Текст книги "Между добром и злом. Том 8 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)

На улице было удивительно тихо. Задёрнув шторы, Кондрат достал алкоголь, налил себе немного в рюмку, развёл огонь в камине и задумчиво уставился на пламя, с которым стало уютнее, отпивая обжигающей жидкости прямо на голодный желудок, чтобы лучше схватилось. Да, старый добрый алкоголь, с которым он проводил не один вечер у себя в мире, а если быть честным, почти каждый. А здесь от этой привычки отучился, будто вдохнул в себя немного жизни…

Отставив стакан, он окинул взглядом комнату, такую пустую и словно чуждую, будто бы и не его вовсе. Проведённые дни в специальной службе показались Кондрату вечностью. Квартира так и осталась нетронутой, как он и думал. Никто из секретной службы не стал её обыскивать, прекрасно понимая, что здесь никого не будет, и никто в здравом уме здесь ничего не оставит.

Громкий стук в дверь застал его как раз, когда Кондрат лазил в книжном шкафу, едва не заставив его свалиться на пол с табуретки. Стук был такой силы, будто кто-то пытался выбить дверь. Невольно рука сама потянулась к пистолету.

Затаив дыхание, Кондрат беззвучным шагом направился к входной двери. Стук не прекращался ни на мгновение, кажется, становясь только агрессивнее и настойчивее. Встав с боку от двери и уже взведя курок, Кондрат громко спросил:

– Кто?

И какого было его удивление, когда в ответ он услышал сразу два голоса.

– Мистер Брилль, это Сулита, я…

– Кондрат!.. Открывай!.. Я пришла!..

И если голос Сулиты он узнал сразу и безошибочно, то вот Дайлин была на себя не похожа. В прочем, когда он открыл дверь, она и внешне сильно отличалась от себя обычной – алкоголь действительно меняет людей, особенно, когда те не умеют пить. Вся взлохмаченная со взглядом, который плавал из стороны в сторону, она бы не устояла и на ногах, если бы не Сулита у неё под мышкой.

– Привет… Кондрат… – растянулась Дайлин в широкой улыбке, протянув руку, будто хотела убедиться, что он реален.

Кондрат с вопросом посмотрела на девушку, которую и порекомендовал однажды Дайлин.

– Я её останавливала, но она не хочет ничего слушать и…

– Потому что я… я главная!

– … говорила, что дойдёт до вас, даже если ей придётся ползти, – закончила Сулита, не обращая внимания на хозяйку.

– Много выпила? – сразу спросил Кондрат.

– Три рюмки. Сорок градусов.

А развезло как от бутылки водки.

– Кондрат… поговорим… – дыхнула на него перегаром Дайлин. – А ты Сулита… иди домой. Не мешай взрослым… говорить…

– Она была очень расстроена. Я пыталась её отговорить, но она настояла, – сказала служанка.

– Не… не говорите так, будто меня… нет… – жалобно произнесла та. – Я пьяна… но я всё понимаю… и мне немного обидно…

Они переглянулись, после чего Кондрат кивнул: Дайлин буквально перешла из одних рук в другие, и почему-то очень счастливо улыбнулась.

– Я в гости…

– Я заметил, – вздохнул он.

Ночь обещала быть весёлой.

Глава 32

Сулита попрощалась и ушла, оставив его с Дайлин. Ту, судя по её лицу, не смущало ничего от слова совсем. Она жмурилась, прижавшись к груди Кондрата, и выглядела, как самый счастливый ребёнок на свете, который, наконец, получил то, о чём так давно мечтал.

– Идём, присядешь… – вздохнул он и, придерживая девушку, отвёл в зал и усадил на диван.

– У тебя… жарко… – пролепетала Дайлин, стягивая с себя небольшой недопиджачок, надетый поверх повседневной одежды. – У тебя камин… зачем?

– Холодно стало.

– Холодно? Летом? – улыбнулась Дайлин кривой улыбкой, глядя на Кондрата блестящими от алкоголя глазами.

А потом её взгляд перекочевал на рюмку с алкоголем, который пил Кондрат, и не успел он среагировать, как девушка уже опрокинула стакан в себя.

– Ох… крепко… ик… – и мило хихикнула. – Значит у тебя… тоже… сегодня выходной?

