Текст книги "Вторая жизнь. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Ксения Чудаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 28 страниц)

Глава 14

Я только и могла, что таращиться на… по сути, Правителя, если верить тому, что полноценные белые татуировки могли быть только у него. Вот демон перестал смеяться, со стоном разогнулся, перевернулся, и я смогла разглядеть его лицо.

– Маалар,– выдохнула, узнавая Советника. Бывшего. А теперь Правителя. И, судя по всему, я попала на его ритуал смены цвета.– Все, мне хана,– простонала обреченно.

Но, видимо, настолько была рада, что передо мной всё-таки что-то знакомое, а не этот страшный сгусток тьмы, что даже не испугалась возможности покинуть этот мир быстро и с переломанной шеей, к примеру.

Маалар вновь хрипло рассмеялся, кое-как усмирил дрожь в теле, подполз ко мне, неловко перебирая руками по полу: его ноги двигаться отказывались. Приподнял тяжелое непослушное тело, принял сидячее положение, откинулся спиной на стену, надсадно дыша. Было очень странно видеть этого самоуверенного демона в столь жалком состоянии. Правда, жалости он даже сейчас не вызывал.

– Кто ты? – сипло спросил Маалар, смотря на меня с какой-то шальной улыбкой-оскалом на усталом лице.

– Хочешь узнать имя прежде, чем проломить мне голову? – видимо, весь страх выгорел, теперь боялось только мое тело – меня трясло. Но мозг от пережитого ужаса как отупел. Или адреналин взыграл. В любом случае, страшно мне не было.

– Что-то вроде того,– хмыкнул Маалар, прикрывая глаза.

– Ноат,– проговорила с несколько истеричным смешком.– Инс-Наур.

Когда в меня прямо впились прищуренные глаза Правителя, я наконец поняла, почему они изначально показались мне странными, однако думала, что все из-за темноты. Но нет, белки глаз у него действительно стали черными, а вот радужка белой. Жуткое сочетание, честно говоря. Нормально это или нет – Хараш знает, я же раньше Правителей никогда не видела.

Маалар склонил голову памятным для меня жестом, сощурился. Потом с трудом поднял и положил мне на плечо свою тяжеленную руку. Я вздрогнула, прогибаясь под ее весом.

– И ведь не врешь,– хмыкнул он, спустя несколько секунд.– В прошлое свое появление ты принесла много пользы. И вот второе… и уже есть результаты,– оскалился демон.– Нет, убивать я тебя не буду. По крайне мере, пока ты не вредишь моему народу. Но, что-то мне подсказывает, что делать ты этого и не будешь. И никому не расскажешь, что ты сегодня видела и делала тут,– проговорил он совершенно буднично.– Иначе… Мне, конечно, будет очень жаль терять молодого перспективного дипломата и не менее перспективного травника…

– Дальше можешь не продолжать! – резко перебила, не желая слушать все эти ужасы.– Никто ничего не узнает. Без вариантов.

– Превосходно,– оценил Правитель, снова откидываясь на стену и роняя руку с моего плеча.

Вдруг раздался щелчок, и по периметру пола пролегла дорожка огня, дополнительно освещая комнату. Только в полуметре от сидящих нас огонь затух. Маалар открыл глаза, обвел взглядом комнату.

– Что это значит? – наудачу спросила. Я же уже все равно пообещала молчать, так, может, что интересного мне расскажут.

Маалар, видимо, придерживался схожего мнения, так как ответил:

– Это значит, шаман Центральной Цитадели почувствовал, что я поглотил всю тень и пришел в себя. Меня признали полноценным Правителем.

– Поздравляю,– вырвалось.

Правитель усмехнулся и посмотрел на меня безумными, как будто пьяными глазами. Сглотнула, слабо себе представляя, насколько же сильное существо сейчас сидит рядом со мной.

– Погоди, а почему полноценным признали только сейчас? Ли говорил, что прошлого Правителя уже довольно давно сменили,– нахмурилась. Что-то у меня не сошлось два и два.

– А как его сменили, он не сказал? – сощурился Маалар, мотнул головой, чиркнув рогами по стене.

– Не-а. Просветишь? – нет, мое любопытство родилось определенно раньше меня. И раньше моего инстинкта самосохранения. А проживет явно дольше, чем владелица.

