Текст книги "Женская история Битлз"

Автор книги: Кристина Фельдман-Баррет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

Часть наших респонденток тоже порой намекали на подобное впечатление о Линде Маккартни. Джина Арнольд сначала заявляет: «…[Пол Маккартни] взял ее в группу, а все вокруг говорили: Чего ради? Это же позорище! – но тут же быстро продолжает в совсем другом ключе: – Хотя, с другой стороны, […] она оставила свой след в истории [„Битлз“]. Я только сейчас понимаю токсичность критики, которой подвергается женщина за появление на сцене в любой роли – тогда такое было вполне в духе времени, да и сейчас, увы, мало что изменилось»[337]337
  Джина Арнольд, интервью автору, 22 января 2019.


[Закрыть]. Лесли Уэст признается: «Я по молодости вряд ли могла понять Линду […], ну, и вся эта поднятая прессой пена меня тоже захлестнула». Уэст была на концерте Wings в Перте, когда ей было пятнадцать, и помнит, что, когда Пол представил зрителям Линду, толпа возмущенно загудела. «С гордостью могу сказать, что моего голоса в этом хоре освистывающих не было, потому что меня с детства учили, что освистывать некрасиво». И добавляет: «Странные мы, конечно, существа, […] люди. К публичным персонам вроде Джона или Пола относимся так, словно они наша собственность. Мы чувствуем себя обязанными высказывать свое мнение по поводу тех, кого они выбрали, и считаем ли мы этот выбор удачным. При этом ничегошеньки [об этих женщинах] не знаем, но это не мешает нам формулировать свои оценочные суждения»[338]338
  Лесли Уэст, интервью.


[Закрыть].

То ли из‐за якобы отсутствия у Линды музыкальных способностей, то ли из‐за ее несколько приземленной, а не гламурной внешности, поклонницы «Битлз» и массовая аудитория вынесли в ее адрес множество оценочных суждений, согласно которым их брак с Полом Маккартни мог быть признан мезальянсом. Поклонница первого поколения Патриция Батиски, которой всегда очень нравилась Джейн Эшер, изначально была настроена против Линды. Однако по мере того, как их с Полом брак развивался и становился крепче, она начала видеть в Линде положительные стороны. Патрицию особенно поражало то, как в этой семье воспитывают детей[339]339
  Патриция Батиски, интервью.


[Закрыть]. Кейт Риган, еще одна поклонница первого поколения, отзывается о Линде Маккартни с нескрываемым восхищением, причем, по ее словам, это чувство разделяло все ее окружение: «Мы любили […] Линду Маккартни. Вот прямо любили по-настоящему, потому что она была потрясающей матерью, и в ней чувствовалось какое-то здоровое начало»[340]340
  Кейт Риган, интервью.


[Закрыть]. Многие из опрошенных нами поклонниц второго поколения отдавали должное Линде Маккартни как женщине, которая совмещала материнство – в период длительных гастрольных туров Wings в 1970‐е их дети были еще совсем маленькими – и карьеру. Хотя вклад Линды в творчество Wings многие критики и представители фэндома считали спорным, Клаудиа Азеведо полагает, что Линда была для Маккартни «без сомнения, отличной партнершей», и добавляет: «В ней чувствовалась надежность и отсутствие эгоизма, и мне близка идея семьи, которую она помогала построить и сохранить»[341]341
  Клаудиа Азеведо, интервью.


[Закрыть]. Эрика Уайт восторженно отмечает: «Для меня Линда – икона феминизма, которой нам сегодня так не хватает. В ней столько всего […] она невероятно сильная женщина, сохраняющая при этом женское начало»[342]342
  Эрика Уайт, интервью.


[Закрыть].

