Текст книги "Не тихоня (СИ)"

Автор книги: Лаванда Май

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 28

Артём

Я и представить себе не мог, что с Крыловой может быть весело не только в постели. Вчера мы провели в парке весь вечер почти до самого его закрытия, хотя давно могли уйти, так как практическое задание уже было выполнено в достаточном объёме.

Мы посетили несколько аттракционов, а после, немного уставшие от новых ярких впечатлений и эмоций, посидели в кафе.

Но самое странное это не наше времяпрепровождение в парке. Гораздо более странной выдалась наша «встреча» у меня в квартире, когда мы прикатили на моей машине, чтобы поразвлечься теперь уже другим, более взрослым образом. Только вот…

– Слушай… – протянула Одария, массируя пальцами свой лоб. – Что-то зря я сюда приехала.

– Почему зря?

Мы стояли посреди кухни, ожидая только что включенный чайник, так как оба хотели выпить чай. Крылова прислонилась к подоконнику, а я к столу. Смотрели друг на друга и молчали под шипение постепенно вскипающей воды. Я ещё подумал в этот момент, что выглядим, как два неловко мнущихся ребёнка, которые только что осознали, что вообще-то они не друзья и не должны были играть вместе практически целый день.

– Кажется, я устала за сегодня.

А раньше бы просто послала меня и свалила без всяких объяснений. Вот так прогресс!

– Можешь лежать и ничего не делать, – подмигнул ей, – я сам разберусь со всем.

– Что-то мне даже такого не хочется, – вздохнула, разводя руками. – Я не дразнюсь или вроде того, а реально не ожидала, что настолько устала. Казалось, что ещё полно энергии, но…

– Но затем ты расслабилась, сидя в машине, мышцы обмякли, а голова потяжелела, – закончил за девушку.

– О, да. Именно так всё и произошло, как ты описал. Так что я, пожалуй, пойду на автобусную остановку и домой.

Одария оттолкнулась от подоконника и пошла в спальню, где оставила свою сумочку. Я пошёл за ней.

– Зря я привёз тебя сюда что-ли? Можем фильм глянуть, – показываю рукой на широкоформатный телевизор на стене, что как раз установлен напротив кровати.

– Фильм? Ты серьёзно?

Она теребит в руках ремешок сумочки, колеблется, с сомнением поглядывая в сторону телевизора, и жуёт нижнюю губу. Похоже, что-то заставляет её всё же хотеть остаться в моей компании, не смотря на отмену секса.

– А почему нет? – начал я провоцировать девушку. – Боишься меня? Влюбилась и не можешь без последствий выносить мою компанию? Убегаешь?

– Вот ещё, – фыркает и демонстративно подходит к кровати, чтобы затем расположиться на ней с по-королевски важным видом. – Давай, включай, – небрежно машет рукой на меня, – что там у тебя за фильм такой интересный, что удостоился задержать меня в твоих владениях?

– Комедийный боевик, – выдаю первое, что приходит в голову из последнего понравившегося. – Как к такому жанру относишься?

– Отлично отношусь. Буду представлять, что кулаки героев фильма это мои кулаки, а избитые рожи – рожи раздражающих меня людей.

– Боюсь представить, в какое кровавое месиво ты превращаешь моё лицо в своём воображении…

– О, тебе лучше не знать. Крепче спать будешь.

– Тогда и спрашивать не буду.

Её колкость про кулаки и рожи меня нисколько не задела. Для меня было главным, что провокация сработала, и Крылова оставалась у меня дома ещё на пару часов.

И мы действительно сначала пили чай, а затем просто лежали на кровати и смотрели фильм. А когда уже прощались у порога, я сказал ей:

– Вот видишь, ничего страшного не случилось от того, что мы просто нормально пообщались и отдохнули вместе.

– Сегодняшний день исключение.

– В чём твоя проблема, Рия?

– А твоя в чём? Влюбился? – с издёвкой вернула мне мой же вопрос. – Не можешь выносить расстояние между нами?

– Ты странная. Ты себе-то хоть можешь ответить на вопрос: почему нельзя просто общаться, как все нормальные люди?

– Потому что ты мне не нравишься, пустоголовый болван.

С этими словами она покинула мою квартиру.

И мне бы расстроиться и горько вздохнуть, да только вот не верю я словам Крыловой. Нравлюсь. Иначе бы не поддалась искушению провести со мной так много времени сегодня.

А что до «пустоголового болвана», так это исправляется временем и познанием друг друга. Кто знает, может и Крылова не такая уж и злая, какой кажется?

