Текст книги "Зверь выбирает тебя (СИ)"

Автор книги: Лана Светлая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 35

35

Алёна

– Доброе утро, Алёна, – приветствует меня Агата, как только я захожу на кухню. Увидев мой взгляд, скользящий по комнате, понимает, кого я ищу, и сразу же сообщает:

– Ваши сестры уже позавтракали и ушли в свои комнаты. Садитесь, я подам вам завтрак.

Каждый день одно и тоже.

Она считает, что должна мне прислуживать. Я каждый раз отказываюсь, говоря, что сама в состоянии себя обслужить. Она не протестует, но недовольство нет-нет да мелькает на лице женщины.

– Спасибо, Агата. Я сама, – повторяю свою коронную фразу.

Раньше она была более развернутой. Объясняла, что мне не составит труда взять тарелку, наложить в неё приготовленную Агатой еду и поставить самой на стол, также как и налить себе чай или кофе.

Спустя месяц я упростила себе задачу, заключая все объяснения всего лишь в два слова «я сама».

Подходя к плите, жду, что она, как обычно, выйдет из кухни, оставляя меня в одиночестве принимать завтрак. Но сегодня Агата лишь отходит в сторону и стоит, смотря на меня немного неуверенно.

Это что-то новенькое.

Удивленно выгнув брови, жду продолжения. Судя по её виду, оно точно будет. Немного напрягаюсь, думая, что оно касается пребывания моих сестёр в доме.

– Вы что-то хотите мне сказать? – всё-таки не выдержав, уточняю у женщины.

– Да. Я хотела с вами обсудить кое-что… – и она замолкает, будто не зная, как начать разговор.

Впервые вижу её такой смущённой и растерянной.

– Агата, если это касается моих сестёр, то никакой дополнительной нагрузки на вас мы не планируем взваливать, – начинаю быстро говорить. – Мы с Надей сами…

– Нет-нет, это не касается ваших сестёр, – перебивает она меня. – Я хотела сказать вам… Вы раньше предлагали мне помощь по дому. И я отказывалась от неё, думая, что… Ну, это уже неважно, – бормочет она. – Просто я разговаривала с Романом Демидовичем и… В общем, теперь не буду отказываться от вашей помощи, раз вы этого сами хотите.

– Оу… хм-м… – растерянно мычу, пытаясь придумать, что на такое ответить.

Но ничего отвечать не приходится.

– Доброе утро, – хриплый низкий голос от двери заставляет резко повернуть голову в ту сторону.

– Завтрак, Роман Демидович? – спокойно задаёт вопрос Агата мужчине, который смотрит только на меня.

Она с ним не поздоровалась, значит, они уже виделись с утра. Возможно, именно тогда и поговорили.

– Да, давай, – отвечает Роман и идёт в мою сторону.

Я впадаю немного в… шоковое состояние.

Это первый раз, когда мужчина остался дома на завтрак.

Под его пристальным и довольным взглядом моё лицо начинает полыхать.

– Доброе утро, – тихо говорю я, отводя смущённый взгляд в сторону. Жду, когда Агата наложит ему кашу и отойдёт от плиты, освобождая мне место.

– Как ты себя чувствуешь? – Роман подходит ко мне и, обняв за талию, притягивает к себе.

И, не дожидаясь ответа, целует в губы. Это не просто быстрый чмок, нет. Это один из тех поцелуев, который был у нас раньше только в постели и только ночью: страстный, опьяняющий и сочный.

Я чуть в обморок не грохаюсь от происходящего и… стыда, который меня охватывает.

Как-то не была готова к тому, что он начнёт проявлять свои чувства при свидетелях.

Даже толком насладиться поцелуем не могу, потому что слышу, как по кухне передвигается Агата.

Прежде чем начинаю сопротивляться, меня выпускают из объятий и довольно смотрят сверху вниз на моё ошарашенное лицо.

– Можешь не отвечать, – мурлычет мужчина. – Чувствую, что всё хорошо.

И он как ни в чём не бывало направляется к столу.

Кошусь на Агату, которая уже практически всё ему поставила.

Женщина невозмутима и спокойна, как будто и не видела нашего с Романом поцелуя.

Со своей тарелкой усаживаюсь напротив мужчины, не поднимая на него взгляда. Зато его сверлящий чувствую прекрасно. На себе.

