

вызвал ее восхищение, после чего она спросила у меня, можем ли мы делать такое оружие

и я вынужден был признаться, что не можем. Но это мог делать один из ее людей.

Она говорила о керамике, ткани и стекле, но окончательно убедило меня возможность

производства бумаги. Чтобы действительно иметь возможность распространять знания, вы должны иметь достаточно книг. Просто не было объективной возможности производить

достаточно пергамента, даже если бы я смог автоматизировать процесс его производства.

Чтобы сделать один большой лист пергамента требовалась кожа одной овцы и был предел тому, сколько овец вы могли выращивать. Но если бы у меня была бумага, то я мог бы построить

типографию.

Так что, той ночью, между приступами любовной лихорадки, мы спланировали, как наши народы могли жить вместе, не убивая друг друга. По сути, план предусматривал, что они будут разделены друг с другом настолько сильно, насколько это возможно с общением

только в случае профессиональной необходимости. Я дам им немного земли и буду держать

моих людей подальше за исключением учеников, которым будет позволено оставаться у них

ночевать. За исключением Золтана, все остальным людям ее народа, будет разрешено покидать

их землю только с моего разрешения.

Мои люди построят им минимально необходимо количество домов, достаточное, чтобы

позволить им перезимовать, а также дадут еды на первый год, после чего они будут

предоставлены сами себе. Половину своего времени они обязаны будут тратить на обучение

моих учеников и исследовательскую работу.

Мы пожали друг другу руки, что было для нее новым обычаем, а следующим утром

ее отец пришел в восторг от условий сделки.

Разумеется, Киликия оставалась со мной. Мой отец онемел бы от сложившийся

ситуации!

Так что, они перестали делать то, что они делали и начали строить дома. Никакой

сантехники, никаких защитных сооружений, а также отдельные кухни. Дома были не настолько

хороши, как в Трех Стенах, поскольку мы были сильно ограничены во времени. И дело было

даже не в том, что приближалась зима, но в основном потому, что я хотел выселить их из Трех

Стен до Великой охоты. Я не хотел, чтобы пятьдесят знатных гостей, некоторые из которых

воевали с мусульманами в крестовых походах, жили бок о бок с гостями, которые даже не были

христианами! Не стоило нарываться на проблемы.

89

Но после двух недель, проведенных в Трех Стенах, я должен был сделать свой объезд

строительных площадок. Я уже готовился уходить, когда Котча, девочка, которая смотрела

за моей кобылой и представляла собой пятьдесят фунтов девятилетней радости, запыхавшись

прибежала ко мне в спальню.

– У Анны щенки! – выкрикнула она.

Это заявление на мгновение ошеломило меня.

– Котча, у лошадей не бывает щенков. У них жеребята. И Анна не беременна. Можно

сказать, она конь. Тело становиться все больше, а грудь наливается молоком. И, в любом

случае, сейчас неподходящее для этого время года.

Детям в Средние века не нужно было рассказывать о птичках и пчелках. Для всей семьи: родителей, детей, а также их родственников, нормально было жить и спать в одной комнате.

Секс был чем-то нормальным, что происходило вокруг них всю их жизнь. И если всего этого

было недостаточно, то все они, в основном, были фермерами и могли смотреть, как животные

занимаются им так, как это всегда делали фермерские дети. Сделать из секса секрет является

современным извращением.

– Анна не конь! И они выглядят как щенки!

– Первое, что ты сказала, похоже на правду.

– Может тебе лучше пойти и посмотреть. Мой господин.

– Может быть лучше…

Вокруг конюшни Анны собралась толпа, и я проложил себе через нее дорогу.

Меня едва не вырвало от того, что я увидел. Если вы когда-нибудь видели кучку

недоношенных жеребят, то они были похожи на них. Они действительно выглядели

как крупные щенки с крошечными тонкими ногами, на которых они могли лишь ползать.

Их было четверо и, ради Бога, они родились в ноябре. Естественно, они родились раньше срока.

Удивительно, что они до сих пор были живы. Можно было сделать только один достойный

поступок. Проявить сострадание и решить все одним ударом. Я достал мой складной нож.

– Вы все, убирайтесь отсюда! – крикнул я и толпа испарилась.

– Котча, тебе тоже лучше уйти. Ты не должна это видеть.

– Что вы собираетесь сделать?