– Решил немного перевести дух. От работы тоже надо отдыхать.

– Работы…отдыхать… сказал Кондрат… – Дайлин рассмеялась. – На… на тебя не похоже… Кон… Кон… Кондрат…вот!..

– Всем нам иногда нужен отдых, Дайлин, даже тебе, – Кондрат вернулся с кружкой какого-т травянистого отвара, на который девушка взглянула с подозрением.

– Ты… ты меня… ик… напоить пытаешься?.. – попыталась она взглянуть на Кондрата с подозрением, но один глаз смотрел левее него, а другой выше. Как у неё так получилось, останется одной из тайн наравне со смертью императора.

– Это просто настойка. Недавно открыл её для себя, как решение любой проблемы после алкоголя. Выпей, тебе полегчает и не будет утром мутить.

– Может… может я хочу… чтобы… чтобы меня мутило? – то, что должно было звучать, как вызов, в её исполнении звучал жалобно. – Может… может мне хорошо, когда плохо…

– Поверь, завтра ты будешь думать иначе.

– Завтра я пр… продолжу… – хмыкнула Дайлин. – И мне будет неплохо, вот…

Видимо, Дайлин настроилась серьёзно. Хотя и о причинах гадать не приходилось. Можно было бы обвинить Вайрина, но это было бы слишком просто. Проблема крылась глубже: в самой Дайлин, в её отношении к собственному прошлому и, в частности, к Вайрину. Кондрат не мог и не хотел ей лезть в душу, чего нельзя было сказать о самой Дайлин, которой хотелось явно выговориться…

Она похлопала по диванчику рядом с собой.

– Я… я выпью твою отр… отраву, а ты взамен… сядешь?.. Рядом…

– Условия ставишь?

– Я девушка… мне можно… – хихикнула она с таким лицом, будто была готова следом и расплакаться.

Кондрат вздохнул, поставил стакан на столик перед диваном и сел рядом. Дайлин молчала, наверное, минут пять, глядя на камин, и он уже надеялся, что девушка уснула, но тут она внезапно подала голос.

– Кондрат… а Кондрат… я тебе нравлюсь?.. – её голос был тихим, будто разговаривала во сне, но при этом удивительно чистым и трезвым, как если бы Дайлин и не была пьяна.

Что должен был он ответить на него? Да? Нет? Какой ответ окажется правильным и не приведёт к плачевным последствиям? У него никогда не было проблем с поиском истины, и аналитически ум пусть и не хватал звёзд с неба, но был чуть выше среднего. К сожалению, весь его опыт нельзя было перенести на отношения, чтобы понять, где истина, а где ложь. А потом Кондрат решил отвечать излюбленным способом политиков.

– Да, ты хороший человек.

– Я… спросила, как… как девушку… внешность… Я… сексуальная?

– Объективно…

– Я хочу услышать тебя… Кондрат… Я привлекаю тебя, как девушка, с… с… с которой ты бы перепихнулся?..

Услышать жаргон от Дайлин было так же необычно, как и увидеть Вайрина серьёзным. Хуже того. Кондрат понимал, куда тянет разговор его напарница. В её состоянии все разговоры, как и действия за ними вполне укладывались в моральную норму пьяного мозга.

– Дайлин, это не разговор для…

– Мы давно не… эти… напарники… – опередила она его.

– Но твой начальник.

– Пф-ф-ф… – Дайлин посмотрела Кондрату в глаза. – Я… похожа на неё?.. Ик… На ту, кого ты любо… любил, Кондрат?..

Не дождавшись от него ответа, Дайлин взяла стакан с той самой настойкой и опрокинула в себя залпом. Учитывая, что жидкость обладала довольно странным травянистым вкусом, который было сложно описать, выпить её вот так залпом было сложно, но, кажется, сегодня она абсолютно потеряла вкус к жизни.

Или, наоборот, обрела его, но с совершенно с другой стороны.

– Твоя очередь, Кондрат… – пробормотала она.

– Какая очередь?

– Я выпила… – кивнула Дайлин на стакан. – А ты ответь на вопрос…

Кондрат несколько секунд молчал, после чего резко ответил:

– Да, ты похожа на неё.

– Сильно?

– Не имеет значения.

