Текст книги "Преимущество на льду (ЛП)"

Автор книги: Лекс Джеймс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Взяв телефон, решаю написать Рексу сообщение, чтобы он знал, что я здесь, пока иду к своему месту.

Я: «Привет:) Хотела сообщить тебе, что я на хоккейном матче с Кэсси. Она притащила меня с собой».

Хотя Кэсси сказала мне встретиться с ней в семь, я приехала на час раньше. Беспокойство заставило так поступить. Я думаю, что Рекс сейчас занят с командой, поэтому удивляюсь, когда срабатывает сигнал на телефоне еще до того, как он возвращается в сумочку.

Рекс: «Подожди, ты здесь? Где?»

Я: «Направляюсь к нашему месту. Мы внизу у стекла на южной стороне».

Когда сразу же появляются точки, показывающие, что он уже отвечает, я не могу сдержать улыбку на лице. Приятно знать, что ему не терпится поговорить со мной.

Рекс: «Ты знаешь, где находится туннель?»

Я: «Туннель? А?»

Рекс: «Туннель команды. Вниз к кабинетам и раздевалкам».

Я: «Да, я знаю, где это… Я иногда встречала там Макса».

Рекс: «Я встречу тебя в конце туннеля. Иди ко мне, сейчас же».

Рекс: «И не волнуйся, все игроки в раздевалке в течение следующих двадцати минут, так что там будем только мы».

Оглядываюсь по сторонам, я нахожусь рядом с проходом к нашим местам, поэтому мысль о том, чтобы сесть в ожидании матча, приходит мне в голову, конечно, ненадолго. Однако Рекс – умный человек и, вероятно, предполагает, что я стану раздумывать, поскольку уже ненавижу находиться на арене, поэтому посылает мне фотографию, которую мне, наверное, не следовало открывать посреди толпы семей с бегающими вокруг детьми. Это определенно неприлично.

Но эта фотография? Её хватило, чтобы я передумала и немедленно начала идти к туннелю.

Снимок показал мне, что именно ждет меня там, внизу.

Я уже много раз бывала в командных туннелях, поэтому знаю, где они находятся. Когда спускаюсь туда, одна из дверей кабинета открывается, и меня быстро втягивают внутрь и захлопывают дверь.

– Ты слишком долго, – шепчет Рекс мне в губы, пришпиливая меня к двери кабинета.

– Я стояла на другой стороне арены. Мне пришлось возвращаться назад, – оправдываюсь я, застыв на месте, когда он прижимается ко мне твердым членом, напоминая о том, что именно было изображено на фотографии.

– Все равно слишком долго, – настаивает Рекс, покусывая мою шею между каждым словом, отчего у меня перехватывает дыхание. – У нас нет времени. Оседлай меня. Я скучал по тебе и хочу посмотреть, как твои сиськи подпрыгивают, когда ты кончаешь на моем члене, перед тем как уйду в тренерскую.

Подтащив меня к своему столу, он садится в кресло, расставив ноги, и, усмехаясь, голодным взглядом окидывает мое тело. Глядя на него, трудно поверить, что я способна возбудить такого мужчину как Рекс, особенно Рекса в костюме.

Черт, хоккейные мужчины горячи. Они могут играть как хозяева на льду, до синяков и крови, но затем выглядеть сексуально, как черти, в своих костюмах с мальчишескими улыбками, доказывая, что они могут быть и тем, и другим. Хорошими, но в то же время плохими, как грех.

Его слегка длинные волнистые волосы ниспадают на лицо, и мне хочется провести по ним пальцами. Рекс не сводит с меня глубокие синие глаза, пока я медленно стаскиваю с себя джинсы, приближая тот момент, которого мы оба жаждем. Он проводит рукой по члену, расстегивает ремень и брюки, вытаскивая его, чтобы я могла сесть сверху.

Пока я отбрасываю джинсы в сторону и снимаю рубашку и лифчик, Рекс расстегивает пуговицы на рукаве рубашки и медленно начинает закатывать его вверх, открывая татуировки, которые я так люблю. Есть что-то такое в мужчине, одетом в костюм, с татуировками, украшающими большую часть его тела, от чего у меня между ног становится влажно. Думаю, что это сочетание флюидов хорошего и плохого парня, которое так чертовски сексуально.

