Текст книги "Женская история Битлз"

Автор книги: Кристина Фельдман-Баррет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

Интересно, что часть нападок, которым Арнольд подвергалась, когда выходили ее еженедельные музыкальные обзоры в калифорнийской прессе, была реакцией на ее критику в адрес группы Rolling Stones – извечных предполагаемых соперников «Битлз». Ну и, несмотря на то что карьера Джины пришлась не на середину 1960‐х годов, а на начало 1980‐х, ей тем не менее пришлось столкнуться с институциональными структурами в журналистике и музыкальной индустрии, где женщине приходилось довольно неуютно. В интервью 2001 года газете «Ист Бэй Экспресс» – той самой, для которой она когда-то писала еженедельные колонки, – эта тема прозвучала, и Джину прямо спросили, считает ли она, что негативные отзывы, которые она получала, были обусловлены ее гендерной принадлежностью. «Тогда мне казалось, что дело не в этом, – начала она было, но быстро поправилась, – хотя в последнее время я думаю: […] а как бы сложилась моя карьера, если бы в конце статьи значилось не „Джина Арнольд“, а „Дж. Арнольд“». В начале 2000‐х годов Джина Арнольд оставляет музыкальную журналистику, а в 2011 году получает докторскую степень в Стэнфордском университете.

Для поклонниц, которые познакомились с «Битлз» в 1960‐е годы, то есть застали период их существования как группы, этот коллектив явился не просто символом профессиональной творческой деятельности. Карьера «Битлз» развивалась параллельно с растущим в обществе осознанием того, что некоторые девушки видят себя в будущем на профессиональном поприще, где их талантам и интересам нашлось бы достойное применение. К началу 1970‐х годов в социуме предпринималось все больше усилий для поддержания карьерных устремлений вчерашних школьниц. В 1974 году некая американка, педагог и консультант по профессиональному ориентированию школьников, отмечает, что школьная программа долгое время «…предлагала стереотипные представления о мужчине и женщине», когда «девушки и женщины изображались покорными, лишенными воображения домашними тихонями без авантюрной жилки (Нэнси Дрю[485]485
  Нэнси Дрю (англ. Nancy Drew) – получивший международную известность литературный и кинематографический персонаж, девушка-детектив. Ее автор – Эдвард Стратемаэр, основатель книжного издательства «Синдикат Стратемаэра». Впервые появляется в повести «Нэнси Дрю и тайна старых часов» (1930). Книги, над которыми работал коллектив анонимных авторов, выходили под коллективным псевдонимом Кэролин Кин в течение почти тридцати лет, за которые характер героини эволюционировал в ответ на изменения в американской культуре и вкусах, хотя возраст ее при этом не менялся. – Примеч. пер.


[Закрыть], разумеется, не в счет)». Неудивительно, что «Битлз» представляли собой куда более интересные ролевые модели.

I Want to Tell You [486]486
  I Want to Tell You (Хочу сказать я) – песня Джорджа Харрисона из альбома Revolver (1967). – Примеч. пер.


[Закрыть] : женщины – ученые и исследовательницы творчества «Битлз»

В 1966 году, завершив последнее турне, «Битлз» приняли решение, что их дальнейшая творческая судьба будет студийной, связанной со звукозаписывающими технологиями. Хотя записанный в том же году альбом Revolver (1966) уже намекал на движение в этом направлении, теперь решение было принято окончательно. Выступая на концертах на фоне неутихающих воплей, «Битлз» чувствовали, что во время исполнения вживую теряется их «собственный голос». На кадрах выпусков новостей за декабрь 1966 года, запечатлевших прибытие участников группы в студию EMI для записи композиций альбома Sgt. Pepper’s Lonely Hearts Club Band, «Битлз» даже выглядят по-новому. Джон Леннон впервые предстает на публике в тщательно скрываемых и не любимых ранее очках, пусть и в новой оправе, позаимствованной им у героя, которого он сыграл в фильме Ричарда Лестера «Как я выиграл войну» (How I Won the War)[487]487
  «Как я выиграл войну» (How I Won the War) – сатирическая комедия английского режиссера Ричарда Лестера о Второй мировой войне, рассказывающая о судьбе взвода лейтенанта Гудбоди в Северной Африке. Джону Леннону в ней досталась роль рядового Грипвида, робость и неуверенность которого подчеркивали круглые «бабушкины» очки, выдаваемые в армии бесплатно. С детства страдавший близорукостью Леннон, вынужденный скрывать это во время выступлений, превращает круглую форму очков в свой фирменный стиль. Это очень контрастировало с тяжелыми роговыми оправами, которые носили все. – Примеч. пер.


