Текст книги "Изгнанная драконом. Школа-сад попаданки (СИ)"

Автор книги: Ксения Есенина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

Глава 11

– Вы – не она… – повторила Ида едва слышно и осела прямо на пол среди осколков разбитой глиняной чашки.

Я стояла растерянная и молчала, не зная, как себя вести. Няня закрыла лицо руками и разрыдалась. Её ссутуленные плечи сотрясались от всхлипываний.

– Бедная моя девочка! А ведь я знала, в глубине души знала, что её больше нет. Когда Кастор нашёл её, она уже не дышала… Она ушла навсегда.

Ида вскинула на меня заплаканные глаза.

– И на место моей Одианы пришли вы.

Я вздрогнула. Мне было очень жаль бедную старую женщину, потерявшую свою подопечную, но страх за себя всё же пересилил прочие эмоции. Меня буквально парализовало.

Что теперь делать? Отпираться бессмысленно.

Ида продолжала сидеть на полу, и я инстинктивно шагнула к ней, чтобы помочь подняться, но она испуганно отшатнулась. Вот как! Выходит, няня боится меня не меньше, чем я – её.

Выставив перед собой раскрытые ладони, я заговорила примирительным тоном:

– Послушайте, всё произошедшее для меня такой же шок, как и для вас. Когда я очнулась тут, в совершенно незнакомом месте, в чужом теле, то не понимала, что происходит. Я не имею отношения к тому, что случилось с Одианой. Меня… – Я проглотила комок. – Меня никто не спрашивал, хочу ли я оказаться здесь. Но кроме вас я больше никого тут не знаю. Всё для меня в новинку. Если… если вы хотите, я могу уйти.

Ида встрепенулась, удивлённо морща лоб, и попыталась встать. Я протянула ей руку, и на этот раз она приняла мою помощь.

– Что ты, девочка, – сказала няня и утёрла остатки слёз. – Куда же ты пойдёшь? Раз так случилось, значит, такова воля Великих Сил. Не нам, простым смертным, с ней спорить.

Она взяла меня за обе руки и улыбнулась.

– Ты не раздумывая помчалась в незнакомый город, ничего не зная об этом мире, чтобы помочь старику, которого видела впервые в жизни.

– Да кто бы смог равнодушно смотреть на страдания пожилого человека? – смутилась я. – Кстати, как дела у Кастора?

В уголках глаз Иды снова образовались морщинки.

– С ним всё хорошо, он спит. Лекарство помогло. – Она погладила меня по ладони. – Я рада, что в это тело вселилась такая добрая душа. Я буду помогать тебе во всём, чем смогу, и никому не открою твой секрет, обещаю.

Меня так растрогала её речь, что я сама чуть не заплакала от благодарности и облегчения.

– Ида, как всё-таки ты догадалась? – поинтересовалась я, осторожно собирая осколки разбитой чашки.

– Я ведь растила Одиану вот с таких годков, – няня приблизила ладонь к полу. – Какие-то мелочи в поведении, жестах, словах. Да и нутром чуяла, просто отказывалась верить. И твоя история с Ленар Молинар… Настоящая Одиана никогда бы не доверилась этой завистливой злючке. Ну а последней каплей стала горчица. Одиана её обожала.

Мне хотелось узнать побольше подробностей об этом мире, равно как и Ида горела желанием узнать о том, откуда я, но уже было слишком поздно для разговоров. Завтра мне предстояло вновь заняться поисками работы. А ещё разобраться в наших финансовых делах, обойти дом и участок, чтобы понять масштабы проблемы, и прикинуть расходы.

Отужинав бутербродами, я поднялась в ту же комнату, где проснулась утром. Обстановка выглядела удручающе. Здесь явно требовался хотя бы косметический ремонт. К счастью, в шкафу обнаружилось чистое постельное бельё. Я застелила свою новую кровать.

На ширме висело влажное платье, почищенное Идой.