Ставя возле Романа кружку с кофе, Агата замирает у стола. Приходится посмотреть на неё, чтобы понять, чего она хочет.

– Приятного аппетита, – улыбается она нам обоим, после чего, уловив кивок мужчины, отпускающий её, выходит из кухни.

У меня аж руки дрожат, когда я беру ложку и приступаю к завтраку. Красные пятна на щеках, вызванные смущением, даже и не думают пропадать. Щёки так и продолжают гореть.

– Как ты смотришь на то, чтобы после завтрака прогуляться по территории поместья? – слышу невозмутимый голос Романа. – Со мной, – уточняет жёстко.

Поднимая взгляд, удивлённо смотрю на него.

Да что, чёрт возьми, происходит?!

Он что, вообще сегодня не собирается уезжать из дома?

Первая моя реакция – это отказ от его предложения, потому что я пока не понимаю, как мне себя вести с Романом после вчерашних всех событий и наших с ним разговоров, включая мой дурацкий вопрос о парности.

Но, смотря ему прямо в глаза, вижу в тёмном прищуренном взгляде, что отказ не принимается.

А может, наша прогулка... хм-м… и неплохая идея.

Может, получится аккуратно выяснить у Романа, с чего вдруг такие перемены в его поведении и носят ли они долгосрочный характер.

Или это всё-таки разовая акция? Чтобы просто посмотреть, в каком сегодня я состоянии. И не собираюсь ли я опять затрагивать эту довольно щепетильную тему об истинности?

– Можно и прогуляться, – тяжело вздыхая, отвечаю я.

Хотя мы оба прекрасно понимаем, что выбора-то у меня и не было.

Глава 36

36

Алёна

– Ты очень напряжена, – мрачно говорит Роман спустя тридцать минут нашей прогулки.

Серьёзно?!

А как мне себя ещё чувствовать после таких стремительных перемен в твоём поведении?

Как только мы с ним вышли из дома, Доронин стал задавать мне вопросы, которые касались моих предпочтений во многих вещах: в еде, отдыхе, цветах, одежде, даже о хобби спросил.

Сначала я словила лёгкий шок, а потом, естественно, напряглась.

Зачем он это спрашивает? Целый месяц ему это было не интересно, а теперь… Что теперь-то изменилось?

Это вопрос не даёт мне никак покоя. И, услышав очередной мужской вопрос, я отвечаю очень коротко.

Мои односложные ответы, видимо, пришлись ему не по душе.

Опустив голову вниз после его утверждения о моём состоянии, медленно иду и молчу.

Смысл отрицать, что я вся как на иголках. Он это прекрасно чувствует своей звериной половиной.

– Алён, посмотри на меня, – мужчина берёт меня за локоть, заставляя остановиться, и осторожно, не причиняя боли, разворачивает к себе лицом.

Приходится задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

Оборотень смотрит пронизывающим, изучающим взглядом. Свою руку с моей не только не убирает, но ещё и второй обхватывает предплечье.

– Я хочу, чтобы ты кое-что поняла. Отношений, которые были между нами до вчерашнего дня, больше не будет. Вернее, они немного видоизменятся. С сегодняшнего дня буду проводить с тобой время не только по ночам.

В смысле? То, что происходит сегодня, это не единичный случай?

– Послушай, – он тяжело вздыхает. – Я хочу… построить с тобой нормальные отношения, которые бывают между мужчиной и женщиной, когда они живут вместе.

– Роман, ты заставил меня быть с тобой, – мой голос звучит немного истерично. – И сейчас ты хочешь… нормальных отношений?!

– Уясни кое-что раз и навсегда, – мрачнеет, сужая глаза. – Будь у меня выбор, я поступил бы точно также. На то у меня были свои… веские причины. Возможно, я тебе их когда-нибудь озвучу.

Это он сейчас о чём? Какие такие веские причины, чтобы заставить девушку с тобой спать?

– Думаю, ты не будешь спорить со мной по поводу того, что в постели тебе со мной хорошо. Так почему бы не попытаться сделать так, чтобы нам с тобой и вне её пределов было замечательно. Но для этого мы должны проводить вместе больше времени. Узнавать друг о друге разные мелочи, наподобие тех, о которых я тебя спрашивал всю дорогу. Да, признаю, надо было делать это сразу. Но… так уж получилось.