– У вас был… с ней…

– Секс, да был, если это важно, – он уже жалел, что дал ей настойку. Надо было долить алкоголя, чтобы она окончательно отключилась и уснула, не донимая его вопросами.

– Я ведь могла быть ей…

– Никто не может быть человеком, который мёртв уже как почти двадцать семь лет, Дайлин. Тебе ли не знать?

– Но я заменить её… – Дайлин начала уже откровенно ластиться к Кондрату, и тому всё меньше и меньше нравилось, куда всё двигается.

Он встал, отошёл от греха подальше от Дайлин, которая становилась всё розовее и розовее, а взгляд всё туманнее и туманнее. И всё меньше её поведение походило на человека, который пьян в стельку. Скорее, как на, кто пришёл сюда с определённой целью, закинувшись для храбрости. У неё и храбрости и дерзости и так было не занимать, а сейчас девушка и вовсе была во все орудия.

– А кто-нибудь может заменить твоих родителей, Дайлин? – слишком резко спросил Кондрат, ударив по больному. Он не хотел, само вырвалось. Возможно, срок давности в его случае работал гораздо хуже, чем хотелось бы.

Дайлин замерла. Она долго и пристально смотрела на него, по крайней мере, пыталась смотреть, учитывая взгляд, который плавал и не мог сфокусироваться, но отчего-то столь грубое замечание не возымело никакого действия. Вместо этого она негромко ответила:

– Да. Ты…

Кондрат слегка подвис на её признании. Несколько долгих секунд он пытался понять, что конкретно подразумевала она под этим. То она почти что открыто говорит, что хочет с ним секса, а сейчас, что он ей как родитель. Нет, он слышал про подобные расстройства, но здесь…

– Знаешь, ты никогда… не станешь мне отцом, Кондрат… – пробормотала она. – И тем не менее, с тобой… ик… я чувствую себя в безопасности… Чувству… что меня поддержат и защитят… примут… Но… ик… ты заменил мне то, что… мне… хотелось…

Она в этом плане… Кондрат уже было подумал… Да чего там, лучше всё равно не стало!

Дайлин осторожно встала, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Пара неуверенных шагов, и она, казалось, нашла под собой опору. Подойдя к Кондрат вплотную, она без какого-либо стеснения прижалась к нему, потянулась и попыталась поцеловать.

Не получилось.

Взяв её за плечи, Кондрат отстранил пьяную девушку назад. Но её это, казалось, ни капельки не смутило, а будто только раззадорило. Вторая попытка, а там сразу и третья, и лишь на четвёртую, она отстранилась, когда он сказал:

– Достаточно, Дайлин. Ни к чему хорошему это не приведёт.

– Конечно, не приведёт… – усмехнулась она в каком-то пьяном угаре. – А что в нашей жизни было хорошо, Кондрат? У тебя? У меня?.. У нас?

– У тебя вся жизнь впереди.

– Такая же, как и у тебя? – фыркнула Дайлин. – Мы… всегда делаем всё правильно, по морали, но в ответ… о нас лишь вытирают ноги. Что меня… ик… ждёт дальше? Работа? Карьера? Всегда об этом и мечтала! Мой друг… он обвинил меня в убийстве… мой парень сбежал… Я слишком сильная… сильная для одних и по-по-подозрительная для других… Нет у меня жизни, Кондрат…

– И ради этого ты здесь? – спросил он негромко.

– Я?.. Я тут ради те-е-ебя… – улыбнулась она.

– Даже если бы хотел, у меня есть жена.

– Какая?.. Зей, да?.. Ты её не любишь, ты с ней не спишь… – махнула Дайлин рукой. – Ты сам сказал… это… для правил, верно?

– Я дал клятву.

– У вас даже церемонии не было… – фыркнула Дайлин. – Где ты там клятву… дал, а?..

Её непослушные пальцы забегали по блузке. Одна пуговица, вторая, третья. Кондрат попытался остановить её на четвёртой, однако Дайлин, пьяно хихикая, отпрыгнула назад, запнулась и села обратно на диван. Кажется, ей это даже понравилось.

– А мне… вот… одиноко… – начала мурлыкать девушка песенку под нос. – Меня… никто… не любит… Никто… меня… не хочет…

– Это не правда, – вздохнул Кондрат.