Были поклонницы, оправдывавшие или даже хвалившие участие Линды в группе Wings. Аманда Миллс признается, что «…то, за что ее постоянно высмеивали и поносили как исполнительницу, было, по всей вероятности испытанием; ее включение в состав Wings в качестве клавишницы было вызовом. Мне кажется, ее совершенно незаслуженно недооценивали»[343]343
  Аманда Миллс, интервью.


[Закрыть]. Элена Круз-Лопес видит в сценическом партнерстве четы Маккартни естественное продолжение их брака: «Им необходимо было каждый день быть вместе, поэтому они и решили играть в одной группе»[344]344
  Элена Круз-Лопес, интервью.


[Закрыть]. А по мнению Джулии Снирингер, совместное музыкальное творчество Линды и Пола просто опередило свое время.

Вот как она это объясняет:

Слушала пару лет назад [альбом Маккартни 1971 года] Ram… Для меня это стало подлинным откровением. Эта музыка звучит так, будто она была написана неделю назад. В ней чувствуется что-то интимное, какая-то бесхитростность, и я помню, как тогда, в смысле в семидесятые и восьмидесятые, критика крыла их на чем свет стоит. […] Зато сегодня, когда у нас есть такие исполнительницы, как [бывшая перкуссионистка группы White Stripes] Мэг Уайт, и ты смотришь на такую вот Линду из нашего времени – она кажется идеальной. Я имею в виду, она вся такая [авангардная-альтернативная] […], инди-рок, Avant-Electra какая-нибудь[345]345
  Джулия Снирингер, интервью.


[Закрыть].

Имена Йоко и Линда постепенно сбрасывают с себя груз негатива, который навалился на них в тот момент, когда на закате карьеры «Битлз» обе эти женщины стали частью истории легендарной группы.

Долго и счастливо

История «Битлз» частенько воспринимается как своего рода сказка. Как написал один критик сразу после распада группы в 1970 году, «Битлз» «…стали неотъемлемой частью современного мифа»[346]346
  Palmer T. From the Observer Archive. 24 May 1970: The Beatles’ Let It Be Is a Bore, Thank Heavens for the Music // The Guardian. 2014. May 25.


[Закрыть]. Участники группы выросли в Ливерпуле, городе, который в ту пору еще только восстанавливал свою инфраструктуру и экономику после Второй мировой войны, но наши герои использовали малейшую возможность, чтобы следовать за своей мечтой. Разумеется, «Битлз» добились столь беспрецедентного, всемирного успеха в значительной степени благодаря своему таланту и упорству, а также преданности и радению их менеджера Брайана Эпстайна. Тем не менее остается что-то необъяснимое – почти магическое – в том, что произошло с этой четверкой, и почему ни одна другая рок-группа не достигла такого легендарного статуса и такой непреходящей славы, как «Битлз». И конечно, как в период творческой активности группы, так и долгое время после ее распада поклонники, журналисты, культурные обозреватели уделяли и уделяют пристальное внимание женщинам, с которыми участников группы связывали романтические отношения.

Синтия Леннон, Морин Кокс, Джейн Эшер, Патти Бойд, Йоко Оно и Линда Маккартни – не только важные персонажи в самой волшебной сказке 1960‐х, но и живые женщины, о которых поклонники «Битлз» хотели бы знать больше. Так что не случайно Синтия, Патти, Йоко и Линда написали о том, что с ними происходило, а онлайн-платформы Pinterest и YouTube изобилуют фото– и видеозаписями жен и подруг «Битлз» времен шестидесятых годов. Астрид Кирхгерр, обручившаяся с басистом Стюартом Сатклиффом и бывшая его невестой до внезапного трагического ухода своего нареченного, сыграла решающую роль в обретении битлами своего имиджа, когда их новаторская музыка дополнилась продуманным стилем, и группа получила возможность увидеть себя по-новому. Влияние Астрид способствовало созданию тех битлов, которых к 1964 году будет знать каждый.