Как и большинству девушек, мне хочется, чтобы мой парень относился ко мне как к королеве и заботился обо мне. Но когда мы наедине, мне нужно, чтобы он грязно трахался.

Самодовольное выражение лица Рекса говорит мне, что он знает, о чем я думаю, и прекрасно осведомлен, что делает с моим телом. Пальцем он подзывает меня ближе, а затем поднимает меня на колени и прижимается губами к моим.

– Я скучал по твоему рту, – шепчет Рекс, едва оторвавшись от моих губ.

– Я скучала по тебе, – честно признаюсь ему.

Видимо, это правильные слова, так как он хватается за член и покрывает его моей влагой.

– Все произойдет быстро и грязно, у нас мало времени, – говорит Рекс, его дыхание учащается, когда мои ногти впиваются в его плечо, и он толкает головку члена в меня. Как раз в тот момент, когда собираюсь опуститься ниже и полностью принять член, нас останавливает стук в дверь.

Черт, мы были так близки.

Подождите. Дверь заперта? Кто-то сейчас войдет? Кто? Черт. Я начинаю обдумывать все возможные варианты, надеясь, что нас не застанут за сексом в кабинете. На лице Рекса выражается та же неуверенность, что и на моем, что заставляет меня нервничать еще больше.

Рекс ничего не произносит и прикладывает палец к губам, безмолвно умоляя меня помолчать. Не волнуйтесь, сэр, не думаю, что смогу говорить, даже если захочу. После того, как мне отказали в его члене, а также прервали, когда я голая в его кабинете, слишком ошеломлена, чтобы вымолвить хоть слово. Сдвинув меня со своих колен, Рекс встает и поправляет на себе одежду, а затем шагает к двери, пока я прячусь под его столом.

Я ничего не вижу, поэтому сижу тихо, надеясь, что это случайность или что незваный гость, наконец-то, ушел. Как бы мне ни хотелось остаться здесь и посидеть еще немного на коленях у Рекса, мысль о том, что кто-то нас застукает, полностью испортила настроение.

Слышу, как быстро открывается дверь, и мое сердце замирает, как только незваный гость заговаривает.

– Привет, тренер. У вас есть минутка? – Голос Макса врывается в комнату, заставляя меня запаниковать.

Черт. Это мой брат.

Так и знала, что это хреновая идея, но Рекс и его гребаный член-вуду как-то убедили меня в обратном. Я больше не позволю ему использовать свой член во зло, если это будет иметь такие последствия.

– Привет, Макс, – скованно говорит Рекс. – Ты в порядке?

– Да. То есть не совсем. Всего лишь кое-какие семейные дела. Я хотел получить ваш совет, – отвечает Макс, его голос становится ближе, когда он входит в кабинет Рекса. Его голос напряжен и в нем слышится усталость.

Как бы ни пыталась не беспокоиться о нем после всех его поступков, он мой брат, и я люблю его, так что, конечно, все еще о нем волнуюсь. Макс, должно быть, сразу вошел и занял стул, потому что Рекс возвращается за свой стол и садится, едва не задев меня ногами.

– Что случилось, Макс? – осторожно спрашивает Рекс.

– Честно говоря, мне тяжело. Я вижу, как член семьи выходит из-под контроля и принимает кучу хреновых решений, а сам сижу и наблюдаю. Паршиво, и чувствую, что я единственный, кто может это исправить, единственный, кому не все равно.

– Мне жаль, парень. Это отстой, – терпеливо отвечает Рекс. Мое же терпение уже на исходе, после того как услышала мнение Макса обо мне. – Хотя не совсем понимаю, чем я тебе могу помочь.

Пока Рекс продолжает говорить, я провожу рукой по штанине его брюк к его все еще твердому члену, получая за это крепкий захват запястья и испытывая удовольствие от того, что слышу его участившееся дыхание, когда он продолжает беседу.

Но я больше не беспокоюсь о возможности быть пойманной. Все это вылетело в окно, как только Макс открыл свой дурацкий рот.

Теперь я просто хочу повеселиться.

Глава 19

РЕКС

Черт. Да пошло оно все. Все это полный бардак. Во что я ввязался? Не уверен, чем я больше ошеломлен: тем, что в моем кабинете находится игрок, а под моим столом прячется голая женщина, или тем, что этот игрок – брат этой голой женщины.