Под лопаткой продолжало зудеть, и я повела плечом. Сняв платье с вешалки, вывернула его наизнанку, внимательно осмотрела и ощупала пальцами. Странно. Ни бирки, ни выпирающего шва, ни жёстких ниток или лески.

И всё же что-то определённо натёрло мне кожу.

На меня вдруг навалилась такая дикая усталость, что все мысли разом вымело из головы, и, едва я коснулась виском подушки, мгновенно провалилась в сон.

А проснулась от того, что кто-то звал меня по имени. По моему настоящему имени!

Я спустила ноги на залитый лунным светом прохладный деревянный пол и покинула комнату. Спустилась по глухо скрипящей лестнице и вышла на улицу.

Стояла оглушительная ночная тишина. На чёрном высоком небе горели мириады звёзд. Стрекотали сверчки, раздавались короткие трели не спящих птиц.

«Диана… Диана…» – продолжал звать далёкий мягкий голос.

Я обогнула дом и оказалась на заросшем заднем дворе. Лёгкий прохладный ветер зашуршал листвой, всколыхнул ночную сорочку и распущенные волосы. Погладил обнажённую кожу рук и ног.

Всё вокруг словно отливало потусторонним сиянием. Мои босые ступни приминали высокую траву, когда я шла вглубь сада, пока, отодвинув ветви лохматых кустов, не оказалась перед небольшим прудом.

Идеальный круг светился по краям тем же таинственным светом. Вода не колыхалась и была ровной, будто металл или зеркало, только в нём почему-то не отражались ни небо, ни окружающие кусты, ни я сама.

– Диана, – раздалось совсем рядом, и я вздрогнула.

Обернулась, но здесь по-прежнему больше никого не было, кроме меня.

Вода так и притягивала взгляд. Мне вдруг почудилось, что я различаю какие-то движущиеся силуэты на её поверхности. Или под поверхностью?..

Протянув к ним руку, я сделала шаг.

И рухнула в пруд лицом.

Глава 12

Открыв утром глаза, я в панике подскочила на кровати и заозиралась по сторонам. Прошла добрая минута, прежде чем ко мне вернулись воспоминания о сумасшедшем вчерашнем дне.

В груди кольнуло: значит, всё-таки не сон. Я и правда теперь в другом мире.

Спустившись на кухню, я застала там Иду. Она как раз чистила картошку.

– Доброе утро, – улыбнулась няня.

Подхватив второй ножик, я присоединилась к ней. Оказывается, я проснулась около семи утра, чувствуя себя при этом бодрой и отдохнувшей. Хотя в своём мире в это же время с трудом открывала глаза по будильнику.

Здесь вместо будильника был рассвет: едва он проник в спальню, как сон мгновенно испарился. А уснула я вчера в полной темноте так крепко, что даже теперь не помнила, снилось мне что-то или нет?..

– Что будем готовить? – спросила я.

– А чего бы тебе хотелось?

Я призадумалась.

– У нас найдётся лук, пара помидоров, немного сыра, подсолнечное масло и хотя бы маленький кусочек мяса?

Ида отправила Кастора в погреб, откуда тот принёс всё необходимое. Я опасалась, что мясо будет пованивать, но оно не только не источало неприятного запаха, но и пребывало в идеальном для готовки состоянии.

– Специальные чары поддерживают в погребе нужную температуру, – объяснила ошарашенной мне Ида.

Почистив и нарезав овощи, я стала смазывать форму подсолнечным маслом и загрустила. Ида никогда не слышала про «май-ой-нейз», а без него получится полная ерунда. Вот если бы чем-то похожим заменить…

– Жаль, что здесь нет блендера, – вздохнула я вслух.

– Чего нет, госпожа? – тут же оживилась няня.

Блин. Надо тщательнее следить за языком. Я расслабилась после того, как Ида узнала правду, но впредь лучше не допускать подобных ляпов.

