Текст книги "Вторая жизнь. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Ксения Чудаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 28 страниц)

Глава 29

За свои прогулки взбучку, конечно, мне устроили разгромную. Хэлмираш ругался сдержанно, больше давил взглядом, но главным образом меня грызла собственная совесть: страж чувствовал, что меня носит по материку, но не мог перемещаться за мной с той же скоростью. Оказалось, что и в деревеньке, и в горах он побывал, но существенно позже нас. Представляю, что наговорил ему маг в горах про туристов, уже несколько часов не выходящих из аварийного лаза. Хэлмираш весь тот ход прошел, в надежде натолкнуться хоть на кого-то, кто объяснит ему, что со мной происходит. При этом страж не мог самовольно тратить день на мои поиски – охрану младшей императорской четы никто не отменял, работы было полно, поэтому ему после каждой неудачной попытки меня поймать приходилось возвращаться во дворец.

Про кости Фадаара мы, кстати, сообщили Дориарху тем же вечером. Чуть позже глава рассказал, что лаз расширили, останки Акира собрали и с почестями похоронили под памятником. Киран привел уже почти неходячую Марианну на похороны и потом ещё долго сидел вместе с Дориархом и учителем Чукасом, слушая их рассказы об отце.

В качестве эдакого наказания, чтобы жизнь медом не казалась, Хэлмираш на следующий же день договорился с Дармином о моих тренировках с магией перемещения в около боевых условиях. Отдельно обговаривался тот нюанс, что на всю Академию показывать мои способности нельзя. Лысый тренер не растерялся, прекрасно совместив занятия со мной и обязательные физические нагрузки для демонов: под тренировки он определил поляну в парке-лесе Академии, а чтобы никакая случайная личность на эту полянку не нагрянула, Дармин заставил мой курс бегать кругами и патрулировать местность вокруг, разворачивая каждого лишнего встреченного.

Сам Дармин, надо сказать, смог меня удивить. Если раньше я только Хэлмираша считала эдаким универсальным солдатом, то теперь поняла, что он далеко не один такой. Потому что Дармин, даже не владея магией оракулов, как будто имел глаза не только на затылке, но ещё и на ушах, причем явно фасеточные: откуда бы ни выскакивала порталом, там меня уже ждала какая-нибудь подляна от тренера. При этом, в отличие от Хэлмираша, лысый не щадил меня совсем. Огненные шары взрывались, земля закапывала, дышать становилось нечем, вода забивала глотку так, что я ещё долго откашливалась. Про то, что ветер таскал меня по всей площадке – промолчу. И это все буквально на глазах моего курса. Рычание из-за веток заставляло меня грустно усмехаться. Сначала думала, что злятся, мол у них Наставник такой хлипкий. Остальных троих иди попробуй так по траве пометать, ага. Сами кого хочешь куда хочешь метнут. Но после первой же тренировки мои демонята утащили меня в башню к Хэлмирашу буквально на руках, принесли туда же обед, сбегали за аптечкой. Потом хлопнули себя по лбу и пригнали где-то отрытого молодого магистра-целителя. Пусть после татуировок магия целителей стала на меня действовать несколько слабее, но все равно эффект был достаточно мощный. В общем, жалели демоны меня, как могли, относясь, наверное, как к младшей сестре. И все наращивали в себе злость на Дармина. Я даже как-то сообщила об этом тренеру, когда заметила в глазах Искраса особенно нехороший огонек после того, как тренер сломал мне руку при очередной атаке. Перелом тут же залечил целитель, но мои маты сразу же после ранения демоны слушали с хмурыми лицами. Правда, Дармин только улыбнулся мне, сказав, что это даже хорошо. Злые демоны лучше тренируются. И видя, как играючи он продолжает разбрасывать их по сторонам полигона на занятиях, я понимала его уверенность в себе. Хоть и не одобряла любовь к провокациям.

