Текст книги "Небесный всадник. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 23 страниц)

Глава 75

Это должна была быть наша смерть.

Пламя заполнило всё, а потом я почувствовал, как падаю, улетая прочь от пламени, которое бросилось за мной вдогонку. Полёт длился секунды три, после чего меня дёрнуло в сторону, и стена огня прошла мимо.

Несколько секунд я вообще ничего не понимал, дезориентированный резкой темнотой. А потом глаза начали быстро привыкать к окружению, наконец давая понять, где я и что вокруг вообще происходит.

А был я… в какой-то ледяной норе. Грязный, почти серый лёд в трещинах, который был даже похож на какой-то камень, типа относительно прозрачного мрамора. Рядом сидела довольно улыбающаяся Аэль, которая лишь немного запыхалась. Теперь понятно, кто в меня там вцепился и, в итоге, спас, стащив…

– Где мы? – тихо спросил я.

– Пока что в безопасности, – широко улыбнулась она.

– А что там наверху было? Я слышал визги и…

– Волчица и щенята. Пришлось убить её, а щенята, боюсь, сгорели в огне.

– То есть…

– Там в норе был туннель дальше вниз. Вот мы и спустились по нему, – кивнула Аэль. – А ты в следующий раз, Самсон, когда собираешься с ходу запрыгнуть из светлого в тёмное помещение, закрой один из глаз. Так, оказавшись в темноте, ты его откроешь и будешь хотя бы одним глазом видеть, что вокруг происходит. Вот такая маленькая хитрость!

Так вот чего она за лицо схватилась… блин, я даже и не подумал об этом. Слышал, что так раньше делали, например, те же пираты, но во всей этой кутерьме в голову как-то и не пришло. Да чего, и в спокойной обстановке мне бы в голову это не пришло.

Но что получалось: мы запрыгнули в нору, где встретили щенят и волчицу. Аэль волчицу порубила и утащила меня глубже, после чего в нору дыхнул дракон. И в итоге…

– Так где мы? – спросил я негромко, аккуратно выглянув из-за закутка.

Оттуда, откуда мы пришли, виднелся довольно крутой круглый лаз наверх. Из-за льда по нему хрен обратно взберёшься, хотя и не думаю, что нам это нужно.

Полторашка огляделась.

– Я так скажу тебе, Самсон. Уверенности у меня нет, но есть мысль, которую озвучивали очень и очень часто, пусть сама я её и не проверяла. Так вот, стуж никто никогда не видел. Вернее, видеть видели, но никто не знает, где они живут. Ни разу мы не находили ни лагерей, ни домиков, ни чего, где они могли бы обитать. Поэтому одна из всадниц, что вышла на пенсию уже, предположила как-то, что они живут в норах, и потому из-под земли их не видно. Потом уже другая, а именно Ирис, как-то выследила одну и сказала, что нашла нору.

– И она залезла в неё, – кивнул я. На месте рыжей я бы так делать не стал, но, вспоминая ту амазонку с буйным характером, я даже не удивлён.

– И она залезла в неё, – кивнула Аэль. – Залезла и обнаружила там логово волков. Всех перерезала, пусть они её и покусали, после чего обнаружила лаз дальше и глубже. Она попыталась посмотреть, что там да как, но решила не углубляться, так как боялась рисковать зазря. Вернулась в шпиль, но потом эту нору так и не нашли, хотя и проверяли всё подряд. Тогда они, меня просто не было ещё тогда, предположили, что стужи живут в норах, а волков используют как сторожевых собак, организуя им логова на входах. Поэтому, учитывая, что я слышала, что видели другие, и с чем мы столкнулись сейчас, я предположу, что логово волков как раз-таки и было входом в туннели, где водятся стужи. А значит, мы идём рубить стуж!

– А если они нас? – предположил я.