– Такое приспособление, которое мгновенно взбивает ингредиенты до однородной массы, – я покрутила в воздухе кистью.

Ида почесала нос.

– Вот так?

Она взмахнула рукой, и помидоры, ожидающие своей очереди в миске, в секунду превратились в кашицу. Я вытаращила глаза.

– Это…

– Простейшая бытовая магия, госпожа, – буднично отозвалась Ида. – Ну так чего, вы такое имели в виду, когда говорили про этот брен…блар…

Я посмотрела на свои руки.

– А у меня… Я умею так же?

– Нет, у вас нет к ней способностей. Да и в целом магии в вас так и не проявилось. Вы… вернее, Одиана всегда очень расстраивалась по этому поводу.

Немудрено, что настоящая Одиана была расстроена. В мире магии родиться без магии – будешь тут чувствовать себя неудачником! Даже мне стало обидно.

В памяти вдруг вспыхнул вчерашний вечер: приближающаяся гроза, вечерняя темень, таверна, поле. И пьяный толстяк, надвигающийся на меня. Тогда мне показалось, будто от моей руки начало исходить какое-то свечение…

Нет, ерунда. В тот самый момент ярко сверкнула молния, вот мне от страха и почудилось неизвестно что. А толстяк упал, потому что дорога была неровная, а он сам – в стельку.

– Ладно, неважно, – отмахнулась я. – Давайте делать майонез! Нам понадобится: яйцо, соль, сахар, масло, уксус и… так нелюбимая мной горчица.

Ида раздобыла пустую банку, в которой мы перемешали ингредиенты. Затем она взмахнула рукой, и все они превратились в однородную белую массу. Я долила ещё немного масла, после чего Ида повторила свой фокус.

Я сунула в банку палец и облизнула.

– Обалдеть. То, что нужно! Даже с солью и сахаром почти не ошиблась.

Нарезанную тонкими ломтиками картошку я заранее смазала маслом, посолила и поперчила. Затем выложила первым слоем в форму. В самодельный майонез добавила тёртого чеснока и сушёной зелени, перемешала и смазала получившимся соусом картошку. Затем выложила половину нарезанного полукольцами лука.

Следом – нарезанное кусочками, отбитое и заранее посоленное-поперчённое мясо. Его было маловато, но лучше так, чем пустые овощи. Мясо тоже смазала соусом. Затем снова картошка и сверху соус. Напоследок – оставшийся лук и тонко нарезанные помидоры последним слоем.

Всё это дело я посыпала зеленью, которой было хоть отбавляй.

Ида не смогла мне точно сказать, какая в печи температура, но я сомневалась, что она равна стандартным двумстам градусам. Жар из неё исходил ого-го. Поэтому решила держать форму не дольше двадцати минут, чтобы помидоры не высохли и ничего не подгорело.

– Скажи, Ида, а здесь существуют детские сады? – поинтересовалась я, пока мы набирали в колодце воды для чая.

– Детские сады, госпожа? Это как? Маленькие садики, чтобы ребятишки там играли?

– Нет. Это такое место, куда родители приводят детей утром и забирают вечером после работы. В моём мире оно делится на ясли и сад. В ясли отводят детей с полутора-двух лет. В саду четыре группы по возрасту: младшая – три-четыре года, средняя – четыре-пять лет, старшая – пять-шесть лет, подготовительная – шесть-семь лет.

Ида хлопнула глазами.

– Чудеса какие. – Она покачала головой. – Никогда о таком не слышала. С маленькими обычно сидят старшие. В других городах детки в школу ходют, но в Гвенте школы нету, так что в основном ребятишки начинают работать очень рано, родителям помогают. У кого в семье деньжата водятся, те с няньками своих чад оставляют, а потом гувернантку нанимают, чтоб к колледжам готовить. Такие потом в Академию поступают. Но это история не про наш Гвент. Тут торговля идёт плохо, работы мало, потому что стоим на отшибе.

