Текст книги "Твой Хозяин из тени (СИ)"
Автор книги: Кира Cherry
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)
Глава 11
Тяжелая дубовая дверь кабинета закрылась за спиной Кати с глухим, окончательным стуком, отсекая её от свежей прохлады кондиционера и мужского аромата океанского волнующего бриза.Оказавшись в гулком коридоре, она на мгновение замерла, пытаясь просто вдохнуть.Внутреннее состояние напоминало временный шок, сознание словно отделилась от тела, отказываясь принимать реальность произошедшего. Но тело помнило все, его впитавшийся аромат, его проявляющиеся следы жестких пальцев и терпкий вкус на языке его личного удовольствия. Промежность все еще пульсировала тяжелым, позорным жаром, отзываясь на каждый шаг и трение мокрых трусиков. Горло саднило и стягивало жгучей болью, а губы горели, припухшие и опаленные его жадными поцелуями. Кате казалось, что на ней стоит невидимое клеймо, которое сейчас прочитает каждый встречный.
– Кааать! Ну что? Совсем хреново?! – подлетевшая Жанка, чуть не сбивает задумчивую Катю.
Она замерла перед подругой, испуганно вглядываясь в лицо отличницы. Катя стояла бледная, с расфокусированным взглядом, прижимая зачетку к груди.
– Господи, ты, плакала? – Жанна всплеснула руками, ее звонкий голос сорвался на возмущенный шепот. – Вот сволочь...все-таки довел, мразь. Ну ничего, Кать, не принимай близко к сердцу, это всего лишь зачет, пусть захлебнется своим всевластием!
Жанка порывисто подалась вперед и сочувственно подправила выбившийся локон у подруги, не замечая, как та вздрогнула от невинного жеста. Она и представить не могла, что это локон еще минут десять назад был намотан на кулак Артема Викторовича, а воспаленные глаза были вызваны слезами первого минета в жизни отличницы.
– Тише, Жан...всё нормально, просто перенервничала, – едва слышно прошептала Катя, как внутри всё сжимается от этой дикой и порочной тайны.
– Так сдала или нет?! – Жанка едва не подпрыгивала на месте, пытаясь заглянуть в зажатую ладонь подруги.
– Да, – с хрипом выдохнула Катя, – пойдем, вытащи меня от сюда...На улицу. Кофе хочу.
Она спрятала зачетку в карман рюкзака, подальше от чужих глаза, чувствуя, как пульсация внизу живота отзывается на каждое движение. Пока они пробирались сквозь толпу студентов к выходу, Катя сочиняла небылицы, про удачно сданный зачет. Она несла что-то про доп задачи по макроэкономике, сложную этику рыночных отношений. Голос казался чужим, а каждый глоток напоминал о жестком напоре Артема.
– О, Скворец, – издевательский тон Стаса полоснул по ушам. Он стоял, прислонившись к колонне, окруженной своей верной свитой таких же избалованных «золотых мальчиков». – Ну как там, в кабинете Волка? По виду заметно, что туго заходило, да, – заливаясь самодовольным смехом, с подхваченным гоготом своих гиен.
Внутри Кати в ту же секунду с надорванным треском лопнула та самая крепкая струна терпения и контроля. Его слова, такие случайные для него, наотмашь ударили горькой правдой. В глазах на мгновение полыхнули искры, но не от обиды и стыда, а от жгучего, ядовитого коктейля из пережитого шока и тайного торжества. Она замерла, расправила плечи, медленно поворачиваясь к Стасу. С безмятежной улыбкой направилась в его сторону, накидывая на ходу лямки рюкзака на плечи. Стас возвышался над ней, холенный, уверенный в своей безнаказанности. Высокий, широкоплечий, с литыми мышцами, которые отчетливо проступали под брендовой футболкой, а в руках он держал стаканчик дымящегося кофе.В следующую секунду тишину коридора разорвал резкий звук. Катя хлестко ударила по стакану, выбивая его из пальцев Стаса. Поток коричневой жидкости веером взметнулся вверх, обливая его одежду и перекошенное лицо.
