Текст книги "Анализ на любовь. Результат положительный (СИ)"
Автор книги: Климм Ди
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)
Глава 11
11
Веранда перед домом наполнилась танцующими парами. Хмель висела в воздухе запахом виноградного вина, дымом сигарет и разомлевших тел, плавно и хаотично покачивающихся в танце.
Жанат разговаривал с каким-то мужчиной, который бросил на Милу острый взгляд черных глаз, когда она вышла из-за угла дома.
Миле вдруг стало тяжело дышать. Насколько мрачна была аура Жаната, настолько же кровожадная аура окружала мужчину рядом с ним.
Жанат проследил за взглядом мужчины и тоже посмотрел на Милу. Мужчина что-то спросил, глядя на Милу, на что Жанат кивнул.
«Господи! Он заказывает мое убийство!»
Эта шальная мысль влетела в голову Милы, подобно сокрушительной комете и заставила Милу обессилено прислониться к стене дома. Кем еще он может быть, если не профессиональным киллером?! Плотная фигура втиснута в черный костюм, столь неуместный в жару, огромные кувалдообразные руки лежат на столе, а толстый мозолистый палец (видимо от постоянного нажатия на спусковой крючок) постукивает по столешнице, словно начинает отсчет. Страх липкой паникой прокрался в сердце Милы, которая не могла отвести взгляда от своего палача.
Теплая рука Семена опустилась Миле на плечо, что заставило ее вздрогнуть.
– Мила, вы в порядке?
В его голосе было столько участия и заботы, что Мила еле сдержала себя, чтобы не уткнуться в его мягкую батистовую рубашку и не разрыдаться, словно маленький ребенок.
Но Мила сделала вдох и покачала головой.
– Да, я в норме. Кто тот человек, с которым говорит Жанат?
Так странно и непривычно было произносить его имя, ставшее опасно близким, особенно учитывая, что сам Жанат к Миле не испытывал ничего, кроме отвращения.
– А-а-а, это тот человек, ради которого мы пришли сюда.
– Он… – Мила замялась. – Он… выполняет какие-то особые поручения?
– Можно сказать и так, – осторожно ответил Семен, чем заставил Милу вновь заледенеть в ужасе.
– Насколько… э-э-э… щепетильны вопросы, которые он решает?
«Боже, где ты набралась подобной чуши?!», взвыла про себя Мила. Но не могла же она спросить Семена, убийца этот мужчина или нет!
– О-о-о, – многозначительно протянул Семен, – очень щепетильны. Но нам лучше об этом не говорить. Я принесу вам воды. Вы правда очень сильно побледнели.
Мила прижала пальцы к губам, сдерживая стон ужаса.
«Какой дурак стал бы светиться перед толпой гостей вместе с жертвой, если планирует заказать ее киллеру?», пыталась успокоить себя Мила, исподтишка разглядывая Жаната, который не обращал на Милу никакого внимания и был поглощен разговором с жутким типом.
«Но ведь Жанат – беспринципное чудовище!», шептал запуганный внутренний голос. «Может у него под рукой нет твоей фотографии и он решил показать киллеру заказ натурой, так сказать. Что ему стоит заказать тебя, чтобы не марать руки самому?»
«Господи, это все больная фантазия уставшего мозга! Заткнись!»
«О-о-ох-х-х, ну поглядим, как ты запоешь, когда этот садист сожмет свои ручища на твоей цыплячьей шейке! Глянь-ка на его ручищи! А-а-ах-х-х!»
«Не будь глупой курицей!», взвыла Мила, которая чувствовала, что находится на грани самой форменной истерики.
А то, что произошло потом, вбило ржавый кость в ее бренную грудь, заставив прирасти к каменной стене дома.
Жанат передал киллеру конверт. Точно такие же конверты гуляли в руках Милы за прошедшие годы, так что она безошибочно уловила купюры, оттопыривающие бумажные бока. Затем мужчины пожали друг другу руки с самими довольными лицами, которые только могут быть у таких мрачных типов.
«Ты все еще сомневаешься?», ехидно спросил внутренний голос.
«Заткнись!», взвыла Мила и прижала руки к ушам, заглушая внутренний монолог, который сводил ее с ума.