Демон оскалился:

– И снабдить тебя запрещенными знаниями, которые даже не всем шаманам-то известны? – сощурился, смерил меня взглядом. Остановился на правой ноге, вдруг бесцеремонно схватил за поврежденную лодыжку, вынуждая меня сдавленно выругаться от боли. И снова сжал, ставя на место вывихнутый, а не сломанный, как мне сначала показалось, сустав, что, правда, орать мне, как резанной, от боли не помешало. При этом рисунки на коже зашевелились, но не исчезли, а видоизменились, добавилось несколько штрихов.

– Пламя Хараша, ты что творишь⁈ – попыталась вырвать ногу, но пока демон не соизволил сам ее отпустить, ничего толкового не выходило.

– Мне тут сидеть ещё часа три-четыре. Это скучно,– довольно оскалился демон.– А так ты физически теперь не в состоянии предать меня и рассказать о том, что будет сказано в этих стенах, если жить хочешь. Сможем поболтать.

– Да кто тебя просил⁈ – взъярилась я.– Что это все означает⁈ – вытянула пострадавшую ногу.– Как ты вообще умудрился на человека наложить демонические татуировки⁈

Маалар поморщился от громкости моего голоса, флегматично пожал плечами:

– Правителю не требуется ничье разрешение или просьба. Это во-первых. Во-вторых, это знак принадлежности к моему роду. Неполный, конечно. Грубо говоря, часть твоей ноги принадлежит лично мне. И я могу изменять рисунок в определенных пределах. А вот в-третьих,– Маалар хмыкнул.– Не имею ни малейшего понятия, как вообще тень смогла проникнуть в твое тело. Потому что дальше распространить я ее сейчас уже не могу. Как и убрать. А практики, когда во время ритуала демон кого-то касается, тем более при расширении на белый цвет,– сама понимаешь, нет.

– И чем мне это грозит? – хмуро оглядела черную вязь на бледной коже. Нет, красиво, конечно, мне и старые мои татуировки нравились, но вот то, что теперь этот рисунок связывал меня с Мааларом,– напрягало нещадно.

– Да ничем, скорей всего. Тени слишком мало, и ты – человек, доступа к ней не имеющий,– отмахнулся демон.– Максимум, так это то, что я смогу определять твое местоположение с точностью до пары метров. Все. Никакой магии у тебя от этого не появилось.

– Спасибо, мне и так новой магии за глаза хватает! – буркнула, поморщившись.

– Кстати, об этом,– Маалар соскользнул по стене, переполз, расположился на боку передо мной, нисколько не смущаясь собственной наготы.– Как ты вообще тут оказалась?

Я с кашлем отвернулась, стащила жилетку, бросила ее демону:

– Прикройся.

Не то чтобы мне это прямо так мешало, но все равно было как-то неуютно. Демон не стал ерничать, накинул предложенную ткань на бедра.

– Я всё ещё жду ответа,– напомнил.

Как будто я могла об этом забыть!

– Не имею не малейшего понятия,– передразнила Маалара. Но всё-таки поторопилась добавить: – Серьезно, не знаю, как это работает,– пусть мне и не хотелось делиться с этим ушлым демоном своими новыми возможностями, но врать Правителю… нет, не хочу лишиться обоих сыновей.– Я только несколько дней, как в этом мире. Здесь я умерла и…

– Я знаю,– качнул головой демон.– Информация о твоей жизни никогда не выходила из-под моего внимания. Как и о смерти. Ты всегда была слишком близко к тем, в ком я заинтересован. Как видишь, не прогадал. Ты же уже знаешь, какие изменения прошли в твоем роду, Инс-Наур,– хмыкнул, выделяя мою фамилию.– В этом есть твоя существенная заслуга, пусть и косвенная. Значит, ты вернулась недавно и…– Маалар выгнул бровь.

– И оказалась обладательницей специфической портальной магии,– вздохнула.– Могу перемещаться без кристаллов и прочего. Только вот совершенно это не контролирую. Вообще не понимаю, как меня могло сюда перенести, никогда ж в этом месте не была. Да что там, я даже не могу почувствовать местную магию в принципе!

– Ну хоть теперь ощутишь себя нормальной демонессой,– иронично оскалился Правитель.

– То есть? – нахмурилась.

– Они так же не чувствуют тени. Хотя видят ее. И могут применять в качестве усиления демона после ритуала объединения цвета. Но сами не понимают, как это работает.