По мнению Хэлмираша, эти тренировки должны были меня достаточно выматывать, чтобы не совалась куда попало. Я действительно серьезно осела дома, но это было связано совсем с другим: мы с Тигром наконец перешли от теоретических обсуждений лекарства от шрамов к практике. Поэтому теперь вдвоем все вечера зависали в лаборатории, подбирая комбинации и готовя экспериментальные образцы. Выгонял нас оттуда возвращающийся с работы Хэлмираш. Увлекающийся Тигр, впервые за свою жизнь попытавшийся бунтовать и противиться отцовскому утверждению, что молодому демону необходим здоровый сон, почувствовал на себе бескомпромиссные методы воспитания Хэлмираша: отец просто схватил его за воротник, переместился в его комнату и метнул сына на кровать. Вместе с той колбой, которую Тигр держал в руках. Младший ошалевшими глазами молча наблюдал за тем, как страж без лишних слов вышел из комнаты, захлопнув дверь. Заглянувший в тот вечер домой Ли хохотал, как ненормальный, после чего похлопал брата по плечу и сказал, что это ещё цветочки. Вот когда на магическую цепь к батарее привяжут – тогда уже надо будет начинать волноваться.

Я же, на правах взрослого человека, иногда позволяла себе поворчать и задержаться, когда эксперимент этого действительно требовал. Меня за воротник перемещать пока не пробовали, только долго и пристально смотрели. Обычно этого мне хватало, уж больно усталые у Хэлмираша были глаза.

Но даже мои посиделки в лаборатории страж нашел, как уменьшить. Просто однажды перед сном он бросил мне на кровать книжку в палец толщиной.

– Это ещё что? – с любопытством посмотрела на корочку. И поморщилась, как от зубной боли – передо мною был свод правил этикета для стражей. Приём алларов приближался, и мне необходимо было заучить её всю. Тут меня одолело любопытство: – Слушай, а этикет для дам какой по толщине?

Хэлмираш молча распрямил ладонь, лишь немного согнув пальцы.

– Ты же знаешь, что я тебя очень люблю? – выдохнула. У меня волосы дыбом вставали, стоило только подумать, что, не запиши муж меня в стражу, пришлось бы всё это учить. Да ещё и отрабатывать.

Страж хмыкнул и кивнул. А мне пришлось выкраивать время и для этого, уточняя по вечерам у Хэлмираша некоторые моменты поведения, которые не понимала. Заморочек оказалось неожиданно много: с кем можно говорить, на кого можно смотреть, на кого нельзя. Оказалось, встречаться глазами с императором разрешалось не более, чем на две секунды, дольше уже только при личном разговоре либо танце. Но танцевать с императором мне не грозило, я ж там не как дама буду. Стражам вообще танцевать было запрещено. Как и употреблять пищу или питье во время мероприятия. Бедолаги должны были выстаивать многочасовые приемы, отрабатывая столбами с глазами. Перемещаться разрешалось, но только по периметру зала, либо на выход из него, в центре имели право находиться только личные телохранители или начальник – то бишь Хэлмираш. И много ещё вот такой подобной мути. Я попыталась подкатить к Хакету с вопросом разрешения на личного телохранителя, но маг меня удивил, сообщив, что императорский двор отказал в подобном его жене. Мол, престиж дворца опустится, если золотая заявится на него с официальным телохранителем. На мое удивленное восклицание, что это же бред полный, Хакет согласно и грубо выругался. Но ни я, ни он ничего поделать с этим не могли, кроме как попросить Хэлмираша поставить меня в список стражей, которые будут присутствовать на подписании документов. Тот, скрипнув зубами, согласился. И только существенно позже я узнала, что стражей на этом мероприятии полагалось только двое, и я своей просьбой подвинула Артура. Понадеялась, что рыжий великан не слишком на меня обиделся.

В один из вечеров Хэлмираш вдруг вернулся из дворца с продолговатой шкатулкой. Я, сидевшая перед камином с ненавидимой уже книжкой по этикету, сразу зацепилась за неё глазами:

– Что там у тебя?

