Текст книги "Хозяйка магического источника. Я попала в тело аристократки (СИ)"

Автор книги: Колин Ви

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Глава 3

В письме отчётливо говорилось: «Каталине нужно как можно скорее найти покровителя». Наследство, по сути, было не даром, а ловушкой – ещё одной изящной уловкой короля, чтобы усмирить непокорных аристократов.

Семья Каталины служила живым напоминанием, что случается с теми, кто осмеливается перечить монарху.

Письмо было написано от руки отца – заботливого родителя, который, судя по строкам, больше беспокоился о своих планах, чем о судьбе дочери.

Он призывал девушку быть осторожнее с ректором и советовал подыскать кого-нибудь постарше и влиятельнее. «Старого дурака», – как он выразился.

Ставка, как я поняла, делалась на чью-то амбициозную глупость, замешанную на политических интригах.

Но больше всего меня поразил другой абзац – тот, что отзывался во мне тревожным гулом: отец давал инструкции по поводу… обряда. Обряда, который, как выяснилось, позволял призвать в своё тело душу двойника.

«Дорогая доченька, если наш план вдруг пойдёт по кривой, в срочном порядке подготовь всё необходимое для проведения ритуала. Но помни – активировать его можно только при крайней необходимости.

И самое главное, Каталина: не забудь о сроках действия.

Убедись, что двойник отдаст тебе тело в назначенный час».

Уставившись на текст, в голове возник один единственный вопрос: «А если двойник не согласится?»

Эгоистичные советы батюшки Каталины заставили кровь застыть в жилах.

Как можно так хладнокровно распоряжаться чужой жизнью, даже не задумываясь, какой болью это обернётся для другого человека?

От понимания, что судьба в который раз не уберегла меня, я смяла письмо в маленький клочок бумаги.

Меня душила ярость. Я – всего лишь пешка в чужой игре. Как же легко мной воспользовались. Опустив лицо на колени, тихо всхлипнула.

Одно дело – бороться за своё место под солнцем в привычном мире. Но здесь – всё чужое. Даже сама реальность, переплетённая с магией, отказывалась укладываться в моей голове.

Боже, что мне делать?! Как вернуться домой?! Или теперь остаётся только ждать, пока Каталина решит вернуть себе тело? Я ведь ничего не знаю…

Горький ком снова застрял в горле, мешая дышать. Сжалась от боли – в груди всё жгло.

С трудом выпрямилась и схватила стакан воды, стоявший на тумбочке у изголовья кровати.

Дрожащими пальцами обхватила его и жадно сделала первый глоток.

Влага впиталась в пересохшее горло, будто ливень в песок пустыни. Да, именно так – я чувствовала себя деревянной куклой, брошенной в жару без капли влаги.

А теперь, с каждым глотком, будто оживала.

Словно попала в колодец и набухала изнутри, возвращая себе прежний облик – тот, что был до боли, до подмены, до ловушки Каталины.

Мысли в голове начали проясняться.

Но вместе с собственными воспоминаниями стали всплывать обрывки чужих.

Как же это было странно… Словно подглядывала в щель забора: не видела что-то конкретное, больше догадывалась.

Вскоре вода закончилась. Слегка покачиваясь, достала из шкафа старый, но добротный чемодан. Не глядя, стала бросать в него вещи Каталины.

– Что ты делаешь? – донёсся удивлённый голос за спиной.

– Освобождаю жилплощадь, – коротко отрезала, захлопнув тяжёлую крышку.

Когда-то за этот чемодан, наверное, заплатили целое состояние. Сейчас же он был всего лишь отголоском прежней, роскошной жизни аристократки.

– Зачем? – прошептала соседка. – Завтра же проверка уровня силы и распределение по группам для практики! Ты сама тряслась от нетерпения, всё твердила, как ждёшь не дождёшься этого дня...

Вот ещё один секрет, подсмотренный сквозь щель в чужих воспоминаниях.

Я только горько хмыкнула и прошептала:

– Не дождалась… хитрая стерва.

Больше не взглянув на девушку, схватила бархатный мешочек с купюрами и, таща за собой потёртый баул, вышла из общежития.