Как сквозь вату она слышала смех окружающих, тихий джаз, но не услышала шума подъехавшей машины. Только когда Мила подняла взгляд, то увидела, как из машины выпорхнула высокая девушка в платье канареечного цвета. Девушка взмахнула короткими волосами и оглядела толпу.
– О нет, – пробормотал Семен, подошедший к Миле с запотевшими стаканами.
Такой цвет и фасон могли носить только очень уверенные в себе барышни, которым есть, что показать. Точеной фигуре и высокому росту могла позавидовать любая модель. Ровный загар покрывал тонкие руки и самые обалденные ножки, которые когда-либо видела Мила! Короткая мальчишеская стрижка открывала лебединую шею, которая держала красивое юное лицо. Вздернутые изогнутые брови, тонкий прямой нос, пухлые губы-бантики и огромные черные глаза – все достоинства подчеркнуты идеально наложенным макияжем.
– А это кто? – прошептала Мила. Но ответ пришел сам, когда девушка взмахнула рукой и вприпрыжку ринулась … к Жанату.
Угроза смерти, которая повергла Милу в шок минуту назад, была забыта и на смену пришло оцепенение, с которым Мила смотрела, как тоненькие руки обвили крепкое тело Жаната.
– Жан, ты улетел утром, даже не разбудив меня! Мне пришлось догонять тебя обеденным рейсом.
«Для такой хрупкой девушки у нее очень низкий голос», растерянно подумала Мила. Ее разум заметался из стороны в сторону, не зная, как реагировать на все происходящее.
«Боже, просто сделай так, чтобы все это закончилось прямо здесь и прямо сейчас», отстраненно помолилась Мила, прикрыв глаза. Но, видимо, боженька был занят более важными делами, так как не внял глухой молитве. Потому что, когда Мила подняла взгляд, она увидела, как девушка положила голову на плечо Жаната, а его загорелая рука обвила ее тонкую талию.
– Выпейте, вам полегчает.
Мила забыла про Семена, все еще стоящего рядом с бокалом в руках. Появилось острое желание напиться. До чертиков напиться, лишь бы забыть навсегда этот чертовски кошмарный вечер.
Мила слабо улыбнулась Семену, отлепила ослабевшее тело от стены и сделала глоток ледяной воды. Мила поправила платье, которое еще хуже усугубило ее и без того ужасное положение. Как хлестко ее попытка опозорить Жаната вернулась ей же в виде позорного бумеранга, на одном конце которого сидела эта красотка в желтом платье.
– Мы можем уехать отсюда прямо сейчас? – обратилась Мила к Семену, стараясь не глазеть на Жаната, который метнул на девушку мрачный взор и что-то тихо сказал ей на ухо. Наверняка нашептывает, как ему хочется стянуть с нее это канареечное безумие.
– Но…я… – донесся до Милы растерянный голос девушки.
Жанат бросил на Семена быстрый взгляд, и помощник тут же бросился к хозяину. Они о чем-то переговорили, и Семен взял под руку девушку и повел к ее машине.
Хоть кто-то, кроме Милы, выглядел несчастным на этом аттракционе ужасов, когда Семен усадил девушку на переднее сидение авто, а сам сел за руль. Машина плавно выехала со двора, и за тонированными стеклами иномарки мелькнули огромные грустные глаза, не отрываясь глядевшие на Жаната.
Мила наблюдала, как Жанат направился к Миле и вместо желаемой ненависти и отвращения почувствовала, как в пульс участился и все ее инстинкты обострились. Мила казалась себе умалишенной озабоченной нимфоманкой, но ничего не могла с собой поделать.
Когда Жанат подошел достаточно близко, Мила почувствовала тепло его тела и чистый запах его кожи. Она стиснула в руках стакан и холодные капли потекли по пальцам, оставляя влажные следы.
– Неловко получилось, – пробормотала Мила.
– Ты о чем? – недоуменно спросил Жанат.
– Я о вашей девушке. Она вроде бы как не хотела уходить.
– Ее сюда никто не приглашал.
Бесчувственный чурбан!
– Меня тоже.
– Ты пришла со мной.
Этот резкий ответ вмиг стер все плохое, что случилось за вечер.
Мила устала ругать себя за непозволительные чувства и мысли, поэтому сдула выбившиеся локоны и промолчала.
– Устала?