Страж не стал мучить меня и сразу же подошел, положил шкатулку мне на колени.

– Выбери, что понравится,– а сам отправился переодеваться наверх.

Я тут же открыла шкатулку и с удивлением уставилась на содержимое: россыпь камней разного цвета, размера и огранки. Такое ощущение, что их просто насыпали по просьбе: понемногу и всего. Глаза разбегались, я любовалась отсветами камина, играющими на гранях. Услышав шаги на лестнице, уточнила:

– А по какому признаку выбирать-то?

– Я же сказал: что понравится,– невозмутимо повторил страж и скрылся на кухне.

Хмыкнула: ну вот как по таким расплывчатым характеристикам работать? Ну да ладно. Переместилась на ковер, высыпала камни, разровняла рукой. Повытаскивала все фиолетовые, несколько синих и два оранжевых: первый и последний – мои любимые цвета, а вот синий, как выяснила ещё давно, нравился Хэлмирашу. Продемонстрировала вернувшемуся стражу свой выбор. Тот кивнул, ссыпал отобранные камни в отдельный мешочек, затем собрал оставшиеся в шкатулку и все это сунул в карман рабочей куртки.

– И ты мне не скажешь, для чего это? – пытливо поинтересовалась.

Но Хэлмираш качнул головой:

– Пока нет.

Осталось лишь вздыхать, надеясь, что меня не сожрет любопытство. Хотя, особенно раздумывать о камнях мне было некогда, потому как мы с Тигром наконец определились с составом и сварили первую дозу мази, которая должна была разгладить шрамы от инки. Когда я рассказала про это Искрасу, он вызвался быть добровольцем на испытаниях. Компанию ему решил составить Теног. Рассчитывала увидеть в первых рядах Лидаса, но он желания не изъявил, а от прямого предложения категорически и наглухо отказался. Не заставлять же мне его, в самом деле, так что пришлось смириться, хотя в первую очередь я все это затеяла ради него.

В назначенный день первых испытаний мы встретились с демонами в пустой лаборатории после занятий. Со мной пришли Тигр и Майя, дочь сказала, что давно меня не видела и соскучилась, да и помощь, может, какая понадобится. Искрас при виде Майи несколько удивился, подошел ко мне и тихо спросил:

– А это кто? Из целителей?

Я хмыкнула:

– Из практиков она, стихийников. Искрас, ты вот где-то сообразительный донельзя, да знаешь много, а тут прям профан. Вообще-то это моя дочь и старшая сестра Тигра. Родная.

Демон на несколько секунд подвис, хлопая глазами.

– Но как…

– Да вот так.

– Но она же человек…

– Оборотень она. Если ты понимаешь, о чем я,– хитро улыбнулась.

Искрас вытаращился на меня, я не удержалась и захохотала.

– Это ты сейчас пошутила? – с надеждой спросил демон.

– Не-а,– хихикнула, продолжая веселиться. И тут же повысила голос: – Майя, знакомься, это Искрас и Теног…– хотела ещё что-то добавить, но тут дверь приоткрылась, в лабораторию зашел мрачный Лидас.

Быстро осмотрел лабораторию, смерил меня угрюмым взглядом, а потом одним решительным движением стянул рубашку через голову.

– Что вы там хотели испытать,– глухо проговорил он, подходя.

– Та-ак,– протянула, тут же переходя в рабочий режим.– Планы меняются. Майя, ты не наблюдать, а помогать будешь. Выбирай себе кого-нибудь из тех двоих, будешь им заниматься. Тигр, объясни ей все, твой второй. А у меня тут работа посерьезнее.

Лидас от моих слов нахмурился ещё сильнее, но послушно прошёл за мной до лабораторного стола, улёгся на него, закрывая глаза и, казалось, даже дышать почти перестал.

– Ты не волнуйся, я не наврежу,– проговорила, пожав его плечо.

– Тут сложно сделать хуже, согласитесь,– хрипло отозвался демон.

