Текст книги "Небесный всадник. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 23 страниц)

Глава 81

Нормально оклематься я смог лишь к следующему дню, когда перестал вываливаться каждый раз из реальности. И первая личность, которую я увидел, была… нет, не Аэль, первой, естественно, была знахарка, которая заставила меня выпить какую-то бурду во имя здоровья и сил. А вот потом уже, когда я смог не вырубиться, ко мне подползла и сама виновница этого кровавого торжества.

Она осторожно подтянулась и забралась ко мне на кровать, после чего виновато отвела взгляд. Несколько минут мы просто молчали, после чего три пятых тихо произнесла:

– Самсон, я…

– Не надо, Аэль, – сразу предупредил я. – Даже не начинай. Ничего не хочу слушать.

– Я думала…

– Я сказал же, что не надо. Что было, то было, и я не хочу слушать никаких оправданий.

– Просто…

Я осторожно пересел к ней, после чего приложил палец к губам и самым ласковым голосом произнёс:

– Просто заткнись, хорошо? Ты хотела как лучше, но получилось как получилось. На этом и закончим, ясно? Я не хочу слышать ни про то, что ты никому не нужна, ни про то, что тебе теперь нет смысла жить, ни про то, что пожертвовать собой было наилучшим вариантом. Ничего из этого я не хочу слышать, ясно?

– Ясно… – пробормотала она грустно. А потом очень быстро добавила: – Я сделала это, потому что ты ценнее, чем я.

Ну вот же зараза. Однако я тоже в долгу не остался.

– Ты сделала это, потому что думала лишь о том, как заглушить собственную боль, а не спасти нас. И больше я не хочу поднимать эту тему. В противном случае я столкну тебя с кровати.

Она поджала расстроенно губы и тихо вздохнула.

Не, ну серьёзно, меня и так тут обработали хорошенько, что стоять на ногах до сих пор не могу, так ещё и слушать её исповедь – это с ума можно сойти. Кто бы мою исповедь послушал, уж я бы там нажаловался, но плакаться оставалось самому себе.

– Ты лучше расскажи, откуда ты их язык знаешь? – поинтересовался я.

– Их язык? Дикарей? – вздохнула Аэль. – Ну, наши земли находились прямо на границе империи, и многие наши поданные были как раз из дикарей. Мы даже торговали с ними: они нам меха, а мы им все дары прогрессивного мира. Да и моя бабушка, она тоже была из диких. Потому и знаю. А ты откуда знаешь их язык?

– Да хрен его знает. Оттуда же, откуда этот.

– Просто ты говоришь на очень чистом языке, я даже удивилась сначала. И… мне на какой-то миг показалось, что ты из них. Встретил старых знакомых.

– Да упаси иметь таких знакомых, – поморщился я. – Не знаю, знаком был я когда-то с дикими или нет, но сейчас они меня скорее пугают.

Она смолкла. Молчала, молчала, а потом очень тихо произнесла:

– Спасибо, что не бросил меня, Самсон.

– Не за что… – вздохнул я. – Мы всё-таки команда, верно?

– Ага, – очень слабо улыбнулась она. – А ты можешь рассказать, что было, когда ты очнулся? И что ты запомнил последним, когда всё было уничтожено? Только поподробнее?

Тут особого секрета не было, однако я решил не упоминать ни о своих видениях во тьме, ни о словах этой твари, которая упомянула нашего старого знакомого. Не уверен, что я вообще должен был хотя бы в теории знать его язык, да и вопросы могут возникнуть лишние. Вроде моя тайна уже как секрет Полишинеля, однако лишний раз подогревать её я не хотел.

На следующий день я уже мог выйти на улицу, чтобы немного продышаться после довольно душной, пропахшей животным жиром и травами юрты.

Племя жило своей жизнью. Видно, что они решили встать на долгую стоянку. Тут и сушку для шкур и мяса натянули, и загоны организовали, и снег расчистили на участке. Когда я вышел, прямо передо мной пробежали дети, одетые в тёплые меха лишь частично, но это совсем карапузы. Те, что постарше, уже помогали взрослым разделывать дичь, что-то шить, мастерить или стирать.