– А ты, значит, понимаешь? – сощурилась, смотря в белые глаза.

– Конечно,– снисходительно заметил Маалар.– Демон всегда лучше поймет тень.

– Потому что вы с ней дело имеете,– отмахнулась.

– Разные начала взаимодействуют лучше.

– То есть? – непонимающе посмотрела на демона.

Тот откинулся на спину, сложил руки под затылком, покосился на меня.

– Кто считается отцом нашей расы? – спросил он вдруг.

– Хараш,– ответила, все ещё ничего не понимая.

– Верно. Но для получения потомства одной особи мало. Так кто же выступает матерью?

Интересный вопрос, я нахмурилась, понимая, что ни разу, ни в одной легенде, что мне когда-то удалось прослушать в Южной Цитадели, не упоминалась мать расы демонов, тогда как о Хараше вещали через слово и на каждом углу.

Правильно оценив мое молчание, Маалар ответил на свой вопрос сам:

– А матерью нашей расы является противоположность Хараша – Тень. Именно она одаривает нас способностями, с помощью которых мы, демоны, должны защищать нашу расу. И поэтому, как заботливая мать, перекрывает доступ к силе демонессам, потому что нечего им делать на поле боя. Но и учит нас, демонов, что для того, чтобы обрести полную силу и контроль, нам необходима крепкая семья и жизнь в согласии со второй половиной.

– А Хараш? – выдохнула тихо. Слушать это полулегенду-полуправду, озвученную глубоким хрипловатым голосом, было очень интересно, несмотря на обстоятельства.

– А Хараш дает демонессам стойкости. Возможность стабилизировать нашу тень именно от него. Демонессы не горят в огне тени, не чувствуют боли при ритуалах, все достается нам. И даже настоящий огонь,– Маалар в задумчивости протянул руку к дорожке огня у края пола, прикоснулся к пламени. На лице не дрогнул ни единый мускул, но кожа на ладони демона покраснела, а через некоторое время лопнула, показалась кровь.

Я рефлекторно хлопнула по его предплечью:

– Прекрати!

Маалар вынул руку, невозмутимо посмотрел, как прямо на глазах ожог третьей степени затянулся!

– Меня спасают силы Правителя. У демонессы бы чуть кожа покраснела,– совершенно серьезно проговорил он.

– А мне у магов крови в их пещерах было очень жарко и плохо,– задумчиво проговорила, разглядывая абсолютно здоровую руку Маалара. Только потом поняла, что сморозила. И при ком.

– У тебя тело вообще непонятно чьей милостью было одарено. Ты почти всю тень отдавала Энсаадару каждый раз при ритуалах, но при этом продолжала сохранять часть ее в себе,– пожал плечами демон, не выражая никаких эмоций, и только в белых глазах мелькнуло что-то такое, что заставило меня поежиться.– А маги крови потому и подлежат тотальному уничтожению, что осквернили Тень своими недостойными телами. Превратили ее из нашей защиты в оружие, направленное против нас. Но, я думаю, тебе будет приятно узнать, что больше ни одного мага крови в живых уже нет. Я не принял бы титула Правителя, пока не истребил всех до последнего. Сложно одновременно заниматься политикой и охотой.

Я прокашлялась, очищая горло, и торопливо спросила, переводя тему:

– Так что там особенного произошло при твоем восхождении на престол демонов?

Демон хмыкнул, снова перевернулся на бок, посмотрел на меня в упор:

– Ну у тебя и формулировки. Обычно Правителя мирно сменяет преемник. После подготовки, длящейся десятки лет. Причем, чаще всего преемник заранее вступает в род Правителя, чтобы не было смены правящего рода в Совете. И да, обычно это идет только на пользу. Но не сейчас. Я не захотел дожидаться своей очереди, да и менять род в мои планы не входило. Так что я вызвал старого Правителя на поединок. И нет, не надо на меня смотреть такими большими глазами,– хищно улыбнулся Маалар.– Я его не убил. Достаточно было доказать, что я сильнее. Нас обоих оттуда на носилках уносили, но я был в сознании дольше. Так что шаманы признали меня победителем. И новым Правителем, потому как старый уже не мог претендовать на этот цвет после поражения. Но и принять новый цвет сразу же я не мог, сначала надо было восстановиться, потом всё-таки пройти подготовку. Потом принять контуры и привыкнуть к ним. И вот сегодня у меня последнее полноценное посвящение в новый цвет,– довольно оскалился демон.– Перед тобой полноправный Правитель всех демонов, какие имеют хоть малейшие рисунки на теле.

