Текст книги "Твой Хозяин из тени (СИ)"

Автор книги: Кира Cherry

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Кира Cherry
Твой Хозяин из тени

Глава 1

Коридоры центрального корпуса университета гудели предчувствием новой учебной недели. Стеклянные двери распахнулись перед двумя девушками, представляющие собой настолько разительный контраст, что не заметить их было невозможно. Жанна шла впереди, буквально разрезая пространство своей уверенной и хищной походкой. Высокая, статная брюнетка с густой копной иссяня-черных волос, рассыпанных по плечам. Каждым шагом она приковывала к себе взгляды парней в радиусе тридцати метров. Взгляд чувственной хищницы покорял многих. Короткая кожаная юбка, подчеркивающая бесконечно стройные ноги и облегающая водолазка, Жанна знала цену своей сексапильности и пользовалась ее как оружием. Дочь влиятельных родителей, привыкшая к роскоши, намеренно выбрала жить в обшарпанном общежитии, лишь бы быть по дальше от предков и ближе к университету, где она является звездой. Она – воплощение свободы, раскрепощенности и любимица любой вечеринки.

Следом за брюнеткой семенит ее соседка по комнате, а так же просто подруга. Скромная, тихая, временами даже забитая, неуверенная в себе отличница, погрязшая в учебниках и знаниях. В отличие от окружающих ее «золотой молодежи», элиты отпрысков города, она не имеет средства на покупку знаний. Катя, олицетворение хрупкого полевого цветка, случайно оказавшегося в оранжерее с экзотическими растениями. Её милое, почти детское личико с мягкими чертами лица, румянцем на щеках и огромными лазурными глазами придавали невероятный контраст среди хищниц с похотливыми глазами и тонной макияжа.

Длинные светлые волосы, которые могли быть главным украшением, Катя неизменно заплетала в косу, пряча в тугой, но объемный пучок.

В свои девятнадцать лет она оставалась девственницей, не только физически, но и морально. Мир свиданий, флирта и ночных клубов пугал её до дрожи в коленях. Катя была патологически закомплексованной и неуверенной в себе девушкой, хотя внешние данные говорили об обратном. Пока мажоры обсуждали новые модели спорткаров и поездки в Куршавель, она судорожно прижимала к груди тяжелые учебники, мечтая лишь об одном, как бы скорее очутиться в своей маленькой комнатке и погрузиться в мир знаний и романтических сериалов перед сном. Среди богатых студентов, источающих запах дорогих парфюмов, Катя чувствовала себя самозванкой, «серой мышкой», чье единственное спасение – это идеальные оценки и невидимость.

Катя, по привычке, втянула голову в плечи, когда строптивая подруга рассмеялась на очередную реплику проходящего мимо парня. Катя и не подозревала, что именно эта её невинность и чистота скоро станут предметом охоты для самого опасного гонщика этого города. Беспринципного. Свободолюбивого. Не знающего, слова «НЕТ».

Жанна шла по широкому холлу университета так, словно под её шпильками подиум, а не казенный паркет. Она ловит на себе жадные взгляды парней, завлекательно подправляя вырез шелковой дизайнерской блузки, на ходу срывает со стенда яркий глянцевый флаер.

– Катюнь, смотри! – машет перед носом подруги, – в эту субботу на старом аэродроме будет жарко. Байкерское открытие сезона. Улёёёт!!!! – мечтательно жмурится, – и ты, моя дорогая, идешь со мной. Брутальные парни, кожа, пиво. Хоть почувствуешь запах жизни и адреналина.

Катя, судорожно прижимая к груди тяжелый том по макроэкономике, едва поспевая за ней, с широко распахнутыми глазами, – Жанна, какая гонка? У нас зачеты скоро, лично я буду готовиться, – пряча выбившийся локон за ухо.

– К черту зачет! – звонко смеется подруга, обернувшись окидывает подругу насмешливым, но добрым взглядом. – Ты в свои девятнадцать так и засохнешь над учебниками. Целка до мозга костей. Кать, спорим, ты даже целоваться по-человечески не умеешь? Подушка не в счет, – махнув рукой.

Катя мгновенно вспыхнула, густой румянец залил её нежные щечки и шею. Опустив голову, она пытается спрятать лицо, ускоряя шаг, надеясь, что окружающие не услышали этой бесцеремонной правды.