В 1974 году, в период второй волны феминизма и вскоре после распада группы, Андреа Дворкин напишет: «В персонажах волшебной сказки – злой колдунье, прекрасной принцессе, храбром принце – мы находим то, что культура желала бы сообщить нам о том, кто мы есть»[347]347
  Dworkin A. Woman. P. 32.


[Закрыть]. В этом смысле история «Битлз» и женщин, которые были в самом сердце этой истории в качестве подруг и супруг, также показывает, на каком перепутье в 1960‐е годы находились женские и мужские желания, гендерные роли и представления о жизни. В интервью 1973 года для журнала Melody Maker Йоко Оно поделилась с журналисткой Лорейн Альтерман: «Когда мы познакомились, [Джон] был шовинистом, и я думаю, он сильно удивился. Он не ожидал, что ему придется настолько измениться […] Наверное, он даже рад, что живет не с подавленным человеком, а с кем-то цельным»[348]348
  Alterman L. Yoko: How I Rescued John from Chauvinism // Melody Maker. 1973. September 22.


[Закрыть]. Йоко Оно очень мощно выразилась. Ее слова напоминают читателям, что первая жена Леннона Синтия, как это было принято в то время, подавила собственные карьерные устремления, чтобы полностью сосредоточиться на ребенке и обслуживать мужа. Синтия всегда была цельной личностью, но брак с Ленноном помешал ее устремлениям, выходящим за пределы домашней сферы. Актриса Джейн Эшер и модель Патти Бойд продолжали делать карьеру в 1960‐е годы, сопротивляясь просьбам Пола Маккартни и Джорджа Харрисона отказаться от работы, которая и той и другой приносила удовлетворение. Фотографии, снятые Линдой Истман в 1960‐е, так и останутся делом ее жизни, а ее участие в группе Wings сегодня перестало быть объектом насмешек, а порой даже приветствуется. Йоко Оно много лет спустя после смерти супруга продолжает заниматься концептуальным искусством и музыкой и считается влиятельной фигурой и в том и в другом мире.

Из всех битловских жен и подруг самое активное присутствие в общественном воображении по-прежнему принадлежит Йоко Оно. О ней, помимо композиций ее покойного мужа, продолжают слагать песни, особенно в 1990‐х и 2000-х: например, песня группы Young Fresh Fellows – Don’t Blame It on Yoko (1991), песня Be My Yoko Ono группы Barenaked Ladies (1992) и, что особенно интересно, песня Дар Уильямс I Won’t Be Your Yoko Ono (2000). Если первые две композиции исполняются мужскими рок-группами и в них оспаривается нарратив «Йоко развалила „Битлз“», то для фолк-рок-певицы Дар Уильямс имя Йоко Оно стало синонимом некой ценности. Героиня песни станет «Йоко» для предмета своего романтического интереса только в том случае, если он окажется достоин такой чести. Хотя брак с битлом был сопряжен с исключительными обстоятельствами и вызовами, истории этих женщин говорят не только об отношениях, на которые повлияли слава и известность. Они также символизируют изменение гендерной динамики в гетеросексуальных парах и до некоторой степени в социуме как таковом на протяжении 1960‐х годов. В некоторых социальных сегментах наметился сдвиг от мужского доминирования к большему равенству между мужчиной и женщиной, причем женское влияние на партнера-мужчину становится столь же ощутимым, как и мужское влияние на женщину.

Эрика Уайт, поклонница второго поколения, говоря о том, что, по ее мнению, является основополагающим в этой истории романтических партнерш «Битлз», считает, что Линда Маккартни и Йоко Оно помогли еще большему раскрытию истинных сущностей Пола Маккартни и Джона Леннона, как творческих, так и человеческих:

Мне не нравится это противопоставление Джона и Пола, о котором без конца говорят, типа, «умник» против «зайчика», или глупые любовные песенки против чего-то глубокомысленного. Я в это не верю. Но я верю, что в каждом из них была заключена и «полмаккартнистость», и «джонленноность», и, по моим ощущениям, и тот и другой выбрали себе партнерш, способных выявить их истинную сущность. Например, Линда хотела заботиться о нем [Поле]; она хотела эту конскую ферму; хотела идиллию на лоне природы и чтобы все время быть вместе. А Йоко вся в искусстве, и она действительно хотела экспериментировать и ломать границы. В каждом из этих мужчин сидела какая-то часть этого… и они смогли реализовать ее, потому что выбрали партнершу, способную поддержать вот эту их сторону[349]349
  Эрика Уайт, интервью.