Только вот все мои попытки «подружиться» с этой девушкой вечно накрываются шпагатом Волочковой. Да, я пытался убедить себя, что меня итак всё устраивает, и я на самом деле очень даже хорошо устроился. Но не самообман ли всё это? Однако, не дурак я, каковым меня Одария считает, и прекрасно понимаю, что хочу нормально и по-человечески. И я вовсе не о любви и романтике, а о чём-то дружеском, беспечном, весёлом. Без взаимных колкостей и нелепых пряток от одногруппников. Ведь не урод же я, чтобы меня стесняться, и она хороша. Но нет же… прячемся, сохраняем дистанцию.

И сегодня, придя в вуз, вновь не разговариваем, не смотрим друг на друга. Все общаются со мной, и я общаюсь со всеми. А Крылова, как всегда. Хоть и выглядит не такой хмурой, но и глупое правило нарушать не хочет.

Весь день мимо друг друга, как чужаки. Я стискиваю зубы от сдерживаемого раздражения, улыбаюсь другим и поддерживаю шутки одногруппников. Вместе с Даней и другими парнями сижу в студенческом буфете, отсиживаю пары и просто проживаю этот день. Одна пара, вторая… Время идёт неспешно, ничем не удивляя, ничего нового мне не принося. Словно вчерашний вечер приснился мне, и не было никакого потепления в моих отношениях с Одарией.

Во время перемены перед последней на сегодня парой стою в коридоре у окна и заношу номер Кристины в чёрный список. Она вновь достаёт меня звонками. Я уже блокировал её, но бывшая либо звонит с чужого телефона, либо меняет номер. Лучше бы Крылова таким вниманием меня одаривала…

Только подумал об Одарии, а она мимо проходит как раз – конечно, не глядя на меня. Иди-иди. Потом так отжарю, что долго ещё думать обо мне будешь.

– Привет! – слышу незнакомый женский голос.

Даже не заметил, как ко мне подкралась пышногрудая девчонка со стильным ярко-рыжим каре. Я аж завис от неожиданности.

– Привет… – отвечаю, краем глаза отмечая, как Крылова вдруг останавливается и делает вид, что на что-то отвлеклась в своём мобильном телефоне.

Уверен, она остановилась не просто так, а чтобы проследить за мной и незнакомкой. И нет, у меня не превышение лимита по адекватной самооценке: одногруппница реально посматривает в нашу сторону. Думает, я не замечаю?

– Я считаю, что в современном развитом мире нет ничего странного и запрещённого в том, чтобы девушка сама подходила знакомиться к понравившемуся парню… Меня Леной зовут, а тебя?

– Артём… – продолжаю тупить и с некоторой опаской коситься на Одарию.

– В общем, Артём, ты мне очень нравишься, и я хотела бы познакомиться с тобой, если ты не против, конечно, – задорно подмигивает.

Признаться, я несколько опешил от такой прямолинейности. Я могу прямо сейчас вновь развести Крылову на очередную провокацию, подразнить её и вывести на эмоции… Я могу прямо в эту самую минуту обольстительно улыбнуться смелой Лене и сказать что-то вроде: «да, почему бы и нет»… Я могу…

А Крылова, уже не скрывая своего внимания, сверлит взглядом. Ждёт, что я отвечу девушке. И Лена ждёт. И я сам себя жду. Чувствую себя главным героем фильма, эпицентром всех событий. Весь мир сейчас крутится вокруг меня одного и моего будущего ответа.

– Лена, я восхищён твоим откровенным признанием, решительностью. И, конечно, не могу просто взять и послать тебя, когда улыбаешься мне так мило и открыто.

Одария зло нахмурила брови и сощурила глаза. Да, я просто нагло наблюдаю за выражением лица одногруппницы.

А Лена улыбается ещё шире.

Глава 29

Одария

«Не сдавайся. Продолжай искать». Слова, которые я обнаружила в новом конверте от Евгении, выбили меня из колеи настолько, что я вчера на пары так и не приехала. Вроде, ничего нового, содержательного и важного эта «Евгения» мне не сообщила, а эмоции в хлам. Кто она? Неужели мы всё же знакомы? Как же мне теперь жаль, что не всех подруг Ани я знала.

Я не сдаюсь, я продолжаю искать, но какого чёрта эта анонимная девушка мне такое пишет? Подошла бы и лично в лицо сказала! Боже, я уже размышляю, как собственная мать. Но, может, моя родительница отчасти и права.