Одно радует: теперь у меня хоть какие-то ответы есть на те вопросы, которые я прокручивала в своей голове за завтраком.

Вот только теперь встаёт другой важный вопрос.

А мне-то что теперь с этим делать?

– Алён, давай попробуем, – хрипло шепчет он, наклоняя голову и прожигая меня искушающим жарким взглядом. – Я знаю, что ты не в восторге от наших прежних отношений. И если ты дашь нам шанс и пойдёшь навстречу мне… Вдруг тебе понравится быть моей… женщиной.

Дыхание, которое оборвалось после второй паузы в его предложении, снова вырвалось наружу сдавленным прерывистым выдохом.

Опасение, что он произнесёт «истинной», отступило сразу, как только он завершил свою фразу другим словом.

Не скрою, пока мы шли, об этом я тоже думала. Всё ждала, что он заведет речь о моём дурацком вопросе. Но раз он молчит, значит...

Получается, Надя ошиблась. И я вместе с ней, на какой-то один краткий миг допустив, что это может быть правдой.

Ну что ж, значит, можно выдыхать. Больше я уже никогда не задам оборотню этот вопрос.

Так, а что делать с его предложением?

– Я не требую, чтобы ты дала мне прямо сейчас ответ. Я просто прошу тебя хорошенько подумать и не противиться нашему более… тесному сближению, – вкрадчиво заканчивает он.

В голове у меня тут же всплывает поговорка: «Дашь палец – всю руку откусит».

Почему-то у меня идёт четкое сравнение этого самого «пальца» с прошедшим месяцем. Вернее, с моим телом, которое я отдала Роману, чтобы он им пользовался ночами. А теперь что получается? Он собирается оттяпать мне всю «руку»?

То есть ему теперь нужно не только моё тело, но и… что? Душа?

Я действительно не понимаю, чего он от меня хочет. Чтобы я влюбилась в него? Чтобы предано заглядывала в глаза и боготворила, как все его предыдущие любовницы?

– Хорошо, я подумаю, – тихо произношу, видя, что он ждёт от меня хоть какой-то реакции.

– Отлично, – улыбается мужчина, целуя меня в губы.

Притом делает это так удовлетворенно, как будто я уже дала согласие на то, чтобы мы начали менять наш формат отношений.

– Кстати, я не буду против, если и ты мне начнёшь задавать вопросы, – лукаво усмехается он, –о моих вкусах и предпочтениях.

Нервный смех подкатывает к горлу, и я стискиваю зубы, чтобы не прыснуть.

Мужчина в это время убирает руки с моего тела и делает жест, предлагая пойти дальше.

Боже, дайте мне кто-нибудь инструкцию к этому новому Доронину.

Прошлый, жёсткий, немногословный и бескомпромиссный, мне был хоть как-то, но уже понятен. А что делать с новым, который часто улыбается, постоянно флиртует со мной и просит (немного, конечно, в своём предыдущим стиле) о чём-то большем, чем секс, я вообще не представляю.

Слава богу, что мне не приходится задавать ему какие-то вопросы, потому что в это время нам начинают попадаться люди из его стаи.

Они почтительно здороваются. Некоторые останавливаются и общаются с Романом.

Многих из них я уже встречала, когда гуляла здесь одна, и помнила их пренебрежительное отношение и презрительные взгляды, когда я делала попытки познакомиться с ними поближе.

Поэтому сейчас я просто говорю «доброе утро» и стою тихо, как мышка, опуская взгляд на землю или смотря куда-то в сторону.

Спустя какое-то время понимаю, что воздух вокруг нас с Романом начинает сгущаться. Он становится настолько плотным и осязаемым, что я даже нервно передёргиваю плечами. Повеяло какой-то… угрозой, что ли.

Беспокойство начинает разрастаться во мне, заставляя начать озираться по сторонам. Холодок бежит по спине, пока глаза в лёгкой панике мечутся по окружающей обстановке.

Но вокруг всё также безмятежно и спокойно. Вдалеке не спеша ходят оборотни. На деревьях весело чирикают воробьи. Нет абсолютно ничего такого, что могло вызвать эту неясную тревогу на душе.

Неужели только я чувствую это?

Бросаю быстрый взгляд на лицо Доронина и не только вижу, но и понимаю, почему у меня мороз по коже идёт.