– Давай на «ты», тут все свои,– предложила, обрабатывая руки обеззараживающей настойкой, потом так же проходясь ватой по груди Лидаса. И прям жутковато стало, настолько грубой у него была кожа.

Мельком глянула на Тигра и Майю, отметила, что они все делают правильно, и отключилась от всего внешнего мира, сосредотачиваясь сугубо на работе. Начать эксперимент решила с груди, потому что тестировать на лице было бы слишком жестоко. Выбрала самый поврежденный и покорёженный участок, прошлась подушечками пальцев по твёрдой бугрящейся коже. Сощурилась: ощущения были, как будто касалась коры дерева.

– Ты здесь вообще что-то чувствуешь? – перевела взгляд на лицо демона.

Тот всё так же не открывал глаз.

– Нет,– мотнул головой.– Ничего.

– И как ты с этим живёшь…

– Привык,– отрезал Лидас. Я уже решила, что не захочет говорить на эту тему, но он вдруг глубоко вдохнул и тихо добавил: – В детстве очень тяжело было. Ещё и болело. Теперь хоть не болит.

Я отложила мазь, решив пока просто пальцами изучить весь обширный фронт работ. Что-то не давало спокойно нанести средство и ждать результата, какая-то мысль, но она пока не оформилась во что-то определённое. При регенерации демонов мне в принципе казалось странным образование таких искорёживающих кожу наростов, а тут прямо существенное такое нарушение развития тканей. Что-то тут не так, как кажется на первый взгляд.

– Лежи пока, не двигайся.

Развернулась, в два шага оказалась около Искраса, которым занималась Майя. Краем сознания отметила, что демон лежит с нетипично темным лицом. Если учесть, что кровь у демонов чёрная, то кто-то тут крайне смущён своим положением с голым торсом под внимательным и изучающим взглядом девушки. Хохотнула про себя. Нашла на груди Искраса самый повреждённый участок, провела пальцами, отмечая, что даже здесь кожа у демона существенно мягче, чем у Лидаса, и проследила за выражением лица:

– Чувствительность есть?

– Конечно,– кивнул демон.

– А относительно здоровых участков?

– Снижена слегка.

– Слегка, да…– задумчиво повторила, вернулась к Лидасу.

Внимательно осмотрела неровный торс и решительно взялась за скальпель. Коснулась щеки демона рукой, вынуждая вопросительно открыть глаза.

– Ты мне доверяешь?

– Что ты собралась делать? – насторожился Лидас.

Понятно, это значит нет.

– У меня есть версия. Похоже, что у тебя там, под повреждённой кожей, нарос ещё один слой. А этот, мёртвый, прикипел. Хочу попробовать отделить слой старой кожи,– я произвольно взмахнула рукой со скальпелем в воздухе, но в мое запястье вдруг впились дёрнувшиеся со скоростью броска змеи чёрные пальцы.

– Эй, спокойно,– замерла, выставив руки перед собой и стараясь не морщиться от боли, пронзившей запястье.– Без твоего согласия ничего делаться не будет. Я не приказы тут отдавать пришла, а помочь.

Видимо, наши движения не остались незамеченными со стороны, потому что раздался обеспокоенный голос Искраса:

– Лид, всё в порядке?

– Да, Крас,– Лидас медленно разжал пальцы и снова опустился на стол.– Всё нормально.

Я рефлекторно потёрла занывшее запястье – хватка, блин, как у бульдога. Оглянулась на остальных: Тигр и Майя заканчивали со своими тестовыми участками и уже прибинтовали аппликации с мазью.

– Ребят,– обратилась.– Погуляйте пока, нам поговорить надо.

Демоны удивлённо посмотрели на меня, Лидас даже хотел подняться, но я уверенно положила руку ему на грудь и надавила. Думала уже в приказном порядке рявкнуть, но демон, секунду посопротивлявшись, всё-таки лёг обратно. Остальные же молча вышли, прихватив одежду.