– Правда… – опустила она голову. – Помрём мы одинокими…

– Я сделаю тебе ещё попить, – произнёс он уйдя в кухню.

Может, когда она хотя бы чуть-чуть протрезвеет, всё станет получше, потому что сейчас Дайлин явно вознамерилась развлекаться, не оборачиваясь назад. И Кондрат просто отлично знал, как хорошо бывает людям в пьяном угаре, и как сильно они жалеют о том, что сделали, когда трезвеют. И ему бы меньше всего хотелось, чтобы Дайлин по утру рвала на себе волосы, а так оно и будет, сто процентов.

Когда он вернулся обратно, Дайлин… уже спала. Завалилась набок и тихо сопела, как маленький ребёнок. Вздохнув. Он сам и выпил настойку, поморщился, после чего взял со спальни плед и укрыл девушку. Сам пристроился на кресле с другой стороны просто на всякий случай, если ту начнёт тошнить или начнёт опять буянить.

Так они и уснули друг напротив друга.

А проснулся первым Кондрат. Кто-то упорно стучал в дверь.

Можно было бы сказать, что всё уже позади, но ему было знакомо, когда определённые доброжелатели приходят «вернуть должок» за то, что им спутали все карты. Конкретно у него такого ни разу не было, но у товарищей в прошлом мире случались инциденты. Два раза и с летальным исходом. Именно поэтому к двери Кондрат подошёл с пистолетом наготове.

– Кто?

– Я это!

Кондрата всегда интересовало, на что рассчитывает человек, говоря «я». Кто, я? И тем не менее не узнать голос Вайрина было очень сложно.

Вздохнув, Кондрат открыл дверь.

В отличие от него Вайрин выглядел полным сил, будто и не было тех событий, что они прошли буквально день назад. Тот тоже окинул его взглядом.

– Капец, ты выглядишь помятый, Кондрат, – покачал он головой. – Ты хоть спал сегодня?

– Урывками.

– Прямо в одежде что ли?

– Да. Что случилось?

– Ну как что случилось. Зей! Или ты её уже не собираешься забирать?

– Её нашли? – оживился он.

– Да конечно нашли! Живой и здоровой, хочу сразу заметить! Я честно боялся, что с ней что-нибудь сделают, но ты был прав, девчонку держали до последнего, как шанс откупиться от проблем. Кстати…

Его взгляд остановился на обуви Дайлин, и незаданный вопрос звучал буквально во взгляде.

– Это Дайлин, – не стал Кондрат юлить. – Пришла вчера немного пьяной и уснула. Погоди немного, я сейчас вернусь…

Он вернулся в комнату, отыскал бумажку и пером начиркал сообщение девушке, когда она проснётся. Оставил на столе, придавив запасными ключами, чтобы смогла уйти, после чего вернулся к Вайрину.

– Идём.

Они поехали обратно во дворец. Будь воля Кондрата, он бы там не появлялся вообще никогда. Слишком много не самых приятных воспоминаний было связанно с этим местом. С момента, когда здесь гремели ружья и пушки, прошло всего два дня, однако следы тех событий сейчас активно прятали под толстым слоем краски и штукатурки.

Ещё два дня назад место было похоже на поле боя, а сейчас не бы ни одного тела, повсюду суетились садовники, засаживая цветами и травой вытоптанные клумбы, ремонтные бригады заделывали дыры в стенах. В всё выглядело просто как большой ремонт, будто люди и не отдавали здесь свои жизни за империю, а теперь другие поспешно пытаются скрыть все следы произошедшего.

– Не верится, что здесь была бойня два дня назад, верно? – вздохнул Вайрин. Он как будто постарели за эти дни.

– Всегда так, – пожал Кондрат плечами. – Ты уже видел Зей?

– Да, видел, сам лично приехал за ней. Думал, ты будешь в замке.

– Мне не сообщили.

Выйдя у главного входа, они отправились по коридорам дворца на верхние этажи. Здесь последствия битвы были видны отчётливее, но даже обычная влажная уборка почти полностью меняло это место. Да, сколы, да дыры, но всё чисто и свежо. Кондрат даже видел угол, за которым сидел и отстреливался – он был изрешечён пулями, следы от которых штукатурили рабочие.

