Текст книги "Преимущество на льду (ЛП)"

Автор книги: Лекс Джеймс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Эпилог

РЕКС

ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ

Если бы год назад, даже полгода назад, кто-то сказал бы мне, что я буду лежать в постели рядом с самыми сексуальными женщинами, которых я когда-либо встречал, я бы назвал его гребаным лжецом. Я бы, наверное, посоветовал ему пойти и проверить свою голову.

Но вот мы здесь, именно в такой ситуации.

Единственная разница в том, что Сойер не просто самая сексуальная женщина, которую когда-либо встречал. Она также мой любимый человек, любовь всей моей жизни. Ну, мой любимый взрослый. Моя любимая малышка сейчас крепко спит в своей комнате, вероятно, ей снится какая-нибудь сахарная вкусняшка, которую убедила Сойер приготовить на завтрак.

Как бы сильно мне ни хотелось раздражаться по этому поводу, это тяжело, потому что мне нравилось наблюдать за развитием отношений Рори и Сойер. Это все, о чем я когда-либо мог мечтать для моей маленькой девочки. Сойер обожает Рори, и очевидно, что моя дочь чувствует то же самое. Мы оба так нервничали, когда рассказывали Рори о нас двоих, но все прошло намного лучше, чем я предполагал. Дочка вела себя так, словно в этом нет ничего особенного, просто часть повседневной жизни.

Мы с Сойер все ждали, что Рори начнет капризничать, но этого так и не произошло. Стелла и моя мама просто посмеялись над нами, очевидно, Рори рассказала им все о нас на их вечеринке с ночевкой, но они договорились подождать, пока мы сами признаемся.

– Перестань так смотреть на меня, ты пугаешь меня, – бормочет она и глубже утыкается носом мне в грудь.

– Я ничего не могу с собой поделать, ты издавала эти тихие-тихие звуки, почти как храп. Это было мило.

– Я НЕ ХРАПЛЮ, – ворчит она и тут же открывает глаза.

– Я не говорил, что это плохо, звучит мило, – ухмыляюсь я.

– Все, решено. Я больше никогда здесь не буду спать, – говорит Сойер, переворачиваясь на другой бок.

– По-моему, это милые звуки. Но твои тихие стоны и хныканье во сне? Чертовски меня заводит. Мне пришлось ждать, пока ты проснешься, чтобы проверить, станешь ли ты издавать те же звуки, когда я буду трахать тебя языком, – рычу я, скользя по ее телу, приподнимаясь на руках и глядя на нее сверху вниз.

– Ты мог бы сделать это в любом случае, – бормочет она, все еще отказываясь смотреть на меня, но теперь на ее лице появляется очаровательная ухмылка.

Я наклоняюсь так, чтобы ртом оказаться рядом с ее ухом.

– Но тогда я бы не смог увидеть твое лицо, когда ты кончаешь.

– Я все еще злюсь на тебя, – говорит она задыхающимся голосом, когда я покрываю поцелуями ее подбородок и останавливаюсь только в местечке между шеей и ключицей. Здесь Сойер такая чувствительная, и когда покусываю и посасываю, она стонет, приподнимаясь мне навстречу, а руками хватает меня за волосы, притягивая ближе.

Шутка Сойер о том, что она больше никогда не станет здесь спать, дает мне мотивацию поговорить с ней кое о чем – о том, о чем я думал некоторое время, но был слишком труслив, чтобы начать разговор. Словно я мальчик-подросток, готовящийся пригласить девушку на свидание, но вот он я, тридцатисемилетний папаша, который ведет себя по этому поводу как маленькая сучка.

Так что я не собираюсь играть честно.

Добираюсь до ее идеальных грудей, беру одну рукой, а другую захватываю ртом, нежно покусывая и посасывая сосок. Переключаясь между ними, я не останавливаюсь до тех пор, пока Сойер не начинает извиваться подо мной, практически умоляя о большем.

– У меня к тебе вопрос, – выдыхаю я, отрываясь от ее соска с громким хлопком.