[Закрыть] (1967). Пол Маккартни позднее скажет, что каждый член группы мечтал отдохнуть от коллективной битловской идентичности, которая стала казаться слишком зарегламентированной и ригидной.

Как мы писали в главе 2, именно выход альбома Sgt. Pepper в 1967 году знаменовал собой водораздел в массовом восприятии группы. Кэти Капурч отмечает, что именно с этим альбомом «…„Битлз“ уходят от пресловутых визжащих и падающих в обморок девушек, чтобы прямиком оказаться на слуху у зрелой мужской аудитории поклонников музыки». Американская феминистка Аманда Маркотт считает Sgt. Pepper провозвестником новой эры, «…когда рок перестал быть музыкой девушек и стал музыкой мужчин»[488]488
  Marcotte A. Against Sgt. Pepper’: The Beatles Classic Made Pop Seem Male, Nerdy, and «Important» – and That Wasn’t a Good Thing // Salon. 2017. May 29.


[Закрыть]. Хотя многие девушки и женщины оставались битломанками, тем не менее именно в этот момент в битловском нарративе начинают доминировать мужские голоса, которые все больше и больше берут его под контроль. Интеллектуализация «Битлз» и их музыки отныне становится мужским делом. Хотя в 1967 году для журналов и газет статьи пишут журналистки и женщины – музыкальные критики, женщину как высококлассного специалиста в области рок-музыки, как правило, никто не воспринимает. По словам социального психолога Линды Л. Карли, «…поскольку женщина обыкновенно считается менее компетентной, чем мужчина, в контекстах, которые являются стереотипически маскулинными или недвусмысленно декларируются как отдающие предпочтение специалистам-мужчинам, мужское влияние получает целый ряд дополнительных преференций»[489]489
  Carli L. Gender and Social Influence // Journal of Social Issues. 2001. Vol. 57. № 4. Р. 734.


[Закрыть]. Если вспомнить, что к 1967 году маскулинизация рок-музыки начинает приобретать все более выраженный характер, то оценка Карли объясняет этот сдвиг в Битлз-культуре от женских голосов к мужским. В это же время крайне ограниченное количество женщин получило докторскую степень в Великобритании, США, Австралии и многих других странах.

Среди тех женщин, кому все-таки удалось защититься, – то есть среди дерзнувших получить официальное признание социума в качестве квалифицированных экспертов – большинство специализировались по гуманитарным и социальным дисциплинам. В принципе, акцент на критическом мышлении и качественном анализе в таких областях, как литература или социология, вполне могли бы позволить исследователю при достаточной аналитической подкованности изящно и убедительно рассуждать и писать о таком явлении, как «Битлз». Однако выбор феномена популярной культуры в качестве темы для докторской диссертации – сиречь заявление себя как специалиста в данной области – еще не воспринималось академическим сообществом как допустимая или распространенная практика. Университеты, в конце концов, были цитаделями высокой культуры и апеллировали к «сакральному», а не «профанному», к посвященным, а не к простецам. От молодой женщины, желающей, чтобы в ней видели такого же серьезного неутомимого исследователя, как и в ее сверстниках мужского пола, требовался более консервативный выбор. Любые стереотипические гендерные предрассудки (или предубеждения против женщин-ученых) только усугублялись бы диссертациями на темы, считающиеся легковесными и эфемерными.