«Мы знакомы? – спросишь ты. Лишь отчасти. Поэтому не думай об этом», – писала незнакомка в первом письме. Не думать? Как об этом не думать? Чувство вины мучает? Боится моей реакции? Трусиха! Эта девчонка просто издевается! Вместо своего жалкого подобия поддержки лучше бы вообще замолчала. Или явила бы мне своё лицо, наконец. Она ведь даже не даёт мне шанса ответить хоть на одно из писем или задать хотя бы один вопрос. Неужели я и мои родители не заслуживаем хоть какого-то уважения?

Если после первого письма я ещё как-то защищала «Евгению» перед родителями и, особенно, матерью, то теперь и сама на неё злюсь. К чему это второе письмо вообще? Зачем?!

В большей степени именно оно вымотало меня вчера, а не мои приключения в парке аттракционов. Весь день в голове этот призыв не сдаваться и продолжать поиски заветной книги. Не сдаваться? Ха! Ну, спасибо, Евгения, за помощь! Очень уж мне помогло твоё новое письмо!

Думала уже и встречу с Артёмом отменить, наплевав на практическое задание и этот дурацкий парк. Можно же перенести на завтра или даже на послезавтра – уговаривала саму себя. Но, к счастью, передумала. Я просто решила: а с чего это я из-за жалкого клочка бумаги с парой коротких предложений должна забыть про себя и свои дела? Вот уж нет.

После принятого решения как-то само собой и настроение пошло вверх. Нервы успокоились, возвращая мне какое-то даже давно забытое уютное спокойствие. Неужели настолько Угольникова хочется увидеть? И платье-то милое надела, и реснички подкрасила, и локоны красиво уложила…

А уже после посещения парка я лежала в постели Артёма и смотрела вместе с ним комедийный боевик. Не поверила бы, что такое может быть, если бы не воспоминания о вчерашнем вечере, который провела неожиданно приятно даже без всякого секса.

Сегодня о той записке я уже почти не вспоминаю, как и о самой «Евгении». Вместо этого стараюсь держать себя в руках и не начать вызывать подозрения у Мартыновой и других одногруппников, глазея на Артёма. Я не должна на него глазеть! Никакого внимания, никакого мешающего общения – ничего мне не нужно! Если я решила сблизиться с Машей и Угольниковым, то это ещё не значит, что и другие мне нужны.

Я успешно весь день прохожу мимо своего тайного любовника и не обращаю на него внимания. Ровно до одного момента… Когда в студенческом коридоре я в очередной раз проходила мимо, но услышала позади женский голос, которому отвечал голос Артёма.

С кем это он там разговаривает? Неужели с той сисястой с рыжим каре, что плелась позади меня?

Оборачиваюсь и вижу: реально она! Задницу, и без того обтянутую в узкие лосины, выпятила, и груди свои Артёму почти в руки суёт. Ещё более откровенную майку не могла найти?

– Я считаю, что в современном развитом мире нет ничего странного и запрещённого в том, чтобы девушка сама подходила знакомиться к понравившемуся парню… – воркует она с МОИМ любовником! – Меня Леной зовут, а тебя?

– Артём… – ответил Угольников, вызывая во мне новую волну возмущения.

– В общем, Артём, ты мне очень нравишься, и я хотела бы познакомиться с тобой, если ты не против, конечно, – задорно подмигивает эта сисястая.

У меня аж челюсть сжалась от злости. Только попробуйте тут при мне начать флиртовать – обоих побью, и подмигивать больше будет нечем!

– Лена, я восхищён твоим откровенным признанием, решительностью, – отвечает ей Артём. – И, конечно, не могу просто взять и послать тебя, когда улыбаешься мне так мило и открыто.

Я тебе сейчас покажу «мило»!

– Но я уже занят и нахожусь в сетях другой женщины. Она меня побьёт, если я продолжу с тобой беседу, – продолжает одногруппник, поглядывая при этом на меня.

Лена тоже оборачивается в мою сторону, чтобы проследить взгляд Угольникова. Губы её разочарованно поджимаются: поняла, что здесь ей ничего не светит. У меня, может, и не пышная «троечка», но я тоже ничего. Так что пусть не глазеет, а быстренько проваливает.

– Твоя девушка? Красивая.

Она улыбается мне, но я не отвечаю тем же. К чему эти любезности?

Артём ей не отвечает – только кривовато улыбнулся и неопределённо пожал плечами. Но и этого достаточно: Лена растворяется в студенческой толпе

– Что же ты бедняжку-то отшил? – иронизирую.