– Правда, Рекс? Вопрос ко мне прямо сейчас? Я голосую за то, чтобы ты перестал болтать и вместо этого начал ублажать меня. Это более продуктивное использование нашего времени.

Приподняв бровь, я смотрю на нее снизу вверх.

– Да, неужели? Я хорош только из-за своего рта? – тихо шепчу, потом дую на клитор, достаточно сильно, чтобы свести ее с ума.

– Перестань дразнить меня, Рекс, – молит она, ее руки тянут меня за волосы, пытаясь прижать мой рот именно к тому месту, где ей это нужно. – Если ты не прикоснешься ко мне прямо сейчас, я сделаю это сама.

Схватив оба ее запястья левой рукой, удерживаю ее неподвижно, и наклоняюсь вперед, пока мой рот не оказывается совсем рядом с ее ухом. Взяв ее за подбородок свободной рукой, требую ее внимания.

– Как будто ты станешь трахаться, малышка. Ты будешь играть по моим правилам, но получишь то, что хочешь, я обещаю. Брось мне вызов, и я подведу тебя прямо к краю и отступлю. И буду делать это снова и снова, пока ты не решишь, что больше не можешь этого выносить. Ты меня понимаешь? Слушаешь меня?

Ее глаза широко раскрыты, но не от страха. Сойер заводится от того, что я требую чего-то от нее и ее тела. Ей особенно нравится, когда я требую от нее оргазмов. Но прямо сейчас воздерживаюсь от оргазмов, пока она не заговорит.

– Отлично. Я слушаю, – отвечает она спустя, как мне кажется, несколько минут, но, вероятно, прошло всего несколько мгновений.

Сделав глубокий вдох, я ищу губами местечко у нее между ног. Покрывая поцелуями ее бедро, спускаюсь к колену, потом снова поднимаюсь к бедру, сдерживая смех, когда Сойер протестует, но терпеливо ждет. Она знает правила игры.

– Ты мне нравишься здесь, в моей постели, – это все, что я в состоянии выдавить из себя, когда прижимаюсь языком к ее клитору в долгой, томной ласке. Продолжая в том же духе, я ввожу палец в ее влагалище. – Ты такая чертовски мокрая. Это все для меня?

– Это был твой вопрос? – только и может простонать эта приводящая в бешенство женщина, когда загибаю пальцы, ударяя по ее точке G, языком все еще лаская клитор.

– Перестань быть занозой в моей заднице. Переезжай ко мне, – рычу я, уставившись на нее и наслаждаясь моментом, когда до нее доходит, о чем я только что спросил. Сильнее прижимаясь к ее клитору, большим пальцем медленно массируя, обводя кругами, постепенно подводя ее все ближе и ближе к оргазму.

– Ты хочешь, чтобы я переехала к тебе? – спрашивает она, и на ее лице уже появляется широкая улыбка.

Меня охватывает облегчение, когда вижу, что она улыбается.

– Да, малышка. Я хочу, чтобы ты переехала ко мне и Рори. Ты – та часть нас, о которой мы и не подозревали, пока не нашли тебя.

– Конечно, я перееду, Рекс. – Сойер поддается вперед, как раз в тот момент, когда я прижимаюсь к ее клитору, наконец-то, доставляя ей оргазм, которого она жаждала.

Черт возьми, я от нее без ума.

– Переезжай на этих выходных.

Вскинув голову, она выглядит совершенно довольной после оргазма, но в то же время шокированной.

– В эти выходные? Ты с ума сошел? Срок моей аренды истекает в августе. Тогда я съеду. Я не собираюсь бросать Кэсси.

– Это пять месяцев. Слишком долго. Два месяца, – ворчу я. Не желаю ждать так долго, хочу ее в моей постели каждую ночь. Хочу видеть её зубную щетку в моей ванной, ощущать ее запах на подушке. Черт возьми, я даже хочу натыкаться повсюду на её проклятые волосы, потому что это означало бы, что она здесь. Что она моя.

– Четыре.

– Сойер…

– Три. Окончательное предложение. Я перееду сюда в начале июля. Это даст Кэсси время решить, хочет ли она остаться на старой квартире и найти новую соседку по комнате.