Один быстрый взгляд украдкой говорит мне все, что нужно знать. Сойер не переживает. Скорее, наоборот, чувствует себя дерзкой и хочет меня подразнить. Трудно сосредоточить внимание на Максе. Однако понимаю, что для него это ненормально. Он не из тех, кто просит о помощи, поэтому я должен его выслушать.

– Прости, Макс. Мне кажется, я просто не понимаю. Чем я могу тебе помочь? – спрашиваю я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

– По всей видимости, я должен поужинать с семьей в это воскресенье, но у нас есть обязательная тренировка, чтобы просмотреть видео с игры, но я просто, э-э, хотел узнать, можно ли мне пропустить эту тренировку, – объясняет Макс, покусывая щеку от явного нервного напряжения. – Сэр, я не хочу, чтобы вы подумали, что для меня это не важно. Важно. Очень важно для меня. Просто в моей семье многое произошло, и я чувствую, что должен быть там, чтобы попытаться помочь им увидеть ошибку в том, что они делают.

Как только слова слетают с губ Макса, Сойер хватает член через штаны, пытаясь мне подрочить. Мелкая дрожь, пробегающая по моему телу, говорит, что она добьется успеха. Я чувствую, как ее пальцы пытаются потянуть за мою молнию, и хватаю ее запястье. Это невозможно. Я не могу сидеть и разговаривать с Максом, пока она играет с моим членом.

Господи Иисусе, Сойер станет моей погибелью.

У меня возникает искушение вытащить член и засунуть его ей в глотку за то, что она посмела дразнить меня вот так, да еще и в присутствии постороннего в комнате, но это было бы бессмысленно.

– Ты спрашиваешь меня, можешь ли ты пропустить тренировку в воскресенье вечером?

– Да, сэр, – сдавленно отвечает Макс.

– Без проблем. Если тебе нужно что-то прояснить, я могу встретиться с тобой на следующей неделе. Позаботься о своей семье.

– Правда? – недоверчиво спрашивает Макс. – Спасибо, сэр. Я очень признателен.

– Но сделай мне одолжение, хорошо? – прошу, вставая и сбивая руку Сойер с моего члена в процессе.

– Да, все что угодно, – отвечает Макс, тоже поднимаясь.

– Иди и приведи свою голову в порядок. Возвращайся в раздевалку. У тебя есть тридцать минут до начала игры. Постарайся выкинуть все из головы до выхода на лед.

– Конечно. Еще раз спасибо, тренер, – говорит он мне с улыбкой, а затем выскальзывает за дверь.

Едва захлопнулась дверь, как я закрываю ее и практически бегом возвращаюсь к столу с дьявольским выражением на лице, не дожидаясь, пока Сойер встанет.

– Мисс Дэниелс, что мне с вами делать? Вы скучали по мне? Или только по моему члену? Так вот к чему была эта маленькая демонстрация? Вы отчаянно нуждаетесь в моем члене? – спрашиваю я. – Я должен наказать тебя за такие дразнилки.

– Да, сэр, – кивает она, не понимая, что эти слова делают со мной.

– Малышка, не говори мне таких вещей, если не готова столкнуться с последствиями. Услышав это слово из твоих уст, я хочу перестать быть таким нежным и использовать тебя как мою маленькую грязную шлюшку. Ты хочешь последствий? Хочешь?

Ее глаза блестят от желания, она сжимает бедра от моих слов. Сойер молчит, но язык ее тела говорит обо всем. Она совсем не против.

– Руки на мой стол, повернись. Я хочу увидеть твою красивую попку.

Ее дыхание учащается, когда подхожу ближе, предвкушение нарастает. Я еще даже не коснулся ее, а она уже тяжело дышит.

Расстегнув ремень и брюки, я вытаскиваю член, а затем становлюсь позади нее и прижимаюсь членом к ее попке.

– Ты этого хочешь? Хочешь, чтобы я тебя использовал? Сделал из тебя мою маленькую грязную шлюшку, пока ты не лишишься сил и не будешь лежать подо мной?

– Да… Да.

– Интересно, – я шепчу. – Я трахну тебя быстро и грязно. У нас нет времени, чтобы делать всё медленно, но отчаянно желаю почувствовать твою тугую киску. Я хочу, чтобы ты молчала, хорошо?