– А теперь давай серьёзно,– присела на краешек лабораторного стола.– В чём дело? То ты наотрез отказываешься от помощи, то приходишь, как на заклание. То угрожаешь, то боишься.

Лидас отвернул голову, какое-то время потаращился в стену. Когда взгляд чёрных глаз снова вернулся ко мне, неожиданно спросил:

– Это правда, что ты когда-то лечила Краса в детстве?

– Правда,– кивнула.– Его и ещё троих.

– Ты слишком молода для этого,– с сомнением выговорил демон.

– Магия,– пожала плечами.– Но это я не дала инке изуродовать твоих одногруппников. А пара шрамов, как видишь, никого от них не отпугивает. Даже человеческих девушек,– хмыкнула.

Уголок губ Лидаса дёрнулся в ответной усмешке.

– Но меня не столько твоя внешность сподвигла на эту разработку,– устроилась на столе поудобнее, понимая, что разговор может затянуться.– Это же банально неудобно – любое ранение, любая кожная болезнь – и тебе оказать помощь будет гораздо сложнее, чем остальным. Тем более что и чувствительности нет. Ты же – как в скафандре!

– В чём?

– Ну в доспехах. Не особо представляю, как ты живёшь, практически не ощущая мир.

На лице демона даже сквозь бугрящуюся кожу выделились желваки.

– Я пытался все это срезать по молодости,– выдавил он вдруг, не смотря на меня.– Боль я мог перетерпеть, но была большая кровопотеря, что-то там не то надрезал… чуть не умер. Травники толком помочь не смогли. Шаман взял с меня слово, что я больше никогда не попытаюсь… вылезти из доспеха. Тогда никто не думал, что он будет мешать жить настолько сильно.

– Я твоему шаману слова не давала,– сощурилась.– И у меня есть план. Если ты мне доверишься, то мы попробуем его воплотить. Я могу гарантировать, что если что-то начнёт угрожать твоей жизни, то мы сразу же прекратим. Моя теория основывается на том, что у вашей расы даже после ожогов идет восстановление не только кожи, но и нервных окончаний. Чувствительность может снижаться, но если она исчезает совсем, то это ненормально. Во времена эпидемии я, чтобы спасти Искраса, срезала скальпелем поврежденные участки кожи с его лица. Как видишь, сейчас он выглядит вполне приемлемо. Учитывая, что прошло столько лет, с тобой будет сложнее, но хочу попытаться.

Лидас молчал, уставившись взглядом в потолок, а я терпеливо ждала. В том, что на остальных четверых пациентов мазь подействует, и их шрамы станут менее дубовыми, у меня сомнений практически не было, а вот с этим демоном… руки бы его травникам поотрывать: как можно было оставить ребёнка в таком состоянии⁈ И почему никто его мне не показал, раз сами возиться не захотели⁈ В одной же Цитадели работали!

– Хорошо,– раздался его хриплый голос.– Я согласен.

– Тогда одевайся и пошли,– тут же решительно встала со стола, развернулась, в голове проворачивая список того, что нам понадобится. Подхватила сумку и стала складывать в неё всё, что могло пригодиться.

– Куда? – тут же отозвался демон.

– Я не могу объяснять одно и думать о другом одновременно,– отмахнулась.– Если доверяешь, то просто иди за мной.

Лидасу, судя по лицу, такой расклад не слишком понравился, но он всё равно натянул рубашку и вышел вслед за мной из лаборатории. Мы быстро пересекли целительский корпус, я буквально влетела в кабинет местных хирургов, но там никого не было. Хотя, что нам, я ж теперь преподаватель, имею право пользоваться всеми помещениями. Так что уверенно завела демона в операционную, особого обеззараживания для демонов не требовалось, так что просто переоделась, забрала волосы в тугой высокий хвост, чтобы не мешали, и указала подопечному на кушетку. На самом деле проводить все манипуляции я могла и в лаборатории, там различных составов хватало, но меня больше всего интересовал свет операционных ламп. Так что специально подкатила парочку к кушетке, уселась рядом на высокий стул, вооружилась скальпелем.