– Тогда нам будет больно и грустно, – не моргнув глазом ответила Аэль. – Точно известно, что они умеют лепить таких големов из плоти – креатур. Может, они управляют ими на расстоянии, может, вкладывают задачу определённую, неизвестно. Но надо быть настороже! На-сто-ро-же. И так как я главная и старше тебя на… на…

– Шестьдесят два года, – подсказал я и пошутил. – Ты хорошо сохранилась для своего возраста.

– Спасибо, – разулыбалась она, поправив прядь волос, выпавшую на лицо из-под шлема. Она так искренне поблагодарила, что мне стало стыдно за шутку. – Так вот, на шестьдесят два года, а значит, должен слушаться!

– Слушаюсь.

– Отлично! – расцвела Аэль, будто наконец ей доверили кем-то покомандовать. – А значит, приказываю не умирать! А то мне Серафина нагоняй потом сделает, – тут же расстроилась она, видимо представив его.

– Не буду, – кивнул я, хотя как тут можно его выполнить, если тебя завалят?

– Тогда вперёд!

– А что со светом? – спросил я.

– Ну… – она задумалась, после чего начала рыться у себя в сумке. – У меня есть жир для смазки.

– А у меня есть кресало, – показал я свою зажигалку.

– Я возьму свои панталоны и намотаю на стилет. Будет как факел! – обрадовалась она.

Ну панталоны – это, конечно, сильно, но я рад, что она готова на всё ради победы.

Но пока свет не требовался, потому что он каким-то образом чуть-чуть да проникал сюда сверху.

Закуток, куда мы запрыгнули, был ещё одним туннелем, поэтому надо было решить, куда сейчас двигаться.

Аэль осторожно выглянула и вышла на разветвление. Я бросил взгляд на туннель, который вёл наверх где-то под углом в сорок пять градусов, откуда мы скатились. Здесь забраться без специального оборудования было попросту невозможно, хотя я видел на стенах выщербины. Учитывая, кто здесь обитал и как у них выглядят руки с ногами, думаю, своими когтями они могли бы здесь подняться. Но было удивительно другое…

Пламя. Пламя дракона – это тебе не плевок огнём. Он может как поджигать, так и разрушать, а тут даже лёд не подтаял, раз следы видно. Что там за огонь, что не топит? Да и огонь ли это вообще?

– Думаю, мы пойдём здесь, – решила с направлением Аэль. – Здесь следов больше! Вперёд!

Ну мы и пошли.

Туннель был почти что круглый. Не знаю, каким образом им удалось его выдолбить, но это было и не важно. Сейчас можно было сказать только одно – холодные земли были зоной вечной мерзлоты, и потому здесь везде земля, как итог, льдом.

Вскоре пришлось делать импровизированный факел, взяв за основу мой стилет. Но даже не тьма была главной проблемой, а обилие развилок. Их было дохрена и чуть больше. Ориентироваться здесь приходилось исключительно по чуйке самой Аэль, так как моя реагировала лишь на откровенную жопу, как понимаю. Или на определённые факторы.

Через десять таких развилок я уже перестал считать, куда мы поворачиваем, просто оставляя за нами небольшие следы, чтобы можно было потом вернуться обратно.

– Всё не так уж и плохо! – а вот полторашка, кажется, и вовсе не теряла оптимизма. Хотя я тоже не терял, но она им прямо светилась. – Мы сможем выйти в другом месте, где нет драконов!

– Было бы неплохо.

– Именно! Будет не просто неплохо, а очень даже хорошо! Будет прекрасно! Ни драконов, ни бури! Жаль только, что мы щенят с собой не захватили, а бросили там под пламенем существа.

– А нам разве можно заводить питомцев? – удивился я.

– Что?

– Что?

– Какие питомцы? Я говорю о том, что можно было взять их с собой и потом съесть, если совсем уж долго будем здесь бродить. А ещё из их шкуры получились бы отличные рукавички!

Не буду ругать Аэль за живодёрство, здесь к животным подход был несколько другим, не тем, что у нас обычно.

– Кстати, ты заметила, какой странный огонь у драконов? – спросил я. – Он почти не плавил лёд.