Однако в том же 1966 году, когда вышел альбом Sgt. Pepper, был основан вестник популярной культуры Journal of Popular Culture. Его появление означало, что «…популярная культура начала приобретать атрибуты объекта научного и, как следствие, академического исследования». Пионером изучения таких феноменов, как комиксы, телешоу и рок-группы, в США принято называть Рэя Б. Брауна, который был главным редактором вышеупомянутого вестника, а в 1972 году основал кафедру популярной культуры при Университете Боулинг-Грин в штате Огайо. Вместе с тем, хотя еще в 1964 году английский социолог Ричард Хоггарт организовал Центр современных культурных исследований при Бирмингемском университете, а в вышедшей в том же году монографии культурологов Стюарта Холла и Пэдди Уоннела «Популярные искусства» (1964) отдельно рассматривается творчество «Битлз», данная область исследований все еще находилась на ранней стадии развития. Что немаловажно, создав Центр культурных исследований в Великобритании и кафедру популярной культуры в США, эти исследователи-мужчины сделали себе научное имя, а не принесли его в жертву. В подобном контексте глубокое осмысление «профанной», или «низкой», культуры расценивалось не как интеллектуальный конфуз, а, скорее, как смелое новаторство. Разумеется, это вовсе не означает, что в то время все представители академического сообщества мужского пола единодушно одобряли эти новые области изысканий. Однако сложно себе представить, чтобы их современницы и сестры по цеху могли претендовать на эту новую интеллектуальную территорию как на собственную. Напомним, женщинам-исследовательницам все еще приходилось бороться за право голоса в куда более конвенциональных дисциплинах.

Первые магистерские дипломные работы и докторские диссертации, написанные о Битлз, были завершены в конце 1960‐х – начале 1970‐х годов и в основном имели мужское авторство. Несмотря на появление таких институций, как кафедра популярной культуры и Центр современных культурных исследований, эти проекты были выполнены в рамках старых добрых факультетов гуманитарных и социальных наук. В 1973 году английский музыковед и композитор Уилфрид Меллерс представляет один из первых полномасштабных академических исследований о «Битлз» «Сумерки богов: музыка „Битлз“» (Twilight of the Gods: The Music of the Beatles). Однако даже к началу 1980‐х годов дипломные работы и диссертации на тему «Битлз» были, скорее, единичными явлениями и зависели от одобрения и поддержки прогрессивно мыслящего научного руководителя. Кэнди Леонард справедливо замечает, что «…даже мужчинам, изучавшим «Битлз» в 80–90‐х годах было сложно убедить свои кафедры, что это область, достойная серьезного анализа». Так было и с профессором факультета музыки Мичиганского университета Уолтером Эвереттом. Его, считающегося сегодня одним из ведущих специалистов по «Битлз», отговорили писать диссертацию о группе. Вместо этого он решил сосредоточиться на творчестве австрийского композитора-романтика Франца Шуберта. Тем не менее назревали перемены, которые позволили в последующие десятилетия исследовать музыку, творческий путь и культурное влияние «Битлз» с академических позиций, причем как женщинам, так и мужчинам.

Новые научные возможности поддержала созданная в 1981 году Международная ассоциация по изучению популярной музыки (International Association for the Study of Popular Music, IASPM), а в 1988 году – Института популярной музыки (ИПМ) при Ливерпульском университете. Хотя ИПМ находится в родном городе «Битлз», многие его студенты изучают совсем иные аспекты популярной музыкальной культуры. Тем не менее на официальном сайте института подчеркивается, что «…с момента основания ИПМ теснейшим образом связан с городом, в котором находится. Ливерпуль и все графство Мерсисайд являются центром и местом проведения наших исследований, точкой приложения общественного интереса и культурного воздействия». В данном контексте нелишним будет отметить, что долгие годы бессменным директором института является Сара Коэн, получившая докторскую степень в Оксфорде по специальности «социальная антропология». Она внесла серьезный вклад в изучение ливерпульского туризма и наследия мерсибита, а в ряде своих работ – и в анализ культурного влияния «Битлз» на их родной город. Как уже говорилось ранее, еще одной крупной фигурой здесь является ныне покойная исследовательница современной музыки Шейла Уайтли. Хотя ее работы о «Битлз» появились только в 1990‐х годах, это тем не менее анализ сквозь призму восприятия современницы, наблюдавшей «Битлз» в режиме реального времени. В своих трудах она одной из первых продемонстрировала возможность интерпретации «Битлз» и их творчества через гендерную оптику. Благодаря академической музыковедческой подготовке Шейле Уайтли удалось глубоко проанализировать музыкальные композиции группы и одновременно пропустить их тексты через социально-исторический контекст того времени.