– Ах, ты сссукааа, – взвыв от обжигающей волны, молниеносно хватает Катю за воротник блузки, впиваясь безумными глазами, – попутала, тварь белобрысая? – рывком отшвыривает ее к стене.
Удар лопатками о холодный камень отозвался болью, но Катя даже не поморщилась. В ее глазах не было и капли страха, который обычно сковывал ее перед силой. Лицо ее утопало в умиротворенном спокойствии. В это момент она думала о том, что еще десять минут назад видела вещи и пострашнее, ощущала власть куда более сокрушительную, чем этот выпад накаченного мальчишки. По сравнению с ледяным бешенством Волкова, ярость Стаса казалась ей детской истерикой.Прибывая в состоянии аффекта, он прижимает Катю к стене, рукой фиксируя ее шею. Карие глаза его налились кровью, желваки перекатывались, а огромное тело сотрясалось в бешенстве.
Жанна с пронзительным визгом бросилась в самую гущу, не раздумывая ни секунды.
– Козлинаааа!!!! Убери руки! – она вцепилась в его накаченное предплечье мертвой хваткой, точно разъяренная кошка, готовая выцарапать глаза.
Стас дернулся, пытаясь стряхнуть ее, но она лишь сильнее впилась ногтями в его кожу, пока Катя, с каким то интересом наблюдала за безумным блеском карих глаз. В коридоре повисла тяжелая тишина, которую нарушил лишь его негромкий, осторожный голос одного из друзей – Вадима.
– Стасян, не здесь, – пробормотал он, нервно озираясь по сторонам, ловя на их компании множество взглядов.
Стас тяжело дыша и обтекая липким кофе, все еще держал беспомощную девушку. Он медленно обернулся, приходя в себя, осознавая весь масштаб ненужных проблем. Наклонившись к ее уху, – Я тебя, сука, еще взгрею! – прошипел, обдавая запахом злобы и дешевого пафоса.С силой оттолкнув ее от себя, преднамеренно ударяя об стену, Стас резко развернулся и, огрызаясь на шепот за спиной, быстро удалился, играя бицепсами на напряженных руках.
Катя, буднично поправила воротник, застегнула верхние пуговицы блузки, подняла глаза на побледневшую подругу. Внутри она чувствовала странное, почти божественное спокойствие. Этот высокий кареглазый качек со своими угрозами казался ей просто шумным насекомым по сравнению с тем хищником, который заставлял Катю задыхаться и трепетать от восторга.
– Господи...Кать, – дрожащими руками, Жанна ощупывает плечи подруги, – ты как? Все хорошо? Ну и ну, подруга, ты даешь, – мягко приобняв Катю ведет на улицу.
Неделя превратилась в сплошное марево из обрывков воспоминаний и тягучего ожидания. Катя ловила себя на том, что подолгу замирает над раскрытым учебником, не видя строчек, – в ушах стоял то низкий рокот мотора, то вибрирующий шепот Волкова. Университетские коридоры казались пустыми и безжизненными. Артем Викторович больше не попадался на глаза, его лекций в расписании не было, что ее очень огорчало. Она тосковала по горячему льду его глаз, так же сильно, как по его жадным рукам, понимая, что эта двойная пытка стала ее единственным смыслом.
Вечером в четверг, ее телефон завибрировал. Она схватила его и улыбка озарила ее лицо, а щеки тронул румянец.Ghost_Rider прислал вам файлОна отрыла файл. На экране в ночной тьме ревел черный байк. Камера на его шлеме фиксировала видео, как он летел вперед на безумной скорости, огни города сливались в золотые полосы. Слышался только свист ветра и мощный, утробный гул мотора. В самом конце видео резко затормозил, камера повернулась в сторону зеркала, в котором на секунду отразился зеркальный визор. Ниже высветилось сообщение.«Тренируйся дышать глубже, Снегурка. В субботу на треке кислорода не хватит. Я планирую выжать из тебя остатки....»
И вот наступила суббота.