– Что будет с телами? – поинтересовался Кондрат, когда они поднимались.

– Тех двоих? Думаю, сожгут где-нибудь и всё, – пожал плечами Вайрин. – Директора так точно, чтобы полностью скрыть все следы, а вот Тонгастера… Да, думаю, тоже не оставят и следа. Никто не хочет делать из них потом мучеников, которые боролись против тирании императора.

На одном из этажей Вайрин остановился и кивнул на дверь.

– Она там. Посадили её в комнату на чердаке, кормили, поили, давали помыться. Короче, никакого насилия не было, можешь не беспокоиться, – предупредил Вайрин.

– А что с теми, кто её там держал?

– Увидишь потом.

Как-то звучал это не очень хорошо, но Кондрат не стал заострять на этом внимания, и толкнул дверь в комнату. Что-то типа небольшого читального зала со всеми удобствами, где можно было даже жить при желании. Здесь не было никого, кроме девушки чьи волосы отдавали слегка розоватым у самых кончиков. Она сидела к нему спиной, но едва скрипнула половица под ботинком, она тут же обернулась.

Напуганная, с широко открытыми глазами, как будто Зей ждала не Кондрата, а палача. Но как быстр появился на её лице испуг, так же быстро её лицо сменилось радостью, вполне искренней, от которой даже не сердце становилось как-то теплее.

– Кондрат… – выдохнула девушка и сорвалась с дивана, чтобы через мгновение оказаться у него в объятиях. – Кондрат…

А вот Кондрат не любил такие моменты, потому что не знал, что от него требуется. Ну обнять, ну сказать с «возвращением», а дальше?

– Я рад, что с тобой всё в порядке, – добавил он на всякий случай. – Ты как?

– Я… я хорошо. И рада, что смогла вернуться. Боялась, что уже не увижу тебя живым.

– Почему?

– Почему? – удивилась она и тихо рассмеялась. – Потому то им нужен был ты, а не я, Кондрат. Но ты… – сделав пару шагов, Зей окинула его взглядом с ног до головы. – Ты жив. А я рада.

– Расскажешь, что случилось, когда вы уехали? – попросил он.

Возможно, его просьба была не совсем тактичной для этого момента, ведь она радуется сейчас тому, что с ними всё хорошо, а он опять о работе и о работе, но Кондрат просто не умел иначе. Он сначала хотел всё знать, а потом уже остальное. Но Зей его просьба не смутила, то ли привыкла за это время к его характеру, то ли сама не обратила на такую мелочь внимания.

В её истории не было никаких удивительных моментов, всё как и предполагал Кондрат с Вайрином: они пришли в кафе, там на них напали люди в чёрном, схватили Зей и увезли. Атерия выглядела не менее напуганной, но будто знала тех, кто пришёл. По крайней мере, как Зей показалось, она перекинулась парой слов с одним из людей. После этого с мешком на голове её куда-то увезли, высадили, сопроводили по лестнице чуть ли не на руках и уже в комнате сняли мешок.

Ни разговоров, ни угроз, ни насилия – её оставили одну в комнате, самой обычной. Там она и сидела всё это время, за которое слуги приносили к ней еду, воду для умывания, одежду и даже пару книг, чтобы скучно не было.

– Знаешь, я бы даже сказала, что это было похоже на отдых, если бы мне можно было выйти оттуда, – рассмеялась она.

– Значит, тебя не трогали?

– Не-а, совсем не трогали. Просто держали взаперти, как будто боялись, что со мной что-то может случиться.

Возможно, её и собирались вернуть изначально. Возможно, план был вполне безобиден, насколько похищение как таковое может быть. Но в итоге всё пришло к тому, к чему пришло. Люди получают то, что заслуживают, хотят они этого или нет.

– И всё равно я очень рада тебя видеть… – выдохнула Зей, вновь обняв Кондрата, после чего тихо добавила: – Я скучала.

Глава 33

Знала бы Зей, сколько сил стоило её вытащить, и как много людей погибло просто из-за одной единственной лжи. С другой стороны, всё было позади, и империю ждали новые времена.