– Жанна, замолчи пожалуйста. Это не твое дело, – бормочет, чувствуя себя максимально не ловко среди разодетых в бренды мажоров и светских львиц, которые то и дело оборачиваются на их шумную пару.Но Жанна не унималась. Она приобняла Катю за плечи, увлекая за собой в сторону аудитории.

– Да ладно тебе краснеть, Скворцова! Там будут настоящие мужики, ходячие тестостероны. Это не наши рафинированные мальчики с экономического. Ты только представь – ночной трек, адреналин, скорость! Там такие гонщики собираются – мускулы, драйв, дикая энергия. Тебе просто необходимо встряхнуться и выйти из своих четырех стен. Катя семенила за подругой слушала с замираем сердца, чувствуя, как внутри борется привычная робость и внезапное запретное любопытство.Жанна плыла сквозь толпу, как ледокол, сокурсники то и дело преграждали ей дорогу, отпускали сальные комплименты, пытаясь при этом обнять тонкую талию подруги. Но как только их взгляд падал на семенящую следом Катю, выражение лиц менялось на насмешливое пренебрежение.

– О, глядите, тень пришла, – хохотнул один из парней в дорогом бомбере, намеренно задев Катю плечом так, что её тяжелый учебник чуть не выскользнул из рук. – Скворцова, ты с учебниками то и спишь наверное. Секс тоже по ним изучаешь и с кем практику проходишь? – подмигивает.

– Да ладно тебе, – подхватывает другой наглец, оглядывая ее невзрачную розовую блузку, – она же святая у нас. Наверное и краснеет от слова «член». Катюх, ты вообще в курсе, что губы нужны не только для того, чтобы формулы шептать, – показательно облизывает верхнюю губу.

Катя в который раз чувствует, как внутри всё сжимается в тугой и болезненный узел. Обидно до слёз! Каждое слово, издевка сокурсников вонзается под кожу, заставляя ощущать себя жалкой, никчемной декорацией на фоне ярких презентабельных девиц. Она ненавидит свою неспособность ответить обидчикам и свою привычку втягивать голову в плечи и молчать, пока по её достоинству топчутся грязными шутками. Она словно безмолвная тень, существо второго сорта, чья единственная ценность – правильные ответы у доски.

– Завалите пасти, придурки! – Жанна резко разворачивается, сверкая карими глазами, – у нее мозгов больше, чем у всей вашей компании вместе взятой. Еще раз кто-то рявкнет – будете свои зубы на парковке собирать!

Парни примирительно поднимают руки, продолжая посмеиваться, но на сейчас раз, Катя видит в глазах подруги не только поддержку, но и усталость. Она знала, что Жанна ждёт от неё отпора и хочет, чтобы подруга уже показала свои зубки, но та лишь сильнее впивается в книги, прижимая крепче к груди, мечтая раствориться в воздухе.

– Здравствуйте, Илья Геннадьевич, – лепечет Катя, проходящему мимо пожилому профессору.

Жанна же идущая рядом, даже не замедляет шаг, фыркая под нос, одарив мужчину уничтожающим взглядом своих подведенных глаз.

– Завалил меня, старый козел! Спецом доп вопросами закидал, падла!

– Жанна, ну хочешь посидим вместе сегодня вечером? Я тебя подтяну по предмету. Там не так всё сложно.

– Ой, отвали со своими предметами, Кать! – отмахивается, поправляя сумку на плече. – У меня на вечер планы поинтереснее, чем твои бесконечные конспекты.

В этот момент в конце коридора показалась высокая, статная фигура в безупречном сером костюме. Артём Волков – молодой преподаватель, сын главного мецената, фигура почти мифическая. Он, как воплощение успеха – холодный, педантичный и недосягаемый для простых смертных.Он идет стремительно, не глядя по сторонам, источая ауру нещадного превосходства. Жанна, увидев его, хищно прищуривается и, прибавив шаг, преграждает ему путь.

– Здравствуйте, Артём Викторович! – смело бросает ему в глаза, демонстрируя глубокое декольте.

Волков на секунду останавливается. Его взгляд – холодный, пронзительный, скользит, как по пустому месту, затем на долю мгновения задерживается на Кате, которая застывает за спиной подруги.