Сейчас я чувствовала себя, как школьница, выучившая только первую строчку стихотворения, но делающая вид, что знает его наизусть.

Подсмотренные воспоминания немного помогли прояснить для себя некоторые моменты – как и понять, что вода отныне мой молчаливый союзник.

Только благодаря стакану прозрачной воды мне удалось дотянуться до памяти Каталины, надёжно запертой за семью замками. Кажется, чувства она забрала с собой, оставив мне лишь обрывки знаний. Что ж, тем лучше.

В академии задерживаться не хотелось. Наконец осознав простую истину: та неразборчивая клякса вместо подписи на документе делает его недействительным.

Ведь я не Каталина. И подпись поставила совсем другая – чужая – личность. Я даже не знаю, как должна выглядеть подпись аристократки.

Значит, дело времени – пока этот жуткий блондин не узнает правду и не поспешит прикончить меня за то, что «оскверняю» землю своим присутствием.

А жить мне всё-таки хочется. Значит, придётся в срочном порядке адаптироваться к новой реальности.

Я вывалилась на широкую дорожку, петлявшую между вековыми деревьями. Их кроны прятали за собой древние стены Академии. Не задерживаясь, направилась в сторону ворот.

Они виднелись издалека, притягивая взгляд и будоража воображение. Ворота возвышались на несколько десятков метров и были выточены из белоснежного мрамора, который переливался в лучах утреннего света. Гладкая поверхность сияющего камня была покрыта затейливыми узорами – сцены из истории магии: великие битвы, древние ритуалы, легендарные маги, застывшие в момент своих величайших подвигов.

В центре ворот, будто вырезанные из самого камня, возвышались фигуры двух величественных стражей: один с жезлом в руках, другой – с мечом. Их глаза, инкрустированные драгоценными камнями, сверкали, словно живые.

Вот сейчас я по-настоящему пожалела, что в своём мире не увлекалась фэнтези. Возможно, воспринимать всё это было бы чуть проще.

У ворот толпились студенты, оживлённо обсуждая планы на день – видимо, у них были выходные, как и у нас.

Именно там я вновь наткнулась на ледяной взгляд Данте.

Он стоял, как чёрная скала, посреди пёстрой компании. Его невозможно было не заметить – высокий, мрачный, непробиваемый.

Остальные старались держаться подальше, избегая его взгляда и перешёптываясь. Адепты отводили глаза, будто он сам по себе был живым напоминанием о чём-то, чего лучше забыть.

Теперь нас обоих обходили стороной. Вокруг образовался настоящий островок отчуждения – и я не выдержала: отвела взгляд и поспешила уйти.

Но Данте, словно тень, следовал за мной, всё с той же непроницаемой миной. На мгновение показалось, что от его фигуры отделилась настоящая тень и встала рядом со мной.

Бр-р… Как жутко! Ускорила шаг, молясь, чтобы наши пути как можно скорее разошлись.

От страха даже не могла оглянуться, чтобы как следует рассмотреть город. Но всё равно успела заметить странный транспорт: кареты без лошадей! Причём не только на гладкой, словно асфальтированной, дороге – некоторые ещё и парили над землёй.

О таких чудесах чужие воспоминания молчали.

Приходилось довольствоваться тем, что подарил мне один-единственный стакан воды.

Пока поняла, что Каталину пытались отравить. Но эта хитрая гадина всё успела просчитать, активировала заклинание, и… выжила, меняясь со мной местами.

Глава 4

– Почему сбегаешь из Академии? – спросил он тихо бархатным голосом.

Вздрогнула, но тут же прикинулась, что дело вовсе не в страхе перед молчаливой тенью по имени Данте. Пожала плечами и раздражённо буркнула, не оборачиваясь:

– Квартплату повысили.

И ведь не соврала – оставаться в Академии было действительно слишком дорогим удовольствием. Цена – моя жизнь.

Похоже, он всё понял. Я собиралась сбежать от дальнейших расспросов и юркнула в первое попавшееся кафе. Колокольчик над дверью звякнул, возвещая о моём появлении – изрядно вспотевшей и на взводе.