Теперь был лишь вопрос времени, когда принц займёт трон отца. Когда все высокопоставленные чиновники, что могли решить его судьбу, стали свидетелями заговора с целью узурпации трона, к принцу никаких вопросов не осталось. Всех вполне устраивала его кандидатура, и никто намеренно не вспоминал о том, что заговор против принца совсем не означал тот факт, что он не мог быть убийцей.

Но теперь это всё было не важно. Важно, что Зей была в безопасности, а Тонгастер и Хельдерфонд были убиты. Единственные свидетели сил принцессы и виновники всех событий уже не повторят своего подвига. История тёмного периода Ангарии подходил к концу, и мир, не подозревая, на грани какой войны он стоял, двигался дальше.

Вайрин был прав, наказание постигло всех, кто участвовал в похищении. Единственный вопрос, который беспокоил Кондрата до того момента, пока он не увидел их своими глазами, каким будет приговор. Ведь у кого-то под страхом смерти не было выбора, а кому-то не повезло оказаться просто родственником. Прошлый император славился тем, что вырезал целые семьи по принципу «все в ответе за всех». А теперь…

– Всё изменилось, да? – хмыкнул Вайрин, глядя на главную площадь, где были выставлены все участники заговора.

– Да, изменилось… – пробормотал Кондрат, глядя на людей.

Девушки, юноши, мужчины, женщины – суммарно двадцать семь человек стояли на помосте перед толпой, которая кричала «предатели» и требовала расправы. Тех, кто непосредственно участвовал в похищении Зей, и по чей вине всё началось, были обезглавлены на глазах у ликующей толпы. Что касается остальных…

В другой ситуации их бы всех и обезглавили, но принц явно вознамерился пойти немного другим путём. Не обязательно убивать – иногда достаточно сломать жизнь так, чтобы навсегда вычеркнуть их из политической жизни.

Тех оставшихся, среди которых была как жена Тонгастера, так и пятеро её дочерей вместе с сыном, а так же слуг раздели под улюлюканье толпы догола и подвесили за руки на балку в центре площади, так и оставив их висеть на всеобщее обозрение. Их закидывали камнями, тухлыми помидорами и яйцами, они стали тем пугалом, той аристократией, которой народ ненавидел. Побитые и униженные, обратно к политике и даже просто светской жизни они уже не вернутся.

Принц решил убить несколько зайцев за раз: и показать себя милосердным, и показать толпе, что даже аристократы не уйдут от наказания, и аристократии дать сигнал, что он готов договариваться. Все довольны, а Тонгастеры были ещё и живы.

Заслуживали ли они смерти? Кондрат не мог сказать наверняка, зависело от того, кто какое участие принимал. Жена Тонгастера точно знала, что происходит, скорее всего, знал и сын. Дочери были вряд ли в курсе. Что касается слуг… а был ли у них как таковой выбор?

– И сколько они провисят так? – спросила тихо Зей.

– Да думаю до конца дня, после чего всех высекут, клеймят и отправят в изгнание домой. Вряд ли они покажут оттуда нос до конца своих дней. Да, Атерия?

Кондрат бросил взгляд на жену Вайрина, официальную жену, которая принимала в этом непосредственное участие. Её эта участь избежала, но лишь из-за того, кем являлся её муж. Однако, судя по заплывшему правому глазу, синяку под левым, припухшей верхней губе и заставленному взгляду, у них был очень серьёзный разговор. Он не был сторонником домашнего насилия, и тем не менее Атерия легко отделалась.

И только сам Вайрин знал, почему она сейчас не висела среди своей родни. Был ли он зол? Это было не то слово, чтобы описать всё, что он чувствовал в тот вечер. Его предали, ударили в спину, его буквально подставили под удар. Да боги, он мог погибнуть! И всё это из-за этой змеи, которой он доверился.

Вайрин не был девушек, это был в первый раз, когда он поднял руку не на человека своего пола. Поднял несколько раз, а потом ещё поднял и ногу. Она не могла не знать, чем это может обернуться, не могла не знать, что рисковала его жизнью. А почему? А потому что…

– Они моя семья… – всхлипнула Атерия, забившись в угол.

– А КАК ЖЕ Я⁈ Я ТВОЯ СЕМЬЯ! Я! – закричал он в тот вечер, выпинывая её из укрытия и гоняя по всей комнате.