Обычное племя, которое в холодное время года занималось всем, что могло помочь им выжить.

Я не отходил от входа в юрту, понимая, что я здесь чужак и даже случайное касание может стать причиной, чтобы меня прирезать. Лишь мельком окинул окрестности, чтобы сориентироваться, в какую сторону нам потом драпать, да и погоду оценить. Попасть в какую-нибудь пургу без всего мне хотелось меньше всего.

В этот момент мимо прошли две молоденькие девушки, которые скользнули по мне заинтересованным взглядом. Встретившись со мной глазами, они захихикали, отвернулись, пригнув головы, и ускорили шаг. Тут, конечно, на любителя, но всё равно миленькие.

Примерно прикинув собственные планы, я вернулся обратно в юрту, а уже под вечер сообщил знахарке, что собираюсь с утра валить куда подальше.

– Твоё дело. Ртом меньше – племени легче. Однако имей в виду, чужак, пока ты здесь – ты гость, и тебя никто не тронет, но когда покинешь нас, былые заслуги забудутся, а ты вновь станешь чужаком, – сообщила она с серьёзным видом, глядя на меня. – Подумай хорошенько, как долго ты протянешь в своём состоянии?

– А насколько со мной всё плохо?

– Отлежись ещё пару дней. Восстанови силы. И с утра, когда звёзды ещё будут в небе, отправляйся в путь. Возьми ездового волка, он домчит тебя до твоего дома. Пока никто тебя не выгоняет.

– Как тех орков?

– С ними другая история.

– Мне казалось, что вы враждуете.

– К сожалению, сложные времена требуют сложных решений, и когда наши племена обмелели, приходится объединяться даже с врагами, которых раньше ты бы убил, едва завидев. Теперь это вопрос выживания.

– А что-то произошло?

– Много чего произошло, – поморщилась женщина. – А теперь лежи и постарайся не попадаться никому на глаза. Незачем голодных волков дразнить. Не все желают тебе просто уйти своей дорогой.

– Сын вождя попытается объявить на меня охоту?

– Несомненно, он захочет с тобой поквитаться, но пока ты у меня, он не посмеет. Это моя юрта, мои владения, и сам вождь не вправе говорить мне, что надо и не надо. И в погоню ему будет наказано не бросаться за тобой, а он подчинится. Однако едва ты уйдёшь, обратно не вернёшься, а он будет в своём праве.

– Да понятно, – кивнул я.

Просто я отталкивался от идеи, что чем раньше, тем лучше, понимая, что здесь мне никто не друг. Они были теми, кто в другое время резал и съедал мне подобных, и сегодня меня лечат, а завтра прирежут здесь же в кровати. Это что-то типа волчьей стаи, которая тебя пригрела, однако что в голове у зверя и когда ты из друга станешь пайком, непонятно. Однако раз сама будущая шаманка говорит, что меня здесь никто не тронет (всё же далеко не последнее лицо в племени), можно и стоило отлежаться.

И я отлежался. Пил сколько давали этого зелья, ел сколько приносили, набираясь и наедаясь, потому что путь обещал быть совсем не близким. Аэль вроде как приободрилась, но всё равно оставалась такой же грустной и тихой.

А через два дня ранним утром, когда звёзды ещё не свалили с неба, а горизонт на востоке едва-едва окрасился в синеватые оттенки, мы покинули племя. Вышли вместе с будущей шаманкой, которая провела нас до загонов с ездовыми волками, где уже ждал один из охотников.

– На лошадь садился? – спросил он сухо, без «здравствуйте» или «доброе утро».

– Да, – кивнул я.

– Здесь так же. Как приедешь к себе, отпусти волка, он вернётся.

Он передал мне поводья и удалился прочь, оставив нас втроём.

– Мне не интересно, куда вы поедете, но обратно не возвращайтесь, – предупредила шаманка строго. – Вернётесь – смерть. Тебя убьют и съедят, её силой брать каждый, кто захочет.