[Закрыть].

То, на что намекает Уайт, есть не что иное, как ключевой трансформационный момент в сказках или в истории (превращение замарашки в принцессу), но пресловутая хрустальная туфелька здесь находится в руках Йоко и Линды, а не Джона c Полом. Уайт предполагает, что обе эти женщины смогли дополнить Леннона и Маккартни таким образом, что каждый из мужчин обрел еще большую способность выражать себя как личность. В итоге эта сказка и то, как ее рассказывали, определила и изменила жизни всех мужчин и женщин, в ней участвовавших. Учитывая бурные культурные перемены 1960‐х годов, а также то, что «Битлз» были в самом сердце этого десятилетия перемен, история о подругах сердца участников группы позволяет нам по-новому взглянуть на то, что для мужчины и женщины значит любить друг друга и жить вместе долго и счастливо.

Глава 4
Free as a Bird [350]350
  Free as a Bird («Птицы смелей») – песня, написанная Джоном Ленноном в 1977 году уже после распада «Битлз». Официально выпущена как сингл 4 декабря 1995 года. Free as a Bird впервые появилась в серии телевизионных документальных фильмов «Антология „Битлз“». Вместе с несколькими другими песнями демо-пленка этой записи была передана вдовой Леннона, Йоко Оно, Полу Маккартни 19 января 1994 года, когда Леннона посмертно включили в Зал славы рок-н-ролла. Трое живых на тот момент участников группы доработали запись, наложив инструменты и голоса поверх демозаписи с голосом Леннона. – Примеч. пер.


[Закрыть] : музыкально-освободительные битловки

За несколько месяцев до шестнадцатилетия Мари Селандер произошло событие, навсегда изменившее ее жизнь. Когда шведская школьница решила отправиться с подругой автостопом из родного Хаммарбихёйдена, южного пригорода Стокгольма, в Арланду, где находился международный аэропорт, она и представить себе не могла, что за этим последует. 23 октября 1963 года – дата прибытия «Битлз» в Швецию для участия в национальном турне, которое должно было начаться в Карлстаде несколькими днями позже. Именно там, в Арланде, Мари столкнулась со стайкой девочек, которые рвались первыми поприветствовать на шведской земле ливерпульскую четверку. В Великобритании «Битлз» уже достигли того уровня успеха, который вот-вот грозил вырваться за национальные границы и перерасти во всемирную битломанию, но шведская публика пока не знала ни о группе, ни о ее приезде в тот день. Зато Мари знала все.

Лето 1963 года Селандер провела, изучая английский язык в Бьюде, на северо-востоке графства Корнуолл, и, находясь там, впервые услышала «Битлз». Как любительница современной английской музыки, подписанная на New Musical Express, один из общенациональных музыкальных еженедельных журналов, перед возвращением в Швецию Мари постаралась купить пластинку Please Please Me. Несмотря на предварительное знакомство с Битлз, о предстоящем шведском турне группы Мари узнала из радиопередачи «Поп-63». Ее продюсер Клас Берлинг уже был заметной фигурой на развивающейся музыкальной сцене Швеции. Однако упоминаний о турне, никакой специальной рекламы, как утверждает Мари, она не помнит. Это, вероятно, объясняет, почему в тот день в Арланде «Битлз» ждала лишь маленькая группа девочек-подростков. Мари утверждает, что их было не больше дюжины (и ни одного мальчика), хотя представители профессионального шоу-бизнеса, тот же Клас Берлинг, были наготове, чтобы приветствовать музыкантов и проводить их до отеля. Если посмотреть на ситуацию с современной точки зрения, зная о том, каким будет прием битлов в Нью-Йорке через три с небольшим месяца – все эти толпы девчонок, ожидающих посадки рейса Pan Am № 101 в международном аэропорту имени Джона Кеннеди, – ситуация кажется почти небывалой со времен «Каверн-клуба», когда был возможен близкий контакт между группой и поклонницами. На самом деле, это был последний раз, когда «Битлз» встречали с «умеренным» энтузиазмом.