И он бы продолжал ещё очень долго это делать, пока Атерия не взвизгнула, умоляя не бить по животу, потому что…

– Я беременна! Вайрин, умоляю, только не по животу! Не бей… умоляю… Я беременна…

Да, это ещё одна причина, почему она не среди своей родни. Теперь они были повязаны общим ребёнком. Не муж и жена, а мужчина и женщина, которые теперь будут жить под одной крышей и делать вид, что вместе. В тот момент Вайрин подумал, что лучше бы в своё время он бы выбрал Дайлин. Та, упёртая и вредная, никогда бы не ударила его спину. Но вместо этого…

Он посмотрел на Атерию, и та сжалась под его взглядом, словно боясь получить ещё.

– Посмотри внимательно, Атерия, на свою мать. Когда ты ещё такой её увидишь, – мстительно произнёс Вайрин.

Когда они покинули площадь, Тонгастеров продолжали забрасывать камнями и гнилыми продуктами, которые продавали ушлые дельцы здесь же. Меньше желающих бросить в аристократов чем-нибудь не становилось. Когда ещё предстанет такая возможность? Более того, сюда ещё и люди со всей столицы и близлежащих деревень ехали, чтобы увидеть столь памятное событие собственными глазами.

Зей поспешила вернуться к себе домой, обещая, что сделает Кондрату сюрприз. Какой именно, он предпочитал не знать. Да и перед тем, как приехать к ней, стоило ещё заглянуть к себе, доделать дела, да Дайлин вернуть домой. Кондрат надеялся, что к его приходу она придётся хоть немного в себя.

– Не слишком жёстко? – негромко спросил Кондрат, когда они отошли с балкона, с которого открывался отличный вид на происходящее.

– С Атерией? А что ты мне предлагаешь? Казнить её с другими?

Ну да, она была прямым соучастником, и за это полагалась казнь. Пара синяков было самым мягким наказанием.

– А как там Дай-ка? Сильно в хлам?

– Когда уходил, она ещё спала.

– Говорила что-нибудь про меня? – негромко поинтересовался Вайрин.

– Нет.

Про то, что она лезла к нему, Кондрат решил не упоминать. Не потому что опасался ревности, но это было их личное дело, и трепаться о секретах девушки, которые могут выставить её не вполне выгодном свете он не собирался.

– Жаль… – пробормотал тот. – Знаешь, я иногда думаю, что не будь таким тупым, то мог бы сделать ей предложение, а не вот это вот всё…

– Мы все ошибаемся, – ответил Кондрат. – Ты ещё молодой. Глядишь, и всё наладится.

– С кем? С этой сукой? – кисло улыбнулся Вайрин.

– Теперь она вряд ли посмеет что-то подобное провернуть.

– Но ты ведь понимаешь, что после случившегося уже ничего не будет прежним, верно? Какой бы она не была дальше, той Атерии, с которой я познакомился тогда, уже не будет. Для меня уж точно, – он судорожно вздохнул, после чего бросил взгляд в коридор. – Сейчас будет заседание принца с высшими чинами. Хочешь посмотреть, что там будет?

– Можно и посмотреть, – не стал Кондрат отказываться.

* * *

Дайлин проснулась уже за полдень. Солнце давно взошло и к тому моменту, когда она открыла глаза, вроде как день кланялся к вечеру.

Удивительно, но вчерашний день не напоминал ей головной ни болью, ни тошнотворным состоянием. Лишь слегка разбитое состояние, будто она просто немного переспала.

Сладко зевнув и потянувшись, Дайлин села и огляделась слезящимися спросонья глазами.

– Кондрат? – тихо спросила она, но никто ей не ответил.

Дайлин не пыталась делать вид, что не знает, что произошло вчера. Более того, она отлично всё помнила. Возможно, не каждую деталь, но в общих чертах представляла, что вчера было. Будь здесь Кондрат, естественно, Дайлин бы сделала вид, что удивлена и ничего не понимает, однако перед кем притворяться?

Вчерашний день…

Забавно и грустно всё вышло. Если быть честной, Дайлин и не знала, на что она надеялась – что ей откажут, или что всё случится-таки. Пришла-то она с определённой целью, напившись для храбрости, и при любом исходе потом можно было просто сказать, что была пьяна, ничего не помнить и взятки гладки. Но…

Ничего не было.