Она кивает, и я шлепаю ее сильно по заднице, пока вхожу в нее одним быстрым толчком. Ее стона достаточно, чтобы меня подстегнуть. Я не даю ей и мгновения, чтобы приспособиться к моим размерам, вытаскиваю член и снова ввожу, доводя нас обоих до экстаза, которого мы так жаждем. Одной рукой ласкаю ее задницу, которую только что отшлепал, а другой обхватываю ее бедро, удерживая ее неподвижной.

Я не останавливаюсь и не сбавляю темп все время, пока наши оргазмы нарастают.

Проходит немного времени, и она кончает на моем члене, ее оргазм толкает меня через край, и я наполняю ее спермой. Сойер глушит свои крики в мою шею, дрожа всем телом. Я замедляю толчки, но не останавливаюсь полностью, пока не выдою свой оргазм до последней капли.

– Господи, ты совершенна, – стону я, выходя из нее. – Я мог бы вечно смотреть, как моя сперма вытекает из этой красивой розовой киски. Мне нравится думать о тебе, сидящей на трибунах с моей спермой. Черт.

Собирая пальцем сперму, я засовываю ее обратно в нее, пока она отходит от оргазма.

– Рекс. Пожалуйста. Я больше не могу, – умоляет она, ее голос срывается, когда глажу ее клитор, прежде чем поднести пальцы к ее рту.

– Ты можешь, и когда наконец останешься со мной наедине, я докажу тебе, на что способно твое тело. Я буду трахать тебя так усердно. Ты будешь умолять меня остановиться, пока я использую тебя как маленькую грязную шлюшку, которой ты так мечтаешь стать, и буду наблюдать, как ты наслаждаешься каждым гребаным моментом. А теперь соси.

Она не колеблется, открывает рот и слизывает языком с моих пальцев сперму.

Каждый палец. До. Последней капли.

– Такая хорошая, девочка, – рычу я.

Я не упускаю из виду, как загораются ее глаза от моей похвалы. Моя девочка любит пошлые словечки

Она идеально мне подходит.

– Я встречу тебя после игры, только дай мне знать, где ты и Кэсси окажитесь. Договорились? – спрашиваю я.

Она кивает, заканчивая одеваться. Ее глаза все еще горят от желания, а руки трясутся. Быстро чмокнув меня в губы, она выскальзывает из моего кабинета, пока на этот раз нас на самом деле не поймали.

Стоя в своем кабинете и думая о том, как близко мы подошли к разоблачению, понимаю, что мне уже все равно, потому что я сильно в нее влюбился.

Сойер быстро завладела моими мыслями, зарывшись под мою кожу так глубоко, что без нее я пропаду в темноте.

Но это всего лишь случайность… верно?

* * *

Игра длится вечно, или, по крайней мере, так кажется. Это была тяжелая игра, но мы, наконец-то, смогли одержать еще одну победу. В итоге мы перешли в овертайм, а затем выиграли в буллитах. Победа далась нам с большим трудом, и, к счастью, некоторые изменения, которые мы сделали, похоже, работают. Мы наносим гораздо больше ударов по воротам, что, очевидно, помогает нам выиграть игру.

У нас ушло немало времени, чтобы выбраться с арены, пообщаться с игроками и агентами. Но через два часа после окончания игры я иду в «Маккалли».

Это популярный паб, освещение тусклое, поэтому трудно найти друзей. Музыка играет, создавая настроение, и люди уже начали заполнять танцпол. Похоже, празднование нашей победы уже началось.

Я вижу машущие мне руки из дальней кабинки у танцпола, поэтому направляюсь туда, не обращая внимания на взгляды, которые бросают на меня девушки из колледжа. Я знаю этот взгляды: «выбери меня, не прогадаешь». Но мне на них наплевать. Я иду к единственной женщине, которая привлекла мое внимание за последние годы. Я известен как человек типа «раз и прощай», но с Сойер не хочу расставаться. Никогда.

Когда подхожу к их столику, то понимаю, что меня позвали Тревор и Майлз. Похоже, вся банда сюда пришла сегодня вечером.

– Привет, чувак. Сегодня была отличная игра, – говорит Майлз, наклоняясь через стол, чтобы ударить кулаком.

– Спасибо, я думал, у вас сегодня тренировка?