Я призадумалась. Получается, дети здесь в основном лишены перспектив из-за отсутствия банальной школы и возможности нанять гувернантку. А ведь я могла бы узнать, сколько стоят услуги няни, и попросить вдвое меньше.

Интересно, тут пользуется популярностью услуга «няня на час»? Можно было бы для начала набрать несколько клиентов и ходить от одного к другому, чтобы сразу не привязывать себя к одной семье.

Блин, и угораздило меня оказаться в теле той, от чьего имени шарахаются, как чёрт от ладана! Нужно как-то исправить эту ситуацию.

Через двадцать минут я вынула горячую форму, посыпала помидоры сверху тёртым сыром и вернула в чугунную печь ещё на пять минут.

Ида и Кастор остались в полном восторге от необычного блюда и дивились на секретный ингредиент – «май-ой-нейз». А я только растерянно улыбалась. В моём-то мире это было самое простое мясо по-французски.

Глава 13

После завтрака Ида проводила меня в комнату, которая, как я поняла, раньше была кабинетом хозяина особняка. Он располагался на первом этаже: просторное помещение с пыльными книжными шкафами, громоздким столом и двумя креслами.

При попытке раздёрнуть шторы я чуть не задохнулась от взметнувшейся во все стороны затхлой пыли. Надо бы заняться приведением дома в порядок! Но сначала – найти работу.

К счастью, в ящиках стола обнаружилась бумага. Чтобы написать несколько объявлений, мне потребовалось почти полтора часа: пока привыкла писать чернилами, вся изгваздалась. Благо додумалась не портить чистую бумагу и закатала рукава.

Сложив готовую стопку в плоскую кожаную сумку, я переоделась и снова отправилась в Гвент с обеденным дилижансом. Меня всё ещё не оставляла надежда пробиться в газету, поэтому сразу по приезде я снова направилась туда.

Но даже не успела раскрыть рта: только при виде меня все работники, находившиеся на первом этаже, побросали свои дела и разбежались, как муравьи. Мне оставалось только раздражённо выдохнуть сквозь зубы.

Делать нечего, я покинула здание газеты, нашла первый подходящий столб и наклеила на него объявление. Я помнила, что возле остановки дилижансов висит специальная доска, и оставила для неё последний лист из стопки в двадцать штук.

По дороге обратно я размышляла, какие ещё были варианты. Попробовать продать особняк с молотка, чтобы прикупить дом поменьше, на содержание которого не потребуется таких баснословных средств? Податься в другой город? Уехать и сменить имя, чтобы дурная репутация не преследовала попятам?

Нет, это всё на тот случай, если мне так и не удастся устроиться в Гвенте. Если честно, уезжать никуда не хотелось. Да и продажа старого дома в чужом мире пугала. Я никогда не совершала сделок купли-продажи даже квартиры, до сих пор – в смысле до попадания сюда – жила на съёмной. Что уж говорить о целом особняке с участком.

К тому же наши дела оказались не так плохи, как я думала. Колодец на удивление работал исправно, а в погребе было полно запасов овощей и подсолнечного масла, а на кухне повсюду висели пучки сушёных трав. Проблемой было достать свежее (не вяленое) мясо, яйца, молоко, сыр и сливочное масло. Однако Ида уверила меня, что им с Кастором много еды не требуется в силу возраста, так что самой голодной в доме оставалась я сама.

Денег было достаточно, чтобы, по моим расчётам, прожить примерно два-три месяца, если отслеживать каждый медяк. Но это только на еду, проезд до города и обратно, лекарство для Кастора и самые необходимые бытовые нужды.

А дом-то на что ремонтировать?

Вечером я обошла весь участок, окружающий особняк. Ограда вокруг стояла крепкая и надёжная, ремонта она не требовала. Хоть какое-то утешение. А вот земля вокруг заросла травой и сорняками. Кусты лохматились во все стороны, то и дело цепляясь за подол платья.