Я опустился на корточки, чтобы оказаться с ней на одном уровне.

– Котча, я знаю, что тебе это сложно понять, но иногда роды бывают неправильными.

Иногда что-то идет не так и тогда единственная вещь, которую можно сделать это сделать так, чтобы они больше не мучались.

– Но что вы собираетесь сделать?

– Эти жеребята, эти "щенки" не смогут нормально вырасти. Посмотри, грудь Анны даже

еще не начала набухать. Она не сможет их кормить. Они будут голодать.

– Они едят сено также, как и Анна.

– Они слишком малы, чтобы есть сено. Маленькие млекопитающие должны есть молоко, а у Анны его нет.

– Я видела, что они едят сено!

– Котча, я попытался объяснить, но у меня больше нет объяснений. Это то, что должно

быть сделано. А теперь, пожалуйста, уйди.

– Вы собираетесь их убить!

– Да, Котча. Я должен.

– НЕТ! Она отбежала к задней части стойла, схватила вилы и, направив их на меня, встала перед жеребятами.

Пятьдесят фунтов чистого мужества и полное отсутствие мозгов.

– Черт! Анна поговори с ней. Это необходимо, ты ведь знаешь?

Анна покачала гововой "нет" и встала рядом с Котчей.

90

Если бы я захотел, то легко мог бы разоружить Котчу и запереть ее в комнате. Но если

Анна была против меня, то все было уже не так просто. Она легко могла победить меня в бою.

– Анна… черт! В нашем языке знаков нет слов, чтобы обсудить текущую ситуацию.

Давай пойдем к доске для письма и все обсудим. Котча, можешь остаться здесь и понаблюдать

за малышами.

Я сделал доску для письма более года назад, когда выяснил, что Анна достаточно умна.

Она не могла говорить, но она могла обозначать вещи, указывая на буквы. Если только

вы можете назвать это обозначением.

Она подошла к ней и обозначила – ДИТИ ОК

– С детьми все в порядке? Ты мне говоришь, что все в порядке?

Она кивнула – ДА

– Они всегда так выглядят?

ДА

Я сел на землю.

– Боже мой! Я чуть их не убил! Но что они будут есть? У тебя нет молока.

ЕСЬ СЕНО ЕСЬ ЗРНО ЕСЬ ENEDING(?)

– Они могут есть все, что угодно и то же самое, что и ты?

ДА

– Твой вид всегда имеет их по четыре за раз?

ДА

– Кто… кто их отец?

НЕТ ОТЦА

– Нет отца? Но как… Анна, некоторые рыбы и ящерицы могут размножаться бесполо, партеногенически. Вы можете делать также?

ДА

– Хм… Но сейчас неподходящее время года для размножения травоядных. Анна, что послужило причиной? Почему они родились у тебя сейчас, а не в какое-то другое время?

ОНА ПОПРОСИЛА

– Она? Ты имеешь ввиду Котчу?

ДА

– И все, что ей нужно было сделать – это попросить? Ты можешь размножаться по своему

желанию?

ДА И ДА

– Будь я проклят! Сколько времени нужно, чтобы они выросли?

Она постучала копытом четыре раза.

– Четыре года, да? Анна, тебе нравиться иметь детей?

ДА И ДА

– Ну что ж, иметь большее количество таких как ты будет полезно. Будешь сама

присматривать за ними, если не потребуется помощь. Договорились?

ДА

– Хорошо. Я надеюсь, ты примешь мои извинения за дурацкую сцену, которую я

только что тут устроил. Думаю, мне лучше сейчас будет поговорить с Котчей. Как скоро

ты будешь готова путешествовать?

Она дала мне сигнал "готова".

– На следующее утро после родов? Ну… раз ты так уверена. Выезжаем через час.

Я пытался предугадать твое решение. С этого момента я буду просто спрашивать.

ДА

91

Я извинился перед Котчей, но она продолжала на меня злиться так, как это может делать

только ребенок. Потребовалось несколько месяцев, прежде чем мы снова стали друзьями.

На самом деле, я был очень сам себе противен. Я действовал эмоционально и чуть

не совершил ужасную ошибку, поскольку не остановился, чтобы подумать. В течение

многих лет, я знал, что Анна относилась к виду, отличному от обычных лошадей. Я решил, что маленькие особи ее вида должны выглядеть также, как и большие, только на том

основании, что она выглядит как лошадь. И с каких это пор ты решил проявлять жалость, убивая людей? Я не сомневаюсь в том, что Анна отчасти человек и было плохо, что я позволил

себе об этом забыть.