– Нет, отменили в последнюю минуту. Наверное, прорвало трубу или что-то еще, так что сегодня мы свободны. Кэсси сказала нам, что они собираются на игру, поэтому мы все встретились здесь, чтобы посмотреть. Решил, что так мы сможем пообщаться.

– Кроме того, в последнее время ты не появлялся, чтобы рассказать нам последние новости. Что происходит между тобой и Сойер? – спрашивает Тревор со знающей ухмылкой.

– Ты просто хочешь услышать, как я это скажу, да?

– Ага. Это будет похоже на сладостную победу – услышать эти слова от тебя. Мне будет приятно узнать, что большой, крутой хоккейный парень влюбился в симпатичную балерину.

– Кто симпатичная балерина? – спрашивает Кэсси, неся поднос с напитками к столу.

– О, никто, – отвечает Тревор, игриво подмигивая.

Мужчина – любитель пофлиртовать и всегда им был. Но, по его словам, он уже давно ни с кем не встречался. У него есть варианты, их много, но ни один из них не та девушка, которую он хочет.

– Конечно, – говорит Кэсси, хихикая. – Привет, Рекс. Отличная победа.

– Спасибо, а где Сойер?

– О, она в баре, ждет напитки. Я возвращаюсь, чтобы ей помочь.

– Нет. Не надо. Я сам.

Она явно удовлетворена моим ответом, если ее яркая улыбка мне о чем-то говорит.

Чертовы женщины и их слезливые эмоции.

Оглядываюсь на бар, Сойер невинно беседует с барменом. Барменом-мужчиной. Я не против, чтобы она с ним разговаривала, но меня тут же накрывает волна ревности, когда вижу, как он бесстыдно, черт подери, с ней флиртует.

Сжав кулаки, напоминаю себе, что мне придется иметь дело с Бернардом, если меня обвинят в нападении, а такого разговора я никому не пожелаю.

Я прислоняюсь к барной стойке позади Сойер, которая занята своим телефоном, и жестом показываю бармену.

– Минутку, я обслуживаю красотку, – грубо огрызается он, а затем снова поворачивается к Сойер, которая не замечает всей этой ситуации. Сойер, должно быть, ждет, когда Кэсси вернется, чтобы помочь нести подносы, а этот бармен болтает с ней без умолку.

– Я с ней, – говорю ему, протягивая свою карточку. – Запишите все на мой счет.

– Она уже открыла один, – возражает он.

– Тогда закройте его. Она моя, а я всегда забочусь о том, что мне принадлежит, – ворчу я, но Сойер замечает меня раньше, чем успеваю продолжить, и все ее лицо озаряется, стирая все мое недовольство. Ну, большую его часть, но это лучше, чем кто-либо другой делал раньше, так что это о чем-то говорит.

– Эй, привет! – Она сияет и, не колеблясь, обнимает меня.

Я заключаю ее в объятия, не обращая внимания на взгляд бармена из-за того, что прервал их «момент».

Она моя, ублюдок. Я в этом уверен. Что именно это значит? Я ни черта не понимаю.

– Привет, малышка, – шепчу я и целую ее в макушку. – Я скучал по тебе.

Она смотрит на меня, ее ярко-голубые глаза заглядывают глубоко в мою душу. Я замечаю момент, когда она искренне верит моим словам, так как ее жаждущие глаза потемнели.

– Ты видел меня всего пару часов назад. – Она лучится.

– Я знаю, что видел, – ворчу ей на ухо, поворачивая ее так, чтобы она прижалась ко мне. Пальцем поднимаю ее подбородок, пока она снова не смотрит мне в глаза. – Но это была длинная неделя, и я с ума сходил, что не смог видеть тебя чаще.

Не в силах больше сдерживать себя, я быстро целую ее в губы.

– Я тоже скучала по тебе, – тихо шепчет Сойер, слегка прикусывая зубами нижнюю губу

– Давай возьмем напитки и вернемся к столу, я хочу выпить, – предлагаю ей, готовый оказаться в месте, где смогу посидеть и поговорить с ней. Схватив подносы, мы разворачиваемся, оставляя очень разозленного бармена. Наклонившись вперед, я тихо шепчу ей на ухо: – О, и перестань кусать губу. От этого мне хочется уложить тебя на его барную стойку и съесть, пока все остальные в баре смотрят, как ты извиваешься под моим ртом.