Ей показалось, или в ровном тоне Жаната промелькнуло сочувствие? Наверняка показалось, потому что когда Мила подняла взор, Жанат смотрел в спину мужчине, которому передавал конверт. Уснувший страх вновь пробудился и поднял голову. Паника встрепенулась и заглушила голос разума, поэтому Мила выдала слова, которые не стоило произносить вслух:
– Это именно тот класс девушек, с кем вы обычно водитесь?
Жанат замер, вытаскивая сигарету из пачки и медленно повернул голову к Миле.
– Ревнуешь? – спросил он мягко.
Даже в темноте наступившей ночи Мила видела, как загорелись глаза Жаната.
На мгновение Мила растерялась, затем удушающая волна возмущения захлестнула ее, и она с придыханием пролепетала:
– Что?! Вы!.. Вы вообще в своем уме?!.. Да я!..
– Тише, тише, – усмехнулся Жанат и закурил сигарету. – Выдохни.
Мила хотела добавить еще что-то к сказанной нелепице, но благоразумно умолкла. Они уже убедились, что каждый раз, когда она открывала рот, ничем хорошим это не заканчивалось.
– Потерпи пару минут, и мы уедем.
Перемены в поведении и голосе Жаната заставляли Милу биться из стороны в сторону. Пару часов назад он вывалял Милу в грязи, а сейчас говорит таким тоном, словно ему действительно важно мнение Милы.
Этот невозможный мужчина выводил Милу из себя, нервировал и раздражал, но при этом именно рядом с ним Мила поняла, что значит испытывать порхание бабочек в животе.
Всю обратную дорогу в салоне стояла тишина. Жанат вел машину и, как обычно, не смотрел в сторону Милы. Его права рука переключила рычаг скорости, и постоянно находилась в опасной близости от ее колен. Мила слишком остро воспринимала Жаната, его ауру, заполнившую каждый миллиметр в салоне. Из динамиков лилась тихая мелодия, но Миле казалось, что тишина была натянутая и осязаемая. Хотелось разорвать ее нечаянным словом или кашлем, но Мила не решалась даже смотреть в сторону Жаната, чтобы ненароком не обнажить перед ним свои мысли и постыдные желания.
Мила вспомнила девушку, виснувшую на шее Жаната и матернулась про себя. Пока пьяная Мила раскрывала Жанату свою убогую душу и несла чушь про вирус в бассейне, в его комнате была эта красотка, которая видимо провела с ним ночь! Именно эта жгучая красотка должна была сопровождать его сегодня. Возможно, Жанат не хотел будить спящую в его постели красавицу, и ему пришлось таскать с собой Милу, словно нашкодившее дитё, так как «Ее не с кем было оставить!».
Наверняка красотка уже ждет Жаната в его номере, накинув на сногсшибательную фигуру легкий пеньюар и призывно облизывая пухлые губы.
– Выспись. Завтра у нас очень важные дела.
Это были единственные слова, которые бросил Жанат Миле, прежде чем они разошлись каждый в свой номер.
Вопреки совету, Мила лежала и наблюдала, как ночные тени ползут по белоснежному потолку и не могла сомкнуть глаз. Она считала, сколько машин проехало за последний час и как далеко могут достать острые углы света.
Но ничего не спасло Милу от удушающе болезненных картин о том, чем в соседнем номере занимается Жанат с красоткой в желтом платье. Тысячный раз в ночи Мила благодарила и проклинала звуконепроницаемые стены, которые возможно уберегли ее от безумия, но не спасли от бессонной нескончаемой ночи.
Утро добрым не бывает, утром кофе помогает.
Мила сдержала очередной зевок и глянула на настенные часы в ресторане. 11:00. Впервые за долгое время Мила проснулась так поздно. В этом она винила Жаната, который был причиной ее бессонной ночи, и вообще стал причиной всех ее бед.
Перед Милой появилась тарелка с воздушным и сочным омлетом, но Мила слабо улыбнулась официанту и отодвинула тарелку. Аппетита не было совершенно, как и желания начинать очередной день с незнанием того, как он закончится.
Слишком много сюрпризов, слишком много стресса.
Загорелая рука появилась перед Милой и подвинула тарелку с омлетом обратно.
– Ты ничего не ешь.
Мила безошибочно угадала ровный чуть хрипловатый голос.
– Странно, что вас это беспокоит.
Жанат грузно опустился рядом и знаком подозвал официанта.