Более широкие возможности для изучения «Битлз», открывшиеся в 1990‐х и 2000‐х годах, совпали с появлением когорты фанаток второго поколения, которые, годы спустя после распада группы, входили во взрослую жизнь, зная историю «Битлз» и весь корпус их песен. По-видимому, увеличивающаяся историческая дистанция между 1960-ми и современностью, а также официальный статус «Битлз» как выдающейся и даже «классической» рок-группы привели к тому, что академические исследования о них становились все более приемлемыми. Параллельно с этим в большинстве западных стран значительно возросло количество женщин, получивших докторскую степень, а в начале 2000‐х годов было официально объявлено, что в США их даже больше, чем мужчин. Этот сдвиг демонстрирует, как исторический контекст и меняющиеся социальные нормы непосредственно влияют на карьерные траектории молодежи. В постшестидесятническом мире, где молодые женщины испытали на себе влияние феминизма второй и третьей волны – или, по некоторым оценкам, в мире, уже вступившем в эпоху постфеминизма, – они не только больше заинтересованы в долгосрочной профессиональной деятельности (а не в получении временной должности), но и выбирают профессии, которые могут наилучшим образом отразить и выразить их идентичность, интересы и личный опыт. В случае с представительницами академического сообщества, с которыми нам довелось беседовать, их непреходящее увлечение «Битлз» сыграло в их профессиональном становлении определенную роль – либо безусловно главную, либо в качестве важнейшей отправной точки.

В 1992 году Тара Брабазон получила степень магистра истории, а темой ее выпускной квалификационной работы стали «Битлз». В пору нашей беседы Тара занимала должность декана по научной работе Университета Флиндерса в Аделаиде, а в январе 2019 года была награждена медалью ордена Австралии[490]490
  Орден Австралии – награда, которой отмечаются граждане Австралии и прочие лица за выдающиеся достижения и заслуги. Учрежден 14 февраля 1975 года королевой Елизаветой II по рекомендации правительства Австралии; до учреждения ордена граждане Австралии получали награды Великобритании. Имеет пять степеней. Медаль ордена Австралии (OAM; Medal of the Order of Australia) – награда пятой степени – вручается за особые заслуги, инсигнии состоят из знака без эмалей на нагрудной ленте (для дам – на синем нагрудном банте, который носят на левом плече). – Примеч. пер.


[Закрыть]. Брабазон считает «Битлз» элементом своей «первичной социализации». Она вспоминает, что их музыка постоянно звучала в ее детстве благодаря любви к ним членов семьи, и особенно старшему брату. Когда в пятилетнем возрасте Тара начала брать уроки игры на гитаре, случился еще более непосредственный контакт с музыкой «Битлз» благодаря полному сборнику Beatles Complete.

Когда Тара, заканчивая магистратуру, приступила к написанию выпускной квалификационной работы, тему ее на «крайне конвенциональном, крайне консервативном» историческом факультете Университета Западной Австралии магистрантке утвердили не без труда. Она решила сосредоточиться на визуальной истории группы и, возможно, одной из первых в академическом сообществе написала о принципиально неверной оценке девушек-битломанок. Тара вспоминает: «Тут я прямо насмерть стояла, потому что считала, что женщин… в историографии „Битлз“… не уважали. Это была моя позиция». Анализируя письма, которые поклонницы присылали в ежемесячный журнал «„Битлз“ мансли», Брабазон пришла к выводу, что у этих молодых женщин было все в порядке с «вербализацией, […] осознанием себя [и] осознанием своей сексуальности… и [что] „Битлз“ были для них способом лучше понять себя и установить дружеские отношения с другими девушками»[491]491
  Brabazon T. Framed Pretty Little Eloi: Beatle Photographs and the Construction of Image. MA thesis. University of Western Australia, 1992.