Я ухмыляюсь, глядя на румянец, который начинается на ее шее и поднимается к щекам. Мне нравится смотреть, как она ерзает, даже если это всего лишь от моих слов.

– Ты неисправим, – ворчит она, отворачивая лицо и пытаясь скрыть улыбку.

Вернувшись к нашему столику, видим, что все ребята уже в сборе. Взяв напиток, я сажусь на стул за столом рядом с их кабинкой. У нас большая компания, поэтому пришлось распределиться. Как только Сойер берет свой напиток, она пытается пересесть в кабинку рядом с Кэсси, но я качаю головой.

– Иди сюда.

Она подходит и хочет сесть на стул рядом со мной, но я хватаю ее за бедра и притягиваю к себе.

– Садись, – бормочу я, не обращая внимания, как остальные смотрят на нас, как будто им до смерти хочется задать вопросы, но они боятся, что все испортят. Это было бы смешно, если бы не так раздражающе.

– Именно это я и делала, варвар, – смеется Сойер, совершенно не обращая внимания, как извивается у меня на коленях, с каждым движением натирая мой быстро твердеющий член.

– Прекрати извиваться, – шепчу ей на ухо. – Или я выполню свое обещание. Я всегда готов съесть десерт.

Ее глаза темнеют, ее явно заводит мысль о людях, наблюдающих за нами. Ее следующие слова звучат дерзко и шутливо, но когда она говорит:

– Да, сэр.

Я чуть не кончаю на месте

– Не веди себя так. Я пытаюсь провести с тобой время на публике, а не просто раздевать тебя при каждом удобном случае, даже если это мое любимое занятие, – молю я.

– Ладно. – Она дуется, но поворачивается на моих коленях, чтобы лучше видеть меня, на ее лице улыбка. – Тогда как прошел твой день, милый? – спрашивает она.

– Он был чертовски замечательным, пока одна маленькая горячая заноза в моей заднице не стала меня дразнить, – шучу я, быстро щекоча ее бока. Хихиканье, сорвавшееся с ее губ, – чистая радость. Мне интересно, как быстро мы вошли в эти… отношения? В ситуацию?

– А если честно, это был отличный день. Я провел немного времени с Рори, прежде чем ее забрала моя мама на выходные. Пообедал с мамой, а потом немного повеселился перед игрой, которую, как ты знаешь, мы выиграли. В общем, все прошло просто замечательно, как по мне. Даже если ты немного меня поддразниваешь.

– Не совсем понимаю, о чем ты, я просто сижу там, куда ты меня посадил, – отвечает она, изо всех сил стараясь притвориться невинной.

– Эй, я хотел спросить. Ты в порядке после того, что подслушала в моем кабинете? – спрашиваю я.

Сойер задумывается над моим вопросом и улыбается.

– Да, я в порядке. Немного обидно, но стараюсь не позволять его мнению о моей жизни влиять на меня. Это его проблема, а не моя.

– Это трудно сделать, когда речь идет о твоей семье, но я рад за тебя. Ты слишком крутая женщина, чтобы позволить кому-то говорить тебе обратное. – Своим словами я удивляю нас обоих.

– Судя по всему, на этой неделе я встречусь с Максом и моей мамой на воскресном ужине. Думаю, я точно узнаю, о чем был тот разговор, – произносит она со вздохом.

– Вы двое собираетесь продолжать шептать друг другу на ушко приятные вещи или поделитесь с классом? Мы все сидим здесь, как на иголках, – практически кричит Кэсси из кабинки, вызывая смех у ребят.

– Я более чем счастлив поделиться с классом, Кэсси. Я только… – Не успел закончить предложение, как Сойер закрывает мне рот рукой.

– Да ничего не было. Идем дальше, – говорит нам Сойер, ее лицо пылает от смущения.

– О, наверное, это было пикантно. Она редко краснеет, – добавляет Кэсси.

– Кто хочет поиграть в бильярд? Мы можем играть командами? – спрашиваю всех, пытаясь отвлечь внимание от Сойер, как только чувствую ее дискомфорт.

– Я буду играть, – вызывается Майлз, выскальзывая из кабинки.

Оглядевшись вокруг, вижу, что Кэсси и Кейд слушают историю, которую им рассказывает Харрис, а Тревор переписывается с кем-то по телефону. Он в совершенно другом мире.

– Эй, Трево, – кричу я, привлекая его внимание. – Очнись. Мы играем в командах.