Он в ярости.

Пока ещё контролируемой Романом, но, судя по полыхающему звериному взгляду… его волк вот-вот вырвется наружу.

Глава 37

37

Алёна

С испугом смотрю на лицо Доронина, пытаясь понять, что могло его так разозлить.

Он смотрит на пару, которая стоит напротив нас, женщину и мужчину, по возрасту чуть старше Романа.

Неужели они что-то такое сказали, что ему не понравилось? Чувствую досаду, потому что не особо прислушивалась, о чём они там беседовали.

– Альфа?.. – сдавленно произносит незнакомый мне оборотень, склоняя голову. Видно, что он не понимает, что так разозлило его вожака.

Женщина морщится, опуская взгляд вниз и нервно облизывая губы. Её спутник стискивает зубы, а на лбу и висках проступает испарина.

До меня наконец-то доходит, что зверь Романа применил к этой паре ментальную силу. И, судя по их виду, это не очень приятные ощущения. Им больно, но они терпят и ждут, когда их вожак ослабит это воздействие, объясняя, в чём они провинились.

Мой взгляд растерянно мечется между этой троицей. Пара безмолвствует и терпеливо ждёт. Доронин пока тоже молчит и продолжает давить на них своей силой.

Когда лицо женщины начинает уже искажаться от боли, я не выдерживаю.

– Рома… – выдыхаю, прикасаясь ладошкой к его руке. Она у него напряжена настолько, что я, кажется, прикасаюсь к стальному канату.

Мужчина медленно переводит свой взгляд на то место, где я его касаюсь. А потом смотрит мне в глаза, в которых наверняка видит непонимание и панику.

Звериная ярость начинает быстро потухать в тёмных глазах мужчины. Накрыв мою руку своей, он глухо говорит:

– Всё в порядке. Не волнуйся.

Парочка громко сглатывает и тут же облегчённо выдыхает, заставляя меня кинуть на них быстрый смущённый взгляд. Становится немного не по себе, когда вижу, что они оба смотрят на меня растерянно. Я бы даже сказала, немного ошарашено.

– Можете идти, – кидает им сурово Роман, после чего они довольно быстро уходят.

Мои попытки убрать руку мужчина пресекает, с силой прижимая её к себе своей пятерней.

– Почему… ты разозлился? – всё-таки не выдержав, интересуюсь у него. – Вы вроде нормально сначала беседовали.

Он мрачнеет, пристально смотря на моё лицо. Молчит так долго, что я уже и не надеюсь получить ответ.

– Их отношение к тебе… – чертыхнувшись, ворчит Роман. – Мне оно не понравилось, и я дал им это понять.

Теперь уже мрачнею я.

Его слова стали доказательством того, о чём я итак подозревала. Да и не только подозревала, но и чувствовала, что его люди не самого лучшего мнения о моей персоне.

Настроение сразу же портится.

– Давай вернёмся в дом, – тихо прошу, отводя взгляд в сторону. – Кажется, я нагулялась.

Мою руку отпускают, и я сразу разворачиваюсь и иду назад. В спину несутся сдавленные ругательства.

Догоняет меня он, правда, быстро. Пристроившись, уже молча идёт рядом.

Через какое-то время я не выдерживаю. Стараясь сделать это незаметно, кидаю беглый взгляд на лицо мужчины. Он хмуро и сосредоточенно смотрит вперёд, думая о чём-то своём.

В полной тишине мы доходим до дома. Войдя в него, Роман сообщает, что ему нужно поработать, и уходит в сторону своего кабинета.

Проводив его недоумённым взглядом, только собираюсь пойти к сестрам, как в холе появляется Надя.

– Доброе утро, – улыбается она, подходя ко мне.

– Привет. А Маша где?

– У себя в комнате. Массаж и лечебную физкультуру мы провели. Сейчас она немного отдохнет, а затем приступим к урокам, – сестра перестаёт улыбаться и настороженно смотрит на меня. – Что-то случилось? Выглядишь расстроенной.

– Да так… – неопределённо мычу я, направляясь в гостиную комнату.

Знаю, что Надя не отстанет от меня, пока не признаюсь. А холл – это не то место, где можно поговорить по душам, поэтому и иду туда, где можно обсудить произошедшее.

– Алён, что произошло? – требовательно интересуется у меня Надя, как только закрывает за собой плотно дверь.