– Возможно, мёртвый огонь, – пожала Аэль плечами.

– Что за мёртвый огонь?

– Не знаю, – ответила она, хотя только что его и назвала.

– Но ты сказала же про него.

– Да. Просто слышала, что такой есть. Драконы точно были не как у Ирис, ледяными. А значит, это мёртвый огонь. Он другой.

– Какой? – стало мне интересно.

– Не знаю. Просто говорят, что другой. Легенды такие ходят. И тихо… кажется, я что-то слышу.

И да, когда она смолкла, и я притих, через несколько секунд мы услышали тихие звуки, которые можно было бы сравнить с похрустыванием стекла под ботинками, и скрежет, словно кто-то что-то волочил по льду. И звук шёл справа.

– Ты знаешь, что это? – тихо спросил я, положив руку на эфес.

– Догадываюсь. Ты хочешь посражаться? – улыбнулась полторашка.

– Смотря с чем.

– С защитниками этого места! Давай, иди вперёд, – подтолкнула она меня.

Я не боюсь драки, я боюсь того, что может скрываться во тьме. Короче, я больше боюсь напугаться, чем саму тварь. А пугаться здесь было чего, учитывая удивительно богатый мир. Но мои страхи оказались напрасны, так как вскоре в свете пламени, которое очень неплохо отражалось ото льда, из-за чего факел светил дальше, оказался защитник подземелья.

Труп. Самый обычный труп, одетый в какие-то шкуры и держащий в руке копьё. Он был похож на первобытного охотника. Выглядел он… не очень. Половина лица обглодана, левой руки нет, а ещё это была когда-то девушка, если судить по груди и волосам там, где остался скальп.

– Надо пробить голову и грудь, – подсказала Аэль, и я шагнул навстречу.

Бой прошёл очень быстро, я даже не вступил в прямой контакт. Выхватил мини-арбалеты, быстро прицелился и выстрелил. Два болта, две цели, один окончательный труп. Подошёл я уже к действительно трупу, у которого из глаза и сердца торчали болты.

– Я тоже такие хочу… – вновь повторила Аэль, надув губки и глядя на меня, как ребёнок, который увидел в руках другого классную игрушку, пока я доставал болты.

– Я же сказал, вернёмся в столицу – купишь себе свои.

– Но я сейчас хочу! Когда мы вернёмся, возможно, уже и не будет возможности так пострелять!

Я устало посмотрел на Аэль, которая строила жалобную мордашку, вздохнул, снял кобуру и протянул ей.

– Держи… – в придачу отсыпав ей болтов.

– Отлично! Ну всё, теперь держитесь, монстры! Мы идём по ваши души!

– Только надо их найти, – заметил я.

– Да зачем искать⁈ Они наверняка двигаются в нашу сторону теперь!

– С чего ты взяла? – насторожился я.

– Мне рассказывали, что иногда некроманты способны чувствовать, когда умирает одна из их кукол. Поэтому предположу, раз она шастала здесь одна, то была как сигнализация. Её убили – значит, тут враг. А значит…

Твою мать…

– Так что в атаку! – смело направилась она во тьму.

Ну спасибо, Аэль. Я не то чтобы боюсь, но всё же хотелось бы спокойно отсюда выбраться, так как трупы имеют привычку заваливать тебя… трупами, собственно. По крайней мере, так было в фильмах, и так выглядит логично здесь, в узких коридорах, где нормально мечом не помашешь. Но её было не остановить, как не остановить мертвецов, которые хлынули к нам.

Услышали мы их задолго до того, как те появились в пределах видимости. И даже зная, что идёт нам навстречу, было реально жутко.

Стоишь в кромешной тьме, которую разгоняет один-единственный факел, и слышишь не один, не два, а десятки шагов в свою сторону, с каждой секундой которые становятся всё ближе и ближе. А потом на границе света начинают выплывать они.

Люди. Мертвецы. С пустыми выражениями на лицах и покрытыми какой-то белой плёнкой глазами. Они, как тени, шли в нашу сторону. На их лицах играло пламя факела, создавая жуткие тени, делая трупаков и без того ещё более жуткими.