Я приказал седельнику сделать своего рода второе седло, которое крепилось к задней

части постоянного седла. Это позволило пассажиру скакать боком позади меня и иметь место, куда можно вытянуть ноги. Я взял с собой Киликию, чтобы показать ей другие части страны, а также дать ей возможность показать некоторые из ее западных нарядов ну и конечно

для секса. Не было никакого смысла возиться с окружающими меня странными дамами, когда

дома меня ждало совершенство.

Дорога до Медногорска заняла у нас два дня. Летом, Анна могла бы туда добраться

в течение одного дня, но зима была близко и дни становились короче. Отсутствие нормального

искусственного освещения сокращало возможное время в пути также, как это происходило

в производстве.

Мои эксперименты по выгонке топлива для лампы из каменноугольной смолы

закончились почти что ничем. Вещество содержало так много серы и аммиака, что комната

мгновенно очистилась от людей, когда я заправил им лампу. К тому же оно ужасно коптило.

Я рассматривал идею, чтобы попытаться добывать нефть и тогда бы мы смогли иметь

керосиновые лампы, но ближайшие нефтяные месторождения были в Пшемысле, городе, который изначально был польским и будет им снова, но сейчас уже в течение пятидесяти лет

находился в руках Украинского герцогства Галицкой Руси. Получение разрешения на создание

там установки по добыче нефти, вероятно, потребует значительных дипломатических усилий.

Я был поставлен в тупик.

Когда я добрался до Медногорска, герцог только что туда прибыл.

С ним была пани Францин и два десятка вооруженных людей.

– Черт, парень! Ты всегда так носишься на лошади? Ты ее убьешь!

– Не Анну, Ваша светлость. Она любит хорошую скачку.

– Люди говорят, что каждый раз, когда они видят тебя на дороге, ты всегда несешься

смертельным галопом и никогда не останавливаешься, чтобы поговорить.

– Это так потому, что я разрываюсь между проектами вашей светлости, графа Ламберта

и своими собственными и у меня остается не так много времени. Надеюсь, я не был груб.

– Нет, но это заставляет о тебе говорить.

– Сейчас я весь сосредоточен на получении известкового света, Ваша светлость, -

сказал я, спрыгивая из седла и помогая спуститься вниз Киликии. (Примечание: Здесь опять

встречается слово limelight, буквально "известковый свет". Не знаю как его перевести, чтобы оно подходило ко всем контекстам в которых оно используется в книге. Оставлю пока

так – в дальнейшем будет проще найти по тексту). Она была маленькая и худенькая, но на удивление тяжелой для ее телосложения. Тело танцора было гладким, покрытое

мускулами и плотным

Она поклонилась герцогу, который кивнул в ответ, но она оставалась в стороне

от разговора, пока ее не пригласили, и вела себя так, как должна вести хорошая женщина.

В двадцатом веке дамы монополизировали бы разговор на часы, разговаривая ни о чем.

Тринадцатый век был менее испорченным.

– Что, черт возьми, такое этот "известковый свет"?

92

– Это…, – чертовы огоньки на болоте, – Это то, о чем я пытаюсь думать в течение

последних двух лет, Ваша светлость. Это очень яркий искусственный свет, возникающий

в процессе сжигания газа под известью, а также это то, что позволит нам удвоить производство

на наших заводах.

– Удвоить производство? Я тебя не понимаю, мой мальчик.

– Возможно, это даже помогло бы его утроить. То, как дела обстоят сейчас, позволяет

нам работать только в дневное время, Ваша светлость, а зимой – только в хорошую погоду.

Наши дорогие машины простаивают почти две трети времени. С хорошим искусственным

светом мы могли бы закрыть окна и работать день и ночь!

– Как ты собираешься крестьян заставить столько работать? Три дня такой работы

и они упадут замертво!

– Ну, Ваша светлость, мы же не будем заставлять работать одних и тех же людей

постоянно. Они будут у нас работать в две смены – одни будут работать днем, а другие – ночью.