Надеялась, что Данте не осмелится приставать ко мне на глазах у посторонних. Его нечеловеческие зрачки пугали до дрожи.

Но всё вокруг оказалось таким удивительным, что я на мгновение забылась – и застыла на месте, уставившись на происходящее.

Кажется, только сейчас по-настоящему осознала: этот мир – не галлюцинация.

В маленьком, но невероятно уютном заведении буквально витала магия. Я застыла с открытым ртом, заворожённо наблюдая, как юная официантка, вместо того чтобы нести поднос по привычным законам физики, направляла его одним лишь взглядом.

Поднос плавно парил рядом, пока она ловко собирала со столов грязную посуду. Из её кистей струился мягкий голубоватый свет, а где-то вдалеке будто слышалось лёгкое завывание ветра – словно сам воздух с готовностью подчинялся её воле.

И что поразительно – никто даже не удивлялся. Все продолжали заниматься своими делами, как будто летающие подносы и светящиеся пальцы – это не чудо, а банальная рутина.

За прилавком – как и в моём мире – стояли аккуратные витрины со всевозможными пирожными. Взгляд тут же приклеился к ряду эклеров.

Немного полюбовавшись на магию официантки,  направилась к прилавку. На сытый желудок всегда думается лучше. Но не успела добраться до сладостей, как из центра помещения раздался капризный, почти жеманный девичий голосок:

– Каталина! Ты что, с ума сошла?

Тряхнула головой, пытаясь стряхнуть дурман, и почти уже дотянулась, но в виски ударила тяжёлая, густая волна чужого негодования.

– Каталина Валентор! Не делай вид, что не заметила меня! – Ко мне стремительно приближался вихрь белого шёлка.

Я даже споткнулась и застыла на месте. Всё. Приехали! Сейчас меня раскусят и, скорее всего, позвонят в полицию. Хотя… какая полиция? В воспоминаниях Каталины не было ни телефонов, ни компьютеров. Да и с отцом она общалась исключительно письмами.

– Ты! – задыхалась от возмущения худая, как жердь, девушка. – Как ты посмела не явиться на поединок вчера?! А ведь так красовалась перед преподавателем, мол, одним движением кисти раздавишь меня! – продолжала она распаляться, пока я пребывала в состоянии лёгкой прострации.

Неужели осталось хоть что-то, чего моя предшественница не успела испортить?

– Я плохо себя чувствовала, – тихо пробормотала.

– Ой, кому ты врёшь! Просто струсила и пряталась до утра! Постой-ка… – только сейчас она заметила мой чемодан. – Ты серьёзно собралась уехать в глушь за наследством?

Вот теперь добила окончательно.

– Там же давно высохший источник! Или надеешься, что, как и твоему папаше, король выделит средства на восстановление? Не выйдет! Все уже знают, что он проиграл всё в карты!

Молча впитывала новую информацию о хозяйке этого тела – и с каждой секундой злилась всё сильнее. Казалось, на последние слова девушки все вокруг дружно кивнули. Посетителей было немного, но ощутила на себе осуждающие взгляды.

Это было новым для меня. Раньше приходилось сталкиваться только с жалостью.

Что же это за наследство такое? И почему все о нём знают?..

Поняв, что собеседница явно отстать собирается,  решила не подливать масла в огонь. Грубить не стоило. Она и так была настроена на скандал.

– Да! Ты против?

Она фыркнула, бросив через плечо:

– Таким гадюкам, как ты, лучше держаться подальше от честных магов, – пожелала мне доброго пути с таким тоном, будто проклятие накладывала.

Последовала её совету, но перед уходом всё же купила себе пару булочек с корицей – определила по запаху – и вышла обратно на улицу.

К счастью, Данте поблизости не оказалось. Расплатившись, я поняла, что у Каталины почти не осталось денег. Значит, теперь нужно искать самый дешёвый постоялый двор и срочно составить план выживания.

Я обязана выяснить, где находится тот самый источник – и как можно скорее отправиться туда. Ведь как ни как у меня там был дом, правда еще не знала в каком состоянии.

Сытая и уже в более добром расположении духа,  бодрее потащила за собой потёртый баул по широким улицам города. Отсутствие преследователя воодушевляло.