– Я же не монстр, – с кривой усмешкой Жанат посмотрел на Милу.
– Конечно же, нет, – пробормотала Мила, пока Жанату наливали кофе, – Вы один?
– А с кем я должен быть?
«С той красоткой, что вчера висела на вашей шее, словно у нее случилось размягчение костей». Но вместо этого Мила безразлично ответила:
– С вашей вчерашней спутницей.
– Моей вчерашней спутницей была ты.
Ох, как у нее стало сладко внутри, когда Жанат бросил ответ, словно все так и должно было быть. Кажется, он решил закрыть тему, потому что опять подвинул тарелку к Миле со словами:
– Ешь.
Короткий приказ удивлял. Что это он так озабочен ее здоровьем? Готовит свинью на убой? Сам же при этом не притронулся к кофе и видимо ждал, когда Мила отдаст под козырек и схватит ложку. Мила с той же настырностью отодвинула тарелку и посмотрела на Жаната.
– Заставить меня вы не можете.
– Ты уверена? – тихий голос Жаната заставил Милу замереть. Глаза Жаната загорелись, когда он посмотрел на Милу.
– Вы не станете устраивать сцен в людном месте, – напомнила Мила их вчерашнюю перепалку.
– Ты меня плохо знаешь.
Горячий кофе дымился в чашке, зал наполнялся гостями, официанты носились меж столами, а мужчина сидел без движений, не отрывая взгляда от Милы. Ей, привыкшей к его полному безразличию, стало неуютно.
– Ваш кофе остывает, – неловко пробормотала Мила.
– Твой омлет тоже, – последовал безотлагательный ответ. – Считаю до трех.
– Я не ваша подчиненная, чтобы …
– Раз.
– Боже, вы же не… – Мила нервно засмеялась, но Жанат ее перебил.
– Два.
– Можете считать хоть до ишачьей пасхи! – Мила пыталась говорить твёрдо, но ее голосок задрожал, когда Жанат вздернул темную бровь.
Мила чуть было не брыкнулась назад, когда Жанат вытянул руку, и взял ее вилку. Он вложили прибор в руку Милы, и обхватил ее кисть своей ладонью. Тоненькая рука Милы утонула в широкой ладони, взявшей ее в твердый плен.
Мила смотрела, как управляя ее рукой, Жанат отрезал кусочек омлета и приблизил к ее губам.
– Открой рот.
Мила как загипнотизированная послушно выполнила приказ. Кусок встал комом в горле, когда Жанат опустил взгляд на ее губы.
– Теперь мы знаем, что ты умеешь пользоваться вилкой, – Жанат отпустил ее руку. – Доедай свой завтрак.
– Я правда не хочу… – начала было Мила, тогда Жанат подозвал официанта и приказал ледяным тоном:
– Даю минуту, чтобы освободить зал. Всем.
Глаза официанта расширились, и капельки пота выступили над губами.
– Конечно, Жанат Алиевич, – пробормотал молодой человек, и ринулся к другим гостям.
– Ладно! Хорошо! – вскрикнула Мила и подскочила на месте. – Прекратите все это!
Жанат окликнул официанта, цвет лица которого стал белее скатерти на столах.
– Пожалуйста, не беспокойте других гостей, – извинилась Мила перед официантом, и тот вылетел из зала быстрее пули после того, как Жанат повелительно наклонил голову.
Мила бросила на мужчину взгляд, переполненный ядом, демонстративно взяла вилку и начала есть, но Жанат лишь усмехнулся и отпил кофе.
– И все же вы монстр, – сказала Мила, проглотив последний кусок. Она не хотела признаваться даже самой себе, но омлет был очень вкусный и утолил неосознанный голод.
– Неужели хочешь добавки? – с издёвкой спросил Жанат.
– Нет, спасибо, – твердо сказала Мила и отложила вилку. – Нахавалася я! – Мила изобразила непонятный акцент, акая гласные, чем вызвала веселую улыбку Жаната.
Господи помилуй, он улыбался Миле! Эта улыбка принадлежала ей и больше никому в шумном зале. Улыбка тронула не только губы, но и глаза Жаната и Мила знала, что никогда этого не забудет.
Она перевела дыхание, неловко повела плечами и спросила:
– Вы сами-то завтракали?
– Я встал намного раньше тебя.