В дальней части заднего двора обнаружился довольно большой для садового пруд. Он был весь в тине и зарос травой по краям. К мутной застоявшейся воде вела дорожка из прогнивших досок. Я не решилась даже наступать на неё, чтобы не провалиться. Только потянула носом, но почему-то от пруда не несло гнилью, хотя выглядел он ужасно.

Ладно, с прудом я буду разбираться в последнюю очередь.

Обойдя два этажа, я поднялась на третий, молясь всем местным богам, чтобы крыша осталась целой. Боги меня не услышали. Грязные разводы на потолке, куски отвалившейся штукатурки и потёки на стенах дали понять, что крыша тоже местами требует починки.

Ложась вечером спать, я напряжённо обдумывала своё положение. Объём предстоящей работы пугал так, что хотелось просто накрыться одеялом и сказать, что я в домике. Ну ещё бы: в своём мире я никогда не занималась обустройством огромного заброшенного особняка.

Я приказала себе успокоиться. Огромный пирог едят по частям. А большой путь начинается с одного шага. Нужно распределить дела по уровню важности и постепенно браться за них, решая одну проблему за другой.

С такими мыслями и я провалилась в сон.

И оказалась в незнакомом месте, которое при этом почему-то казалось знакомым. Огромная комната с высоченным потолком. На полу – дорогущие ковры. На выкрашенных в пастельно-красный оттенок стенах – картины в золочёных рамах. Вокруг – резная мебель с цветочной бархатной обивкой.

Грудь пронзило острое чувство дежавю.

Где я?

За спиной с грохотом распахнулась тяжёлая дубовая дверь, заставив обернуться. В комнату ворвался высокий темноволосый мужчина. Расстёгнутая белая сорочка едва держалась на его широких плечах и совершенно не скрывала мускулистый торс.

Я так и уставилась на него, а потом вздрогнула, когда мужчина сходу налетел на меня и больно схватил за плечи, сдавливая их пальцами.

– Дрянь! Как ты посмела меня обмануть?! – он встряхнул меня так, что едва не вышиб весь дух.

– Алард, это неправда! – взмолился чей-то голос.

До меня не сразу дошло, что он вырывается из моих собственных уст.

– Неправда?! – взревел дракон. – Тогда покажи мне свою метку!

Алард принялся в буквальном смысле рвать на мне одежду. Я ощутила, как по щекам бегут горячие дорожки слёз. В душе смешался дикий коктейль из моих и чужих эмоций: недоумение, страх, боль, отчаяние, унижение, злость.

Я уже не могла понять, какие из них принадлежат мне самой.

Алард Рангард толкнул меня в сторону ростового зеркала и с силой рванул с плеч домашнее платье. Дорогущий струящийся шёлк с громким треском разошёлся, обнажая кожу. Я увидела в отражении заплаканное лицо Одианы и огромные от ужаса голубые глаза.

– Смотри! Смотри, паршивая лгунья!

Он резко развернул меня спиной, заставив вывернуть голову, чтобы всё видеть. Шея отдалась болью. Держа меня одной рукой за подбородок, не позволяя отвернуться, он окончательно сдёрнул платье. Руки метнулись, чтобы поддержать его обрывки на груди, и тут же замерли.

Моему взгляду предстала странная татуировка на левой лопатке: дракон, выведенный угольно-чёрным цветом.

– Смотри внимательно, – прорычал дракон. —Это ты называешь моей меткой истинности?!

Алард с силой провёл по татуировке пальцем. Затаив дыхание, я увидела, как она легко размазалась по коже, будто нарисованная тушью.

Глава 14

– Ида, что такое метка истинности?

Няня опустила уже занесённую для создания колдовства руку и удивлённо моргнула.