– А дикие? – тут же спросила я.

– Ты отстала от жизни, деми,– хмыкнул Маалар.– Дикие истреблены.

Сглотнула: пусть это даже дикие, но говорить об этом так просто… демоны и их менталитет в разрезе.

– Если быть совсем точным, то мне понравилась тактика, примененная Даареном. Не зря я этого демона в свое время розгами гнал вперед.

– Ты убил всех, кроме детей? – голос существенно так сел.

– Именно. Я пощадил младенцев. Их забрали и распределили по Цитаделям. Сейчас это уже полноценные демоны, служащие на благо империи и даже не думающие о жизни без контроля тени.

Промолчала. Говорить, что это жестоко, было глупо и поздно. С Даареном же не спорила. Да и кто я такая, чтобы судить демонов и их действия? Особенно учитывая, сколько горя приносили дикие кланы.

– Маалар,– подала голос спустя несколько минут молчания.– А у тебя дети есть?

То, что у него есть жена, даже не обсуждалась – демону без ритуала разделения цвета таких высот не достичь.

– Есть,– спокойно отозвался Правитель.– Два демона и две демоницы. Взрослые уже довольно-таки.

– И ты за них не переживаешь? – пристально посмотрела в белые глаза демона.– Ведь ты не просто занял место старого Правителя, ты и целый род лишил правящего положения, поставив выше всех свой род потомственных шаманов. Или я в чем-то ошибаюсь?

– Ошибаешься,– Маалар чему-то улыбнулся.– Но не во многом. Мой род не является родом шаманов, их поколениями давала империи конкретно моя ветвь рода. Но в остальном ты права, я существенно потеснил Сур-Арашей. И не думаю, что они в ближайшие лет пятьдесят мне это простят. Но за детей мне можно не переживать, ни один демон, из ныне живущих, кроме троих поверенных, не знает, как они выглядят.

– Что? – непонимающе посмотрела на Правителя.

– Маленькая деми,– склонил голову Маалар, снисходительно глядя на меня.– Я со своего тридцатилетия знал, кем стану. И добивался этого всеми возможными способами. Соответственно, я изначально отдавал на воспитание своих детей в другие семьи ветви. У многих шаманов нет детей, поэтому существует такая практика.

– Но… как же… а их мать⁈ – у меня в голове не укладывалось! Сознательно отдать своего ребенка в чужую семью⁈

– Деми,– на этот раз на меня смотрели уже с укоризной.– Я не только себя готовил к этому цвету. Я и демонессу себе выбирал сам. Она знала, на что шла. И не переживай ты так, я вижусь со своими детьми, жена тоже, но она существенно чаще. И мои дочери и сыновья знают, кто их отец. И какая опасность может им угрожать сейчас, когда я только в начале своего пути, тоже осознают. Они – часть моего народа. Делая что-то на своем нынешнем месте и создавая новые условия для жизни, я, в том числе, делаю это и для них,– усмехнулся демон.

Я покачала головой. И ведь, конечно, в логике Правителю не откажешь… Но как-то это слишком… Даже слов подобрать не могу. Расчетливо, что ли.

– Кстати, о детях,– протянул Маалар, подтягивая к себе дрожащую черную ногу в белых рисунках и критически осматривая. Но только скривился и отпустил: управлять своими нижними конечностями он все ещё толком не мог.– У тебя выросли занимательные сыновья. Все в мать, приносят немало пользы.

Я сощурилась, озаренная внезапной догадкой:

– Это ты лично протолкнул идею о том, чтобы Ли попал в делегацию. Зачем?

– А как ты думаешь, зачем мне в первой мирной договорной делегации молодой, симпатичный и обученный демон? Особенно, когда только-только представлена двору будущая императрица человеческого государства? – со смешком посмотрел на меня Правитель.

– Да ты шутишь! – вырвалось у меня.

– Нет, пусть ты и не совсем права, но нет, не шучу. Конечно,– осклабился Маалар,– такого успеха я не ожидал. Но на дружбу, симпатию к расе в целом и улучшение отношений рассчитывал, пусть и никаких инструкций на этот счет никому не давал. То, что там в итоге натворил твой сынок – это его личная импровизация. Полностью меня устраивающая, надо признать.