Вечерний воздух был пропитан предчувствием грозы, когда Катя замерла перед зеркалом в общежитии. Она выбрала образ, который был чистой провокацией – белый атласный сарафан, воздушный, на тонких бретельках, едва удерживающие невесомую ткань на узких плечах. При каждом движении подол мягко развевался, подчеркивая ее стройность ног в простых белых кедах. Сверху она набросила короткий жакет, прикрывая обнаженные плечи. Впервые Катя не затянула волосы в тугой хвост, а распустила, позволив волнистым локонам рассыпаться по плечам. В зеркале на нее смотрел настоящий ангел – невинный, хрупкий и сияющий. И только она знала, что под этим атласом кожа все еще хранит фантомные следы его пальцев, а за этим «ангельским» взглядом скрывается порочная бездна.
– Ого Катюнь, ты ли это? – Жанна застыла натягивая чулки. – Выглядишь так, будто собралась не на пыльный аэродром с кучей бухих байкеров, а на свидание с богом. Или.... с дьяволом? – игриво подмигнув. – Признавайся, кто он, это ночной искуситель?
Катя лишь загадочно улыбнулась...
Аэродром в субботу напоминал раскаленный улей – рев двигателей, едкий запах бензина и тяжелые басы, от которых вибрировал сам бетон. Катя вышла из машины и белый атлас сарафана вспыхнул в свете прожекторов, как инородное тело, среди черных теней. Подол платья колыхнулся, открывая ноги, а распущенные волосы золотистым облаком легли на плечи.
Подойдя к стартовой линии за ограждением, Катя сразу узнала его, по которому ее сердце волнительно бухает в груди. Жанна, как обычно уже нашла себе компанию, юного байкера, друг которого заигрывал с Катей, пока она прятала улыбку, глядя на Штейна.
Он расслабленно, закинув ногу на бензобак, сидел на своем байке, полностью экипированный с отрытым визором, покачивая головой в ритм глухих басов.
Около него стояли два его друга. Дэн(Гранж), он же организатор нелегальных гонок, как всегда, находился в центре собственного торнадо, ярко жестикулируя, что-то доказывая друзьям, покачивая головой в золотистом шлеме. Макс(скала) – молчаливая, массивная глыба мышц и татуированной кожи. Он даже не шевелился, просто наблюдал за толпой сквозь визор своего черного шлема, олицетворяя собой неотвратимую угрозу.
В какой то момент Артем повернул голову в сторону железного ограждения. Его взгляд безошибочно нашел Катю в толпе, скользнув по ее белому сарафану, замер на лице девушки, на расстоянии заставляя ее дышать через раз. Его глаза мерцали, отражая неоновые огни, стрелами впиваясь в дрогнувшее тело.
Прервал их беседу друзей, вечный соперник и задира Штейна – Марк, на ярко-красном Ducati. Он подкатил к самой стартовой линии, выкручивая ручку газа, обращая на себя внимание Штейна. Дэн, обернувшись махнул рукой диджею, для убавления тяжелых басов.
– Эй, Штейн! На что сегодня? Бабки не вставляют, – открыв визор выкрикнул парень, интересуясь о ставке на сегодняшнюю дуэль.
Публика затихла, оставляя волну шепота.
Штейн повернул голову в сторону Кати. Подняв, в кожаной перчатке, руку, он пальцем указал на нее.
– Она! В белом. Если ты первый – забираешь ее на ночь. Делай с ней, что хочешь. Она любит поучительные лекции...
В этот момент первым обернулся, огромный Макс. Его движение было тяжелым и неотвратимым. Он стоял чуть поодаль, скрестив мощные руки на груди, и его черный взгляд через открытый визор пригвоздил Катю к месту. В этих глазах не было ни тени сочувствия – только холодный, препарирующий расчет, словно он оценивал не девушку, а надежность новой детали. Следом, почуяв азарт, дернулся Дэн. Он подался вперед, и его светло – серые глаза хищно сверкнули в свете прожекторов. Дэн не просто смотрел – он сканировал её фигуру с лихорадочным, почти безумным интересом, а на его губах заиграла дерзкая, предвкушающая ухмылка. Он перестал жестикулировать и замер, упиваясь моментом, пока вся толпа осознавала масштаб ставки Штейна.
Катя стояла за ограждением, чувствуя, как взгляды этих двоих – ледяной черный и лихорадочный серый – буквально прожигают её насквозь.