[Закрыть]. Свою магистерскую работу «Очаровательные малютки элои[492]492
  Элои (англ. Eloi) – вымышленная гуманоидная раса, описанная в романе Герберта Уэллса «Машина времени». Путешественник во времени встречает их в 802 701 году. Своей субтильностью элои напоминают дрезденские фарфоровые статуэтки, носят яркую одежду, питаются фруктами, проводят время в беспечных детских играх, их уровень умственного развития крайне низок и близок к уровню интеллекта маленьких детей; альтруизм и сострадание им неведомы. Элои – выродившиеся потомки буржуазии, и во всем зависят от морлоков – потомков рабочих, гуманоидов-каннибалов, живущих под землей и управляющих тяжелыми машинами. Морлоки обеспечивают элоев одеждой и пищей. А сами элои служат пищей морлокам, превратившись из правящего класса в скот, который откармливают на убой. – Примеч. пер.


[Закрыть] под прицелом камеры: фотографии „Битлз“ и конструирование имиджа» Тара защитила с отличием, причем «за весь послевоенный период в Университете Западной Австралии» подобной чести удостоились «всего восемь» выпускников. Ее последующая жизнь в академическом сообществе получилась резонансной и масштабной, и она по-прежнему гордится ролью в этой жизни любимой группы.

Историк Джулия Снирингер (США, 1965 г. р.), с трудами которой я познакомилась, наткнувшись в 2013 году на ее статью «Знакомство с „Битлз“: Западная Германия 1960‐х сквозь призму битломании», тоже росла в семье, которую она описывает как «достаточно музыкальную», где кроме нее было несколько старших братьев и сестер. Музыка «Битлз» стала фоном ее детства. На последнем курсе колледжа в 1986 году она получила стипендию для изучения немецкого языка в Гамбургском университете. Хотя выбор университета не был для нее свободным, он оказался удачным и судьбоносным. Джулия приехала как раз вовремя, чтобы стать свидетелем шуточной похоронной процессии по сгоревшему во время пожара в районе Санкт-Паули зданию «Стар-клуба». Здание это, и так предназначенное под снос, славилось тем, что с момента открытия в 1962 году считалось музыкальным сердцем Гамбурга и в том же году стало площадкой последних концертов «Битлз» на пресловутой «Греховной миле».

Хотя в то время в Гамбурге не существовало официального «Битлз»-туризма – и это десять лет спустя также отметит Iтефани Хемпель, – процессия, свидетельницей которой стала Снирингер, демонстрировала стремление широких слоев населения как-то увековечить битловские страницы в истории города. Джулия «…была просто потрясена тем, как много в Гамбурге людей, для которых „Битлз“ – не пустой звук». «…это наблюдение надолго засело у меня в голове; я все пыталась понять, что это для них в контексте их жизни?»[493]493
  Джулия Снирингер, интервью.


[Закрыть] – делится Снирингер. Когда девушка поступила в докторантуру, то переключилась с немецкого языка на историю. Как ни хотелось ей поискать ответа на этот «битловско-гамбургский» вопрос через свое диссертационное исследование, она сомневалась, что подобную тему утвердят на историческом факультете университета, так что писать пришлось о женском голосовании в Веймарской Германии – тема вполне увлекательная, – но все пережитое в Гамбурге не выходило у нее из головы. Получив должность постоянного профессора истории, она вернулась к своим первоначальным планам о «Битлз» в Германии, которые вылились в публикацию 2018 года «Социальная история раннего рок-н-ролла в Германии: Гамбург от бурлеска до „Битлз“, 1956–1969 гг.» (A Social History of Early Rock’n’Roll in Germany: Hamburg from Burlesque to the Beatles, 1956–1969). Для Джулии азарт от ретроспективного анализа этого раннего периода рок-музыки и ключевой роли в нем «Битлз», заключался в попытке уловить и передать тот исторический момент, когда «…эта музыка все еще была неведомой и опасной». Хотя она не является специалистом по «битловедению» в чистом виде, ее вклад в эту область культурологических изысканий представляет собой глубокое существенное дополнение ко всему написанному по данной теме.