– Доброе утро, – сухо и надменно отрезает, обойдя скрывается за поворотом.

– Еще один немощный импотент, – шипит в след Жанна, не скрывая раздражения.Катя не выдержав тихо хихикает в ладошку.

Начинается лекция и неделя пролетает, как в тумане: бесконечные преподы, учебники, сухие цифры...

Субботний вечер Катя планирует провести в блаженном одиночестве. Девушка уютно устраивается на своей скрипучей кровати с тарелкой бутербродов и горячим чаем, уставившись в телевизор, где транслируется бессмысленное шоу.

Тишину комнаты бесцеремонно нарушает грохот двери. Жанна влетает в комнату, благоухая дорогим парфюмом и азартом. Небрежно швырнув охапку пакетов из элитных бутиков подлетает к Кате, хватая ее бутерброд прям из рук.

– Хватит киснуть, отличница! – требовательно тыкает пальцем в сторону подруги, – живо снимай с себя это тряпье, мы идём покорять асфальт.

Катя попыталась было вставить слово о скором семинаре, но подруга была неумолима. Она напомнила о вечеринке байкеров и ночных заездов, о которых она твердила целую неделю.С азартом она вытряхивает содержимое пакетов на кровать. Угольно – черные обтягивающие джинсы, дерзкий корсет, расшитый мерцающими стразами и короткий приталенный жакет летят в лицо изумленной подруги.

– Мерить, быстро! Размер твой! – командует, упирая руки в бока.Катя устало выдыхает, понимая, сопротивление бесполезно. Нехотя она стягивает домашний скатанный свитер, оголяясь перед подругой, с особой аккуратностью примеряет дорогущую одежду. Жанна же, не умолкая ни на секунду, принялась мерить шагами комнату, расписывая прелести ночной тусовки.

– Там будет вся элита, Кать, Но самое главное, там будет Штейн, – Жанна произнесла это имя с придыханием. – Это самый загадочный гонщик в городе. Никто не знает про него ничего, он не снимает свой черный шлем. Он гоняет, как сам дьявол, такое вытворяет на асфальте, черти пляшут в аду. Судя по байку и крутым шмоткам, он чертовски богат. Этот дерзкий гонщик никогда не проигрывает, заставляет соперников глотать пыль, а телок ссаться кипятком. Я познакомилась с одним его другом, хочу через него как-то выйти на него.

Она остановилась у зеркала, поправляя волосы, хищно улыбнулась.

– Его и обожают и ненавидят. Короче непонятный отшельник и ёбарь, каких поискать нужно. Куколка, – присвистнула подруга, глядя на Катю, она же смотрела на себя и её глаза машинально полезли на лоб от удивительного преображения.

В такси Катя никак не могла унять дрожь в рука, судорожно сжимая край своего нового жакета.

– Жанна, пожалуйста, не оставляй меня там одну, – шепчет, глядя на пролетающие мимо огни пригорода.

Жанна, не отрываясь от маленького зеркала подправляет ярко красную помаду, чмокая губками.

– Конечно, мышка, расслабься. Тебе понравится, вот увидишь.

Глава 2

Когда машина затормозила у въезда на старый давно не функционирующий аэродром, Катя замерла. Атмосфера этого места обрушилась на неё всей своей мощью.

Огромная взлётная полоса была залита светом переносных фонарей, а из раскрытых ворот гигантского ангара доносились тяжелые басы электронной музыки и вырывались лучи прожекторов, разрезающие ночное небо.У самого старта была сооружена импровизированная сцена с мощными колонками за которой диджей заводил толпу. Вокруг него в экстазе плясали сотни людей, размахивая пластиковыми стаканчиками с пивом.

Как только они вышли из машины, к Жанне тут же потянулись руки. Парни обнимали ее, выкрикивали приветствия, а затем переводили заинтересованные взгляды на Катю.

– Ого, Скворцова! – хохотнул один из сокурсников, оглядывая её ложбинку в корсете. – Неужели учебники дали выходной? Выглядишь горячо, детка, – оценивающе кивает, давая высший бал её внешности.

Катя пребывала в настоящем шоке. Она с восхищением и опаской разглядывала ряды сверкающих спортивных машин и хромированных байков, которые казались живыми зверями, готовыми к прыжку. Повсюду были татуированные байкеры в коже и девушки в соблазнительных, почти ничего не скрывающих нарядах. Запах жженой резины, дорогого парфюма и адреналина пьянил голову. Она чувствовала себя Алисой, провалившейся в кроличью нору, где вместо сказок – рёв мотора и жажда скорости.