– Вежливо отказал, – поправляет меня с абсолютно невозмутимым видом.

– Видал какая у неё грудь? Третий размер – не меньше.

– Меня и твоя устраивает. К тому же у нас с тобой уговор, если забыла.

– Неужели в самом деле соблюдаешь? Или при мне постеснялся?

– Я, вроде, не стеснительный. Да и ты не тихоня.

– Что ты хочешь сказать?

– Видел я, как ты без капли скромности в мой телефон вчера уставилась. И как сейчас взъерошилась, вижу.

– Глазастый какой, – чувствую укол раздражения.

– Конечно. Я всё давно разглядел, – подмигивает. – И ревность твою тоже.

– Мне просто не нравится, когда правила нарушаются.

– И это при том, что ты главная нарушительница всех правил взаимодействия в социуме.

– Самый умный, что-ли?

– Нет, я дурак. Сама же говорила. И как я сразу не понял, что ты втюрилась в меня, бедолага?

– Чушь несёшь, Угольников.

– Спорить не буду, – пожимает плечами. – Сегодня приедешь?

– Я слишком зла на тебя.

– Так значит я сейчас был прав?

– Поэтому приеду и отшлёпаю за слишком богатое воображение, – угрожающе тычу пальцем в его сторону.

– Отлично. Буду ждать с нетерпением, – посмеивается.

И он, видно, ждал. Потому что из-за вечерней пробки на светофоре автобус домчал меня на двадцать минут позже обычного. Уже подъезжая к нужной остановке, почувствовала вибрацию в кармане ветровки от мобильного телефона.

– Передумала приезжать? – встречает меня голос Артёма, когда я принимаю вызов.

– Уже почти на остановке, скоро буду.

– Опаздываешь сегодня, – короткий смешок. – Отшлёпать же обещала!

– Задерживаюсь.

– Важная персона?

– А разве нет? – дразнюсь, – Как минимум, важная гостья.

– Давай шевели булками, важная, а то я и мои собственные булки заждались уже.

Через несколько минут я стою в прихожей у Артёма, втянутая в бешеный марафон поцелуев. Он набросился на меня сразу с порога, мешая разуться, а я и сама забыла про обувь.

Влажные настойчивые губы мужчины и его крепкие руки на моём теле так разгорячили меня, что я не дожидаясь обнажения наших тел, со всей возможной силой шлёпаю Угольникова по мягкому месту. Тот рыкнул, стянул с меня ветровку и отбросил её на пуфик.

– Спасибо, что не на пол, – выдыхаю ему в рот.

Артём не отвечает. Он обхватывает меня руками за бёдра и поднимает вверх, унося в спальню.

– Я не разулась же! – смеюсь.

– Я разую, – говорит куда-то мне в живот и кусает сквозь топ.

Уже в спальне Угольников опрокидывает меня спиной на кровать и с этого самого момента мы оба превращаемся едва ли не в диких животных.

Сегодня мы быстрые, резкие и немного грубоватые. Я, как и обещала, дарю шлепки по пятой точке любовника, а тот угрожающе рычит и захватывает мои руки в плен своих широких ладоней. Он держит меня, но лишь до тех пор, пока ему самому не понадобится освободиться, чтобы как следует пощупать меня и расположить поудобней. Тогда я, освобождённая от захвата, снова принимаюсь шлёпать Артёма, смеясь и веселясь, как никогда прежде.

– В следующий раз я тебя свяжу, Рия, – шепчет с возбуждающими нотками угрозы, глядя мне при этом в глаза.

– Или я тебя.

– Посмотрим, кто кого.

Ровно на этих словам мои бёдра нагло приподнимают, и я чувствую характерный напор в самом чувствительном месте своего тела. Натяжение, приятная наполненность… Наша сегодняшняя игра ещё только начинается.

Только вот всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Не знаю сколько прошло времени, но мы уже отдышались, и я почти начала засыпать. Убаюканная спокойствием, радостью удовлетворения…

Пора.

Тяну руку и включаю ночник на тумбе возле кровати. Шуршу простынями, приподнимаюсь с опорой на локоть и свешиваю ноги на пол. Ищу глазами все предметы своей одежды. Намереваюсь встать, но меня за руку обхватывает широкая мужская ладонь.

– Останься, – говорит Артём, пальцем поглаживая тыльную сторону моего тонкого запястья.

Глава 30

Артём

Она не осталась.