У ныне живущей в Великобритании американской исследовательницы Холли Тесслер (1970 г. р.) решение узнать о «Битлз» все, что только можно, возникло в 1980 году, после убийства Джона Леннона. До этого момента десятилетняя Холли понятия не имела ни о Ленноне, ни о его месте в истории популярной музыки: «Будучи большой занудой, я, вместо того чтобы пойти в магазин пластинок и купить диск „Битлз“, отнеслась к самостоятельно возложенной на себя миссии по поиску фактов как к исследовательскому проекту и в этом качестве отправилась в местную библиотеку». Ее жажда знаний о «Битлз» никогда не ослабевала, а бесконтрольные детские изыскания в конце концов превратились в докторскую диссертацию в Ливерпульском университете, когда в начале 2000‐х годов она решила рассмотреть «„Битлз“ как культурный бренд». Но вот то, что она в итоге училась в докторантуре в родном городе «Битлз», вышло довольно неожиданно. Как она объяснила:

Это правда был один из тех странных поворотов судьбы, потому что, когда после бакалавриата я задумалась о продолжении образования, единственным местом в мире, предлагавшим в то время магистерскую программу делового администрирования в области музыкальной индустрии, был Ливерпульский университет. Мой первоначальный план состоял в том, чтобы закончить магистратуру за календарный год, а затем вернуться в США и продолжить работу на радио. Но, если в двух словах, в результате я осталась в Ливерпуле, защитила докторскую диссертацию по «Битлз» и вот уже семнадцать лет живу в Великобритании, по-прежнему описывая и исследуя роль группы в современной популярной культуре[494]494
  Холли Тесслер, интервью.


[Закрыть].

В нашей переписке Холли подчеркнула, что «Битлз» продолжают играть важнейшую роль как в ее личной, так и в профессиональной жизни. Как она выразилась, «Битлз» «…сформировали мое мировоззрение», а еще она считает их своей «путеводной Полярной звездой»[495]495
  Там же.


[Закрыть]. На 2019 год профессор Тесслер читала курс по музыкальной индустрии на факультете музыки Ливерпульского университета.

В основе профессиональных траекторий этих исследовательниц лежит слияние личных и интеллектуальных интересов – динамика, продолжающая заявлять о себе множеством способов в работах как уже состоявшихся ученых, так и тех, кто только находится на ранних этапах своей научной деятельности. Например, музыковеда Кэтрин Кокс (США), соредактора книги «„Битлз“, сержант Пеппер и „Лето любви“[496]496
  «Лето любви» (англ. The Summer of Love) – лето 1967 года, когда в квартале Сан-Франциско под названием Хейт-Эшбери собралось около ста тысяч хиппи, знакомых и незнакомых, чтобы праздновать любовь и свободу, создавая тем самым уникальный феномен культурного, социального и политического бунта. Субкультура хиппи наконец заявила о себе во всеуслышание. Это беспрецедентное собрание людей иногда считают социальным экспериментом из‐за образа жизни, включающего в себя жизнь в коммуне, равное и свободное распределение благ, нередко с участием незнакомых людей, употребление психоделических веществ, «свободную любовь». – Примеч. пер.


[Закрыть]» (The Beatles, Sgt. Pepper, and the Summer of Love) (2017), подготовленную при участии известного исследователя «Битлз» Кеннета Уомака, отдельно занимает то, «…как в произведениях [„Битлз“] представлены память и эмоции». Что немаловажно, «…этот академический интерес проистекает из моего личного слушательского опыта, когда, слушая „Битлз“ в повседневной жизни, я, как правило, останавливаюсь на песнях, отражающих мои собственные чувства на тот момент, или песни, где поднимаются жизненные вопросы, созвучные тем, что в данный момент приходится решать мне»[497]497
  Кэтрин Кокс, интервью автору, 16 февраля 2019.


[Закрыть]. Желание профессора Кокс изучать «Битлз» вкупе с ее любовью к истории уходит корнями в детство, когда от матери она узнала о существовании особой науки – музыковедения, – которая позволила бы ей объединить две эти страсти.

Другие исследовательницы, изучающие феномен «Битлз», нередко рассказывают похожие истории о связи между личным и профессиональным. Бет Истон (Великобритания), которая, прежде чем пойти в докторантуру, получила степень магистра искусств в Ливерпульском университете Хоуп[498]498
  Ливерпульский университет Хоуп – государственное учебное заведение, образованное в результате слияния трех педагогических колледжей. Находится в районе Хоуп-парка. – Примеч. пер.