– Да, я сейчас приду. Идите, готовьтесь, пока я закончу, – отзывается он, кивая в сторону своего телефона.

Подойдя к бильярдному столу с Сойер, я не могу удержаться, чтобы не притянуть ее к себе, мне нравится чувствовать ее под боком, словно он вырезан специально для нее. Улыбка на ее лице, когда она наклоняется ко мне, должна быть предупреждающим знаком. Красным флагом. Мой обычный знак, что пора двигаться дальше. Вместо этого она заставляет меня строить планы.

– Ты свободна завтра утром? – спрашиваю я, когда она начинает расставлять шары.

– Ага, и что ты задумал?

– Я хотел бы пригласить тебя на настоящее свидание. Мы могли бы позавтракать?

Сойер останавливается и подходит ко мне, удивляя меня поцелуем.

– С удовольствием, Рекс. Просто скажи когда.

– Останься со мной сегодня. Рори с мамой. Мы можем вернуться ко мне и посмотреть фильм, а утром позавтракать.

Сойер прикусывает нижнюю губу, задумывается на мгновение, а потом кивает головой в знак согласия.

– Да, это подойдет. Мне нужно только убедиться, что Кэсси вернется домой в целости и сохранности.

– Я позабочусь об этом, – заверяет Тревор, подслушивая. – Извините, я просто подошел и не мог не подслушать. Для нас не проблема доставить ее домой. Нам все равно по пути. Рекс, я знаю, что у тебя не так много свободных ночей, так что наслаждайся.

– Спасибо, чувак, – улыбаюсь я, поворачиваясь, чтобы посмотреть, как Майлз готовится к игре.

Мы играем две партии, в обеих из которых мы с Сойер разбиваем в пух и в прах Тревора и Майлза, в результате чего остальные отказываются играть против нас снова.

Чертовы жалкие неудачники.

К тому времени, как мы заканчиваем, Сойер зевает и прижимается ко мне чуть сильнее.

– Устала? – шепчу ей на ухо, когда она прислоняется ко мне спиной.

– Да, немного. Вчера вечером я работала, поэтому немного хочу спать. Но не волнуйся, я осталась за барной стойкой, – говорит она с улыбкой.

– Хорошая девочка, – дразню я. – Пойдем, скажем всем, что мы уходим. Похоже, кроватка зовет нас. Мы можем заказать что-нибудь на вынос.

– Мужчина моего сердца, – произносит Сойер с улыбкой, как будто не понимает, как мне нравится слышать эти слова.

* * *

Час спустя мы вернулись ко мне домой, вокруг нас пустые коробки из-под тайской еды и суши, и мы пытаемся посмотреть фильм, уютно устроившись на моем диване. Пытались – лучшее слово, чтобы описать эту ситуацию. Мы заказали еду на вынос еще до того, как вышли из бара, так что к тому времени, как добрались до моего дома, она уже ждала нас. Съев больше еды, чем требовалось, Сойер отключилась, положив голову мне на колени, пока мы пытались посмотреть фильм, который она выбрала. Она уснула через пять минут после того, как мы закончили с едой, что своего рода рекорд.

Из эгоистических побуждений я хочу обнять ее в своей кровати, поэтому переношу ее туда, стараясь не разбудить. Как только Сойер оказывается в моей постели, я быстро принимаю душ и надеваю треники, а затем прижимаюсь к ней, наслаждаясь тихими звуками, которые она издает, когда крепко притягиваю ее к себе.

Как бы ни любил ее трахать, знать, что она чувствует себя в безопасности в моих объятиях и рада проводить со мной время вне секса, заставляет меня чувствовать себя даже лучше, чем оргазм, а это чертовски впечатляет.

Я не помню, как заснул прошлой ночью, но солнечный свет, бьющий в окно, говорит мне, что, должно быть, уже утро.

– Доброе утро, соня, – шепчет хриплым голосом Сойер.

– Кого ты называешь соней? Это не я заснул через несколько минут после начала фильма.

– Я только что съела суши на целую хоккейную команду! Я была в суши-коме. Сам проверь. Это реально, – говорит Сойер, мило защищаясь.

– Отговорки, отговорки, – ворчу я. – Который час?

– Начало девятого.

– Что? Правда? Я никогда не спал так долго. Наверное, мне было уютно, – бормочу я в шоке.