Она вообще была довольно суровой женщиной, но, с другой стороны, в такой стае иначе и нельзя было. Дашь сесть на шею, и тебя свои же потом по кругу и пустят. Поэтому не удивительно, что она буквально рычала, когда начинала отстаивать свою точку зрения.

– Мы не вернёмся, – ответил я. – Если улыбнётся удача, вообще никогда не встретимся.

– Тогда пути долгого, – кивнула она. – Езжайте до вечера, но сильно волка не гоните. Как захрипит, слезьте и дайте ему отдышаться. А прокормит он сам себя. И будьте аккуратны, иной раз демоны на драконах пролетают дальше к лесам.

Демоны на драконах – так вы их называете, значит. Это даже забавно, если честно.

– Будем иметь в виду. Доброй охоты вам, – ответил я, вспомнив фразу из очень старой сказки.

Казалось, женщина слегка удивилась такому прощанию, но в ответ лишь кивнула.

Мы залезли на волка, теперь уже посадив Аэль передо мной, и отправились в путь.

С нами было не то чтобы много вещей. Нас не обидели, вернув шкуру и даже её подшив. Мой подсумок обратно не отдали, но я смог упросить вернуть зажигалку, да и накидку для Аэль не стали обратно забирать. Можно сказать, что пусть мы что-то потеряли, но взамен столько же приобрели. Ещё бы оружие нормальное раздобыть, и вообще хорошечно будет.

Главное, что ноги не забыли.

Мы встретили рассвет в пути, наблюдая, как свет гонит тьму по небу, и так же встретили закат, который затянул округу тьмой. За это время остановились мы лишь пару раз в туалет, поесть да на ночёвку. Следующий день повторил первый, третий – второй, и всё это время мы не встречали ничего, кроме снега, превратившего тундру в снежную пустыню с барханами. И если раньше это вызывало какой-то интерес и даже романтику, то сейчас такой белоснежный пейзаж скорее мозолил взгляд, не давая хоть за что-то зацепиться.

И лишь к четвёртому, к самому вечеру, на горизонте замаячила тонкая серая полоска, которую можно было охарактеризовать как лес.

– Империя… – выдохнула Аэль. – Мы дома…

– Почти дома, – осадил я её хриплым голосом. – Нам ещё надо выйти на людей.

– Так мы же можем доехать до границы, а дальше вдоль леса до любого форта! – предложила она, оживившись. Прямо на мгновение стала собой. – Тут они, конечно, далеко расположены, но того глядишь спокойно доберёмся до одного, а дальше про нас и сообщат!

– Если за дикарей не воспримут.

– Не воспримут, главное показать себя и громко назваться! Да и что, не узнают они всадников небесных, что ли?

– Учитывая, что мы выглядим как дикари, одеты как дикари и пришли с территории дикарей, думаю… да, такой шанс вполне себе не иллюзорный, – ответил я. – Так что я бы поостерёгся к ним вот так подкатывать. Но мы можем, думаю, до леса доехать, чтобы не ночевать уж совсем в открытом поле.

И подъехали мы к лесу лишь к ночи. Здесь же, углубившись в лес, устроили и привал. Теперь нам (мне) не приходилось судорожно искать растопку. Она была везде – просто протяни руку и всё. Да и с едой здесь должно было быть попроще.

Другой вопрос, что на утро, проснувшись, мы не обнаружили волка.

– Может, убежал? – предположила Аэль.

– Да, скорее всего… – протянул я, глядя на следы, уходившие обратно в тундру.

Ну не бежать же за ним теперь, верно? Можно было, конечно, привязать, но до этого он как-то и не убегал, да и ночью он охотился, сам себе добывая еду, так что…

– Ладно, – вдохнул я. – Куда сейчас пойдём? Налево? Направо?

– Давай направо, – предложила Аэль.

– Думаешь, там будет ближе?

– Нет, ты просто предложил, я просто выбрала, – пожала она плечами.

Ну мне-то всё равно, поэтому мы пошли направо.