Я внимательно всматривалась в каждую деталь нового мира, словно оказалась внутри фантастического фильма. Всё казалось невероятным – и в то же время пугающе реальным.

Город был чистым, ухоженным и по-своему красивым. Илити – так, судя по многочисленным вывескам, назывался город.

«Прачечная Южной Илити»,

«Закусочная Великой столицы Илити» – названия мелькали одно за другим, будто помогая мне зацепиться за новую реальность.

Дома в Илити словно рождались из самой земли – из камня, дерева и светящихся кристаллов, которые выглядели неотъемлемой частью ландшафта. Их гладкие, переливающиеся стены нередко покрывали руны, будто дышащие магией, наполняя улицы ощущением уюта и невидимой защиты.

Воздух был насыщен ароматами свежих трав, цветущих бутонов и пряных благовоний – казалось, сама природа устроила здесь праздник чувств. Продуктовые пакеты неспешно плыли в воздухе, следуя за людьми, словно привязанные к ним невидимыми нитями.

Люди одевались разнообразно, но по цвету одежды можно было догадаться, к какому виду магии они принадлежат. Были и такие, как я – в простой, но удобной одежде, без магии и эффектов. Они несли  на себе свои вещи.

Что ж, пока не пойму, как устроена местная магия, придётся притворяться обычной, ничем не примечательной девушкой. Лучше не выделяться. Раньше я не чувствовала магии. Единственный всплеск случился тогда – со стаканом воды.

Так, неспешно прогуливаясь, добралась до широкой площади. В центре возвышалось дерево – старое, возможно, древнейшее существо. Окружённое стражниками в такой же форме, как у Данте, оно казалось неприступным и драгоценным.

Влюблённые пары в нарядных одеяниях останавливались, чтобы с благоговением взглянуть на широкий ствол, украшенный вкраплениями кристаллов – точно таких же, как на стенах здешних домов.

Мне же это дерево показалось пугающим, будто каждая его ветвь скрипела и нашёптывала чужие секреты. Поймав тёмный взгляд одного из стражников, я поспешно опустила голову и ускорила шаг. Пора мне убираться, пока кто-то всерьёз не принял меня за Каталину!

Я принялась искать взглядом отель, но быстро поняла: в этой части города таких заведений не сыщешь. Один-единственный раз осмелилась войти в здание с красочной вывеской «Золотые Врата», но тут же наткнулась на мужчину в тёмном, тщательно выглаженном костюме-тройке. Его цепкий взгляд мгновенно оценил мою простую одежду, а губы скривились в пренебрежительной усмешке.

Глава 5

Несмотря на это, я всё же вежливо поинтересовалась:

– Добрый день. У вас найдётся недорогая комната на одну ночь?

Изобразила уверенность, словно за мной не тянулся старый потрёпанный чемодан, словно в кошельке не прятались последние крохи.

– Сто эфиронов за ночь, – нехотя проронил мужчина, едва разлепив губы.

Эфирон – местная валюта. Шёлковистые купюры с ликом монарха, которые, казалось, могли открыть любые двери. Но только не для меня.

В кошельке у меня было всего две банкноты по пять и три по десять – жалкие сорок эфиронов. Значит, мягкая, чистая постель мне точно не светит.

Не прощаясь, я вышла из здания и нырнула в узкие улочки между двухэтажных домов с крошечными балкончиками.

Чем дальше уходила от главной площади, тем сильнее казалось, что попадаю в совершенно иной мир. Здесь всё выглядело тусклее, беднее, без изящества и лоска.

Люди сами носили свои сумки, мимо проезжали обычные кареты, запряженные лошадьми. Всё, как и следовало ожидать: блеск и роскошь остались в центре, ближе к историческим достопримечательностям, а простолюдины обитали на окраине города. Деревянные дома постепенно сменялись харчевнями, а за покосившимися заборами вяло развевалось развешанное бельё.

Наконец, заметив деревянную вывеску, я поспешила к ней. Устала до изнеможения – спотыкалась на каждом шагу и чертыхалась вполголоса.