– Да, ты так мило спал, – сообщает Сойер, поворачиваясь ко мне лицом и целуя меня в губы. – Но если серьезно, прости, что я пришла и заснула. Уверена, тебе было не очень весело.

– Все прошло прекрасно. Мы оба устали за неделю. Если честно, мне было приятно провести с тобой время, даже если просто обнимались.

Видимо, мои слова ее возбудили, потому что одним движением Сойер опустилась на мои бедра и стала тереться о мой член.

– Как бы я ни хотел трахнуть тебя сейчас, у нас заказан столик на девять, и знаю, что хозяйка надерёт мне задницу, если мы опоздаем, – предупреждаю я.

– Подожди. У меня нет с собой одежды. Я даже не знаю, куда мы идем. Я не могу в этом пойти! – лепечет Сойер, указывая на свою одежду на моем полу с прошлой ночи.

– Не беспокойся. Пойдем в душ, а потом позаботимся о твоей одежде. – Ухватившись за ее бедра, я приподнимаюсь, толкаясь членом о ее плоть. – Кроме того, сейчас меня больше волнует то, как избавить тебя от моей одежды, даже если мне нравится, как ты выглядишь в моем шмотье.

– Ведите, мистер Локвуд.

Подхватив ее, я быстрым движением перекидываю ее через плечо и поворачиваю в сторону ванной.

– Почему ты все время несешь меня, как пещерный человек! – визжит она.

– Так быстрее. О, я забыл сказать тебе, что Кэсси и Тревор вчера вечером занесли для тебя сумку. Она уже в ванной.

– Ты обо всем думаешь, да?

– Иногда, но не всегда. Но пойдем в душ. Поблагодаришь меня там.

* * *

Мы заходим в пекарню Стеллы без трех минут, и я благодарен за это. Мы немного задержались после очень насыщенного событиями душа, который занял в два раза больше времени, чем я планировал. Хотя я бы променял встречу ради такого душа. Гнев Стеллы не идет ни в какое сравнение с гребаным ртом Сойер.

Подойдя к стойке администратора, я не узнал женщину – предполагаю, что это одна из новых сотрудниц Стеллы, – но она сразу же улыбается, приветствуя меня, полностью игнорируя Сойер.

– Чем я могу вам помочь, сэр? – спрашивает она с еще большей улыбкой, если это вообще возможно.

Я чувствую, как Сойер крепче сжимает мою руку, когда девушка обращается ко мне как к сэру. Да к тому же не сводит с глаз с администратора. Моя девочка немного собственница по отношению ко мне. Трудно не улыбнуться при этой мысли.

– Столик на двоих. На имя Локвуда, – сообщаю ей, слегка улыбаясь, чтобы быть вежливым с работником моей сестры, но не более того.

Ее глаза тут же загораются.

– Конечно, мистер Локвуд. Ваш столик для вас уже готов. Следуйте за мной, – приглашает она.

Девушка берет меню и, проходя мимо, касается моей руки, пропуская нас к нашему столику. Все время, пока разговаривает со мной, она полностью игнорирует Сойер. Я бы что-нибудь сказал по этому поводу, но смотреть как Сойер бесится – чертовски мило.

Она вся такая собственническая и колючая из-за меня, и мне это чертовски нравится.

Садясь напротив Сойер, я не могу удержаться от ухмылки, когда она наливает себе кофе и начинает его пить.

– Чему ты ухмыляешься? – огрызается Сойер.

– Потому что ты злишься, – отвечаю ей, не в силах перестать улыбаться красивой сумасшедшей женщине напротив меня.

– И это заставляет тебя улыбаться, почему? – подталкивает она.

– Потому что это мило, что ты злишься на меня, – говорю ей, наклоняясь вперед за столом. – Но я открою тебе маленький секрет: у нее не было ни единого шанса. Я смотрю только на одну голубоглазую маленькую психопатку. – Я подмигиваю.

Ее лицо смягчается в улыбку, она больше не выглядит так, будто собирается совершить убийство.

– Я просто ничего не могу с собой поделать. Ты такой чертовски сексуальный, а она практически готова упасть на колени посреди пекарни и отсосать тебе член. Меня это бесит. Ты мой, чтобы смотреть на тебя вот так, – заявляет Сойер, как будто это общеизвестный факт.