Глава 12
Толпа взревела от восторга. Катя застыла, чувствуя, как земля уходит из под качающихся ног.
– А если ты? – хохотнул его соперник, с интересом разглядывая Катю.
– Если я, – буднично отозвался, – она признает во мне своего Хозяина, – Штейн поднял глаза на побледневшую девушку.
В этот момент к ней подошел Дэн, разрывая их зрительный контакт. Склонив голову к плечу....
– А ты, что скажешь, куколка? – тихий, опасно ласковый голос раздался из под шлема, серые – пустые глаза остановились на ее лице.
Шок в глазах Кати сменился лихорадочным блеском. Она поняла его правила игры и решила повысить ставки до предела.
– Согласна...
– Катя?! Ты что? – только и успела выпалить подруга, когда Дэн уже откатил ограждение и Катя направилась к стартовой прямой.
Под оглушительный свист и ликующие крики толпы, она медленно направилась, от волнения сминая кулачки, но не к черному байку, а к его сопернику, на красном, ощущая на себя десятки взглядов и слепящий свет прожекторов.
Она подошла вплотную к Марку, который уже довольно скалился, предвкушая лёгкую добычу. Катя положила ладони на его плечи, аккуратно притянула шлем к себе и чувственно, коснулась губами пластика глянцевого визора, оставляя на нем невидимый след своего вызова. Этот жест был высшей степени ее неповиновения.
– Выиграй для меня, – прошептала, глядя в пристальный взгляд.
Обернувшись через плечо, она игриво подмигнула Штейну, чья фигура на байке в этот миг казалась высеченной из черного камня. Катя была уверена – он не просто придет первым, он вырвет эту победу зубами, ведь в его глазах сейчас горело пламя азарта и одержимости.Его ответ был мгновенным и яростным. Раздался резкий, сухой хлопок – он с силой захлопнул визор, обрывая зрительный контакт, со скрипом кожи в перчатках сжимая ручку газа.
Вспышка стартового огня – и мир взорвался.
Штейн рванул с места так, будто под ним не металл, а живое, разъяренное пламя. Заднее колесо его черного зверя бешено вгрызлось в бетон, выплевывая из-под себя фонтан серого гравия и облако едкого, сизого дыма жженой резины.Он ушел в точку за доли секунды. Это не была просто гонка – это был побег из ада, где за ним гнались демоны, которых Катя только что разбудила. Штейн не ехал. Он летел, вкладывая в каждый поворот всю свою собственническую страсть, стирая границы между человеком и машиной.
Как только два байка растворились в ночной мгле, оставив после себя лишь вибрирующий воздух, Катя почувствовала, как пространство вокруг неё сжалось. Спава безмолвным изваянием застыл Макс. Его мощные руки в черной футболке были густо покрыты татуировками, а избитые в кровь костяшки медленно и методично сжимались в кулаки, выдавая скрытую мощь. Его черный, пронизывающий взгляд из-под шлема был направлен вдаль, игнорируя все живое.
Слева, опасно близко, подошел Дэн. Из-под его шлема виднелся рваный белый шрам, уходящий под ворот футболки. Заметив ее взгляд, он обернулся, чуть склоняя в интересе голову. Его светло-серые глаза впились в Катю, с хищным прищуром. От чего кровь в жилах буквально застыла.
– И как же твое имя, куколка? – его голос прозвучал с мягкой, вкрадчивой хрипотцой.
– Катя, – не сводя глаз.
– Мммм...Как любопытно. Нижняя, – он смаковал это слово, с каким то животным интересом, сканируя ее фигуру. – И где Штейн отыскал столь нежный цветочек? С виду хрупка и невинна, но любит грязные игры...Я прав? – но это звучал не как вопрос.
– О чем вы? – Катя постаралась выпрямиться, что удалось с огромным трудом.
– Сама знаешь о чем, – он едва заметно усмехнулся и его взгляд стал совсем пугающим. Гипнотическим. Впивающимся. – И это признание, при всех обозначить его своим Хозяином...Ведь ты понимаешь, что между ними не дуэль. Это констатация факта. Он не проигрывает.Дэн сделал паузу, ловя ее сбивчивое дыхание.