Мы уже так делаем с металлургическим заводом и доменными печами, поскольку на этих

производствах мы не можем прекращать работать по ночам, но животный жир, который мы

там используем в лампах, дорог и дает мало света. Количество происшествий ночью в три раза

больше, чем днем и большинство из них происходит из-за недостаточной освещенности.

Но свет известковых ламп такой же яркий, как и дневной!

– Но ты должен будешь удвоить количество домов, а также большинство зданий, которые их окружают, если только, конечно, ты также не собираешься использовать

в две смены их кровати.

– Это бы вызвало больше проблем, чем оно того стоит, Ваша светлость. Каждой семье

нужна своя собственная квартира. Но спальные комнаты недороги. Дорого стоят ванные

и кухни, но я не вижу причин, почему бы обеим сменам не использовать одни и те же

сооружения.

– Звучит здорово, мой мальчик. Если ты заставишь это работать, то я хочу получить

несколько таких ламп в замок Пястов.

– Я не уверен, что стоит ставить их внутри жилища, Ваша светлость. Газ, который я хочу

использовать, содержит окись углерода (Примечание: Угарный газ), который является ядом, пока его не зажгли. Но его можно достаточно безопасно использовать на фабрике, где вокруг

постоянно есть кто-то, кто может убедиться, что лампа не гаснет.

– Как скажешь, мой мальчик. Остановишься со мной в гостинице? Когда я приезжаю

сюда, я всегда арендую верхний этаж.

– Если хотите, Ваша светлость, хотя у меня есть кровать в моем офисе.

– Нет, ты пойдешь со мной. Там достаточно места. Я снимаю целый этаж и не хочу

иметь вокруг каких-либо незнакомцев. У меня есть враги и всегда есть шанс стать целью

для наемного убийцы. Ты и твоя дама присоединитесь ко мне с пани Францин за ужином, после того, как ты помоешься.

Никто бы не решился спорить с герцогом.

– Спасибо, Ваша светлость. Для меня это большая честь.

93

Киликия и я пришли в столовую раньше герцога и пани Францин. Я был в красивой

одежде с вышивкой, которую мне подарили на прошлое Рождество, а Киликия была одета

в прекрасный шерстяной халат.

Через несколько минут пришли герцог и пани Францин. Она была одета в некое подобие

мини-юбки, сетчатые чулки и туфли на высоких каблуках и… это было все. Она была топлесс, как и официантки и на ней было надето лишь слегка больше, чем на них, но это было необычно

и неожиданно, чтобы клиенты конкурировали с прислугой.

Все были друг другу представлены и герцог заметил, стараясь на меня не смотреть.

– Мне нравиться такой стиль, – сказал он.

– Очень привлекательно, Ваша светлость. Граф Ламберт как-то заметил, что когда вассал

находится на землях своего сюзерена, то он должен в точности соблюдать обычаи своего

господина. А поскольку Вы господин моего господина, то мне кажется, что это накладывает

на меня двойные обязательства. Киликия, не могла бы ты снять свою одежду, чтобы

соответствовать стилю пани Францин?

Киликия на мгновение уставилась на меня. Полагаю, дня нее это было немного грубо, поскольку она выросла среди людей, имевших табу на наготу и, хотя она считала нормальным

танцевать голой, но для нее было непривычно ходить в таком же виде. Но было бы неловко, если бы за столом с обнаженной грудью сидела только одна из дам, особенно для пани

Францин. В любом случае, Киликии нужно было учиться нашим обычаям.

– Да, хозяин, – сказала она и встала, расшнуровывая обе стороны ее одежды.

– Хозяин? – спросил герцог, – После боя, который ты дал в прошлом году, чтобы

очистить Польшу от рабства ты имеешь своего раба?

– Нет, Ваша светлость. Она говорит так потому, что родом из земель на востоке

от Каспийского моря, где рабство является нормальным. Ее отец "подарил" ее мне в основном

для того, чтобы обеспечить ее безопасность. Она продолжает называть меня "хозяин"

и я ничего не могу поделать, чтобы это прекратить. Киликия, ты не моя рабыня. Пожалуйста, прекрати называть меня "хозяин".

– Да, хозяин, – она сняла платье через голову, сложила его и положила на стул.

– Черт побери! Хватит меня так называть!

– Вы сказали я свободна, так?

– Да!

– Тогда я могу делать то, что я захочу, так?

– Да, это то, что я говорил, черт возьми!

– Тогда я хочу называть вас "хозяин".