– Расслабься, Скворцова! – перекрикивает басы Жанна, тащит в самую гущу толпы. – Посмотри вокруг, здесь кипит жизнь, а не твои параграфы.Перед ними вырастает высокий байкер в косухе на голое тело, поигрывая ключами от массивного «Харлея»

– Ого, какие куколки забрели на наш огонёк! – бесцеремонно приобнимает Жанну за талию. – Красотка, твой вырез сегодня опаснее, чем финишная прямая. Прокатишься со мной?

Жанна кокетливо откидывает волосы, обдав его шлейфом своих духов.

– Смотря, как быстро ты умеешь ездить, ковбой. Ведь я не люблю медленных парней, – проведя пальчиком по его татуировке на груди.

– Для тебя я выжму всё, что есть в моем движке, – ухмыльнулся байкер, сверкая похотливым огоньком черных глаз. – А твоя подружка всегда такая...пришибленная? Эй, малявка, ты чего вцепился в пиджак, как в спасательный круг?

– Она у нас редкий экземпляр, – подмигнула подруга Кате, – так что руки прочь, она под моей защитой.

– Да ладно, мы её быстро научим плохим манерам, – вклинился его приятель, протягивая Кате пластиковый стакан с пенным, – на глотни для храбрости, скромняга.

– Нет, спасибо. Я не пью, – пролепетала.

– Да ты подняла во мне интерес, крошка, – его взгляд впился в лицо раскрасневшейся Кати.

Жанна продолжала легко перебрасываться колкостями с байкерами, смеясь и позволяя им прикасаться к себе, в то время, как Катя с замиранием сердца разглядывала этот безумный мир. Татуировки, пронзительный запах бензина, кожаные корсеты, парней в шлемах и к полной экипировке – всё это пугало и завораживало одновременно.

Она чувствовала себя маленькой и беззащитной в этом логове хищников, пока один особенный рокот мотора не заставил всех вокруг обернуться. К этому времени музыка стихла знаменуя скорое начало первых стартов.

Сначала по аэродрому прокатился утробный, вибрирующий рокот, от которого задрожали стёкла в ангарах и само сердце Кати. Толпа инстинктивно расступилась, образуя живой коридор. ЕГО байк – угольно-черный, хищный с опасным прищуром узких фар. Он медленно выплыл из темноты, плавно сбавил скорость, двигаясь к остальным байкам с пугающей, почти звериной грацией.ОН – воплощение опасности и абсолютной власти. Весь в черном – кожаная расстегнутая куртка, под ней облегающая, рельефный торс, футболка, сверкающая цепочка, джинсы и грубые берцы. Темный матовый шлем, скрывающий лицо, делали его похожим на темного рыцаря современных дорог, на опасного, спящего, до своего звездного часа, зверя. От него исходила такая густая, давящая энергетика уверенности и превосходства, что воздух вокруг, казалось, становился плотнее.

Гонщик под кличкой – Штейн, заглушил мотор, и в наступившей на секунду тишине звук откинутой подножки прозвучал, как выстрел. Он неспешно слез с байка, расправив широкие плечи. К нему тут же подкатили его друзья – Дэн и Макс. Они обменялись рукопожатиями, по дружески хлопая друг друга по плечам. Весь его облик транслировал только одно – он здесь хозяин. Он здесь – победа.

Катя не сводит с него глаз. Её девичье сердечко пропускает удар, впервые в жизни, она с нескрываемым интересом разглядывает неизвестного мужчину, каждое его ленивое движение, поворот головы с глянцевым закрытым визором. Она никогда не видела такой концентрированной мужской силы. Притягательной. Безусловной. Доминирующей и Мощной. Он был главной звездой этого хаоса и Катя вопреки своей скромности, буквально прикована к его статной фигуре невидимыми нитями.Жанна, заметив оцепенение подруги, насмешливо толкнула её в плечо.

– В очередь, Скворцова! Он выбирает. Не его! – прошептала она с азартом. – Это самый лакомый и опасный кусочек. Полигамный самец с бычьими яйцами, – бороздя упорно по фигуре Штейна.