– Штейн – любитель абсолютного подчинения, – добавил шепотом, – и ты уже это доказала, глупышка.
– Пятый...на финиш идут, – Макс коротко кивнул в сторону трека, где Штейн, словно игла пронзал пространство летел первым, низко заходя в повороты.
Дэн внезапно отпрянул от Кати, потеряв всякий интерес он уставился в свой телефон, быстро скользя пальцами по экрану. От чего Катя, блаженно выдохнула.
– Да нуу...ебааать! – взорвался коротким, безумным смехом. И эта смена его тона и поведения заставила Катю вздрогнуть. Словно Лед взорвался Пламенем.
– Скааал, ты глянь. Ставки! Сумма взлетела в три раза. По ходу, народ в даркнете кончает от этой куколки.
Он с азартом хлопнул друга по плечу, поднося экран к его шлему. Макс не шелохнулся, его черный взгляд лишь мазнул по бегущим цифрам.
– Мало, – коротко пробасил Макс, сжимая избитые костяшки до глухого хруста. – Если не припрет этого гандона к ограде на финке, профит будет вполовину меньше. Гранж, гони трафик...
Катя невольно проследила за направлением их взглядов и замерла.
На огромном экране над треком, который обычно транслировал клипы с обнаженными девицами, сейчас показывало четкое видео, с растерянным лицом Кати и вторая картинка – сам заезд. Рядом с ее изображением в углу экрана стремительно вращался счетчик ставок и бежали строки чата.Она поняла – Дэн вел стрим. Каждое ее движение, внимание и даже вздох было выставлено на продажу.
– Ты же не думала, что мы здесь просто катаемся? – уловив на себе ее взгляд, не отрываясь от экрана. – Штейн делает тебя легендой, а я получаю выгоду.
Аэродром взорвался ликующим ревом, когда черный байк пересек финишную прямую с таким отрывом, что соперник казался сейчас лишь случайным попутчиком. Огромный экран над треком на секунду ослеп от вспышки победных цифр.
– Твой выход, куколка, – усмехнулся Дэн, хищно сверкая светлыми глазами, подталкивая в сторону остановившегося байка.
Катя, чуть шатнувшись, сделала несколько шагов по раскаленному асфальту. Щтейн выпрямился, не глуша мотор, который утробно вибрировал в ее ступнях. Он открыл визор, обнажая, лихорадочный взгляд победителя, горящий азартом гонки.
– Не заставляй меня ждать!
– Но...нас снимают...все транслируется в прямом эфире, – выдохнула Катя.
– И в чем проблема? – коротко усмехнулся, не сводя с нее глаз. – В этом вся фишка, Снегурка. Уговор был – при всех. Ты согласилась и сама устроила охуенный спектакль. Доигрывай!
Опустив глаза в асфальт, Катя выдохнула столь опасную фразу, – Ты мой Хозяин.
– Не слышууу! – Штейн издевательски приставил ладонь к шлему, – громче! Громче, Катя! – перекрикивая шум взывающей толпы.
Катя почувствовала невероятное давление. На нее смотрели. Ждали окончательного падения «ангела».Она набрала в легкие побольше воздуха...
– Штейн, мой Хозяин! – ее голос сорвался на высокой ноте. – Доволен? – почти рыча, сверкая синевой глаз.
– Пока нет.
Одним резким движением, перехватив за талию, он закинул ее лицом к себе. Артем не дал ей и секунды на то, чтобы осознать свое публичное признание. Едва ее пальцы судорожно впились в кожаную куртку, а белый атлас бесстыдно задрался обнажая ее бедра и ноги сжимающие его тело, он с оглушительным рыком рванул ручку газа.
Байк встал на дыбы, заставляя Катю вскрикнуть и еще сильнее вжаться к его груди.
Они неслись прочь от залитого светом аэродрома, прочь от свидетелей. Огни прожекторов сменились кромешной тьмой ночного шоссе, разрываемой лишь мощным лучом фары. Катя чувствовала, как встречный поток воздуха треплет ее волосы, тонкие бретельки сарафана впиваются в плечи, но жар, исходящий от Артема, был сильнее ночного холода. Временами он управлял байком одной рукой, а другой настойчиво и грубо сжимал ее бедро, сминая до красноты кожу, демонстрируя свое растущее возбуждение.