Дайлин медленно застегнула на своей блузке пуговицы, пряча грудь, которую теперь некому было показывать.

И всё же где Кондрат? Одежды верхней нет, туфель нет. Ушёл? Уже позвал на работу? Как бы то ни было, уходить ей из его квартиры совершенно не хотелось. Ей дали выходные, а значит она могла вполне остаться и дождаться его возращения, а дальше… Хорошо посидеть – это тоже её устраивало.

И кстати говоря, еды здесь не было, а значит вряд ли Кондрат будет сильно возмущаться, если она что-нибудь купит и приготовит…

* * *

Ничего интересного на собрании не было. Собрались судьи, включая Монтаргбургского, который помог им выбить из специальной службы человека Хельдерфонда, первые министры по самым ключевым отраслям, генералы и всевозможные чиновники, без которых империя не могла существовать.

Здесь поднимались разные вопросы. Надо было решить и что делать с мятежными аристократами на окраинах, и с теми, кто успел уже покуролесить и захватить соседа или поубивать его людей. Плюс вопрос по поводу вражды с соседними империями требовал срочных действий. Но, наверное, главной темой была судьба трона. Здесь все сошлись на том, что принц должен занять трон во имя безопасности империи и её целостности.

– Я благодарю вас за оказанное мне доверие, – встал со своего места принц. – Но даю слово, что не оставлю попыток найти тех, кто причастен к убийству моего отца. Каким бы он ни был человеком, закон есть закон, и я буду следовать этому принципу всегда.

В этот момент он встретился взглядом с Кондратом и уголки его губ дёрнулись в улыбке.

– Не верю я ему… – тихо прошептал Вайрин Кондрату на ухо. – Посмотри на его хитрожопую рожу. Отвечаю, он не просто руку приложил к этому, он весь на это лёг.

– Мы ничего не можем изменить, – так же шёпотом ответил он.

– Знаю. И это меня дико бесит, ты даже не представляешь, насколько сильно.

Да, Вайрин набрался не только хорошего, но и плохого от Кондрата. А именно, он не мог остановиться. Желание докопаться до истины – вот что именно объединяло действительно хороших сыщиков.

Желание узнать правду.

Когда всё было законченно, на улице царил вечер. Небо было до боли чистым, как будто весь мир праздновал окончание времени раздора. Оранжевое солнце заливало округу золотистым светом, вытягивая тени на земле.

Кондрат и Вайрин покинули замок, но остановились буквально в метрах ста от стен в небольшом парке, откуда открывался вид на город. Здесь гуляли влюблённые парочки и супружеские пары, плескались в фонтане дети и что-то обсуждали старики. Умиротворённое место. Здесь казалось, что ничего и не было, так быстро все люди вернулись к привычному укладу.

– Вот и всё… – пробормотал Вайрин. – Всё кончено…

– Да… – протянул Кондрат.

– Мы никогда не узнаем, кто убил императора, да? – негромко спросил он.

– По-видимому…

– Эх… – Вайрин смолк. Но всего на минуту. – Что будешь делать дальше, Кондрат?

– Выйду на пенсию.

– Серьёзно? – тот аж забыл обо всём другом, обернувшись на друга. – На пенсию.

– Я стал стар, Вайрин. Хватит с меня всего этого дерьма… – пробормотал Кондрат и достал откуда-то из внутреннего кармана очень странную пачку, откуда выудил сигарету. Зажёг её, затянулся и выдохнул. – Я больше не могу…

– Да ладно тебе! Ты же полон сил! – толкнул его в плечо Вайрин. – На тебе ещё пахать и пахать.

– Возможно… – усмехнулся Кондрат. – Но я всё. Уйду на покой, может буду обучать новых сыщиков, отдам своё место… не знаю… Дайлин, например.

– Да, Дайлин на месте главы сыскного отдела – это была бы бомба… – протянул Вайрин. – только её же никто не пустит, слишком молода ещё.

– Ну со временем так точно пустят, – уверенно заявил Кондрат. – Времена меняются.

Они опять замолчали, наслаждаясь вечером. И Казалось бы, все темы закрыты, но Вайрин неожиданно схватился за голову.

– У-у-у, я не могу так!

– В плане, – бросил взгляд на него Кондрат.