Они шли по ледяным туннелям к нам медлительной беззвучной толпой, волоча за собой оружие. Много мужчин, в основном дикари, но были также и охотники империи, и орки, и женщины с детьми, все разного состояния разложения: от одних почти что кости оставались с высушенными мышцами, а другие выглядели очень свежо.

Их не было много, как в зомби-апокалипсисе, конечно, но и этого количества хватало, чтобы создать трудности в таком узком пространстве. Аэль просто не могла развернуться здесь, чтобы устроить мясорубку, но зато я не пожалел, что взял с собой копьё дикарки, которое оказалось вполне себе подходящим оружием, чтобы убивать их на расстоянии. Тычок, тычок – и следующий, тычок, тычок – и следующий. Да и мини-арбалет сослужил очень хорошую службу.

Крови не было, тела просто падали к нашим ногам, пока мы отступали. Отступали до поры до времени, потому что нас начали поджимать и с другой стороны.

– Самсон! Ты сзади, я спереди, и пробиваемся вперёд! – весело крикнула Аэль и бросилась протыкивать нам проход. – Давай! Поднажмём!

И получалось, что она рубила вперёд их, а я отбивался от них сзади, отступая за полторашкой. Вроде бы и трупы были, вроде медлительные, но иной раз они в зоне досягаемости и тут показывали неожиданную проворность. Их мечи, какие-то обрубки, дубинки и копья начинали сыпаться по броне. Вроде и не пробивают, но пытаются погрести тебя под собой, а ты потом попробуй из-под них вылезти.

Это было долго, даже десять минут казались вечностью. Лица мелькали передо мной одно за другим. Люди, когда-то живые, все совершенно разные, один за другим гибли и…

В какой-то момент их поток сошёл на нет. Едва копьё пробило последнюю голову и сердце, после чего тело грузно упало на ледяной пол, вновь наступила тишина.

– И… это всё? – огляделся я.

– А ты думал, что к нам вся империя сбежится? – улыбнулась Аэль. – Это трупы. Тела, что стужи успели собрать себе за всё время, которые не успели съесть ни орки, ни дикари, ни дикие животные! И мы только что уничтожили весь запас!

– Но они могут теперь слепить из них какую-нибудь тварь?

– Ну… да, – нехотя призналась она. – Но нам всё равно надо было пройти, поэтому не страшно! Идём!

Поменяв стилет на нормальную палку из древка копья на факеле, мы пошли вперёд. Пришлось идти буквально по телам. Не сказать, что приятно, когда под тобой что-то мягкое и податливое, а ещё иногда и хрустит, но больше пугала мысль, что какая-нибудь тварь меня за ногу схватит. Благо идти было недалеко, и вскоре мы вышли… в какой-то зал. Большой круглый зал.

– Тук-тук! – весело крикнула Аэль. – Мы к вам!

Вот я бы так делать не стал. Тьма кромешная, видно только в пределах круга света, и даже обычный полукруглый ледяной зал вызывает ничего, кроме какой-то нервозности. Этот грязный лёд и вовсе угнетает.

– Все разбежались… – вздохнула полторашка.

– И куда нам?

– Вперёд!

– Это понятно, но вперёд – это налево, – посмотрел я налево, – или направо? – посмотрел я направо.

Аэль задумчиво подошла к одному проходу, потом подошла к другому, остановилась, внимательно вглядывалась… после чего резко отпрыгнула, выхватив меч так быстро, что я увидел лишь отблеск на клинке, когда тот сделал взмах.

В центр зала вылетела какая-то когтистая тварь без одной лапы… из шести. Креатур, слепленный… я хотел бы сказать, из говна и палок, но здесь из костей и плоти.

Я смотрел на него и чувствовал, как кукуха пыталась немного поехать, потому что на теле то тут, то там я видел искажённые агонией лица, которые открывали и закрывали рот, будто ещё были живы, а пасть у твари и вовсе была вертикальной и сделанной из грудной клетки. Грёбаное нечто в реальности.