Обидно! Как, черт возьми, ответить на такой вопрос?

– Видите, Ваша светлость? И что мужчина может с этим поделать?

– Ничего, мой мальчик. Когда женщине что-то приходит в ее голову, то все, что остается

мужчине – просто жить с нею дальше. Или делать вид, что он хочет с нею жить и тогда

это выглядит как тирания.

Киликия сняла свою блузку и подтянула свою юбку так, что она стала такой же короткой

как у пани Францин. Видя откровенно восхищенный взгляд герцога, она приняла позу

как у танцовщицы и подождала, пока он не насладился ее видом.

Все остальные в комнате пытались вести себя так, как будто это было совершенно

нормально, когда красивая женщина раздевается за столом в гостинице для того, чтобы

разозлить герцога, который не был достаточно мудр.

94

– Мальчик мой, кажется ты коллекционируешь красоток! Ты немного отстал от меня

в этот раз, но не сильно!

Он немного пожал руку пани Францин.

Пани Францин, которая поняла, почему я сделал так, как я сделал, тихо сказала:

– Спасибо, пан Конрад. Спасибо за все.

– Да, такой стиль мне нравится, – сказал герцог, – Да, я уже не тот резвый кобель, которым когда-то был, но я все еще не прочь полюбоваться на хорошее женское мясо.

Я уже почти принял решения одеть таким образом всех служанок в замке Пястов – просто

для улучшения вида. На самом деле, видя этих двух дам бок о бок, у меня есть все причины, чтобы это сделать!

– Все

это хорошо выглядит для по-настоящему красивых женщин, таких

как присутствующие здесь дамы, Ваша светлость, но это не тот стиль, которые подойдет

каждой даме.

– И что? Если любая из моих девок будет уродливая или со слишком обвислой грудью, то я просто заменю ее на более привлекательную!

– Да, Ваша светлость, еще здесь гостиница и мы стараемся, чтобы здесь было тепло

для того, чтобы официантки могли ходить в таких костюмах или, вернее без оных. В вашем

замке довольно много сквозняков. Не лучше было бы подождать до весны?

– Погоди? Мальчик, мне недавно исполнилось семьдесят. У меня нет времени, чтобы

ждать! Я сделаю это прямо сейчас. Пан Фредерик! Подойди!

Рыцарь в полном вооружении поставил свою тарелку с супом и быстро подошел.

– Ваша светлость?

– Дамы, встаньте. Внимательно посмотрите на этих женщин, пан Фредерик, а затем

езжайте в замок Пястов и скажите кастеляну, что, к тому моменту, когда я вернусь, я хочу, чтобы все служанки выглядели так же.

– Да, Ваша светлость. Я выезжаю немедленно. Но… эти две дамы самые красивые, которых я видел в своей жизни! Где на земле кастелян сможет найти двести таких же, как они?

– Ему не нужно искать двести таких же, как они! Дурак, я имею ввиду, что они должны

быть довольно привлекательные! Я имею ввиду, что они должны одеваться точно также!

Я хочу видеть их сиськи! И не уходи прямо сейчас. На улице темно. Доешь свой ужин

и выезжай прямо с утра.

Я думал, что граф Ламберт позволяет себе слишком много, но герцог может делать все, что хочет, что не затрагивает большинство его главных сторонников. Если слугам

не понравится изменения в их наряде, ну что ж. Их мнение никого не волнует.

– Да, Ваша светлость, – и рыцарь быстро отошел.

95

– Девочки, сядьте, – сказал герцог, – Видите, с кем я вынужден работать, пан Конрад?

– Он показался мне очень учтивым и послушным вассалом, Ваша светлость, – это было

наибольшее, что я позволил себе высказать относительно критики герцога.

– Да, только тупой. Мужчины как ты редко встречаются.

– Ваша светлость, основная разница между мною и паном Фредериком заключается

в образовании, а не во врожденных способностях.

– Что делает тебя еще более редким. Здесь нет школ, наподобие тех, в которые ходил ты, но я слышал, что ты над этим работаешь.

– Да, Ваша светлость. Сейчас у нас есть девяносто начальных школ, работающих

во владениях графа Ламберта. Школа есть почти что в каждом городе или деревне.

– Почти? Почему не во всех?