Здесь я всё же был согласен с Аэль, так как форты были наиболее быстрым способом поскорее выйти к своим. В конце концов, в империи полно лесов, и шастать по ним ты можешь чуть ли не месяцами, при этом не наткнувшись ни на один оплот цивилизации, пока до столицы не доберёшься. А вот форты – это ясно и понятно. Они расположены на границе через равные промежутки. Будешь так идти вдоль леса и рано или поздно наткнёшься на один.

Главное, чтобы нас за дикарей не приняли.

И заняло у нас это чуть ли не полтора суток. Полтора суток, чтобы выйти на первый форт, и он…

Был пуст.

Это было немного странно, учитывая, что на них всегда дежурили люди. Мы кричали, звали, приказывали, а потом я и вовсе полез наверх. Три раза упал, но на четвёртый смог взобраться по частоколу на ту сторону.

– Ну что там⁈ – крикнула снизу Аэль.

Я окинул лагерь взглядом.

– Пусто! Совсем пусто! Никого! – отозвался я, перепрыгнув на помост.

Здесь реально не было ни души. Даже по снегу видно, который никто не убирал: он был девственно чист, ни следа. Я не поленился пройтись по пристройкам, но и там было пусто. Выглядело всё так, будто стража просто всё закрыла, после чего ушла.

Впустив Аэль, мы расположились в одной из казарм, растопили печку и обдумывали дальнейший план действий: идти дальше к следующему форту или уже вглубь империи. Проблема в чём – форт не выглядит внезапно заброшенным, скорее законсервированным. А раз так, высока вероятность, что и с другими может быть так же.

О причинах можно только догадываться, и мы даже обсуждали, что могло такого произойти, чтобы они ушли – от той страшной бури до сбора всех солдат на войну, когда ослабляются фланги. Вариантов было много, однако мы сошлись на том, что это было не нападение на форт, уж слишком аккуратно всё оставлено.

Как бы то ни было шляться от одного форта к другому – это тратить время и провизию, которой у нас не так уж и много. Я-то могу поохотиться, и я, естественно, поохочусь, но есть ли вообще смысл этого?

Вопрос оставался открытым до самого утра, где решение взяла на себя Аэль.

– Не будем тратить попусту силы. От каждого форта есть дорога, ведущая к ближайшим населённым пунктам. Вот по ней и пойдём.

– И как далеко находятся такие населённые пункты? – поинтересовался я.

– Достаточно близко… наверное… – пробормотала она. – Но мы точно справимся!

– Несомненно.

На следующий день мы ступили на дорогу через лес. Можно сказать, что наконец-то мы прикоснулись к цивилизации. Теперь было важно, чтобы эта самая цивилизация не загнала нас обратно в тундру.

* * *

Это было самое стандартное приключение и потому самое приятное. Никаких тебе преследований всякими монстрами, побегов от всякой живности и сражений за двести ватт говорливости. Просто иди себе по дороге, ищи попутки и радуйся жизни.

Наверное, самым сложным было пройти первую деревню, где нас восприняли как дикарей. А когда Аэль начала затирать, что мы небесные всадники – как за умалишённых. Как говорится, только выиграли.

– Почему они не верят нам? – жалобно спросила три пятых.

– Потому что мы похожи на сумасшедших бомжей, Аэль, – ответил я ласково.

– Но это же правда!

– А им-то откуда знать, правда это или мы парочка сумасшедших? Они-то нас в лицо не знают, а выглядим мы… не очень. Ты себя-то давно видела в зеркале? У тебя на голове колтун. А я и тем более на бомжа похож. Скажи спасибо, что нас ещё не закололи тут.

Но выход к деревне всё же пошёл нам на пользу. Во-первых, наши меха удалось достаточно хорошо сбыть, потому что белоснежная пушнина ценилась среди местных, да и не только. Взамен мы получили привычную для имперцев одежду. Да, для простолюдинов, да, чуть-чуть поношенную. Однако теперь мы не рисковали прохватить стрелу промеж глаз или вилы под рёбра.

Аэль разглядывала себя с поникшим видом.