«Они были очень приятными людьми… очень доброжелательными», – вспоминает Мари о встрече с Джоном, Полом, Джорджем и Ринго. Ей особенно запомнилось, как был подчеркнуто внимателен к девушкам Пол Маккартни: он с удовольствием раздавал автографы и не возражал против совместных фотографий.

По ее словам, с участниками группы было легко общаться. Сразу после прибытия группы Клас Берлинг, взявшийся помочь доставить «Битлз» до отеля, спросил, не нужно ли подвезти Мари и ее подругу обратно в город. Девушки согласились и через несколько секунд после того, как сели в машину, обнаружили, что там находится еще один пассажир: «В его машине ехал Джон Леннон… сначала мы были ошеломлены, не могли и слова вымолвить […] а потом [разговорились]». Через несколько минут Мари и ее подруга достаточно освоились, чтобы начать выкладывать спутникам все, что знали о Битлз. «Вы, девочки, по-моему, знаете обо мне больше, чем я сам», – отреагировал Леннон. Мари до сих пор смеется, когда рассказывает об этом. Она прекрасно понимает, что история получилась замечательная. С учетом исторического контекста, и сам этот случай, и сопутствующие обстоятельства дают нам редкую возможность узнать о встрече «Битлз» с одними из самых первых их поклонниц из‐за рубежа[351]351
  Мари Селандер, интервью автору, 15 января 2019.


[Закрыть].

Можно и дальше умиляться тому, с какой легкостью Мари позвонила в гостиничный номер барабанщика «Битлз» Ринго Старра, чтобы поболтать с ним, а заодно спросить о датах гастролей группы, как сидела в зале во время выступления «Битлз» на шведском телешоу Drop In («Заходи») или как снова приехала в Арланду в конце тура, чтобы проводить музыкантов, и как ее новые английские знакомые ее узнали. Однако история Мари Селандер не сводится к тому, как легко и просто было повстречаться с битлами осенью 1963 года. Это не просто трогательная история о том, как поклонница познакомилась с группой до того, как к ним пришла мировая известность, отнюдь. Встреча с «Битлз» стала в ее жизни отправной точкой в карьере профессионального музыканта-исполнителя. А все потому, что именно там, в аэропорту Арланда, Мари познакомилась с будущей участницей своей группы Ингер Йонссон[352]352
  Там же.


[Закрыть].

Мари приехала в аэропорт с подругой, но больше никого из собравшихся там девушек не знала. Однако пока эта маленькая группа ждала «Битлз», Мари и Ингер успели познакомиться, разговориться и мгновенно подружиться. Вскоре Мари узнала, что Ингер умеет играть на гитаре. Оказалось, кроме общей любви к «Битлз» их связывало желание сочинять и исполнять музыку. Мари еще не умела играть, но это не помешало ей согласиться на музыкальный проект с Ингер, которая вскоре показала ей несколько аккордов. Мари вспоминает: «Я купила гитару, и мы как дуэт начали выступать с песнями „Битлз“ в маленьких клубах Стокгольма, ну, и всякое такое. Несколько раз ездили в Англию, играли там. Только две гитары… таскали их за собой повсюду». Через некоторое время девушки решили расширить дуэт до полноценной группы:

Мы – я и Ингер – жили довольно близко друг от друга, и [у Ингер] была подружка, которая играла на виолончели. Мы ей сказали: «Будешь басисткой». И она, такая: «Хорошо». [Смеется.] В общем, она начала учиться играть на бас-гитаре. И у нас была еще одна девушка, занимавшаяся классической гитарой… У нас она играла на ритм-гитаре. Нам было очень трудно найти барабанщицу. Но была одна молодежная организация, где мы репетировали, и… там была группа: двое парней и девушка, так вот девушку мы, скажем честно, из группы увели. Переманили к себе. И, таким образом, создали свою группу под названием The Nursery Rhymes[353]353
  Название группы в дословном переводе с английского означает «детские стишки», так с начала XIX века называют народные стихи и песенки, которые поют и читают малышам в колыбели. – Примеч. пер.


[Закрыть],[354]354
  Там же.


[Закрыть].

В 1964 году герл-бенды типа Nursery Rhymes были редкостью. Когда речь заходит о рок-музыке 1960‐х годов как с научной точки зрения, так и с любой другой, молодым женщинам, которые в тот период под влиянием «Битлз» создавали собственные группы, уделяется крайне незначительное внимание. В литературе, посвященной этому отрезку в истории популярной музыки, по большей части утверждается, что мировая популярность «Битлз» пошла в ущерб музыкальным исполнительницам.

Существует расхожее мнение, что растущая слава «Битлз» и последующее «британское вторжение» рок-команд, в которых играли одни мужчины, фактически привели к упадку некогда популярных «женских вокальных коллективов». Что еще важнее, в то время прецедента герл-бендов в парадигме еще только развивающегося популярного музыкального жанра, получившего в конце 1960‐х годов название «рок», просто не существовало. Рассматривая трансформацию рок-н-ролла 1950‐х годов в рок 1960‐х, когда дело дошло до выбора жанра музыкального материала, который им с Ингер хотелось исполнять, Мари отдельно останавливается на важном моменте: «Мы задумали создать поп-группу, мы называли ее именно так, потому что „рок“ для нас – это Элвис Пресли и Томми Стил… ну, еще Джонни Холлидей и тому подобное»[355]355
  Там же.


[Закрыть]. «Битлз» для двух вчерашних шведских школьниц стали провозвестниками чего-то принципиально иного – возможно, в 1963 году они были скорее «поп-», нежели «рок-музыкантами», но тем не менее транслировали своей аудитории некий новаторский стиль и звучание, которые тогда просто не поддавались категоризации.

Группа, которую Мари и Ингер основали в 1964 году, активно выступала с концертами, включала турне по Великобритании, множество гастрольных поездок по скандинавским странам, ангажементы по американским авиабазам в Западной Германии (ФРГ) и участие в сборных концертах во Франции. Четыре года существования группы как постоянного коллектива прошли в самой гуще «движухи шестидесятых»: Nursery Rhymes играли в одних программах с Kinks, The Who, Spencer Davis Group, Four Tops и дуэтом П. Саймона и А. Гарфанкеля. Музыканты группы The Who особенно тепло относились к Nursery Rhymes: «После того как The Who побывали в Стокгольме – кажется, это было в 1966‐м или 67 году, – вспоминает Мари, – одно очень известное издание, посвященное поп-музыке, спросило их, какой самый большой сюрприз ждал их в Швеции. Они ответили: „Песни Nursery Rhymes“. Как же мы этим гордились!!»[356]356
  Там же.


[Закрыть]

В конце 1967 года Nursery Rhymes распались, но карьера Мари Селандер продолжилась: не ограничиваясь рамками поп– и рок-музыки, она стала заниматься фолк-музыкой. В 1990‐х годах Мари Селандер была приглашенным профессором музыки в Академии Сибелиуса при Хельсинкском университете, а в 2010‐х годах работала как композитор для музыкальных театров Швеции. Ее перу принадлежит книга, основной темой которой является знакомство читателей с «забытыми историями» женщин в популярной музыке.