Потеря одной лапы не могло его остановить, зато отлично кинутое мной копьё, которое прошило насквозь, резво бегать мешало. Оно попыталось огрызнуться на меня, но тут же подлетела Аэль и прибила его мечом к ледяному полу. Нечто издало визг ребёнка, обернулось к ней, и уже я снёс ей башку, пнув её в сторону.

Едва тварь умерла, все лица на туловище успокоились.

– Твою мать… – пробормотал я.

– Каждый раз они всё изобретательнее и изобретательнее, – с интересом осмотрела тело Аэль.

– Тебе такое нравится? – поднял я взгляд.

– Что? Не, я бы так не сказала. Просто интересно. Нечасто встречаешь креатуру.

– Да их развелось здесь, хоть жопой жуй… – поморщился я.

– Попой жуй, – рассмеялась полторашка. – Ну ты и скажешь иногда, Самсон. Идём.

– Ты поняла, куда?

– Да, откуда пришёл креатур. Если он был там, то что-то защищал, а значит, нам туда.

– Не на выход? – нахмурился я.

– Ну раз мы так далеко забрались, надо бы вырезать это гнездо, ты согласен? – подмигнула она. – Идём, ничего страшного не случится, пока мы вместе.

Так говорят обычно перед тем, как происходит какая-нибудь жопа, я уже на опыте скажу. И тем не менее желание Аэль расправиться со всеми в зоне досягаемости было понятно, причём здесь рулил не здравый смысл, а то, что получали небесные всадницы помимо долголетия, сил и гордости – какой-то охотничий инстинкт.

Аэль сейчас проявляла именно его. Весёлая и неунывающая, но я чувствовал в ней это желание найти и уничтожить, выследить и вырезать, такое же навязчивое, как почесать зудящее место. И потому мы шли дальше, шли ниже по коридорам, которые всё больше напоминали муравейник.

Первую тварь, стужу, мы встретили через два зала, которые начали попадаться то тут, то там. И она была не одна. Аэль первой засекла тварь, которая пряталась в нише под потолком, но её внимание было на другой части зала, прячущейся во тьме.

– Самсон, на тебе стужа, на мне креатура.

– А где он?

– Во тьме. Брось факел в центр, чтобы был свет, и убей её.

– Мне надо что-то знать про существо? – уточнил я.

– Говорят, что они, как ведьмы, могут залезть в голову, вызвать видения и так далее. Просто смотри на неё и руби, они сами по себе слабенькие. Ну всё, побежали!

– Да погоди…

…ты…

Вот куда она сорвалась? Я же не знаю, с какой стороны под потолком стужа!

И тем не менее я послушно сорвался за ней, бросив факел в центр зала. Аэль была перед глазами… и исчезла во тьме, откуда послышался звон металла и какие-то чавкающие звуки. Я же быстро огляделся и нашёл тварь.

Она была похожа на паука. На грёбаного большого паука, который завис под потолком, ожидая своих жертв.

Мы встретились взглядом.

На мгновение я почувствовал какую-то вату в голове, словно конкретно так перебрал с алкоголем. Мир начал становиться нереальным, будто во сне, но самые большие изменения происходили со стужей. В огромной круглой пасти твари, которая занимала почти всю голову, появилось какое-то свечение. Всё ярче и ярче, оно было как какой-то прожектор, направленный на меня, который закручивался в воронку, словно всасывая в себя…

И я сбил тварь выстрелом из мини-арбалета.

Она рухнула с хрустом на ледяной пол, и в то же мгновение наваждение исчезло. Я вновь был в зале, тёмном и холодном, а за спиной слышался звон металла. Прошли какие-то секунды, которые растянулись для меня в минуты. А тварь уже поднимала голову.

Я вновь почувствовал касание в своей голове, но в этот раз это был голос. Очень похож на старческий, но с оттенком чего-то совсем нечеловеческого.