– А в чем я не совсем права? – буркнула, недовольно смотря на демона. Ну вызывали у меня отторжение и опасения его игрища политические. Тем более когда они напрямую касались моей семьи.

– Конкретно Ликаарда я никуда не продвигал. У меня были списки молодых демонов-дипломатов. Твой сын просто оказался одним из лучших.

Это меня порадовало. Всё-таки считать что-либо своим личным достижением, которого ты добился трудом, а потом узнать, что тебе его за красивые глаза… или витые рога, как тут говорят, дали – это крайне неприятно. Думаю, Ли оценил бы так же.

– Стой,– память подкинула несостыковку.– Почему ты назвал принцессу будущей императрицей? Она же вторая по порядку наследования.

– Потому что ее старший брат никогда не станет императором,– флегматично ответил Маалар, но белые глаза на миг потемнели, заполнившись тенью.

– Почему?

– А вот это уже информация совсем не для твоих ушей. Большая политика – вещь опасная.

– Но ты втравил в неё моего сына!

– Поверь, он далек от настолько большой политики. И никогда до неё не дотянется, даже если в один прекрасный момент он магическим образом станет императором людей. Это ещё не обеспечивает абсолютной власти. А следующим Правителем ему не быть.

Мрачно окинула демона взглядом:

– А ты уже знаешь, кто будет следующим Правителем?

– Конечно. И слежу за его развитием. Пока что меня в процессе все устраивает, так что я не привлекаю к нему слишком много внимания.

– И как у тебя глаз и ушей хватает за всеми наблюдать? – только подивилась.– Я, мои дети, Даарен с Даамаром и явно ещё туча демонов!

– Тень,– пожал плечами Маалар.– И шаманская ветвь.

– Погоди,– я дернулась.– Так ты реально держишь всех, кто тебя интересует, на связи с собой? Но как, ты же не шаман и ни в какой цвет их не посвящал!

– А почему, как думаешь, я почти с детства знал, кем буду? – взгляд белых глаз буквально пригвоздил меня к стене.– Подобная способность – моя личная аномалия. Случайный набор генов, который мог родиться сугубо в такой ветви рода, как моя. Я могу чувствовать и крепить на себя всех, кого только смогу удержать. А сейчас,– Маалар облизнул потрескавшиеся темные губы, поднес ладонь, перечерченную белыми линиями, к лицу.– Моя сила практически безгранична.

– Жуть,– честно выговорила я.– Но для разумного Правителя – идеально. Надеюсь, ты будешь разумным Правителем.

– Я уже им являюсь, деми,– с улыбкой произнес демон.

Только плечами пожала в ответ. Потому что, прав он или нет, покажет время.

– Как семья восприняла твое возвращение? – неожиданно спросил Маалар.

Удивленно посмотрела на него: с чего бы вдруг подобного демона заинтересовал этот вопрос?

– Мне скучно,– пояснил Правитель, устав лежать на боку и снова откидываясь на спину.– Расскажи что-нибудь. Ты влилась обратно в семью? Ликаард последние пару дней ходит весь счастливый, аж светится. Даже по линии связи заметно. Я не мог отвлечься на сей феномен раньше, да и думал, что все связано с объявлением фаворита принцессы. А теперь уже не уверен в этом.

– Мы поладили,– улыбнулась, чувствуя тепло в груди.– И с Майей – дочерью, тоже. С Тигром сложнее,– вздохнула.– Он был слишком маленьким, когда меня не стало. Но у нас есть общие темы, я буду готовить его к экзаменам.

– Готовь,– серьезно кивнул Маалар.– Мне нравится идея заменить верховных травников хотя бы в паре Цитаделей на демонов. Потому что глупо, согласись, специфическое лечение нужно именно нам, а собственных лекарей у нас толком никогда не было. Вся жизнь отдана войне, а лечат нас люди да эльфы. Неразумно.

– Соглашусь,– хмыкнула.

– Да-да, про то, что после того, как ты появилась в Академии, там организовали целый курс для демонов, я знаю,– бросил на меня взгляд демон.– Ещё один твой вклад в развитие отношений демонов и остальных рас.

– Косвенный.