– Просто… сегодня вообще какое-то странное утро, – нервно хмыкаю я, усаживаясь на диван. – Даже и не знаю, с чего начать.

– Ну, начни хоть с чего-нибудь, – сестра усаживается рядом и смотрит на меня встревоженно.

– Ну-у-у… – нервно провожу рукой по волосам. – Во-первых, Роман стал себя вести очень странно. Он остался дома. Позавтракал со мной. Весь такой любезный и общительный. А ещё… ещё он говорит, что хочет поменять наши с ним отношения. Надь, я не понимаю! Месяц он толком не общался со мной, а теперь хочет…

Замолкаю и растерянно смотрю на сестру.

– Возможно, на него так повлияло вчерашнее твоё похищение, – голос Нади звучит напряженно. – Вдруг он понял, что ты ему… очень важна.

Закусив губу, задумчиво смотрю на свои руки, которые нервно теребят край футболки.

А если Надя права?

Наш с ним вчерашний разговор в кабинете вроде как это подтверждает. То, каким взволнованным он был, как прикасался ко мне…

– А как ты относишься… – мнётся сестра.

– К таким переменам с его стороны? – уточняю. И, увидев кивок Надежды, громко вздыхаю. – Не знаю, Надь. Они меня скорее… больше пока пугают.

Почему-то не говорю ей о том, что вчера напрямую задала Роману вопрос о нашей истинности. Нужно будет тогда рассказывать, что услышала в ответ. И как-то объяснять сестре, почему я сказала «не знаю» на вопрос о том, хочу ли быть его истинной.

А как ей объяснить, что в тот момент у меня и правда не было другого ответа. Ведь когда мужчина прикасается ко мне, целует и ласкает, я будто становлюсь сама не своя. Мои мозги отключаются, а тело… тело начинает хотеть всего того, что мужчина творит со мной.

И признаться в этом сестре? Нет уж! Это слишком… стыдно.

А пока рассказываю сестре о нашей с Романом прогулке и о том, что случилось в самом конце.

– Не понимаю, почему Романа так задело, что его люди относятся ко мне с пренебрежением? – то, что мне такое отношение неприятно, не отменяет того факта, что я уже смирилась с этим. Поэтому и говорю об этом так спокойно. – А теперь… боюсь, они меня ещё и возненавидят, – тяжело вздыхаю. –Он же не просто сказал, мол, а ну-ка, относитесь к моей любовнице хорошо. Нет, его зверь воздействовал на них ментально. И им было больно, Надь. Они же всем расскажут об этом.

– Ну, согласись, что это ещё одно доказательство того, что Доронин относится к тебе … хм-м… серьёзно. И даже от своих людей он не допустит в твою сторону какого-то плохого отношения, что он и продемонстрировал достаточно наглядно, – Надя говорит это с нескрываемым удовольствием.

Хмуро взираю на сестру.

– Такое ощущение, что ты… в восторге от его поступка, – тихо ворчу я.

– Знаешь, что меня точно не обрадовало бы? Если бы Доронин сделал вид, что не заметил, как к тебе относятся его люди, – довольно жёстко произносит она.

– Ну, не знаю… Можно было это сделать как-то помягче, наверное.

Надя закатывает глаза и осуждающе качает головой.

– Алён, да пойми ты уже, что Альфа не будет вести милые беседы и уговаривать своих людей, чтобы они поменяли своё мнение о тебе. Ему проще показать, какие будут последствия, если он заметит неуважительный взгляд в твою сторону. Сама знаешь, я далеко не фанат Доронина, но в этом случае полностью поддерживаю его поступок.

Я уже даже не спорю с сестрой. Понимаю, что бесполезно. Она полукровка, поэтому в ней тоже присутствует некая звериная кровожадность, которая иногда проскальзывает.

Оборотни вообще признают только силу. Да чего там, они ею восхищаются в какой-то степени.

– Всего сутки в доме Романа, а ты уже переметнулась на его сторону, – фыркнув, шучу я, чтобы разрядить немного обстановку.

Жду, что Надя подхватит шутку, но она реагирует на мои слова очень странно.

Побледнев, сестра стискивает зубы и будто задерживает дыхание.

Удивленно смотрю на неё.