Здание будто срослось с землёй, напоминая землянку. Стены были обшиты старыми деревянными досками, затянутыми виноградной лозой и покрытыми пылью.

Дубовая дверь скрипнула, когда я подошла ближе. Стоило толкнуть её, как меня окутал тёплый аромат трав, свежего хлеба и молодого вина.

Внутри было тепло, уютно – и неожиданно шумно. Низкий потолок мягко освещался светляками, медленно покачивающимися в углах. Казалось, мебель выросла из самого леса: массивные столы, стулья с резными спинками, в которых так и хотелось утонуть.

За каменной стойкой стояла пожилая женщина с видом скучающего сфинкса. Её седые волосы были собраны в аккуратный пучок, а на плечи был небрежно наброшен шерстяной плед, придающий ей одновременно строгость и домашний уют.

Моё появление мгновенно оживило скучающее лицо хозяйки – она даже выпрямилась. В помещении воцарилась тишина. Мужики дружно грохнули глиняными кружками о столы и неотрывно уставились на меня. Стало не по себе. Мысль о ночёвке под открытым небом вдруг показалась не такой уж плохой.

Я сделала неуверенный шаг, затем ещё один, чемодан жалобно гремел за мной… и тут дорогу перегородил рослый детина с лысой головой.

– Ой, мамочки… – вырвалось шёпотом.

– Ты кто такая? – пробасил великан, нависая надо мной как гора.

Невольно отшатнулась, сердце подскочило к горлу, и в голове тут же зашуршал ехидный внутренний голос: «На улице-то и вправду свежо… и спать никто не мешает!»

Вот тебе и уют!

Но отступать было поздно. Я упрямо отогнала трусливые мысли, расправила плечи и, набрав воздуха в грудь, выпалила:

– Ревизор нагрянул!

Может, и глупо. Но оставалась надежда, что в этой части города Каталину ещё не знают, а ревизора боятся.

Голос у меня, конечно, прозвучал тонко и нервно, но, к удивлению, сработало. Женщина за стойкой, до этого скучающе охранявшая своё место, побледнела и едва слышно охнула. Детина передо мной повторил моё движение и отшатнулся. Ага, значит, страшного зверя по имени «Ревизор» боятся и в этом мире!

Сказала это скорее наугад – чтобы не вышвырнули сразу в ночную прохладу. Но, как выяснилось, мой обман распахнул передо мной все двери.

Кто-то начал перешёптываться, а потом тихонько начали один за другим стали покидать таверны. Ну что ж... домой-то вернутся пораньше, глядишь – и протрезвеют, и с домашними делами помогут. Жёны будут довольны.

А всё благодаря мне, великому и ужасному ревизору!

– Гор! Не стой столбом! Пригласи нашу милую гостью за стол, – гаркнула хозяйка лысому детине, а сама скрылась за боковой дверью, на ходу наводя там порядок.

По звону посуды я догадалась – ушла на кухню.

– Не жалеем мыло! Быстро, лоботрясы! Чтобы, когда я вернулась, всё блестело! И... какого демона ей тут понадобилось?! – донёсся приглушённый, но явственно панический голос.

Я молча направилась туда, куда указал своей огромной лапищей детина. В отличие от остальных посетителей, Гор был трезв как стекло. А с того самого момента, как услышал, что я ревизор, и вовсе начал посматривать на меня с явным ужасом.

– Проходите, мадам, – прошептал он с почтением и нервно смахнул со стола остатки прежнего пиршества.

Я была настолько голодна, что даже не поморщилась при виде оставшихся кусков мяса в густом жирном соусе. Они уныло покачивались в глиняной тарелке, будто осознавали свою неминуемую участь.

– Леди, – с достоинством поправила я, опускаясь на скрипучую скамью.

С трудом удержалась, чтобы не развалиться на ней. За день я так увлеклась исследованием нового мира, что не заметила, как вымоталась. Прошла, наверное, километров двадцать, не меньше. И ещё этот проклятый чемодан…

Ждать долго не пришлось. Хозяйка вернулась довольно быстро – сияя подобострастной улыбкой. Аккуратно поставила передо мной тарелку с аппетитным жареным мясом и буханку хрустящего, ещё тёплого хлеба.