– Отлично. По крайней мере, ты переезжаешь сюда. – Я не могу сдержать улыбку и, наверное, веду себя как десятилетний ребенок, но мне наплевать. Я так рад, что моя женщина появилась в моей жизни, и не могу дождаться, когда она переедет ко мне. Как раз в этот момент слышу легкий стук в нашу дверь – Рори проснулась.

– Входи, милая, – зовет Сойер, пока надевает пижаму.

– Привет, папочка, привет, Сойер, – улыбается Рори, забираясь на кровать. – Я хочу блинчиков. Можем ли мы испечь блинчики? Пожалуйста, папочка, мой животик проголодался, и я хочу блинчиков.

– Хорошо, милая. Почему бы тебе не включить мультики, пока я встану, а потом пойду испеку блинчики.

– Хорошо, папочка. Но можно нам посыпать? Посыпка делает блинчики такими вкусными.

– Она не ошибается, посыпка делает все вкуснее, – с улыбкой соглашается Сойер.

– Хорошо, мы можем посыпать блинчики, – я стараюсь говорить как можно суровее, но это не получается, судя по улыбкам моих девочек.

– Давай присядем на диван, пока ждем, когда твой папа встанет, мне нужен кофе, – предлагает Сойер, ожидая, пока Рори покажет дорогу.

Когда смотрю, как мои девочки выходят из комнаты, еще раз благодарю провидение за каждую ошибку, проблему и неверный поворот, которые совершил в своей жизни, потому что это привело меня к этому моменту. Прямо сейчас я нахожусь именно там, где и должен, рядом с двумя моими любимыми девочками.

Я просто не могу дождаться, когда Сойер переедет ко мне насовсем. Мне не терпится рассказать нашим друзьям об этом сегодня вечером, когда все соберутся у нас дома.

Это навсегда. Она моя.

Эпилог второй

СОЙЕР

– Ро, ты уверена, что мы не можем накрасить прозрачным? А если синий цвет без всего этого блестящего дерьма? – Макс стонет с пола.

– Это папино слово, ты не должен так говорить, – небрежно отвечает ему Рори, даже не поднимая глаз. Она сидит на полу и красит ему ногти. – И нет, дядя Макси. Блестящие блестки создают цвет, к тому же это о-о-очень тебе идет, тебе не кажется?

Харрис и Кейд начинают смеяться, очевидно, наслаждаясь «пытками», которым подвергается Макс в руках милого пятилетнего ребенка. В прошлом месяце у Рори был день рождения, и, к несчастью для Рекса, она захотела, чтобы мы все пошли на маникюр. Итак, мы пошли втроем, и она выбрала цвета для каждого из нас. Мне достался симпатичный бирюзовый, ей – фиолетовый, и, конечно же, она выбрала ярко-розовый для Рекса. Его друзья, особенно Макс, никогда не давали ему забыть об этом, так что ребята с удовольствием наблюдают за парочкой.

Рори стала называть Макса своим дядей, и это, наверное, самая милая вещь в мире. Наблюдать, как они сближаются, радует мое сердце, даже если он все еще огромная заноза в моей заднице.

– Наверняка он имел в виду взрослое слово, и думаю, все будет хорошо, Ро, – успокаивает Макс, терпеливо наблюдая, как Рори изо всех сил красит ему ногти.

– Перестань двигаться, дядя Макси. Я тебя испачкаю.

– Прости, малышка Ро, – говорит Макс, смущенный тем, что его ругает маленькая девочка. Подняв глаза, он осматривает комнату в поисках чего-то или кого-то. Когда замечает Гвен, Стеллу и Кэсси на диване за беседой, он улыбается, наблюдает за ними троими всего мгновение, затем быстро отводит взгляд. Странно. Макс и Кэсси, честно говоря, никогда не ладили за все те годы, что мы знаем друг друга, но не думаю, что их ненависть так глубока, как он считает. Но это ему предстоит выяснить, когда он будет готов. Мне нравится видеть Макса таким спокойным и беззаботным, он кажется таким счастливым.