«Вы не…»

Меч очень хорошо вошёл ей прямо в открытую пасть, после чего я выдернул клинок, сделал короткий взмах и отрубил ей голову. Что тварь скажет, я не собирался слушать, ещё попробует опять загипнотизировать. Да и волновала меня сейчас куда больше Аэль.

Я бросился через зал, подхватив на бегу факел, чтобы помочь, но к моменту, когда оказался в другой его части, всё было кончено.

Аэль, забрызганная кровью, стояла напротив порубленной в фарш туши, из которой торчало конечностей восемь, словно лапок пауков, слепленных из рук, ног и копыт. Словно последний штрих, каждая лапка заканчивалась клинком. Самым обычным клинком, который буквально врастили в плоть.

– А ты знаешь, что креатуры никогда не повторяются? – обернулась Аэль, довольная собой. – Каждая так же уникальна, как и кузнечное творение?

– Сравнивать это с кузнечной работой… это… сильно… – пробормотал я. – Может, нам стоит развернуться и валить? Если тварей станет больше…

– Если бы их могло стать больше, их бы стало, – улыбнулась она ободряюще. – А мы встречаем лишь отдельных тварей да армию трупов. Это значит, что у них всё ушло на что-то другое, и это шанс зачистить хотя бы это место. Просто представь: мы станем первыми небесными всадниками, которые зачистили гнездо стуж! Наши имена впишут в историю! О нас будут вспоминать даже сквозь тысячелетия! Мы станем легендами! Самсон фон Хертвёрд и Аэль Кронделфорт – первые, кто нашёл и уничтожил гнездо мерзких стуж!

Ах да, у них ещё и тщеславие наблюдалось. Нет, я понимаю, что Аэль пытается меня подбодрить, и с точки зрения логики будет лучше зачистить гнездо сразу, чем потерять его, как это было с Ирис. Но логика работала в обе стороны и нескромно подсказывала, что это может сработать в обратную сторону. Мы просто здесь сдохнем.

Но командир может быть только один, и раз Аэль командовала…

– Я лишь предупрежу, что это может быть ловушка или мы встретим какую-нибудь тварь, от которой уйти уже не сможем.

– Сможем, – подмигнула она. – Если что, я тебя засисю.

За сисю? Или защищу? Я чёт плохо расслышал сейчас.

Но шутки в сторону, а мы продолжаем.

Кажется, это был последний и какой-то уж слишком пустоватый рубеж, потому что дальше начались конкретно жилые помещения. Это было легко понять – здесь стояла вонь. Очень странная, не похожая ни на животную, ни на туалетную, когда воняет гнилью, говном и аммиаком, но приятнее от этого она не становилась. Какая-то горькая и… словно вдохнул, и уже навсегда будешь этот запах чувствовать.

Нора выходила в зал по размеру, сравнимый с георгиевским тронным, только вот парадности здесь никакой не было: куча ступеней, каких-то выемок, ледяных балконов и переходов. Может случайно нарисоваться какой-нибудь красивый ледяной дворец, но на деле это была обычная грязная пещера. А освещением служил потолок над головами в виде льда, через который с трудом пробивался тусклый свет.

Зайдя сюда, мы увидели, как быстро расползаются с десяток этих стуж по разным углам и норам, пока мы не остались одни.

– Гнездо, – проворковала Аэль. – Интересно даже посмотреть, что тут у них.

А у них было много чего.

Для начала, места для сна: они были реально самыми натуральными гнёздами. На ступенях, на балкончиках, словно чайки, они сделали себе гнёзда из веток, камней, костей и даже кожи.

Я подошёл к одному такому, по длине в котором мог вполне вытянуться сам, чтобы прикорнуть, и увидел там буквально снятую с человека кожу. А чтобы мягче было спать, дно было уложено шкурами с мехом, и кое-где были даже чьи-то волосы.

Причём сами гнёзда и лёд вокруг были чистыми, в собственном говне стужи не спали – его хватало за пределами спального места.