– Куды мы едем? – выкрикнула она.
– Ко мне, – Артем чуть наклонил голову, коснувшись шлемом ее виска, – сегодня ты будешь меня умолять, маленькая моя, – тяжело вдохнув чуть ударяя шлемом ее голову.
Загородное шоссе сменилось, залитым неоном проспектом, они свернули к закрытой территории элитного жилого комплекса. Огромный стеклянный небоскреб уходил шпилем в черное небо, отражая огни города.С визгом шин байк влетел в подземный паркинг, заполненный автомобилями стоимостью в бюджет небольшого городка. Артем заглушил мотор, но не дал ей опомниться. Рывком он снял её с сиденья, не отпуская запястья потащил к лифтам. Его хватка была железной, а походка стремительной.
Лифт беззвучно открыл свои зеркальные двери. Артем втолкнул ее внутрь и нажал кнопку пентхауса. Когда двери закрылись, он снял шлем и не теряя времени прижал ее к зеркальной стене, вжимая всем телом.
Ее руки уперлись в стальные мышцы груди, но он перехватил, заводя их за спину, сжимая запястья одной ладонью. Другой бесцеремонно залез под сарафан задирая до талии, сминая ее грудь. Катя пыталась протестовать, но Артем доминировал каждой клеткой своего крепкого тела, подавляя ее волю, заставляя себя чувствовать маленькой и беспомощной перед его натиском.
– Посмотри на меня.., – выдохнул он, упираясь в ее живот своей эрекцией.
Как по команде, Катя взметнула лицо вверх, не успев вдохнуть тут же врезаясь в его требовательные губы. Жадные. Поглощающие. Влажные, со вкусом сладкой горечи. Он вел. Он командовал, без права выбора. Ее роль – беспрекословно следовать его желаниям, отдать контроль.
– Ты...ты...подожди, прошу, – тяжело дыша от его мокрых, обжигающих поцелуев на шее, когда руки его уже сжимали попку, – ты...поставил меня на кон, как... – его ладони чуть раздвинули ее ягодицы, а мягкие губы вновь сорвали ее стон. Она вскрикнула, сжимаясь всем телом. Внутри все жгло, опаляло от каждого умелого касания, чувственных губ, возбужденного дыхания. Бедра ее сотрясало волнами вождения, натянутые цепи ее воли с треском натягивались, – Ты вновь при всех меня оскорбил и это происходило в эфире! Слышишь меня? – собрав остатки уплывавшего самообладания, она сжала его куртку, облизав губы, отворачивая горящее лицо от его натиска.
– Я все слышу, – почти урча ей в ухо, зарываясь носом в шею. – И ты опять промахнулась. Разве я заставлял тебя соглашаться? Ты могла отказаться. И разве я разрешил тебе к нему подходить и касаться его, целовать шлем? А? – он задрал ее подбородок к своим приоткрытым губам. – Ты вообще в курсе, что означает этот жест?
– Я просто...
– Ты не просто! Запомни, со мной ничего не бывает просто! И скажи-ка мне что ты ему шепнула?
Двери лифта, спасительно разошлись, выпуская из зеркальной ловушки открывая взор в темное пространство.
– Я пожелала ему удачи, – уводя глаза от свирепого взгляда.
– Нет. Ты не это сказала и мы оба это знаем, – он отстранился, с пола взял свой шлем, толчком буквально вышвырнул ее в огромную гостиную с панорамными окнами на весь ночной город. Катя пошатнулась, едва удержалась на ослабевших ногах.
Артем вошел следом, обходя ее и стягивая с себя кожаную куртку, небрежно бросив в кресло. Он не включил свет – только огни небоскребов за стеклом подсвечивали его хищный силуэт.
– Ну что. Посмотрим, что ты мне будешь шептать и кричать этой ночью, – он обернулся и глаза его сверкнули дьявольским огнем, а губы медленно расплылись в очаровательной, но такой порочной улыбке.