Для меня это не просто ноовообретенная семья, Макс тоже потерял наших родителей, так что я благодарна, что у него есть мы. Также приятно, что его новый лучший друг оказался самым симпатичным пятилетним малышом, ради которого он готов на все. Рори обвела всех крутых хоккеистов вокруг пальца. Я надеюсь, она понимает, что ни один из этих мужчин не позволит ей привлечь к себе внимание парней, пока ей не исполнится, по крайней мере, тридцать.

Мы сидим в гостиной Рекса с тех пор, как закончили ужинать, смеемся и смотрим какой-то фильм, который показывают по телевизору. В такие моменты, как этот, осознаю, как далеко все зашло, и ничего из этого не случилось бы, если бы я не работала в «Атлантиде» в ту ночь. Я никогда не была так счастлива, как сейчас, и все это из-за Рекса.

Мы решили собраться вместе перед тем, как все ребята вернутся к предсезонным играм в НХЛ. Рекс и мой брат уже начали знакомиться со своей новой командой, провели пару тренировок, но ничего официального. Они оба, кажется, действительно счастливы быть там, даже если станут соперничать со своими друзьями. Но, эй, от этого становится только интереснее, верно?

Рекс подходит ко мне сзади, обнимает меня за талию, притягивая ближе к себе.

– Ты в порядке? Хочешь еще бокал вина? – шепчет он мне на ухо, щекоча дыханием мою шею.

– Я в порядке, – улыбаюсь, искренне веря в свои слова. – Но я никогда не откажусь от еще одного бокала вина.

Запечатлев поцелуй на моей щеке, Рекс посмеивается.

– Конечно, малышка. Кстати, твоя попка выглядит восхитительно. Я хочу укусить ее, – говорит он, шлепая меня по заднице и улыбаясь остальным. – У тебя красивые ногти, Макс. Блестки тебе идут, может, в следующий раз покрасимся в цвета «Ледяных ястребов», уверен, ребятам это понравится.

Макс смеется, качая головой, в то время как Рори гордо улыбается. Как только Рори снова опускает взгляд, Макс со смехом толкает Рекса.

Я люблю своих друзей. Здесь я чувствую себя как дома, и скоро так и будет.

Мне казалось, что если вычеркну мать из своей жизни, то мне станет не хватать частички себя, но вместо этого испытываю чувство умиротворения.

Требуется время и взросление, чтобы осознать людей, которые хотят быть в вашей жизни и которые приложат к этому усилия.

– Все сделано! – гордо восклицает Рори, широко улыбаясь и сияя милым личиком. – Дядя Макси, иди покажи всем свои красивые ноготки. Всем очень сильно понравится.

Встав, Макс смотрит на свои ногти, которые определенно синие. Рори действительно покрасила ему ногти, но в процессе также измазала и кончики его пальцев. Однако он делает вид, что доволен, от чего Рори сияет.

Макс подходит к парням, которые устраивают целое шоу, охая и ахая над его ногтями. Когда приближается к дивану, где сидят девочки, я наблюдаю, как они с Кэсси начинают шептаться друг с другом. Она выглядит раздраженной, в то время как он просто сидит там с самодовольной ухмылкой на лице. Макс явно сказал что-то, разозлившее ее, и это заметно.

Я даже не осознаю, что все еще смотрю на них, пока Рекс не протягивает мне мой бокал вина, пугая меня.

– Полегче там, малышка. Грезишь наяву?

– Что-то вроде этого, – бормочу я, делая глоток вина.

– Должны ли мы сказать им? – шепчет Рекс.

– Да, – улыбаюсь я. – Мы с Кэсси говорили об этом до того, как пришли все остальные. Она расстроена, но рада за нас.

– Хорошо, – улыбается он, возвращаясь в комнату. – Мы хотим вам кое-что сказать, ребята, у нас есть кое-какие новости.

– Ты залетела? – вскрикивает Харрис, за что получает от Макса шлепок по затылку.

– Моя сестра не занимается сексом, ты, мудак.