– Госпожа, позвольте угостить вас нашим фирменным блюдом от шефа, – пропела она, потирая руки.

– Так и быть, рискну попробовать, на что способен ваш повар, – снисходительно кивнула, стараясь сохранить лицо.

На самом деле мне хотелось съесть всё сразу, облизать тарелку и попросить добавки… Но я держалась. Леди же.

– Чего встал, дармоед?! – гаркнула хозяйка, хлопнув Гора по плечу грязным полотенцем. – Быстро спускайся в погреб и принеси кувшин холодного молока для нашей гостьи!

Она подтолкнула его в ту самую дверь, из которой только что вышла. М-да… будь я настоящим ревизором, эта мадам лишилась бы своего заведения уже сегодня.

Руки прилипали к столу, а на потолок я старалась даже не глядеть.

Пока наслаждалась горячим ужином, хозяйка устроилась напротив, при этом продолжая бессовестно заискивать:

– К нам так редко заглядывают уважаемые господа… особенно леди… что мы уж и забыли, как с вами обращаться…

Она замялась, но, подбадривая себя, продолжила:

– Прости за прямоту… – вытерла особенно липкое пятно на столе уголком своего фартука, – но… кто пожаловался на меня и мою харчевню?

Я не торопилась с ответом. Приподняла бровь и холодно уставилась на неё, разглядывая, как охотник оценивает добычу. Пусть понервничает. Глядишь, сама назовёт нужного кандидата.

Если хозяйка догадается, что я всё выдумала и просто спугнула её пьяниц… то есть клиентов – вряд ли она будет трогательно заботиться обо мне. Скорее – выкинет на улицу.

– Я хотела спросить, надолго ли вы к нам? – с наигранной учтивостью поинтересовалась она. – Здесь живёт простой люд, без магии. Маги и аристократы давно на нас махнули рукой. Мы – как тот неловкий родственник, про которого вспоминают только тогда, когда совесть проснётся, – усмехнулась дама. – Я, конечно, понимаю, что после войны с демонами наш правитель предпочитает держать древние магические роды поближе… но про нас, простых, будто совсем забыли.

Война с демонами…  Тут же мысленно зацепилась за эту деталь. Кто бы они ни были, звучит так, будто в этом мире не всё спокойно. Ещё один плюсик к моему плану: держаться от академии подальше.

– И вот теперь, когда никому не нужные люди вдруг стали интересны королевским службам, – продолжила хозяйка, – к нам присылают таких, как вы. Так кто вас направил в «Харчевню мамаши Алетты»?

Ага, значит, зовут её Алетта. Имя подходящее. С виду – добродушная тётушка, но под этим пледом явно спрятан характер с кулаками. Лучше не злить.

Встретилась с её цепким, подозрительным взглядом и изобразила искреннее удивление.

– Направили к вам? Разве я говорила такое?

Мой ответ запутал женщину. Алетта откинулась на скамью, нахмурилась и погрузилась в размышления. Ну давай, думай. Чем дольше ты в сомнениях – тем больше у меня времени придумать, как выкрутиться.

Я поняла, что хозяйка не глупа и долго её не обманешь. Скоро она всё сложит в одну картинку, и прощай, крыша над головой.

С этой удручающей перспективой я заработала ложкой быстрее. Мясо хоть и остыло, но шло на ура.

Тонкие пальцы, ухоженные ногти, мягкая кожа – всё во мне выдавало избалованную аристократку, а никак не простую работницу.

По крайней мере – в этом теле. В своей прежней жизни я не чуралась никакой работы. И мыла, и убирала, и кур кормила… а теперь – леди.

Даже с дипломом психолога мне так и не удалось устроиться на должность, которая позволила бы хотя бы просто выживать. Пришлось перебиваться – то кассиром, то официанткой. Но больше всего меня эксплуатировали как девочку на побегушках у любовницы одного очень влиятельного дяди.

Как это часто бывает, у хозяина жизни имелась и личная секретарша… но бедняжка практически не вылезала из-под стола шефа. Все офисные дела и поручения в итоге исполняла я – Наталья Белякова.