– Тебе идёт, – решил подбодрить я её. – Сидит как влитая.

Она косо посмотрела на меня и негромко вздохнула:

– Спасибо, Самсон…

Помимо этого пришлось выторговать ещё мешок, куда я спрятал ноги Аэль, и теперь мы были во всеоружии. Оставалось теперь добраться до столицы на попутках, чем мы и занялись.

Даже зимой дороги не пустовали. Более того, они даже оживали, потому что многие места становились легко проходимыми. Так мы поймали свою первую попутку из этой деревни в следующую – обычную повозку с каким-то уставшим мужиком. Там на следующий день напросились в другую повозку, которая ехала к замку местного барона, перевозя глиняные сосуды с вином.

Так мы и узнали, в какой примерно части империи мы находимся.

– Далеко же нас унесло… – пробормотала три пятых. – Я думала, мы куда дальше на закат (запад) находимся.

– Сильно? – я плохо помнил географию земель. Вернее, географию помнил хорошо, а вот расположение многочисленных виконтств, баронств и прочего хромало.

– Да, прямо на одну треть, можно сказать, – кивнула Аэль. – Это мы вышли в совершенно другой части холодных земель. Кстати, а может, раз мы здесь, обратимся к барону? Уверена, что он нас примет!

– Аэль, к вам часто пристают, когда вы выходите в город в обычной одежде? – поинтересовался я.

– Ко мне – нет… – вздохнула она тяжко.

– К другим тоже. А знаешь почему? Вас без доспехов никто узнать не может. Как минимум, надо стучаться к тем, с кем мы лично в лицо знакомы, а барон разве что слышал о нас, но в глаза никогда не видел. Он нас не узнает в таком виде и пошлёт в лучшем случае.

– Ну попытка не пытка, верно? – улыбнулась она.

Именно с этой фразы я прохватываю звизды.

И этот случай мало отличался от других. Я решил-таки попробовать, как предложила Аэль, но меня дальше ворот не пустили. Стража, услышав мой рассказ и то, кем я представился, лишь посмеялась, а когда начал настаивать, дали мне по морде, поэтому вернулся я к Аэль с синяком под глазом. Я, конечно, мог бы бычить, лезть с кулаками, но тогда бы они вышли и толпой меня отпинали.

– Он за это заплатит, – пробурчала она, разглядывая мой синяк, который только добавил штрихов к моему образу бездомного.

– Забей… – вздохнул я.

Тут даже винить их сложно. Ну реально, вот идёшь ты по улице, и к тебе подбегает грязный чел и говорит, что он там принц князя Монако, и просит позвонить, дать денег взаймы или вообще пустить к себе домой. Поверил ли бы я ему? Да нет, конечно! Извинился бы и ушёл. Для них мы выглядели точно так же, разве что извиняться никто не будет. У нас же ни документов, ни даже оружия, одна без ног, другой с шрамами на роже. Да никто не поверит!

Поэтому лучше просто спокойно доехать до столицы и всё, благо способов хватает.

Так что мы двинулись дальше. Сели на телегу, которая ехала от барона обратно в деревню на юге, где мы слезли на пересечении дорог и поймали попутку на соседние земли. И так по чуть-чуть, понемногу мы и двигались.

С водой проблем у нас не было, но возникали вопросы с едой. Где-то я мог поймать дичь, где-то я мог помочь за две плошки супа, например, перетащить ящики в таверне или помыть там пол за ночёвку в подсобке. И если мне, в принципе, было это как-то привычно, то вот у Аэль подобное вызвало культурный шок. Ну да, тут тебе не палаты, в которых при чихе сотни служанок тебе жопу подтирают. Она, конечно, молчала, но по её взгляду было и так всё понятно, что она об этом думает.

– Знаешь, что странно? – негромко спросил я.

– Что? – отозвалась засыпающая Аэль, когда мы остановились в одной из подобных таверн.

– Тут же зимы должны быть короткие, да?

– Ага…

– Но сколько прошло времени, а всё вокруг в снегу. Буквально завалено снегом, будто зима только началась. И я что подумал, тот шторм – он не мог всё завалить снегом?