– Я не помню, когда так долго спала в последний раз.
– Но сейчас тебе некуда торопиться.
– Да, пока это так.
– А потом?
– Потом?
– Когда все это закончится.
– Я думала, вы мне скажите, что будет потом, – усмехнулась Мила.
– Ты настолько мне доверяешь? – голос Жаната звучал отстраненно.
– Мне больше ничего не остается, – пожала плечами Мила. – У вас в руках мои документы, деньги и главная улика против меня.
– Хорошо, предположим, что ты свободна. Что ты будешь делать?
До этого момента Миле казалось, что она четко знает свои дальнейшие шаги.
Но сидя рядом с Жанатом, Мила с неотвратимым страхом думала, что хочет провести рядом с этим мрачным мужчиной как можно больше времени и даже не приставляет свою жизнь потом, когда Жанат исчезнет в закатной дымке и больше никогда не появится.
– Я уеду, – твердо сказала Мила скорее самой себе.
– В штаты?
– Да.
– А что, если лечение не помогает?
Мила застыла и бросила на Жаната недоуменный взгляд.
– Оно помогает.
– Но что, если…
– Оно помогает! – по слогам повторила Мила, упрямо не желая слушать Жаната. За что он так с ней? Ему что, доставляет удовольствие выбивать почву из-под ног? Что сделала Мила такого, что нужно мучить ее, делая и без того далекую мечту совершенно недосягаемой?
Жанат молчал несколько минут, не сводя с Милы темного взгляда. У нее появилось странное ощущение, что Жанат хочет ей что-то сказать, но не решается. Видимо она спала не на том боку, раз ей в голову приходят подобные бредни. Жанат и нерешительность – палка о двух концах, которые никогда не сойдутся. Но все же мрачное молчание Жанат начало раздражать Милу, и она не выдержала.
– Вы знаете что-то, чего не знаю я?
Иногда молчание говорит намного больше слов.
За те мгновения, что Жанат продолжал смотреть ей прямо в глаза, словно заглядывая в душу, сердце Милы зашлось в бешенном стуке, а пальцы превратили салфетку в гору бумажных обрывков.
– Нет, – Жанат встал из-за стола. – Нам пора идти.
Мила шумно выдохнула и почувствовала, как отпускает напряжение. Она в который раз убедилась, как легко Жанат умеет управлять ее душевным состоянием и как сильно ее это пугает.
Не гипнотизер ли он часом?
В холле Жанат передал Миле пачку денег, которую та приняла с растерянной робостью.
– Что это?
– Сегодня вечером мы идем в одно место.
– Опять? – огорченно спросила Мила.
– Да. В этот раз я хочу получить то, что не получил от Жени.
Мила застыла с пачкой денег в руках.
– Правда? – прошептала Мила, словно боялась, что их могут услышать. Жанат наклонился к Миле и прошептал:
– Правда.
Только пару секунд спустя Мила поняла, что Жанат ее передразнивает, и она удивленно улыбнулась.
– Купи себе что-нибудь из одежды. И будь готова к десяти.
– У меня есть условие.
– Да? – брови Жанат поползли вверх. – И какое же?
– Вы не ограничиваете меня во времени, в выборе и в деньгах, – Мила пролистала пачку купюр и присвистнула. – Хотя тут даже лишнее останется.
– Хорошо, – легко согласился Жанат. – Все на твой вкус. Только имей ввиду, что мы будем проходить жесткий контроль.
– Не переживайте, я дотяну до того класса девушек, к которым вы привыкли, – язвительно ответила Мила.
– Говорят, у обиженных на носу растут бородавки, – усмехнулся Жанат.
Ба-а-а! Что мы слышим? Неужели он пытается шутить с ней?
– У меня уже есть ВИЧ, так что хуже не будет.
Улыбка сползла с мужского лица, и Мила готова была прикусить себе язык. Но было уже поздно, момент был упущен, и лицо Жанат вновь приобрело непроницаемое выражение, а глаза смотрели безразлично и холодно.
– Семен отвезет тебя, куда нужно.
С этими словами Жанат оставил Милу одну, задумчиво теребящую пачку.
Жанат Алиевич хочет девушку своего класса? Он ее получит!
Глава 12
Раздался стук в дверь, и Мила бросила взгляд на часы. 22:30. Немного опоздала. Какая жалость, Жанат Алиевич!