С периода работы над книгой и по сей день Селандер никак не может смириться с мыслью, что в начале 1960‐х представления не имела о таких женщинах-инструменталистках, как Сестра Розетта Тарп и Мемфис Минни[357]357
  Сестра Розетта Тарп (англ. Sister Rosetta Tharpe; 1915–1973) – американская певица, автор песен, гитаристка, одна из ярчайших звезд музыки XX века. Была особенно популярна в 1930‐х и 1940‐х годах с записями в жанре госпел. Ее называли «подлинной душой музыки соул» и «крестной матерью рок-н-ролла». Оказала влияние на таких исполнителей, как Литтл Ричард, Джонни Кэш, Элвис Пресли и Джерри Ли Льюис.
  Мемфис Минни (англ. Memphis Minnie, настоящее имя Лиззи Даглас, англ. Lizzie Douglas; 1897–1973) – американская блюзовая певица, гитаристка, автор песен, единственная из женщин в блюзе, кого критики ставили в один ряд с ведущими блюзменами 1930–1940‐х годов. Ее карьера в звукозаписи длилась сорок лет: это достижение не превзошла ни одна женщина в шоу-бизнесе первой половины XX века. Одной из первых перешла на электрогитару в 1942 году и создала собственный стиль, соединив традиции новоорлеанского блюза со музыкой кантри. – Примеч. пер.


[Закрыть] и что, включая «Битлз», «…все наши герои были мужчинами».

Даже если признание «Битлз» единственными «виновниками» музыкальной карьеры Мари Селандер было бы чрезмерным упрощением, тем не менее ливерпульская четверка выступила тут в качестве катализатора, от которого все в ее жизни завертелось, как в рок-н-ролле, источником мощного бита, придавшего ее музыкальной карьере особый ритм.

Продолжая тему влияния «Битлз», она отмечает:

Думаю, они заставили меня поверить, что музыка может стать профессией на всю жизнь. Потому что мы [Nursery Rhymes] сложились буквально сразу после встречи с ними. Мы начали играть, начали гастролировать… Мои родители, простые люди из рабочего класса, считали, что быть музыкантом – это не занятие… не профессия. Но они были рядом. […] Поддерживали меня очень, очень сильно. Странно, конечно, получилось. Как только я сдала экзамены на аттестат, учебу я забросила, и начались гастроли, мы занимались только музыкой и ездили туда-сюда[358]358
  Там же.


[Закрыть].

История Мари Селандер, шведской школьницы, которая вскоре после встречи c «Битлз» основала вместе с Ингер Йонcсон женскую поп-группу, связана с более широкой темой битловского влияния на женскую аудиторию. Как и в случае с Мари, некоторые женщины убеждены, что «Битлз» сыграли важную роль в их профессиональных и музыкальных устремлениях. С 1960‐х годов это проявляется в разнообразных формах, вот только некоторые из них: «битловки»[359]359
  Beatlesque bands – общий термин для групп, отличающихся «сочетанием мастерства написания песен, вокальных гармоний и мелодичности», являющихся знаковыми для музыки «Битлз».


[Закрыть] – герл-бенды и исполнительницы, работающие в стилистике «Битлз»; влияние «Битлз» на женщин, играющих панк– и постпанк-музыку; различные способы интерпретации песен «Битлз» женщинами-исполнительницами, будь то кавер-версии, трибьют-группы, имитирующие «Битлз», а также формат музыкального театра, как в случае с австралийским мономюзиклом «Леди Битл».