– Не знаю… – зевнула она. – Куда больше мне интересно, почему нас так и не нашли…

– Ну холодные земли большие… – начал было я, но Аэль слабо покачала головой.

– Земли большие, но мы умеем обыскивать огромные пространства. А здесь я даже намёка на поиск не заметила.

– И? К чему ты это?

– Я не знаю… – пробормотала она, притёрлась ко мне под бок и уснула.

Кстати да, за это время я тоже не заметил никого. Конечно, мы-то и сами не знали до этого, в какой части холодных земель оказались, но всё равно странно. Ни поисковых групп, ни людей на форте, ничего. Как будто нас ищут, но в совершенно другой части империи. Или не ищут вовсе.

Как бы то ни было, мы продолжали своё путешествие, пересаживаясь с одной повозки на другую, хотя иногда нам приходилось идти по дорогам пешком. Но вскоре нам улыбнулась удача.

Купцы!

Здесь я мог кое-что предложить. Например, своё счетоводное мастерство и искусство владения мечом. Я на более-менее вменяемом уровне мог сражаться мечом, а учитывая тех, кого набирали в охрану, меня можно было назвать крепким середняком. Ну а умение считать вообще было ультой.

Аэль тоже в стороне не осталась. Да, ходить она не могла, но обладала стрельбой из лука. Слегка посредственной, будем честны, но это на уровне той же Флории, которая и со ста метров клала стрелу в яблочко. А для обычных людей её меткость была на хорошем уровне, к тому же был важен факт того, что она умела стрелять.

Так что договориться мы смогли, учитывая, что купец только выиграл с этого: платить не нужно, только кормить и довезти до столицы.

– Уверен, это твоё самое захватывающее приключение, – заметил я, когда мы поехали.

Аэль посмотрела на свои ноги… которых не было, и выдохнула.

– Да, его я на всю жизнь не забуду.

– Не парься, как приедем, пришьём обратно, – усмехнулся я. – У нас будут в распоряжении лучшие алхимики и маги. Уж они-то что-нибудь да сообразят.

– Хорошо бы… – вздохнула она.

А я вот был куда более уверен в этом вопросе. Мелисса как-то рассказывала мне, что проблема исцеления в том, что оно заживляет раны. Ускоряет регенерацию. И регенерировать отсутствующую конечность было невозможно. Но возможно регенерировать конечность, если она есть. Типа зарастить огромный порез во всю ногу. Так что нет, я верил в то, что за небесную всадницу они поборются.

* * *

И вот настал тот самый момент, когда мы увидели Дракархейм. Готический жуткий город, возвышавшийся среди полей, со шпилем всадниц и дворцом императора, стремившимися ввысь. Но теперь, покрытый снежными шапками, он выглядел скорее как огромный Хогвартс.

– Давненько я не приезжала к нему со стороны дороги. Уже и забыла, какой он красивый… – выдохнула Аэль.

– Ага… – протянул я, вспоминая свой первый раз.

Мы медленно приближались к огромным готическим воротам города, которые вблизи выглядели ещё величественнее, чем с расстояния, напоминая, насколько ты мелок по сравнению со всей империей. Там на входе нас уже ждала стража, которая не узнала ни меня, ни Аэль. Да и как, если они могли в лицо нас не знать, а за время путешествия от края Нарианской империи мы успели заметно измениться.

Дорога и простая жизнь стёрли с Аэль этот налёт аристократии. Теперь она выглядела как обычная крестьянка в незамысловатой одежде с обветренным лицом и слегка спутанными волосами. Про меня и говорить не обязательно: борода с усами, длинные сальные волосы и рожа, порезанная наполовину на ремни. Карахапчик, не иначе.

– А теперь надо подняться в шпиль… – пробормотал я, когда мы попали внутрь города.

– И переодеться, иначе нас дальше среднего города не пустят, – предупредила Аэль.

– Раздобудем, – махнул я рукой.

А ещё мне не терпелось увидеть лица небесных всадниц, когда они нас увидят. Это будет интересно…