– Не шевелись,– скомандовала демону.

Поддела лезвием слой ороговевшей кожи, надрезала. Тут же промокнула потекшую черную кровь, внимательно присмотрелась к срезу. А ведь так и есть, эта заражённая кожа вплавлялась в здоровую. Создавалось ощущение, что новая кожа вырастала, затем прилипала, как будто вживлялась в ороговевший слой,– и отмирала, запуская процесс роста новой кожи.

– Да такими темпами она же гнуться перестанет,– выдохнула ошарашенно.

Лидас шумно сглотнул.

– Я поэтому и пришёл всё-таки,– раздался его тихий хриплый голос.– Подвижность теряется с годами. Я бы ещё понял, если бы кожа трескалась, но ведь просто деревенеет.

– Значит, так,– отложила скальпель, нырнула в сумку.– Резать по живому я не хочу. Лишняя боль, да и прям такая уж скорость не требуется. Будешь приходить ко мне каждый день вечером после занятий, будем обрабатывать тебя вот этим,– выложила склянку с густой белой мазью.– Заставим старую кожу отмереть быстрее, а новую нарасти. И поймаем момент до того, как она начнёт врастать.

– А зачем мне приходить к тебе? Я и сам смогу намазаться,– пожал плечами демон.

– И вот этим ты тоже пользоваться сможешь? – хмыкнула, показывая большой модифицированный шприц с пятью иглами.– Загонять-то будем под кожу. Так что без разговоров. Понял?

– Понял.

– Ну и отлично. Хоть увижу, как ты под всем этим выглядишь,– хмыкнула.– Любопытно же.

А Лидас, кажется, смутился. При его от природы почти черной коже сложно понять.

– Лежи смирно, сейчас и начнем,– заправила мазь в шприц и начала обработку. Всё-таки удобно работать с демонами – болевой порог высокий, выносливость и гордость большие – лежит, не шелохнётся, не пикнет. А ведь это довольно болезненная инъекция. Пришлось встать со стула и в полусогнутом состоянии обойти кушетку – обрабатывала весь периметр торса. Почему-то бока пострадали не так, поэтому сейчас Лидас немного напоминал черепаху, но с панцирем только сзади и спереди. Пока колола – не слишком замечала, но как остановилась и разогнулась – охнула: мышцы ныли, плечи забились в камень. Чуть размявшись, кивнула пациенту, что можно одеваться. Сама прикинула, что надо будет этой мази приготовить впрок. Так её, конечно, ещё не применяли, всё равно эксперимент, но не думаю, что от этого её свойства изменятся.

– Не жди быстрого чуда, убирать и подрезать будем с краев по чуть-чуть.

– Я вообще никакого чуда не жду,– демон отвернулся, натягивая рубашку.

– Эт ты зря. На кудесника же учишься, на травника. Твоя профессия – творить чудеса, спасать народ.

– Ага, от поноса,– фыркнул Лидас, чуть повеселев.

– Ну, это уже твой выбор, от чего. Но поверь мне, спасённые от поноса будут тебе не менее благодарны, чем спасённые от меченой стрелы.

Лидас кивнул, принимая к сведенью, подошёл ко мне, нависая.

– Спасибо,– проговорил и протянул мне руку.

– Спасибо скажешь, когда закончим,– твердо выговорила, но предплечье пожала. Правда, обхватить его бугрящуюся ручищу у меня пальцев не хватало, так что просто прижала их.

– Я всё равно уже тебе благодарен,– с какой-то странной интонацией проговорил демон и вышел из операционной.

А я только брови приподняла: это типа важен не подарок, важно внимание? Э, нет, в медицине такое не работает. Планирую всё-таки биться за результат.

Встряхнулась, подхватила с пола сумку. Прижала руку с двери операционной, чтобы маги-уборщики знали, что помещение надо обработать, и направилась в башню Хэлмираша – меня ещё ждал захватывающий вечер в обнимку с книжкой по этикету.