– Надь, ты чего? Я же пошутила, – быстро тараторю, а сама мгновенно накрываю её стиснутые пальцы в кулаке своей ладошкой. – И вовсе я не думаю, что ты на его стороне. Я знаю, что ты всегда будешь на моей.

– Конечно, на твоей, – слабая улыбка появляется на её губах. – На твоей и на Машиной. Ты же знаешь, я буду делать всё от меня зависящее, чтобы вы обе были здоровы… и счастливы.

– Ну, конечно же, я это знаю, – торопливо произношу, не понимая, что на неё нашло.

– Алён, а ты не думала о том, что можешь стать по-настоящему… счастливой с Дорониным?

Вопрос сестры настолько неожиданный, что я впадаю в полный ступор.

Глава 38

38

Алёна

Весь день я хожу по дому, постоянно прокручивая вопрос сестры в голове.

Наде я так и не ответила. Вернее, не успела. В дверь постучали, в комнату заглянула Агата, сказав, что нас ищет Маша.

Я делаю какие-то дела, вожусь с Машулей, болтаем с сестрами, но всё это происходит на каком-то автомате. А сама всё думаю и думаю, а что бы я действительно ответила Наде.

Ещё вчера утром мой ответ был бы категоричным «нет». Но последние сутки перевернули мою жизнь так, что теперь у меня… нет однозначного ответа.

Роман не врал, когда говорил, что теперь будет уделять мне время не только ночью. В течение всего дня он появлялся там, где находилась я. Заводил ни к чему не обязывающий разговор. И даже с Машей умудрился поболтать.

Тут я, конечно, словила нехилый шок.

После обеда мы с девчонками расположились в гостиной и играли в настольную игру. Мужчина довольно спокойно и уверенно зашёл в комнату, уселся на диван рядом со мной и поинтересовался, чем мы занимаемся.

И если я и Надя настороженно отнеслись к его присутствию и уж тем более к тому, что он проявляет подобного рода интерес, то Машуля, в силу своей детской непосредственности, тут же принялась объяснять ему правила игры. А потом вообще предложила мужчине присоединиться к нам, став четвертым игроком.

Всё это время я с внутренней тревогой ждала от него в сторону младшей сестры какого-то снисходительного презрения или негатива, ведь она, в отличие от Нади, тоже простой человек. Да еще и, как сказали бы многие оборотни, с дефектом в связи с болезнью.

Но Роман меня приятно удивил. Разговаривал с Машей довольно доброжелательно и непринужденно. А когда узнал, что массаж и лечебную физкультуру ей делает Надя, а теперь и я буду (раз они живут тут), тут же предложил нанять профессиональных специалистов для этого.

– Да мы с Надей и сами можем делать ей массаж, – моментально вклинилась я. – Столько лет как-то справлялась с этим. Да и Надя отлично его делает.

– Алён, все равно это достаточно большая нагрузка для тебя, –довольно мягко произносит Роман, но за этой мягкостью слышны стальные нотки. – Поэтому давай предоставим эту работу профессионалам.

Надя, услышав это, лишь усмехнулась и достаточно выразительно посмотрела на меня.

– Согласись, специалисты проведут эти процедуры намного лучше, – и, не дожидаясь моего ответа, сразу же продолжает. – Я дам Борису распоряжение, чтобы он нашел самых лучших в городе спецов по этим делам.

Насупившись, смотрю на него возмущённо.

И ведь не поспоришь. Мы с Надей хоть и не совсем дилетанты в этом деле, но действительно, наши навыки и умения не сравнятся с уровнем профессионалов.

Вскоре Роман засобирался и ушёл. Правда, перед тем как встать с дивана, сделал то, отчего у меня лицо превратилось в красный помидор.

Совершенно не стесняясь моих сестёр, он притянул меня к себе и поцеловал в губы со словами:

– С удовольствием бы присоединился к вам, но мне нужно отъехать на пару часов. Увидимся позже, дорогая.

Как только за ним закрылась дверь, Машка начала хихикать.

Так, надо с ним поговорить по этому поводу. Может, для оборотней это и в порядке вещей, но мне как-то не по себе. Да и не хочется, чтобы на это младшая сестра смотрела.

Кстати, вот и проверю, как он отнесётся к моим просьбам и пожеланиям. Действительно ли готов в чём-то идти мне навстречу.