– Бычьими? – переспрашивает Катя, не успев сообразив.

– Ну даа, – хохочет подруга, – короче, полный и огромный комплект у него в штанах, – мечтательно прикусывает губку.

Он стоял ко всем спиной, занятый разговорами с приятелями, полностью игнорируя взгляды публики и заискивания девиц, что-то ярко жестикулируя и взрываясь в ребристом, сквозь шлем, смехе.

Над аэродромом повис густой запах жженой резины и высокооктанового топлива, разрезаемый оглушительным ревом прогревающихся моторов. Катя, еще пол часа назад мечтающая раствориться в темноте, теперь стояла в первом ряду зрителей, подавшись всем телом вперед. Её пугала эта дикая энергия, но в то же время внутри просыпалось нечто новое – первобытный, щекочущий нервы восторг.Центром этого безумия был Штейн.

Последняя гонка. Главный заезд. Красный байк против черного.Штейн замер на стартовой линии, превратившись в монолит из черной кожи и стали. Под натянутой курткой вибрируют его лопатки и плечи, в перчатках слышен хруст напряженных костяшек, сжимающие рукоять руля. Он не позировал, не искал взглядом поклонниц – он полностью погружен в диалог со своим зверем, ловя ту самую волну чистого адреналина, ради который он и жил. Эта его отстраненность и ледяная концентрация притягивали Катю сильнее любого флирта.

Когда взметнулся стартовый флаг, мир взорвался.

Байки сорвались с места, выбрасывая из-под колес облака серой пыли и искр. Катя сама не заметила, как её пальцы судорожно сжались в кулачки, а ноготки впились в ладони. Она затаила дыхание, неосознанно кусая нижнюю губу. В её огромных глазах отражались две стремительные тени, летящие сквозь ночь.Это невероятный и слишком смелый танец со смертью. Каждый отточенный до идеала наклон Штейна в повороте, когда его колено почти касалось асфальта, заставлял её сердце пропускать удар, а лёгкие сжиматься в взбивчевом дыхании.

В её груди все вибрировало от гула двигателя, этот рокот казался ей голосом самого Штейна, неукротимого зверя, – властного, дикого, не знающим преград и поражений. Она впервые в жизни чувствовала такую сопричастность к чему-то опасному и запретному и этот восторг кружил ей голову сильнее, чем алкоголь в стаканах байкеров.

Финишная прямая пронзила воздух визгом резины, и в ту же секунду аэродром взорвался. Диджей вдарил по басам, ритм музыки слился с торжествующим ревом толпы, приветствующего неизменного победителя.

Штейн, победно сбросив руки с руля выпрямляется и встает в полный рост, на своем движущемся звере. Раскинув ладони, врезаясь в порывы ветра он вскидывает голову к небу, наслаждаясь адреналиновым скачком и безусловной свободой. Здесь и сейчас он разрешает себе быть собой, нарушая все жесткие правила обыденной и скучной жизни. Только здесь и сейчас он выпускает себя из заточения граничащих рамок, прибывая во временной эйфории. Это обратная сторона его жизни – ночь, скорость, адреналин и все запретные, порочные желания.За закрытым визором он открывается для всех, демонстрируя свою темную неприглядную сущность, ту которую он прячет днём, сливаясь с серой массой.

Катя с горящими глазами отбивает свои ладони в овациях. Её сердце ликует, выбивая чечётку о рёбра. В этот самый миг она окончательно осознала, что пропала, а именно он заполнил её девичье сердечко. Скромная отличница, презирающая мажоров, стала самой преданной фанаткой этого недосягаемого, загадочного призрака дорог. Она ловит каждое его движение, каждую микроскопическую смену позы, завороженная этой первобытной мужской энергией.

Штейн бодро соскочил с байка, его движения были полны пружинистой силы. Когда его соперник пересекает черту, Штейн ловко подбегает к нему, без высокомерия и надменности, шутливо стукается шлемами, пальцами показывает знак «отличного заезда», вызывая взрыв свиста и новой волны оваций. Это была игра сильных, мир, где правила свои, понятные только им закону.К ним подбегают его друзья Дэн и Макс, хлопая Штейна по плечам и в этот момент он внезапно оборачивается к толпе. Катя замирает, её дыхание перехватывает, ведь ей показалось, что сейчас случится чудо и он заметит её. Но Штейн уже задолго выбрал на сегодня себе игрушку, трофей. Совсем не её.