Мы с Идой и Кастором с утра пораньше продолжили облагораживать окружающую особняк территорию. В большой кладовке за кухней обнаружились все необходимые инструменты: грабли, косы, лопаты, тяпки, садовые ножницы, вёдра, лейки, две большие тачки для земли и прочее.

Вооружившись тяжёлой косой, Кастор неспешно, ряд за рядом укладывал вымахавшую ему по пояс траву. Я заворожённо следила за чёткими выверенными движениями. Приняв лекарство, он словно набрался новых сил и помолодел на десяток лет.

Воздух наполнился ароматом свежескошенной травы.

Я же, будучи магически бездарной, взялась приводить в порядок кусты: вначале выпалывала сорняки и подкапывала землю вокруг лопатой, а потом с помощью садовых ножниц подрезала обломанные и торчащие во все стороны ветки. Ида доводила кусты до ума и придавала им причудливые формы, применяя свою бытовую магию.

Был почти полдень, солнце поднялось высоко, и мы перемещались вслед за ним так, чтобы по возможности оставаться в тени огромного дома.

– Метка истинности, говоришь? – переспросила Ида задумчиво. – Ах, ты ж и правда не ведаешь. Как бы понятнее объяснить… Метка истинности – это знак того, что девушка стала избранной двуипостасного мужчины.

– Двуипостасного? Это как?

– Того, кто имеет вторую сущность. Умеет обращаться в дракона.

Я аж ножницы выронила.

– В дракона?! В смысле, в настоящего? Огромного, огнедышащего, с чешуёй, когтями и крыльями?!

– Ну да, – будничным тоном отозвалась Ида. – Так вот, метка истинности означает неразрывную связь между драконом и его истинной парой. Только в таком союзе рождаются мальчики-драконы.

Я вспомнила Аларда Рангарда, ворвавшегося в этот дом в день моего попадания. В то мгновение я с ужасом смотрела в его полные злости глаза с вытянутым звериным зрачком и не понимала, что происходит. Хорошо, что он прям тогда не превратился в дракона, а то я бы точно умом тронулась!

Подобрав ножницы, я вернулась к подстриганию куста. В окружающих особняк высоких деревьях пели птицы, создавая идиллическую атмосферу покоя и умиротворения.

– А как она появляется, эта метка? – поинтересовалась я. – Её рисуют или… э-э проводят какой-то ритуал?

Ида расширила глаза и замахала на меня руками.

– Что ты! – страшным шёпотом прошипела она. – Метка возникает сама, когда Великие Высшие Силы благословляют ею дракона и его пару. Подделка метки истинности – страшный грех, тяжкое преступление!

Я изумлённо подняла брови.

– Но разве моя метка… то есть метка твоей госпожи не была подделкой?

– Конечно же нет, – Ида посмотрела на меня, как на дурочку. – Кто-то сплёл злые козни против госпожи и Рангарда, задурил ему голову. Вот он и решил, что метки нет, истинность – подделка. А его чувства – морок, который моя госпожа навела на него с помощью зелий и запрещённых символов.

Я нахмурилась.

– Очень странно…

– Чего странно, милая?

– Недавно мне приснился сон из прошлого Одианы. Рангард подвёл её к зеркалу, сорвал платье и легко размазал татуировку с драконом. Как самый обыкновенный рисунок. Если это было воспоминание, то как метка может быть настоящей?

Ида взяла меня за запястье и с решительным видом потянула обратно в дом. Я безропотно следовала за ней. Подойдя к ростовому зеркалу в холле, она отступила в сторону и повела рукой.

– Смотри сама.

Я почувствовала уже знакомый зуд на левой лопатке, который испытывала с момента первого посещения Гвента. Неужели…

Расстегнув платье с помощью Иды, я повернулась спиной и заглянула себе через плечо. На левой лопатке, в том самом месте, где, как я думала, мне натёрло платье, красовался… дракон.

У меня глаза полезли на лоб.

– Видать, кому-то сильно не понравилось, что моя госпожа стала истинной лорда Рангарда, раз навели настолько мощные чары, – сокрушённо покачала головой Ида.