Мила последний раз глянула в зеркало, распахнула дверь и увидела Семена, который буквально потерял дар речи при виде Милы.
– Иду, иду, – пропела Мила и прошла вперед. Семен подобрал с ковролина упавшую челюсть и затопал следом.
– Он в ярости, – доверительно шепнул Семен, пока они ждали лифт.
– Ничего страшного. Ведь его девушки обычно опаздывают?
– О-о-о, всегда, – Семен неодобрительно закатил глаза.
– И он всегда так злится, как сегодня?
Семен откашлялся.
– Нет. Таким его редко увидишь.
Мила поймала на себе взгляд Семена через зеркальную дверь лифта, и мужчина подмигнул Миле.
– Вы сногсшибательны.
Мила взяла Семена под руку, благодарно улыбнулась, и шагнула в лифт. Как бы ни хорохорилась Мила и не старалась вести себя уверенно, у нее тряслись ноги от предвкушения встречи с Жанатом.
Мила шла по вестибюлю и ловила заинтересованные взгляды мужчин.
– Вы даже не представляете, как они мне сейчас завидуют, – хихикнул Семен и Мила засмеялась в ответ. Затем она не выдержала, и вопрос, мучающий ее с ночи, вырвался тихим шелестом:
– А где вчерашняя красотка?
– Вчерашняя красотка вчерашним рейсом улетела обратно.
«Печалька», не без тихой радости отметила Мила и вышла в распахнутую дверь.
Тот, чьей оценки ждала Мила, стоял вполоборота у черного Лэнд Ровера и нервно поглядывал на наручные часы. Даже на расстоянии Мила ощущала, как ярость горячими волнами протекает по его мощному телу. Стиснутая челюсть, сощуренные глаза, сжатые губы. Не хватало лишь огненных всполохов из носа. Словно ощущая исходящую от мужчины опасность, прохожие обходили его стороной и отводили взгляд, а белбои не подходили ближе, чем на несколько метров.
Жанат резко обернулся на цокот ее каблуков и завис на секунду.
Горячий воздух ходил в лёгких Милы, пока она неспешно спускалась по лестнице под взглядом потемневших глаз. Сердце зашлось в бешеном стуке, когда внимательный взгляд Жаната бесстыдно прошелся по ее фигуре и особое внимание уделил ее голым ногам. Затем взгляд заскользил вверх и следующей точкой его внимания была грудь Милы, которая слегка колыхалась под платьем.
Первое, что спросил Жанат хриплым голосом, когда Мила подошла к нему, было:
– На тебе что, нет бюстгальтера?
Мила подошла почти вплотную к Жанату, касаясь грудью лацканов его пиджака, привстала на цыпочки и прошептала ему на ухо:
– На мне вообще нет белья, Жанат Алиевич.
Обойдя замершего Жаната, Мила юркнула в машину, спрятав хитрую усмешку. О да, ее старания стоили одного только ошеломленного вида Жаната.
Шах и мат, Жанат Алиевич, шах и мат!
Мужчина секунду постоял на улице, затем сел в машину и с силой захлопнул дверь.
Семен плавно вырулил на главную дорогу и влился в поток вечерних машин.
Жанат поправил воротник белоснежной рубашки и кашлянул.
– У тебя что, не работает телефон в номере?
Было странно видеть всегда хладнокровного и уравновешенного Жаната в таком состоянии. Он словно еле сдерживал злость, ноздри раздувались, впитывая в себя окружающие запахи.
– А? – невинно спросила Мила, приоткрыв рот.
Жанат повернул голову, чтобы бросить на нее испепеляющий взгляд и прошипеть:
– Я звонил тебе десять раз. Ты не брала трубку, – произнес он по слогам, словно говорил с несмышленышем.
– А-а-а, я не слышала, – отмахнулась Мила, глянула в пудреницу и причмокнула губами.
Боковым зрением Мила заметила, как от этого звука Жанат вздрогнул.
– Ты опоздала на тридцать две минуты. Если ты думаешь, что твои красивые ножки оправдывают тебя, то ты ошибаешься.
Жанат буквально выдохнул слова, глядя прямо перед собой.
– А вы думаете, что у меня красивые ножки? – хрипловато прошептала Мила в темноту салона.