Хотя нам обоим явно пора поговорить. Это висит между нами в воздухе. Замалчиваемое, но почти осязаемое. Не только меня тянет к этой девушке, но и она сама тянется ко мне. Пусть хоть сколько пытается быть колючей, но чем больше времени я провожу с Одарией, тем чаще замечаю в ней какую-то скрытую хрупкость. Что-то болит внутри неё и не даёт ей покоя.

Я бы хотел, чтобы Крылова доверила мне свою боль и поделилась произошедшим, но она держит меня на расстоянии. А сам с такой темой не полезешь. Смерть близкого – не тот случай, когда можно навязывать свою персону и неуместное любопытство.

Засыпал сегодняшней ночью один, на пары ехал один. В вузе, как обычно, большую часть времени провёл в компании парней. Оно и хорошо, ведь я достаточно быстро влился в их компанию, став уже «своим». Было о чём пообщаться, над чем вместе посмеяться – так я приобрёл себе новых друзей. Ближе всего мне оказался наш староста, Даня Рыжков. У нас обнаружились общие интересы и даже взгляды на жизнь были похожими.

В целом учебный день был неплох, хотя с Крыловой ещё не перекидывались ни взглядом, не даже сообщением.

Что могло испортить мне настроение?

Кристина. Её звонок застал меня в машине, когда я уже собирался повернуть ключ зажигания, чтобы покинуть парковку и влиться в общий поток машин на дороге.

При виде незнакомого номера, сначала я не понял, кто это.

– Слушаю, – отвечаю, провожая взглядом сквозь окно машины независимо шагающую Одарию в своих любимых соблазнительно облегающих джинсах.

– Артём, надо поговорить, – узнаю голос бывшей.

– Чёрт, вот же гадость, – недовольно ворчу. – Это снова ты.

– И тебе привет.

– Ты настырная.

– Всегда была – знаешь же меня.

– Что на этот раз тебе от меня нужно?

– Я хочу чтобы мы вместе приехали домой к твоему отчиму.

– С какой это радости я должен это делать?

– Меня не впустят же. И там твоя мать.

– А раньше присутствие моей матери тебя ни капли не смущало, – хмыкаю.

– Артём, если не согласишься, то о твоих отношениях с Одарией узнает весь вуз.

Крылова уже исчезла из поля моего зрения, но образ девушки, проходящей мимо парковки, ещё свеж в моей голове. Услышать её имя от Кристины было слишком неожиданно.

– Что ты сейчас сказала?

– Ты всё правильно услышал. Я знаю, что ты встречаешься с некой девчонкой по имени Одария и знаю, что это строжайший секрет. И я могу сломать эту секретность.

– Откуда?

– Есть у нас с тобой один общий знакомый. Твой одногруппник вас обоих раскусил, а я случайно от него узнала, когда о тебе болтали.

– Ермолин? Кирилл Ермолин?

– Я не скажу, кто он. Пока он будет молчать, но если ты откажешься мне помочь, то…

– Вот противная ты всё-таки.

– Нет, не противная. Просто живу своей мечтой и следую за ней. И я готова даже общаться с тобой и с Константином, чтобы добиться желаемого. Ты знаешь как много значит для меня карьера гимнастки в цирке. Из-за твоего отчима меня не принимают не в один цирк города, а переезжать в другое место я не хочу. Здесь мой дом: родители, семья, друзья. Понимаешь?

Так уж вышло, что понимаю. Просто по-человечески понимаю Кристину, хотя и испытываю к ней неприязнь после некрасивого завершения нашего с ней романа.

Пришлось согласиться. Договорились встретиться у моего дома в семь вечера – время, когда отчим едет с работы. Хочу не только скорей закрыть эту историю, но и обезопасить так называемую тайну моих взаимоотношений с Одарией. Потому что иначе Крылова меня точно пошлёт куда подальше.

А что там за одногруппник, который нас раскусил? Сразу подумал про Кирилла. Кто, если не он? Все эти хитрые ухмылки, странные намёки и проявление интереса к самой Одарии. Не потому ли, что знает наш секрет и теперь намеренно дразнит? Не думаю, что дело в моём предвзятом отношении к Кириллу. Ермолин ведь и правда мутный какой-то.

Никто в голову мне больше не приходил. Может, это вообще девчонка? Кристина могла и намеренно сказать «одногруппник», чтобы я подумал на кого-то из парней.

Ровно в семь вечера бывшая, как и условились, ждала меня у подъезда. Натужно поздоровались, быстро погрузились в мою машину и поехали.