Его рука в чёрной кожаной перчатке поднялась, и он зазвал двумя пальцами высокую, сексапильную блондинку. Девушка с вызывающим декольте и четвертым размером груди буквально подлетела к нему, запрыгивая в раскрытые для прыжка руки.Катя наблюдает, как Штейн смачно и жестко обхватывает её попку, сминая ткань коротких шорт.Блондинка ластится, как кошка, выгибая спинку, её руки обвивают его шею, затем ловким движением она поднимает его визор, своим лицом закрывает его от всех, что-то интимно шепчет ему, пока Катя безуспешно пытается поймать его глаза...но его взгляд остается в тени его личной куколки на ночь. Он пританцовывая, что-то отвечает ей, смачно хлопая по по попке. Катя чувствует, как внутри всё болезненно сжалось. Восторг сменяется горьким уколом реальности, для него она лишь одна из сотен теней за оградительной ленты, а он звезда, привыкший к вниманию более ярких, красивый, дорогих, и что самое главное, опытных. Катя же ничего не могла предложить ему из перечисленного.

Толпа, подогретая адреналином гонки, медленно живым потоком потянулась к ангару. Рёв моторов сменился тяжелыми басами, вырывающихся из распахнутых ворот. Гонщики, снимая шлемы и куртки, смешались со зрителями, превращаясь в обычных парней, жаждущих выпивки и женского внимания.

Жанка, сияя от восторга, тянет Катю за собой, а следом уже приклеились двое сокурсников – главные мажоры и отъявленные мудаки, типичные «золотые мальчики», чьи родители оплачивают их счета и амбиции. Стас почуяв лёгкую добычу в притихшей Кате, настойчиво приобнял её за плечи.

– Ну что, Скворцова, как тебе такая жизнь, по ту сторону от учебников? – захлебнув коньяка морщться от терпкого алкоголя.

– Мне понравилось, – тихо хмыкнула в ответ.

– Да, ладно, понравилось ей. Так и скажи, что ты в тихом ахуе и секиль затресся, – мерзко хохочет, демонстрируя ровные зубы, упиваясь изумленному лицу Кати, – Скворцова, а ты целка? – наклоняется к её уху, обдавая первыми нотками перегара.

– Идиот, – огрызается в ответ и отталкивая торопится ближе к Жанне.

Внутри ангара было невыносимо. Музыка не просто играла, она вбивалась в виски тяжелыми молотами вызывая резкую боль. Плотная завеса дыма висела под потолком, а кислый запах пролитого пива и перегара буквально душил. Люди терлись друг о друга потными телами в диком танце, байкеры, расслабившись, громко хохотали, обнимая своих спутниц.Понимая, что Жанна окончательно растворилась во флирте с высоким мужчиной, Катя незаметно выскальзывает из душного помещения.Прохладный ночной воздух кажется спасением.

В одиночестве она бредёт вдоль рядов припаркованных байков, разглядывая глянцевых утихомирившихся зверей. Она жадно вглядывается в каждую тень, пытаясь отыскать матово-черный. Но он и его хозяин словно испарился вместе с его пассией, оставив после себя лишь щемящее чувство в груди юной воздыхательницы.

Задумчиво прогуливаясь, подпинывая белыми кедами мелкие камни, свернув за один пустующий ангар, до её слуха доносится стон, переходящий на крик девушки и звуки хлёстких шлепков, разносящихся эхом.

Опасный интерес взял верх и Катя идёт на издаваемые за углом звуки, так неосмотрительно попав в самый эпицентр сцены, напоминающую самую жаркую и откровенную из порно фильма, где в главной роли предстает Штейн. Она должна развернуться и бежать обратно, но ноги словно вросли в холодный бетон, а широко распахнутые глаза остановились на парочке, в двадцати метрах от неё.

В слабом отблеске далёкого фонаря, он берет ее жестко, по-хозяйски, как хищник терзающий свою добычу. Блондинка руками опирается на его байк, её ноги дрожат от напористых ударов об ягодицы, на лице гримаса порочного наслаждения. Он по прежнему в шлеме, и эта безликость делает его движения еще более пугающими и механическими.