Я зачарованно рассматривала переливающуюся серебристым свечением метку истинности. Она выглядела по-настоящему волшебно. Мне вдруг показалось, что она как-то отличается от той, что я видела во сне.

Прищурившись, я попыталась воспроизвести чужое воспоминание, но оно расплывалось, как ускользающий морок.

– Я ж тебе не всё рассказала, – вдруг произнесла Ида, заставив меня отвлечься от моего отражения, к которому я постепенно привыкала как к своему собственному. – Есть ещё одна причина, почему я заподозрила в тебе… чужачку.

Няня застегнула на моей спине пуговички платья и опустилась на ближайший пуфик.

– Существует легенда, что первая женщина рода Юрвелл тоже попала к нам из другого мира. Лет двести или триста назад она переместилась в то самое место, где сейчас стоит вот этот дом. Её звали Юрвеллия. От неё род получил своё имя. Но в эту легенду не верили даже сами представители рода.

Меня осенило.

– Кстати, Ида, а где все мои родственники? Раз Юрвелл такой древний род, значит, мы могли бы обратиться…

– Больше никого не осталось, милая, – скорбно ответила она. – В последние двадцать лет род угасал. В конце концов осталась только моя госпожа. Она считала, что род был проклят.

Я содрогнулась при мысли о том, что и моя собственная жизнь может оказаться под угрозой. Получается, я – последняя из угасшего рода. Ох, ну и жуть!

– Вот почему у аристократок из процветающих семей зенки повылазили, когда у моей Одианы появилась метка истинной самого лорда Рангарда, – гордо выдвинула подбородок Ида и сверкнула глазами. – Они подставили мою госпожу, чтобы лишить последней надежды. На твоём месте я бы не сидела тут, а доказала невиновность. Вернула то, что принадлежит тебе по праву.

Неожиданная воинственность Иды удивила. Но я лишь скептично вскинула бровь, воскрешая в памяти искажённое гримасой ненависти лицо упомянутого лорда Рангарда. Да с таким муженьком и врагов не нужно! И вот этому агрессивному мужлану ещё что-то доказывать?

Соломинка, за которую так цеплялась Ида, чуть не проткнула меня насквозь. Нет уж. Не собираюсь я выпрашивать милости у того, кто поверил в чужие наветы.

Решительно поднявшись, я упёрла руки в боки и бодро заявила:

– Не нужны нам никакие лорды и их драконы. Сами справимся!

Няня потрясённо взглянула на меня снизу вверх.

– Но как же, милая? – взмолилась она. – Дом надо содержать, а денег почти не осталось. На работу тебя никто не возьмёт. Пару месяцев протянем, а дальше-то, дальше как нам быть?

Я прикусила губу. Опасения Иды были мне понятны: они с Кастором старые люди. Я для неё – беспомощная молодая девица, не имеющая никаких навыков для заработка и могущая рассчитывать разве что на удачный брак.

Под ложечкой тревожно засосало. По объявлениям действительно пока так никто и не откликнулся. В принципе у меня ещё есть время, прежде чем принимать решение о продаже дома и переезде.

В конце концов, главное, чтобы нависшее над родом Юрвелл проклятие, выкосившее всех его представителей, не коснулось меня. Да, так и есть: главное, что я жива, молода, здорова и в своём уме, а уж с материальным как-нибудь разберёмся…

– Что-нибудь придумаем, Ида, – начала я, когда на крыльце раздались шаги, заставив меня умолкнуть.

Мы с няней синхронно обернулись к вошедшему в холл Кастору. Ида так и не рассказала ему о том, что я попаданка, заменившая душу Одианы в этом теле. Мы пока условились держать эту информацию в тайне.

Я уже собиралась спросить, что случилось, но тут заметила в его руке конверт, который он протянул мне.

– Вам письмо, госпожа.