[Закрыть] с ВКР на тему «„Битлз“, популярная музыка и общество», объясняет, что ее научные изыскания стали результатом того, что «вся жизнь ее семьи крутилась вокруг битловского фэндома». Истон «естественным образом постоянно об этом думала, а потом это вылилось в тему исследований»[499]499
  Бет Истон, интервью.


[Закрыть]. По словам Блахин Дагган, абитуриентки из Ирландии, поступающей в докторантуру, ее «…изучение музыки [„Битлз“] началось в шестнадцать лет», и, как она полагает, «…в нем сошлись как социальная ангажированность, так и академическая составляющая. Есть и огромное удовольствие от прослушивания их песен в неформальной обстановке»[500]500
  Блахин Дагган, интервью автору.


[Закрыть].

Британо-канадская исследовательница Марли Сентауэр, изучающая неформальную группу Apple Scruffs как социальное явление, уверена, что кроме того, что тема ее докторской непосредственным связана с Битлз, ее давно сложившееся отношение к группе и чувство свободы, олицетворением которой они являются, помогли ей открыть полный спектр собственных возможностей, включая не только академические исследования, но и ее интерес к фотографии и музыкальному исполнительству[501]501
  Марли Сентауэр, интервью.


[Закрыть].

Рамки нашей работы не позволяют опросить всех женщин-ученых, специализирующихся на «Битлз», но растущее число представительниц разнообразных дисциплин и областей знания, решивших выбрать «Битлз» темой исследования, воодушевляет. Кэти Капурч (США) одной из первых заинтересовалась гендерным и расовым аспектами в истории «Битлз». Ныне проживающая в Великобритании американка Стефани Фремо, специализирующаяся на теории медиа, в своей книге «„Битлз“ на экране: От поп-звезд к музыкантам» (The Beatles on Screen: From Pop Stars to Musicians) (2017) предметно разбирает фильмы группы, а также является автором других работ о Битлз. Историк Эрин Торкельсон Вебер (США) в книге «„Битлз“ и историки: Опыт анализа работ о „Великолепной четверке“» (The Beatles and the Historians: An Analysis of Writing About the Fab Four) (2016) предлагает скрупулезный анализ историографии группы и вызванного ею общественного резонанса.

Все это свидетельствует о признании популярной культуры в качестве материала для академических исследований и укреплении в новых поколениях представительниц академического сообщества чувства собственной субъектности и убежденности в том, что у них есть полное право заниматься «Битлз». Одна американская исследовательница и одновременно фанатка «Битлз» первого поколения давно размышляет о засилии фанатов мужского пола не только в академической среде, а в принципе во всех сферах современной «Битлз»-культуры. Мэри Энн Томпсон, бывший профессор сестринского дела и общественного здравоохранения, после выхода на пенсию решила заняться качественными исследованиями «Битлз». Ей хочется разобраться в феномене мужчин-фанатов «Битлз» первого поколения, поскольку в 1960‐е годы ей с таковыми сталкиваться не доводилось. Во время нашей беседы она сформулировала это так: «Я хочу понять, почему… почему экскурсии по Лондону водят мужчины? Почему „Каверн-клубом“ управляют мужчины? Почему журналами, фан-клубами занимаются мужчины? Где все [эти мужчины] были в 1960‐х годах? Кто эти люди?»

Если попытаться ответить на вопрос Мэри Энн Томпсон, то начинать надо с 1967 года, когда в битловском дискурсе стал ощутим примат мужчин как среди авторов, так и среди поклонников группы, и началась тщательная зачистка остаточных следов женского присутствия в фан-культуре. Но все-таки можно утверждать, что с конца 1960‐х годов и по сей день широта интеллектуальных интересов и творческая разноплановость самих «Битлз» являются стимулом для развития дальнейших научных исследований. Не менее важны и изменения, которые с 1960‐х годов происходят в академическом сообществе: речь о преобразованиях, позволивших большему числу женщин не только стать квалифицированными специалистками с докторской степенью, но и найти себя в академических исследованиях, посвященных «Битлз», если это совпадает с их научными интересами и устремлениями.