Мила вздрогнула, когда Жанат резко повернулся к ней мощным корпусом, наклонился близко-близко и обдал обжигающим дыханием.
– О да, у тебя самые красивые ноги, которые я когда-либо видел. И я думаю, ты знаешь ту единственная причину, по которой я еще не раздвинул их и не оттрахал тебя.
Это не было диалогом.
Это была битва двух титанов, и счет шел на очки.
Мила втянула ноздрями аромат одеколона Жаната – терпкий и цепляющий, смешанный с возбуждающим запахом его тела.
Как легко было бы разреветься над обидными горькими словами и тем самым признать поражение! Но слишком многое было на кону, и Мила никогда не простила бы себе такой слабости.
– Вы слишком сильно надушились, Жанат Алиевич. Не могли бы вы отодвинуться?
Жанат издал хриплый смешок и вернулся на свое место. А Мила вновь взялась за зеркальце, словно ничего не случилось. В отражении на нее смотрела именно такая девушка, какой Мила хотела быть – холенная, с идеально наведенным макияжем, который подчеркивал лучшие черты лица, делая взгляд томным, а губы порочными.
Мила тщательно выбирала наряд и сейчас с довольным видом оглядела себя. Простое черное платье с вырезом под горлышко могло бы считаться вполне приличным, если бы не длина, которая закачивалась почти на уровне ягодиц, открывая длинные стройные ноги. Черные замшевые туфли на высокой платформе обхватывали стопу десятками ремешков. Было важно соблюсти баланс и не выглядеть совсем уж шлюхой-шлюхой, поэтому поверх платья Мила надела полупрозрачную тунику до пят из серого шелка. Тончайшая ткань переливалась при каждом шаге и обрисовывала фигуру самыми соблазнительными волнами.
Над волосами работали в течение нескольких часов трое мастеров, для того, чтобы придать легкую влажность завивающимся прядкам и уложить с роскошной небрежностью. До этого дня Мила не знала, что даже кудрявые волосы нужно завивать так же долго и тщательно, как и прямые волосы.
На запястья и за ушками капельки томной Euphoria Calvin Klein. Аромат, созданный для женщин, которые умеют использовать женственность и сексуальность.
Все так, как и должно быть – ничего открыто вульгарного и кричащего о доступности. Вместо этого лишь легкий намек на чувственность, сладкая аура сексуальности, скрытая под вуалью скромности.
– Ах, да, – воскликнула Мила, порылась в сумочке и вытащила купюры. – Ваша сдача.
Мила заметила быстрый взгляд, брошенный на ее вытянутые и скрещенные ноги.
– Оставь себе.
– О нет, я и так потратилась. Не хочу, чтобы вы выставили мне счет еще и за это.
– О, поверь, я выставлю тебе счет, но только совсем не за это, – грубоватый смешок сорвался с губ Жаната, а его обжигающий взгляд опять прошелся по Миле с ног до головы и вернулся к ее глазам, заставив Милу вжаться в спинку от того, каким огнем горели глаза Жаната.
– Вы что же, злитесь на меня за какие-то свои … запретные мысли? – невинно захлопала глазами Мила.
– То, о чем я думаю, очень далеко от злости, но очень близко к запретному, – проговорил Жанат и против воли низ живота Милы налился горчим томлением и ей пришлось сильнее стиснуть бедра. Жанат заметил ее непроизвольное движение и его губы растянулись в волчьем оскале.
Это не было диалогом.
Это было внезапное сближение противоположностей, которые подошли вплотную к опасной черте.
Оставшуюся часть пути они провели в такой тишине, звенящей от напряжения, что к концу поездки воздух можно было резать ножом и протыкать вилкой.
Машина остановилась у двухэтажного особняка. Жанат вышел первым и подал руку Миле. Она вышла следом и замерла, так как оказалась зажата между машиной, дверью и телом Жаната. Идеально скроенный пиджак угольно-черного цвета обхватывал широкие плечи, а острые стрелки на брюках идеально ровными линиями спускались к начищенным кожаным туфлям. Белоснежная рубашка отглажена и оттеняла темную кожу. Четко и жестко, как и все, что касалось Жаната. Вместе с городским воздухом смога Мила уловила все тот же будоражащий запах Жаната, окутавший ее со всех сторон.