Имея запасной ключ от родительского дома, я спокойно отворил дверь. Никого заранее не предупредил и, возможно, вскоре пожалею об этом. Но уж больно не хотелось, чтобы Константин, зная о моём визите, куда-то свалил «по работе». Не только я не люблю встречаться с ним, но и он со мной. Бедная мать разрывается между нами, а после одного напряжённого диалога со мной, мы с ней и вовсе отдалились друг от друга.

– Артём? – отчим при виде нашего появления в гостиной потемнел в лице, нахмурился.

Видно, что мужчина только что приехал с работы, так как на нём всё ещё деловой костюм и наручные часы, которые дома он никогда не носит. Он намеренно не смотрит на Кристину, обращаясь только ко мне. Словно девушки здесь совсем нет.

– Привет, Константин, – отвечаем хором.

– Давно тебя здесь не было, – с настороженным прищуром развязывает узел галстука, не спуская с меня глаз.

– С тобой Кристина пообщаться хочет. Я просто подвёз её.

– Пообщаться? – коротко и напряжённо хохочет. – Мне некогда маленьким девочкам сопли подтирать. О чём мне общаться с малолеткой?

Ещё три года назад я бы ударил его. Сейчас просто чувствую укол раздражения и такое противное чувство, как если бы вляпался во что-то мерзкое и вонючее. «Общаться»? Смешно.

– Константин, – подаёт голос Кристина, – нужно уладить лишь один вопрос, и я сразу исчезну. Вы понимаете, о чём я говорю.

– Артём? – входит в гостиную удивлённая мать, поражённо переводя взгляд то на меня, то на Кристину. – Костя, сын, что здесь происходит?

Становится понятно, что психологически здоровым и уравновешенным теперь никто из присутствующих не останется. Слишком взрывоопасная компания собралась в одном помещении.

– Ей просто трахаться со мной понравилось, но мне уже не интересно. Так и передай, – Константин тем временем холодно чеканит каждое слово, по-прежнему делая вид, что девушки здесь нет.

– Костя, – ахает мать, – даже не смей говорить, что тебе там что-то было интересно! Зачем ты позоришь меня?! Мы столько всего прошли за эти три года, чтобы снова вернуться в эту точку?

– Дорогая, я не имел ввиду, что мне было интересно.

Я наблюдаю картину: отчим в успокаивающем жесте вытягивает руки и пытается положить их на плечи своей жене, но та раздражённо их сбрасывает. Конечно, ей не понравилась его реплика. Но Константин никогда особо не умел следить за языком. Я надеялся, что моя мать разведётся с ним, но даже его грязный язык не смог отвратить её настолько, чтобы принять решение о разводе. Чёртова любовь.

– Вы же взрослый человек! – кричит Кристина. – Что за детские игры! Мне плевать, что вы не смотрите на меня и не говорите все эти вещи прямо в лицо! Трус! Просто оставьте меня в покое и перестаньте мешать работать в городе!

– Костя! – взвывает мать на грани истерики. – Когда же это закончится? Почему эта девчонка снова здесь? Неужели история всё ещё не закончена?

Я просто уже схожу с ума от этих троих. Мало того, что шоу максимально мне неприятно, так ещё и попкорна нет в наличии.

– Я не приглашал её, Оля! – огрызается отчим. – Она сама припёрлась!

– Артём, – обращается мать теперь уже ко мне, – Зачем ты её к нам привёл?

– Я сама пришла, Ольга Николаевна! – Кристина пытается вернуть всё внимание к себе. – И уйду сразу, как только вы, Константин, пообещаете мне, что больше никаких проблем с трудоустройством в этом городе у меня не возникнет!

– Костя, – уже натурально рыдает мать, утирая первые слёзы, – Почему ты мешаешь девочке? Неужели тебе не всё равно на неё?

Отчим устало вздыхает. Я потираю лоб, уже порядком утомившийся от криков и истерик. Кристина стоит в воинственной позе и выжидающе смотрит на моих родителей. Что же: смелости и упорства моей бывшей не занимать.

– Оль, я просто хотел выдавить её из города. Чтобы нам с тобой было лучше. Чтобы тебе было спокойней.

Мать всхлипывает. Она хочет верить своему мужу, но я точно не верю. Красиво говорит, лихо выкручивается, а на деле просто мелочный и злопамятный мужик. А даже если и говорит сейчас правду, то мне от этого не легче. Мне всё равно – я в любом случае стою здесь и трачу своё время на отвратительное дерьмо, на грязное бельё нашей семейки.