Я решаю не откладывать это до вечера, когда мы будем с ним в спальне наедине. Вылавливаю Романа сразу после его возвращения, которое произошло действительно спустя два часа.

Встретив его в холле, чуть не отказываюсь от своего плана.

Роман выглядит злым и раздражённым. Он разговаривает с кем-то по телефону. Хмуро слушает собеседника, а сам идёт ко мне, замершей в начале коридора, ведущего в сторону кухни.

– Понятно, что неспроста эти слухи запустили, – мрачно говорит оборотень. Обнимает меня одной рукой за талию и чмокает быстро в губы, не отнимая сотового от уха. – Значит, так… ищи, откуда пошли эти слухи. Это очень важно. По сути, это именно тот самый прокол, которого мы так долго ждали от этого гада. Всё, давай. Как выяснишь, набирай меня.

Убирая гаджет в карман брюк, Роман вопросительно смотрит на меня.

– Я чувствую, что ты неспроста меня тут ждёшь, – хрипло произносит он, прижимая меня к себе ещё ближе.

И я всё-таки решаюсь, несмотря на то, что он всё – таки напряжён и чем-то недоволен.

– Я хотела кое о чем попросить тебя.

Выгнув вопросительно бровь, мужчина терпеливо ждёт продолжения.

– Ты мог бы… не целовать меня прилюдно, – озвучиваю вслух своё пожелание.

Он удивлён. Видимо, далеко не такой просьбы ждал.

– Ты меня с утра прямо при Агате поцеловал. Потом при сёстрах. А мне… я чувствую себя очень неловко в таких ситуациях.

– Для нас, оборотней, в порядке вещей вот так проявлять свои чувства. Поверь, Агата не впала в шок, когда увидела наш поцелуй. А твоя сестра… ну, она через какое-то время привыкнет.

– Я человек, а не оборотень, – тяжело вздыхаю. Становится немного неприятно, что даже такую простую просьбу он отклонил. – И лично для МЕНЯ… это, Рома, далеко не в порядке вещей.

Я пытаюсь выскользнуть из его объятий, но попытку тут же пресекают.

Запустив руку в волосы, он фиксирует мою голову так, чтобы мы смотрели друг другу в глаза.

Прищурившись, смотрит так пристально, будто что-то ищет на дне моих глаз.

– Это действительно так важно для тебя? – тихо спрашивает мужчина, тыльной стороной руки нежно проводя по вспыхнувшей румянцем щеке.

Я еле заметно киваю. Из-за его руки на затылке не получается сделать полноценного кивка. А говорить не могу, так как будто онемела.

– Хорошо. Постараюсь это делать не при свидетелях, – тень улыбки скользит по его губам. – Увидимся за ужином.

Меня отпускают, и он уходит, оставляя меня в совершенно растерянных чувствах.

Если честно, то я не особо верила, что он меня услышит. И не просто услышит, но и согласится.

В общем, этот день оказался настолько насыщен событиями, что к его концу в голове у меня была полная каша.

Ну хоть ночь прошла также, как и раньше. Меня, как обычно, залюбили до бессознательного состояния.

Утром, принимая душ, подумала о том, что можно попросить Романа ещё о том, чтобы снизить немного накал наших сексуальных утех.

Сегодняшней ночью что-то он совсем разошёлся. Его любимое место, которому он уделяет особое внимание на моей ключице, прямо горит и даже немного побаливает. Там, наверное, такой засос, что мама не горюй.

Даже не посмотрев в зеркало, быстро одеваюсь и иду на кухню.

Надя стоит возле окна и пьёт чай. Агата в момент моего появления направлялась с подносом, на котором стоят тарелки с какой-то едой, к общему столу.

– Доброе утро, – с улыбкой приветствую их обеих.

А потом происходит то, что заставляет улыбку моментально пропасть с моих губ.

Обе женщины резко поворачивают в мою сторону головы и делают громкий глубокий вдох. Они застывают и смотрят на меня округлившимися глазами, в которых я вижу шок.

Поднос выскальзывает из рук Агаты и летит на пол. При чем сама женщина будто и не замечает, что происходит. Как и не обращает внимания на громкий треск разбившейся посуды. Она продолжает смотреть на меня как на… восьмое чудо света.

Сестра выглядит не лучше. Правда, приходит в себя немного быстрее, пораженно и тихо произнося:

– Просто… ОХРЕНЕТЬ!