Можно напомнить, что яркую музыку «Битлз» сопровождали не менее броские элементы стиля, которые изначально добавляли им привлекательности, а сегодня делают их звучание и внешний вид культовыми. Говоря о Битлз, нужно не только погружаться в их дискографию во всем ее звуковом разнообразии и революционной новизне, но и акцентировать внимание на том, как они чисто физически преподносили себя в качестве поставщиков «новаций». Несмотря на то что на протяжении шестидесятых их внешний вид менялся, первая визуальная ассоциация при слове «битлы» по-прежнему чаще всего основывается на их мод-стиле эпохи битломании: от круглых стрижек с челками и приталенных костюмчиков до высоких ботинок челси со скошенным «кубинским» каблуком. Даже специфичная расстановка музыкантов на сцене, поскольку левша Маккартни играл на бас-гитаре левой рукой, добавляла «Битлз» индивидуальности.

Имидж «Битлз» мгновенно узнаваем по моделям их гитар, усилителей и барабанов. Хотя Джон Леннон и Пол Маккартни даже в составе группы играли на разных инструментах, их имена связаны, соответственно, с электрогитарой Рикенбакер 325[360]360
  Рикенбакер 325 – первая модель электрогитары с полуакустическим корпусом (материалы – ольха, клен) из серии «Капри», выпущенная в 1958 году немецкой компанией «Рикенбакер». Разработка потомственного гитарного мастера Роджера Россмайзла.


[Закрыть] и бас-гитарой Хёфнер 500/1[361]361
  Хёфнер 500/1 – полуакустический бас с электрическим усилением, разработан Вальтером Хёфнером в 1955 году. Благодаря полому корпусу из ели и клена без резонаторных отверстий обладает насыщенным контрабасовым тембром. Маккартни приобрел свою первую бас-гитару в 1961 году, во-первых, из‐за ее дешевизны (30 фунтов стерлингов, а не 100, как Фендер), а во-вторых, из‐за симметричной «скрипичной» формы, которая позволяла ему играть левой рукой и выглядеть при этом органично.


[Закрыть], по форме напоминающей скрипку. Связь эта настолько неразрывна, что Рикенбакер упоминается рядом с именем Леннона как некий его символ, а Хёфнер 500/1 стал известен как «битловский бас» или «каверн-бас». Менее известной, но не менее знаковой для образа группы является черная с перламутровой канителью ударная установка Ринго Старра фирмы «Людвиг» со знаменитым логотипом «Битлз» с удлиненной вниз ножкой буквы Т на бас-барабане[362]362
  В апреле 1963 года Ринго понадобился новый комплект барабанов, и они с Брайаном Эпстайном отправились за ними в магазин ударных инструментов «Драм-Сити» на Шафтсбери-авеню в Лондоне. Магазин как эксклюзивный дистрибьютор барабанов американской компании «Людвиг», настаивал, чтобы логотип компании-производителя был на видном месте. Эпстайн согласился – при условии, что на установке также будет написано The Beatles. Тогда владелец магазина Айвор Арбитр тут же набросал логотип на обороте пачки сигарет, графически выделив буквы В и T, а потом за 5 фунтов его нанесли на фронтальную поверхность «бочки». Общая цена установки составила 260 фунтов, но итоговая цена была ниже, так как магазин взял в зачет старую ударную установку, которую перетянули и очень быстро продали. – Примеч. пер.


[Закрыть]. С начала своей карьеры «Битлз» использовали гитарные усилители английской компании «Вокс», что за годы их международных турне (1963–1966) отпечаталось в сознании широкой публики и привело к возникновению устойчивой ассоциации между группой и брендом. В частности, компания-производитель, понимая потребность группы в увеличении громкости, чтобы музыка могла перекрывать вопли поклонниц, в 1965 году специально для «Битлз» разработала усилитель AC-100 Super DeLuxe, который в обиходе называли битловским усилителем.

Подобные примеры битловского «плана выражения» в сочетании с оригинальным музыкальным стилем также являются компонентами рассматриваемой нами женской истории «Битлз», если говорить о визуальной связи между женщинами-исполнительницами и группой.