Но не только гнёзда выделялись. Здесь было и подобие мебели из дерева, костей и даже чьих-то доспехов, кое-где я видел предметы человеческого обихода, а у кого-то даже подсвечники были!

У каждого гнезда свой набор. Кое-где сокровища были аккуратно сложены на полочки, выбитые во льду, где-то полочки были из дерева и даже чуть ли не целые шкафы. Тазики, одежда, всякий мусор и, наоборот, золотые какие-нибудь вещички и то же оружие. Например, копьё, которое торчало из льда, а на нём была воткнута чья-то голова.

Общежитие, не иначе. В одной комнате, но для каждой со своим углом.

То есть это были не тупые животные и не дикари с зачатками культуры, а вполне себе мыслящие существа, которым не было чуждо прекрасное. И проходя по этому месту, мы заглядывали в некоторые такие «гнёзда», находя там самые разные вещи. В одном был даже младенец в банке…

Меня передёрнуло от какого-то странного чувства в голове при виде его.

– М-да… – протянул я. – Они знают толк в искусстве… Как будем уничтожать их, если твари разбегаются?

– Попробуем поймать как можно больше. И там впереди смотри, какой-то большой проход.

Да, впереди был действительно большой проход, откуда, как это ни удивительно, лился довольно яркий свет, как будто дневной или из прожекторов. Но что ещё интереснее, оттуда доносился какой-то странный вой. То ли вой, то ли… я не знаю, как описать звук, который никогда не слышал и который ни на что не похож. Просто вой, примерно как от ветра, но…

– Не нравится мне это, – тихо сказал я.

– Надо посмотреть. Как будто впереди какая-то магия, – слегка зачарованно произнесла Аэль.

– Именно поэтому мне не нравится это. Потому что это похоже на магию. Может, двинем назад?

– Одним глазком. Мы должны знать, что происходит, – негромко ответила она, шагнув вперёд.

И подтверждением того, что там действительно было что-то важное, можно было посчитать поведение стуж. До этого прячущиеся, увидев, куда мы идём, они внезапно перешли из режима мышей в режим берсерка, жахнув тем, что у них было – своей странной магической телепатией и когтями на длинных тонких конечностях.

По мозгам ударил визг, оглушительный, из-за чего от боли разрывались уши, но… слух не терялся. Время, движения – всё вокруг становилось ватным, когда сами твари казались до ужаса стремительными. Да только был в этом деле нюанс, который можно было сравнить с плёнкой, через которую пытаешься пройти: ты чувствуешь сопротивление и, кажется, не можешь пройти и готов сдаться, но если поднажать, то в конце концов просто прорвёшь её.

Возможно, поэтому они боялись нас. Мы не были людьми в чистом понимании этого слова и могли прорвать ту самую плёнку. А за ней… были ли они когда-то людьми, раз так на них похожи, или просто разновидность, как эльфы или орки – не важно, когда меч рубил их одинаково легко.

Едва я попал в стазис, одна спрыгнула мне на плечи, другая повисла на руке, пытаясь содрать доспехи, а третья приземлилась прямо передо мной и попыталась воткнуть свои когти мне в глаза прямо через щели забрала.

Они уже скребнули по металлу, когда я вернул себе способность двигаться так же быстро, и обе её конечности после взмаха упали на землю.

Тварь не успела взвизгнуть, как я вырвал руку из хватки её сородича, которая всё так же продолжала пытаться сорвать доспех, схватил тварь на спине и, резко нагнувшись, швырнул в неё другую стужу. Взмах мечом – и стужа сбоку была перерублена наискосок от плеча до бедра ровно на две половинки. Шагнул к тем, что ещё были на земле, и нанизал обоих на меч. Воткнул один раз, обернулся и махнул мечом, перерубив другую.

Они точно не были воинами. Магами – да, телепатами – тоже, но не теми, кто сражается в первых рядах. А значит, они действительно хранили там то, ради чего были готовы отдать жизнь. И теперь мне самому было интересно взглянуть, что это.