– Ваша светлость, Вы должны помнить, что я просто рыцарь. Я могу просто пытаться

убедить барона делать то, что я считаю правильным. Если он настроен против меня, то что

я могу поделать?

– Ты говоришь о бароне Ярославе, отце пана Стефана, так?

– Да, Ваша светлость.

– Он упрямый ублюдок, но он хорошо служит мне на поле боя.

– Я ничего не имею против него лично, но в данном случае он не прав. Образование

важно! Эти школы ничего ему не будут стоить. Я построю их за свой счет с помощью крестьян.

– Мой мальчик, я не понимаю, почему ты уделяешь так много времени чтению и письму.

Что хорошего в том, что этим будут заниматься крестьяне?

– Очень мало хорошего, принимая во внимание то, как сейчас обстоят дела. Но так

не будет продолжаться слишком долго без изменений. Прямо сейчас, большинство людей

тратят большую часть своего времени на простое выполнение тупой работы, производя

энергию при помощи человеческих мускулов. Но Вы видели мою лесопилку с паровым

двигателем. Она имеет силу двухсот женщин. Но женщины, которые ранее ходили взад и

вперед по балансиру больше не делают эту работу. Сейчас все они делают другую, более

квалифицированную работу. И это только начало. Завтра я покажу Вам паровые двигатели, которые мы установили, чтобы заставить работать машины в цехе, а другие месят глину

для пресс-форм и качают мехи на плавильных печах. Каждый раз, когда используется одна

из этих машин, нам нужно меньше тупых крестьян и больше квалифицированных людей.

Более того, необходимые навыки меняются слишком быстро, чтобы их можно было получить, просто изучив профессию их отцов. Они должны изучить их в школах, читая книги.

Они должны уметь читать.

– Будем считать, что ты прав, когда дело касается заводов, мой мальчик, но большинство

простолюдинов – фермеры. И это должно так и оставаться, если мы хотим, чтобы у нас была еда

на столе!

– Это правда, Ваша светлость, но только если мы и дальше будем придерживаться

современных методов ведения сельского хозяйства. Но я уже начал вносить здесь изменения.

В этом году в Окойтце снова был обильный урожай и на этот раз они смогли собрать его весь, несмотря на больше чем обычно количество дождливых дней. А разница заключалась лишь

в том, что они использовали тачки. Они пристроили молотилки к своим мельницам и могут

хранить весь свой обмолоченный урожай в элеваторах. Если бы он все еще не был обмолочен, то половина его осталась бы на земле. В ближайшие несколько лет я буду внедрять новые

плуги, жатки и другие машины. Эпоха тупого крестьянства закончилась!

– Интересно. Но как далеко это может зайти?

– Довольно далеко, Ваша светлость. Однажды я провел четыре года в стране

под названием Америка. Этот народ является величайшим продавцом сельхозпродукции в мире

и ее люди питаются лучше всех. И все же, только один из пятидесяти человек населения

является фермером! Большинство остальных людей работают торговцами того, что даже

неизвестно в этой стране. Для этого даже нет подходящих слов.

96

– И все же, это продолжает меня беспокоить, пан Конрад. Я не перестаю себя спрашивать

стоит ли этот того.

– Они думали также, Ваша светлость. Скажите мне, хотелось бы Вам жить в доме

в котором даже в самую холодную погоду было бы тепло и насколько прохладно, насколько

Вам того бы хотелось даже в самый жаркий день? Хотелось бы Вам иметь свежие фрукты

и овощи в любое время года? Хотелось бы Вам иметь инструмент, называемые телефоном, который позволил бы Вам говорить с любым вассалом, будь он хоть за сотню миль от Вас?

С любым герцогом или королем в христианском мире? Хотелось бы Вам иметь врачей, насколько умелых, что они могли бы сохранить Вам здоровье еще на долгие годы?

Хотели бы Вы путешествовать на большом серебристом корабле, который сможешь к полудню

привезти Вас в Китай, а в это время Вы будете сидеть и смотреть на облака внизу, а приятная

официантка будет приносить Вам напитки? Хотели бы вы этого не только для себя, но и для всех остальных? Скажите мне, Ваша светлость, оно того стоит?

– Возможно, мой мальчик, возможно. Но твой священник рассказал мне об ужасных

войнах, которые твои люди вели с использованием настолько могучего оружия, что нажатием

одной кнопки можно уничтожить целые города. И все это делалось только из ненависти, когда