– Нет, идиот, она не беременна. – Рекс ворчит, а я смеюсь. – Глупо говорить это вслух, но я просто хотел, чтобы все знали, что Сойер собирается переехать сюда этим летом.

Хватая его за руку, я улыбаюсь. Рекс так горд, рассказывая нашим друзьям и семье, что мы планируем этот следующий шаг в нашей жизни. Может, это и не свадьба и, конечно, еще не ребенок, но для нас это шаг к тому, чтобы начать строить нашу совместную жизнь.

– Круто, ребята! – восклицает Майлз с улыбкой

– Не смогла отделаться от этого засранца, да? – говорит Харрис и обнимает меня. – Но, если говорить серьезно, я рад за вас, ребята.

– Я так взволнована, Сойер! Я всегда хотела, чтобы со мной жила мамочка! Папа, папа! Значит ли это, что у меня есть мама? – лепечет Рори, подпрыгивая от возбуждения.

– Сойер, в конечном счете, станет твоей мачехой, но ты можешь называть ее так, как вам двоим удобно, хорошо, Ро? – гордо отвечает Рекс.

Я ничего не могу поделать со слезами, которые наворачиваются на глаза. Я люблю эту маленькую девочку всем сердцем и душой, и слышать, как она так говорит обо мне, доставляет мне столько радости. Я крепко ее обнимаю.

– Можно я буду называть тебя мамой? – спрашивает Рори, ее руки очаровательно обхватывают мои щеки, чтобы привлечь мое внимание.

– Милая, ты можешь называть меня так, как тебе удобно. Если ты захочешь называть меня мамой, это будет честью для меня.

– Да! – Рори бьет кулаком по воздуху, а затем убегает играть.

Когда смотрю на Рекса, у него тоже в глазах стоят слезы.

– А как насчет квартиры? – спрашивает Тревор.

– Гвен собиралась переехать ко мне, но ей не расторгли ее предыдущий договор аренды. Решила, что найду временного постояльца до истечения срока аренды, а потом разберусь с этим, – говорит Кэсси, пожимая плечами.

– Ты точно не захочешь, чтобы с тобой жил какой-то незнакомый человек.

Повернувшись, чтобы посмотреть, кто это сказал, я с удивлением вижу, что это мой брат.

– Извини?

– Я сказал, что ты не будешь жить с каким-то незнакомым человеком. К черту.

– Что, ты теперь мой папочка?

– Если это заставит тебя выслушать меня, тогда, да, я буду твоим папой. Но не собираюсь позволять тебе быть идиоткой, которую убивают во сне. Ты видела криминальные сериалы, такое случается.

– Ты действительно много смотришь криминального шоу, он прав, – добавляю я, за что получаю свирепый взгляд от Касс.

– Мы можем поговорить об этом позже? Я хочу отпраздновать твою новость, – говорит Кэсси с улыбкой.

– Да, принцесса, мы можем и сделаем, – заявляет Макс, затем уходит на кухню, оставив нас с Кэсси просто смотреть друг на друга в недоумении. Макс упрям, но обычно никогда не говорит людям, что делать.

Очевидно, это изменилось, когда дело коснулось Кэсси.

– Он переживет. Я выпью еще бокал вина, а потом мы включим следующий фильм.

Когда она уходит, оставляя меня наедине с Рексом, часть меня задается вопросом, есть ли что-то еще в истории с Максом. Почему он такой… властный и собственнический по отношению к той, кого, как утверждает, ненавидит?

– Перестань думать об этом. Сегодня это не важно, – тихо произносит Рекс. – Сегодня вечером мы празднуем. Завтра мы разберемся с этим.

– Договорились. А теперь дайте мне напиться, сэр. Я хочу много праздничного секса сегодня вечером.

– Ты получишь его, малышка. Надеюсь, ты готова к остальной части нашей жизни, мы собираемся стать крепкой парой. – Рекс добавляет подмигивание в конце, очевидно, подслушав наш с девочками разговор о крепких парах знаменитостей.

– Да. С тобой и Рори? Всегда.

Кто бы мог подумать, что, оказавшись однажды ночью на коленях у Рекса, я обрету счастье, которое никак не ожидала.