– Да, не желай этого же Дориарх и Даарен – ничего бы не вышло,– качнул головой Правитель, напрягаясь и вновь пытаясь поднять нижние конечности. Сжал пальцы на ногах, кивнул сам себе.– Уже лучше. Кажется, наш срок пребывания тут будет короче, чем я предполагал.

– Так, может, я смогу помочь? – тут же двинулась вперед, но была остановлена вскинутой рукой.

– Не надо. Обожжешься,– вздохнул Маалар.– Тут уж либо сам, либо никак.

Я вернулась на свое место, с него внимательно оглядывая демона. Странно, он не казался таким уж горячим, по крайней мере ощутимого жара от него не шло. Ну да ему лучше знать.

– Теперь твоя очередь рассказывать,– решительно выговорила я.– Что собираешься дальше в политике творить, раз уж стал настоящим Правителем?

Маалар покосился на меня со скептицизмом, но всё-таки проговорил:

– Собираюсь максимально выжать все, что только можно из мирных договоров с людьми, создать торговый союз. Сам к ним пока не сунусь, нечего символу абсолютной власти и силы делать на их территории, но хороших дипломатов у нас достаточно. В отличие от травников,– подмигнул мне.– Я бы не отказался, если бы ты поспособствовала открытию подобной школы и у нас. Но, понимаю, такое не в твоей власти. Однако обсуди этот вопрос с Дориархом, как определишься с дальнейшей профессией.

Тихо рассмеялась: да уж, этот и здесь своей выгоды не упустит. Другой вопрос, что теперь его выгода во многом равносильна выгоде для всей расы.

– Если с людьми все срастется, то там и эльфы с дварфами под шумок пару договоров подпишут. Не государственного масштаба, конечно, но нам на первое время хватит. И аллары больше не смогут игнорировать всю нашу приземленную возню.

– Ты с ними даже не пробовал договариваться ещё? – не поверила я.

– Глупостей не говори, пробовал, конечно. Но у них сейчас свои дрязги, передел власти, золотые аллары свержены и залегли в горах, огрызаясь. Оппозиция сцепилась с остатками верных золотым, а на заднем плане зарождается новое движение. Вот к нему я намерен присмотреться, есть там выгодные идеи. Но пока говорить среди них толком не с кем.

– Золотых алларов свергли? – внезапно, однако. И как Ани это перенесла? Надо бы связаться с Хакетом, узнать, как у них дела. Не поэтому ли она тогда не пришла с мужем на мою вечеринку по поводу возвращения? – Но они же все там поголовно оракулы!

– Поэтому и живы до сих пор,– жестко усмехнулся Маалар.– По большей части. И тоже присматриваются к новым веяньям, не желая исчезать совсем. Да и новоявленные хотят сохранить золотых, как символ стабильности. И способности такой крови терять откровенно жалко. Нет, нам бы дышать стало свободнее, если бы всех золотых там повырезали, но кто придет после них… Слишком далеко Небесный город от меня. Повлиять сложно. Только предложить сделку.

– И за что их свергли? Столько лет вроде всех все устраивало…

– А это у алларов вроде национального вида спорта – раз в лет так сто они устраивают попытку переворота. Но правящая династия всегда это дело быстро пресекала. Надо отдать должное, нынешний Золотой двор продержался дольше остальных, лет так сто пятьдесят никаких волнений не было. Но их элита не перенесла такого оскорбления, как женитьба одной из золотых на человеке. Пусть это была и ненаследная принцесса с физическим дефектом, но недовольство стало повышаться и вылилось в полноценный переворот.

Я молча переваривала полученную информацию. А Маалар наконец смог подтянуть ноги к груди, удовлетворенно кивнул, с глухим рычанием перевернулся, поднялся на четвереньки. На его лице на мгновение отразилась боль. Но я помощи гордому демону больше не предлагала. Понадобится – сам попросит. Однако что-то мне подсказывало, что этого не будет. И, действительно, Правитель на четвереньках добрался до стены, отдышался, ухватился за неё и медленно поднялся во весь рост.

Я тоже встала, поморщилась от боли в лодыжке, внимательно посмотрела на демона. Пусть в габаритах он знатно уступал тому же Энсаадару, но в его присутствии шея сама стремилась опустить голову в поклоне. А ведь это он даже ещё не трансформировался. Интересно, как бы его видела, будь я в старом теле? Эх, тяжело в деревне без нагана. То бишь в мире с магией без истинного зрения. Или хотя бы без правильного демонического.