– Сегодня мы играем роль влюбленной пары, которые ищут новых ощущении, – прошептал Жанат Миле. При этом его взгляд не отрывался от скромного выреза Милы, видимо пытаясь прожечь дырку на тонкой ткани.
– О! – Мила захлопала в ладоши. – Как увлекательно!
– Не так увлекательно, сколько опасно, – Жанат посерьезнел и посмотрел Миле в глаза. Глаза в наступившей ночи приобрели еще более зловещее выражение. – Мне стоило больших трудов достать пригласительные.
– Так вот чем вы вчера занимались с тем жутким типом? – воскликнула Мила, и волна облегчения прокатилась по телу.
– Да. А что? – подозрительно сощурил глаза Жанат.
– Нет, ничего, – отмахнулась Мила, не желая выглядеть полной дурой и трусихой. – Это ресторан?
– Это «Павлин» – закрытый клуб для избранных. И здесь есть тот, ради которого мы проделали весь путь – Архат.
При звучании знакомого названия и имени Мила замерла и стиснула тоненький клатч в руках.
– Это тот, о ком говорил Женя?
– Да. И, возможно, он знает то, что нужно мне. Важно ничего не испортить, потому что это последняя ниточка. Если его спугнуть, то все может еще сильнее усложниться.
От осознания всей серьезности ситуации у Милы задрожали коленки, и она еле удержалась, чтобы не схватиться за плечи Жаната.
Мила прикрыла глаза, сделала глубокий вдох и подняла на Жаната взгляд.
– Что ж, вечер обещает быть интересным.
– Ты так думаешь? – с издевкой спросил Жанат.
– О да, – протянула Мила. – Ведь наша игра – это как если развязать мои руки, чтобы связать ваши.
Жанат на секунду замер, затем шумно выдохнул, когда Мила просунула руку ему под пиджак и провела ладонью по каменной груди, даже сквозь рубашку ощущая жар его тела.
– Любимый, зайдем внутрь, а то я замерзла, – капризно пропела Мила и чуть не облизнулась от ощущения собственной власти, когда почувствовала под ладонью бешенный стук сердца Жаната.
– Смотри, не заиграйся, – прошептал Жанат Миле в ухо.
Казалось, вот у нее в руках бразды, как одним точным движением Жанат выбивает их у Милы, заставив ее задержать дыхание от его близости.
– Но ведь сегодня ночью мы ищем новых ощущений, – выдохнула Мила Жанату в шею и заметила, как дернулся кадык.
– Будь умницей и начинай того, что не сможешь закончить.
В глазах и в голосе Жаната сквозило предупреждение, но в крови Милы горячим потоком бежал адреналин и возбуждение, танцуя с вирусом безумную пляску и заставляя ее не отступить, а принять вызов.
Мила вложила свою ладонь в руку Жаната и потянула к входу.
У ворот их встретили шкафоподобные охранники. Быстрый осмотр и они внутри. Фасад дома был простой и неприметный настолько, насколько шикарно был оформлен интерьер клуба. Полутемный зал, разделенный на несколько секции, тонул в зыбком блеклом свете хрустальных ламп. Столики с диванами установлены вдоль стен и отгорожены друг от друга невысокими ширмами, увитые живыми цветами. Небольшая сцена подсвечивалась прожекторами, оставляя зал в интимных полутенях.
Жанат вытащил из нагрудного кармана белоснежный конверт и передал менеджеру, который с любезной улыбкой вышел их встречать.
– О, мы вас очень ждали, господин Алиев, – парень приподнял идеально подведенные и выщипанные брови, а пухлые губы сложились в улыбку. – Вас ждет незабываемый вечер. Меня зовут Салем, и на сегодня я – ваш покорный слуга, готовый исполнить любое ваше желание.
– О, Салем, какая же ты душка! – воскликнула Мила и ущипнула улыбающегося юношу на упругую щеку. Жанат метнул на нее мрачный взгляд и промолчал.
Их провели к столику, стоящему недалеко от барной стойки и с хорошим обзором на сцену.
– Нас предупредили, что сегодня ожидаются очень важные гости, – пропел Салем и протянул Жанату планшет. – Поэтому наш шоу-балет приготовили кое-что особенное.
– Не стоило беспокоиться, – ледяным голосом ответил Жанат, пролистывая пальцем разнообразное меню, – Мне виски, а дама будет сок.
